А. В. Квакин (проф. Мгу) «Смена Вех» кадета Юрия Ключникова icon

А. В. Квакин (проф. Мгу) «Смена Вех» кадета Юрия Ключникова



НазваниеА. В. Квакин (проф. Мгу) «Смена Вех» кадета Юрия Ключникова
страница1/5
Дата конвертации12.09.2012
Размер0.59 Mb.
ТипДокументы
  1   2   3   4   5

А.В. Квакин (проф. МГУ)

«Смена Вех» кадета Юрия Ключникова


Среди обществено-политических движений Российского Зарубежья заметное место занимает сменовеховство, ведущее свое начало от сборника «Смена вех» (Прага, 1921). За последние годы была проведена значительная публикаторская и исследовательская работа в изучении этого движения1. При этом, длящийся еще с 20-х годов спор о том, что из себя представляло сменовеховство, далеко не завершён. Принципиально не решен вопрос о том, было ли сменовеховство инспирировано большевиками2, или большевики лишь воспользовались этим движением для разложения антибольшевистских сил3.

В архиве Гуверского института войны, революции и мира Стэндфордского университета (Hoover Institution Archives, Stanford) содержится немало интересных документов, проливающих свет на историю сменовеховства. Среди них выделяются протоколы заседаний Парижского комитета партии Народной Свободы Konstitutsionno-demokraticheskaja Partia, Вох 1 - 3. Значительная, хотя и не полная, часть этих протоколов совпадает с их копиями, хранящимися в Пражской коллекции Государственного архива Российской Федерации, и изданных за последние годы4. На основе данных документов можно проследить эволюцию взглядов одного из интереснейших представителей сменовеховства – профессора Ю. В. Ключникова.


Юрий Вениаминович Ключников (1886, Казань – 10.1.1938, Москва) – политический деятель, специалист в области международного права. До 1917 г. приват-доцент Московского университета. Член кадетской партии. В 1918 участвовал в антибольшевистском мятеже в Ярославле. В период гражданской войны консультант, товарищ министра и министр иностранных дел правительства при Уфимской директории (1918), затем Управляющий Министерством Иностранных Дел Омского Правительства (1918-19). В 1919 уехал за границу. Входил в состав Парижского комитета партии кадетов5.

Впервые его фамилия упоминается в Протоколе номер 3 заседания Парижского комитета партии Народной Свободы 17 мая 1920 г. На этом заседании обсуждалась резолюция П.Н.Милюкова о переходе кадетов к «новой тактике» и контр резолюция Пасманика о задачах кадетов после падения армий Колчака и Деникина. На общем фоне выделяется выступление Ю.В.Ключникова, который констатировал, что «оба проекта одинаково говорят и о желании воевать во что бы то ни стало, и о сохранении традиций. Между тем сейчас вопрос стоит совсем иначе. Не в том дело, что были допущены отдельные ошибки, что были и есть отдельные неподходящие лица, а в том, что после поражения Колчака и Деникина в европейском общественном мнении наступил перелом. Утвердилась точка зрения, что в России вооруженная борьба в большом масштабе прекратилась.
И действительно, силы Врангеля по сравнению с силами Колчака и Деникина ничтожны, и если первым с их силами не удалось справиться со всеобщей деморализацией, то каковы новые данные Врангеля, которые позволят ему с нею справиться? Сейчас выдвигают Польшу, скрывшись за ее спиною, и бросят эту Польшу, когда им заблагорассудится. Врангель с его ничтожными силами может существовать в данный момент лишь благодаря попустительству большевиков и союзников, а также благодаря возможности соглашения с Польшей»
6.

Далее Ключников предостерегал собравшихся от возможности совершения роковых ошибок: «Мы переживаем роковой момент, – толкая Врангеля, мы пускаем на Москву поляков, и должен будет наступить час, когда между ними произойдет столкновение. Тогда пред союзниками встанет вопрос, кого из них принести в жертву другому. И, конечно, они принесут в жертву Врангеля, ибо с Польшей потом им легче будет справиться, чем с Россией. Вот почему сейчас большевики, борясь с поляками, защищают интересы России. И когда перед нами ставится вопрос – с кем быть, с большевистской Россией или с Польшей, мы должны ответить, что мы с Россией, хотя бы и большевистской. Поддерживая же Врангеля, мы будем поддерживать поляков. Кроме того, военные действия увеличивают в России анархию. И если нами при нынешнем положении вещей удастся свергнуть большевистский режим, который как никак является единственной властью, успевшей пустить хоть некоторые корни в стране, будет еще хуже, ибо тогда в стране не будет никакой власти. Поэтому необходимо отказаться от вооруженной борьбы. Что же касается вопроса о соглашении с большевиками, то это вопрос будущего. Теперь же мы должны лишь заявить большевикам, что мы прекращаем борьбу с ними и возвращаемся в Россию для культурной работы. Возрождение России начнется лишь тогда, когда большевики поймут кадетов и кадеты большевиков. Тогда мы будем иметь на своей стороне трудящиеся массы всего мира. Итак, мы должны заявить лишь одно, а именно, что мы отказываемся от продолжения гражданской войны»7. Практически в этом выступлении Ключников - государственник провозгласил основные идеи той идеологии, которая на следующий год по названию сборника станет именоваться «сменовеховством». Но на данном заседании идеи Ключникова не воспринимались как самостоятельные, а рассматривались в контексте «новой тактики», предложенной тогда же П.Н.Милюковым. Возможно, поэтому в протоколе отмечены возражения идеям Милюкова, а не мыслям Ключникова.


А на следующем заседании Парижского комитета партии Народной Свободы 1 июня 1920 г. (Протокол номер 8) противопоставление Ключникова другим собравшимся уже достаточно заметно. Предлагается выступить с протестом против признания Советской власти державами Запада. На это Ключников отвечает так: «Чего мы достигнем своим протестом? А между тем провал Красина принесет вред России». И далее Ключников предлагает, чтобы «высказать, что нужны земледельческие орудия в России и прочее»8.

В этом же духе выдержано выступление Ключникова на заседании Парижского комитета партии Народной Свободы 7 июня 1920 г. (Протокол номер 9). Он задает вопрос, – «Верно ли, что сейчас для России самое страшное зло – большевики? После свержения большевиков наступит анархия, которая будет еще хуже большевизма. Если же большевики сгинут, то не полякам их разбить, а тем временем разрушаются остатки материальной культуры России и гибнет бесцельно масса ценных жизней. Польской программой может быть только расчленение России, и в этом отношении Польша воплощает чужие задачи»9. Как юрист-международник Ключников пытается первым среди коллег по Конституционо-демократической партии указать на переход к новому международно-правовому статусу Российского государства. «Мы, – говорит Ключников, – стоим перед колоссальным рубежом. Антанта ведет переговоры с большевиками и накануне признания их правительства. В этих переговорах Антанта играет польским оружием, как большевики Персией. А мы, ограничив задачу Крымом, действуем в чужую руку»10.

Этим духом проникнуты выступления Ключникова на ряде других заседаний кадетской партии. Так, обсуждается вопрос об отношении к советско-польской войне (Протокол заседания Парижского комитета партии Народной Свободы 26 июля 1920 г.). Ю.В.Ключников спрашивает, «если неизвестно было, с кем боролись поляки, то с кем мы боремся – с большевиками или с Россией? Разваливается весь мир, а мы разговариваем о резолюции, и каждый раз опаздываем, каждый раз только регистрируем уже совершившиеся факты.

^ Нужно констатировать, везде антибольшевистские силы потерпели крушение в одинаковой форме. В этом есть какая-то роковая неизбежность. Поэтому мы должны:

  1. Перестать быть мелочными и оставить надежды на Врангеля.

  2. Признать себя в смысле военном побеждёенными, и

  3. Подождать с какими бы то ни было выступлениями»11.

Диссонансом прозвучало выступление Ключникова и при обсуждении вопроса о сплочении антисоветских сил на базе создания Национального Комитета (Протокол заседания Парижского комитета партии Народной Свободы от 23 ноября 1920 г.). Он считал, «что вопрос неясен и в смысле дипломатических отношений и в отношении к Врангелю, продолжающему оставаться Главнокомандующим. Это отношение должно быть исчерпывающе определено. Либо мы хотим взять власть преемственно от Врангеля, либо будем ее брать, игнорируя Врангеля. Я не мыслю себе Национ.[альный] Комитет без всей полноты власти. Таким образом надо сговариваться и с с.р., и с Врангелем.

Второй вопрос касается того метода, который должен быть применен к делу организации Нац.[ионального]Ком.[итета]. Так как ставят этот вопрос кн. Львов и М.М.Винавер, создавать Нац.[иональный]Ком.[итет] невозможно, он обречен на полный неуспех. Казалось бы необходимым созвать какие-то съезды и создавать Нац.[иональный]Ком.[итет], лишь действительно справившись (?) у общественного мнения. Не думаю, чтобы это мнение было едино. Я не верю в Нац.[иональный]Ком.[итет] и знаю, что из него ничего не выйдет. Раз нет фактически общественного объединения, то нельзя его создавать искусственно»12.

К концу 1920 года Ключников более решительно ставит вопрос о необходимости существенного изменения позиций кадетской партии. Так в Протоколе заседания Парижского комитета партии Народной Свободы 2 декабря 1920 г. зафиксировано следующее выступление Ю.В.Ключников: «Совершенно необходимо поставить вопрос о переоценке наших позиций. Но мне чувствуется, что в этом вопросе появятся разногласия, чуть ли не у каждого члена партии. До сих пор мы шли по линии наименьшего сопротивления, не выявляя нашего лица. Такой путь завел нас в тупик. Необходимо теперь переработать общую программу и дать себе отчет, какое социальное место мы ныне занимаем. Переходя к вопросу о переговорах с с.р., считаю, что эти переговоры есть отвлечение нашего времени и нашей энергии на второстепенную задачу. Но все-таки в них есть весьма существенный момент – это вопрос об армии. Его нужно теперь решить. По отношению к дипломатическому корпусу я согласен с точкой зрения П.Н.[Милюкова]. Однако, все это задачи дня, главная же задача – выявить новую сущность кадетизма, как подготовку для занятия нового социального места в будущей России»13.

На следующий день (Протокол заседания Парижского комитета партии Народной Свободы 3 декабря 1920 г.) Ю.В.Ключников продолжает отстаивать эту же мысль: «Беда к[онституционных]-д.[демократов] не в том, что они наделали ошибок, а в том, что нет никакого антибольшевизма. Вопрос нужно свести не к выработке методов, а к оценке антибольшевистских сил. Мы не учитываем большевизма, как мировую силу. У большевиков была историческая и политическая правда. Они учли массу, выброшенную на волну революции, и знают, как ее вести. Мы отстали от жизни и не хотим с нею считаться, иначе мы должны были бы признать, что с момента одновременного провала белых фронтов сознание русской народной массы изменилось. Теперь она Красную армию рассматривает как свою армию, как свою силу. Большевистская революция победила, и с нею теперь нельзя бороться двумя-тремя генералами. Можно было бы бороться только консолидацией мировых сил. Однако, Лига Наций провалилась, а такая консолидация неосуществима. Потому следует наметить иной путь и путь этот вытекает из следующего положения: Большевизм падет, как только перестанет встречать внешнее сопротивление; он держится исключительно разрухой и рассыплется как только наступит улучшение внутренней жизни страны. То, что я здесь прослушал – это проекты большевизма наизнанку. Наши новые методы должны вытекать из переоценки не нашего опыта, а мировой обстановки»14.

На заседании Парижского комитета партии Народной Свободы (Протокол от 9 декабря 1920 г.) обсуждался вопрос о переговорах с эсерами. Здесь Ключников высказал следующую точку зрения: «Тактически нельзя отклонять эсеровского предложения. Раз мы ходили к членам ГосДумы и Госсовета, то должны идти и к членам Учредительного собрания. Но вряд ли можно полагать, Учредительное собрание действительно может создать Национальный Комитет. Надо посмотреть, насколько такой путь целесообразен»15. При этом Ключников подчеркивает: «Приходится констатировать, что рушится последняя надежда создать Н[ациональный] К[омитет], и, если с.р. стоят на прежней позиции Черновского Учредительного Собрания, то мы принять этой позиции не можем. Уфимский опыт доказал, что такая комбинация ничего не даст. Тогда такую цель могут иметь разговоры с с.р.? Они теряют целесообразность. С.р. потому за нас держатся, что сами не имеют силы. Если соединиться с ними, не получится никакого толка, а один вред. Мы потратим зря и время, и силы. Единственный выход – оставить эти попытки и поискать выхода, отдавшись внутренней работе»16.

16 декабря 1920 г. на заседании было заслушаны сведения об эвакуации белой армии в Константинополь. В протоколе отмечается, что «в эвакуируемой армии происходит уже не разложение, а отчуждение от Главнокомандующего. На фоне этого усиливающегося и склонного развиваться разложения небольшие группы здорового офицерства само организуются с целью самосохранения кадров для будущей борьбы. Однако в армейской массе ощущается растущее уныние, возникающее из впечатления, что с крушением крымского фронта, последнего эпизода борьбы с большевиками, больше нет нигде этой борьбы и фактически, не наблюдается признаков ее возобновления усилиями русских антибольшевистских сил, находящихся за границей. Это уныние используется большевистскими агентами, уже распускающими в отдельных частях армии слухи о якобы существующих в русских заграничных кругах примиренческих настроениях. Такие слухи способствовали разложению таких групп армии, которые уже охвачены унынием и чувством безнадёжности и могут иметь более широкое распространение и действие в силу целого ряда чисто объективных обстоятельств.

Необходимо поэтому лишний раз в прямом обращении от имени политических и общественных групп решительно подчеркнуть, что не может быть примиренчества с большевизмом, и что борьба будет продолжаться до конца. Нужно, чтобы такое обращение было сделано и от имени Комитета»17. В этом духе был предложен проект «Записки». На данный проект Ю.В.Ключников реагирует следующим образом: «В «Записке» злоба дня слишком затемняет наши планы на будущее. На ней основывается поворот нашей тактики, но мы не спрашиваем себя, что выйдет из такого поворота в дальнейшем. Нам нужно тверже выяснить, что принесет нам намеченная нами тактика в будущем»18.

Снова вопрос о выработке новой тактики кадетами Ключников достаточно жестко ставит на заседании Парижского комитета партии Народной Свободы 4 января 1921 г. Выступавший на этом заседании И.П.Демидов заявил: «Мы говорим о Нац.[цональном] Ком.[итете] и смотрели на Совещание членов Уч.[редительного] Собр.[ания], как на платформу для встречи и разговоров. Я продолжаю оставаться на этой же позиции, и каково бы ни было название создающегося органа, за ним не могут быть сохранены рамки Уч.[редительного] Собр.[ания]. Антураж же Совещания подводится к воскрешению Уч.[редительного] Собр.[ания], как такового в наличных его представителях. Если вопрос об организации встает в такой постановке – здесь конечный пункт и Комитет не может дальше идти. Во всяком случае, не спросив Группу»19. Ю.В.Ключников согласен с И.П.Демидовым, и считает, что «мы стоим накануне новой неудачи. Крах Нац.[ионального] К[омите]-та неизбежен. Но мы не только потому не должны в намечаемую комбинацию, а потому, что мы должны стремиться, чтобы самая идея Уч.[редительного] Собр.[ания], не была окончательно скомпрометирована комической сущностью подготовляемого факта. Встает новая опасность для кадетизма. Надо всячески сохранить свое лицо и поскорее развязаться с этой историей»20.

Ключников Ю.В. проводит эту мысль и на заседании Парижского комитета партии Народной Свободы 6 января 1921 г.: «Соглашение с с.р. есть не «лево», а топтание на месте. «Лево» и «право» есть понятия относительные, и ныне весьма перемещены, а потому из этой плоскости надо перенести в деловую плоскость. В лице с.р. мы никого не приобретаем, и есть ли достаточно оснований безоговорочно протягивать им руку. Вопрос о представительном органе изменился чрезвычайно, – мы отказываемся уже и от Н.[ационального]К.[омитета] и от коалиции. Эсерам это дает очень много, а мы теряем своё лицо»21.

Позже, на заседании Парижского комитета партии Народной Свободы 20 января 1921 г., Ю.В.Ключников считает, что «партия делает ошибку за ошибкой. Нам надо смотреть не на с.-р., а на Россию. Готовящееся нами единство мертвенно и не может иметь будущего. Если комиссия может содействовать отсрочке международного признания большевиков, то стоит ли давать же орган для того только, чтобы поддержать иностранную политику есть занятие недействительное и бесполезное. Нам нужно в нашем собственном лице устремиться в Россию и там работать»22.

Следующее заседание 9 февраля 1921 года проходило без участия Ю.В.Ключникова, но в это время в Праге вышел сборник статей «Смена вех», а поэтому сменовеховцы незримо присутствовали на заседании. Примечательно, что даже в тех выступлениях, где прямо не упоминались авторы сборника «Смена вех», шел скрытый или открытый диалог с его идеями. Так А.В.Карташов подчеркнул, что «переход от вооруженной борьбы к идейной борьбе с большевиками… логически… приведет к тому соглашательству с ними (не идейному, понятно), глашатаями и инициаторами которого являются Ключников, Устрялов и другие»23.

В заключительном слове на этом заседании П.Н.Милюков возражал А.В.Карташеву, указывая на то, что карташевская конструкция, представляющая «всю русскую интеллигенцию без государственной и только на короткий, якобы, срок вставшей на почву государственности, неправильна в своей основе, ибо не обняла все эпохи русской государственной мысли – либерального направления. Между тем либеральная интеллигенция уже давно начала проникаться элементами государственности, в течение ряда поколений вела борьбу с безгосударственным самодержавием (с его вотчинным – антигосударственным пониманием) и являлась не только носительницей подлинных государственных идей, но и уже давно воплощала их в жизнь (реформы Александра II). Сама революция есть такое торжество русской государственности и лишь дальнейший ненормальный ее ход выдвинул негосударственные элементы. От белых же генералов отталкиваемся мы вовсе не потому, что, как думает А.В.Карташев, душа наша возмутилась и не принимает их, ибо мы готовы были поддерживать и реакционных генералов и допускали временную реакцию, а потому, что ряд уже проделанных с ними опытов ясно показал, что этим способом по существу нельзя восстановить государства. Все эти опыты, происходившие в наиболее благоприятной обстановке, оказались неудачными и возобновлять теперь опыт из Константинополя есть детская забава, ибо это заведомо проигранное дело – безнадежное и бесполезное. Неслучайны же, в самом деле, были все эти уроки краха и уже достаточно ясно выявилась неприемлемость этих попыток для народа. Три года провалов показали, что и революция произошла неслучайно, что выдвинулся вперед русский народ, который молчал и не помогал ни тем, ни другим, ибо за годы революции он страшно вырос и теперь уже не тот, каким был раньше. Большевики живут уже 3 года, когда мы думали, что они просуществуют лишь недели и месяцы. У Устрялова мысли не случайные, но наш сдвиг не так далек, как его, и наши союзники – эсеры объявили упорную борьбу с большевиками. Прогноз с.-р. оказался вернее нашего и они правильнее учитывали настроение масс. Жизнь сожгла многое, что уже не возобновится, и кто знает, что, наоборот, было бы, если бы в самом начале генералы усмирили большевиков – не ушли бы мы тогда далеко назад? Может быть, и наша революция, как и французская, должна сама себя изжить. Не приняв наших попыток освобождения, русский народ показал, что не мы, а он сам сделал революцию. Этим и объясняется наш поворот мы с почтением отступаем перед этим потоком – перед этим историческим процессом. Да, говорим мы, мы ошиблись, когда думали освободить его белыми фронтами»24. Анализ данного небольшого выступления дает возможность увидеть много общего в позиции П.Н.Милюкова и позициями авторов сборника «Смена вех», особенно Н.В.Устрялова: отказ от гражданской войны, надежда на то, что русская революция изживет себя, признание необходимости изменения в тактике партии с учетом настроений русского народа, но при этом сохранялась оговорка о том, что сдвиг кадетов не должен быть таким глубоким, как у «сменовеховцев».

17 февраля 1921 г. на заседании Парижского комитета партии Народной Свободы был заслушан доклад Ключникова «Новые задачи кадетизма». К протоколу приложены тезисы доклада, написанные рукой автора. В тексте выделены следующие положения:

  1. «Мы слишком заняты очередными делами и не делаем общей оценки общей политической ситуации.

  2. Только такая оценка укажет, каково теперь должно быть социальное место кадетизма. А не зная своего нового социального места, к.-д. не могут принимать правильных тактических решений.

  3. «Новое социальное место» кадетизма отнюдь не есть отказ от кадетизма. Напротив, вопрос таков: чего требует от к.-д. политическая сущность кадетизма в современной обстановке.

  4. Кадетизм как либерализм.

  5. Либерализм, как один из общих типов политического творчества (служение политическому прогрессу – без разрыва с прошлым; эволюционные методы: правовой идеал).

  6. Либерализм во время революций (все зависит от идеалов и от достижений революций).

  7. Значит, все дело в вопросе: к чему пришла русская революция и каковы окончательные изменения, внесенные ею в русскую жизнь. Одно, – если мы считаем, что русская революция ничего особенного не сделала – тогда можно не искать новых путей. Другое, – если мы признаем, что коренные изменения в русской жизни произошли. Третье, – если изменения произошли и в мировой жизни.

  8. ^ Русская революция не только 27-го февраля 1917, но и окт.[ября] 1918 г. и, особенно, ноябрь 1920 г. Итак требуется серьезная оценка большевизма.

  9. Корни и сила большевизма: а.) в русском прошлом, б.) в истории русской революционной мысли, в.) в ошибках революций до октября 1918 года, г.) в свойствах антибольшевизма, д.) в мировой войне и е.) в современной мировой обстановке.

  10. Политическая и социальная программы большевизма; условия их торжества и провала. Торжество – при условии мировой революции; провал, – если удается немедленное «восстановление» России в антибольшевистском стиле; эволюция большевизма при постепенном улучшении мирового положения – в контакте с большевизмом в стиле Ллойд-Джоржа.

*)

  1. Борясь с большевизмом без малейших данных, мы лишь усиливали бы большевизм.

  2. Необходим отказ от вооруженной борьбы.

  3. Сила кадетизма – сила русской интеллигенции. Она достаточно велика при условии умения сказать самостоятельное слово: признание факта большевистской России и не препятствование большевикам при известных условиях»
  1   2   3   4   5




Похожие:

А. В. Квакин (проф. Мгу) «Смена Вех» кадета Юрия Ключникова iconВ. А. Маклаков – Б. А. Бахметеву: «Наступило время компромиссов и эволюций …»
«Смена вех»3  А. В. Бобрищевым-Пушкиным4, Г. Л. Кирдецовым5, Ю. В. Ключниковым6, И. Г. Лежневым7, С. С. Лукьяновым8, В. В. Львовым9,...
А. В. Квакин (проф. Мгу) «Смена Вех» кадета Юрия Ключникова iconА. В. Квакин, проф. Мгу
Пражский комитет по ознаменованию 175-летия московского университета (1929 – 1930)
А. В. Квакин (проф. Мгу) «Смена Вех» кадета Юрия Ключникова iconUral а. В. Квакин, проф. Мгу
И, наверное, если бы это были лишь мои личные опасения, то на их изложение не стоило бы тратить время и Ваше внимание. Однако боюсь,...
А. В. Квакин (проф. Мгу) «Смена Вех» кадета Юрия Ключникова iconА. В. Квакин, д и. н., проф. Мгу изучение истории интеллигенции и синергетика
Интеллект  как здоровье: когда он есть и когда он работает, его не замечаешь и о нем не думаешь, когда же его недостаточно и когда...
А. В. Квакин (проф. Мгу) «Смена Вех» кадета Юрия Ключникова iconА. Е. Зимбули традиционное мировосприятие русского народа
Единственно неизменная русская традиция – это постоянная «смена вех», часто не доводимая до конца
А. В. Квакин (проф. Мгу) «Смена Вех» кадета Юрия Ключникова iconА. Квакин, профессор мгу
По­этому представляется своевременной попытка выявления воздействия русского на­ционального характера на историческую судьбу российской...
А. В. Квакин (проф. Мгу) «Смена Вех» кадета Юрия Ключникова iconА. Квакин, профессор мгу заблуждение массового сознания
«по телевидению, радио и в печати всегда обо всём врут». И лишь на третьем месте в списке тех, кто влияет на оформление исторической...
А. В. Квакин (проф. Мгу) «Смена Вех» кадета Юрия Ключникова iconАндрей Квакин, профессор мгу имени М. В. Ломоносова
Она общается с основной частью народа через интеллигенцию, которая интерпретирует идеи духовной элиты для массового потребления,...
А. В. Квакин (проф. Мгу) «Смена Вех» кадета Юрия Ключникова icon2011 год 21 января 2011
Специальность 10. 02. 01. Научный руководитель – д филол н., проф. Н. Б. Руженцева. Эксперты – д филол н., проф. Э. А. Лазарева и...
А. В. Квакин (проф. Мгу) «Смена Вех» кадета Юрия Ключникова iconМетодические рекомендации
Е. И. Ткаченко, проф., д м н. А. Н. Кокосов, проф., д м н. Е. Н. Лаптева, проф., д м н. Р. М. Филимонов, к м н. В. Н. Сергеев, к...
Разместите кнопку на своём сайте:
Документы


База данных защищена авторским правом ©podelise.ru 2000-2014
При копировании материала обязательно указание активной ссылки открытой для индексации.
обратиться к администрации
Документы

Разработка сайта — Веб студия Адаманов