А. И. Бюджет и государственное хозяйство России. Речь А. И. Шингарева // Третья Государственная Дума. Фракция Народной свободы в период 15 октября 1911 г. 9 июня 1912 г.: Отчет icon

А. И. Бюджет и государственное хозяйство России. Речь А. И. Шингарева // Третья Государственная Дума. Фракция Народной свободы в период 15 октября 1911 г. 9 июня 1912 г.: Отчет



НазваниеА. И. Бюджет и государственное хозяйство России. Речь А. И. Шингарева // Третья Государственная Дума. Фракция Народной свободы в период 15 октября 1911 г. 9 июня 1912 г.: Отчет
страница1/6
А.И. Бюджет и государственное хозяйство России.<>Речь А.И. Шинг
Дата конвертации07.09.2012
Размер0.75 Mb.
ТипОтчет
  1   2   3   4   5   6




Шингарев А.И. Бюджет и государственное хозяйство России.
Речь А.И. Шингарева // Третья Государственная Дума. Фракция Народной свободы в период 15 октября 1911 г. – 9 июня 1912 г.: Отчет фракции и речи депутатов. СПб., 1912. С. 98-127.



Гг. члены Государственной Думы. Ежегодно мне приходится, я не скажу - характеризовать обратную сторону государственной медали, но делать некоторый поправки к ее лицевой стороне. В речах уважаемого председателя бюджетной комиссии/1/ и председателя Совета министров/2/ (голос справа: а он не уважаемый?) вчера мы могли заметить в достаточной степени чисто лицевую сторону. Главные нити, связующие наш бюджет и экономику страны с направлением внутренней политики, остались в этих речах неосвещенными. Министр Финансов в прежние годы с некоторою решительностью отмахивался именно от этой стороны вопроса; он всегда говорил вам: я не понимаю, к чему к бюджету привязывать эти не относящиеся к нему вопросы? Так говорил он в 1908 г., в 1909 г., в 1910 г., в 1911 г.; всякий раз, когда нам приходилось поневоле касаться, этой стороны дела, министр Финансов считал ее не относящейся к бюджету. Хотя он и входил в состав объединенного кабинета, но всякий раз ему казалось, что это вопросы посторонние бюджету, не имеющие к нему прямого отношения, а поэтому нужно от них только отмахнуться и ему, как министру Финансов, пройти мимо них молчанием. Тогда с г-ном министром можно было не соглашаться, но можно было понимать это, как известного рода деликатность по отношению к кабинету, с которым он, может быть, не всегда был согласен. Но ведь в этом году все совершенно изменилось. Мы имеем счастливое совпадение председателя Совета министров с министром Финансов, и поэтому я позволяю себе думать, что, может быть, в этом году председатель Совета министров не отмахнется от разбора условий общей политики государственной жизни, от которой с такой легкостью отмахивался прежде министр Финансов/3/.
Прежде чем, однако, перейти к этой главной части моих сообщений, я позволю себе занять ваше внимание вопросом бюджета [на] 1912 г. и теми выводами, которые невольно приходится делать, оканчивая нашу пятилетнюю работу, подводя итоги. На мне лежит обязанность подвести итоги, с иной точки зрения, пользуясь иными методами вычисления. Когда министр Финансов в 1907 г. 27 ноября выступал перед вами по поводу внесенного бюджета, он сказал следующее: "...Мы имеем в настоящее время истинных народных представителей от которых будем ждать указаний того, на что не хватает наших знаний". Как видите, встретил он вас чрезвычайно любезно, заранее, авансом вотировал вам значительное доверие, вы были в его глазах истинными народными представителями, от которых он ждал указаний. (Пуришкевич/4/, с места: а вы оказались фальсификацией!). За это время многое изменилось, за эти пять лет не изменилось, гг., только одно - не изменилось поведение члена Государственной Думы Пуришкевича.
(Слева смех и рукоплескания).


Итак, гг., мы начали обсуждение нашего бюджета в 1908 г., в медовый месяц отношения к вам, большинству, нашего правительства и министра Финансов, как такового. От вас ждали указаний, с вами желали плодотворно совместно работать. С тех пор прошло четыре слишком года, много цветов облетело, много огней догорело, целый ряд не согласий выяснился и вот за эти четыре года... (Голос справа: вы не изменились.) Да, наша фракция осталась та же, и это наше огромное преимущество. Что сделали и что думали сделать большинство и выражавшее ему авансом доверие министерство Финансов? Я позволю себе начать с основного и самого серьезного, гг., вопроса - с правовых основ нашего бюджета. За эти четыре года надежд было немало, и все они, гг., исчезли как дым перед лицом упорного сопротивления того самого ведомства, которое видело в вас истинных народных представителей, которое ждало от вас указаний на то, на что не хватает их знаний. Основной вопрос, бюджетные правила 8 марта [1906 г.], которые проходили здесь перед вами неоднократно, которые были приняты вами в исправленном виде, встретили с его стороны решительное сопротивление и самого горячего противника. Здесь ему не нужны были ваши указания, здесь вы ему представлялись вовсе не народными представителями. Он начал свою борьбу с улучшением бюджетных прав 12 января 1908 г. заявлением, которое вкратце могло быть сведено в следующей его фразе: "Я имею основание и право сказать, что настоящее предложение не составляет выражения такой потребности, которая была бы оправдана опытом жизни и указаниями действительной работы Государственной Думы". Затем он добавил, что всегда найдется возможность достигнуть соглашения между желаниями Думы и взглядами правительственной власти в частностях. Это оказалось, гг., невозможным; никаких соглашений не было достигнуто. В Государственном Совете 14 декабря 1911 г. министр Финансов уже забывает о том, что вы истинные народные представители, он забывает о том, что возможно добиться соглашения между правительством и взглядами большинства, и на "генеральном сражении" он говорит следующее: "Это было внесено еще тогда, когда к рассмотрению бюджета и преступлено не было, еще не было никакого опыта, и у нас вопрос о бюджетных правилах получил не столько значение реальной законодательной меры, не столько представлял собою выражение государственной необходимости и сознания тех нужд, которые были выдвинуты государственной жизнью на первый план, сколько являлся результатом несомненного заимствования западноевропейских образцов", т.е., по его мнению, "тем, что называется орудием борьбы народного представительства с правительственной властью". Итак, начав с признания вас истинными представителями, указаний которых он ждет, он кончил указанием, что вы затеяли борьбу с правительственною властью, не руководствуясь опытом и сознанием государственной необходимости. Немножко разошлись, лишь изменился тон, забыты прошлые перспективы. Министр имел дело уже не с проектом фракции народной свободы/5/, а с тем скромным предложением, которое прошло огромным большинством голосов в Государственной Думе, и тем не менее он не желает считаться с ее мнением; он настаивает на том, что это только борьба с правительственной властью; он желает отстоять свои прерогативы охранителя забронированного бюджета; он не желает ни шага сделать по направлению к соглашению на этой почве. Интересно при этом мнение и другого бывшего министра финансов, докладчика в Государственном Совете, члена Государственного Совета Шипова/6/, который кончил заверением, что протекший практический опыт показал, что и "при действии правил и порядка рассмотрения росписи возможна дружная и плодотворная работа". Я только не знаю, где он нашел эту дружную работу, при которой 3/4, если не 0,9 рассмотренных законопроектов Государственной Думы - важнейших, а не мелочей - погибли в тех заграждениях, о которых говорил председатель бюджетной комиссии? Я не знаю, где он нашел эту плодотворную работу, когда за пять лет Государственной Думы ни один крупнейший, серьезный вопрос, кроме изданных по ст. 87, не получил еще до сих пор своего разрешения, благодаря дружному сопротивлению верхней палаты? Итак, огромной важности основная задача Государственной Думы - расширить ее бюджетные права, облегчить бюджетную разработку, найти возможность из нашего бюджета сделать бюджет более гибкий, более приспособленный к потребностям страны, избавить его от ненужных расходов, все это встретило каменную стену бюрократического сопротивления, все это не встретило ни малейшей отзывчивости, ни малейшего понимания истинного значения этого вопроса. А вы знаете, гг., как три четверти вашей работы пошли на пререкания с ведомством из-за легальных титулов/7/, какая бесконечная и бессмысленная, я скажу, работа была направлена только для того, чтобы проверить легальность титулов, а не для того, чтобы сообразовать целесообразность расходов. Вы знаете, гг., какая масса столкновений, в силу совершенной безграмотности ст. 13 бюджетных правил/8/, разрешалась не в нашу пользу и не в пользу представительных учреждений, как в этот законодательный акт вмешивалась не уполномоченная никаким законом рука правительственной власти и вносила во изменение закона о росписи цифры, которые никем приняты не были или были приняты лишь односторонней волей одной палаты. Так кончилась, гг., одна большая попытка Государственной Думы оздоровить, упорядочить, разъяснить бюджетная правила 8 марта - этот плохой плод плохого безвременья. Она кончилась полным крахом, полной неудачей.
А другая ваша задача, на которую потратили вы немало слов и немало работы - самостоятельность и независимость [Государственного] Контроля по исполнению росписи? Разве мы не были свидетелями того, как Дума отказалась утверждать представленный отчет только потому, что это бухгалтерская справка, а не отчет? Разве мы не видели, как представители объединенного правительства дружным сопротивлением и решительным отказом отвечали всякий раз и на то, чтобы хотя возвратиться к дореформенному положению, большей независимости Государственная контролера/9/. По этому поводу чрезвычайно интересно напомнить справку, которая была напечатана в "Вестнике Финансов" в 1903 г. (№ 16). Там была приведена справка о том, как комиссия исследовала постановку контроля в Англии. Она обратилась к государственному генерал контролеру и спросила, каковы его обязанности, по его понятию? "Я чиновник парламента, - отвечал контролер - моя обязанность засвидетельствовать правильность счетов и доложить о них парламенту. Что касается моих докладов, то я смотрю на свою обязанность широко и не только считаю долгом доносить об очевидных нарушениях парламентских ассигновок, о какой-либо неправильности счетов, но и обо всем том, что касается счетов, что может быть важно для парламента в интересах экономии. Таким образом, в мою обязанность включены и донесения о бесполезных тратах, о ненужных расходах, хотя бы и разрешенных парламентом". Вы видите, гг., как понимает обязанности свои независимый контролер, а у вас отказывают в присылке документов, не желают отвечать на массу вопросов, не представляют определенных официальных документов и материалов по ревизии, отворачиваются и отговариваются, укрывая грехи целого ряда ведомств, которые они обязаны контролировать. Вы присутствовали в течение четырех слишком лет при систематической борьбе и нежелании давать вам никаких серьезных материалов в области ревизии государственного хозяйства и раскрытии злоупотреблений. Вот разница между независимым контролером и контролером, работающим среди своих товарищей по кабинету, которых он должен ревизовать по закону. И в этом отношении, гг., систематические постановления большинства Государственной Думы, повторяемые ежегодно, звучали как колокол в бюрократической пустыне. "Контроль должен быть независимым, самостоятельным" - в 1908, 1909, 1910, 1911 и 1912 гг. раздавалась все та же определенная фраза, и все то же глухое молчание было ответом или отказом на это заявление представительных учреждений, где с точки зрения тогдашнего министра Финансов были созваны "истинные представители народа". И этот вопрос кончился полным крахом за вашу пятилетнюю работу.
Дальше, гг., вы помните огромный и серьезный спор Государственной Думы в области частного железнодорожного строительства, того, что идет помимо Думы, и того, что вызывает накладные расходы по государственной росписи, связанные с гарантией [со стороны] правительства частных железнодорожных облигаций. Само понятие правительства - об этом мы говорили не раз - здесь совершенно неизвестно. Разве правительство из своего кармана гарантирует эти уплаты или из государственного казначейства? Не входит ли в понятие правительства и та законодательная власть, которая волею Монарха призвана вершить и эти дела? Вы помните спор Думы с министром Финансов? Этот спор пошел по невозможной дороге. Министр спрятался, как это часто делают наши министры, за Высочайшую волю, опубликованную в неизвестном нам документе. И что же сделалось для разрешения этого вопроса, где большинство Государственной Думы столкнулось с явно незакономерными действиями власти, приносящими определенные издержки из государственного казначейства? За эти годы на многие сотни миллионов рублей разрешены частные железные дороги - помимо вас, гг., за эти годы накладывались на государственное казначейство обязательства, - помимо вас, гг.; за эти годы частное железнодорожное строительство не раз наносило удары доходам правительственных казенных дорог, не раз отнимало у них грузы, не раз связывалось с большими расходами, накладными добавочными расходами, обязательными расходами. Я напомню одну железную дорогу, а именно Одесса-Бахмачскую, которая в этом отношении вызывала особенные нарекания. И что же? Проект, который представил вам министр Финансов, шел так мало навстречу выраженному пожеланию урегулировать частное железнодорожное строительство, что даже ваша финансовая комиссия его отвергла, гг., как неприемлемый; здесь не оказалось возможности найти никакой почвы для соглашения и ни на йоту, изменить положение дела.


Между тем, гг., у нас вопросы государственного хозяйства, вопросы железнодорожного строительства и хозяйства особенно важны. Как вам известно, ни в одной стране мира нет такой концентрации в руках государственной власти имуществ и хозяйственных операций, как у нас. Уже покойный председатель Совета министров/10/ говорил о государственном социализме/11/ у нас, ибо ни в одной стране мира вы не найдете такой концентрации земель, лесов, дорог в правительственных руках, когда в руках государства и тарифы, и таможенные пошлины, и кредит земельный и промышленный, и основные сельскохозяйственные промышленности: спиртовая и сахарная. Эта громадная концентрация государственного хозяйства в России налагает на нас сугубые обязательства. Проф. Нитти/12/, теперешний министр финансов Итальянского королевства, в том труде, к которому он предпослал предисловие в русском переводе специально для России, между прочим, писал: "ни в какой другой стране, - он говорил о России, - научное понимание финансовых явлений не должно бы поэтому пользоваться столь широким распространением, как в России, где вопросы государственного хозяйства приобретают для населения все возрастающее влияние. Per angusta ad augusta - трудными путями к великим делам/13/, говорили римляне, и, только преодолевая ряд трудных препятствий Россия будет в состоянии совершить то великое [дело], к которому она призвана".


Да, гг., в государственном хозяйстве России ее народному представительству нужно преодолеть великие препятствия и главнейшее из этих препятствий - бюрократическое нежелание с вами считаться, властолюбие нашей бюрократии, которая не раз уже вела страну по пути разорения, не раз уже доводила государственное хозяйство до чрезвычайно тяжелого положения, и за эти годы ни одного шага навстречу вам в основных вопросах ею сделано не было, и все сводилось к полной ликвидации ваших пожеланий.

Что же, гг., говорить о том, что даже в мелких технических вопросах вы встречали иногда совершенно непонятное, поразительное сопротивление, что говорить о том, что иногда вам с полной откровенностью заявляли: да, мы с вашим мнением и считаться не будем, делайте ваши постановления, какие вам угодно? Не помнят ли члены бюджетной комиссии, когда обсуждался вопрос о том, каким путем министр Народного Просвещения желает воспитывать новых профессоров, и откуда он возьмет на это деньги, был указан единственный источник, откуда он мог брать эти деньги помимо бюджета - 10.000.000-й фонд/14/. И когда министру предложили идти прямым путем, идти на одобрение законодательных установлений, если он сможет доказать правильность своих действий, то он не пожелал даже ответить, откуда он возьмет эти деньги, вопреки воле представительных учреждений. А не помните ли вы, как было дело с уничтоженной крепостью в Зегрже/15/? Военное министерство перенесло свои расходы на Николаевскую крепость на Амуре, и когда его спрашивали - откуда вы могли взять деньги, когда совершенно ясно, что вы не можете расходы с закрытой крепости перенести на другую, вопреки бюджетным правилам, то министерство заявило, что такова была государственная необходимость, что мы более компетентны. Даже в мелочах, даже в отдельных фактах вы встречаете нежелание считаться с законом и с вашими правами. Я уже не буду возвращаться к длинному перечню замечаний комиссии по исполнению государственной росписи, которые только недавно были представлены пред вами.
Итак, в области прав бюджетных - никаких приобретений, гг., за пять лет нет, и есть полное крушение того, о чем говорилось большинством Государственной Думы. Нет приобретений, но нанесены существенные ущербы. Вы помните, гг., знаменитую ст. 96 в области военного и морского бюджета/16/, которая подверглась такому незаконному и незаконному толкованию, которая совершенно, по-моему, сделала иллюзорным весь военный бюджет, а все исчисления по военным сметам сделала лишь в лучшем случае хорошими проектами, для военного ведомства необязательными. Вам даже на вопрос о том, как пойдет обсуждение нового эмеритального пенсионного устава военного/17/, пойдет ли оно через законодательные пути, - а проект может наложить большие обязательства на государственное казначейство - вам на это в бюджетной комиссии не раз в прошлые годы отвечали: мы не можем вам дать на это ответа. А когда проводились реформы, тогда из бюджета Военного министерства на 210.000.000 - 215.000.000 руб. по ст. 96 проводились изменения кредитов. Еще в этом году по смете инженерного ведомства вам заявили, что мы испрашиваем деньги, но не на то учреждение, которое есть, а которое еще будет реформировано; как реформировано - нам неизвестно, ибо реформа проходит помимо нас. Вы понимаете, что ст. 96 свелась, в сущности, к полному изъятию расходов военных от контроля и воздействия Думы; они не считаются со сделанными постановлениями, и помимо закона о росписи дается им фактическая возможность, в силу этих объяснений ст. 96, передвигать как им угодно кредиты, нарушая сметные правила. А дальше, может быть, вспомните и ликвидацию турецкого долга, которая нанесла ущерб государственному казначейству свыше 15.000.000 р. и которая прошла также вне законного порядка, ибо Государственная Дума об этом даже не была осведомлена. Вы вспомните, быть может, и условия совершения займов. Еще вчера министр Финансов говорил нам, что вот, вероятно, опять будут говорить про прошлые плохо заключенные займы, ведь теперь стали заключать лучше, а между тем не поумнел же министр Финансов. Ну, как же не говорить про прошлые займы, гг.? За все годы вы заключили их по 82 с небольшим за 100, выручил министр Финансов мало, а заем в том же году поднялся почти al pari/18/, - как же об этом не вспоминать? Уж очень это печальное воспоминание; если оно неприятно для министра Финансов, то тем паче оно неприятно для народного представительства: этот ведь заем вами был разрешен. Итак, никаких приобретений и огромное умаление в целом ряде специальных отраслей бюджетных прав. Таковы правовые итоги в области нашей бюджетной работы.


Позвольте перейти теперь к вопросу о сущности нашей работы в области бюджета, о наших доходах и расходах. Я попытаюсь сравнивать последнее пятилетие до наших полномочий с 1899 г. по 1903 г., исключая смутное время, исключая ненормальный период войны и внутренней революции, и наше пятилетие, так называемого конституционного бюджета. До известной степени некоторые выводы благоприятны; так например, общий рост бюджета в прежнее пятилетие 3,7%, теперь около 3,5% - как будто бы мы немножко тише пошли, если сравнивать вместе обыкновенный и чрезвычайный бюджет. Я, гг., настаиваю именно на этом последнем; я утверждал с самого начала нашей бюджетной работы, что только объединение, унификация бюджета в чрезвычайной и обыкновенной частях/19/ может дать правильную картину и должно быть делаемо. Не всегда мы встречали то отношение к этому, какое мы встретили теперь. 27 ноября 1907 г. министр Финансов говорил, что у нас в России существует на этот предмет точно установленное законодательное определение, и считал недопустимым смешивать это. Было много разговоров и о том, что надо перелагать бремя чрезвычайных расходов на последующие поколения, что нельзя капитальные затраты валить на один год, что [на этом настаивает] целый ряд финансовых авторитетов, и он как-то, года два назад, перечислил добрую дюжину финансистов и экономистов, которые отстаивают такое разделение бюджета. А вот что я нахожу в недавно вышедшем конспекте лекций, читанных прежнему Наследнику Престола графом Витте/20/, тогдашним министром финансов: "Общепризнанных точных определений этих двух категорий ни теория, ни практика не дали", - пишет Витте - [т.е.] на практике провести между этими категориями вполне ясную и резкую границу невозможно, в особенности же в отношении расходов. Я должен сказать, что гр. Витте в этом отношении более прав, чем министр Финансов, который говорил о точности и ясности нашего закона. Этот закон, изданный в 1894 г., отнес чрезвычайные сооружения железных дорог, затем расходы на войну, неурожай, эпидемии, а [также и] расходы по приобретению подвижного состава железных дорог в "чрезвычайных размерах" - к чрезвычайным расходам. Последнее определение "чрезвычайных размеров" оказалось совершенно невозможным. Эти расходы уже вскоре были перенесены, в обыкновенный бюджет; в 1897 г. изменение коснулось расходов по уплате за приобретение крупной собственности. В доходах до 1885 г. военное вознаграждение включалось в обыкновенные доходы, а в чрезвычайные доходы стало включаться с 1885 г. Вечные вклады/21/ с 1884 г. относились в обыкновенный бюджет, а по Контролю - в чрезвычайный. Поступление возвратных ссуд, авансы железных дорог поступали то в тот, то в другой бюджет. Словом, гг., путаница шла порядочная. И теперь, в 1908 и 1909 гг., стали отпускать большие суммы по законам, принятым Государственной Думой; эти военные расходы на пополнение запаса армии были отнесены специальным законом на чрезвычайный бюджет, хотя всем предыдущим законодательством они относились на обыкновенный бюджет. Дальше, гг., вы будете обсуждать закон о портостроительстве, и там эти новые расходы, которые шли до сих пор по обыкновенному бюджету, теперь предлагают, в виду их величины, перенести в чрезвычайный бюджет. Я не знаю, быть может, скоро догадаются, и это будет последовательно, перенести огромные расходы Морского министерства по строению судов в чрезвычайный бюджет, потому что для одного года они несоразмерно велики. Словом, полный произвол, который может тасовать расходы, как карты, как угодно. Вы знаете, что бюджет унифицирован в Англии и во Франции. Бывший французский министр Рувье
  1   2   3   4   5   6




Похожие:

А. И. Бюджет и государственное хозяйство России. Речь А. И. Шингарева // Третья Государственная Дума. Фракция Народной свободы в период 15 октября 1911 г. 9 июня 1912 г.: Отчет iconА. И. Шингарева 20 июня 1916 г в Военно-морской комиссии Государственной Думы "О финансовом положении России в Первой мировой войне" Красный Архив. Т. 64. 1934 г. С. 3-30. Печатаемая ниже стенограмма доклад
Стенограмма доклада А. И. Шингарева 20 июня 1916 г в Военно-морской комиссии Государственной Думы
А. И. Бюджет и государственное хозяйство России. Речь А. И. Шингарева // Третья Государственная Дума. Фракция Народной свободы в период 15 октября 1911 г. 9 июня 1912 г.: Отчет iconДокументы
1. /Заготовки для практикума/Водные системы.doc
2. /Заготовки...

А. И. Бюджет и государственное хозяйство России. Речь А. И. Шингарева // Третья Государственная Дума. Фракция Народной свободы в период 15 октября 1911 г. 9 июня 1912 г.: Отчет iconИнформация о проведении государственной (итоговой) аттестации в 9 классе
Государственная итоговая аттестация проходила в период с 31 мая по 14 июня 2011 года
А. И. Бюджет и государственное хозяйство России. Речь А. И. Шингарева // Третья Государственная Дума. Фракция Народной свободы в период 15 октября 1911 г. 9 июня 1912 г.: Отчет iconПриказ №62 Об итогах проведения государственной (итоговой) аттестации в 9 классе
Государственная итоговая аттестация проходила в период с 31 мая по 14 июня 2011 года
А. И. Бюджет и государственное хозяйство России. Речь А. И. Шингарева // Третья Государственная Дума. Фракция Народной свободы в период 15 октября 1911 г. 9 июня 1912 г.: Отчет iconКомментариЙ юриста 27 июля Государственная Дума приняла Федеральный закон «Об информации, информационных технологиях и защите информации»
Государственная Дума приняла Федеральный закон «Об информации, информационных технологиях и защите информации». Закон «Об информации,...
А. И. Бюджет и государственное хозяйство России. Речь А. И. Шингарева // Третья Государственная Дума. Фракция Народной свободы в период 15 октября 1911 г. 9 июня 1912 г.: Отчет iconКомментариЙ юриста 27 июля Государственная Дума приняла Федеральный закон «Об информации, информационных технологиях и защите информации»
Государственная Дума приняла Федеральный закон «Об информации, информационных технологиях и защите информации». Закон «Об информации,...
А. И. Бюджет и государственное хозяйство России. Речь А. И. Шингарева // Третья Государственная Дума. Фракция Народной свободы в период 15 октября 1911 г. 9 июня 1912 г.: Отчет iconДиректор моу дод дюстш
Сыктывкар, ул. Пушкина, 51 (шахматный клуб), в период с 14 по 29 октября 2006 года. Игровые дни: 14 октября (начало в 16: 00), 15...
А. И. Бюджет и государственное хозяйство России. Речь А. И. Шингарева // Третья Государственная Дума. Фракция Народной свободы в период 15 октября 1911 г. 9 июня 1912 г.: Отчет iconГосударственная Дума Федерального Собрания Российской Федерации Адрес: Москва, ул. Охотный ряд, 1 Государственная пошлина : 100 руб. Жалоба на федеральный закон
...
А. И. Бюджет и государственное хозяйство России. Речь А. И. Шингарева // Третья Государственная Дума. Фракция Народной свободы в период 15 октября 1911 г. 9 июня 1912 г.: Отчет iconМинистерство образования и науки российской федерации (Минобрнауки России)
Российской Федерации и муниципальных общеобразовательных учреждений, внедряющих инновационные образовательные программы, которым...
А. И. Бюджет и государственное хозяйство России. Речь А. И. Шингарева // Третья Государственная Дума. Фракция Народной свободы в период 15 октября 1911 г. 9 июня 1912 г.: Отчет iconМинистерство образования и науки российской федерации (Минобрнауки России)
Российской Федерации и муниципальных общеобразовательных учреждений, внедряющих инновационные образовательные программы, которым...
Разместите кнопку на своём сайте:
Документы


База данных защищена авторским правом ©podelise.ru 2000-2014
При копировании материала обязательно указание активной ссылки открытой для индексации.
обратиться к администрации
Документы

Разработка сайта — Веб студия Адаманов