3 12 августа 2003 года icon

3 12 августа 2003 года



Название3 12 августа 2003 года
Дата конвертации18.09.2012
Размер267.63 Kb.
ТипДокументы

3 – 12 августа 2003 года


Чехия

от полумесяца до полной луны.

В два часа дня на Белорусском вокзале у табло, как обычно, толпился народ. Тут же неподалёку ездила поливальная машина и сгоняла путешественников то вправо, то влево: все бодренько вскидывали рюкзаки, хватали чемоданы и неслись на безопасную территорию, в душе желая всё-таки угодить под струи воды, ибо солнце палило с непривычной для Москвы силой. Мы с мамой бродили вокруг табло и с надеждой всматривались в разноликую толпу, этакими Шерлоками Холмсами вычисляя там представителя туристической компании «Старый город», с которой мы отправлялись в путешествие по Чехии. «Вы едете со «Старым городом»? – поинтересовалась какая-то девушка у стоящей перед нами компании. «Мы едем!» – отозвались мы. Обменялись парой реплик, выяснили, что нашего гида зовут Соколов, на сём разошлись к своим чемоданам. Носиться по вокзалу c воплями «Соколов, ты где?» было бессмысленно, ибо упомянутое лицо ожидало нас в Бресте, а туда нам предстояло ещё доехать на поезде, что без билетов и паспортов было невозможно. В начале третьего над толпой, наконец, взметнулась желанная табличка «Старый город», мы получили документы и разбежались по вагонам.

… В ещё светлом августовском небе скользил тонкий серпик Луны, а мы проносились по необъятным просторам нашей родины в 13-том вагоне поезда №27, следовавшего до Бреста. С нами в купе оказались две милые девушки: Надя и Лена. О Лене речь пойдёт впереди, а что до Нади, - то её отличительная черта выяснилась сразу: она оказалась заядлой театралкой, да такой, что позже, гуляя по Праге, вдруг припомнила: «А сегодня начинается предварительная продажа во МХАТе…» «Верно, а я и забыла!» - признала я своё «поражение», - «Но зато я помню, что 14-го начинается продажа в «Табакерке»!» В поезде мы некоторое время живо обсуждали последние премьеры, после чего я ткнула пальцем в стоящую на столе чёрную кружку с надписью «Водолей» и спросила: «Чья?» «Моя», - отозвалась Надя. «Родственные души!» - подумала я.

Поезд, по моему мнению, вид транспорта утомительный и скучноватый. Самая большая радость – поесть да иногда выйти посмотреть, что продают на станции. Самая большая грусть – кондиционер, который ночью либо дует в ухо, либо отключается, вгоняя вас в горячку, а также утренняя очередь в туалет. «А каково в плацкарте, а?! Там народу ещё больше!» - говорит мама, и мы, все четверо, выясняем, что в плацкарте никогда не ездили. Шутим: «Надо пойти на экскурсию!»

Брестское утро, на час «отстающее» от Московского, встретило нас по-ночному тёмным небом, автобусом Neoplan и Димой Соколовым, который быстренько рассадил нас, да так, что сам остался без места и с иронией заявил: «Мне нет места в этом автобусе! Я – бомж!»

Проведённая в поезде ночь сияла на наших физиономиях синяками под глазами и тупо гудела в голове. Впрочем, раскисать было стыдно, да и, как известно, сопереживание чужим страданиям затеняет собственные.
С нашей точки зрения, самым главным «страдальцем» здесь являлся сам Дима Соколов, который бодренько сообщил, что за лето мы у него шестая группа подряд… А впереди ещё восемь таких же… «Бедняга!!!» - вздохнули мы и прониклись к трудяге искренней симпатией.

По дороге к польской границе Дима представил нам водителей. «Это – Сылвек, - сказал Дима, - Он кавалер. Знаете, что означает по-польски «кавалер»? Это значит, неженатый. Впрочем… - Дима помолчал, - мы все тут кавалеры. При такой работе иначе нельзя…» Как выяснилось позднее, причастность другого водителя, Юрека, к разряду кавалеров не помешала ему иметь дочку и внука, коих мы увидели на обратном пути.

Граница с Польшей – место, где кажется, что птицы - это единственные существа, которые проявляют хоть какую-то активность. В остальном – тишь часа на три. Единственное развлечение – местный туалет. Этот туалет, я вам скажу, можно прописывать в туристической программе как отдельную достопримечательность, ибо нет другого такого места, которое работало бы со столь завидной независимостью от валютного курса каких бы то ни было стран. 5 рублей здесь равняются одному доллару, один доллар - одному евро, и всё это – ещё некоему количеству белорусских рублей. Такое вот финансовое чудо.

Где-то к девяти часам по местному времени, то есть минус два часа от Москвы, мы обзаводимся штемпелями в паспортах и отъезжаем. Незамедлительно меняем деньги. Для нормального существования на польской территории достаточно знать всего три слова: в заведении под названием Kantor вы меняете деньги, в заведении под названием Sklep вы – нет, не захораниваете свои бренные останки, а закупаете еду и напитки, название WC – интернациональное, и вы уже сами знаете, чем вы там будете заниматься.

Благословенная Польша! Твои домики с цветочными горшками на балконах, подстриженные газончики, гномики, плетёные игрушечные мельницы, камни, уложенные в красивые горки, кусты роз и герани, - о, как всё это умиляет взор, как хочется, наглядевшись на твоё цветочное изобилие, разбить клумбу у себя на даче, проложить дорожки, засадить газончик, вот только, жаль, сначала понадобится бензопила, чтобы вырубить конский щавель в человеческий рост, и трактор, чтобы вскопать землю, в которую лопата не врезается, даже если я встану на неё двумя ногами, и мешок удобрений, чтобы превратить глину в подходящую для цветов почву, и мешок химикатов, чтобы извести паразитов-насекомых, и отростки роз, которые стоят бешеные деньги и которые всё равно за зиму помёрзнут, зато на следующее лето на их месте вновь прорастёт конский щавель, ещё более длинный и толстый. Нет уж, я лучше буду любоватья через окно автобуса твоей пестренькой красотой, милая Польша, где каждый обитатель, кажется, считает главным делом своей жизни переплюнуть в газонном фито-дизайне соседа. А как интересно ловить взглядом твои мелькающие тут и там часовенки с Девой Марией, и увитые лентами кресты, которые ставят не в память об умерших, а как символ, охраняющий благополучие, и шесты с гнёздами аистов, которые в конце концов стали попадаться так часто, что я перестала толкать в бок маму с криками «У, опять аисты!!!», а пригляделась и поняла, что они искусственные; и конечно, незабываема твоя еда… О, еда…

К двум часам нас завезли в придорожный ресторанчик под названием Janosik. Janosik запомнился двумя вещами: чрезвычайно быстрым обслуживанием и великолепной отбивной свининой в сухарях с картошкой фри и салатом. После обеда голова перестала гудеть, а езда на автобусе стала даже доставлять радость.

В «райском уголке недалеко от границы с Чехией» городке Кудова Здрой мы появились в 9 вечера, по уверениям Димы, очень даже рано, так что некоторые из группы вознамерились успеть в местный аквапарк. Расположившись в гостинице под названием Kosmos (нам чрезвычайно везло на «космические названия», и в Праге мы жили в отеле «Luna»), мы с мамой отправились гулять по окрестностям. Кудова Здрой и впрямь рай: над городом, словно облако, зависло умиротворение, цепляющееся за фонари и темнеющее в закоулках. Ранним утром здесь чуточку прохладно, и первые лучи солнца бегают по огромным стволам деревьев и засаженным цветами газонам.

На границе с Чехией чувствовалось большее оживление. Как выражался Дима, прохождение границы – вопрос творческий, но, судя по всему, с «творчеством» нам везло, и с формальностями мы расправлялись довольно быстро. Вскоре мы уже катили по территории Чешской республики и, признаюсь, скучали по пестрящим цветами польским садикам. Чешские просторы, пожалуй, менее живописны, хотя и здесь есть на что взглянуть. Иногда попадаются поля с подсолнухами, а ещё хмель и низкорослые яблоньки, высаженные стройными рядами. При всём при этом, по дороге родился каламбур: «Из всего путешествия по Чехии больше всего понравилась Польша».

По пути Дима ударился в повествования. Он благоразумно решил не засорять наши мозги пространными рассказами о Чехии, информацию о которой можно прочитать в любом путеводителе, и просвещал нас на темы практические, например, какое бывает в Чехии пиво. Вообще, за тот период времени, который мы уже стадом баранов бегали за Димой, выяснилось, что гид он замечательный, ибо неизменно следовал завету, им же самим и сформулированному. Он сказал: «Моя задача в том, чтобы турист был немножко пьян, накормлен, напоен и «пописан»… Особенно хорошо Дима следил за самым главным, последним пунктом, что мы с мамой весьма оценили, помятуя предыдущий выезд за границу, где наш гид Инесса на мольбы всей группы отыскать туалет заявляла: «Это сложно!»

Первый, так сказать, экскурсионно-бытовой объект, в который нас завезли, был супермаркет «Tesco» на окраине Праги, а после него мы отправились в гостиницу. Гостиница называлась Luna, и, видимо, поэтому лучше всего выглядела ночью при включённой иллюминации перед входом. Я запечатлела её как-то поздним вечером и сказала, что таким фото могу теперь всем хвастаться: там она тянет звезды на 3. Днём, к величайшему прискорбию, в ней явно просматривалась её «социалистическая» сущность.

Вся наша группа размещалась в блоках 2 + 2. Мы с мамой делили ванную и туалет с нашими соседками по купе и уживались весьма мирно. В ходе этой совместной жизни выяснилось, что самый практичный человек из всей нашей четвёрки – это Лена. Мало того, что она благоразумно захватила из дома лёгкие тапочки, так ещё удосужилась взять и тряпку, которая понадобилась, чтобы стирать чёрные следы наших ботинок, отпечатавшиеся на мокром полу ванной. Наше «чистое» счастье длилось недолго: тряпку, которую Лена аккуратно расстелила для просушки на мусорном ведре, прибрала горничная. Мы стойко перенесли потерю, тем более, что Лена сообщила: «А у меня ещё остался кусочек». Вторую тряпку от греха подальше сушили на батарее, с которой она, правда, тоже исчезла, и мы остались с грязным полом по вечерам…

Вскоре нас всех собрали в автобусе и повезли на пешеходную прогулку по центру. Тут мы познакомились с нашим первым экскурсоводом. Экскурсовода звали Миша, и его первыми словами после того, как он представился, были: «Господа туристы, сейчас в Праге сильная жара, градусов 30 – 35, очень тяжело гулять по городу при такой температуре… Недавно у меня была группа израильтян, так некоторые даже в обморок падали…» Всё это Миша говорил ровным, спокойным голосом сказочника, а мы примерными воспитанниками слушали его речь и перед нашим внутренним взором живо вставали образы израильтян, которые, изнемогая от жары, бродили по раскалённым от солнца улочкам Праги и потом падали в обморок. Перспектива разделить их участь не радовала, хотя Миша и высказал надежду, что россияне окажутся покрепче израильтян.

Прага – город чудесный, полный романтики, пивных ресторанчиков и развешанных в витринах марионеток. Прага - именно та Прага, которую называют «золотой», а не банальные окраины, - городок маленький, его можно обойти за день, если не впадать в счастливое забытье, залюбовавшись – в зависимости от собственных интересов - Пражским Градом и Влтавой с Карлова моста или же пеной в очередной кружке пива. Центр города, убегающий в разные стороны маленькими мощёными улицами, на которых закрыто автомобильное движение, с кучей сувенирных лавочек, наполненных пёстренькими мелочами, весь в кафешках и ресторанчиках – очень похож на крошечную комнатку, в которой на тесных полках и в шкафчиках умещается великое множество разнообразных вещей: стеклянных фигурок и деревянных игрушек, картин и открыток, расписных тарелок и пивных кружек, словом, всего того, что с равной справедливостью может именоваться милыми безделушками или же ненужным барахлом. Туристическая тропа в Праге тянется от Пражского Града и Малой Страны по Карлову Мосту, идёт через Старомескую площадь со знаменитыми часами, памятником Яну Гусу и Тынским храмом и завершается на Вацлавской Площади у статуи святого Вацлава. Большинство туристов, как было замечено, от тропы этой не отступают, поэтому, устав проталкиватсья в толпе, можно повернуть направо-налево и побродить по пустынным улицам Пражского центра, - пожалуй, менее живописным, чем те, что идут по вышеуказанному маршруту, зато тихим и безлюдным.

Прага хороша издалека и вблизи. Великолепную панораму Карлова Моста можно обнаружить, прогулявшись по его соседу - Мосту Легионов, с самого Карлова Моста открывается замечательный вид на Пражский Град, со смотровой площадки Града хорошо видна Мала Страна и костёл св. Микулаша, а оттуда совсем недалеко до холма Петршин и смотровой башни, с которой видна вся Прага… Это – Прага издалека. Прага вблизи – это витрины. Они - половина моих Пражских фотографий. Чехия вообще полна сувениров, правда, половина из них, как, например, всякие незамысловатые игрушки, - это то, что будет впоследствии валяться по пыльным углам квартиры, а другая половина - хрусталь и украшения с гранатом – то, что можно купить в Московских магазинах, и, пожалуй, даже дешевле. Чехия знаменита своим пивом, но лучшее пиво – разливное, и длительной перевозки не выдерживает. В чешских винах, сказали нам, нет ничего выдающегося, а вино, сделанное из самого северного винограда, предложат не в Праге, а в замке Мельник. Так что, должна заметить, Пражские витрины более интересны не с точки зрения покупок, а как объект для фотографирования.

К семи часам экскурсия по Праге окончилась, с Мишей мы распрощались, и все желающие вместе с Димой, которого мы с мамой уже возлюбили как родного, отправились в пивнушку «Новоместский Пивовар», что недалеко от Вацлавской площади.

«Новоместский Пивовар» был отрекомендован нам как заведение, где подают чуть ли не лучшее во всей Праге свиное колено. Мы не имели возможности сравнивать, но колено и впрямь оказалось достойным. К нему прилагались две поллитровые кружки пива, с процессом изготовления которого нас ознакомили на месте. Мы с мамой, готовые предпочесть пиву любой другой напиток, не одолели и одной кружки, в то время как наши одногруппники запросто влили в себя по литру пива, а кто-то, пожалуй, заказал и дополнительную порцию. Выпитое не замедлило сказаться на мозгах, так что вскорости наша группа дружно распевала песни под аккомпанемент местного массовика-затейника с аккордеоном. Неизменной солисткой в этом нескладном хоре оказалась маленькая, одетая в жёлтую футболку, дама – уже в годах, но с силами ещё не растраченными; в прошлом – прокурор, в настоящем – любительница попутешествовать, покомандовать, выпить, спеть и даже сплясать, чем она и занялась, в финале повиснув на чехе-аккордионисте, чуть было не удушив беднягу. Идея танцев народу понравилась, и скоро небольшая площадка между столами была забита нашими пляшущими одногруппниками.

Пока народ пил, пел и плясал, Дима потягивал пивко и с утомлённой улыбочкой глядел на своих подшефных. Судя по его лицу, можно было сказать, что в гробу он видел и «Новоместского Пивовара», и свиное колено, и гуляющих русских туристов, но это была его работа, которую он всё-таки любил, а впереди маячило ещё 8 таких же пьяных гулянок и поющих русских туристов, так что приходилось терпеть.

Напившись и наевшись, мы покинули стены «Пивовара» в некоторой тревоге. Дима куда-то удалился, а на его месте остался пакет с какими-то бумагами. Не зная, что с ними делать, мы оставили их лежать на прежнем месте. Дима отыскался на выходе, был заботливо проинформирован о забытом пакете, а мы тихо двинулись к метро. Забота наша о Диме не знала границ, ибо мы тут же представили драматическую картину: пока мы искали Диму, пакет спёрли, а в нём конечно же находилось что-нибудь весьма ценное… «Ладно, - успокаивали мы себя, - Чехи – не русские, эти не станут красть что плохо лежит»…

В Праге, ей-богу, для любителей стянуть что-нибудь по-тихому – раздолье. На открытых витринах – богатый ассортимент сувениров, которые можно прикарманить, пока хозяин не видит. Впрочем, и местные криминальные элементы здесь тоже попадаются. «Будьте поосторожней, если вдруг кто-нибудь примкнёт к группе», - предупредил Дима ещё по дороге, и возле Карлова Моста мы получили возможность проверить собственную бдительность. Когда наш экскурсовод Миша соловьём заливался о чём-то возле статуи Карла IV, в наши ряды затесался подозрительный тип, отличавшийся двумя странными вещами: при 30-градусной жаре он был в куртке, а фотографировал вообще неизвестно что, - казалось, что его объектив был чаще всего направлен на нашего Мишу. Новоиспечённая фотомодель едва ли стоила, чтобы на неё изводили столько фотоплёнки, и мы дружно заподозрели странноватого субъекта во всех грехах. Справедливо ли, нет – не знаю, но безопасность превыше всего.

Однако вернёмся на Вацлавскую площадь, где мы встречались с теми, кто в пивную не ходил, чтобы под предводительством Димы ехать к гостинице на метро и автобусе.

В Праге три вида общественного транспорта: верх романтики – трамвай, побанальней – метро и автобус. Не в счёт – фуникулёры на холме Петршин, повозки, запряжённые лошадьми и маленькие экскурсионные вагончики на пешеходных улицах. Система оплаты - опять-таки искушение для нечистой совести – подбивает на чёрное дело привыкших к халяве. Приобретённый в автомате билет компостируется на входе, где пробивается время, после этого на общественном транспотре можно ездить 15 минут, или час, или ещё дольше - в зависимости от стоимости билета. В обязательном порядке билеты никто не проверяет, что, как вы понимаете, расхолаживающе действует на привыкших к жёсткому контролю россиян, поэтому Дима предостерёг нас от злоупотреблений, сообщив, что отговорка «Сами мы не местные» здесь никак не пройдёт.

Второй день открылся для нас замком Мельник, что недалеко от Праги. Скромненький с виду замок стоит на холме, по склонам которого растёт виноград, а внизу, образуя живописную «вилку», Влтава впадает в Эльбу, по-чешски, Лабу. Миша долго водит нас вокруг Мельника, и наибольшего полёта мысли достигает, повествуя об эркере, который в давние времена использовался как туалет: одно высокопоставленное лицо, готовящееся взойти на престол, решило однажды справить здесь большую нужду, а недоброжелатели взяли и в самый критический момент в этот эркер снизу длинный острый кол то и вставили – изобретательные ребята были эти убийцы!

Внутри замка внимания заслуживает разве что лавка с сувенирами, где главный сувенир, понятное дело, - вино. К классике относится марка «Людмила», мы же закупили бутылочку розового под названием “Zamek Melnik”. Дома опробовали и поняли: зря нам чешское вино критиковали.

После Мельника сверх программы заехали в замок Кокоржин. Он стоит среди каменистых утёсов, покрытых лесом; в бойницах в стене водятся хищные птицы, а на ведущих к замку тропах – велосипедисты. Нам с мамой Кокоржин чем-то напомнил родной российский Валаам: тут камни, там камни, тут сосны, там сосны, тут хищные птички, там – чайки попрошайки, тут замок, там монастырь, тут пруд, там Ладожское озеро. Словом, «Видали мы виды!» – констатировали мы и на смотровую площадку за сколько-то там крон не полезли.

Вторая половина второго дня в Праге была отдана осмотру Града. По странному стечению обстоятельств все туристические групы водят на осмотр Пражского Града в дневное время, когда палит солнце, небо на фотографиях получается белым, а во время смены караула на площади собирается толпа. Уверяю вас, в розово-золотистых лучах заходящего солнца Пражский Град ничуть не хуже, Собор Святого Витта никуда не исчезает, зато исчезают толпы туристов и жара. В шесть часов вечера всё так же проходит смена караула, но как-то бесславно, ибо зрители уже сидят по Пражским пивнушкам. Но нет! Мы не хуже других: идём в Град днём, причём не пообедавши. Поживиться в Граде особенно нечем, разве что мороженым, куда мы с Надей и устремляемся. Мама ждёт меня. Лена – Надю. Я и Надя – когда подойдёт наша очередь. Миша и группа нас не ждут, и мы благополучно теряем их из виду. Написать «теряемся» у меня не поднялась рука: в центре Праги потеряться сложно. Для успокоения совести мы побродили по дворам Града, потом дошли до костёла святого Микулаша, что в Малой Стране, где убедились, что Мишу мы более не встретим, и отправились к Старомеской площади отыскивать памятник Яну Гусу, где в восемь часов у нас была назначена встреча с Димой. Часа четыре были в нашем распоряжении, и мы предались созерцанию сувенирной Праги, разглядывая витрины и покупая разную чепуху. Маме приглянулась деревянная безделица, - «Игрушка моего детства!» - сказала она. Я назвала её «Пьяный жираф» При нажатии кнопочки стоящий на подставке жираф падает, а потом опять выпрямляется: припомнив вчерашний вечер, подумала, что сувенир, в общем-то, со смыслом. Надя прикупила большую игрушечную Ведьму: трудно сказать, почему, но ведьмы весьма популярны в Чехии: парочку небольших старушенций с метёлками мы с мамой потом тоже приобрели возле костёла св. Варвары в Кутной Горе: чтобы выметали из нашего дома неприятности.

К назначенному сроку мы были на Старомеской площади возле статуи Яна Гуса. На знаменитых астрономических часах, где Смерть вызванивает в колокольчик, уже било восемь, и мы готовились похулить Диму, который хвалился, что никогда не опаздывает, но он явился с последним ударом.

Вечером нам предстояла прогулка на кораблике по Влтаве с ужином «шведский стол» и алкоголем на выбор. Удивительно, но за одну и ту же цену можно было выбрать вино, сок, пиво или что покрепче. Что до еды, то, полагаю, неблагодарное это дело - описывать толчею и битву за кусок мяса, возникушую среди русских туристов, - не стоит она того, право!

Прогулка на кораблике - штука романтичная! Город с воды, город - в блеске огней, отражающихся в реке золотистыми змейками, плеск тёмной Влтавы, неторопливое движение корабля… Вы ищете глазами озарённый огнями Карлов мост, где фонари должны бросать свет на выставленные полотна художников, а многочисленные статуи - казаться фантасмагорическими химерами, вырванными у ночи желтоватыми лучами подсветки, и… не находите. Эй, позвольте, неужели вон тот тёмненький, едва освещённый мостик – тот самый знаменитый Карлов мост, которым мы восхищались днём?! Его сосед Манесов и то лучше: ядовито-синий, зато какой яркий! Не судите по моим фотографиям – я, как мотылёк, отыскивала редкие огоньки в мраке ночи! А ночная Прага – город тёмный, если бы не ресторанчики, можно было бы сказать, спящий. Ночная жизнь Праги замыкается на нескольких уличках, там, - правда, не протолкнуться, а отойдёшь едва – тишина и никого кругом. И всё равно, прогулка на кораблике – это было романтично… После ужина я устроилась на открытой палубе, вскоре туда же пришли плывшие вместе с нами французы. Один из них начал что-то распевать, и пел, надо сказать, неплохо, а уж настроение какое создавал! Потом, в автобусе Дима нас упрекнул: «Ну что ж вы так? Вон француз как хорошо пел, а вы что не спели?» Ах, мы… Закомплексованная мы нация… Вот напьёмся – тогда пожалуйста, тогда и споём, и спляшем… А на трезвую голову будем задумчиво вглядываться в воды Влтавы и слушать, как поют другие – не от вина и пива, а потому что просто душа просит…

На следующий день мы укатили в Карловы Вары. До города – часа два пути на запад. Окрестности запоминаются красноватой почвой и хмелем, а на дороге, по уверению Димы и нашего нового экскурсовода Маши, чем ближе к границе, тем больше встречается проституток, поджидающих заехавших сюда в поисках развлечений немцев. Ну что ж, каждому своё: вот в Польше, например, пограничные с Белоруссией территории характеризуются тем, что здесь продают пакетики для спирта: чтобы граждане могли купить пакет в Польше, выехать в Белоруссию, там отхватить спирт по дешёвке и тайком провезти обратно через границу, где цены куда выше…

До Карловых Вар заехали в небольшой городок Локэт. Локэт знаменит своим одноимённым замком. Замок выразителен снаружи, - нам обещают остановить автобус, чтобы мы могли пофотографировать, и, ясное дело, останавливают именно там, где солнце светит в объектив, а замок погружается в белую дымку. На городок уходит около получаса, после чего мы отправляемся в Карловы Вары.

Гёте считал, что есть только три города, где стоило бы жить: один из них – Карловы Вары. Можно долго раздумывать, чем прекрасен этот городок, что его так высоко оценил великий Гёте, но разгадка, полагаю, проста: там он влюбился. Случись ему влюбиться в какой-нибудь Дудинке или в Магадане, так он Дудинку или Магадан, чего доброго, счёл бы лучшими городами на Земле. Мне на Карловарской земле впасть в лирические чувства не пришлось, так что, простите, пишу в здравом уме, без изящных эпитетов и по факту.

Карловы Вары – город «на три вида», как я его назвала, обозрев со смотровой площадки. Смотрим влево, прямо, вправо, делаем три щелчка фотокамерой, пьём горячую, невкусную воду из источников – непременно из тонкого носика поилочки, что продаются здесь на каждом шагу, покупаем Карловарские вафли, - считайте, видели Карловы Вары. Довольно ль вам этого? Нет, наверное, чтобы проникнуться атмосферой города, в нём надо неспешно пожить. Но для этого нужно выполнить три условия: вы должны быть достаточно терпимы, иначе вскорости вам осточертеют собственные соотечественники, которых тут видимо-невидимо, достаточно ленивы, иначе, исходив за день-другой все улочки и лесные тропы, вы рискуете заскучать и впасть в депрессию, и достаточно богаты, чтобы не опасаться за брешь в семейном бюджете, пробитую ценами в отелях и местных ресторанчиках.

А вообще, Карловы Вары город миленький, пёстренький; кто-то его нарёк, кажется, пирожным со взбитыми сливками. Окружён холмами и лесом. По центру протекает мелкая речушка, кишащая рыбой, - в России такое изобилие уже давно бы выловили. Вдоль немногочисленных улиц отели чередуются с ресторанчиками и сувенирными лавками. Полным-полно ювелирных магазинчиков, где продают украшения с чешским гранатом, лавкок с посудой и с Карловарскими вафлями, есть также ларьки с Бехеровкой, сделанные в форме большой бутылки этого ликёра – «тринадцатого источника Карловых Вар». К нашему изумлению, после пяти они закрываются, и мы остаёмся без сувенира. Зато вафель мы накупили в изобилии. Плоские круглые Карловарские «оплатки» пестрят разнообразием наполнителей: эти с кокосом, те с лимоном, эти шоколадные, те – ореховые… Опробовав дома несколько разновидностей, пришла к выводу: ароматизаторы разные, вкус – один.

После непродолжительной экскурсии наша группа разбрелась кто куда. Большинство отправилось в местный бассейн, а мы, дабы не расслабляться в тёплой воде, решили взобраться на фуникулёре на местную горную вершину. Фуникулёр здесь скучный, рельсовый, стоит 100 крон туда и обратно, а привозит вас, вопреки ожиданиям, не на открытую вершину, с которой открывается захватывающий вид, а на поросшую лесом полянку, с которой ничего не видно, а из развлечений - только кафешко и палатка с fast food. Ну что ж, по крайней мере, поедим.

«Ну, что возьмём?» – рассуждаем мы, стоя у палатки, потому что на ресторан у нас нет времени. «Картошку фри с соком!» - предлагает мама, - «Мне яблочный». «Two French fries, please! One apple juice and one orange juice». – говорю я. Молодой человек – продавец отвечает мне на хорошем русском «Пожалуйста» и протягивает заказ. «Дьекуи!» - говорю я по-чешски.

Знать иностранные языки хорошо. Но в Чехии необязательно. В Карловых Варах продавцы говорят по-русски так, что начинаешь подозревать в них своих соотечественников. Около замка Конопиште, покупая мороженное я услышала совершенно потрясающий английский. В ресторанчике в Чешском Крумлове, напротив, с объяснениями возникли проблемы. Мы решили заказать отбивную свинину, то что в Польше именуется «схаб» или «схабови». «Pork meat» - сказала я вначале, потому что более свинины в ассортименте, кажется не было. Полное непонимание. «Cхабови!» - попытала я счастья. Язык соседей поляков остался непонятым. Потребовать отбивную свинину на русском языке я почему-то не рискнула и на пальцах продемонстрировала, что это нечто большое, но плоское. Вывод: язык жестов – великая вещь! Хотя мне сказали, что в Праге немцев не то, чтобы любят, я и немецкий язык попробовала в обиходе. Получив две маленькие бутылки воды за 54 кроны, я решила, что это слишком дорого и осведомилась, сколько стоит бутылочка. «Wie kostet das?» - поинтересовалась я непроизвольно на немецком. Продавщица не поняла. «Колик стоит?» - обратилась я к ней уже на чешском, но почему-то с диким акцентом. Мне выдали чек.

Несмотря на латинский шрифт, в чешском языке многое схоже с русским. В фонетическом плане можно сказать, что чехи сплошь «рж»ут и «пш»икают, а в слове доля согласных, часто шипящих, у них больше доли гласных. Правда, эти заключения я сделала исключительно на основе географических названий, а вот слышать обычную человеческую речь мне практически не приходилось. Слышала русских, немцев, британцев, итальянцев, а также чехов, говорящих на русском и английском. Такой вот парадокс: чехи, говорящие на чешском, в Чехии мне не встретились…

В продолжение нашей прогулки по Карловым Варам мы отоварились сувенирами и, простите, решили удовлетворить свои естественные потребности, то бишь, найти туалет. Туалеты в Чехии не проблема. Их здесь много. В Праге это удовольствие скорее всего обойдётся вам в пять крон, в Чешском Крумлове – там на всё цены ниже – в три, в Карловых Варах – уж раз заехали, раскошеливайтесь! – в десять. Удивительная особенность чешских туалетов (или это нам так везло) – то, что в женском отделении обслуживают вас исключительно мужчины. Причём не какие-нибудь старички-замухрыжки, а вполне нормальные, трудоспособные ребята… Это что – для того, чтобы дамам интереснее было в уборную ходить, или такая супер-престижная работа?! – изумлялась я.

Так или иначе, мы с мамой пребывали в поисках туалета. А в Карловых Варах, знаете ли, как и во всех туристических местах, отдыхающих катают в колясках, запряжённых лошадьми. Лошадям, понятно, уборные не нужны, им и улицы подходят, так что в иных местах запах бывает соответственный. Когда мы с мамой выбрели на пересечение двух главных улиц, мама на полном серьёзе, о лошадях даже не подумав, потянула носом воздух и изрекла: «Тут рядом точно есть туалет! Вон как пахнет!» «Если от этого туалета так пахнет, то лучше туда не заходить!» - сказала я.

К автобусу после посещения Карловых Вар мы притащились усталые и нагруженные сувенирами. По дороге нам встретился один товарищ из нашей группы. Этот мужчина – уже в годах, представившийся моей маме однажды «Талик», - был действительно «товарищ», ибо когда Миша обращался к нам «Господа туристы!», он говорил: «Может, все тут господа, а я – товарищ!». Талик (то есть Виталий, конечно) предложил: «Давайте я вас сфотографирую!» «Сфотографируете, когда будем красивее!» - ответила мама. «Этого не случится!» - сказал он. «Почему?» «Потому что красивее некуда!»

Из Карловых Вар мы возвращались какой-то нетуристической дорогой и в результате проехали мимо мужской тюрьмы. Заключённые, находившиеся в это время на прогулке, радостно замахали нам, и мама вздохнула: «Эх, жаль, столько мужиков сидит!»

Вечером того же дня нас ждало ещё одно яркое впечатление – Кржижиковы фонтаны – неописуемо красивое зрелище, напомнившее вашей покорной слуге, неизлечимой театралке, балет в Большом театре. Струи воды, подсвечиваемые разноцветными огнями, поднимаются и опускаются в такт музыке, одни – будто солисты, другие - кордебалет. Мы попали на классическую программу, и после неё я восхищённо вздохнула: «Эх, завидую я этому Кржижикову белой завистью! Я тоже хотела бы создать такой шедевр!» Моя мама ответила мудро: «Зачем же? Создай СВОЙ шедевр!» Я выдохнула «Да!!!» и всю дорогу до отеля пребывала в раздумьях, как бы мне создать СВОЙ шедевр.

На следующий день нам предстоял визит на пивоваренный завод Будвайзер и в городок Чешский Крумлов, а маме моей Дима лично сообщил, что «завтра будем слушать чешских бардов». Мама живо представила себе кучу чешских бардов с гитарами, уложила в сумочку несколько своих кассет для подарка коллегам и пошла мыть голову.

Будвайзер был, Крумлов был, бардов – какая незадача! - слушали в записи, пока ехали в автобусе. Зато на обратном пути в Прагу слушали мою маму. «Дим, поставьте кассету!» - попросила она нашего гида, что он и сделал.

«Сейчас я вам поставлю одну кассету, - сказал он, - А потом представлю автора».

До конца плёнки автор оставался неизвестен, а Дима прокомментировал ситуацию: «Сколько уже поступает вопросов на эту тему!» и представил мою маму. Маме достались аплодисменты, Диме – собственно звучавшая кассета – этакий микс из лучших песен, нашим девочкам попутчицам – по официальному альбому.

На заводе Будвайзер показывают немного: зал, где пиво бродит – там вкусно пахнет сухариками, зал, где моют бутылки – там мокро и грязно, и собственно, конвейер, где разливают пиво по бутылкам. Также водят в хранилище, где делать нечего и страсть как холодно. Интереснее дегустация: вас усаживают в дегустационном зале и опаивают. Мы заказали «мале» - кружечку 0,33 и единственную предложенную нам «закуску» - сухой солоноватый крендель. Порция «мале» показалась мне слишком большой, а крендель слишком маленьким, и я пожалела, что всё не наоборот: «Я бы предпочла большо-о-ой крендель и ма-а-ленькую кружечку пива», - пожаловалась я. Кроме пива и кренделей в дегустационном зале обнаружился выразительный официант с усами, ставший любимой фотомоделью наших дам. Я не осталась в стороне от процесса и также приобняла этого колоритного мужчину.

Чешский Крумлов, что у самой границы с Австрией, город, в который ехать стоит. Нам с мамой он приглянулся больше, чем восхваляемые многими Карловы Вары, и мы от души гуляли по нему всё предоставленное нам время, став единственными, кто отказался от экскурсии по интерьерам местного замка. Мы были очень рады нашей свободе и искренне жалели несчастных мучеников культурного просвещения, вальяжно развалившись на лавочке и потягивая из трубочки холодющий фруктовый лёд в интерьере средневековых домиков. Крумлов, как следует из его названия, городок круглый, и все узкие мощёные камнем улицы вьются вокруг центральной площади. Здесь неповторимая атмосфера покоя и уюта, меньше туристов, есть мелкая, но чистая речушка, в которой можно купаться, есть ресторанчики и сувенирные лавки, отыскался даже нормальный продуктовый магазин – по-чешски «Потравины». Стоит здесь и замок, очень яркий и красивый, а с моста, ведущего к нему, открывается изумительный вид на город, пестрящий красноватыми крышами невысоких домов. По Крумлову умудряются ездить машины, но вообще-то он больше пешеходный. Здесь есть даже улица – она действительно считается улицей! – где вы можете встать, вытянуть руки и упереться в стены домов, стоящих на противоположных сторонах. Если выйти за пределы города и поднятсья вверх по холму, там отыщется парк и заросший белыми кувшинками пруд, рекомендованный нам как «любимый пруд Димы Соколова, где он кормит уток».

Словом, если составлять рейтинг впечатлений, то Крумлов стоило бы непременно записать в первую пятёрку, вместе с Прагой, «Поющими фонтанами», польским схабови и непременно с самим Димой Соколовым на первом, почётном месте.

Дальнейшая программа была оглашена Димой следующим образом: «Завтра поедем в Кутну Гору, в Костехранилище. Посмотрим косточки, а те, кто не хочет смотреть косточки, сможет просто тихо прогуляться по кладбищу…»

О Костехранилище в Кутной Горе я кое-что уже слышала и даже видела. Дмитрий Крылов в своих «Непутёвых Заметках» сумел очень живописно продемонстрировать этот мрачноватый туристический объект, хотя в натуре Костехранилище бесспорно проигрывает своему телевизионному образу. Кого-то, может, оно и впрямь заставит содрогнуться: все украшения здесь сделаны из человеческих костей и черепов, правда, довольно древних, чтобы не в падать в ужас от такого варварства. Если подумать, то сколько было и есть варварства над живыми, и несравнимо оно с кладбищенским искусством Костехранилища, так что, простите, я не в силах трепетать перед аранжированными костями и черепушками, напомнившими мне разве что сцену из Гамлета «Бедный Йорик». В Костехранилище кинули монетку. Есть там такой угол, куда бросают деньги для успокоения душ усопших, а ещё и чтобы самим богатыми стать. Ну, будем надеяться…

Второй экскурсионный объект в Кутной Горе – костёл святой Варвары. Он действительно оригинален своими остренькими, вздёрнутыми к небу сводами и величественен изнутри. Впрочем, вместо того, чтобы пристально изучать витражи, наше с мамой внимание более привлекает экскурсовод, рассказывающий что-то иностранной группе. Экскурсовод, прямо скажем, малолетний: мальчик лет пятнадцати.

Далее по программе – замок Конопиште. Замок этот – радостный на вид, с красноватыми крышами, белыми башенками, павлином на газоне и хищными птицами при входе. Одна из этих птичек – Бог знает, орёл, сокол, ястреб или кто ещё – летал над нашими головами, после чего уселся на бортик невысокой ограды, раскрыл крылья и почувствовал себя мировой знаменитостью, позируя перед фотокамерами.

Конопиште, - предупреждают нас, - замок, который может очень опечалить защитников природы, поскольку бывший владелец его, эрц-герцог Франц-Фердинанд был страстный охотник и перестрелял множество зверей, чьими рогами и головами теперь увешаны стены Конопиште; а где их нет – там нескончаемое оружие. Разглядывая рыцарские доспехи, мне пришла в голову мысль организовать дополнительный аттракцион для туристов: примерка доспехов, - больно уж интересно стало, идут ли мне рыцарские латы?

Примерно к пяти часам дня нас привезли обратно в Прагу и выгрузили возле Главного вокзала, недалеко от Вацлавской площади. Все разбрелись кто куда, а мы с девочками отправились к холму Петршин обозревать Прагу сверху. На холм вас довозит фуникулёр, но с самого холма ещё ничего не видно, и надо взбираться на Обзорную башню, чем-то смахивающую на Парижское творение Эйфеля, только поменьше. Мы-то по наивности думали, что вверх нас повезёт лифт – не тут-то было! Лифт тут действительно есть – для инвалидов. Для всех прочих – крутая винтовая лестница, ведущая на два яруса. Весь фокус в том, что покупаемый на фуникулёре билет туда-обратно действует час. А теперь представьте: пока этот фуникулёр заполнится туристами, пока приедет на вершину, пока вы дойдёте до башни… А наверху ещё надо поснимать, да и отдохнуть, и видом полюбоваться, и обратно на фуникулёре вниз успеть, пока время не кончилось. Словом, взбираться на башню надо в темпе. Физкультура эта стоит 50 крон, и мамочка, ограничившись первым ярусом, искренне раскаялась, что отправилась покорять Петршинские высоты. Но они того стоят. С башни открывается превосходный вид на город, превращающийся в красновато-оранжевое море домов; отсюда же - совершенно потрясающий ракурс для съёмки Пражского града и Собора святого Витта.

После Смотровой башни мы закупили в чудом отыскавшемся магазинчике всякой съедобной чепухи, ибо ничего кроме печенья, круассанов и мороженого на прилавках не обнаружилось, и отправились на поиски лавочки, где можно было бы тихо-мирно всё это съесть. Лавочка нашлась не ранее, чем мы, уже порядком уставшие, добрели до Града, но зато мы свершили нашу скромную трапезу не где-нибудь, а прямо напротив Первого двора Града, с видом на Малу Страну справа, ребят из караула прямо и в непосредственной близости с «чумной колонной».

- Интересно, - призадумалась мама, глядя на одетых в голубые мундиры солдатиков, стоящих в полосатых будочках возле ворот Града, - А что если подойти и их обнять или поцеловать? Заберут после этого или нет?

- Сходи проверь, - посоветовала я. – А заодно познакомься, - я позаимствовала у Лены русско-чешский разговорник. – Значит так. Подходишь и говоришь «Агой!» (это значит «Привет!»), потом «Як се мате»? (в смысле «Как поживаешь?»). Потом скажи: «Йеменуи се Наталия» (то бишь – «Меня зовут Наталия…») Далее я начала зачитывать следующие предположительные реплики, и нас всех охватил дикий хохот. Забавный он всё же, чешский язык. Моментами напоминает даже украинский. Вслушайтесь во фразу, очень для иностранцев актуальную: «Кде йе тады вымена пункт?»

«Вымена пунктов» в Праге хватает. О них идёт дурная слава, мол, коммиссионные высокие берут, или выдают не столько, сколько должны, да и всякие другие ужасы рассказывают. Говорят, места надо знать. Может, и надо, но если тысячи долларов или евро менять не собираетесь, подойдёт любой обменный пункт с более или менее приемлемым курсом. А если и прогадаете, - воспринимайте как услугу: вам обменяли «здесь и сейчас», а не «там и потом».

Когда стемнело, мы вышли из подсвеченных жёлтыми фонарями Градчан и двинулись к знакомой станции метро на Вацлавской площади. Вечером город гуляет только на самых центральных улицах, и там действительно не протолкнуться. Прямо у метро встретились с нашими одногруппниками: что и говорить, туристическая Прага – город маленький, встретиться здесь со своими легко.

На следующий день мы уезжали из Праги. Наш путь лежал на восток, в Моравию, где нам предстояло пройтись по сталактитовым пещерам, взглянуть в пропасть Мацоха и направиться обратно в Польшу.

Моравский крас – местечко, красивое скорее изнутри, нежели снаружи. Час, отведённый нам на осмотр пропасти Мацоха, то есть «Мачехи», мы не знали чем заняться и терпеливо ожидали на лавочке, наблюдая за группой путешествующих вьетнамцев, а также за спором на тему «Хорошо ли живётся молодому поколению?» между Таликом и Димой Соколовым. Зато в пещерах, поверьте мне, интересно. Там холодно - десять градусов. По сравнению с холодильной камерой на заводе Будвайзер – ерунда, но нужно одеваться. Внутри нас повели узеньким, едва освещённым каменным коридором, и я почему-то подумала, что было бы неплохо после этого коридорчика выбрести к какому-нибудь винному погребку и там в романтической обстановке закусить чем-нибудь тёпленьким. Винных погребков тут не было, зато взору нашему предстало множество сталактитов и сталагмитов. Первые – те, что растут вниз, вторые – те, что растут вверх. Одна из таких парочек здесь называется «Ромео и Джульетта» - уж больно хороши! Помимо пешей прогулки, нам предложили водное путешествие на лодках. Лодка плывёт тихо, осторожно, хотя проёмы здесь довольно большие, а нависающие над вами сталактиты слегка подсвечены. При наличии хорошей фантазии можно вообразить, что переправляешься через реку Стикс в Подземное царство Аида, а ваши одногруппники, да и вы – души умерших грешников. Но это только, если воображение позволяет, - слишком уж много отвлекающих моментов: пятая точка, чувствуешь, промерзать начинает, сверху иногда что-нибудь капает, одногруппники то и дело повизгивают, когда лодка ударяется бортом о камни…

После путешествия по пещерам мы пообедали в местном ресторанчике и поехали в Польшу. «Везёт же вам!» - поздравил нас Дима на Чешско-польской границе, - «Ни одного автобуса, кроме нашего!». Границу мы прошли в рекордно-короткие сроки и скоро уже катили по направлению к гостинице – месту нашей ночевки. Дима одновременно показывал дорогу водителям и информировал нас о нашей дальнейшей жизни. «Мы едем в гостиницу, - говорил он, - Размещение двухместное. У кого трёшки… влево на светофоре».

Гостиница «Qubus» с тремя европейскими звёздочками и кондиционерами в номерах была хороша. Вместо ключей нам раздали магнитные карточки и сказали, что их нужно вставить в специальное устройство. «После чего на карточке пропечатается время входа, и в номере можно будет побыть часик…» - продолжила я.

Расположившись в номерах, мы отправились бродить по городу. По какому – пытались выяснить. «Гливницы» - сообщил нам Дима Соколов, когда мы повстречали его, гуляющего по главной улице. В Гливницах мы поняли, насколько отвыкли от родного ритма жизни. Немногочисленные машины на дорогах показались нам жуткими метеорами после расслабленной неторопливой Чехии. «Польша – это нам нечто вроде акклиматизации перед Россией», - шутим мы.

Последний экскурсионный день нашей поездки состоял из трёх ключевых моментов: осмотр Кракова, прохождение польско-белорусской границы и посадка в поезд. Всё вышеперечисленное прошло быстро и довольно банально. В Кракове мы, привыкшие к 30-ти градусной жаре, натянули свитера и ощутили тоску по родине. Утомлёнными странниками побродили по историческому центру, взабрались на колокольню - дотронуться до языка колокола, загадав желание. Не помню, как я сформулировала своё, но, точно знаю, это было нечто, проникнутое высокой патетикой. Посмотрели на открытие алтаря в Мариацком костёле, прошлись по магазинам, отведали краковского кренделя с кунжутной присыпкой, - их тут продают на каждом шагу. Всё. До-мо-о-о-ой!!!!!

Границу проходили ночью, как – не помню, потому что просыпалась только когда нужно было отдать паспорт пограничнику и получить его обратно. В два часа ночи по Белорусскому уже времени мы погрузились в вагон, распрощались с Димой, который грустно сообщил, что сейчас к нему новая партия приедет, а он – вот именно в этот раз! – почему-то очень хочет отправиться обратно, в Россию.

«Надо Диме на прощание помахать!» - сказала мама, едва мы скинули вещи в купе.

Поезд тронулся. Когда мы уезжали, над землёй висела большая круглая луна. Она продолжала светить нашим последователям, а для нас её потом занавесила пелена белорусских облаков. Мы ехали домой…


Закончено 24 сентября 2003 г









Похожие:

3 12 августа 2003 года iconЗакон от 7 июля 2003 г. N 126-фз о связи (с изменениями от 23 декабря 2003 г., 22 августа, 2 ноября 2004 г., 9 мая 2005 г.) Принят Государственной Думой 18 июня 2003 года Одобрен Советом Федерации 25 июня 2003 года
Статья Организация деятельности, связанной с размещением сооружений связи и средств связи
3 12 августа 2003 года iconПо состоянию на 25 мая 2007 года
Постановление Министерства образования Республики Беларусь от 7 августа 2003 г. №58 "Об утверждении Инструкции о расследовании и...
3 12 августа 2003 года iconПриказ №51 «31» августа 2004 года принято решением педагогического совета «31» августа 2004 года Протокол №1 положение
Филиале муниципального общеобразовательного учреждения «Средняя общеобразовательная школа с. Заветное» Энгельсского района Саратовской...
3 12 августа 2003 года iconЛта- 2004 Открытый Кубок вузов Санкт-Петербурга по спортивным бальным танцам
Хобби 4- группа начинающие (дебютанты 2004 года, ранее не принимавшие участия в конкурсах 2003 года, начало занятий не ранее – осень...
3 12 августа 2003 года iconД. А. Лобанов Формирование Ижевской Народной армии началось сразу же после победы антибольшевистского восстания 8 августа 1918 года в Ижевске. 10 августа состоялось заседание
Народная армия прикамского комитета членов учредительного собрания. Август – октябрь 1918 года
3 12 августа 2003 года iconПринят Государственной Думой 12 августа 1995 года Федеральным закон
Федеральным законом от 6 октября 2003 г. N 131-фз настоящий Федеральный закон признан утратившим силу с 1 января 2009 г
3 12 августа 2003 года iconИнформация отдела религиозного образования и катехизации Русской Православной Церкви Православная культура Для
Российской Федерации от 02 августа 2009 года №Пр-2009, Распоряжения Правительства Российской Федерации от 11 августа 2009 года №вп-п44-4632...
3 12 августа 2003 года icon«Who is who 2003»
Лучах «Who is who» 20-го и 21-го сентября 2003 года на Пироговском плесе Клязьминского водохранилища в районе Ореховой бухты
3 12 августа 2003 года iconПроблемы и перспективы электроэнергетики Нижегородской области
Российской Федерации от 28 августа 2003 года n 1234-р, пристальное внимание в этой отрасли отводится понятию энергетической безопасности...
3 12 августа 2003 года iconВ московский городской суд
На определение Зеленоградского районного суда от 18 февраля 2003 года по гражданскому делу №2-129/2003
Разместите кнопку на своём сайте:
Документы


База данных защищена авторским правом ©podelise.ru 2000-2014
При копировании материала обязательно указание активной ссылки открытой для индексации.
обратиться к администрации
Документы

Разработка сайта — Веб студия Адаманов