Поэма-миньонет icon

Поэма-миньонет



НазваниеПоэма-миньонет
Дата конвертации01.09.2012
Размер121.93 Kb.
ТипПоэма

Игорь Северянин

[Игорь Васильевич Лотарев]

(4 мая 1887, Санкт-Петербург – 20 декабря 1941, Таллин)

24 стих.


В июле [Я3м]

В полях созрел ячмень.

Он радует меня!

Брожу я целый день

По волнам ячменя.

Смеётся мне июль,

Кивают мне поля.

И облако – как тюль,

И солнце жжёт, паля.

Блуждаю целый день

В сухих волнах земли,

Пока ночная тень

Не омрачит стебли.

Спущусь к реке, взгляну

На илистый атлас;

Взгрустнется ли, – а ну,

А ну печаль от глаз.

Теперь ли тосковать,

Когда поспел ячмень?

Я всех расцеловать

Хотел бы в этот день!

июль 1909


Всё по-старому [Х5ж/Х2д]

«Всё по-старому...– сказала нежно.

Всё по-старому...»

Но смотрел я в очи безнадежно –

Всё по-старому...

Улыбалась, мягко целовала –

Всё по-старому...

Но чего-то всё недоставало –

Всё по-старому!..

июль 1909


Маленькая элегия [Я4жм]

Она на пальчиках привстала

И подарила губы мне.

Я целовал её устало

В сырой осенней тишине.

И слёзы капали беззвучно

В сырой осенней тишине.

Гас скучный день – и было скучно,

Как всё, что только не во сне.

^ 1909


Это было у моря [Ан2ж|Ан2жм]

Поэма-миньонет

Это было у моря, где ажурная пена,

Где встречается редко городской экипаж...

Королева играла – в башне замка – Шопена,

И, внимая Шопену, полюбил её паж.

Было всё очень просто, было всё очень мило:

Королева просила перерезать гранат,

И дала половину, и пажа истомила,

И пажа полюбила, вся в мотивах сонат.

А потом отдавалась, отдавалась грозово,

До восхода рабыней проспала госпожа...

Это было у моря, где волна бирюзова,

Где ажурная пена и соната пажа.

февраль 1910


Ты ко мне не вернёшься... [Ан2ж|Ан2жм]

Злате

Ты ко мне не вернёшься даже ради Тамары,

Ради нашей дочурки, крошки вроде крола:

У тебя теперь дачи, за обедом – омары,

Ты теперь под защитой вороного крыла...

Ты ко мне не вернёшься: на тебе теперь бархат,

Он скрывает бескрылье утомленных плечей...

Ты ко мне не вернёшься: предсказатель на картах

Погасил за целковый вспышки поздних лучей!..


Ты ко мне не вернёшься, даже... даже проститься,

Но над гробом обидно ты намочишь платок...

Ты ко мне не вернёшься в тихом платье из ситца,

В платье радостно-жалком, как грошовый цветок.

Как цветок... Помнишь розы из кисейной бумаги?

О живых ни полслова у могильной плиты!

Ты ко мне не вернёшься: грезы больше не маги, –

Я умру одиноким, понимаешь ли ты?!.

^ 1910


Весенний день [Я4жм]

дорогому К.М. Фофанову

Весенний день горяч и золот, –

Весь город солнцем ослеплён!

Я снова – я: я снова молод!

Я снова весел и влюблён!

Душа поёт и рвется в поле,

Я всех чужих зову на «ты»...

Какой простор! Какая воля!

Какие песни и цветы!

Скорей бы – в бричке по ухабам!

Скорей бы – в юные луга!

Смотреть в лицо румяным бабам,

Как друга, целовать врага!

Шумите, вешние дубравы!

Расти, трава! Цвети, сирень!

Виновных нет: все люди правы

В такой благословенный день!

апрель 1911


На островах [Я2ж|Я2жм]

В ландо моторном, в ландо шикарном

Я проезжаю по Островам,

Пьянея встречным лицом вульгарным

Среди дам просто и – «этих» дам.

Ах, в каждой «фее» искал я фею

Когда-то раньше. Теперь не то.

Но отчего же я огневею,

Когда мелькает вблизи манто?

Как безответно! Как безвопросно!

Как гривуазно! Но всюду – боль!

В аллеях сорно, в куртинах росно,

И в каждом франте жив Рокамболь.

И что тут прелесть? И что тут мерзость?

Бесстыж и скорбен ночной пуант.

Кому бы бросить наглее дерзость?

Кому бы нежно поправить бант?

май 1911


Кензель [Ан2д|Ан2д]

В шумном платье муаровом, в шумном платье муаровом

По аллее олуненной Вы проходите морево...

Ваше платье изысканно, Ваша тальма лазорева,

А дорожка песочная от листвы разузорена –

Точно лапы научные, точно мех ягуаровый.

Для утонченной женщины ночь всегда новобрачная...

Упоенье любовное Вам судьбой предназначено...

В шумном платье муаровом, в шумном платье муаровом –

Вы такая эстетная, Вы такая изящная...

Но кого же в любовники! и найдется ли пара Вам?

Ножки пледом закутайте дорогим, ягуаровым,

И, садясь комфортабельно в ландолете бензиновом,

Жизнь доверьте Вы мальчику в макинтоше резиновом,

И закройте глаза ему Вашим платьем жасминовым –

Шумным платьем муаровым, шумным платьем муаровым!..

1911


В очарованье [Я6мж]

Быть может оттого, что ты не молода,

Но как-то трогательно-больно моложава,

Быть может, оттого я так хочу всегда

С тобою вместе быть; когда, смеясь лукаво,

Раскроешь широко влекущие глаза

И бледное лицо подставишь под лобзанья,

Я чувствую, что ты вся – нега, вся – гроза,

Вся – молодость, вся – страсть; и чувства без названья

Сжимают сердце мне пленительной тоской,

И потерять тебя – боязнь моя безмерна...

И ты, меня поняв, в тревоге головой

Прекрасною своей вдруг поникаешь нервно, –

И вот другая ты: вся – осень, вся – покой...

июнь 1912


Мороженое из сирени! [Аф6жм]

Мороженое из сирени! Мороженое из сирени!

Полпорции десять копеек, четыре копейки буше.

Сударышни, судари, надо ль? не дорого можно без прений...

Поешь деликатного, площадь: придётся товар по душе!

Я сливочного не имею, фисташковое всё распродал...

Ах, граждане, да неужели вы требуете крем-брюле?

Пора популярить изыски, утончиться вкусам народа,

На улицу специи кухонь, огимнив эксцесс в вирелэ!

Сирень – сладострастья эмблема. В лилово-изнеженном крене

Зальдись, водопадное сердце, в душистый и сладкий пушок...

Мороженое из сирени! Мороженое из сирени!

Эй, мальчик со сбитнем, попробуй! Ей-Богу, похвалишь, дружок!

сентябрь 1912


Увертюра [Ан2ж|Ан2жм; >]

Ананасы в шампанском! Ананасы в шампанском!

Удивительно вкусно, искристо, остро!

Весь я в чём-то норвежском! Весь я в чём-то испанском!

Вдохновляюсь порывно! И берусь за перо!

Стрекот аэропланов! Беги автомобилей!

Ветропросвист экспрессов! Крылолёт буеров!

Кто-то здесь зацелован! Там кого-то побили!

Ананасы в шампанском – это пульс вечеров!

В группе девушек нервных, в остром обществе дамском

Я трагедию жизни претворю в грезофарс...

Ананасы в шампанском! Ананасы в шампанском!

Из Москвы – в Нагасаки! Из Нью-Йорка – на Марс!

январь 1915


Их образ жизни [Я4мж]

Чем эти самые живут,

Что вот на паре ног проходят?

Пьют и едят, едят и пьют –

И в этом жизни смысл находят...

Надуть, нажиться, обокрасть,

Растлить, унизить, сделать больно...

Какая ж им иная страсть?

Ведь им и этого довольно!

И эти-то, на паре ног,

Так называемые люди

«Живут себе»... И имя Блок

Для них, погрязших в мерзком блуде, –

Бессмысленный, нелепый слог...

1923


Перед войной [Я5мж, сонет]

Я Гумилёву отдавал визит,

Когда он жил с Ахматовою в Царском,

В большом прохладном тихом доме барском,

Хранившем свой патриархальный быт.

Не знал поэт, что смерть уже грозит

Не где-нибудь в лесу Мадагаскарском,

Не в удушающем песке Сахарском,

А в Петербурге, где он был убит.

И долго он, душою конквистадор,

Мне говорил, о чём сказать отрада.

Ахматова стояла у стола,

Томима постоянною печалью,

Окутана невидимой вуалью

Ветшающего Царского Села...

1924


Классические розы [Я5жм]

Как хороши, как свежи были розы

В моём саду! Как взор прельщали мой!

Как я молил весенние морозы

Не трогать их холодною рукой!

Мятлев, 1843 г.

В те времена, когда роились грёзы

В сердцах людей, прозрачны и ясны,

Как хороши, как свежи были розы

Моей любви, и славы, и весны!

Прошли лета, и всюду льются слёзы...

Нет ни страны, ни тех, кто жил в стране...

Как хороши, как свежи ныне розы

Воспоминаний о минувшем дне!

Но дни идут – уже стихают грозы.

Вернуться в дом Россия ищет троп...

Как хороши, как свежи будут розы,

Моей страной мне брошенные в гроб!

1925


Вода примиряющая [Я5жм]

Сам от себя – в былые дни позёра,

Любившего услад дешёвый хмель, –

Я ухожу раз в месяц за озера,

Туда, туда – «за тридевять земель»...

Почти непроходимое болото.

Гнилая гать. И вдруг – гористый бор,

Где сосны – мачты будущего флота –

Одеты в несменяемый убор.

А впереди, направо, влево, сзади,

Куда ни взглянешь, ни шагнёшь куда,

Трав водяных взлохмаченные пряди

И всё вода, вода, вода, вода...

Как я люблю её, всегда сырую,

И нежную, и ёмкую, как сон...

Хрустальные благословляю струи:

Я, ими углублённый, вознесён.

Люблю сидеть над озером часами,

Следя за ворожащим поплавком,

За опрокинутыми в глубь лесами

И кувыркающимся ветерком...

Как солнышко, сверкает краснопёрка,

Уловлена на остриё крючка.

Трепещущая серебрится горка

Плотвы на ветхом днище челнока.

Под хлюпанье играющей лещихи,

Что плещется, кусая корни трав,

Мои мечты благочестиво-тихи,

Из городских изъятые отрав...

Так как же мне от горя и позора,

К ненужью вынуждающей нужды

Не уходить на отдых и озёра,

К смиренью примиряющей воды?..

сентябрь 1926


Игорь Северянин [Я5мж, сонет]

Он тем хорош, что он совсем не то,

Что думает о нём толпа пустая,

Стихов принципиально не читая,

Раз нет в них ананасов и авто.

Фокстрот, кинематограф и лото –

Вот, вот куда людская мчится стая!

А между тем душа его простая,

Как день весны. Но это знает кто?

Благословляя мир, проклятье войнам

Он шлёт в стихе, признания достойном,

Слегка скорбя, подчас слегка шутя

Над всею первенствующей планетой...

Он – в каждой песне им от сердца спетой,

Иронизирующее дитя.

^ 1926


Все они говорят об одном [Ан3жм]

С.В. Рахманинову

Соловьи монастырского сада,

Как и все на земле соловьи,

Говорят, что одна есть отрада

И что эта отрада – в любви...

И цветы монастырского луга

С лаской, свойственной только цветам,

Говорят, что одна есть заслуга:

Прикоснуться к любимым устам...

Монастырского леса озёра,

Переполненные голубым,

Говорят: нет лазурнее взора,

Как у тех, кто влюблён и любим...

1927


В деревушке у моря [Ан2ж|Х4жм, логаэд]

В деревушке у моря, где фокстрота не танцуют,

Где политику гонят из домов своих метлой,

Где целуют не часто, но зато когда целуют,

В поцелуях бывают всей нетронутой душой;

В деревушке у моря, где избушка небольшая

Столько чувства вмещает, где – прекрасному сродни –

В город с тайной опаской и презреньем наезжая

По делам неотложным, проклинаешь эти дни;

В деревушке у моря, где на выписку журнала

Отдают сбереженья грамотные рыбаки

И которая гневно кабаки свои изгнала,

Потому что с природой не соседят кабаки;

В деревушке у моря, утопающей весною

В незабвенной сирени, аромат чей несравним, –

Вот в такой деревушке, над отвесной крутизною,

Я живу, радый морю, гордый выбором своим!

1927


* * * [Я4жм]

Бывают дни: я ненавижу

Свою отчизну – мать свою.

Бывают дни: её нет ближе,

Всем существом её пою.

Всё, всё в ней противоречиво,

Двулико, двоедушно в ней,

И дева, верящая в диво

Надземное, – всего земней.

Как снег – миндаль. Миндальны зимы.

Гармошка – и колокола.

Дни дымчаты. Прозрачны дымы.

И вороны, – и сокола.

Слом Иверской часовни. Китеж.

И ругань – мать, и ласка – мать...

А вы-то тщитесь, вы хотите

Ширококрайную объять!

Я – русский сам, и что я знаю?

Я падаю. Я в небо рвусь.

Я сам себя не понимаю,

А сам я – вылитая Русь!

ночью под 1930-й год


На необитаемом острове [Я5ж]

Ни в жёны, ни в любовницы, ни в сёстры:

Нет верности, нет страстности, нет дружбы.

Я не хотел бы с ней попасть на остров

Необитаемый: убила глушь бы.

Когда любим и любишь, счастьем рая

Глушь может стать. Но как любить такую?

Как быть с ней вечно вместе, созерцая

Не добрую и вместе с тем не злую?

Вечерние меня пугали б тени,

Не радовал бы и восход румяный.

Предаст. Расстроит. Омрачит. Изменит.

Раз нет мужчин, хотя бы с обезьяной.

^ 23 февраля 1932, Toila


Искренний романс [Ан5жм]

Оправдаешь ли ты – мне других оправданий не надо! –

Заблужденья мои и мечтанья во имя Мечты?

В непробужденном сне напоённого розами сада,

Прижимаясь ко мне, при луне, оправдаешь ли ты?

Оправдаешь ли ты за убитые женские души,

Расцветавшие мне под покровом ночной темноты?

Ах, за всё, что я в жизни руками своими разрушил,

Осмеял, оскорбил и отверг, оправдаешь ли ты?

Оправдаешь ли ты, что опять, столько раз разуверясь,

Я тебе протянул, может статься, с отравой цветы,

Что, быть может, и ты через день, через год или через

Десять лет станешь чуждой, как все, оправдаешь ли ты?

11 июля 1933


Стареющий поэт [Я6жм]

Стареющий поэт... Два слова – два понятья.

Есть в первом от зимы. Второе – всё весна.

И если иногда нерадостны объятья,

Весна – всегда весна, как ни была б грустна.

Стареющий поет... О, скорбь сопоставленья!

Как жить, как чувствовать и, наконец, как петь,

Когда душа больна избытком вдохновенья

И строфы, как плоды, ещё готовы спеть?

Стареющий поэт... Увлажнены ресницы,

Смущенье в голосе и притушённый вздох.

Всё чаще женщина невстреченная снится,

И в каждой встреченной мерещится подвох...

Стареющий поэт... Наивный, нежный, кроткий

И вечно юный, независимо от лет.

Не ближе ли он всех стареющей кокотке,

Любовь возведший в культ стареющий поэт?

11 сентября 1933


Капель [Я4жм]

Вы понимаете, что значит

Просолнеченная капель? –

Зима, смеясь, от счастья плачет,

Весны качая колыбель.

О, зиму смерть не озадачит:

Растаять – план её и цель...

...В глазах моих лучится влага –

Капель зимы души моей.

Ах, в ней отчаянья отвага:

Познать восторг последних дней.

Торопит смерть при спуске флага,

И я... я помогаю ей!

^ 20 февраля 1935, Тойла


=======


Она критикует [Я6жм; Я5]

– Нет, положительно, искусство измельчало,

Не смейте спорить, граф, упрямый человек!

По пунктам разберём, и с самого начала;

Начнем с поэзии: она полна калек.

Хотя бы Фофанов: пропойца и бродяга,

А критика дала ему поэта роль...

Поэт! Хорош поэт... ходячая малага!..

И в жилах у него не кровь, а алкоголь.

Как вы сказали, граф? До пьянства нет нам дела?

И что критиковать мы можем только труд?

Так знайте ж, книг его я даже не смотрела:

Неинтересно мне!.. Тем более, что тут

Навряд ли вы нашли занятные сюжеты,

Изысканных людей привычки, нравы, вкус,

Блестящие балы, алмазы, эполеты,

О, я убеждена, что пишет он «en russe».

Естественно, что нам, взращённым на Шекспире,

Аристократам мысли, чувства и идей,

Неинтересен он, бряцающий на лире

Руками пьяными, безвольный раб страстей.

Ах, да не спорьте вы! Поэзией кабацкой

Не увлекусь я, граф, нет, тысячу раз нет!

Талантливым не может быть поэт

С фамилией – pardon! – такой... дурацкой.

И как одет! Mon Dieu! Он прямо хулиган!..

Вчера мы с Полем ехали по парку,

Плетётся он навстречу – грязен, пьян;

Кого же воспоёт такой мужлан?.. кухарку?!

Смазные сапоги, оборванный тулуп,

Какая-то ужасная папаха...

Сам говорит с собой... Взгляд страшен, нагл и туп.

Поверите? Я чуть не умерла от страха.

Не говорите мне: «Он пьёт от неудач!»

Мне, право, дела нет до истинной причины.

И если плачет он, смешон мне этот плач:

Сентиментальничать ли создан мужичина

Без положенья в обществе, без чина?!


Стансы [Я4жм]

Простишь ли ты мои упрёки,

Мои обидные слова?

Любовью дышат эти строки, –

И снова ты во всём права!

Мой лучший друг, моя святая!

Не осуждай больных затей:

Ведь я рыдаю не рыдая,

Я человек не из людей!..

Не от тоски, не для забавы

Моя любовь полна огня:

Ты для меня дороже славы,

Ты – всё на свете для меня!

Я соберу тебе фиалок

И буду плакать об одном:

Не покидай меня – я жалок

В своём величии больном...




Похожие:

Поэма-миньонет iconПоэма в рассказ

Поэма-миньонет iconГрибная поэма

Поэма-миньонет iconПоследняя поэма

Поэма-миньонет iconВесенняя поэма родине

Поэма-миньонет iconПоэма о солнечном городе

Поэма-миньонет iconПоэма в 3-х частях с прологом и эпилогом

Поэма-миньонет iconДокументы
1. /Поэма.doc
Поэма-миньонет iconДокументы
1. /Фибих. Поэма.pdf
Поэма-миньонет iconДокументы
1. /Цыганков. Поэма.pdf
Поэма-миньонет iconДокументы
1. /Егоров. Лирическая поэма.pdf
Разместите кнопку на своём сайте:
Документы


База данных защищена авторским правом ©podelise.ru 2000-2014
При копировании материала обязательно указание активной ссылки открытой для индексации.
обратиться к администрации
Документы

Разработка сайта — Веб студия Адаманов