Правозащита по-холуйски1 icon

Правозащита по-холуйски1



НазваниеПравозащита по-холуйски1
Дата конвертации02.09.2012
Размер192.01 Kb.
ТипДокументы

Правозащита по-холуйски1.


Пять лет тому назад, в феврале 2002 г., мне довелось побывать в шкуре задержанного в Октябрьском РУВД2. Я там насмотрелся, как милиция обращается с гражданами, как менты бьют смертным боем беззащитных людей просто так, для развлечения. И я понял, что оставлять это дело так нельзя. Я стал писать всюду, что нужно организовать общественный контроль в местах содержания под стражей. Моя инициатива нашла некоторый отклик, в том числе и в СПО, и у Мерзляковой3, откуда произошло много шума. Но вскоре я убедился, что и я, и моя инициатива были нужны «казенным правозащитникам» только как наживка для получения гранта.

И вот недавно, в марте 2007 мне снова довелось побывать в роли задержанного, правда, в другом РУВД. И я своими глазами увидел, что ничего не изменилось. Милиция по-прежнему издевается над задержанными, а разговоры об общественном контроле обернулись фарсом, средством наживы для казенных правозащитников и холуйством перед исполнительной властью.

Вот я хотел бы проанализировать, почему так получилось.

Хочу отметить, что в уставе одна из задач СПО формулируется так: «содействие деятельности Уполномоченного по правам человека». А вот чем этот пункт устава оборачивается на деле, никто толком не анализирует. По крайней мере, я не видел ни одного письменного документа, посвященного этому вопросу (кроме моих брошюрок и статей4).

Я считаю, что вопросы взаимодействия с уполномоченным являются очень важными, поскольку казенные правозащитники, в отличие от общественных, обладают большими правами и материальной базой. Если я приду проверять «обезьянники» от своего имени или, скажем от Архива «Отписка»5, то менты пошлют меня на три буквы, и будут правы. Эдак ведь любой бандит создаст общественную организацию и придет их проверять. Другое дело, если я приду с бумагой от Мерзляковой (а еще лучше – в сопровождении ее сотрудника). Поэтому я буду говорить не только о внутренних делах СПО, но и о Мерзляковой и ее чиновниках. Тем более что руководит СПО непосредственно чиновник Мерзляковой6.


^ Немного истории


Итак, возвращаюсь к событиям пятилетней давности. Побывав в шкуре задержанного, я начал писать всюду, в том числе и Мерзляковой. В частности, я писал ей 12.03.02: «… У меня такие предложения.

1. Вывесить в дежурных частях всех РУВД плакаты с перечнем прав задержанных и указанием телефонов и адресов, по которым можно жаловаться в случае нарушения этих прав. Причем, желательно, чтобы хотя бы один из этих телефонов был круглосуточным.

2.
Время от времени проверять работу дежурных частей силами представителей вашей службы, правозащитных организаций и, возможно, прокуратуры. Проверку следует проводить ночью и вечером, т.к. права задержанных нарушаются преимущественно в это время. Полагаю, что мои предложения принесут ощутимую пользу и не потребуют особых затрат для их выполнения. Сам я готов интенсивно участвовать в их реализации.»


Поначалу мои предложения были встречены весьма сдержанно. Ответ мне подписал Гоголев7, а не Мерзлякова (что, как я потом понял, делается в сомнительных случаях). Там говорилось лишь, что мое обращение направлено Воротникову8.

Параллельно с обращением Мерзляковой, я позвонил Попову. Ему моя идея понравилась, и он сказал: «Пусть это будет наша общая идея».

Надо сказать, что идею общественного контроля он продвигал весьма своеобразно, оттирая меня и стремясь поставить на мое место Кочнева9. Правда сам Кочнев предпочитал отсиживаться в кустах10.

Вот типичный пример: 14.03.03 мы проводил пикет возле здания обл. ГУВД. Готовили его я и Попов. А ответственным почему-то числился Кочнев, хотя он даже не пришел на пикет.

Полагаю, что Кочнев имеет на ментовских делах неплохой бизнес, создав под крылышком Мерзляковой нечто вроде подпольной адвокатской конторы (и выдавая себя за адвоката, не имея даже юридического образования). Но это – предмет особого разговора.

Кстати, на пикете 14.03.03 мы требовали от уполномоченного, прокурора области и начальника ГУВД, чтобы они заключили трехсторонне соглашение, предусматривающее общественный контроль мест содержания под стражей.

Мерзлякова относилась к нашим предложениям довольно своеобразно. Например, 25.02.03 мы проводили в ее резиденции круглый стол, посвященный контролю над милицией, но ни представителей милиции, ни представителей прокуратуры на нем не было11. У меня такое впечатление, что она чего-то выжидала.

В ее докладе за 2002 г. об общественном контроле говорится весьма сдержанно: «Правозащитники считают важным добиться введения более широкого общественного контроля над работой правоохранительных органов. Вместе с тем, хотелось бы найти понимание и в самих государственных правоохранительных органах важности участия правозащитной общественности в искоренении имеющихся нарушений.»

Однако с течением времени Мерзлякова прониклась идеей общественного контроля. Вот что говорится об этом в ее докладе за 2003 г.: «Не могу не отметить настойчивость и последовательность А.Б. Ливчака, который со своей небольшой организацией “Архив отписка” инициировал дважды проведение круглых столов по очень тяжелой проблеме. Имею в виду методы работы правоохранительных органов с задержанными и содержащимися в местах временной изоляции. А.Б. Ливчак с коллегами поднимает вопрос о расширении возможностей общественных организаций для действительно эффективного контроля за правоохранительными органами. О том, что это назревший вопрос, говорят вопиющие случаи убийств подследственных прямо на допросах. Конечно это чрезвычайные случаи, но настораживает тот факт, что их серьезное расследование часто становится возможным только после вмешательства СМИ, правозащитных организаций, Уполномоченного по правам человека.

К сожалению, медленно движется создание соответствующей законодательной основы для того, чтобы общественность могла, не нанося вреда ведению следствия, держать под контролем столь чувствительную для людей сферу. Хотя и принят в первом чтении закон “Об общественном контроле за обеспечением прав человека в местах принудительного содержания и о содействии общественных объединений их деятельности”, но когда он будет введен в действие и не попадет ли в долгий ящик, как это случилось в Государственной Думе прошлого созыва, неизвестно. Посетившая Екатеринбург Э.А. Памфилова, председатель комиссии по правам человека при Президенте России, заверила, что она держит эту важную работу на контроле

А вот цитата из доклада уполномоченного за 2004 г.: «Больший эффект получается, когда складывается своеобразное разделение труда между общественниками и Уполномоченным. Примеров тому может быть не так много, как хотелось бы, но они не единичны. Взять хоть бы сотрудничество с небольшой, но очень активно работающей организацией - “Архив “Отписка”. Александр Борисович Ливчак, руководитель этой организации, главной задачей избрал крайне сложное и тяжелое направление защиты прав человека – борьбу с насилием, в том числе пытками, в правоохранительных органах. А.Б. Ливчак с коллегами не просто информирует Уполномоченного о конкретном случае нарушения, но привлекает к защите прав пострадавшего от произвола и насилия опытных адвокатов, средства массовой информации. Для этого ему приходится искать спонсоров, обращаться в располагающие финансовыми ресурсами организации, фонды.

Любая работа, в том числе и правозащитная, нуждается в привлечении ресурсов. Но и результат вполне конкретен и весом. Восстанавливаются нарушенные права, предстают перед судом должностные лица, допустившие нарушение закона, злоупотребившие властью. Остановлюсь подробнее на одном проекте, который Союз правозащитных организаций Свердловской области и “Архив “Отписка” осуществляют с помощью Генерального консульства Великобритании и Фонда “Общественный вердикт”. “Защита граждан от неправомерных действий милиции”, так называется этот проект. Его презентация состоялась в ноябре на юридическом факультете Гуманитарного университета. Александр Ливчак так сформулировал основные цели этого проекта - выявление случаев нарушения прав граждан со стороны сотрудников милиции, юридическая помощь жертвам милицейского произвола, анализ причин и условий, порождающих нарушения прав граждан сотрудниками милиции. Уполномоченный по правам человека поддерживает этот проект.

Считаю, что и милиция должна быть заинтересована во взаимодействии с правозащитниками. Трехстороннее сотрудничество - правоохранительных органов, Уполномоченного и правозащитников в деле искоренения пыток в милиции не только возможно, но и крайне необходимо. Во всяком случае, первые положительные отклики на рассылаемые брошюры А.Б. Ливчака обнадеживают. Конечно, контакты налаживать будет непросто. Сложностей в работе милиции хватает. Контакты пока напоминают беседы слепого с глухим. Но то, что дискуссии правозащитников с представителями милиции и прокуратуры начались, уже прогресс. Другого пути нет. Силовые ведомства должны привыкать работать под контролем гражданского общества, учитывать мнение людей о своей работе.»

Апофеоз риторики, посвящено общественному контролю над местами содержания под стражей наступил в 2005 г. Тогда появилась масса публикаций, где говорилось, что вот, наконец-то, достигнуто соглашение с областным ГУВД,

Пресса пестрела сообщениями о том, что Мерзлякова лично готова посещать изоляторы временного содержания (ИВС), что проверки будут проводиться по вечерам, внезапно для сотрудников милиции.

Вот, например, что говорила Мерзлякова: в интервью Радио Свобода 15-05-05

« … У нас очень интересный план мероприятий. Проведен недавно «круглый стол» с Главным управлением внутренних дел по Уральскому федеральному округу, и мы тоже запланировали очень интересные мероприятия… Мне кажется, что очень важное значение наш институт уполномоченных в числе других правозащитных организаций уделяет правозащитным организациям, в первую очередь «Архив «Отписка», который возглавляет Александр Ливчак, которые работают сейчас по защите прав в сфере правоохранительных органов. И проблема эта, к сожалению, стоит остро. Иногда злоупотребляет ею население, когда к нам обращаются. Но, тем не менее, мы должны сделать все возможное, чтобы наша милиция, милиция на территории Свердловской области была цивилизованной

Всемирно-историческое значение планируемых проверок разъяснило 14.05.05 агентство НОВЫЙ РЕГИОН:

«"Впервые в истории стало возможно такое, чтобы общественность смогла посмотреть на то, что происходит по вечерам в изоляторах временного содержания, - говорит Татьяна Мерзлякова. - С проверками будут ходить правозащитники и я лично. По два-три человека". Омбудсмен также предупредила, что визиты в ИВС будут крайне неожиданными для сотрудников милиции, поэтому специально подготовиться к ним никто не сможет».


^ Доклад по ИВС


В начале 2006 г. появился специальный доклад "О нарушении прав подозреваемых и обвиняемых содержащихся в ИВС Свердловской области".

К этому времени чиновники из аппарата Мерзляковой поняли, что на общественном контроле можно неплохо заработать. Меня оттерли от проекта, чтобы я не мешали им пилить грантовский пирог. Шуму вокруг доклада по ИВС было очень много, однако полный текст его распространялся весьма ограниченно. Ни в прессе, ни в Интернете, ни в библиотеках Екатеринбурга я его не нашел12. Мне с большим трудом, через знакомых удалось достать его экземпляр. Должен признаться, содержание доклада меня поразило.

Какие же нарушения нарушении прав подозреваемых и обвиняемых нашла уважаемая Татьяна Георгиевна в наших ИВС? Оказывается, в некоторых ИВС нет настольных игр, свежие газеты не во всех есть… Для европейцев, которым успешно пудрит мозги Мерзлякова, подобные нарушения могут показаться пыткой. Но мы то знаем, что это отнюдь не самые жгучие проблемы в наших ИВС. О том, что тамошних «сидельцев» менты бьют, а порой забивают до смерти, в докладе нет ни звука.

А ведь как раз в то время, когда уважаемая госпожа Мерзлякова готовила свой доклад, в Екатеринбурге проходил шумный судебный процесс о гибели Владимира Орлова, забитого насмерть сотрудниками ИВС г. Екатеринбурга. Что, Мерзлякова не знала об этом? Конечно, знала, я лично писал ей о нем. Почему же у нее в докладе высшей степенью нарушения прав человека в том же ИВС г. Екатеринбурга является нехватка простынок? Полагаю, все дело в конфликте интересов, который возник у ее чиновников при погоне за грантами.

Процесс по гибели Орлова ярко демонстрирует, что корень зла не в отдельных «оборотнях», а в самой системе ментовского беспредела. В частности, из материалов дела видно, что милицейское начальство, включая областное, пыталось увести от ответственности убийц Орлова. Вот что, например, говорилось в «Заключении служебной проверки» подписанного зам. начальника областного ГУВД полковником Недоростовым: «Факт причинения телесных повреждений Орлову В.И. в ИВС УВД Екатеринбурга не установлен».

А вот какие дифирамбы поет Мерзлякова в своем докладе милицейскому начальству: «^ Понимание в вопросах соблюдения прав и восстановления нарушенных прав и свобод человека с руководством ГУВД Свердловской области я находила всегда13». Кстати, в ее ежегодном докладе за 2005 г. эта основополагающая идея еще усиливается. Оказывается, «понимание» Мерзлякова всегда находила не только с областными, но со всеми городскими, районными и даже поселковыми милицейскими чиновниками: «Понимание в вопросах соблюдения и восстановления нарушенных прав и свобод человека при осуществлении уголовного судопроизводства с руководством ГУВД Свердловской области и нижестоящими органами внутренних дел области я находила всегда

Т.е. у нас все прекрасно, и весь руководящий состав всех подразделений милиции в Свердловской области – столь же ярые борцы за права человека, как и сама Мерзлякова14. В том числе, видимо, и начальник Алапаевского ИВС Николай Рассказов, осужденный за гибель людей, задохнувшихся в переполненном автозаке, и заместитель начальника УВД города Артемовский Алексей Ботвинский, расстрелявший в здании милиции ни в чем не повинного человека, и начальник Рефтинского поселкового отделения милиции Юрий Боровиков, который лично пытал задержанных, и те деятели из областного ГУВД, которые прячут заявления граждан о пытка в милиции15, которые в течение ряда лет сопротивлялись общественному контролю16.

Зачем же Мерзляковой нужно так унижаться и лебезить перед ментами?

Чтобы ответить на этот вопрос, посмотрим отчет СПО по гранту 05-82833-000-GSS от фонда Макартуров. Там, в частности, говорится: «Приняли участие в проверках Изоляторов временного содержания (ИВС). Это помещения, в которых содержат людей задержанных по подозрению в совершении преступлений. Проверено совместно с консультантами аппарата уполномоченного по правам человека Свердловской области и сотрудниками ГУВД по Свердловской области 15 ИВС. На основе проверок подготовлен специальный доклад Уполномоченного по правам человека Свердловской области. Условия содержания в большинстве ИВС признаны не соответствующими нормам и близкими по характеру воздействия на человека к пыткам. Доклад направлен в органы исполнительной власти.» В списке участников гранта – сам Попов, его двоюродный брат Ермилов и дочка Вахрушева17, сотрудника аппарата Мерзляковой. Оказывается, за соблюдением прав человека в ИВС и мерзляковским докладом СПО отчитывается по гранту, вокруг которого пасутся чиновники из аппарата Мерзляковой и их домочадцы. Чтобы успешно отчитаться, им нужно создать видимость контроля над ИВС. Ну, а чтобы создавать эту видимость, нужны хорошие отношения с ментовским начальством. А то ведь их могут просто не пустить в камеры, как это приключилось с Мерзляковой в Ирбитском СИЗО (см. «Уральский рабочий» от 10.09.2003). Ну, а чтобы заработать расположение исполнительной власти, Мерзлякова, видимо, готова ментам чуть ли не сапоги лизать.

Получается очень интересная ситуация: проверяющие оказываются зависимыми от тех, кого они должны проверять. На юридическом языке такая ситуация квалифицируется как «конфликт интересов». Вот, кстати, цитата из закона "О государственной гражданской службе Российской Федерации": «Конфликт интересов - ситуация, при которой личная заинтересованность гражданского служащего влияет или может повлиять на объективное исполнение им должностных обязанностей и при которой возникает или может возникнуть противоречие между личной заинтересованностью гражданского служащего и законными интересами граждан, организаций, общества, субъекта Российской Федерации или Российской Федерации, способное привести к причинению вреда этим законным интересам граждан, организаций, общества, субъекта Российской Федерации или Российской Федерации.

Под личной заинтересованностью гражданского служащего, которая влияет или может повлиять на объективное исполнение им должностных обязанностей, понимается возможность получения гражданским служащим при исполнении должностных обязанностей доходов … для гражданского служащего, членов его семьи …»

Конфликт интересов, разумеется, запрещен для чиновников. Но для Мерзляковой и ее аппарата закон, видимо, не писан.

Интересно, как создавался доклад про ИВС. У меня такое впечатление, что милицейское начальство любезно предоставило Мерзляковой возможность перекатать некоторые фрагменты из какого-то своего отчета. Собственно, проверяющим можно было никуда и не ездить.

Эта моя гипотеза основывается на следующем наблюдении. В докладе Мерзляковой речь идет о 48 ИВС области. Причем описаны все они по однотипной схеме, содержащей десятка полтора параметров (наличие постельного белья, периодической печати, настольных игр и т.п.). Явно, что все эти сведения кто-то целенаправленно собирал. Но это были отнюдь не авторы доклада, потому что там черным по белому написано, что они посетили лишь 15 ИВС. Спрашивается, откуда сведения об остальных ИВС? Ну, явно они откуда-то списаны. Откуда? Скорее всего, из материалов какой-то служебной проверки.

Свое предположение я высказал на пономаревском сайте «За права человека»18. Попов откликнулся страшной руганью в мой адрес, но, по сути, он ничего возразить не смог19. Полагаю, что это подтверждает мою догадку.

Хорошенький альянс сложился между милицейским начальством, Мерзляковой и СПО. Мерзлякова поет дифирамбы ментам, замалчивая грубейшие нарушения прав человека в ИВС, те в ответ предоставляют ей сведения, необходимые для создания бутафорского доклада, а чиновники из аппарата уполномоченного отваривают этот доклад в грантовские денежки. Все довольны, кроме тех, которых бьют и убивают в этих самых ИВС.


^ Как это делается в СПО


Для того чтобы эта схема пиления грантов успешно функционировала, аппарату нужно крепко держать власть в СПО. Тут в ход идут любые средства, вплоть до подлогов и фальсификаций. Демократией у этих «борцов за права человека» и не пахнет. Приведу несколько примеров.

20.10.05 мне официально сообщили, что 11.10.05 якобы состоялся Координационный совет СПО, на котором обсуждался мой вопрос. В тот же день я обратился в СПО со следующим заявлением:

«Прошу выдать мне протокол и стенограмму заседания Координационного совета от 11.10.05. Впредь прошу заранее оповещать меня о всех заседаниях, где предполагается вести речь обо мне

До сих пор не получил никакого ответа. Про меня чего-то говорят в мое отсутствие, принимают какие-то решения, а я не могу ни возразить, ни даже получить те документы, где речь идет обо мне. Попов с Кочневым могут состряпать любую фальшивку, шлепнуть на нее печать и представить куда угодно этот «документ». Что они и делают20.

Чтобы хоть в какой-то мере обезопасить себя от появления новых «документов» я 22.03.2006 обратился к председателю Координационного совета СПО С.В. Ячевскому:


«Уважаемый Станислав Валерьянович!


Протокол Координационного совета СПО от 14 сентября 2005 г., подписанный Л.В.Кочневым и представленным В.И.Поповым в суд по моей жалобе на Т.Г.Мерзлякову21, фальсифицирован. В него задним числом добавлен пункт 9: «В связи с отказом А.Б.Ливчака представить необходимые документы не считать ОО «Архив Отписка участником СПО как не существующую организацию22». В действительности, этот пункт не обсуждался, решение по нему не принималось.

^ Прошу разобраться, кто и зачем фальсифицировал протокол.

Прошу выдать мне все имеющиеся в СПО документы, относящиеся к заседанию от 14 сентября 2005 г.

Прошу выдать мне все имеющиеся в СПО протоколы, стенограммы, листы регистрации и прочие документы, относящиеся к заседаниях, на которых рассматривались вопросы обо мне, либо об Архиве «Отписка».

^ Прошу приглашать меня на все заседания, на которых будут рассматриваться вопросы обо мне, либо об Архиве «Отписка».

Прошу сообщить мне где и когда будет происходить ближайшая конференция СПО, а также предоставить возможность выступить на ней.

Обращаю Ваше внимание на то, что я до сих пор не получил никакого ответа на свое заявление от 29.10.05.

Прошу выдать мне прошнурованный и скрепленный печатью Устав СПО (действующую редакцию).

Прошу выдать мне также все документы по всем грантам, включая наши заявки, отчеты и финансовые документы

Никакого ответа я до сих пор не получил. Это стиль руководства СПО – документы фальсифицировать, а если кто этим недоволен – не давать ему даже пискнуть. Перестать приглашать на отчетно-выборную конференцию – и дело с концом23.

А вот более свежий пример. Написав очередную книжечку про казенных правозащитников, я послал ее Мерзляковой, предложив публично обсудить ее (книжечку). В ответ я получил очень странное письмо, где говорилось, что обсуждение моей предыдущей брошюры «закончилось тем, что Уполномоченному прислали письмо, в котором осудили Вас и Ваши действия по отношению к Т.Г.Мерзляковой и и сотрудникам аппарата А ведь в этом обсуждении принимали участие правозащитники известные своей независимой позицией и весьма критически относящиеся к работе Уполномоченного по правам человека Свердловской области Т.Г.Мерзляковой: В.А.Шаклеин, Л.С.Лукашева, С.В.Ячевский. Подумайте об этом.» Я подумал, и решил спросить Шаклеина, Лукашеву и Ячевского, было ли такое обсуждение и письмо Мерзляковой. Шаклеин и Лукашева ответили письменно, что никакого обсуждения не было. Ячевский тоже сначала тоже сказал мне, что никакого обсуждения не было, письмо Мерзляковой не писали...

Я запросил у Мерзляковой копию письма, где якобы осуждается моя брошюра, но получил отказ24. Видимо, Мерзлякова вполне разделяет взгляды Попова и Кочнева, о которых я говорил чуть выше. Очень удобная позиция, до боли знакомая еще с советских времен. Все засекретить, не давать человеку никаких документов, делая его абсолютно беззащитной перед любой фальшивкой, если на ней стоит какая-нибудь печать.

Месяца через два Ячевский вдруг «вспомнил», что письмо было, и даже выдал мне его копию. Якобы, мою брошюру обсуждали на Координационном совете СПО от 14 сентября 2005 г. Позвольте, но я же еще год назад просил его «выдать мне все имеющиеся в СПО документы, относящиеся к заседанию от 14 сентября 2005 г.» Чего же он тогда мне его не выдал? Ответ, мне кажется, очень прост. Никакого письма не было. Когда оно понадобилось Мерзляковой и ее челяди, тогда его и состряпали. На таких приёмчиках и держится руководство СПО.

Вот такие у нас казенные правозащитники. Воспитанные в лучших традициях советской бюрократической системы, вчерашние «бойцы идеологического фронта» быстро усвоили демократическую фразеологию, приспособив ее для деланья денег и карьеры любыми средствами. Как Мерзлякова (бывший редактор «Правды коммунизма») с Поповым (специалистом по научному коммунизму) были в советские времена «бойцами идеологического фронта», так они и ими и остались. Поменялись лозунги, знамена, гербы, но суть их осталась прежней: холуйствуй перед властью, зажимай простой народ и хапай без оглядки - вот их кредо. Любую идею, любое общественное начинание они опошляют, выхолащивают, превращают в средство чиновничьей наживы. Так и произошло у нас и с демократией, и с правами человека, и, в частности, с моими предложениями по общественному контролю за местами содержания под стражей.


Александр Ливчак,

Екатеринбург,

Архив «Отписка»,

8-902-877-06-45,

livchak@mail.ru

19.04.2007

1 Основу этой статьи составляет мое выступление на конференции Союзе правозащитных организаций Свердловской области (далее - СПО) 07.04.07

2 Мои тогдашние приключения в милиции описаны в моей брошюре «Как я тягался с ментами».

3 Мерзлякова Татьяна Георгиевна - Уполномоченный по правам человека Свердловской области

4 См., напр., мою брошюру «Как я тягался с казенными правозащитниками».

5 Это общественная организация, которую я возглавляю.

6 Председателем правления СПО является Владимир Иванович Попов – главный специалист Уполномоченного по правам человека Свердловской области

7 Гоголев Валерий Ефимович – руководитель аппарата Уполномоченного по правам человека Свердловской области

8 Воротников Владимир Александрович в то время – начальник ГУВД Свердловской области

9 Кочнев Леонид Вальтерович носит громкий титул «поверенного Уполномоченного по правам человека Свердловской области». Что сие означает, мало кто знает. Но все думают, что он какой-то большой начальник.

10 Потом, когда нам удалось выбить финансирование, Кочнев вылез из кустов, и стал проявлять некоторый интерес к работе. Но дело ограничилось тем, что он потихоньку переписал на себя все компьютеры и прочую технику, приобретенную по моим грантам. А потом на этом основании стал изображать дело так, будто компьютер, на котором я работаю (один из четырех, полученных по грантам, которыми я руководил), украден мною.

11 Какой смысл обсуждать проблемы контроля за «обезьянниками» без представителей этих организаций, я до сих пор не понимаю.

12 Видимо, это связано с тем, что доклад по ИВС на самом деле предназначен отнюдь не для наших граждан. Жителям области с большой помпой сообщили, что Мерзлякова опубликовала некий сенсационный доклад, где она самоотверженно защищает права задержанных и арестованных. Ну, а в чем конкретно эта борьба заключается, нашим гражданам знать совсем не обязательно.

13 Интересно сравнить это высказывание Мерзляковой с тем, что она говорила на конференции-диспуте «Как исключить незаконное насилие и пытки в работе правоохранительных органов современной России» 24 марта 2005 г. «Я могу сказать, что областное УВД очень долго не разделяло и не признавало позиции Уполномоченного. Одна из причин – то, что я пишу предисловия к брошюрам правозащитника Александра Ливчака

14 Непонятно только зачем их нужно контролировать, если они все такие хорошие.

15 См. об этом, например, в моей брошюре «Пытки в милиции: как проверяются жалобы граждан». Кстати, предисловие к этой брошюре написала Мерзлякова.

16 Перечислю некоторые случаи гибели граждан в помещении отделов милиции Свердловской области. В ГРУВД г. Серова 29 сентября 2001 после «допроса с пристрастием» погиб Эдуард Смольянинов. В Кировском РУВД г. Екатеринбурга 2 ноября 2001 во время допроса был застрелен Алексей Паличев. В РУВД Чкаловского района Екатеринбурга 9 апреля 2005 года во время допроса был застрелен Сергей Семышев. Насколько я знаю, во всех этих случаях милицейское начальство препятствовало объективному расследованию преступлений, совершенными их подчиненными. Знает об этом Мерзлякова? Думаю, что да. Знает ли она, например, как издевался над матерью погибшего Смольянинов начальник ГРУВД г. Серова В.И. Шоткевич? Конечно, знает, ведь она писала предисловие к моей брошюре «Пытки в милиции: Дело Першина», где прямо говорится об этом. Однако это не мешает её «полному взаимопониманию» с ними.

17 Интересная деталь. Первоначально отчет по гранту 05-82833-000-GSS за период с 1 марта 2005г. по 31 декабря 2005г. был опубликован на сайте СПО. Потом он почти без изменений был напечатан в «Правозащитнике Урала» за март 2007. Но вот одна фраза исчезла: «В работе по проекту принимали участие: ... Дарья Вахрушева – консультант …» Видимо, кто-то подсказал Попову, что конфликт интересов включает не только приработки госслужащего, но и членов его семьи.

19 http://www.zaprava.ru/index.php?option=com_content&task=view&id=194&Itemid=2

20 А чего им, собственно, стесняться? Печать СПО – у Попова, и он готов шлепнуть ее на любую фальшивку. Мерзлякова, в случае чего, прикроет.

21 Я был вынужден подать в суд на Мерзлякову после того, как она отказалась отвечать на мои заявления. После этого наша переписка возобновилась.

22 Эта фраза – яркий образец юридического мышления руководства СПО. С таким же успехом Кочнев мог бы признать несуществующим и меня. Другое дело, что наша организация – неформальная. Так в СПО подавляющее большинство членов – незарегистрированные организации. Кстати, «несуществование» нашей организации не мешает Попову отчитываться по своему гранту моими брошюрами, то есть, продуктом несуществующей организации.

23 О месте и времени проведения конференции СПО 07.04.07 я узнал случайно

24 Ответ, как и в других «деликатных» случаях, подписан не Мерзляковой, а Гоголевым. Вот его текст: «Ваше письмо от 30 01 07г. рассмотрено. Просьба, в нем изложенная, выполнена быть не может. Поскольку письмо председателя Координационного совета Союза правозащитных организаций Свердловской области было адресовано Уполномоченному по правам человека, то передавать его кому бы то ни было без согласия автора нельзя. Вы можете обратиться непосредственно к автору, которого хорошо знаете.» Это прямая ложь. Указ Президиум Верховного Совета СССР от 4 августа 1983 г. N 9779-X «О ПОРЯДКЕ ВЫДАЧИ И СВИДЕТЕЛЬСТВОВАНИЯ ПРЕДПРИЯТИЯМИ, УЧРЕЖДЕНИЯМИ И ОРГАНИЗАЦИЯМИ КОПИЙ ДОКУМЕНТОВ, КАСАЮЩИХСЯ ПРАВ ГРАЖДАН» действует до сих пор. Там говорится: «учреждения и организации могут выдавать копии имеющихся у них документов, исходящих от других предприятий, учреждений и организаций, от которых получить непосредственно копии этих документов затруднительно или невозможно.» Никакого согласия авторов для этого не требуется. Но нашим защитникам прав человека ближе иная концепция. Написали на тебя кляузу – ты иди к ее автору, клянчи у него копию. А привлечь его к ответственности, не имея копии «документа» невозможно. Благодать.







Похожие:

Правозащита по-холуйски1 icon«Правозащита или бутафория?»
Но хочу предупредить руководство гуфсин области: при первом же случае, когда удастся доказать любую форму насилия над следственно-арестованными...
Правозащита по-холуйски1 iconПравозащита или чиновничий бизнес? Как мы милицию «контролировали»
Автор пользуется случаем выразить благодарность участникам «Школы защиты общественных интересов» (Пермь, 10-19 октября 2008 г.) за...
Разместите кнопку на своём сайте:
Документы


База данных защищена авторским правом ©podelise.ru 2000-2014
При копировании материала обязательно указание активной ссылки открытой для индексации.
обратиться к администрации
Документы

Разработка сайта — Веб студия Адаманов