Посвящается всем, кто был там… icon

Посвящается всем, кто был там…



НазваниеПосвящается всем, кто был там…
Дата конвертации18.09.2012
Размер270.09 Kb.
ТипДокументы

Альпийский вояж,

или

Всё Ok! И даже лучше!!!

Посвящается всем, кто был ТАМ…




Начну с одного важного, на мой взгляд, замечания. Я достаточно серьёзный человек. Я говорю «достаточно», потому что моей серьёзности действительно бывает достаточно, чтобы меня считали таковой, например, мои учителя или те, с кем я работаю… Эти люди просто не видели меня на отдыхе!

Вполне возможно, что когда-нибудь вдалеке от родины вам встретится девчонка возраста вечной старшеклассницы. Она фотографируется вместе с каждой попадающейся статуей - и непременно в позе этой самой статуи! В кафе она может неожиданно издать боевой клич, который окажется банальной просьбой не поливать её отбивную кетчупом (только что она видела, как кому-то до неё мясо полили кетчупом, - она не уверена, что это была именно отбивная, но результат заключается в том, что всем, кто берёт мясо после неё, кетчупом уже больше ничего не поливают)… Она неплохо знает английский. Поэтому категорически на нём не говорит, ибо ей гораздо интереснее объясниться на «языке оригинала». И самое главное, у неё есть блокнотик, которым она дорожит не меньше, чем паспортом: туда непременно заносятся все случившиеся с ней или с окружающими казусы, которые воспринимаются ею как величайшая благодать: будет, о чём потом написать! Так, вот: это могу быть я! А то, что вы прочитаете ниже, - так сказать, заметками из упомянутого блокнотика, развитыми до масштабов эссе…


Итак, нас было четверо: Надя, Лена, мама и я. Не считая двух чемоданов, двух дорожных сумок, одного рюкзака, нескольких пакетов с провизией и неуёмного желания уехать от действительности в умопомрачительный тур «Альпийский Вояж». Впереди у нас были Германия, Швейцария и Австрия, но в первую очередь - банальный Белорусский вокзал, поезд №9 до Тересполя и вагон №4, около которого мы должны были встретиться с нашим гидом Олегом. Всё это вызывало восторг. До поездки мы (по крайней мере, за себя и за Надю я могу поручиться!) изучили всё, касающееся нашего тура: программу, отзывы бывалых туристов, информацию о странах, фото нашего гида на сайте «Туртранса»… Радовали абсолютно все перечисленные пункты!

Увы, поезд на Тересполь – с трёхместными купе, так что нам пришлось разбиться на пары и получить в придачу по одной попутчице. Нам с мамой досталось этакое «екатеринбургское чудо», - поистине, одна из главных героинь поездки!

Её звали необычно: Джульетта Михайловна! Это была дама в годах, но не утратившая интереса к жизни, путешествиям и мужчинам. Её чрезвычайно радовал наш гид Олег, который обладал, как она выразилась, «мефистофельской внешностью» и был истинным «комильфо», а к концу поездки она подцепила одного товарища, который оказывал ей знаки внимания и выражал желание проводить на обратном пути до такси. Что касается путешествий, то она была туристка со стажем: 25 стран.
Правда, это не помешало ей заявить в Варшаве, что она не сможет найти автобус, припаркованный в двух шагах. С этими аргументами «опытная туристка» попыталась было пристать к Олегу, но потом увязалась за нами и тенью бродила до самого отъезда из города. В поезде Джульетта, на наше счастье, спала. Спала она на нижней полке, а так как в поезде все полки были одна над другой, мы проводили время в коридоре и думали, что нам очень повело. То есть, нам повезло с ней, потому что она спала, а ей – с нами, потому что коридор в поезде – наше с мамой любимое место!

Как вы уже, я думаю, поняли, первым пунктом нашего тура была Варшава, в которую мы приехали на следующий день. Мы с мамой были в Варшаве 10 лет назад. Тогда мы увидели её ранним утром: тихую, безлюдную, просыпающуюся, - наш первый заграничный город! В этот раз она была шумнее, пестрее и, надо сказать, грязнее, чем тогда, однако великолепные варшавские пирожные несколько скрасили наши впечатления.

Проезжая по Польше и глядя в окно, я, подобно принцу Датскому, который вертит в руках черепушку шута, была готова воскликнуть: «Бедная Польша! Где же твои цветочки, твои гномики, твои игрушечные аисты, от которых я каждый раз приходила в восторг?! Ничего не осталось, чтобы порадовать голодных до впечатлений путешественников?» Да, увы… В этом году что-то случилось, и я не увидела в этой милой пёстренькой стране её разноцветной герани и забавных фигурок.

Но не будем о грустном, ибо мы – оптимисты, а ещё большего оптимизма прибавлял тот факт, что нам чрезвычайно повезло с гидом! «Боже мой! Наконец можно послушать образованного человека! – радовалась я, - А то кругом – через каждое слово – «блины» сплошные, хоть хлебопекарню открывай!»

На следующий день мы были уже в Германии. В Дрездене мы пробежались по центру, где, нагло пренебрегая изящными повествованиями Олега, я ударилась в фотографирование местной архитектуры сквозь замечательные фиолетовые цветы. Результаты данной фотосессии, пожалуй, извинят моё невежество… После внешнего осмотра Цвингера, большинство наших туристов отправилось на организованную экскурсию в Дрезденскую Галерею, а мы с мамой пошли туда же, только самостоятельно. Мама очень жаждала пофотографироваться с обнажёнными мужскими скульптурами, поэтому её несколько расстроило моё заявление о том, что в Дрезденской Галерее скульптур вообще нет. Там только картины с Сикстинской Мадонной во главе. Тем не менее, прикупив разрешение на фотосъёмку (мой лучший сувенир из Дрездена: бумажечка с миниатюрной прищепочкой!), мы отправились по залам - созерцать прекрасное. Прекрасного оказалось не столь много, так что мы сумели обойти всё за полчаса, и, знаете, что я вам скажу? Права была, в целом, та русская девочка, которую мы встретили где-то в извилинах галереи и которая сказала: «Какие здесь жуткие картины!!!» И правда, есть в них что-то брутальное…

Покинув Дрезден, мы поколесили дальше по Германии. Тут в нашем путешествии случилось непредвиденное. То есть, предвидеть это мы не могли, а вот предчувствовать – сколько угодно, потому что Лена и Надя, сидевшие в левой части автобуса, очень жаловались, что им сильно дует от кондиционера. В Германии от кондиционера дуть перестало, потому что с него потекло! Данное происшествие внесло значительное разнообразие в нашу поездку. Сначала кондиционер просто промокали салфетками, потом приклеили пластырь, но это не помогло. Тут очень вовремя поступило гениальное предложение - залепить течь гигиенической прокладкой, и мы пожертвовали на это благое дело ультратонкую Libresse с крылышками, которую Лена торжественно, под наш счастливый визг приладила на кондиционер. Мы решили, что, в случае чего, можем сменить прокладку, поменять её на другую марку – и тем самым узнать, какая фирма-производитель лучше, тем более, что кондиционер потёк и в других местах. После этого Надя всё-таки переехала на переднее сидение и сказала: «Вот! Говорила мама: бери прокладки! Мама – мудрая!»

Мы ночевали в Австрии, в городе Фельдкирх. Нам достался номер с прекрасным видом на исторический центр: какую-то часовню и горы вдалеке, которые я решила поутру сфотографировать. За этим процессом мне удалось пообщаться с местными рабочими, которые мирно шли по карнизу мимо окон номеров, - конструкция это позволяла, - и были буквально ошарашены, когда между створками железных жалюзи к ним вдруг высунулись чьи-то руки с фотоаппаратом, и этот фотоаппарат начал бешено фотографировать! С их стороны было очень вежливо не загораживать мне вид, а поинтересоваться, удовлетворила ли я свой похвальный интерес к местным красотам, и только потом пройти дальше.

В этот день мы уехали в Лихтенштейн. На столицу княжества – городок Вадуц – было совсем немного времени, но его здесь много не нужно. Одна «туристическая» улица – не разбежишься. Поменяли деньги, купили сувениры: коробку шоколада и диск со швейцарскими польками и йодлями за 25 франков. После этого отправились в Швейцарию.

Дальше творилось нечто неописуемое. Дальше были горы! Их первый аккорд прозвучал мрачно: туман и угрюмые облака цеплялись за вершины, - такое суровое величие природы… Потом появились просветы. Внизу, под нами, то тут, то там замелькали горные речки с зеленоватой, насыщенной минералами водой. А ещё были домики, примостившиеся на пологих клочках гор, часовни, вознёсшиеся к небу… А самое поразительное – это, как ни банально, - мачты электропередачи! Запихнули одну такую штуковину на какой-нибудь выступ горы, а другую – на соседнюю гору, - и висит над обрывом гирлянда из проводов.

Чем ближе к югу, тем больше солнца. Мой фотоаппарат не замирает: суровые ели и белое туманное облако меняются на пронзительный голубой цвет неба и яркую зелень, а мегабайты на карте памяти тают с каждым поворотом дороги. Едешь – в состоянии какого-то совершенно безумного восторга, вечного незаконченного вдоха. Мне жаль, что я снимала только горы, а не собственные глаза, - наверное, они отразили бы картину лучше, чем многочисленные пейзажи…

Обезумевшие от восторга, мы приехали в южный город Лугано. Лугано – это почти Италия, и я кинулась вспоминать тот небольшой запас итальянских слов, которые выучила до поездки: могла бы продемонстрировать большее, но пригодились только «Grazie» и «Prego» - «Спасибо» и «Пожалуйста»…

Если Чацкий попал сразу «с корабля на бал», то о нас можно сказать, что мы попали с бала (в переносном смысле) – на корабль. Этот корабль час плавал по ослепительному Луганскому озеру, а вокруг открывались замечательные виды, и ветер трепал швейцарский флаг на нашем маленьком судне. Сойдя на берег, мы подкрепились каким-то необычным итальянским мороженым, которое таяло с невообразимой скоростью, повалялись на газоне, понаблюдали за местными мужчинами, играющими в огромные шахматы прямо на площади, и уехали в Люцерн.

Ехали мы опять-таки через Альпы, но вот что я хочу вам сказать. Есть такая штука, - она называется «привычка», - которая означает, что, если пару часов назад ваши губы складывались в благоговейное «О-о-о!!!» при виде какой-нибудь горной речушки или распахивались в восторженном «Ах!» на очередном вираже, - это отнюдь не значит, что такое счастье будет продолжаться с вами вечно. И хотя вы не перестанете с интересом разглядывать пролетающие мимо пейзажи, возможно, иногда вы всё-таки предпочтёте заглянуть в собственную кружку с супом, - это зрелище, конечно, не столь грандиозное, как Альпы, но отнюдь не менее приятное!

На обратном пути мы попали в пробку. Был вечер выходного дня, народ ехал домой на север, так что стройные линии машин выстроились на подъезде к очередному туннелю. Пока я разглядывала стоящих в пробке «соседей», возвращавшихся с озера кто с велосипедами на крыше, кто со скутером, мама фотографировала Джульетту Михайловну, которая устроилась на переднем сиденье, так что теперь на перегородке между салоном автобуса и местом водителя, на всеобщем обозрении возлежали её голые ноги.

В Люцерн мы приехали вечером, когда на улице капал дождь, и фонари за мокрым окном расплывались в блестящие золотистые пятна. Вечерний Люцерн задумчив и романтичен, и наши девочки сразу по прибытии в отель отправились гулять, а мы остались в номере и потом, распахнув окно, смотрели, как этот задумчивый романтик, едва обсохнув от дождя, долго сыплет фейерверками в чёрном небе: в Люцерне начинался какой-то фестиваль…

А утром мы отправились на гору Пилатус. Вокруг было сумрачно и холодно, так что ждать от Пилатуса захватывающих панорамных видов не приходилось. Народ закутался во все имеющиеся вещи и погрузился в четырёхместные кабинки-фуникулёры, после этого мы стали медленно подниматься, постепенно погружаясь в густую влажную тучу. Олег сказал нам, что на этом фуникулёре нужно проехать до второй остановки, и там дождаться всех остальных. Мама предложила сойти пораньше и отправиться искать грибы, но врождённое чувство ответственности не позволило ей пойти наперекор инструкциям и углубиться в леса Пилатуса в поисках лисичек и маслят, поэтому до второй остановки мы доехали в полном составе, сделав несколько снимков раскинувшегося внизу Люцерна и прослушав соло бубенчиков в исполнении пасущихся здесь коров. Дальше мы пересели в общий фуникулёр и после нескольких минут непроглядного белого тумана были уже на вершине. В плохую погоду на Пилатусе ваши действия выглядят следующим образом: вы собираетесь с духом и выбегаете на открытую смотровую площадку, с которой действительно открывается великолепный вид нависшей над Пилатусом тучи. Последняя по своему разумению обрушивает на вас осадки в виде дождя или снега, а ветер делает из вашего зонта нечто, похожее на перезревшую сыроежку. Но если вы – отчаянная душа, вы непременно лезете по каким-то сомнительным скользким ступенькам куда-то ещё выше, делаете бравурный вид для последующей демонстрации своим знакомым, а потом быстро бежите обратно - греться в сувенирный магазин. Для разочаровавшихся скажу следующее: самое интересное на Пилатусе – это спуск. Спускаемся мы в красных вагончиках по зубчатой железной дороге. Моя мама входит в состояние транса, выхватывает у меня фотоаппарат и приканчивает ещё несколько десятков мегабайт на фотографии испещрённого дождевыми каплями ветрового стекла и порой возникающего на дороге вагона-предшественника. Так мы добираемся вниз, и теперь у нас по программе сам Люцерн.

Люцерн принял нас довольно холодно: крутил над нашими головами облака, один раз обдал градом, но потом неожиданно просветлел и на прощанье засветил солнцем. Он хорош собой, этот любимец туристов: перекинув пару деревянных мостов через реку Рёйс, расписав стены домов причудливыми узорами, прикормив на своих берегах лебедей и чаек, он красуется перед многочисленными объективами. Люцерн – один из тех городов, которые непременно попадают на страницы всех рекламных буклетов по Швейцарии, и туристы загодя любуются романтическим мостом Капелльбрюкке и башней Вассертурм.

Прогулявшись по городу, мы с девочками отправились к берегу Фирвальдштетского озера, где отыскали парочку жирных лебедей, которых Надя покормила остатками недоеденной булки. На этом закончилось наше пребывание в Люцерне.

Когда солнце начинало уже радостно поблёскивать, предвкушая скорый закат, мы были в Берне. Едва расположившись в отеле, мы выбежали на экскурсию, которую провёл местный гид Андрей, вызвавший у моей мамы исключительно негативные эмоции. Нарекания сводились к тому, что Андрей был, как она выразилась, «очень уж простоват» и напомнил ей одного нашего знакомого паренька из белорусской глубинки. Ну, понятное дело, за столько дней мы уже успели привыкнуть к изящному слогу!..

Наши люди Берн представляют по фильму «17 мгновений весны», хотя «Берн», в котором опьянел от свободы бедолага-Плейшнер, снимали в Прибалтике, да и Цветочная улица, - по всей видимости, где-то там. И хотя оригинал не очень похож на своего кино-дублёра, есть одно очевидное сходство: ощущение спокойствия, - знаете, такого тягу-у-чего, развалившегося на диване спокойствия. Берн не сверкает особенным величием, он умиротворяет. Смотришь на реку Ааре и перекинутый через неё мост, по которому пробегает трамвайчик, и чувствуешь, что если дорога через Альпы – это был вдох, то Берн – это выдох. Кукарекает петух на астрономических часах знаменитой бернской колокольни Цитглоггетурм, болтаются в воздухе развешенные над дорогами гирлянды в виде маленьких разноцветных фигурок, из асфальта взлетают к небу белые фонтанчики, а под ними носятся дети. Вечер подступает, и мишки в яме спят, - к ним уже нельзя, - можно - в розарий, а нужно, - очень нужно! – в ресторан, чтобы попробовать швейцарское фондю с белым вином.

Итак, мы всей группой отправились в небольшой ресторан, занимавший два этажа. На первом было шумно, а в воздухе носились такие ароматы, что хотелось поинтересоваться, уж не фондю ли тут так попахивает, а то, может, вовремя удержаться от необдуманного поступка?! Наиболее чувствительные (или резвые?) натуры, включая нашу компанию, рванули на прохладный и тихий второй этаж, где заняли три столика – по четыре человека за каждым. Я заказала классическое фондю и полбутылки белого вина Fendant. После этого мы погрузились в задумчивое ожидание. Пока наш заказ вскипал где-то в закоулках кухни, до второго этажа, наконец, добрался Олег, – как всегда, в своём благородном порыве оказать нам всем переводческую поддержку. От неё мы отказались, поскольку отыскать слово fondue в меню было не бог весть каким сложным занятием, зато принялись дружно зазывать Олега на наш второй этаж, так как – далее приблизительно цитирую себя – «мужчин здесь совсем нет! А дамское общество надо скрасить!». Олег как-то неуверенно пообещал скрасить его через несколько минут и снова убежал вниз. Дабы не разворачивать борьбу среди трёх столиков за то, чьё именно общество будет «скрашивать» наш всеми любимый гид, я применила зверское оружие под названием «немецкий язык» и попросила официантку принести “noch einen Besteck” за наш столик. Besteck, то есть, ещё один столовый прибор, не замедлил появиться, в отличие от Олега, который пропал где-то на нихьтферштеющем первом этаже, поэтому, после того, как официантка одарила меня взглядом, в котором читался вопрос «Ну и где же ваш обещанный noch ein Mann, который должен сюда kommen?», я пошла вниз и радостно сообщила нашему герою, что «Приходите скорей! Я Вам уже Besteck заказала!!!» «Бифштекс???» - переспросил Олег с таким ужасом в глазах, будто ничего худшего, чем поедать бифштекс, он и представить себе не может. Через секунду он с облегчением понял: «А! Besteck! Приду…»

И пока мы – уже впятером – сидим в ресторанчике и пытаемся находить общие темы, я расскажу вам, друзья мои, как принимать гостей по-швейцарски. Значит, представьте: заваливаются к вам гости, - неожиданно так, у вас в холодильнике ветры гуляют, а тут – они. Голодные, надеются на ваш тёплый и вкусный приём! Вы их немедленно ошарашиваете: «Друзья мои! Сегодня мы едим знаменитое швейцарское блюдо – фондю!!!» Гости, значит, в восторге. Вы – в ещё большем, потому что теперь вам надо сделать совсем немного: берёте сыр – хоть какой! – потому что, я вам скажу, знаменитый грюйер, например, - это наш родной пармезан, только жирный. Так вот, берёте сыр, плавите его на огне, чтобы вскипел; по ходу дела режете белый хлебушек, отвариваете картошечку, всем раздаёте по вилочке, и на этом ваши старания заканчиваются. Процедура проста: хлебушек – на вилочку, вилочку – в кастрюльку с сыром – и далее по прямой траектории в рот. Картошечку в перерывах. По всем правилам, это блюдо подаётся с белым вином. Но поскольку для нашего человека то, что они там у себя в Швейцарии зовут красивым словом фондю, - просто хлеб с сыром и картошкой, я к такому незамысловатому набору предлагаю присовокупить стопку водки, и тогда ваши друзья станут гораздо счастливее и будут вас потом упрашивать: «Ну что, ещё по фондю?» «Ну, давай ещё по фондю!» На этом первая кулинарная лекция закончена. Скоро я расскажу вам, как накормить гостей десертом по-австрийски.

Мы же, отужинав в ресторане, отправились к себе в отель, по дороге на некоторое время застряв около музыкального магазина с гитарами, поскольку без удачного снимка на их фоне мама отказывалась идти дальше. У Лены в этот вечер также было очень ответственное дело: попытаться умерить желание Джульетты Михайловны немедленно отправиться к врачу лечить тромбофлебит. Умерить желание не удалось, и на следующий вечер её услали-таки поправлять здоровье за счёт страховой компании.

И всё же будем последовательны: наступило утро. Мы, как всегда, погрузились в автобус – уже без чемоданов, потому что нам предстояло провести ещё одну ночь в Берне, и, к счастью, без запасных прокладок, потому что кондиционер к тому времени был уже давно починен. Наш путь лежал на запад Швейцарии, погода была прекрасна, а настроение замечательное, и чтобы мы уж совсем не заскучали от такой идиллии, наш водитель, разворачиваясь около отеля, разбил окно в задней левой части автобуса. Разбивал он его методично: когда оно в первый раз впечаталось в угол киоска, и стоящий рядом дорожный знак закрутился в быстром вальсе, то не разбилось, а только напугало сидящих с левой стороны туристов. Вторая попытка была удачнее: водитель дал по газам, и после нового удара окно подёрнулось паутинкой, так что потом мы минут 15 смотрели, как его уже вручную выбивали окончательно, а затем заклеивали плёнкой.

В таком несколько побитом виде мы поехали в благословенный Грюйер. Грюйер – городок маленький, но там хочется остаться надолго. Чистенькие коровы жуют травку на его зелёных склонах, вдалеке торчат домишки с красными крышами, на возвышении пристроился старинный замок, а к нему ведёт дорога, вдоль которой стоят сувенирные лавки. В лавках продаётся вино, сыр и шоколад, местный кот с независимым видом гуляет под стриженными круглыми кустами, в горшках на окнах краснеет герань, а где-то на горизонте маячат синие силуэты гор. И какая после этого, скажите, Женева?!

Правда, Женева была не сразу. Сначала мы ещё некоторое время ехали по умопомрачительным зелёно-голубым пейзажам, мимо всё тех же гор и виноградников, потом по городу Монтрё на Женевском озере, и, наконец, встали неподалёку с Шильонским замком. В Шильонском замке организованной экскурсии не было, - мы все получили детальное описание каждого помещения и маршрут следования, и каждый пользовался им в меру своей познавательной активности. Побродив по лестницам туда-сюда, сфотографировав местную пушку и, простите, исторический санузел, мы с мамой решили, что хватит с нас Шильонского замка, и мы лучше отправимся в сувенирный магазин закупать вторую бутылку вина.

Вина мы не нашли, зато подверглись критике Олега, который на выходе окинул нас строгим взглядом и поинтересовался: «А что это вы так быстро?»

А дальше мы больше часа плыли под французским флагом по ^ Женевскому озеру, из Монтрё в Лозанну. Вокруг были голубые просторы - то ли небо отражалось в море, то ли море отражалось в небе, - а по кромке между двумя стихиями скользили парусники. Солнце плясало на волнах и застилало горизонт белёсой дымкой, а ветер беспардонно гудел в ушах и срывал шляпы. Мы сошли в Лозанне и остаток пути до Женевы проделали на автобусе.

На паркинге в Женеве сделали остановку, и к нам в автобус подсела гид Екатерина. Экскурсия началась с того, что наш автобус некоторое время не мог выехать с паркинга, и Екатерина прокомментировала ситуацию: «Видите, у нас тут шлагбаум, не знаем, как выехать!». «Уж мы-то знаем, как!» - сказали на это повидавшие сегодня утром виды туристы.

Во время автобусной экскурсии нужно успеть запечатлеть пёструю гряду флагов у здания ООН, во время пешеходной – развесистый каштан, по первому листочку которого жители Женевы отмечают приход весны. Обязательно стоит пройтись по набережной: там устремляет свои струи ввысь мощный фонтан. На той же стороне расположены цветочные часы, а, перейдя через мост, можно лицезреть вдалеке белую шапку Монблана. В тот день, когда мы были в Женеве, на берегу шумели аттракционы. Мы с Надей долго мечтали покататься на высокой цепной карусели, но потом не рискнули расстроить себе пищеварение перед ещё одним ужином в ресторане.

Вчера «повторить» захотели многие. После Женевы народ, правда, раскис и расползся по номерам, так что в ресторан мы отправились в скромном количестве десяти человек, сели на первом этаже, зато за одним большим столом. Бифштекс, который мы взяли на этот раз, был вкуснее, разговоры – оживлённее, так что мы провели замечательный вечер и были очень довольны жизнью.

На следующее утро эта щедрая на впечатления жизнь отправила нас покорять Шильтхорн. И опять начинается череда гор по дороге. Теперь, правда, это другая картина – зелёные склоны внизу оттеняются белыми пиками наверху. Оставив всех «не лезущих» на Шильтхорн туристов в городке Интерлакен, мы стартовали. Если на Пилатусе мы трижды меняли средство передвижения, то здесь фуникулёры одного типа – подвешенная к тросам кабина, вмещающая большое количество человек. По пути есть несколько остановок, на которых все в обязательном порядке выходят, прогоняют билетики через очередные турникеты и садятся на следующую линию. После нескольких таких пересадок вы, наконец, достигаете вершины.

В процессе данных перемещений я потеряла мамочку. Когда на очередной остановке на высоте где-то 1600-1700 метров в фуникулёр вошли все, кроме неё, я спокойно констатировала этот факт словами «Наверное, по весу не прошла!» Дело в том, что при всей своей мощности, фуникулёры вмещают строгое количество человек, и система автоматически не пропускает лишних пассажиров через турникет. «Так, что это у нас было? – поинтересовалась я, когда мы покатили вверх, - Mürren? Ладно, буду искать её на Мюррене!»

На Мюррене искать её, правда, не пришлось, потому что она благополучно доехала до вершины на следующем фуникулёре, и долго рассказывала потом, что данное происшествие побудило её хоть и не использовать, но, по крайней мере, припомнить все остатки немецкого языка, который она изучала в школе. Этих знаний хватило на то, чтобы рассказать о себе, своём возрасте и профессии, но, поскольку такое повествование едва ли бы довело её до нужной точки, не будь здесь одной-единственной дороги, мы в обязательном порядке выучили слово «где?» - “wo?”, после которого полагалось ткнуть в нужное место на любой карте или языком жестов обрисовать необходимый географический объект. Я сомневаюсь, что мама запомнила это слово, потому что у неё всегда было гораздо лучше с английским языком. По-английски она могла без запинки выдать сногсшибательную фразу “I want potatoes and meat!” После небольшого раздумья мама добавляла: “Juice and ice-cream!”

Словом, мы были на вершине. В тот день нам повезло, погода сияла солнцем, и панорама была восхитительна. Великолепная троица Айгер, Мёнх и Юнгфрау белыми вершинами утыкались в небо, с другой стороны внизу зеленело озеро, и мы ходили вокруг знаменитого кругового ресторана, где снимался «Джеймс Бонд», любуясь видами.

Из Шильтхорна мы уехали в Цюрих. Почему-то, согласно моему путеводителю, этот милый город должен ассоциироваться у путешественников с банками и деньгами, но, ей-богу, я не обнаружила здесь ни одного банка, потому что вниманию моему и так хватало объектов. Что касается денег, то мы и правда оставили в местном магазине несколько десятков франков, закупив три бутылки отменного швейцарского вина.

Цюрих пристроился к одноимённому озеру, из которого вытекает река Лиммат. Его историческая часть находится на возвышении, поэтому любители хороших панорамных снимков не будут разочарованы. Его улочки очаровательны, где-то в их хитром переплетении я обнаружила обворожительный цветущий розовый куст, а какой восторг сулила прогулка по центральной магистрали Цюриха! Десятки разноцветных мишек в человеческий рост выстроились вдоль тротуаров. Один подаёт вам лапу, другой приглашает присоединиться к его походу в магазин, третий весь в любви и сердечках, четвёртый – турок, пятый – показывает время… Весёленький городок!

От творений рукотворных мы поехали к нерукотворному чуду – ^ Рейнскому водопаду. Почти на границе с Германией, под стенами небольшого старинного замка Рейн полощет радугу в своих белых пенистых струях. Пройдя пороги, вода быстро уносится дальше – сначала на юг, в сторону, откуда мы приехали, потом на запад – колеблясь между Швейцарией и Германией, словно выбирая своё окончательное «гражданство». Здесь река прихватит с собой впечатления текущего из Цюриха Лиммата, Люцернского Рёйса и Ааре, пробегающей через Берн. После этого она распрощается со Швейцарией и, сделав свой выбор, поспешит на север – в любимую Германию. А мы последуем её примеру…

Германия началась для нас с осмотра замка Нойшванштайн – в примерном переводе - Нового лебединого замка, который многие произносят Нойншвайнштайн, превращая его в замок Девяти свиней. Так или иначе, это могучее здание, построенное по приказу короля-романтика Людовика, теперь красуется на многочисленных рекламках германских туров и является чуть ли не основным сюжетом детских соберушек – паззлов (ваша покорная слуга в более ранние годы собрала пару таких замков, а также один Зальцбург из тысячи пятисот кусочков и вознамерилась увидеть всё это в реальности). Реальность началась с проезда на автобусе до вершины горы, после чего мы совершили получасовую экскурсию по внутренним покоям и отправились на мостик, откуда открывается вид на замок. Вид красивый, но уж слишком избитый, так что, удовлетворившись незамысловатым кадром под названием «Я здесь была», мы с мамой поспешили вниз, по дороге запечатлев желтоватого соседа Нойшванштайна - замок Хоэншвангау на фоне тающего в облаках горизонта. Что здесь занимательно – это дороги! Спускаясь, по ним гораздо приятнее бежать, а не идти, - главное следить, чтобы в порыве не сшибить более тихоходных туристов.

А дальше был Мюнхен. За-ме-ча-тельный город! Наши манёвры по нему проходили прямолинейно: мы двигались, почти не сворачивая, по одной и той же улице от Karlstor до Isartor, и вместе с нами двигалась толпа. Толпа проходила мимо ярко разукрашенных фигурок львов, на которые мы с мамой лихо усаживались, а также мимо выразительного бурого кабана, который почему-то затесался в этот прайд. Толпа немного схлынула, когда мы свернули к Frauenkirche и всей группой сверяли свои размеры обуви со «стопой дьявола» - выдолбленным на полу следом. Кому-то «стопа дьявола» даже пришлась впору!

Потом мы вновь вынырнули в гущу событий – на Marienplatz, с которой видны две ратуши: старая и новая. Их внешний вид, правда, не соответствует их «паспортному» возрасту: новую ратушу можно принять за старую, а старую за новую. На Marienplatz мы на некоторое время задержались, потому что скоро должно было пробить пять, и фигурки часов на новой ратуше обещали завертеться. Вертелись они долго и, надо отметить, не слишком разнообразно, поэтому, не досмотрев до конца, мы с девочками рванули в музей игрушек, предвкушая свидание с многочисленной чередой кукол, зверюшек и прочих милых плюшевых и тряпичных созданий. Вместо этого мы увидели несколько застеклённых витрин с потёртыми и поблёкшими медведями, плюс какую-то мелочь, после чего я заявила, что с успехом могу хоть сейчас устроить у себя дома подобный музей, превосходящий мюнхенский раз в десять, и лучше бы мы нам пойти в детский магазин.

В это время большая часть нашей группы набиралась сил, вливая в себя литры пива под аккомпанемент сосисок в знаменитой пивной Хофбройхаус. Можно было бы последовать их примеру, но сосиски с пивом приводили меня в ужас, а я почему-то не удосужилась поинтересоваться у Олега, нельзя ли взять вместо литра пива литр вина, а вместо сосисок – хорошую свиную отбивную. Правда, в Мюнхене мы отведали превосходные пирожные Topfenkuchen с творожком, и мысль об отбивной испарилась. А ещё мы с мамой ходили в магазин – огромный Kaufhof всё на той же центральной улице. О! Сколько шоколадных конфет я увидела на его бесконечных полках! Швейцария отдыхает! Я всегда знала, что Германия – и именно Германия – самый большой спец по сувенирам и вкусностям! Однако, центром притяжения нашего внимания стал детский отдел. С восторженным визгом мы рванули туда и обнаружили мягкую подушку с изображением головы какого-то парнокопытного, - кажется, это был лось. Подушка была немедленно закуплена в качестве подарка Олегу и, как выяснилось позже, просто идеально вписалась в обстоятельства.

А пока же мы должны были выезжать из Мюнхена. Мы пришли в автобус и принялись ждать своих «пивных» товарищей. Вскоре народ подтянулся - в каком-то особенном оживлении, а Олег ходил и говорил, что такого у него ещё не было! Как потом удалось выяснить со слов очевидцев, в пивной Джульетта Михайловна забыла шляпу. Потеря была обнаружена после выхода из заведения, но от возвращения Джульетта отказалась. Впрочем, на подходе к автобусу взгляды её поменялись, шляпа показалась невосполнимой утратой, так что в Хофбройхаус пришлось отправить гонца, - этим-то и была вызвана суматоха.

Пока разбирались со шляпой, маму и Лену унесло на поиски туалета. В результате этих поисков было обнаружено нечто, прочно занявшее у них первое место по интенсивности впечатлений от всего Мюнхена, если не всей поездки. Что это было, - я не берусь сказать! Они вернулись в автобус минут через 10-15 в неописуемом веселье. Их разбирал хохот, счастье навалилось на них всей своей массой, и внятно рассказать об увиденном у них просто не было сил. Добиться от них больше, чем невнятные междометия и восклицания «Мы ТАКОЕ увидели!!!», ни я, ни Надя не смогли и утвердились в мысли, что пропустили лучшую достопримечательность Мюнхена. Когда страсти немного улеглись (а это случилось нескоро), удалось выяснить, что искомое заведение представляло собой одинокую кабинку салатового цвета посреди проезжей части с фиолетовой надписью TipTop. Приоткрыв дверцу, наши героини поняли, что попали куда нужно, но чем именно так поразил их «Тип-топ» - до сих пор остаётся загадкой. Одно очевидно: все остальные туалеты потом сравнивались с мюнхенским чудом, а Лена с мамой после «Тип-топа» как-то особенно сдружились.

Временно распростившись с Германией, мы отправились в Австрию. На следующий день нас принимала Вена – светлый просторный город, перекинувший мосты через широкий Дунай. С венским гидом Маргаритой мы объехали центр на автобусе, потом пошли любоваться пёстрым, словно составленным из цветных лоскутков домом Хундертвассера и в противоположность ему чопорно-правильным дворцом и парком Бельведер. Мы прогулялись к Хофбургу, мимо которого каждую минуту, отстукивая ритм о мостовую, проезжают конные повозки, а дальше наш путь лежал на одну из центральных улиц, пройдя которую, мы встретились с Олегом и всей группой направились в ресторанчик - отведать венского шницеля и знаменитого захер-торта.

Тут я отвлекусь и напомню вам, друзья мои, что ещё в Берне обещала рассказать о приготовлении десерта по-австрийски с минимальными на то затратами сил и времени. Предчувствую, что кое-кто – я знаю этого человека, - воспримет нижеследующую информацию как святотатство, однако продолжу. Значит, накормили вы ваших гостей фондю. После этого вы говорите: «А теперь – знаменитый венский захер-торт!» Печь вам, - радуйтесь! – ничего не надо. Покупаете торт «Прагу» в соседнем магазине, разделяете его на два коржика, серединку кремовую убираете и промазываете ваш новоиспечённый захер-торт каким-нибудь джемом повкуснее. Половинки соединяете и гордитесь собой. Всё, о кулинарии закончили.

Отобедав в ресторане, мы уже собирались побрести куда-нибудь, как Олег остановил нас вопросом «Какие планы?» После этого мы дружненько, в количестве семи человек (к нам примкнули наши одногруппники Оксана и Петя «Джеймс Бонд» - потому что носил чёрные очки) отправились сначала в сувенирный магазин, а затем – по просторам Вены в какой-то тихий её уголок к поросшей диким виноградом церквушке и самому старому камню города. Наша прогулка выглядела весело, потому что мы с Надей, а мама с Леной взялись за руки и бодро вышагивали за идущим впереди Олегом, напоминая детский сад на выгуле. В какой-то части пути мы распрощались с нашим «воспитателем» и Джеймсом Бондом, договорившись к шести прийти в тот же ресторанчик для вторичных посиделок и отправились искать памятник Штраусу, который должен был стоять в каком-то парке. Искали мы его довольно долго – сначала шли наобум, потом по карте, потом по путеводителю, а когда всё это не помогло, мы, как выразилась потом мама, «остановили иностранку» («Кто здесь иностранка, так это ты!» - ответила я ей), и нас направили в ту точку, откуда мы практически стартовали. К пяти часам дня Штраус был найден в городском парке, где мы успели ещё немного поваляться на траве под табличками «По газону не ходить», и в шесть часов, опять воссоединившись с Олегом и Петей, мы уже приятно сидели и наслаждались отдыхом в ресторане.

На место всеобщего сбора автобус должен был приехать уже с новым стеклом то ли в 7, то ли в полвосьмого, - я уже не помню, потому что он показался около девяти, когда на Вену стала медленно наваливаться темнота, и мы с мамой оптимистично принялись фотографировать зажигающиеся фонари. Народ, в целом, был достаточно бодр, хотя одна дама расквасилась и ругала компанию «Туртранс» на чём свет стоит. Она говорила: «Вот сколько с ней езжу – всё время что-нибудь случается!» На это я обвинила её в мазохизме и предложила сменить фирму, а дама почему-то сочла, что я в «Туртранс» работаю. Потом, благо, она успокоилась и больше особенно не выступала.

Хоть и поздно, мы вернулись в свой отель в Линце. Следующий – последний экскурсионный день мы проводили в Зальцбурге. Ещё за ужином в венском ресторане Олег подтвердил мои сведения, что в Зальцбурге обычно очень дождливо. «Да, - сказал он, - Там 360 дней в году идёт дождь». «Ну, может быть, нам повезёт, и мы попадём в какой-нибудь 361-ый, 362-ой… или хотя бы в 365-ый солнечный день?» - предположила я. И мы попали!

Зальцбург – чудесный город! Идёшь по мосту через речку Зальцах, и из колонок, встроенных в мост, доносится музыка и пение. Зальцбург – город Моцарта. Здесь стоит дом, где он родился, здесь продаются знаменитые конфеты, здесь сувениры расписаны нотками и скрипичными ключами. Милые узенькие улочки, изящные вывески магазинов, цветы, палатки, в которых продаются крендели и разнообразные булочки, а на всё это смотрит с высоты крепость Хоэнзальбург.

Помимо всего вышеперечисленного здесь есть ещё одна достопримечательность - гид Зинуля. ИнтонАии – еЁ - гОлоса нИ-кОг-дА, нИ-кО-мУ – нЕ - забУдутся! ПотомУ – чтО - мало ктО - обладает такИм напОром! - И - умудряется дЕлать - нА - кАждом слОве УдарЕние! И – за Это – у ЗинУли – есть кликУха: - БЕлла АхмадУлина.

Ну вот и всё! Мы распрощались с Зальцбургом, и дальше наш путь лежал только в одно место: ДОМОЙ!

В Германии зарядил дождь. Говорят, это хороший знак для путешественников… Под дождём мы приехали в Польшу, где переночевали в отеле и снова пустились в путь. Пока я занималась тем, что писала лирический отзыв о туре на сайт «Туртранса», народ смотрел какой-то очередной фильм. На сей раз он, на удивление, не был связан ни с чем из того, что присутствовало в нашей программе. Обычно Олег вёл среди нас интенсивную просветительскую работу, и, когда мы ехали по Германии, то смотрели про Августа Сильного и Мартина Лютера, а на протяжении всей Австрии знакомились с «трехсерийной» историей супруги Франца-Иосифа Сисси.

После обеда в придорожном ресторанчике мы с мамой попытались проникнуть обратно в автобус – за зубными щётками, но водители остановили нас и были непреклонны: «Олег заказал!» - сказали они. Кого конкретно Олег «заказал» в автобусе, мы не поняли и убрели в лес искать отсутствующие там маслята. Оказалось, что всей нашей группе готовился небольшой подарок – совместное распитие вина.

Впрочем, распитие вина, только уже индивидуальное - в поезде, готовили и мы, размышляя на тему: что делать – пить, а потом спать, или спать, а потом пить? Жизнь наши сомнения разрешила следующим образом: мы простояли на границе и опоздали на свой поезд.

Брестское утро было светлым и бодряще-холодным. Олег убежал разыскивать автобус, чтобы все мы могли побыстрее добраться до Москвы. Народ уже больше не шумел, не нервничал, а тихо и смиренно сидел в зале ожидания. Я, разменяв какие-то российские десятки и получив за это внушительную стопку белорусских рублей, купила чай, согрелась и разгуливала по вокзалу туда - обратно. Встретилась со своим прошлогодним гидом Попилиным, потом, когда открылись кассы, выяснила возможные варианты отбытия в Москву. Автобус Олегу найти не удалось, и решено было выдать народу денег и отправить на 10-часовом поезде, который тащился больше суток, но места в котором были гарантированы. Вторым вариантом был пражский поезд в 16.30., но билетов туда могло и не быть, о чём я с пылом сообщила народным массам, призывая их ехать в 10 часов, потому что сама я – в известной дружной компании – планировала погрузиться на пражский поезд и всё-таки осуществить вариант «пить, а потом спать». В результате мы отправили нервное большинство в 10 часов, а сами пошли хлопотать по поводу своих билетов. Сначала мы с девочками робко постучались к дежурной по станции, где ваша покорная слуга открыто предлагала взятку за билеты, выданные здесь и сейчас. Потом мы поразмышляли, пришли к выводу, что есть гораздо лучший вариант, и отправили Олега очаровывать ведающую билетами кассиршу. Очаровал он её без особого труда, в конце преподнёс коробочку конфет и теперь, полагаю, может рассчитывать на её поддержку, если опять опоздает с группой на ночной поезд.

Вздохнув свободно, мы – Олег, Надя, Лена, Оксана, мама и я - оставили вещи в камере хранения и отправились гулять по Бресту. Добрели до парка, перекусили припасённой едой и стали медленно бродить по дорожкам. Мама умудрилась сбегать пострелять в тире за 1000 белорусских рублей и даже выбить десятку. Олег засыпал на ходу, и мы предложили ему улечься прямо здесь, на лавочке. «А мы будем вокруг хороводы водить!» - бодро заявила моя мама. Учитывая состояние нашего – теперь я позволю себе сказать – «подопечного», мы решили вернуться на вокзал, где, как я знала, была некая комната отдыха. Я видела её только снаружи, но, когда мы попытались устроить там Олега, и нам открыли дверь, изнутри пахнуло таким махровым социализмом, что мы быстро ретировались, успев, правда, по ходу дела вручить Олегу нашу подушку с лосем, которая, хоть и не была применена по назначению, пришлась очень кстати.

Потом мы сидели на вокзале и ждали поезд. Я было сунулась в заведение под вывеской «ресторан», где на мою скромную просьбу о пирожном, из «подсобки» донеслось грозное «Вы што – не видите??? У нас обед!!!»

В полпятого мы отъехали. Олег купил где-то шикарных драников и жареной курицы с картошкой, у нас были польские запасы, и, расположившись в трёхместных купе, мы с мамой и Леной отправились к друзьям в гости с бутылкой швейцарского вина. После распития мы разошлись, я принялась готовиться к приёму гостей у себя, Лена дремала на верхней полке, а мама разглядывала виды, стоя в коридоре. Наш «сын полка» заснул, и я думала, что он уже не пробудится до Москвы, но под вечер они вместе с Оксаной и Надей бодренько прибежали в наше купе для продолжения дружеских посиделок. Разошлись мы глубокой ночью, когда я уже подумывала о том, как бы не упасть на сидящих рядом товарищей, забывшись в глубоком сне.

Первый день в Москве был тяжёл и весел одновременно. Голова кружилась, а воспоминания упорно относили меня не в величественные Альпы, не на прекрасные озёра, не в уютные города… Казалось, всё, что было там, было давно, или вообще – не со мной. Со мной - Брест и поезд. И только потом, когда я начала разглядывать фотографии, когда моя комната наполнилась звуками швейцарских полек и йодлей, когда были съедены привезённые шоколад и сыр, а сувениры начали потихоньку расходиться среди друзей, в памяти проступили гордые силуэты гор, белые палубы корабликов, домики и флаги, зарывшиеся в цветах герани. Нет, всё это произошло со мной. И даже не надо быть законченной оптимисткой, чтобы сказать: «Всё было Ok! И даже – лучше!!!»


^ Написано за три дня в сумасшедший период с 24 по 26 августа 2005 года, когда я, сидя в кресле перед компьютером, ещё раз проехалась по маршруту «Альпийский Вояж».

Приложение



Сия романтика была сочинена по пути домой, а после отослана на сайт «Туртранса».


Альпы! Строгие силуэты гор на фоне вечно меняющегося неба: серого, иногда угрожающе чёрного, а потом вдруг пронзительно голубого… Глаза открываются широко-широко, и щёлкают, щёлкают затворы фотокамер. Ветерок подхватывает налету белый крест красного швейцарского флага и размахивает им на просторах Луганского и Женевского озёр… А потом вознесение – куда-то ввысь, - не важно, в молочную ли пену тумана или в ослепительное солнце, - это Пилатус и Шильтхорн.

Безмятежный Грюйер звенит бубенчиками на шеях коров, Люцерн гремит фейерверками, забавные расписные мишки встречают нас на каждом шагу в Цюрихе, а Рейнский водопад бросает в лицо капли воды.

А ещё есть Берн, - не такой, каким мы представляли его по «Семнадцати мгновениям весны», - другой, но что с того, если мы сидим в дружной компании в ресторанчике на одной из центральных улиц и макаем кусочки хлеба в кипящий сыр, - не бог весть какой шедевр кулинарии, но какая разница, если всем так хорошо и весело?! И пусть голова при этом чуть кружится в сладком дурмане швейцарского вина, и тосты летят один за другим: «За путешествия!» «За творчество!» «За любовь!»

А потом нас ждёт Вена, зацепившаяся берегами за Дунай, и знаменитый шницель, и пирожные.

И снова дорога, снова солнце и дождь сменяются вместе с пейзажами за окном. Вечная дорога вперёд. Не спать! Не спать! «Завтра подъём в полчаса седьмого», - скажет наш гид Олег, и разворчатся некоторые сони-пессимисты.

Нет, этот тур – для тех, кто молод душой, кому хочется знать – много, а видеть – ещё больше! И что бы ни случилось в пути, - а случиться может всякое, - важно отнестись к этому с иронией, ведь когда на очередном повороте дороги глаза всех вдруг обращаются в одну сторону, по-настоящему счастливы именно те, кто видит там блестящее солнце, а не изнуряющую жару, и романтический дождь, а не сырость и холод.

В конце концов, смысл путешествия в том, чтобы увидеть главное: чудесный мир – вокруг и чудесных людей – рядом!


Огромное СПАСИБО нашему гиду Олегу Пирязеву, который «дирижировал» этим «оркестром» впечатлений со знанием дела и незабываемым обаянием!!!

Ирина Молчанова











Похожие:

Посвящается всем, кто был там… iconВсем! всем! всем! кто служил, работал и учился в квирту пво
После распада Советского Союза и ликвидации квирту пво каждый из нас по-разному устроился в этой "новой жизни": кто-то успешно, кто-то...
Посвящается всем, кто был там… iconЕ. Л. Ермолаева первая летняя школа по латинскому языку и античной культуре
В начале списка он назвал Первую летнюю школу по латинскому языку и античности в селе Рождество Тверской губернии: «Кто был, тот понимает....
Посвящается всем, кто был там… iconГеннадий Богданов
Я нарисую небо Там, где никто из нас не был. Но те, кто все же ушел Еще подождут
Посвящается всем, кто был там… iconБлестящие – Всем гонщикам посвящается…

Посвящается всем, кто был там… iconПосвящается всем, кто любит
На самом деле это не первый день, я не собираюсь рассказывать, как научилась ходить, и каким было мое первое слово. С этого дня я...
Посвящается всем, кто был там… iconС. Астраханцев. Посвящается тому, кто в тени – завлиту. Почему люди не?
Ночь. Луна. Он запыхался. Да, чего там запыхался, еле вполз через большой люк. Привалился к тросам – оттяжкам, или к откосам, или,...
Посвящается всем, кто был там… icon"Кто это там?" пронеслось у неё в голове
Холодная кровь текла по её жилам, лениво взбираясь до мозга, давая жизнь её телу. Он любил её кровь. Она была такая вкусная, и такая...
Посвящается всем, кто был там… iconСеминар по этой концепции, и сразу удивил тех, кто там был, особенностями и изюминками, которые присущи этому методу
Презентация семинара Сан Дао концепт-директром Центра Современного Развития Игорем Калашником, 24 апреля, 2007 года
Посвящается всем, кто был там… iconМоу русско – Ошняковская оош тимуровская работа
Те далекие страшные годы до сих пор в памяти старшего поколения: и тех, кто воевал, и тех, кто трудился в тылу, и тех, кто был тогда...
Посвящается всем, кто был там… iconНет, и не под чуждым небосводом, и не под защитой чуждых крыл
В страшные годы ежовщины я провела семнадцать месяцев в тюремных очередях в Ленинграде. Как-то раз кто-то "опознал" меня. Тогда стоящая...
Разместите кнопку на своём сайте:
Документы


База данных защищена авторским правом ©podelise.ru 2000-2014
При копировании материала обязательно указание активной ссылки открытой для индексации.
обратиться к администрации
Документы

Разработка сайта — Веб студия Адаманов