«Не надо городских товаров, но дайте хлеба…»: государственные приоритеты и система сельской розничиной торговли в Центральной России во второй половине 1940-х –1970-е гг icon

«Не надо городских товаров, но дайте хлеба…»: государственные приоритеты и система сельской розничиной торговли в Центральной России во второй половине 1940-х –1970-е гг



Название«Не надо городских товаров, но дайте хлеба…»: государственные приоритеты и система сельской розничиной торговли в Центральной России во второй половине 1940-х –1970-е гг
Дата конвертации07.10.2012
Размер212.3 Kb.
ТипДокументы



О.В.Горбачев

«Не надо городских товаров, но дайте хлеба…»: государственные приоритеты и система сельской розничиной торговли в Центральной России во второй половине 1940-х –1970-е гг.

Право: история, теория, практика. Вып. 9. Брянск, БГУ, 2005. С. 399–411.


Принято считать, что ведущим направлением послевоенной политики Советского государства было сближение уровней жизни в городе и селе. В реальности в рассматриваемые десятилетия этот процесс представляется несколько более сложным. Ситуация ограниченного распространения на село предприятий розничной торговли сложилась под воздействием нескольких факторов. Самым старым и долгодействующим из них оказалась натурализация крестьянского хозяйства в советских условиях. Советское правительство активно способствовало этой натурализации прежде всего с целью скорейшего ограничения рыночного потенциала хозяйства крестьянского двора. Даже после коллективизации «рыночная угроза» со стороны крестьян представлялась власти весьма серьезной и способной привести к деформации социалистических ценностей, поэтому членам колхозов запретили выращивать зерновые в своем хозяйстве (снабжение колхозников хлебом брали на себя колхозы и сельпо), а также ограничили приусадебное скотоводство. Вовсе ликвидировать его было невозможно, поскольку общественное животноводство оставалось крайне неэффективным. В этих условиях задача создания развитой сельской розничной сети для торговли продовольственными товарами представлялась неактуальной.

Другим фактором, определившим состояние сферы сельской розничной торговли, стал хронический дефицит товаров первой необходимости в СССР, который ощущали не только сельские, но и городские жители. Первоочередной задачей советского руководства всегда было снабжение города, а до деревни требуемые товары доходили в минимальных количествах.

Третьим обстоятельством, повлиявшим на состояние сельской торговли, стала политика ликвидации «неперспективных» деревень, которую проводили все советские послевоенные руководители. В условиях обезлюдения села количество предприятий розничной торговли неминуемо сокращалась, поскольку в «неперспективных» поселениях ликвидировалась вся социальная инфраструктура.

Наконец, для оценки состояния сельской торговой сети необходимо принимать во внимание наличие внутрисельских промыслов (деревенские сапожники, кузнецы и т.п.), активное наступление на которых началось в поздние хрущевские годы. В течение 40-50-х гг. сельские мастера отчасти удовлетворяли потребность односельчан в товарах первой необходимости. Наступление государства на «частника», а заодно повысившиеся запросы деревни и появление в продаже технически сложных товаров обусловили сильную зависимость сельских жителей от предприятий торговли и в деле обеспечения непродовольственными товарами.


При этом следует отметить, что требования к торговле со стороны сельского жителя менялись. В 40–50-е гг. главной была проблема снабжения хлебом (из-за упомянутых выше ограничений на его выращивание и неспособности колхозов обеспечить нормальный уровень потребления для колхозников). После первых высоких целинных урожаев хлебный дефицит на некоторое время ослабел.

Продукты животноводства были наиболее востребованы в период наступления на личные хозяйства колхозников в годы пресловутой кампании «Догоним и перегоним Америку по производству молока и мяса на душу населения» (с 1959 по 1964 гг.; впрочем, в русской деревне мяса и прежде не ели вдоволь). В 60-е гг. уровень жизни сельского населения вырос, что выразилось в увеличении спроса на промтовары, причем запросы сельских жителей уже очень мало отличались от запросов городских при по-прежнему несопоставимых возможностях их удовлетворения.

Завершая характеристику условий развития сельской розничной торговли, не забудем и о классических российских транспортных проблемах.

Что касается намерения советского руководства сблизить уровни потребления жителей города и села, то оно четко формулируется не ранее 60-х гг., когда личные подсобные хозяйства колхозников и рабочих совхозов оказались фактически разрушенными, ушла в прошлое хозяйственная самодостаточность крестьянского двора, а опасность «мелкобуржуазных» настроений со стороны советского крестьянства более не существовала. Кроме того, после неудачных реформ рубежа 1950–1960-х гг., приведших к массовому оттоку сельских жителей в города, состояние сельских производственных ресурсов требовало повышенного внимания.

В течение первых 10–15 послевоенных лет хроническими были перебои в торговле хлебом. Особенно острым недостаток хлеба был во второй половине 1940-х гг., стимулируя массовые поездки крестьян в города, либо в более благополучные западные районы страны. Хлебная проблема не была решена и впоследствии.

Из Калининской области в 1953 г. сообщали: «В связи со слабой экономикой колхозов и незначительными выплатами зерна на трудодни наблюдается большой спрос на хлеб. Местные сельпо или совершенно не имеют хлеба и муки для продажи колхозникам, или, если и имеют, то в очень небольшом количестве. Поэтому колхозники выезжают за хлебом в райцентр, а в случае перебоя с продажей хлеба в райцентре, едут за ним в г. Калинин, а из районов, расположенных ближе к Москве, в Москву1.

Как можно судить по письмам с мест, следующая волна хлебного кризиса наблюдается уже в начале 1960-х гг. Как известно, именно в эти годы начались масштабные закупки хлеба за рубежом, продолжавшиеся до конца советской эпохи. Продажа хлеба нормировалась, организовывалась так называемая «встречная» торговля: «Если у кого нет кур, то в магазине делать нечего. Хлеба дают 300–400 г на члена семьи» (Сухиничский район Калужской области, 1963 г.)2. «Если захочешь купить 20 кг муки, то внеси 100 яиц» (Почепский район Брянской области)3. Такая же система была введена в Смоленской области4, возможно, она существовала и в других регионах. В том же 1963 г. сельские жители Московской и Рязанской областей жаловались, что хлеба дают меньше, чем по карточкам после войны (450 г)5. Выражение «дают» характеризует устоявшееся отношение к торговым точкам как к распределителям.

В 60–70-е гг. хлебная проблема даже усугубилась из-за отсутствия кормов для личных хозяйств и массового скармливания печеного хлеба домашнему скоту. Судя по письмам, ситуация с торговлей хлебом постепенно приобретала характер настоящего бедствия. Из Сонковского района Калининской области в 1966 г. писали о постоянных перебоях в торговле хлебом. За ним ездили в райцентр, закупали по 30–50 кг. Кстати, отмечалось, что потребление белого хлеба на селе в 1,5 раза ниже, чем у рабочих6. Примерно с этого времени сопоставление условий города и села в письмах сельских жителей становится дежурным, т.е. утрата деревенской самодостаточности стала свершившимся фактом. Вот еще один пример: «Живем в селе, сами выращиваем хлеб, но купить в своем магазине, особенно белый, не имеем возможности. Почему-то в райцентре имеется в полном достатке белый хлеб и всегда хорошего качества (выделено нами — О.Г.) (Совхоз «Невелино» Владимирской области, 1971)7. Кстати, обратим внимание на то, что понятия «город» и «белый хлеб» в переписке сельских жителей часто соседствуют. В связи с этим можно вспомнить тезис, что решающей фазой для изменения традиционного менталитета жителей деревни стал приход в нее мяса и белого хлеба8. Т.е., помимо своего прямого предназначения, белый хлеб на сельском столе выполнял функцию приобщения к городскому типу потребления; и наоборот, отсутствие белого хлеба порождало у жителя села ощущение собственной ущербности.

Автор одного из писем (из Мосальского района Калужской области, 1971), не только жаловался на отсутствие хлеба, но и пытался объяснить причины остроты проблемы с позиций «стирания существенных различий между городом и деревней»: «Жены наши правильно поступают, что не хотят заводить хлебниц, т.е. возвращаться к старым порядкам домашнего хлебопечения… А многие молодые хозяйки не имеют представления о хлебопечении»9.

Письма сельских жителей дают красноречивое представление о методах сельской торговли: «Дождались лета и обрадовались — хоть за хлебом не ездить в город. Ведь обычно только летом в наш магазин и привозят хлеб. Не напрасно ждали. Сейчас в магазине целая гора хлеба, а привезли его недели три назад, он весь заплесневел… Мягкий хлеб продавец отсылает обратно. Комиссия приказала весь хлеб раздать покупателям в порядке нагрузки (к стиральному порошку). В городе, мол, такой хлеб брать не будут, а в деревне все съедят… Продавец говорит: “За одну пачку порошка в нагрузку берите 2 буханки черствого белого хлеба по 27 коп.”» (Меленковский район Владимирской области, 1967)10. «Председатель колхоза дает машину ехать за хлебом в неделю раз, да и то со слезами. Продавец привозит целую машину хлеба и тут со всех сторон сбегается народ с мешками. Берут 20–30 буханок, а хлеб часто бывает черствый. Но некоторым даже не достается черствого хлеба, потому что полдеревни на работе… Машину накрывают брезентом, который пять лет не мыли» (Куркинский район Тульской области, 1970)11. В Сокольском районе Ивановской области в 1971 г. выдавали «1 кг черного хлеба в сутки, за ним приходится стоять четыре, а то и шесть часов»12. «С начала весны в наших магазинах введена почти карточная система на хлеб — 800 г на человека, иногда 500 и ни граммом больше» (Лесной район Калининской области, 1973)13. «Очередь за хлебом продавцы стали обливать водой из колонки» (Рязанский район Рязанской области, 1973)14 и т.п.

Большое количество жалоб было на качество хлеба. «Хлеб возят 2 раза в неделю, похож на оконную замазку или пластилин» (Юрьев-Польский район Владимирской области, 1971)15. «Хлеб сырой, непропеченный, люди мучаются от изжоги и боли желудка» (Подольский район Московской области, 1978). Похожие жалобы поступали из Рязанской, Калининской, Калужской и других областей16.

Попутно заметим, что по-прежнему значительными были колхозные продажи хлеба населению. Так, в 1980 г. в Орловской области в государственной торговле приобретали хлеб 58% сельских жителей, а в колхозах — 35%17.

При том, что ситуация в торговле хлебом в течение почти всего периода второй половины 1940–1970-х гг. выглядела особенно неудовлетворительной, отсутствие других товаров также вызывало многочисленные нарекания. В первые послевоенные годы чрезвычайно остро ощущался не только недостаток предприятий торговли на селе, но и проблема более высоких цен на товары, продаваемых в деревне, в сравнении с городом. «Почему кооперативная торговля организуется только в городах и рабочих поселках? Почему повысили на 200–300% цены на товары, продаваемые в сельпо? Когда в кооперативной торговле можно будет купить соль, спички, керосин?» — спрашивали в 1947 г. жители ярославских сел18. В сводке по Московской области за 1947 г. читаем: «В некоторых случаях устанавливаются завышенные цены и население отказывается покупать дорогие товары. В то же время наиболее ходовые товары продаются по низким ценам, чем пользуются спекулянты, продающие их на рынках в 3–4 раза дороже. В дефиците верхний и нижний трикотаж, шапки-ушанки, меховые рукавицы, посуда, обувь — их хватает на 1–2 часа торговли»19.

После проведенной в декабре 1947 г. денежной реформы было отмечено, что рыночные цены подчас оказывались ниже магазинных20. Для колхозников, чаще выступавших на рынках в роли не покупателей, а продавцов, в этом было больше минусов, нежели плюсов, тем более что на рынках подешевели в основном продовольственные товары. Спустя непродолжительное время ситуация вернулась на круги своя, т.е. рынок вновь стал дороже магазина, по традиции приняв на себя функцию восполнения недостатка отсутствовавших в госторговле товаров. Поскольку число сельских магазинов прибавлялось медленно, а товарный ассортимент в них оставлял желать много лучшего, сельским жителям постоянно приходилось прибегать к услугам рыночной торговли. В бюджетном обследовании 1953 г. по сельской местности Ивановской области отмечалось, что жители села покупали на рынке из продовольственных товаров картофель, муку, дрожжи. Большим спросом пользовались валенки, пальто и костюмы, шерстяные ткани, шелковый трикотаж, кадки, корзины, санки, варежки, ученические тетради (все это трудно было купить в госторговле)21. При этом цены, разумеется, существенно различались. За валенки на рынке приходилось платить 200–230 руб. (государственная цена 120–150 руб.), за тетрадь 1 руб. вместо 16 коп., за тюль 15–25 руб./ м вместо 7–15 и т.д.22

В перечне дефицитных поочередно оказывались самые разнообразные товары, и обнаружить закономерность в формировании дефицита сложно. Чаще всего дело было в нерасторопности планирующих органов, а также в их неверных представлениях о потребностях сельских жителей. В Весьегонском районе Калининской области в 1953 г. залеживалось белое штапельное полотно, но не было мучных изделий, валенок. Готовая одежда завозилась не по сезону: вместо зимней продавалась летняя. В Кировском районе той же области продавалась одежда устаревших фасонов и плохого качества. Не хватало галош и резиновых сапог, недоставало верхней и нижней одежды средней цены, но залеживалась дорогая шерсть по 360 руб. за метр (так же, как и крепдешин). Не хватало ведер, подойников, тазов и т.д.23

Подобные перечисления по различным областям Центра очень многочисленны и однообразны. В отчете за 1955 г. по Орловской области говорится, что сельмаги удовлетворяли спрос примерно на 50%24. Цифра эта не была развернуто обоснована и, по всей вероятности, была результатом приблизительной оценки.

Выявлялись факты, когда отдельные товары, в том числе продовольственные, оказывались завезены в магазин пять и более лет тому назад25. Одной из причин такого положения было низкое качество, другой — неравномерное размещение товаров по районам. Например, в III квартале 1955 г. по различным районам Брянской области было продано товаров в расчете на одного человека: в Красногорском районе — на 43 рубля; в Злынковском — на 145; в Выгоничском — на 46; в Брасовском — на 100; в Клетнянском — на 74 рубля26. Помимо очевидного перераспределения товаров в пользу города, в селе также выявлялись предпочтения в их размещении в более крупных населенных пунктах и местах с облегченной транспортной доступностью. Сумма в 74 руб. в Клетнянском районе складывалась из того, что в райцентре сумма продаж составляла 143 руб., а, например, в отдаленном Аленском сельпо — 21 руб. на человека27.

Цены на те или иные товары у частника в сравнении с государственными дают представление об остроте дефицита, хотя при активном предложении дефицитного товара на рынке цены на него снижались. Именно так происходило, например, с валенками. Ниже приводятся сравнительные цены в государственной и частной торговле, зафиксированные в 1959 г. в сельской местности Рязанской области28:

^ Наименование товара

Розничные цены, руб.

у частника

в госторговле

Телогрейки

108,3

86,0

Валенки

250,3

145,0

Швейные машины ручные

900

583

Скатерти

142,5

110

Кровельное железо, лист

42,2

4,0

Цемент, т

1000

200

Комбикорм, кг

1,7

0,7


Обращает на себя внимание многократное превышение цен частника над государственными на строительные материалы (кровельное железо и цемент). Более, чем в два раза переплачивали за комбикорм, дорого обходились и без того недешевые ручные швейные машины. В материалах по Смоленской области (1954 г.) отмечалось также полное отсутствие в сельмагах мебели, в результате свыше ¾ количества ее покупали с рук29.

Правила «встречной» продажи дефицитных товаров на селе (в обмен на произведенное в личных хозяйствах) были распространены довольно широко, однако в 50-е гг. касались преимущественно продовольственного ассортимента (сахар, мука, крупа, растительное масло)30. С ростом благосостояния жителей села в 60-е гг. в перечень дефицитных включалось все больше непродовольственных товаров, в том числе культурно-бытового назначения.

Консервативность и неповоротливый плановый механизм системы сельской торговли не позволили вовремя отследить изменение структуры спроса. Сохранявшаяся ограниченность сельской розничной торговой сети, более высокий уровень цен обусловили в середине 1960-х гг. сужение емкости деревенского рынка. Поэтому товарные запасы в сельской торговой сети росли быстрее, чем в городской. На 1 января 1964 г. товарные запасы потребкооперации по группам товаров были рассчитаны на 225 дней оборота, что было в два раза больше, чем в городской госторговле31. В то же время газета «Сельская жизнь» писала, что повсеместно, не доходя до деревни, в областных городах оседала большая часть товаров по системе райпотребсоюза (холодильники, стиральные машины, телевизоры, трикотаж, посуда, ковры, тюль)32. В результате в 1965 г., например, сельские жители Калининской области покупали в городе 50% радиол, 75% телевизоров, 90% стиральных машин и т.д.33 В течение последующих двадцати лет спрос на эти товары оставался стабильным, сохранялся и их постоянный недостаток. В 1973 г. при покупке ковров у частников колхозники переплачивали до 80% (320 руб. при государственной цене 180 руб.), в 2,5 раза дороже покупали меховые шапки, на 18% — холодильники34. Приведенный перечень востребованных товаров довольно показателен и свидетельствует о постепенном формировании на селе городского мещанского быта. В целом же по РСФСР в начале 1970-х гг. колхозники покупали у частников около 10% непродовольственных товаров, а рабочие промышленности — около 6%35.

Одновременно нередко сохранялся дефицит на товары повседневного спроса. К концу 60-х гг. в категорию дефицитных по стране в целом стали попадать все новые группы товаров. Естественно, что на селе эти проблемы ощущались острее. «Чтобы купить предметы домашнего обихода, надо ехать в Москву, Иваново и другие города Советского Союза. А сейчас негде купить даже товары первой необходимости — закрыли магазин. Ездим за хлебом, солью, папиросами, спичками за 6–25 км» (Роджиковский район Ивановской области, 1969 г.). В письме из Калужской области (где расположены три спичечные фабрики) в связи с отсутствием в продаже спичек колхозники спрашивали: «Неужели в стране, строящей коммунизм, разговор должен идти о предметах первой необходимости?»36 Колхозник из хозяйства «Лампочка Ильича» Гусь-Хрустального района Владимирской области жаловался (1967 г.), что у них, на расстоянии 160 км от Москвы, нет электричества, за керосином надо ходить за 12 км. «Если разобьется стекло (ламповое — О.Г.), то надо пользоваться лучиной… Не надо городских товаров, но дайте хлеба, соли, керосина»37. Кстати, во многих письмах содержались сетования на то, что невозможно купить стекло отдельно от керосиновой лампы. Из-за отсутствия в продаже посуды «в одной кастрюле приходится готовить первое, второе и третье. Скоро и она откажет» (Калининская область, 1971)38.

Правда, немного в лучшую сторону изменилось положение с ценами. Весной 1965 г. было устранено различие в розничных ценах сельской местности и в городах. Вместе с тем отмечалось, что цены на некоторые промтовары давно не пересматривались, т.е. ценовая унификация не была всеобщей39. В последующие годы небольшие различия в магазинных ценах между городом и селом сохранялись.

Отчеты о состоянии сельской торговли из Московской области были несколько более оптимистичны, чем из других областей региона. По крайней мере, в условиях почти сплошной электрификации села здесь не стояла проблема ламповых стекол, лучше было налажено снабжение и другими товарами повседневного спроса. В 1965 г. отмечалось, что в Подмосковье стали меньше покупать тканей и больше — готовой одежды из-за расширения ассортимента ее предложения в магазинах (правда, одновременно констатировалось, что услуги ателье обходятся дорого, это также влияло на спрос)40.

Скудость ассортимента и очевидные перекосы по отдельным группам товаров определялись среди прочего и соображениями скорейшего выполнения плана. С этой точки зрения самыми «успешными» были ликеро-водочные изделия. «Водка — первый продукт, а хлеб от случая к случаю» (Пителинский район Рязанской области, 1970)41. В целом же структура торговли на селе Нечерноземья в 70-е гг. выглядела так. Продажа ликеро-водочных изделий составляла около 30% торгового оборота; 14–24% занимала торговля хлебом, 8% — рыбой и 11% — кондитерскими изделиями. Таким образом, на долю всех прочих товаров приходилось около 30% оборота42.

Особая тема — организация сельской торговли. В большинстве жалоб поднимаются темы нерегулярности работы сельских магазинов, обсчетов и торговли с нагрузкой. Вот некоторые примеры. «Старый продавец сел, нового не могут найти, поэтому магазин, один на 7 деревень, закрыт» (Гаврилов-Ямской район Ярославской области, 1971)43. Из Мышкинского района той же области сообщали (1970), что в нагрузку к муке высшего сорта продавали серые нитки, папиросы, носки. Причем продавец говорил: «Это государственная установка! Не хотите брать с нагрузкой — можно идти домой»44. «Часто можно купить в нагрузку: гнилой лук, чеснок, порченые консервы или протухшую селедку. Все порченые продукты продаются в нагрузку по той же цене, что стоят непорченые» (Меленковский район Владимирской области, 1967)45. В магазине устраивались пьянки, покупателям грубили в Почепском районе Брянской области (1970)46. «Обвешивала и буду обвешивать, — заявляла продавец магазина в Мещовском районе Калужской области (1971), — мне надо сводить концы с концами». Гнилые продукты здесь продавались в нагрузку к водке «Перцовка» и «Российская»47.

В поисках нужных товаров жители села нередко ездили в соседние населенные пункты. Например, население Ершичского района Смоленской области покупало в соседней Брянской области, а чаще — в Белоруссии (1954)48. «Чужаков» встречали неласково: например, из дер. Бяково Ивановского района Ивановской области писали, что в соседнем с. Строкино железнодорожный ларек обслуживает лишь жителей станции Строкино, а деревенских не обслуживают. Жителям с. Новоямск Севского района Брянской области в соседнем селе не продавали хлеба, говоря, что он «только для своих рабочих» (1970)49 и т.д. Из-за этих ограничений самолюбие сельских жителей сильно страдало, в особенности, если проблемы возникали при покупках в городе. В г. Коврове Владимирской области магазин для новобрачных продавал только горожанам (1964). «Деревенским не продаем. И зачем им подарки — они дорогие!». «А мы и не знали, — писали жители села, — что в г. Коврове проводят грань между городской и сельской молодежью. Ведь наша молодежь зарабатывает не меньше, чем городская, и хочет также хорошо одеваться и культурно жить»50.

Последняя фраза содержит готовую мировоззренческую установку. Сельская торговля мешала жить «культурно», а ее неудовлетворительное состояние сильно способствовало формированию ориентации на переезд в город. Подобные мотивы встречаем во многих письмах. «Можно ли обеспечить одинаковое (выделено нами — О.Г.) снабжение городов и сел промышленными товарами?» (Лотошинский район Московской области, 1974)51. «Почему в городе мясо, колбаса, яйца по государственным ценам, а на селе — только по комиссионным?» (Луховицкий район Московской области, 1975)52. В какой-то степени показательно, что оба процитированных письма были присланы из Подмосковья. При том, что при опросах по поводу состояния сельской социально-бытовой сферы больше всего нареканий вызывала именно торговля, жители центральных усадеб и пригородных районов из-за возможности сопоставления уровней жизни были более недовольны, чем проживавшие в отдаленных селах53.

При том, что размеры розничного товарооборота на селе были меньше, чем в городе, темпы его роста также существенно различались. По состоянию на 1967 г. в Смоленской области сельский товарооборот был в два раза меньше, чем в городе, при этом за год его размеры увеличились в городе на 10,9%, а в селе — только на 6,3%54. В середине 1970-х гг. товарооборот по селу Нечерноземья определялся в 50–60% к зональному, т.е. сохранялась не только тенденция; примерно тем же оставалось и соотношение показателей. Одной из существенных причин отставания села было то, что товары длительного пользования, как и прежде, приобретались преимущественно в городе55.

Начиная со второй половины 60-х гг., с улучшением уровня благосостояния сельских жителей фиксировался устойчивый рост их денежных накоплений. В 1965 г. остаток наличных средств в сберкассах в расчете на сельскую семью составлял, например, в Калининской области 178% к уровню 1960 г. (93,5 руб.), а средние размеры вкладов выросли в 2,2 раза56. В этой связи небезынтересна зависимость между количеством предлагаемых товаров и средними размерами вкладов в сберкассах. В 1966 г. средний сельский житель Брянской области имел на сберкнижке 440 руб., Смоленской — 403 руб., Калужской — 202 руб.57 Качество и ассортимент предлагаемых товаров были особенно недостаточны в Брянской области с ее более высокой плотностью сельского населения. Об этом свидетельствуют и цифры: при росте денежных доходов населения за 1971–1972 гг. в Стародубском районе на 20,9%, в Погарском на 22,8% и в Унечском — на 19,5% объем товарооборота за тот же период увеличился соответственно только на 13,4%, 14,6% и 16,3%58. Рост уровня доходов сельских жителей не означал, таким образом, адекватного роста уровня жизни. При том, что сельский житель Брянской области получал в 1971 г. доходов на треть меньше, чем городской, он сумел купить товаров за восемь месяцев того же года на 30 руб. и получить услуг на 8 руб., тогда как городской за это время покупал на 400 руб. и получал услуг на 14 руб.59 Концентрация денежных средств на счетах сельских жителей создавала благоприятные финансовые условия для переезда в город, а значит, способствовала формированию стремления к миграции60.

Разумеется, приведенные выше факты торговли с нагрузкой, дискриминации покупателей по признаку места проживания, невозможности купить нужный товар и т.п. не означали наличия соответствующих рекомендаций или правил, устанавливаемых государством. Авторы писем, сельские жители, потому и писали о нарушениях в органы власти, что воспринимали их как отклонение от нормы. Тем не менее в условиях хронического дефицита товаров, снабжения села по остаточному принципу, подсознательного отношения управленцев к селянам как к людям «второго сорта» такие нарушения были неизбежны. В совокупности с другими негативными проявлениями советской сельской действительности в сознании деревенских жителей формировалось общее неудовлетворительное представление о бесперспективности подобного существования, очень часто побуждавшее их к перемене места жительства.



1 ГАРФ, ф. А-374, оп. 30, д. 4000, л. 137.

2 РГАСПИ, ф. 591, оп. 1, д. 160, л. 47.

3 Там же, л. 48.

4 Там же, л. 49.

5 Там же, л. 149–150.

6 ГАРФ, ф. А-374, оп. 36, д. 3887, л. 49.

7 РГАСПИ, ф. 591, оп. 1, д. 101, л. 33.

8 Современные концепции аграрного развития. Теоретический семинар // Отечественная история. 1997. № 2, с. 139.

9 РГАСПИ, ф. 591, оп. 1, д. 101, л. 22.

10 Там же, д. 33, л. 92.

11 Там же, д. 90, л. 60.

12 Там же. л. 36.

13 Там же, д. 137, л. 82.

14 Там же, л. 86.

15 Там же, д. 101, л. 35.

16 Там же, д. 224, л. 38–39.

17 ГАРФ (Архив Госкомстата), ф. 374, оп. 39, д. 6447, л. 103.

18 РГАСПИ, ф. 17, оп. 88, д. 810, л. 70.

19 Там же, л. 61.

20 Там же, д. 909, л. 62.

21 ГАРФ, ф. А-374, оп. 30, д. 3998, л. 9, 38.

22 Там же, л. 39.

23 Там же, д. 4000, л. 138.

24 Там же, д. 7533, л. 74.

25 ГАБО, ф. 6, оп. 4, д. 556, л. 82.

26 Там же, оп. 1, д. 4, л. 85.

27 Там же.

28 ГАРФ, ф. А-374, оп. 31, д. 5541, л. 212.

29 Там же, оп. 30, д. 5647, л. 7.

30 Там же, д. 5641, л. 93.

31 Игнатовский П.А. Социально-экономические изменения в советской деревне. М., 1966, с. 380.

32 Сельская жизнь, 1964, 7 февраля.

33 ГАРФ, ф. А-374, оп. 36, д. 3878, л. 142.

34 ГАРФ (Архив Госкомстата), ф. 374, оп. 39, д. 4008, л. 96.

35 Там же, л. 94.

36 РГАСПИ, ф. 591, оп. 1, д. 58, л. 33.

37 Там же, д. 33, л. 4.

38 Там же, д. 101, л. 58.

39 Игнатовский П.А. Указ. соч. С. 382.

40 ГАРФ, ф. А-374, оп. 35, д. 7896, л. 260.

41 РГАСПИ, ф. 591, оп. 1, д. 90, л. 55.

42 Никитаева Е.Б. Исчезающая деревня (1960 — середина 1980-х годов) // Судьбы российского крестьянства. М., 1996, с. 457.

43 РГАСПИ, ф. 591, оп. 1, д. 101, л. 26.

44 Там же, д. 90, л. 53.

45 Там же, д. 33, л. 92.

46 Там же, д. 90, л. 54.

47 Там же, д. 101, л. 24.

48 ГАРФ, ф. А-374, оп. 30, д. 5647, л. 8.

49 РГАСПИ, ф. 591, оп. 1, д. 112, л. 51, 52.

50 Там же, д. 164, л. 183.

51 Там же, д. 191, л. 58.

52 Там же, д. 197, л. 3.

53 Алексеев А.И., Зубаревич Н.В. Территориальная организация сферы обслуживания и образ жизни населения в сельском районе Нечерноземья // Вопросы социально-экономической географии Верхневолжья. Калинин, 1987, с. 40.

54 ГАРФ, ф. А-374, оп. 36, д. 7517, л. 141.

55 Производительные силы Нечерноземной зоны РСФСР: проблемы и перспективы развития агропромышленного комплекса. М., 1977, с. 230.

56 ГАРФ, ф. А-374, оп. 36, д. 3887, л. 50.

57Воронцов А.В. Завершающий этап культурной революции на селе (на материалах Смоленской, Брянской и Калужской областей). Дис... канд. ист. наук. Л., 1969. С. 186.

58 ГАБО, ф. 6, оп. 6, д. 197, л. 284.

59 Там же, д. 274, л. 235.

60 Производительные силы Нечерноземной зоны РСФСР, с. 230.






Похожие:

«Не надо городских товаров, но дайте хлеба…»: государственные приоритеты и система сельской розничиной торговли в Центральной России во второй половине 1940-х –1970-е гг iconО. В. Горбачев Причины миграции в города российского Центра во второй половине 1940-х 1970-е гг с точки зрения жителей села
Причины миграции в города российского Центра во второй половине 1940-х 1970-е гг с точки зрения жителей села
«Не надо городских товаров, но дайте хлеба…»: государственные приоритеты и система сельской розничиной торговли в Центральной России во второй половине 1940-х –1970-е гг iconВопросы к экзамену по новейшей истории стран европы и США. Германия во второй половине 1940-х годов. Принятие «Основного закона» иобразование фрг
Германия во второй половине 1940-х годов. Принятие «Основного закона» и образование фрг
«Не надо городских товаров, но дайте хлеба…»: государственные приоритеты и система сельской розничиной торговли в Центральной России во второй половине 1940-х –1970-е гг iconВнешняя политика России во второй половине XIX в
Изменение внешнеполитического курса: надо сконцентрировать все силы для решения главной задачи
«Не надо городских товаров, но дайте хлеба…»: государственные приоритеты и система сельской розничиной торговли в Центральной России во второй половине 1940-х –1970-е гг iconДайте хлеба человеку, Человек без хлеба волк

«Не надо городских товаров, но дайте хлеба…»: государственные приоритеты и система сельской розничиной торговли в Центральной России во второй половине 1940-х –1970-е гг iconВнешняя политика России во второй половине XVIII в
России – Азов (б/укреплений) + небольшая территория между Северным Донцом и Бугом
«Не надо городских товаров, но дайте хлеба…»: государственные приоритеты и система сельской розничиной торговли в Центральной России во второй половине 1940-х –1970-е гг iconВнешняя политика России во второй половине XVIII в
России – Азов (б/укреплений) + небольшая территория между Северным Донцом и Бугом
«Не надо городских товаров, но дайте хлеба…»: государственные приоритеты и система сельской розничиной торговли в Центральной России во второй половине 1940-х –1970-е гг iconБурунов анатолий Иванович, капитан на судах Мурманского тралового флота. Во второй половине 1970-х годов руководил экипажами рт «Алтай», «Миллерово»
Бурунов анатолий Иванович, капитан на судах Мурманского тралового флота. Во второй половине 1970-х годов руководил экипажами рт «Алтай»,...
«Не надо городских товаров, но дайте хлеба…»: государственные приоритеты и система сельской розничиной торговли в Центральной России во второй половине 1940-х –1970-е гг iconСамарин павел Сазонович
Самарин павел Сазонович, капитан-поисковик. Участник ВОВ. Во второй половине 1940-1950-х годов руководил экипажем поискового траулера...
«Не надо городских товаров, но дайте хлеба…»: государственные приоритеты и система сельской розничиной торговли в Центральной России во второй половине 1940-х –1970-е гг iconЗиверс анатолий Федорович
Зиверс анатолий Федорович, капитан на судах Мурманского тралового флота. В начале 1970-х годов возглавлял экипаж траулера «Муром»,...
«Не надо городских товаров, но дайте хлеба…»: государственные приоритеты и система сельской розничиной торговли в Центральной России во второй половине 1940-х –1970-е гг iconКонспект урока географии в 9 классе по теме «Население и трудовые ресурсы Центральной России»
Цели: Сформировать представление о населении Центральной России как регионе формирования русского народа
Разместите кнопку на своём сайте:
Документы


База данных защищена авторским правом ©podelise.ru 2000-2014
При копировании материала обязательно указание активной ссылки открытой для индексации.
обратиться к администрации
Документы

Разработка сайта — Веб студия Адаманов