Учебник для развития icon

Учебник для развития



НазваниеУчебник для развития
страница2/6
Дата конвертации03.09.2012
Размер1.56 Mb.
ТипУчебник
1   2   3   4   5   6

^ О ЖЕЛАНИИ И СВОБОДЕ


Счастье и желание избегают друг друга и никогда не бывают вместе.


Если ты хочешь, чтобы дети, жена и твои друзья жили вечно, то ты глупец, ибо это значит желать, чтобы то, что от тебя не зависит, зависело от тебя, и чтобы то, что принадлежит другому, принадлежало тебе. Точно так же, если ты хочешь, чтоб твой слуга всегда был безупречен, то ты глупец, ибо это значит желать, чтобы порок не был больше пороком, но стал бы чем-то другим. Хочешь ты, чтоб желанья твои тебя более не обманывали? ты ведь можешь достичь этого: желай только того, что зависит от тебя.


Желай, чтобы всё происходило не так, как тебе хочется, а так, как оно произойдёт; и тогда, что бы ни произошло, ты всегда будешь счастлив.


Нет насилия, которое могло бы лишить нас свободы выбора.


Ты садишься на корабль и хочешь попутного ветра для своего плаванья. Пока же он не задул, ты сидишь в унынии и то и дело выходишь посмотреть, какой ветер там дует. «Ах, опять этот противный северный ветер! Сколько он ещё будет дуть?! Что мне делать с этим встречным ветром?! И когда будет ветер попутный?» И т.д. Друг мой, он будет, когда то ему будет угодно, или вернее, когда то будет угодно тому, кто им повелевает. Или ты тоже повелитель ветров, некий новоявленный Эол? Тебе предстоит заняться лишь тем, что зависит от тебя, а всё остальное принимать таким, каково оно есть или каким окажется.


Всё то, чем люди так восхищаются, всё, ради приобретения чего они так волнуются и хлопочут, всё это не приносит им ни малейшего счастия. Покуда люди хлопочут, они думают, что благо их в том, чего они домогаются. Но лишь только они получают желаемое, они опять начинают волноваться, сокрушаться и завидовать тому, чего у них ещё нет. Не удовлетворением своих праздных желаний достигается спокойствие, но, наоборот, избавлением себя от таких желаний.


Пойми хорошенько и постоянно помни, что человек всегда поступает так, как ему кажется лучше для себя. Если это на самом деле лучшее для него, то он прав; если же он ошибается, то ему же хуже, потому что за всяким заблуждением непременно следует и страдание. Если ты будешь постоянно помнить это, то ты ни на кого не станешь ни сердиться, ни возмущаться кем-либо, никогда никого не будешь ни попрекать, ни бранить и ни с кем не будешь враждовать.


Вот ты едешь в Рим. В столь долгое странствие ты отправляешься, дабы добиться иной должности вместо нынешней, которая, как ты считаешь, тебе мало подходит.
А тебе не приходило в голову, что гораздо важнее изменить не свою должность, а свои мнения и те чувства, которые ты испытываешь? Разве ты хоть раз отправился в путь, чтобы исправить в себе какой-то порок или предубеждение? Когда за всю жизнь ты подверг рассмотрению свои превратные мнения? Все годы жизни ты делал то же, что и сейчас: бежал от насущного в погоне за второстепенным.


Вот человек, только что ставший народным трибуном. Он возвращается к себе; дом его залит светом; все кидаются к нему с поздравлениями. И он идёт в капитолий, приносит жертвы, благодарит богов за столь небывалый успех. А был ли среди нас хотя бы один, который поблагодарил бы их за то, что у него только здравые суждения, а желания его умеренны и ни в чём не противоречат природе?


Глупо желать, чтобы то, что от тебя не зависит, зависело от тебя, и то, что принадлежит другому, принадлежало тебе. Но так именно и поступает тот, кто хочет, чтобы дети его, его жена и друзья жили вечно.


Фрасил сказал, что предпочитает быть убитым сегодня, чем оказаться изгнанным завтра. Что ответил ему на это Курций Руф?16 – «Если ты выбираешь первое, считая иной исход самым ужасным, то ты безрассуден. Если же ты выбираешь его, считая его самым лучшим, то кто дал тебе право делать подобный выбор?»


^ О СВОБОДЕ


Свобода состоит в желаньи того, чтобы всё происходило не так, как тебе нравится, но так, как оно происходит.


Самое важное – это независимость нашего духа от всего внешнего, поскольку оно не находится в нашей власти.


Если ты потеряешь свою свободу, то взамен не получишь ничего столь же ценного.


Разве боги лишь за тем дали тебе разум, чтобы сделать тебя несчастным?!


Только когда истинно, от всей души скажешь, что во всём том, в чём ты знаешь волю Бога, ты не имеешь своей, а делаешь только то, чего Он хочет, тогда только ты сделаешься вполне свободным.


Терпи и воздерживайся!


Тот, кто умеет должным образом приноровиться к необходимости, становится мудр и сведущ в делах божественных.


Я всегда предпочитаю то, что со мной происходит, тому, что могло бы со мной произойти, ибо убеждён, что боги лучше меня знают, в чём моё благо. Я, стало быть, уповаю на них, следую им, сверяю по ним свои желания, поступки, убеждения и опасения. Словом, я хочу только того, чего они хотят.


Храни то, что принадлежит тебе, и не желай чужого – ничто тогда не сможет помешать тебе быть счастливым.


Хочешь, чтобы желания твои не причиняли тебе вреда? Ты можешь этого добиться: желай лишь того, что находится в твоей власти.


Что бы ни случилось, всецело в моей власти извлечь из того великую пользу.


«Поскольку свободный человек тот, с кем случается всё, чего он желает, – сказал мне один безумец, – то и я тоже хочу, чтобы со мной случалось то, что мне нравится». Э, нет, голубчик, безумие и свобода никогда не бывают вместе. Свобода – вещь не только отменно прекрасная, но и весьма разумная, и нет ничего более нелепого и неразумного, как желать того, что вздумается, и хотеть, чтобы всё происходило, как мы то помышляем. Когда мне нужно написать имя «Дион», нужно, чтобы я писал его не так, как мне придёт в голову, но так как оно пишется, не изменяя ни единой буквы. Точно так же обстоит дело и во всех науках, искусствах и ремёслах. А ты хочешь, чтобы применительно к самой великой и важной вещи – я имею в виду свободу – царили прихоть и произвол! Нет, дражайший, свобода состоит в том, дабы желать, чтобы всё происходило не так, как тебе нравится, но как оно происходит.


Ты надеешься, чтобы будешь счастлив, как только добьёшься желаемого. Ты заблуждаешься. Счастья ты так не достигнешь, потому что всё те же волнения, всё те же печали, разочарования, опасения и желания будут осаждать и преследовать тебя. Счастье состоит вовсе не в том, чтобы приобретать и наслаждаться, а в том, чтобы не желать, потому что только тогда можно быть свободным.


Боги даровали мне свободу, и я ведаю их повеления. Никто, стало быть, не может ввергнуть меня в рабство, ибо у меня есть освободитель, нужный мне, и у меня есть судьи, мне нужные.


Ужели есть такой человек, который желал бы жить в преступлении, в несправедливости, постоянно терзаться завистью, ревностью, вечно жаловаться, испытывать неловкость, быть снедаемым желаниями и непрестанно пребывать во власти страха и отчаянья? Нет такого человека. Стало быть, нет дурного человека, который бы делал то, что он хочет, и, стало быть, нет дурного человека, который был бы свободен.


Тот, кто подчиняется людям, сначала подчинился вещам.


Как малейшая невнимательность кормчего может погубить корабль, так и малейшая наша небрежность, малейшая невнимательность может лишить нас всех успехов, которых мы добились в постижении мудрости. Будем же бдительны. Ведь то, что нам следует хранить, куда дороже и бесценнее корабля, до краёв загружённого золотом. Это – стыд, это – верность, постоянство, покорность Божьей воле, неуязвимость для боли, волнения, страха – словом, истинная свобода.


Ради свободы, которая на самом деле ложна, люди подвергаются опасностям, бросаются в море, прыгают с самых высоких башен. Ради неё целые города подвергались самосожжению. А ты, ради подлинной свободы, истинной и надёжной, ты не хочешь ничем поступиться, не желаешь приложить ни малейшего усилия?


Если я люблю своё тело, если я привязан к своим вещам, то я пропал, я сразу превратился в раба. Здесь буду я уязвим для всякого, кому вздумается завладеть мною.


Прогони свои желания и свои страхи – и сразу избавишься от всех тиранов.


Помни, что не одно только стремление к почестям, власти и богатству превращает нас в рабов и заставляет подчиняться. Это же делают с нами желание отдыха, досуга, стремление путешествовать и учиться. Словом, все внешние вещи, каковы бы оне ни были, ввергают нас в зависимость, когда мы их ценим. Настоящим хозяином каждого из нас оказывается тот, в чьей власти дать или отнять у нас то, что мы хотим или не хотим. Пусть же каждый желающий быть свободным не хочет и не избегает зависящего от других, в противном случае он необходимо превратится в раба.


Главное, ничего не бойся, и ни в одном человеке не увидишь ничего страшного или грозного, ведь не представляет же лошадь угрозы для другой лошади, или пчела опасности – для другой пчелы. Или ты не видишь, что твои желания и страхи – это вражеские лазутчики, которых твои самозваные хозяева поддерживают в сердце твоём, как в крепости, дабы докучать тебе и подчинять себе? Прогони этих вражеских наёмников, вновь утверди власть свою в своей крепости, и ты станешь свободен.


Есть большие рабы и маленькие. Маленькие – это те, что отдаются в рабство из-за мелочей – ради обедов, ради ночлега, ради мелких услуг. Большие – те, которые отдаются в рабство, чтобы стать консулами, наместниками провинций. К числу таких рабов принадлежат и те, кого несут в носилках и перед кем шествуют ликторы с фасциями; и рабство таких ещё обременительнее, чем у прочих.


Чтобы судить, свободен тот или иной человек, не смотри на его должность и звание, ибо чем выше он поставлен, тем более он раб. «Но, – говоришь ты, – я вижу, что многие из них делают всё, что им вздумается». Нисколько не сомневаюсь, я только предупреждаю тебя, что это раб, который в течение нескольких дней пользуется привилегией сатурналий или хозяин которого в отъезде. Подожди, вот праздник кончится, или вернётся его хозяин, тогда и смотри на него, чтобы видеть его в истинном свете. «А кто его хозяин?» – Это любой, в чьей власти даровать ему желаемое или лишить его такового.


Ты больше не желаешь быть в числе рабов? Так порви свои цепи, освободи себя, не питая ни досады, ни боязни. Аристида17 называли справедливым, Эпаминонда18 – освободителем, а Ликурга19 – богом не потому, что они были богаты и у них было много рабов, но потому, что хотя они и были бедны, они вернули Греции свободу.


«Как! жалкий философишка, – сказал мне один вельможа, похвалявшийся своей свободой и независимостью, – ты осмеливаешься называть меня рабом – меня, чьи предки были всегда свободными людьми? Меня – сенатора и бывшего консула, меня – монаршего любимца?» А ты, великий сенатор, попробуй доказать мне, что и твои предки не находились в том же рабстве, что и ты. Но я даже готов здесь согласиться с тобой: они были великодушны, а ты корыстен, они были умеренны, а ты живёшь в распутстве и роскоши. – «Какой же от того ущерб моей свободе?» – Огромный, ведь разве ты назовёшь свободным того, кто делает, чего не желает? – «Но я как раз делаю то, что желаю, и никто не может заставить меня к чему-либо другому, кроме императора, моего владыки, который хозяин всему». Вот ты сам и дал признание, великий вельможа, что у тебя есть хозяин, который может заставить тебя делать всё, что ему угодно. И то, что он хозяин всему, может служить тебе весьма печальным утешением, так как это значит, что ты находишься на положении раба в большом доме среди миллионов других рабов.


Вот ты стал консулом или губернатором провинции. С чьей помощью ты этого добился? С помощью Фелициона? А вот мне бы и жизнь опротивела, будь я чем-то обязан Фелициону и окажись вынужден терпеть его гордыню и рабское самомнение. Ибо я знаю, что он всего-навсего раб, воображающий себя счастливым и ослеплённый своим везением. «А ты сам так ли уж свободен?» – скажешь ты мне. Нет, я всего лишь стремлюсь к этому. Но пока что ещё этого не достиг. Я ещё не могу смотреть на моих хозяев твёрдым взглядом; я ещё привязан к своему телу, и как оно ни увечно, я всё ещё хочу сохранить его. Я признаюсь тебе в своей слабости. Но если ты хочешь, чтобы я показал тебе человека понастоящему свободного, так это – Диоген. «В чём же причина его свободы?» Причина в том, что он порвал все связи, которые приводили его к зависимости. Он освободился от всего, ни с какой стороны нельзя было к нему подступиться, и ничто не держало его на крючке. Вы хотели лишить его имущества – он отдавал его вам; хотели лишить его ноги или всего тела – он не препятствовал вам; но он был безгранично предан Богу, и никто не мог превзойти его в послушании, в уважении, в подчинении этому верховному владыке. Вот в чём источник его свободы. Ты, быть может, на это скажешь: «Вот поистине пример человека одинокого, которого ничто не связывало с миром». Так ты хочешь пример человека, который не был одинок? – Пожалуйста. Вспомни тогда Сократа: у него была жена и дети, и он был ничуть не менее свободен, чем Диоген, потому что как и Диоген он всё подчинил закону и послушанию закону, которое закон налагает.


Ты только что освободил своего раба, а сам ты, даровавший ему свободу, подлинно ли ты свободен? Разве ты не раб своих денег, своей жены, своей любовницы, какого-нибудь тирана и последнего раба этого тирана?


В жизни мы почти все похожи на беглых рабов, присутствующих на зрелищах. Этим рабам доставляет большое удовольствие лицезреть пышность игр; они восхищаются актёрами трагедии; но они пребывают в крайнем беспокойстве и постоянной тревоге и всё время испуганно смотрят по сторонам. И если ненароком прозвучит имя их хозяина, их охватывает ужас и они обращаются в бегство. Точно так же и мы: мы восхищаемся чудесами и красотами природы; зрелище это нас очаровывает, но мы постоянно испытываем тревогу, и если прозвучит вдруг имя нашего хозяина, мы чувствуем, что попались. А что такое этот хозяин? Это не человек, потому что один человек не может быть хозяином другому человеку. Это – смерть, это – жизнь, сладострастие, боль, бедность, и это – богатство. Пусть хоть сам кесарь приступит ко мне без этой свиты – и ты увидишь мою твёрдость. Но если он явится в сопровождении таких спутников, изрыгающих громы и молнии, полных угрозы, и если я их боюсь, то разве не похож я на беглого раба, трепещущего перед хозяином своим? Но если только я не боюсь их, то вот я и на полной свободе, и нет у меня иного хозяина, кроме самого себя.


Диоген весьма удачно выразился, что единственное средство сохранить свою свободу – это всегда быть в готовности умереть без особого труда.


Тот же Диоген писал царю Персии: «Обратить в рабство афинян не более в твоей власти, чем обратить в рабство рыб. Рыба, вытащенная из воды, проживёт дольше, чем афинянин, попавший в рабство».


Что заставляет людей бояться тирана? Его стражники и приспешники, вооружённые мечами и пиками. Но пусть к ним подойдёт ребёнок – он их не боится. Чем это вызвано? Тем, что ребёнок не знает опасности. А ты, ты должен её знать и её презирать.


Один тиран говорит мне: «Я властелин. Я могу всё». – И что же ты можешь? Ты можешь обзавестись умом? Ты можешь лишить меня моей свободы? Так что же ты тогда можешь? Находясь на корабле, разве не зависишь ты от кормчего. И в своей повозке разве не зависишь ты от своего возницы? «Все заискивают передо мной». Но разве так обращаются с человеком? Покажи мне хоть одного, кто считал бы тебя таковым, кто хотел бы на тебя походить, быть твоим учеником, как если бы ты был Сократом. «Но я могу приказать отрубить тебе голову!» Ты правильно говоришь, я забыл, что с тобой следует обращаться как со злым божеством и задабривать тебя подношениями, как болезнь. Разве у лихорадки нет алтаря в Риме? Ты более заслуживаешь его, чем она, ибо ты куда злотворнее: но пусть твои приспешники и нелепая пышность пугают простонародье, на меня они не производят никакого впечатления. Не тебе тревожить меня, ибо тревожу себя только я сам. Ты без толку грозишь мне, я говорю тебе, что я свободен. «Ты свободен! Каким образом?» Само божество освободило меня. Неужели ты думаешь, будто Бог потерпит, чтобы сын Его подпал власти такого, как ты? Ты властелин этого трупа, так и завладей им; но надо мной ты не имеешь никакой власти.


Философы учат тому, что человек свободен. «Они учат, стало быть, не признавать власть императора». Отнюдь нет. Ни один философ не учит подданных противиться власти монарха или воспрепятствовать её проявлению над тем, что ей подлежит. Вот моё тело, вот моё имущество, вот моё доброе имя, вот моя семья – я вверяю их тебе. И если ты сочтёшь, что я кого-то учу не вверять их тебе, то вели казнить меня как мятежника. Не этому я учу людей, я учу их только тому, чтобы они сохраняли свободу своих мнений, единовластными хозяевами которых их сделало божество.


Рабство тела – это дело судьбы, а рабство души – это дело порока. Тот, чьё тело свободно, но чья душа связана и скручена, – раб, а того, чья душа свободна, тщетно приковывать и обвешивать цепями, он пользуется полной свободой. Рабству тела природа кладёт конец смертью, но рабству души полагает предел одна только добродетель.


^ О БОГАТСТВЕ И БЕДНОСТИ


Богатому так же трудно приобрести мудрость, как и мудрому приобрести богатство.


Не в твоей власти быть богатым, но в твоей власти быть счастливым. Само богатство далеко не всегда – благо, и обладание им, уж точно, всегда скоротечно, а вот счастье, проистекающее от мудрости, длится вечно.


Кто же это может дать другим то, чего он не имеет сам?


Точно так же как мерилом для размера башмака каждому служит его нога, так и безошибочным мерилом для размеров потребного богатства человеку оказывается собственное тело. Держись этого правила – и у тебя всегда будет верная мера, и знай, что если ты от него отступишься, то тебе беда: ты будешь неудержимо катиться к пропасти и в конце концов в неё свалишься. Это так же, как с башмаком: стоит тебе выйти за пределы нужд твоей ноги, как ты потребуешь не простых башмаков, а изукрашенных вышивкой; затем подай тебе башмаки, обшитые жемчугом; а там, глядишь, уже и без золочёных тебе никак не прожить. Нет этому конца. И оно всегда так: стоит утратить чувство меры – и ничто не остановит твоих притязаний, и радости тебе не будет ни в чём.


Жизнь, сопряжённая с богатством, похожа на бурный поток: вода в нём мутная, грязная, полна опасностей и неистовства, с грохотом и шумом несётся мимо, в то время как жизнь души добродетельной походит на водоём, коий всегда даст напиться чистой, светлой, живой воды, которая в нём в изобилии и никогда не иссякнет.


Ты собрал много красивых вещей, у тебя много золотых и серебряных ваз, ты богат, но лучшего тебе всё равно не хватает. Не хватает постоянства, покорности воле богов, спокойствия, свободы от волнения и страха. Право слово, как я ни беден, я гораздо богаче тебя. Мне не нужен покровитель при дворе; мне неважно, что могут сказать обо мне государю; и лесть не оскверняет моей речи. Вот какие богатства есть у меня. А у тебя, хоть вазы и из золота и серебра, но все твои мысли, желания, стремления, поступки – из пыли да грязи.


Как угнетает человека не сама бедность, а нежелание быть бедным, так и от всякого страха его освобождает не богатство, а разум.


Разве гадюка или какая иная ядовитая змея из-за того, что она сидит в золотой клетке, покажется тебе привлекательной? Разве её злотворная и смертоносная сущность не будет вызывать у тебя того же ужаса и отвращения, что и прежде? Примени это же правило и к злодею, который благоденствует среди своих богатств.


Не украшай дома своего прекрасными статуями и картинами, но пусть повсюду в нём будут слышны слова мудрости и проявляется чувство меры. Картины – всего лишь обман зрения и соблазн для глаз, тогда как мудрость – украшение подлинное, верное и непреходящее.


Обставлять свой дом дорогой и красивой мебелью – значит всего лишь любить роскошь; а вот впустить в душу свою доброту, великодушие, справедливость – значит поистине сделаться благородным человеком.


Дитя просовывает руку в кувшин с узким горлышком. В кувшине орехи и семечки. Дитя хватает столько, сколько может взять, и плачет из-за того, что рука не вынимается. «Дитя, не бери всего, возьми меньше – и ты вытащишь руку, и в руке будет много орехов и семечек». Ты такое же дитя: ты хочешь очень многого и не можешь ничего получить; желай меньшего – и ты своё получишь.


Не думай, будто здраво рассуждаешь, если говоришь: «Я богаче тебя, а значит, я лучше, чем ты». Или: «Я красноречивее тебя, стало быть, я больше значу, чем ты». Чтобы рассуждать здраво, надо говорить так: «Я богаче тебя, стало быть, моё имущество больше твоего. Я красноречивее тебя, значит, моя речь чище твоей». У тебя же нет ни подлинного преимущества, ни чистоты речи.


Представь, что с балкона дворца в народ на площади кидают семечки и орехи. Дети толкаются и дерутся, подбирая их, но взрослые люди не обращают на это никакого внимания. Вот распределяют должности наместников провинций; это всё семечки для детей. Вот пошли должности преторов и консулов; всё это опять же для детей. Для меня, для человека взрослого, это – лишь семечки и орехи. Вот одна случайно попала на моё платье – я беру и охотно съедаю её. Но большего она не стоит, я не стану нагибаться, чтобы её поднять, и не стану никого толкать.20


Не забывай, что богачи, тираны и цари – всегдашние герои трагедий, а прочие люди, если и появляются в них, то ненадолго и никогда не играют значительной роли. Цари процветают в самом начале пьесы; всё улыбается им, их прославляют, уважают, ублажают, возводят им святилища, чертоги их изукрашивают особенным образом, преданные вассалы стремятся угадать малейшее их желание. Но уже в третьем или четвёртом действии сей герой восклицает: «О, горе тебе, Клитерон! Какое жестокое несчастье тебя постигло! И зачем только ты на свет народился?» И, глядишь, когда падает занавес, он и впрямь умирает в самых жестоких мучениях или его каким-то зверским образом убивают.

Боги оставляют меня в бедности, в ничтожестве, в неволе. Это случается вовсе не из-за их ненависти ко мне, ибо где найти такого хозяина, который бы ненавидел преданного ему слугу? И не по небрежности это происходит, ибо они не пренебрегают и самой незначительной вещью. Они просто хотят, чтобы у меня была возможность упражняться в добродетели, они хотят выяснить, в самом ли деле они имеют во мне хорошего солдата, хорошего гражданина; и в конце концов, они хотят, чтобы я выступал их свидетелем перед другими людьми.

1   2   3   4   5   6



Похожие:

Учебник для развития iconДокументы
1. /Тяжелая атлетика. Учебник для ИФК. Под ред. Воробьева А.Н. 1981/P1010177_0001.djvu
Учебник для развития iconДокументы
1. /Учебник древнегреческого языка для нефилологических факультетов университетов А. Ч. Козаржевский/dr_yaz001.doc
Учебник для развития iconУчебник для 1 класса. М.: Академкнига/Учебник, 2008 Агаркова Азбука: учебник для 1 класса. М.: Академкнига/Учебник, 2008
Чуракова Н. А. Русский язык: учебник для 1 класса. – М.: Академкнига/Учебник, 2008
Учебник для развития iconДокументы
1. /Эпиктет. УЧЕБНИК ДЛЯ РАЗВИТИЯ СИЛЫ ДУХА.doc
Учебник для развития iconУчебник для вузов Допущено учебно-методическим объединением вузов России по педагогическому образованию Министерства
Этот учебник представляет максимальные возможности для реализации этого интереса
Учебник для развития iconУчебник для 6 класса естественнонаучного лицея. Челябинск, 2009. 254 с
Учебник рекомендован для общеобразовательных учреждений вида лицей. Содержание представлено в логике «Новой концепции биологического...
Учебник для развития iconУчебник для 1 кл./ Зеленина Л. М. М.: Просвещение, 2006г. Русский язык: Учебник для 2 кл. / Зеленина Л. М. М.: Просвещение, 2008г
Школа России. Концепция и программы для начальных классов. – М.: Просвещение, 2008г
Учебник для развития iconКалендарно-тематическое планирование уроков по геометрии 7 класс
Учебник: Геометрия, 7-9: Учебник для общеобразовательных учреждений/ Л. С. Атанасян, В. Ф. Бутузов, С. Б. Кадомцев и др. – М.: Просвещение,...
Учебник для развития iconУчебник для вузов. Спб.: Питер, 2004. 668 с.: ил. Isbn 5-94723-759-8
Данный учебник отвечает всем требованиям обра­зовательного стандарта
Учебник для развития iconДокументы
1. /Учебник по менеджменту/glava1.doc
2. /Учебник...

Разместите кнопку на своём сайте:
Документы


База данных защищена авторским правом ©podelise.ru 2000-2014
При копировании материала обязательно указание активной ссылки открытой для индексации.
обратиться к администрации
Документы

Разработка сайта — Веб студия Адаманов