Прощаяс ь спрошлы м раздумья на путях движения россии максимы и рефлексии историко-политико-философская проза ПавелГелев á icon

Прощаяс ь спрошлы м раздумья на путях движения россии максимы и рефлексии историко-политико-философская проза ПавелГелев á



НазваниеПрощаяс ь спрошлы м раздумья на путях движения россии максимы и рефлексии историко-политико-философская проза ПавелГелев á
страница5/8
Дата конвертации30.08.2012
Размер2.11 Mb.
ТипКодекс
1   2   3   4   5   6   7   8
05.03.78 г.)


* * *


Живя в совецком обществе, не быть пессимистом возможно, лишь будучи подслеповатым глупцом: вся жизнь этого общества, с мига его появления, есть судорожная агония, но кончина его будет поистине ужасна: она превзойдёт его судороги и при рождении, и при смерти. (22.09.1978 г.)


* * *


Немудрено, думаю, что при совецкой власти физиономическое учение Ломброзо не могло у нас привиться: признай отцы совецкой системы его истинность и научную значимость, они тем самым согласились бы, что они – всего лишь банда дегенератов и преступников, шайка убийц, воров и психопатов, – все, начиная от Ленина и кончая самым последним в иерархии коммунистических подонков.


* * *


Многие сегодняшние коммунисты – это Иваны, не помнящие родства: они позволяют себе одновременно кричать «Слава КПСС!» и «Позор ВКП(б)!». Ведь именно это значат партийные славословия в адрес Ленина-Горбачёва вместе с проклятиями и критикой в сторону Сталина-Брежнева. Казалось бы, безмозглости некуда идти уже дальше. (26.04.1989 г.)


* * *


Оболваненные большевицкой идеологией граждане не в состоянии видеть и понять демагогию и лицемерие партийных витий. Те же единицы, которые самостоятельны и действительно мыслят, изощрённую демагогию эту видят, но зачастую впадают от возмущения столь низменными приёмами в аффект и оказываются не в силах приводить аргументы, теряют хладнокровие, и тогда возмущённого человека естественным образом хватает только на резкие выражения и на желание дать демагогу в морду. В этом опять-таки сила капе-эсэсовцев, умеющих так унизить оппонентов. А взъяриться, собственно, есть отчего, ведь приёмы оболванивания общественного мнения характер имеют самый изуверский. Или взять новомодные сетования на то, что-де нет у демократов никакой терпимости к иной точке зрения, нет-де у них желания выслушать также и другую сторону. Да что там, спрашивается, выслушивать? Что нового могут сказать миру прислужники партаппарата? Разве мало нам их монологического ора, звучавшего в эфире, с трибун и в громкоговорителях в течение всё тех же 70 лет? Неужели же за эти годы мало бумаги загублено на печатанье их литературно-бездарной и тупоумной лжи?! О какой ещё терпимости вздыхает оголтелая большевицко-капеэсэсовская нетерпимость?


* * *


В историческом тупике нет перспектив – одни кровопускания. Не позволим краснотряпичникам вновь загнать нас в этот тупик! (18.10.1989 г.)


* * *


Творчество наших сатириков и юмористов – это игра ума высокого класса, но она не переводима на другие языки и не принадлежит вечности, ибо связана всего лишь с отсутствием товаров в наших магазинах, общим низким уровнем жизни в нашей стране и нижайшим уровнем культуры у населения её.



* * *


Оказывается, можно питаться иллюзиями и не худеть при этом! Мы дышим смрадным воздухом и толстеем от даваемых нам обещаний. Свиньи б и те, сдохли в таких условиях! (07.10.1977 г.)


* * *


Человека в этой жизни интересует не результат, а процесс. Подходить к устроению жизни с точки зрения результата, значит поступать крайне бесчеловечно.


* * *


Марксистская философия учит, что мы живём лишь раз, что, разумеется, не так. Но даже если и согласиться, то это ли довод в пользу того, чтоб жить поскотски?


* * *

У Оскара Уайльда читаем: «Человек не должен проявлять готовности жить впроголодь, словно скот, которого плохо содержат... Человек создан для лучшего назначения, чем копание в грязи».


* * *


«Работать» должна только машина. Человек обязан «трудиться». Труд облагораживает, работа же унижает и в конце концов – оскотинивает.


* * *


Труд, если он свободен, становится творчеством. Труд по принуждению или необходимости всегда есть рабство, как вы его ни называйте и какой ему ни давайте вид.


* * *


Современная жизнь с её службой и работой так страшно развращает людей, что те немногие, кому удаётся дотянуть до пенсии, оказавшись предоставлены самим себе, совершенно не знают и не представляют, что им с собою делать и готовы заняться любою глупостью, лишь бы только не остаться наедине с самим собой. Всё это однако вполне закономерно, ведь одиночество и разговор с собой ничего им, кроме собственного ничтожества да бездарно прожитой, впустую растраченной жизни, не покажет.


* * *


Между тем у Монтеня читаем: «Le grand et glorieux chef d’œuvre de l’homme, c’est estre à soy.»* Из этого, в частности, следует и то, что значимость и ценность каждого определяются значимостью и ценностью его досуга.


* * *


Высшее благо разумного человека – это возможность беспрепятственно следовать своему разуму. Но, как говорит Платон, «ничто не мешает избравшему разумную жизнь проводить её таким образом».


* * *


Наше личное достоинство и наши вкусы взаимосвязаны: повышение одного означает возрастание другого, и понижение одного влечёт за собой убыль и падение другого.


* * *


Великое множество людей получает за своё присутствие в местах присутственных и за одновременное отсутствие в месте обитания в среднем рублей 150 месячного жалования, что в год составит всего лишь 1800 рублей – сумма ничтожнейшая и неспособная покрыть самые аскетические и спартанские потребности, и вот ради неё-то тратится безвозвратно время, назначенное на приобретение ценных мыслей. В этом неиссякаемый источник человеческой глупости как в жизни частной, так и в общественной. (03.04.1981 г.)


* * *


У Шамфора читаем: «Добиваться житейского успеха ценой забот, тревог, пресмыкательства перед властьимущими и пренебрегать ради него своим умственным и духовным развитием, не более разумно, чем ловить пескаря на золотой крючок».


* * *


Логика – страшная вещь. Если доходов от работы человеку хватает только на то, чтобы не умереть с голоду, то получается, он живёт единственно ради того, чтобы работать. Но такая жизнь может иметь для него определённый смысл лишь в том случае, если работа, которую он выполняет, доставляет ему какое-то удовольствие. А если нет? (и это вполне нормально, ведь едва ли можно служить высоким моральным идеалам, всего лишь избегая голодной смерти). Тогда-то человек и совершает самоубийство: затяжное (пьёт, курит), либо же мгновенное. Это вполне объясняет трагедию человеческой жизни и нравственную недоразвитость общества.


* * *


Р.Холл, в предисловии к «Закону Паркинсона», пишет: «У человека не может быть никакого интереса к своей работе при заработке, достаточном только на то, чтобы не умереть с голоду».


* * *


Государство погибает, когда граждане его начинают заниматься не своим делом.


* * *


Обесценивание человеческого труда есть язва, подтачивающая поражённое ею государство сильнее всех кризисов и классовых противоречий. Государство, смирившееся с этой болезнью, обречено.


* * *

^ Chi non ha nulla, è nulla.


Немного политэкономии. Почему мы нищие? – вот вопрос, которым бы стоило задаться.

Скоро, наверное, набьёт уже оскомину недавно введённая в наш обиход, но старая, как мир, мысль: государство богато богатством своих граждан. Одним из завоеваний нынешней вопиющности явилось то, что наш так называемый «средний человек» вдруг узнал, что все эти годы ухались и ухаются его миллиарды и миллиарды рубликов в какую-то бездонную сточную яму. В этой яме и поворот рек, и осушение морей, и заражение жизненного пространства радиоактивной гадостью, и отравление воздуха, воды и почвы всяческой химией, а также кормление, одевание, обувание, увеселение и развлекание партии, армии, КГБ и прочих всевозможных и бесконечных департаментов и ведомств, равно как строительство и содержание партийных, бюрократических, маршальских да генеральских поместий и латифундий, ну и, конечно, многое, многое другое, о чём уже писано и говорено предостаточно. Экономисты пытаются подсчитать не способный подлежать никакому учёту бюджет государства нашего, выясняют, сколько тратится на «оборону», на культуру, на среднестатистическую душу обывателя в рублях, копейках; и то, какие это рубли, какие копейки (хрущёвские, брежневские, павловские); и главное, куда, наконец, всё это девается. Мы, давайте, посмотрим на проблему поиному: откуда, собственно, у нашего могучего государства богатства все эти берутся, если мы, его граждане, в полном противоречии с той общечеловеческой истиной, совершенно нищие?

Ходит наш усреднённый гражданин целую жизнь на работу (а у многих вернее сказать – в присутствие), что-то там делает, тратит время, силы и здоровье, а того выяснить, какую прибыль или убыль он принёс, сколько в каждом случае заработал и должен получить, не может. Такова наша среднесовецкая жизнь, что концов в ней не найдёшь. Потому что они все в воду опущены. И государство 70 лет грабительствовало и продолжает грабить, уверенное в своей безнаказанности, потому что никак нельзя у него выяснить: кто? чего? и сколько? Так, по крайней мере, должно нам казаться по замыслу устроителей сценария.

Однако такое представление дел не вполне соответствует истине. Если оно и справедливо в отношении «среднеработающего» гражданина, у которого трудно выяснить «чего?» он и «сколько?», то никак не распространяется на гражданина, «среднепишущего» и «среднепечатающегося». Там вполне конкретно видно, какую прибыль в рублях да копейках он принёс и какую долю от неё получил или должен бы был получить. Для того чтобы подсчитать это, прямо скажем, не надо быть ни экономистом, ни высшим математиком. Займёмся же этим, читатель, потому что полученный результат откроет нам работу государственной системы в целом, вскроет весь механизм чудовищной обираловки, поскольку ясно, что наглядная модель, которую мы прорабатываем, распространяется и на всех прочих граждан, у каковых эти процессы не так явно выражены и значительно труднее поддаются учёту и выявлению.

Положим, написал гражданин полезную и интересную книгу, или скажем, чтоб дешевле было, перевёл таковую. Дабы издательству никуда валюту не отчислять и всю прибыль оставить себе, возьмём такого автора, который творил изрядно давно. Цена перевода в кооперативном издательстве 1000 рублей за авторский лист. Всего в книге, скажем, 20 таких листов. Стало быть, гражданин 20.000 деревянно-бумажных рублей «грязными» получит и, предполагается, должен быть доволен. Пойдём дальше: какой доход издательству он принёс при тираже 100 тыс. экземпляров и цене (минимальной) по 20 рублей за штуку? считаем – и получается общий капитал в 2 миллиона рублей. Стало быть, автору перевода дали лишь 1% от прибыли, главной причиной которой он стал. Даже если половина этих денег уйдёт на издание книги, доход, принесённый автором издательству, всё-таки составит 1.000.000 рублей, из которых ему оказывается выплаченной лишь смешная сумма в размере 2%. При этом тираж могут удвоить, а цену поднять до 40, 50 рублей за штуку, но наш писака, независимо от этого, должен будет удовольствоваться своими 20 тысячами, что соответственно составит уже 1%, 0,5%, 0,25% и менее. В какой ещё стране такое возможно? Но это только «голые» цифры. Чтобы прочувствовать их, пусть читатель для наглядности отсчитает сто спичек, а затем возьмёт себе одну и соотнесёт её с оставшимся количеством, после чего отломит от неё половину и положит ту в общую кучу. Таковы вот его заработки.

Боксёры-профессионалы на Западе сейчас забирают себе до 90% от общей суммы, оставляя импрессарио и всем остальным только 10%. В результате такой боксёр может получить за один поединок миллион долларов ($1.000.000). Писатель и на Западе, разумеется, не может рассчитывать на львиную долю – такова специфика книжного дела. Его доля определяется тиражом и различными условиями контракта. Но тем не менее, выпустив книгу или записав пластинку, человек на Западе, честно скажем, может жить весьма безбедно. Возьмём однако по минимуму, т.е. 10%. В нашем случае это составило бы уже не 20.000, а 100.000, или соответственно 200.000, 400.000, причём не бумажных рублей, а настоящих долларов. Стало быть, множим по нынешнему курсу на 33 и получаем, что на Западе наш писатель за работу такого качества и объёма получил бы (напомним, по минимуму) 6.600.000 деревянных рублей, а не 20.000. Значит, ему нет здесь причин быть довольным, он может считать себя ограбленным.

Однако это не всё. Ограбили его в кооперативе. Пусть он теперь пойдёт в государственное издательство. Вот там мы на него и поглядим, поскольку это ближе к нашей теме – выяснению того, какую долю прибыли от произведённого им продукта получает средний госслужащий. В государственном издательстве он узнает, что тот же авторский лист стоит не 1000 рублей, а... 100, т.е. он, проработав, может даже быть, несколько лет над книгой вечерами и ночами ( потому что занятие это его не кормило, и он вынужден был днём работать ещё и на государственной службе), получит за свои бессонные ночи 2000 «грязными», т.е. уже 0,1% (или соответственно 0,2%), из которых государство ещё не побрезгует вычесть у него кое-какие малюсенькие налоги в размере чуть ли не девятой части выплаченных ему грошей. Так сказать, чисто «моцартовская» ситуация, когда «чести много, а денег мало». Теперь, читатель, от своей единственной спички или её половины отломите головку, и от той ещё кусочек – это и будет ваша доля в заработанном. Это уже не грабёж, но, наверное, пока ещё можно назвать мародёрством.

Представим, что наш горемыка потащил свою рукопись в соответствующий журнал, где её после некоторых колебаний приняли по ставке 120 рублей за лист, из расчёта каждый месяц печатать по листу. Пусть цена этого журнала 50 коп. за штуку при объёме 10 листов. Это значит, что в каждом номере 5 копеек прибыли выдаёт наш чудак. Помножив этот пятак на тираж 3 миллиона экземпляров, получим 15.000.000 копеек, т.е. 150.000 рублей ежемесячной прибыли, которую наш попрошайка принёс издателям журнала. Отнимем из этой суммы половину на издательские расходы (всё-таки бумага, типография и закон джунглей) – и у нас останется тем не менее 75.000 рублей. Наш же бедолага получит на руки 100 рублей с копейками, т.е. чуть более или, соответственно, чуть менее 0,01%. Это, пожалуй, уже и не мародёрство. Вот в каких размерах мы позволяем обирать себя. То, куда пойдут эти денежки, уже известно.

После этого пусть читатель сделает проекцию на себя, затем на всё население, а потом полученную сумму мысленно передаст туда, наверх, прямо в мудрые руки устроителей и организаторов нашего совецкого процветания. Прошлых, нынешних, а может быть, и будущих. Надо думать, что с этой минуты всё станет ясно.

И сколько бы нам при такой постановке дела ни работать, сколько бы из кожи ни лезть, всё будет напрасно. Как говорят итальянцы (см.выше): «Кто ничего не имеет, тот и сам ничто». Вот почему мы такие нищие.

Интересно знать, до коих ещё пор сие будет продолжаться? Вроде бы уже начинают понимать, что самое важное – это, материально заинтересовав людей, дать им возможность работать. Тогда государству не будет надобности всех поголовно заставлять ходить на бестолковую «работу», где им весьма неохотно выплачивают за их труды лишь жалкую часть того пособия, которое получает американский безработный. Думаю, что не опозорю свою пишущую машинку, если напомню, что это пособие составляет 360 долларов в месяц. Помножьте­ка это на 33 и сосчитайте, сколько процентов от эдакого «пособия безработного» вы, работая, получаете – 10%, 5%, 1%, 0,5%, 0,01%? Опять же напомню, что мойщица посуды получает 950 долларов, уборщик улиц – 1300, «средний» рабочий – 1600, водитель грузовика – 2000 долларов в месяц.

Что думают господа «народные избранники», политики, экономисты и прочие? Не пора ли нашему государству КАК СЛЕДУЕТ ПЛАТИТЬ ТЕМ, КТО ДЕЙСТВИТЕЛЬНО РАБОТАЕТ и хочет работать, а прочих, вынужденных бездельников, перевести в статус безработных, отмерив им (нам ведь не до роскоши американского безработного) хотя бы по $100 в месяц? Ведь второе условие при соблюдении первого окажется вполне возможным. Такая безработица позволила бы ликвидировать все организации паразитарного толка, которые в нынешней структуре и при существующем устроении жизни составляют порядка 90% от общего их количества. В результате выиграют и те, кто работают, и те, кто без работы, и само государство. (14.07.91.)


P.S. Пока автор вынашивал эту статью, соотношение между $. и руб. ещё более увеличилось: теперь надо множить не на 33, а уже на 45, на 60, на 110. Помимо того, уже давно было увеличено и пособие американского безработного. Такое впечатление, будто эти вещи у нас и у них расходятся в противоположные стороны с тем, чтобы больше никогда не встречаться.*


* * *


Интересно, имеет ли вообще нынешняя русская интеллигенция право считать себя нищей? Не будет ли для неё нищета некоторых пределом благосостояния?


* * *


Неважно, кем производится эксплуатация человека – другим человеком или бездушным роботом, у которого нет головы, а есть только плечи для нашивки погонов да седалище, чтобы надеть штаны с лампасами. Важно то, что эксплуатация всё же никуда не делась.


* * *


Глупцы или подлецы, говорившие об эксплуатации человека человеком и тщившиеся её якобы уничтожить, добились лишь обострения этого социального недуга. Но дело в общем­то даже и не в этом. Вопрос в принципе неправильно поставлен. Речь должна теперь итти, если говорить без экивоков и эвфемизмов, об уничтожении человека человеком, не об эксплуатации.


* * *


Ношение погонов и хождение в сапогах естественным образом избавляет человека от многих интеллектуальных и культурных обязанностей.


* * *


В присутствии сплошь и рядом приходится как-то общаться и поддерживать светские беседы с людьми, с которыми на улице добровольно не согласился бы не только встретиться, но и пройти мимо которых почёл бы за немалую неприятность.

* * *


Всякому порядочному человеку, отправляясь утром к себе на службу, необходимо перед выходом из дома, проглотить жабу или какое-нибудь грязное пресмыкающееся: тогда пребывание в присутственном месте в течение целого дня уже не сможет вызвать у него отвращения.


* * *


Об инакомыслии: кто не способен мыслить иначе, тот не способен мыслить вообще. (17.09.1973 г.)


* * *


Совецкая интеллигенция – копеечная интеллигенция, она дёшево себя ценит, ибо продалась за гроши, вернее, за корку чёрного хлеба, обгрызанную кремлёвскими тараканами. Питаясь объедками с тараканьего стола, она создаёт такие же обгрызанные, такие же насекомые мысли.


* * *


Иная учебная «Академия» у нас – всего лишь богодельня для слабоумных. Причём облагодетельствованы здесь не только ученики, но и в первую голову учителя. Умственная убогость последних лелеет и бережно взращивает ещё большую убогость первых. Какая-то perpetua stultitia.


* * *


Засилье вздорной наукообразности и ложной науки привело к тому, что нынешняя думающая часть человечества охотно и вполне серьёзно изучает такие вопросы, как катары желудка у инфузорий или профилактика перелома ног у тараканов и блох и предпочитает эти «исследования» размышлению о глубоких тайнах души человеческой. В итоге интеллигенция даже не знает, есть ли у человека душа и склоняется к бездумному утверждению того, что её нет, и потому с достойной последовательностью изучает всякий недостойный вздор и предаётся унизительной глупости.


* * *


Когда будет принят закон о том, что нужно хватать и вешать людей, убивать начнут с самых лучших.


* * *


Когда «врагами народа» объявляют именно лучших людей, то возникает вопрос: что же это за народ-то такой? (05.05.1074 г.)


* * *


«На погребение правды нужно много лопат», – гласит немецкая пословица. Однако в наше время недостатка в таких лопатах нет. Более того, лопаты эти всегда в избытке и не стоят без дела.


* * *


«Уж лучше быть шутом, чем взаправду глупцом», – так, повидимому, должны утешать себя многие неглупые партийные деятели, глядя на своих правительственных вождей, в утеху которым приходится этим деятелям устраивать по партийным праздникам скоморошеские шествия и представления. (07.11.1976 г.)

* * *


Лубочная картина совецкого праздничного быта: очередные партийно-кумачовские торжества, и, стоя пред огромной, высотою в дом, красной простынёю, на коей белым намалёвана косоглазо-плешиво-усатая рожа, благостные и жирномордые краснотряпичники в умилении пребывать изволили со слезами на глазах, со слюнями на устах и со соплями во носах.


* * *


Совецкая жизнь никак не является жизнью. Она скорее походит на нудный спектакль, написанный бесталанным автором, поставленный бездарным режиссёром и в котором играют из рук вон скверные актёры. (08.05.1975 г.)


* * *


При рабовладении рабы носили владык на своих плечах, при социализме же граждане носят уже лишь портреты их. Вот сколь далеко вперёд шагнуло общество в развитии своём! Это ли и есть демократия?! (01.05.1976 г.)


* * *


Каждая сволочь думает только о себе, и в результате всё оказывается так, будто каждый стремится навредить другому.


* * *


В бытность мою сотрудником центрального банка довелось сделать среди прочего и такое наблюдение. В большом холле там параллельно работают два лифта: один – иностранный (финский), другой – родимый (совецкий). Так вот, на примере этих двух механизмов можно изучать различие между совецким национальным характером и характером иностранца (напомню, что в двухмерном совковом мире значатся лишь две национальности: совки, или «наши», и иностранцы, или «они»). В банке вверх-вниз постоянно снуёт множество народу, и вся эта публика постоянно вынуждена сопоставлять особенности норова двух межэтажных экипажей, вяло конкурирующих между собой. Дело в том, что иностранец работает чётко, бесперебойно, ломается редко. Когда число желающих в нём путешествовать превышает его силы, он честно гудит, предупреждая, что не тронется с места, пока кто-нибудь не выйдет, после чего благополучно развозит всех по местам. «Наш» же «Вася» в таких случаях относится к своим клиентам совершенно безразлично: по нему, пусть хоть банкиры улягутся в нём штабелями на манер дров до самого потолка – он и не подумает возражать, а будет стоять совершенно невозмутимо. Но зато, когда бестолковая публика набьётся в него сверх всякой меры, он обязательно сломается по дороге и будет долго торчать между этажами, пока когда-нибудь не появятся сонные и сердитые наладчики и не выпустят незадачливых банкиров на волю. Мораль: не уподобляйтесь селёдкам, дамы и господа! Кстати, эта перешедшая в привычку страсть заполнять собою разные транспортные и жилищные ёмкости, на манер «сельдей в бочке», также является отличительной особенностью «наших». «Они» так не поступают, и «их» лифты пытаются учить «наших», и не без успеха, хорошему, т.е. «ненашему» тону.


* * *


Мы живём и проживаем жизнь среди словесных монстров, сочетаний несочетаемых слов, которые нам привычны и потому не режут слуха, тогда как смысл их неясен и мы над ним не задумываемся. Но человеку стороннему или иностранцу, не обременённому знанием совецкой мифологии, они буквально бросаются в глаза и уши. Нелепость, безграмотность и бессмыслица подобных сугубо совецких словосочетаний и штампов тут же обнаруживается при попытке перевести их на иностранный язык. Попробуйте-ка сказать по-английски или по-французски такой перл, как, например, «парк культуры». Первая же попытка убедит вас в том, что смысла здесь не больше, чем и в иных смелых опытах того же ряда: «сквер победы», «газон цивилизации», «огород вежливости», «клумба духовности» и т.д. А если этот «Парк Культуры» будет носить ещё и чьё-то имя, и имя это окажется Горьким, Кислым, или там Тухлым и Мокрым, то воображение и перо просто замрут в бессилии.


* * *


Проглядываю одну из газет и вдруг натыкаюсь на сообщение о том, что в Балтике потерпел аварию морозильный траулер «Ленинская Кузница» (вышел из строя двигатель) и что он был взят на буксир траулером «Ленинский Путь» из того же рыболовецкого колхоза. Всё закончилось, как можно видеть, благополучно, но названия кораблей меня потрясли.

Составить такое словесное сочетание, как «ленинская кузница» – это уже само по себе чего-то стоит. Дать его как название кораблю – это пока ещё может быть смешно. Но если корабль этот окажется к тому же траулером-рефрижератором, то тут уж не до смеха. Назвать холодильник «кузницей» – это не просто отсутствие чувства юмора, здесь диагноз значительно более тревожный.


* * *


Кто, скажите, додумался швейную фабрику назвать «Красной Швеёй»? Отчего, спрашивается, швея красная? Может быть, из-за качества своей продукции? Так тут действительно в самую пору только краснеть. Почему всё время дело доходит до смешного? Например, мебельная фабрика им. Халтурина. Представляете, какая там должна быть мебель?!

* * *


А папиросы «Беломор-Канал» – это что, реликт той славной стройки коммунизма, чтоб показать потомкам, какую дрянь курили зэки? Было б справедливым вменить курение этих папирос в непременную обязанность всем сотрудникам КГБ, сделать их, так сказать, уставными, запретив пользование прочими и сурово карая пролетарским мечом всех уличённых в нарушении этого дисциплинарного обряда. Пусть гэбешникам кашляется получше в память о ратных подвигах их отцов и дедов по оружию.


* * *


«Московский ордена Ленина и ордена Октябрьской Революции Мясокомбинат». – Казалось бы, куда уж чудовищней и абсурднее?! Но нет, никто этого не видит, не слышит, не чувствует и не понимает. Всем всё надо объяснять.

Мясокомбинат – учреждение и без того зловещее, но при соединении с Лениным и его революцией недвусмысленно наводит на мысль о людоедстве, ибо при Ильиче и его последышах вся огромная страна превратилась в огромную бойню, и не было в ней зачастую ни хлеба, ни мяса какого-нибудь иного, кроме человеческого, а потому и антропофагия, как свидетельствуют исторические документы, не была при большевицком строе такой уж редкостью. (10.07.1974 г.)


* * *


У нас что ни ансамбль песни и пляски с портупеями, то обязательно «краснознамённый». Красное знамя – наш знаменитый религиозный атрибут. А вот в мусульманских странах, хотя там всегда и почиталось зелёное знамя ислама, никто почему-то не додумался создать ни одного зелёнознамённого ансамбля. Даже у турецких янычаров такого вроде бы не было, хотя тоже были любители и попеть, и поплясать, и шашками помахать.

* * *


А разные «октябрьские» названия с циферями: тут вам и улица 10-летия Октября, и улица 25-го Октября, и площадь 50-летия Октября. И ничего связанного с мартом, сентябрём или январём. А ведь в году 365 дней с двенадцатью месяцами – какой богатый ассортимент названий! Сколько блестящих возможностей упущено! Или если отмечать только октябрьские годовщины, то зачем было ограничиваться лишь 10-ти и 50-летием, ведь уже 73 года как празднуем, ликуя от восторга.


* * *


Невооружённым глазом видна назойливая любовь большевицко-совецкого новояза к аббревиатурам, ко всем эти вцикам, чикам и пшикам, которые академик Павлов презрительно называл «птичьим языком». Причём зашифрована может быть явная нелепица и безграмотность. Взять хотя бы пресловутый ВЛКСМ: если сократить второстепенные члены этого иероглифа, то получим такой шедевр мысли и смысла, как «всесоюзный союз». Но именно этот словесный уродец особенно полюбился созидателям совецкой символики и мифологии: формула «всесоюзный союз» встречается во множестве сокращений, приводить которые можно только, если не щадить терпение читателя.


* * *


А на фасадах домов нередко красуются такие вывески: РЖУ-РСУ (причём именно так, через чёрточку). Под этим подразумеваются Ремонтно-Жилищное Управление и Ремонтно-Строительное Управление. Но представьте только, как бы смотрелись такие надписи, если б эти домоуправские организации назывались чуток поиному, именно: Жилищно-Ремонтное Управление и Строительно-Ремонтное Управление!

* * *


Или вот в Москве имеется улица под названием «Большевицкий тупик». Есть, говорят, ещё и другая: «Партийный тупик». Каково, а? Лучше не скажешь. Между прочим, улица Правды (следовало бы писать в кавычках и заглавными буквами, вот так: улица «ПРАВДЫ») на поверку тоже оказывается не улицей, а тупиком.


* * *


Надеюсь, что читатель начинает уже догадываться, что за всеми этими идиотизмами, кажущимися случайностями и совпадениями, не шибко-то прячась, самодовольно развалилась освящённая семьюдесятью годами господства и безнаказанности закономерность, а именно – умственное убожество, ощущающее себя критерием истины.


* * *


До какой патологической степени всё здесь напоено именем Ленина! Взгляните только на схему московского метро, или как оно официально именовалось десятки и десятки лет (после того, как похерили Кагановича) – Московского ордена Ленина метрополитена им.В.И.Ленина – и вы увидите, что псевдоним этот встречается на ней 6 раз и 2 раза подразумевается. Точно так же называется и главная библиотека страны: Государственная ордена Ленина Библиотека СССР им.В.И.Ленина. Выходит, нет никакого нонсенса и в таком словосочетании: Ленинградский óрдена Ленина орденá Ленина вырабатывающий комбинат имени Ленина! Нет в стране ни одного города, ни одного посёлка, ни одного села, где бы не было улицы Ленина, нет ни одной захолустной железнодорожной станции, где бы не стоял если и не серебристый монумент с простягнутой дланью, то хотя бы бюст этого монгольского ламы с галстухом. Не ведаю, как в других местах, а в Москве не обидели и Маркса: есть вам и проспект Маркса, и улица Карла Маркса, и улица Маркса-Энгельса (разумеется, улица одного Энгельса, без Маркса, также имеется), а вкупе с ними и совершенно не произносимая станция метро – «Марксистская». Не правда ли, какое буйство фантазии во всём этом? Ну, как тут не заблудиться в таком городе? тем более что все эти вещи находятся в достаточно противоположных его концах! Но Ильич, конечно же, вне конкуренции. В Москве и по всей стране имеются также всевозможные «ульяновские» названия улиц, причём мало нам одного Володи, так тут ещё и другие члены чадообильной ульяновской фамилии: и Саша, и Маняша, и Димоня. Подобная логика вещей позволяет думать, что просто «Ульяновская» улица, в которую впадает «Ульяновский» же переулок, названы так в честь вождеродицы и отца святого семейства. Таково большевицкое благочестие.

Странный, однако, какой выбрал Ильич себе псевдоним: в честь, что ли, Ленского расстрела? Вот ужо, мол, я вас постреляю, как сяду в князи! – такой намёк, что ли? И ведь пострелял, и главное сколотил банды, орды других застрельщиков. А потом они переименовали на свои фамилии и клички все русские города и веси, дороги и леса, воздух, воду и землю (Маяковский даже небо обозвал «сводом РКП»), и стали присваивать эти скверные названия вновь строящимся заводам, станциям, кораблям и библиотекам. Все эти ильичи, дзержинские, свердловы, сталины, войковы, кировы, ногины, фрунзы, калинины, куйбышевы, ждановы, молотовы, кагановичи, ворошиловы, брежневы, андроповы и прочие, объявленные гениями и героями, коих не счесть да и считать не стоит. Как им хотелось, чтоб их склоняли и спрягали даже по поводу предметов, не имеющих к вождям и их подручным палачам никакого отношения, чтоб обряжали их суффиксами и новыми окончаньями: ленинка, дзержинка, свердловчанин, фрунзовец, «Войковская»... Что за жалкая попытка навязать Вечности своё имечко! И вот уж народ и не замечает, как бездумно, и в хвост и в гриву, повторяет имена своих мучителей, слова эти вошли не только в плоть и кровь языка, но и в ткань всей народной жизни, и вырвать их из неё можно только лишь вместе с красной тряпкой, в которую эта жизнь замотана!


* * *


К вопросу о так называемом «вандализме». Когда толпа, движимая собственным невежеством и низменными инстинктами, науськиваемая политической чернью крушит, разрушает ценности духа, произведения искусства, памятники архитектуры, такой ход вещей называется «вандализмом». Когда та же толпа лепит из глины или гипса, с горем попалам ваяет в камне или отливает в бронзе огромных идолов, строит уродливые здания, мерзким языком пишет псевдохудожественные и мнимонаучные опусы, то такой ход вещей именуется «варварством». Оба этих процесса семь десятков лет были на глазах наших. Когда же негодующий и возмущённый народ, сам, без посторонней подсказки сносит, сокрушает уродливых и бездарных политических идолов, то это не вандализм, не надругательство над искусством, а здоровый очистительный процесс, действительная революция. От разрушения этих символов и уродств культура и цивилизация только выигрывают и становятся богаче. (12.10.1990 г.)


* * *


В соседнем с моим московском дворе стоит детская статуя Ильича с кудряшками. Вокруг пыль, грязь и вонь, сзади горы деревянных ящиков от продовольственного магазина, грузчики из него со своими трёхбуквенными проблемами и разговорами, внутри этого ящичного амфитеатра, помимо грузильных статистов, красуется ещё пара помойных контейнеров, но Ильич-ребёнок стоит, от всего этого отвернувшись. Он мечтательно смотрит на очередь в подвальную дверь и на надпись надо всем этим: ПРИЕМ СТЕКЛОПОСУДЫ. Недавно Ильичонка из того двора убрали.


* * *


Взять написать шедевр вроде «Мёртвых душ», «Героя нашего времени» или там «Мастера и Маргариты», с точки зрения нынешних литераторов, видимо, пустяк, штука ничтожная. А вот провести его сквозь препоны цензуры, через кумовство, компанейство, равнодушие и вымогательство в редакциях или издательствах, вот для этого потребен талант нешуточный. Именно в этом причина того, что столь многие преуспевающие или преуспевшие наши писатели начирикали вещи откровенно посредственные, бездарные, а то и просто отвратительные. С прямо-таки гениальной прозорливостью они не стали тратить время и силы на литературу, искусство, творчество, а сразу взялись за наведение мостов, налаживание знакомств и высиживанье тёплых местечек в соответствующих писательских ведомствах. Ну где бы ещё, скажите, как не у нас, могли бы считаться крупными и серьёзными писателями субъекты, так и не написавшие ни одной книги, а лишь сочинявшие речи к юбилеям и похоронам, или написавшие только одну, но настолько ужасную, что она заставляла жалеть о самом изобретении книгопечатания, либо уж вовсе продажные и неуёмные писаки, в погоне за властью и деньгой настрочившие кирпичные томы, которые никто, будучи в здравом уме, не читает? (02.04.1988 г.)


* * *


«Хорошо!» Маяковского. Не понимаю, чего хорошего?! Вся его деревянно-ухабистая, пакостноязыкая писанина – это не хорошо, а плохо, отвратительно, просто гадко, ужасно. Что по форме, что по содержанию. Они у него друг с другом соревнуются – что гаже.


* * *


Глупость и порча языка всегда ходят под руку. И если б даже и было возможно их разлучить, то появление одной тут же бы вызвало возникновение другой, так что оне бы опять соединились.


* * *


Язык книжный, официальный – сух, беден в возможностях выразительности, наконец, нелеп, если пользоваться им в обиходном общении. Поэтому-то во всех языках существует просторечие – язык разговорный, а также – диалектные слова. Всё это позволяет изъясняться немногословно, но выразительно. И всё было хорошо. Но совецкая власть стала бороться с неграмотностью – славное дело! Да только что из этого вышло? Постепенно язык книжный начал вытеснять разговорный, говорить запросто стало считаться дурным признаком, приметой безграмотности. Мало того, разросшийся бюрократизм начал внедрять в обиход язык официальный, так стали говорить не только в присутствиях, так заговорили родители с детьми и дети с родителями, пресловутая грамотность обернулась чиновничьей безграмотностью: речь заболела канцеляритом. К сему присовокупилась гнусная газетная трескотня. (Убейте, но не знаю большей гадости, чем чиновничий и газетный язык!) Постепенно признаком «безграмотности» стало говорить как-то иначе, кроме канцелярита и жаргона газеты. И так воспитались целые поколения. Но непрестанно общаться между собой на такой тарабарщине люди ведь не могут, а от обиходной речи уцелели лишь жалкие крохи, кои заслуженно попрекались в недостатке «экспрессивности», и от богатой русской диалектной лексики в живых ничего не осталось: её забыли, в школе ей никто не учил, в быту никто её не пользовал. И что оказалось? Нет языка, на котором люди могли бы общаться? Нет, оказывается, он есть, язык этот! Нашли его в стране советов, этот достойный пережиток прошлого, который, правда, в самом прошлом не больно-то жаловали, только одно отребье говорило на нём: это язык матерный. Тут нынешние учёные идеологи нашли большое богатство «экспрессивности», вот уж где они развернулись! Говорить так стали все: и мужчины, и женщины; и отбросы этого общества и его «интеллектуальная» и властьпредержащая элита. Что поделаешь! достойный «язык» достойной «культуры», достойный «носитель» достойных «духовных» же «ценностей»! Мало кто тут знает и помнит слова Паустовского: «Назвать этот язык русским мог бы только жесточайший наш враг». Русский язык мёртв, вернее, умирает, на нём говорят и изредка пишут лишь разрозненные одиночки, случайные единицы, оставшиеся чуждыми этой дикой «советской цивилизации» и чурающиеся сплочённых нулей. Место русского языка заступил совецкий. Этот совецкий язык есть синтез трёх жаргонов, грязное триединство канцелярита, газеты и мата!


* * *


Ныне в обществе вместо «дама» и «господин», вместо даже «мужчина» и «женщина» стало принято говорить «мужик» да «баба». Что ж, может быть, оно и верно: что-то мужчин не видать, и женщины – большая редкость! Одни лишь мужики и бабы повсюду. (13.08.1979 г.)


* * *


Уравнение полов, которое так долго насаждали в этом государстве привело лишь к тому, что женщина более не женщина, а мужчина – не человек.


* * *


«Обеспечение». Тогда, стало быть, и «увеличение», и «уменьшение», «улучшение» и «ухудшение», «приглашение», и «приспособление» и т.д., и т.п. Это не русский язык, это какая-то татарская тарабарщина! Только злейший наш враг может называть такой язык «русским». А как, позвольте, назвать тех, кто эдакое наречие создают и насаждают? Некто, не шибко грамотный, взгромождается на трибуну, начинает вещать оттуда и лепить подобные перлы, которые тут же подхватываются модой, и услужливые совецкие филологи вскоре объявляют всё это литературной нормой. Так и создался совецкий язык, вытеснивший собою русский. Совецкий язык – жалкое, убогое, уродливое, омерзительное подобие русского, его бледный диалект. Говорящим на таком языке очень трудно выбраться на дорогу мысли, а тем паче – дела; и в этом также одна из причин нашей разрухи. «Обеспечение» – того же поля ягода, что и модное ныне «мышление». Я непоколебимо убеждён, что человек, говорящий «мышление», не только не находится, но и никогда не будет способен подняться до уровня мышления, потому что для него отправной точной является «мышь», но не «мысль». (11.07.1988 г.)


* * *


Подъём по лестнице государственной власти подобен подъёму на воздушном шаре: чем выше поднимаешься, тем меньше воздуха для дыхания, тем меньше человеческих лиц вокруг.


* * *


«Руководить – руками водить». Народная мудрость всегда верно схватывает суть всякого явления и необычайно тонко сочетает её с формой его.


* * *


Человек создан для лучшего назначения, нежели управление своими ближними.

* * *


Власть. Это нечто чрезмерно унижающее, нечто чрезвычайно оскорбительное и на редкость грязное, потому что власть – насилие. Кроме того, это нечто шатко-непрочное и удивительно ненадёжное. Одинаково безнравственно как проявлять власть, так и подчиняться ей. Над человеком нельзя совершать насилие. Человек может и должен властвовать – причём вполне и всецело властвовать – лишь самим собой. Это есть первейшее условие его благополучия, его саморазвития, самопознания и самовыражения его во всём.


* * *


Кто мудр, к власти не стремится: это сфера деятельности невежд и прочих ничтожеств. Мудрец презирает всякую власть, всякое насилие. Кто мудр, стремится не к власти, а к истине. Для мудрого человека нет ничего оскорбительнее обладания властью и ничего приятнее и желаннее обладания истиной. Он в полном смысле живёт сам и не мешает другим жить так, как им того угодно.


* * *


Когда дурак усаживается на самое видное место, то лишь для того, чтобы быть там посмешищем.


* * *


Брежнев – (я бы с большим удовольствием написал это ругательное слово не с заглавной, а со строчной, и даже ещё меньшей, предельно маленькой буквы, но, увы, его, к сожалению, нужно поставить в самом начале предложения) – это субъект, который подписал больше, чем написал, а написал больше, чем прочёл. Читает же он, как видно, – я не имею в виду его отчётные доклады, но то, как обычно читают люди – ещё меньше, чем гоголевский Манилов. И это личное его чтение не следует путать с его знаменитыми чтениями вслух с трибуны, когда он в полном блеске своей фонетики и жестикуляции рисует перед засыпающей и по команде вовремя аплодирующей аудиторией сказочные картины, имеющие целью своей напомнить его подданным, совецким гражданам, об очередном «приближении» эры коммунизма и необходимости дальнейшей борьбы за него, о «миролюбивой» политике его, Брежнева, родной коммунистической партии и о его брежневских заслугах во всём этом. Как сказал о нём поэт:


Опять болтун бровастый да губастый,

Как пень беззубый, смрадно-шепелявый,

Перед своей тупой читает паствой

Тяжёлые словесы лжи трухлявой.


Все эти блистательные речи нашему великому оратору и писателю, видящему их впервые только на трибуне, пишутся какими-то безвестными «мастерами слова» заранее и даже заготовляются впрок. У слушающего вещания великого миротворца возникает недоумение и сомнение по поводу того, понимает ли сам-то наш популярный совецкий киноактёр и дальновидный политик, вооружённый всепобеждающей (в том числе побеждающей стыд и совесть) марксистской идеологией, то, что он читает, еле ворочая деревянным языком и щёлкая вставными челюстями? Спешу ответить: нет, не понимает. Ведь вообще, чтобы понимать, нужно уметь думать. А это не относится к числу дарований сего совецкого вождя, обрюзгшего куртизана и пьяницы, который подумал меньше, чем зачем-то раз народился на свет Божий. Так что, судите теперь сами, что это за личность. Прибавьте к этому те миллионы рублей, которые он высосал и продолжает вместе с кровью высасывать из запуганного и забитого его предшественниками и им, всего боящегося совецкого народа за тысячи тонн бумаги, загубленной на печатанье «его» «сочинений», этой бесстыдной, лицемерной и глупой лжи, и просто за то, что он сидит у власти, а также то обстоятельство, что так поступают, так поступали и, очевидно, ещё долго будут поступать все совецкие правители и политиканы, и тогда вы получите нечто вроде ещё очень отдалённого представления о том, что у нас принято именовать «печальной совецкой действительностью». (13.08.1974 г.)


* * *


Казалось бы, довольно, хватит... Сколько можно об нём, о Брежневе? его уже давно нет, зачем тормошить мертвеца?

Да ведь нет, на брежневых, сталиных и прочую партийную сволочь правило aut bene, aut nihil не распространяется. Они так разграбили и опозорили страну, унизили тех, кто в ней жил и будет жить, что нам ещё долго не отмыться. (16.02.1990 г.)


* * *


Нуждаясь в мире, русский народ, как и всё человечество, ни в коем случае не нуждается в кремлёвской диктатуре, диктатуре лжи и грязи. (18.10.1974 г.)


* * *


Так называемые «аппаратчики» – это публика, состоящая из двух крайностей: они либо бесконечные бездарности, либо одарённые вредители.


* * *


Принцип совецкой политики: дать копейку, а написать да накричать об этом на десять рублей.


* * *


От блудословия до разлада в делах – меньше чем шаг.


* * *


«Перестройка»?! Да ведь как навозную кучу ни раскладывай, из неё груды кирпичей не получится: навоз останется навозом, дерьмо останется дерьмом.


* * *


Сколько подлого, рабского самомнения надо иметь, чтобы защищать ленинско-марксистскую идеологию сейчас, сейчас, когда великая страна доведена ею и её последышами до последней крайности!


* * *


Небезызвестный сочинитель политической порнографии, вымученной в рубленых, деревянных виршах, в частности утверждал: «Мы говорим «Ленин», подразумеваем «партия»...» и т.д. Коли так, выходит, это о себе Ильич накануне заявил скромно: «Партия – ум, честь и совесть нашей эпохи!» Да уж, славное вышло пророчество.


* * *


Утверждаю прямо противоположное: партия – это глупость, стыд и позор нашей эпохи. Ибо в неё, как в сточную яму, стекаются все отбросы. Общее движение каловой массы часто захватывает и увлекает туда также и то, чему в яме этой не место. (19.03.1974 г.)


* * *


Ничто в природе не случайно. Неслучайно и это созвучие – КПSS. Капеэсэсовцы – это эсэсовцы Крепостного Права.

* * *


Товарищи! –→Таарищи! –→ Тарищи! –→ Тащи! –→ Тащи, кто что может!


* * *


Не знаю, помнит ли читатель, как при Бровеносце обменивали партийные билеты? Первый номер тогда выписали вечно живому, всех живейшему тарищу Ленину, а второй – тащу Брежневу. Не скромно, дорогой Леонид Ильич; раз уж вы начали с Владимира Ильича, то второй номер тогда следовало выдать не себе, а, скажем, Феликсу Эдмундычу, последующие – Надежде Константинне, Якову Михалычу и всем остальным уважаемым покойным таарищам, не забыв где-то в середине первого десятка зарезервировать место и для тарищей Бухарина, Троцкого и Зиновьева с Каменевым, а уж после того выдать билет и себе. Вот это было бы скромно и по­партейному! (19.08.1985 г.)


* * *


Пусть гибнут люди, пусть «вымирает, как ящер, страна», пусть рушится весь мир – твердокожих и пустолобых партийцев будет интересовать только одно: как удержать власть, или уж коли её надо с кем-то делить, то как поделить её так, чтоб иметь её как можно больше. Так было, так есть, так будет, пока они будут.


* * *


Я непоколебимо убеждён, что партия, единолично 70 лет стоявшая у власти в богатейшей стране, стране с неисчислимыми людскими и природными богатствами, и заведшая эту страну за все эти годы лишь в то позорное дерьмо, в каком мы все сейчас сидим, не достойна того, чтобы о ней много говорили. Она заслуживает единственно того, чтоб её раздавили, как гниду. (08.11.1987 г.)


* * *


Ваши боги – убоги, и ваши герои – помои!


* * *


Социалистические личины фашизма: если у Гитлера был национал-социализм, то у Ленина и компании – интернационал-социализм.


* * *


Русскому человеку КПСС так же пристала, как немцу – НСРПГ. И та, и другая совершили чудовищные преступления против человечности и здравого смысла; и та, и другая довели свои страны до краха. Немцев всё-таки освободили от их жуткой гадины, а кто освободит нас? (09.07.1978 г.)


* * *


Всякий раз, когда какая-нибудь власть собирается устроить в какой-либо стране ад, она обещает народу этой страны установление рая.


* * *


Мы должны ясно представлять себе, что означает отстранение коммунистов от власти. Оно означает отстранение от власти некомпетентности, умственной серости и лжи. Но что будет, если ложь, умственная серость и некомпетентность отрекутся от коммунизма? Тогда эта гнусная компания так и останется у власти, и сдерживающих начал у неё не будет никаких.


* * *


Совецкая власть ещё при самом возникновении своём имела ярко выраженный паразитарный характер: она была гиеной, питавшейся трупом российского капитализма.


* * *


Знаю: где много слов о матерьяльном благосостоянии – там нищета; и где много глаголят об «удовлетворении духовных запросов» – там нищета духовная.


* * *


Наказание глупостью – первая расплата за отказ от духовности.


* * *


В Японии после войны поставили себе целью не материальное процветание, а духовное возрождение. У нас же после «революции» целью поставили матерьяльное процветание, а получили духовное вырождение.


* * *


Разврат, курение, пьянство, наркомания, воровство, разбой, безразличие, жестокость, садизм, убийство – законные сожители бездуховности, которая есть достойный потомок своей родительницы – бездуховной, бездушной философии, той философии, которою целый век кормили, травили, и всё кормят и травят русский народ. Бездушная жизнь скучна и противна, как дождливый ноябрьский день, смрадна и омерзительна, как ковыряние в жэковской помойке. Душа человеческая – нежное растение, которому, для того чтобы жить, нужно пустить корни в родную почву, но которое не может сделать этого, если бросить её на безжизненные пласты партийно-марксистского железобетона. Поэтому теперь довольно праздно вопрошать: что можно сделать против наркомании? против пьянства? и т.д. Ведь если бы даже и удалось полностью искоренить все эти бедствия, то слабые духом нашли бы какой иной способ самоотравления и ухода от серой действительности, ибо «лучше жить неуловимыми снами, чем дрянью и мусором каждого дня», – говорит А.Грин.


* * *


Люди действительно, без всякой агитации и пропаганды, перестанут быть злыми, когда поймут, что вся их злоба происходит лишь от их собственной глупости, их собственного непонимания и незнания своих настоящих интересов и означает их действительное ущемление.


* * *


Творящий зло – палач самому себе, а заблуждающийся – свой тюремщик. Борьба с мировой несправедливостью, в конечном счёте, сводится к борьбе с человеческой глупостью.


* * *

Когда в обществе появляется слишком много закормленных или зажравшихся свиней, то оно естественным образом выделяет из себя совершенно особую породу волков и тигров, которые начинают этими свиньями кормиться. Это естественная саморегуляция. К сожалению, данный природный механизм, как и всякий иной механизм такого рода, нередко действует весьма топорно и имеет свои издержки.


* * *


Засилье бюрократии означает собой тиранию и диктатуру посредственности, а также всеобщую некомпетентность. Вследствие этого любое государство, чрезмерно поражённое бюрократизмом, являет собой всего лишь серую, безмозглую и невзрачную силу.


* * *


Уверенность Ильича Первого в том, что и кухарка может управлять государством, говорит нам о том, как много он в этом смыслил и как вообще тонко он мыслил.


* * *


Бесстыдство и наглость властьпредержащих – это нечто беспредельное, но основанием их самонадеянности и безнаказанности является мыльный пузырь.


* * *


Самыми мрачными и скучными своими страницами книга человеческого бытия обязана материализму и безбожию. Материализм – особь мужского рода, безбожие – субъект среднего рода, гермафродит. Друг без дружки существовать они не могут и за веки своего нудного сожительства смогли произвести на свет лишь нравственных уродов. Назвать их по старшинству, это будут: эгоизм, садизм, совецкий социализм и немецкий фашизм.


* * *


В городе порой приходится встречать азиатов, ходящих группами – корейцев, вьетнамцев, камбоджийцев, китайцев – и невольно ужасаешься, глядя на то, до каких пределов дошло в этих странах обезличивание человека: все они в совершенно одинаковых одёжках, с одинаковыми причёсками, как следствие, одинаковыми лицами, с обязательными значками, где намалёван священный лик их национального вожака-божка, и, наверное, одинаковыми идеями и заблужденьями. В этих несчастных людях не осталось, по крайней мере на вид, ничего человеческого, они словно куклы, какие-то манекены, выпущенные специальной фабрикой по производству этих изделий, какие-то роботы, предназначенные лишь для грубой материальной работы и отправления солдатских обязанностей. Все как один и один как все! Вся их нация – какое-то стадо автоматов или рабочего скота, и их политические вожаки и обращаются с ними как с автоматами и как со скотом, и в результате люди начинают забывать, что они люди. Нет сомнений, что силы, правящие нашей страной, желали б сделать то же самое и со своим «горячо любимым» совецким народом. Но, к счастью, это для них совершенно невозможно. Забавно, что непреодолимым препятствием этому является то, что само по себе дурно и заслуживает всяческого посрамления и истребления – это идеал мещанского благополучия, крепко держащий народ сей в своих чувственных лапах. Воистину нет худа без добра! (09.11.1982 г.)


* * *


Коммунисты подобны мусульманам в том смысле, что им не надо как христианам совершать крестовые (или в их случае – звёздные) походы под предлогом «освобождения Гроба Господня от неверных», ибо гроб этот у них всегда под рукой и является предметом поклонения глупцов и любопытства зевак на Красной площади в Москве. (22.02.1977 г.)


* * *


Атеизм – это безбожная религия. Но марксизм-ленинизм – скверный атеизм, скверный потому, что он обожествил своих пророков, и здесь опять – святая троица: Бл.Маркс, Бл.Энгельс и Св.Ленин. (10.08.1976 г.)


* * *


Я верю и – что гораздо ценнее – знаю, что за всем стоит не пустота, но Бог, и что все иллюзии – это испытание, которое мы сами на себя налагаем. Когда мы становимся ВЗРОСЛЫМИ, мы просто отбрасываем свои иллюзии – и всё встаёт на свои места. Не знать Учения Духов – значит всегда быть ребёнком.


* * *


Природа не бездушная пляска атомов, жизнь – «не бессмысленное бедствие, завершающееся могилой». За всем стоят Дух и Вечность. Отрицать это – значит показывать слепоту ума своего и чёрствость сердца.


* * *


Сегодня, наверное, немногие станут дивиться той истине, что атеизм – это безбожная религия. Человек верующий, религиозный отводит любые аргументы, и весь их фейерверк меркнет в слепоте его взора. Марксизм-ленинизм – следует об этом помнить – есть не что иное, как атеистическая религия, на манер буддизма, отменившая церковного бога и на место его возведшая собственных «духовных» пророков. Причём характерно, что и здесь опять имеем святую троицу: Маркс, Энгельс, Ленин.

Мы будем сейчас развенчивать «боженьку» этой краснотряпичной религии – занятие воистину неблагодарное, ибо никто не в силах разубедить фанатиков, которых не разубедила сама жизнь: их можно лишь озлобить. Но это не имеет значения. Вообще они не имеют значения. Я обращаюсь сейчас к людям свободомыслящим, рассудительным, т.е. тем, чьи умы были с младенчества и все годы жизни отравляемы сталинско-брежневским дурманом, но всё-таки остались им не отравлены.

Несправедливо сваливать на Маркса ответственность за преступный эксперимент, проведённый над людьми в России. Во избежание возможных недоразумений считаю здесь уместным рассчитаться с совецким идолом, всеосеняющим и всеподпирающим Лениным, имя и косоглазая физиономия которого стали знаменем и вывеской самого чудовищного, самого непререкаемого и авторитарного правления, какое себе только можно представить. Этот плоский, фанатичный и сварливый ум, пошляк по призванию и софист по принуждению, вполне достойный мессия своих большевицких апостолов, в результате какого-то политического недоразумения, которого б могло и не быть, сделался, по выражению корыстных и невежественных болтунов, «величайшим гением человечества», «учителем всех времён и народов», «самым человечным человеком», который «и теперь живее всех живых», творцом и создателем «величайшего» учения и «научного» мировоззрения – марксизма-ленинизма. «Художники» (вглядитесь только в их плакатные «иконы»*) рисуют его каким-то новоявленным монгольским Буддой, а агни-йоговец Валентин Сидоров в своих «Семи днях в Гималаях» аж пожаловал его званием Махатмы. Надобно, не мешкая, смыть этот позор с себя самих и со всей России, подарившей миру эдакого гения. Возможно, многих и покоробит подобная резкость оценок, но, насколько мне известно, такой авторитет как, например, И.А.Бунин высказывался и писал о затронутом персонаже ещё более сурово.*

Ученики ильичовых апостолов предельно идеализировали и обожествили его, сделали его каким-то величайшим в истории человечества святым, фальсифицировав ради этого множество фактов, и сегодня ещё доступных непредвзятому и беспристрастному наблюдателю. Благодаря этим фактам не удастся заморочить голову и сбить с толку тех, кто не потеряли ещё способности здравого суждения. Здесь, разумеется, не место сколько-нибудь подробно рассматривать эти факты или на них задерживаться. Упомяну лишь суть проблемы.

Так, Ильича пытаются представить русским интеллигентом. Но от этого интеллигента у него только тройка с галстуком, диплом юриста да знание иностранных языков, тогда как ни для кого не секрет его патологическая ненависть к русской интеллигенции, переходящая в брезгливость.** Так что кто-то медвежью услугу оказал ему, записав в интеллигенты. Что до хвалёной эрудиции его, то при более пристальном знакомстве нетрудно убедиться, что ничего особенного в ней нет, что она поверхностна и весьма традиционна. Характером же «самый человечный человек» был далеко не пример для подражания: его сварливость, истеричный нрав, жестокость, доходящая до садизма, в кругу его знакомых были хорошо известны и отнюдь не вызывали восторга.

Взгляните на его манеры не только в жизни, но и в «литературе», в его нескончаемых «сочинениях». Посмотрите только, как несолидно, мелочно и колко ведёт он в основных своих писульках полемику с противниками, как любит и как умеет унизить. Увольте, но великий ум не может опускаться до этого! И каковы, собственно, его идеалы, ради чего всё это? ради чего все страдания, в которые он вверг людей? Вы скажете, ради коммунизма? Т.е. того предположительно блаженного состояния общества, когда у всех всего будет много и будет неведомо чувство голода, когда не надо будет из-под палки «ходить на работу», а смысл жизни будет в бегстве от скуки. Ну что ж, я понимаю, тот, кто не знает и неспособен помыслить ничего лучшего, может и готов тогда на Ильича за всё это молиться и обожествлять его. Человека, поддавшегося массовому психозу лениномании, можно, конечно, жалеть, но нельзя же в самом деле восхищаться им или видеть в нём пример порядочности!

И сколько ни твердите, что Ленин – гений, титан да гигант, всё равно он останется лишь мелким, практическим умом, замкнутым в узкой сфере авантюристской политики и фанатичной жажды власти, а гений, как известно, не может быть фанатиком, да и с властью ему нечего делать, у него есть более интересные в этой жизни занятия. Демокрит, например, предпочитал открыть какой-то новый, неведомый закон природы, нежели сделаться царём Персии.

В общем много было бы чести так долго распространяться о выскочке и его приспешниках. Важно лишь указать на их величайшее преступление, совершённое перед всем человеческим родом. Дело в том, что политическая победа большевиков в России законодательно закрепила господство животного матерьялизма в людских умах, оглупив многие и многие поколения. Ведь самый мудрый и всех живейший желал вывести и определить весь вселенский порядок из-и-посредством Марксовой прибавочной стоимости, борьбы классов, теории государства, революции и тому подобного, как будто Вселенная и Дух как-то нуждаются в санкции всего этого, для того чтобы иметь право на существование. Полагаю, для того, чтоб подходить к истолкованию сущего с позиций прибавочной стоимости, общественных сумятиц и работы органов ощущений, надо быть либо буржуа, либо марксистом, либо бесчувственным и неодушевлённым предметом.

Следует упомянуть ещё и следующий факт: одно время в совецких политических и философских словарях писали, что фашизм – это болезненная реакция мирового империализма на образование первого в мире социалистического государства. По этой логике выходит, что если бы не Ильич со своей революцией, то человечество не знало бы зверств немецкого фашизма, да и вся история ХХ века выглядела бы иначе, возможно, более духовно и миролюбиво.

Заблуждения Маркса и его достоинства следует оставить при нём, но преступление Ленина и его команды в том, что они взялись делать и сделали из себя духовных наставников человечества, ни в коей мере не будучи к тому подготовлены. С их приходом к власти материализм, вместо того чтоб быть опрокинут и отброшен в сторону, восторжествовал – и всё человечество надолго погрузилось во мрак невежества, бездуховности и скотства, отказавшись тем от следованья законам Космоса, что само по себе есть необходимое предусловие вырождения, не только морального, но и физического, чему свидетелями нам всем сегодня приходится быть.

Уже почил в Бозе коммунистический режим, но языческое капище вместе с тем, что в нём красуется, всё попрежнему попирает Красную площадь. Сегодня это заведение попрежнему является сытной кормушкой для многих и очень многих. Не секрет и вместе с тем очень трогательно то, что в этой псевдоацтековской пирамидке оборудован уютный бар с «видюшником», так называемая «релаксационная комната», где смотрят «порнуху» и «ужасы» командиры охранников, притомившиеся стеречь партейные мощи.

В столице сейчас всё переименовывается, всему возвращаются былые и законные названия, но самая большая библиотека страны всё попрежнему таскает за собой порочащее её имя. Переименовываются станции метро, а эта оставлена в прежнем виде, хотя вполне можно было бы назвать её, к примеру, «Дискотекой им.Леннона». Во всяком случае, нынешний именщик имеет на данную станцию ничуть не более прав, чем этот музыкальный деятель. Долой ламу в кепке! (05.11.1982─02.11.1991 гг.)


* * *


(Вынужденные раздумья студента):

По сравнению с коммунистами, с марксистами, прочие сторонники культов, будь то христиане, мусульмане, буддисты или какие другие находятся в несравненно более выгодном положении, поскольку у них священные писания умещаются в одну книгу, будь то Библия, Коран, Дхаммапада или какая иная; тогда как у первых священные писания раздулись до нескончаемо длинных собраний сочинений Ленина, Маркса и Энгельса, а также бесчисленных сборников всевозможных партийных документов и поясняющих их учебников, что в итоге составит многие и многие сотни пухлых томов. Бедняги коммунисты! непомерно тяжёлая ноша легла им на плечи: ведь если собрать воедино все писания и жизнеописания их пророков и разросшихся, как грибы в дурную погоду, апостолов, да взять их, не повторяя ни единой томины, в переводах на все европейские и азиатские языки, на которых они напечатаны, и затем употребить эти томы как кирпичи, то можно будет построить из них высотный дом, целую Вавилонскую башню многоязычной человеческой глупости! Самое забавное в этом то, что здесь нет никакой гиперболы, натяжки или малейшего преувеличения: это просто голый факт, вроде того, что дважды два равно четырём. И никакие мудрые истины, заложенные основателями этой башни в её фундамент, не в силах образумить мертвящую, смертоносную глупость, из коей возведены стены этого сооружения, или как-то предотвратить его неизбежное распадение, ибо вместо цемента строители употребили здесь слюнявую болтовню; нижние же этажи этого здания замешаны на крови. (08.05.1977г.)


* * *


Если глупым занятием является слушанье речей пустых, но всё же украшенных даром красноречия, то что же тогда сказать о слушанье речей пустых и глупых, лишённых даже этого скромного украшения? Вы скажете, что это занятие ещё хуже первого, но между тем так правят целой страной. (03.10.1977 г.)


* * *


Изначально люди говорили слова, чтобы сообщить новости и выразить своё отношение. Потом они стали говорить слова, чтобы скрывать свои мысли. Но впоследствии, привыкнув и к этому, они и это забыли, и тогда мысли исчезли у них и остались только слова, слова...


* * *


«Копеечного вора вешают, а рублёвому кланяются» – закон, от веку действующий во всяком человеческом обществе.


* * *


В отношении к правительству существуют два диаметрально разных подхода – западный и совецкий. Последний заключается в том, что правительство, каково бы оно ни было, можно только хвалить, превозносить и боготворить; ругать же его можно, лишь запершись за семью запорами и оглядевшись по сторонам, дабы никто не слышал, а то ещё лучше – не вслух, про себя. Для человека же Запада сама мысль о том, чтоб хвалить правительство, является дикостью. Суть западной демократии в том, что правительство постоянно ругают, если оно кого-то чем-то не устраивает, или вообще молчат о нём, если оно умудрилось угодить всем. И никакой благодарности за последнее. Правительства на Западе не привыкли слышать от народа возгласы восторга, льстивый шёпот и заверения в преданности. В то же время правительство там не набирается и хамского нахальства говорить от лица всего своего народа, но говорит только от своего собственного лица и честно несёт ответственность за свои слова и деяния. Словом, на Западе правительство, как бы ни было оно хорошо, всегда готово услышать в свой адрес только критику и брань, у нас же, как бы ни было оно дурно, всегда считает себя вправе рассчитывать лишь на поклонение и гимны. Так было до сих пор. Но вот страна наша просыпается от политической спячки – и хвалебные песнопения резко идут на убыль: процесс, повергающий в уныние управителей ленинской школы. И поскольку после 70-летнего рабства и мрака мы твёрдо намерены вновь быть цивилизованными людьми, правительству, кто бы в нём ни сидел, необходимо приучиться к тому, что пора поклонения ему кончилась, что ему следует ожидать теперь только критики и того, что с него будет серьёзно спрашиваться за его ошибки. (17.11.1988 г.)


* * *


Несколько слов о нашем генеральном президенте-секретаре.

Интересно, кто бы взялся растолковать нашему президенту, избранному в таковые отнюдь не народом, но утверждённому номенклатурным большинством созванного им для этого съезда, утверждённому вопреки воле народных депутатов, также на этом съезде присутствовавших, так вот, говорю я, кто бы взялся растолковать ему разницу, имеющую место быть между президентом и монархом? Ведь он очень в этом нуждается, наш президент, чтобы, именуясь одним, не присваивать себе функции и полномочия другого, сбивая с толку и себя, и других. В самом деле, что это за президент такой, который издаёт указы, словно царь, ордонансы, словно король? Президент имеет полноту власти только в пределах Закона, менять в котором он не может ни буквы. Он сам исполняет законы и требует того же ото всей исполнительной власти, не берясь заниматься законотворчеством. А эти «указы» и есть попытка законотворчества, когда произвольно составленный монархом, возникший из нужд текущего момента закон вступает в противоречие со всеми подлинными законами страны, внося сумятицу и полную дезорганизацию в их систему и функционирование и, в конечном счёте, отменяя их все и становясь на их место. За полгода президентом нашим было понаиздано столько всяческих указов, что впору было уже вместо свода законов издать свод указов и упразднить им первые. Энное количество этих указов взором сегодня охватить более невозможно, и чтобы работать с их числом, нужно уже прибегнуть к логарифмической линейке и вступить в область высшей математики. Налицо, таким образом, совмещение исполнительной и законодательной власти, подмена одной другою. Это неспроста настораживает. Совмещение законодательной и исполнительной власти – именно в этом суть монархии, а отнюдь не в престолонаследии. Разделение законодательной и исполнительной власти – в этом суть демократии, выборность должностей – вопрос уже вторичный. У нас же с вами президент издаёт царские указы, издаёт их с истинно царским размахом, силы реакции поддерживают смешение исполнительной и законодательной власти – и всё это называется если и не демократией, то хотя бы «демократизацией». Смешно, право. При действительной монархии у нас имели официальный статус десятки политических партий, а сейчас, при «демократии», его попрежнему имеет только одна!

Было время, когда наш славный президент был лишь вождём этой единственной партии. Затем ему этого показалось мало, и он пожелал стать ещё и президентом. Теперь, уже будучи таковым, он решил, что власть его опять недостаточна и пожелал усилить её, добившись для себя «чрезвычайных полномочий». Что это за полномочия такие? Власть президента и без того чрезвычайна, и учрезвычаивать её дальше значит давать ей божественные прерогативы, которые присваивает себе лишь власть монарха. Напрасно генсек алчет всё большей и большей власти, ибо не власти не хватает ему, а морального авторитета, нравственного веса. Ситуация, прямо сказать, сильно напоминает крыловский «Квартет». Но Сергеич II успокаивает всех, и нас в том числе, будто он «не намерен таких дров наломать, чтобы всё общество, вся страна их потом не расхлебали». А что, спрашивается, разве те дрова, которые он со своим правительством уже тогда наломал, обществом и страной были «расхлёбаны»? И это-то было предложено как гарантия на будущее?! (25.10.1990 г.)


* * *


По сути дела ведь и не требовалось бойни в Тбилиси и проч. в том же роде, дабы истинно понять и оценить внутреннюю политику совецкого правительства. Вполне достаточно его, правительства, трусливо-подлого поведения в том, что связано с последствиями Чернобыльской катастрофы, и самого факта
1   2   3   4   5   6   7   8



Похожие:

Прощаяс ь спрошлы м раздумья на путях движения россии максимы и рефлексии историко-политико-философская проза ПавелГелев á iconДокументы
1. /Гелева П.А. МАКСИМЫ И РЕФЛЕКСИИ.doc
Прощаяс ь спрошлы м раздумья на путях движения россии максимы и рефлексии историко-политико-философская проза ПавелГелев á iconСамоуправление. Новый взгляд. В статье "Самоуправление трудящихся национальная идея для России" «Экономическая и философская газета»
Федерации и России в целом, … как путь движения к власти народа и как органическая часть будущего социалистического общества
Прощаяс ь спрошлы м раздумья на путях движения россии максимы и рефлексии историко-политико-философская проза ПавелГелев á iconП. А. Гелев а максимы и рефлексии
Всё постепенно снова огрубляется: сатира опять стала пасквилем, музыка – отвратительным шумом, и там, где ещё недавно говорили «Будьте...
Прощаяс ь спрошлы м раздумья на путях движения россии максимы и рефлексии историко-политико-философская проза ПавелГелев á iconХудожественное своеобразие и историко-философская проблематика " Песни про царя Ивана Васильевича, молодого опричника и удалого купца Калашникова"

Прощаяс ь спрошлы м раздумья на путях движения россии максимы и рефлексии историко-политико-философская проза ПавелГелев á iconПсихологический журнал, 2004
Таким образом, становление смысла жизни способствует становлению высшего уровня рефлексии: от рефлексии на отдельный поступок через...
Прощаяс ь спрошлы м раздумья на путях движения россии максимы и рефлексии историко-политико-философская проза ПавелГелев á icon«Костомаровские пещеры – историко-культурный памятник Подгоренского района»
Сегодня всё чаще и тревожнее встаёт вопрос о единстве России. Давайте задумаемся – всё ли мы делаем для того, чтобы сохранить Россию...
Прощаяс ь спрошлы м раздумья на путях движения россии максимы и рефлексии историко-политико-философская проза ПавелГелев á iconКраеведческо-экологическое общество «Бутово» Положение о I бутовских историко-краеведческих чтениях
Бутовские историко-краеведческие чтения, далее Чтения, открытая научная конференция, посвящённая вопросам изучения и сохранения историко-культурного...
Прощаяс ь спрошлы м раздумья на путях движения россии максимы и рефлексии историко-политико-философская проза ПавелГелев á iconСамоуправление и народовластие. В статье "Самоуправление трудящихся национальная идея для России" «Экономическая и философская газета»
Этот лозунг предполагает не только самоуправление трудовых коллективов и их контроль над администрацией на предприятии, но и самоуправление…на...
Прощаяс ь спрошлы м раздумья на путях движения россии максимы и рефлексии историко-политико-философская проза ПавелГелев á iconГреч. Reflexio обращение назад Вопросы рефлексии
Содержание рефлексии определено предметно-чувственной деятельностью. Рефлексия, в конечном счёте, есть осознание практики, предметного...
Прощаяс ь спрошлы м раздумья на путях движения россии максимы и рефлексии историко-политико-философская проза ПавелГелев á iconПоложени е
Развитие туристского движения в России, усиление его социальной значимости. Создание правовых и экономических условий для развития...
Разместите кнопку на своём сайте:
Документы


База данных защищена авторским правом ©podelise.ru 2000-2014
При копировании материала обязательно указание активной ссылки открытой для индексации.
обратиться к администрации
Документы

Разработка сайта — Веб студия Адаманов