В., Тюгашев Е. А. Этносоциальные процессы в цивилизационном развитии icon

В., Тюгашев Е. А. Этносоциальные процессы в цивилизационном развитии



НазваниеВ., Тюгашев Е. А. Этносоциальные процессы в цивилизационном развитии
Дата конвертации17.09.2012
Размер161.79 Kb.
ТипДокументы


Попков Ю.В., Тюгашев Е.А.

ЭТНОСОЦИАЛЬНЫЕ ПРОЦЕССЫ

В ЦИВИЛИЗАЦИОННОМ РАЗВИТИИ


Проблема соотношения этносоциальных и цивилизационных процессов актуализировалась в современном мире в связи с известными феноменами «этнического ренессанса» и «столкновения цивилизаций». Этносоциальные процессы, усиливаемые активными миграциями, достигают такого масштаба, что воспринимаются как угроза существованию ближних и дальних локальных цивилизаций. Фронтальное «столкновение цивилизаций» разворачивается, в свою очередь, как на транснациональном, так и на национально-государственном уровнях.

Именно так представляет конфликт цивилизаций С. Хантингтон: «Таким образом, конфликт цивилизаций разворачивается на двух уровнях. На микроуровне группы, обитающие вдоль линий разлома между цивилизациями, ведут борьбу, зачастую кровопролитную, за земли и власть друг над другом. На макроуровне страны, относящиеся к разным цивилизациям, соперничают из-за влияния в военной и экономической сфере, борются за контроль над международными организациями и третьими странами, стараясь утвердить собственные политические и религиозные ценности»1.

Этносоциальные и цивилизационные процессы обычно рассматриваются относительно независимо друг от друга, как бы параллельно и на различных уровнях абстракции: первые — как более частные, конкретные, вторые — как более общие, метаэтнические процессы2. Распространенное представление о цивилизации как наиболее универсальной социокультурной метаэтнической общности3 выступает основанием для обозначенного разделения исследовательских дискурсов.

Методологически оправданная дифференциация структурных уровней самоорганизации человеческого общества выдерживается далеко не всегда. Понятно, что цивилизации и этносы — это социокультурные общности разного порядка. Но, несмотря на соответствующее общепринятое концептуальное разграничение, в эмпирических описаниях и классификациях часто допускается смешивание конкретных этносов и цивилизаций.

Так, отдельные этносы могут позиционироваться как цивилизации (например, русский народ4 или японцы5), а цивилизации репрезентироваться одним из этносов (например, конфуцианская цивилизация — китайцами). Допускаемое в ряде случаев А. Тойнби непосредственное отождествление этносов и «задержанных цивилизаций»6 (эскимосской, османской и пр.) может быть мотивировано необходимостью выделения ранних, простых протоцивилизаций, но это отождествление существенно упрощает онтологию всемирно-исторического процесса, так как ведет к редукции качественной специфики социокультурных общностей разного порядка.


Вопрос о том, насколько значима позиция, обосновывающая качественную специфику, дифференциацию этносов и цивилизаций, не есть только академический вопрос: он значим для прогнозирования и ориентации в социально-политической практике. Между тем, неустойчивость и непоследовательность в дифференциации уровней этносоциального и цивилизационного анализа может приводить к существенным аберрациям в оценке реальной ситуации.

Так, С. Хантингтон, полагая, что основные линии конфликтов в Новое время пролегали между нациями, а в будущем именно столкновение цивилизаций станет доминирующим фактором мировой политики, вместе с тем утверждает: «Однако в течение столетий самые затяжные и кровопролитные конфликты порождались именно различиями между цивилизациями»7. В результате неясно, какой же тип конфликтов на мировой арене характерен для прошлого, настоящего и будущего? Не отождествляются ли здесь национально-государственные системы масштаба мировых империй и цивилизации?

Как можно заметить, не придавая принципиального значения разграничению этносоциальных (в частности, этнополитических) и цивилизационных процессов, С. Хантингтон формулирует диаметрально противоположные суждения в отношении всемирно-исторического процесса. Ошибка такого масштаба становится возможной тогда, когда не усматривается качественное различие между миром этносоциальных общностей и миром цивилизацией. Данное различие декларируется, признается лишь номинально, а в конкретно-эмпирическом анализе не удерживается, утрачивается.

Одной из причин этого является недостаточная содержательность концептуальных конструкций, отображающих этносоциальные процессы, с одной стороны, и цивилизационные процессы — с другой. В настоящей статье предлагается вариант описания этносоциальных процессов как особого, отдельного мира, детерминирующего цивилилизационное развитие. Для данной концептуализации представляются важными идеи одного из основоположников цивилизационного подхода Н.Я. Данилевского.

Как и многие представители теории локальных цивилизаций, Н.Я Данилевский, выделяя отдельные культурно-исторические типы (или цивилизации), не склонен жестко дифференцировать их от этнической основы. В его понимании культурно-исторические типы соответствуют «великим лингвистико-этнографическим семействам, или племенам». Так, согласно формулируемому им первому закону исторического развития «всякое племя или семейство народов… составляет самобытный культурно-исторический тип, если оно вообще по своим духовным задаткам способно к историческому развитию и вышло уже из младенчества»8. Таким образом, для Н.Я. Данилевского не существенно разделение этносов и цивилизаций. Для него это явления одного порядка.

Вместе с тем, различая «великие племена», составляющие отдельные культурно-исторические типы, и «племенные недоростки», выступающие для первых в виде этнографического субстрата, Н.Я. Данилевский признает этническую дифференцированность каждого культурно-исторического типа. Эта позиция отражена в его четвертом законе исторического развития: «Цивилизация, свойственная каждому культурно-историческому типу, тогда только достигает полноты, разнообразия и богатства, когда разнообразны этнографические элементы, его составляющие, — когда они, не будучи поглощены одним политическим целым, пользуясь независимостью, составляют федерацию, или политическую систему государств»9.

Такого рода «этнографическое разнообразие», с точки зрения Н.Я. Данилевского, является залогом устойчивости и жизнеспособности культурно-исторического типа. Конкретные особенности отдельного этноса, даже «великого племени» определяют его поступательное движение в определенном направлении, но тем самым и ограничивают его. Автор убежден: тем «цивилизация разнообразнее и богаче, чем разнообразнее, независимее составные элементы, т. е. народности, входящие в образование типа»10. Такое разнообразие состава Н.Я. Данилевский считает одним из условий полноты жизни и развития культурно-исторических типов. «Хотя разнообразие это не может быть, конечно, искусственно создаваемо там, где нет для него этнографической основы, — замечает он — оно, без сомнения, необходимо для правильного развития культурно-исторического типа там, где он имеет по природе своей этот сложный характер»11.

Таким образом, Н.Я. Данилевский признает необходимую этнографическую сложность культурно-исторического типа, наличие множества этносов, входящих в ее состав. Это разнообразие он считает столь же закономерным, как и проявляющееся во всемирно-историческом процессе разнообразие культурно-исторических типов.

В действительности существование моноэтничной цивилизации (даже протоцивилизации) немыслимо — ни теоретически, ни эмпирически. Во-первых, понимание цивилизации как стадиального состояния общественного развития, характеризующегося ее превосходством над «варварской периферией» по тем или иным параметрам социальности12, предполагает сосуществование и ассимиляцию этой периферии, которая является, как правило, полиэтничной. Во-вторых, локальная цивилизация всегда сосуществует и взаимодействует с варварской периферией, ассимиляция которой неизбежно обогащает собственную этническую основу цивилизации.

Эмпирически устанавливаемый факт внутреннего этнического разнообразия локальных цивилизаций является дополнительным основанием для заключения о дифференциации этноса и цивилизации как социокультурных общностей разного порядка. В силу этого этносоциальные и цивилизационные процессы, имея качественную специфику, подчиняются собственным закономерностям. При этом можно говорить о субординированности рассматриваемых процессов, поскольку этносы составляют основу цивилизации, определяют ее внутреннюю дифференциацию и социокультурную динамику.

Входящие в состав цивилизации этносы можно рассматривать в качестве ее этнического субстрата, материала метасистемы. Субстрат формируется в процессе формирования системы и развивается в процессе ее развития. Этнический субстрат своими свойствами детерминирует развитие цивилизации, а последняя в ходе этносоциального отбора определяет текущие условия воспроизводства этничности и цивилизационные перспективы этногенеза. В результате динамика составляющих цивилизацию этносов ограничивается и обеспечивается системными факторами. Этносы в своем существовании становятся в большей степени зависимыми, нежели независимыми от существования в составе цивилизации. Соответственно, их коммуникации с другими этносами данной цивилизации становятся системно более важными, чем с этносами, не входящими в состав данной цивилизации. Движение цивилизации трансформирует ее этнический субстрат, замыкая его воспроизводство границами системы.

Цивилизационная детерминация статики и динамики этнического субстрата позволяет позиционировать отдельные этносы не только в качестве субстрата по отношению к метасистеме. В пространственно-временном континууме цивилизации этносы позиционированы по отношению друг к другу. Производство и воспроизводство этносов в составе цивилизации есть циклический, периодически повторяющийся процесс, в круговороте которого отдельные этносы агрегируются и дезагрегируются, возвышаются и нисходят, перемещаются в пределах ойкумены цивилизации вследствие миграций, войн, депортаций и пр. В этом горизонте можно говорить об этносах не только как этническом субстрате цивилизации, но и как элементах этносферы отдельной цивилизации.

Представление об этносфере ввел Л.Н. Гумилев13, но соответствующий термин он, к сожалению не концептуализировал. В.А. Мичурин этносферу определяет как подсистему биосферы Земли, включающую сочетание всех существующих этносов и их этноценозов14. Как представляется, В.А. Мичурин в своем определении термина говорит о конкретном виде этносферы — об этносфере Земли. Возможно, на наш взгляд, выделение наряду с этносферой Земли и иных видов этносфер, в т. ч. этносфер отдельных цивилизаций.

Представление об этносфере, думается, не может ограничиваться включением в ее состав таких стандартных составляющих как этносы и этноценозы. Н.Я. Данилевский рисовал более масштабный образ этносферы, в которой, «как в Солнечной системе наряду с планетами есть еще и кометы, появляющиеся время от времени и потом на многие века исчезающие в безднах пространства, и есть космическая материя, обнаруживающаяся нам в виде падучих звезд, аэролитов и зодиакального света»15. С кометами он, например, сравнивал гуннов, арабов, монголов и других «отрицательных деятелей» человечества. Эвристическое значение использованной Н.Я. Данилевским метафоры состоит в том, что в этносфере следует выделять этнические объекты разного класса.

При фиксации ситуации множественности и разнообразия этнических объектов, входящих в этносферу цивилизации, возникает вопрос об основаниях их системного единства и самоорганизации в относительно целостную структуру. Этот вопрос обсуждался В.Ю. Ермолаевым с позиции развитой в рамках системного подхода общенаучной теории самоорганизации16. Источником самоорганизации с точки зрения этой теории выступает внешнее воздействие, которое формирует управляющий системой параметр. Самоорганизация, как пишет В.Ю. Ермолаев, не является имманентной, а возникает вследствие согласованного, кооперативного поведения этнических объектов разных рангов, участвующих в процессе ассимиляции внешнего воздействия.

Придавая определяющее значение внешнему фактору самоорганизации, В.Ю. Ермолаев занимает фактически позицию экстернализма со всеми ее эвристическими преимуществами и недостатками. Такой подход в состоянии объяснить разнообразие типов самоорганизации, обратимость неравновесных процессов, трансформацию цивилизаций в изменяющейся исторической среде. Вместе с тем цивилизационный подход акцентирует относительную устойчивость цивилизаций, необратимость цивилизационного процесса. Интернализм всегда рассматривался как более предпочтительная методологическая позиция в отношении исследований цивилизаций.

Хорошо известная из философии науки дилемма экстернализма и интернализма снимается в рамках системно-диалектического подхода, рассматривающего структурно-функциональную организацию систем как опосредствующий механизм развития целостности.

Так, очевидно, что динамика этничностей в системе внутрицивилизационных взаимодействий часто является нелинейной. Сами этносы являются открытыми структурами, эндогенное воспроизводство которых осуществляется в сети межэтнических отношений, конституирующих этносферу локальной цивилизации. Открытость этноса определяет конечность его жизненного цикла, возможность этносоциальной деструкции в этническом круговороте, необходимость адаптации в межэтническом сообществе, неизбежную реструктуризацию межэтнических связей в этносфере. Функциональным механизм воспроизводства локальной этничности в структуре этносферы является диверсификация ее модальностей — способов бытия этничности — с последующим отбором адаптивных для соответствующей стадии эволюции этносферы цивилизации этнических групп. Этносфера цивилизации является средой, обеспечивающей воспроизводство и безопасность жизнедеятельности входящих в ее состав этносов. В относительно цивилизационно замкнутом этническом круговороте формируется внутреннее единство этносферы, обеспечивающее как ее целостность, так и воспроизводство ее частей.

Генетическим механизмом воспроизводства цивилизационной идентичности в рамках этносферы является циклически повторяющийся этносоциальный синтез, базисный для соответствующей цивилизации (например: в европейской цивилизации — романо-германский синтез, в российской цивилизации — славяно-тюркский синтез). Воспроизводство идентичности систем субцивилизационного порядка осуществляется через частные этносоциальные синтезы, снимающие и воспроизводящие позиционированные по отношению к друг другу этничности.

В цивилизационном процессе реализуется серия этносоциальных синтезов. Например, при стадиальном анализе российской цивилизации ее генетическая клеточка может усматриваться, например, не в славяно-тюркском синтезе, а в предшествующем ему славяно-угрофиннском синтезе. Эти типы этносоциальных синтезов генетически различны и в тоже время тождественны, в силу чего сохраняется преемственность в цивилизационном развитии. Как отмечал Н.С. Трубецкой, по цивилизационно значимым для восточных славян параметрам угрофинны во многом сходны с тюрками, хотя соответствующие свойства проявляются у угрофиннов менее активно и интенсивно17. Таким образом, славяно-тюркский синтез можно рассматривать как генетически более позднее противоречие, сменяющее противоречие, лежащее в основе славяно-угрофиннского синтеза.

При более тонком анализе системогенеза российской цивилизации можно выделить иные генетически значимые частные социокультурные синтезы: славяно-норманнский, греко-славянский и т. п. Аналитическую сложность в описании этих достаточно известных внешних влияний представляет реконструкция их места и роли в общем процессе системогенеза российской цивилизации. Первичная дифференциация цивилизационной системы, становящаяся источником ее развития, определяется наиболее значимой функциональной дифференциацией этнического субстрата. Что в становящейся цивилизационной системе оказывается субстратом, а что — адстратом, определяется геополитической конъюнктурой.

Так, романо-германский синтез как генетическая основа европейской цивилизации исторически реализовывался двояко. Первоначально этот синтез осуществлялся в рамках ассимиляции римлянами варварской периферии Северной Европы, в переходе от противоборства с германскими племенами к интеграции их в состав империи. Затем ведущая роль в этносоциальном синтезе перешла к германским племенам. В результате появилась «Священная римская империя германской нации». Произошла инверсия противоречия, обеспечившая скачок в цивилизационном развитии.

Конституирующий цивилизацию этносоциальный синтез завершается путем локализации и выделения в этносфере цивилизации такого ее этноса, который выступает всеобщим, универсальным для данной цивилизации этносом-посредником, выражающим ее ценности и являющимся квинтэссенцией и мерой цивилизационного развития.

Анализируя развитие Европы как системы романо-германской цивилизации, Н.Я. Данилевский самым полным ее выражением считал Францию. «Такое значение Франции весьма понятно, — писал он. — Французский народ представляет собою полнейшее слияние обоих этнографических элементов, образующих европейский культурно-исторический тип, — есть результат их взаимного проникновения. Следовательно, все, что волнует Францию, все, что идет из нее, имеет по необходимости отголосок, как нечто свое, родное, и в германском и в романском мире, между тем как эти миры с трудом действуют непосредственно друг на друга, как слишком разнородные, а все ими выработанное передают через посредство Франции; и только во французской переработке становится добытое ими общеевропейским»18.

Объективная логика самовозрастания и перенакопления воплощенного в конкретном этносе-посреднике цивилизационного капитала ведет к кризису цивилизации и смене лидера. Один из таких кризисов, перешедших в фазу цивилизационной депрессии описывает Х. Ортега-и-Гассет: «Итак, подлинная картина европейского кризиса представляется такой: долгое и великое прошлое привело к новой жизненной ступени, где все разом возросло, но отжившие структуры этого прошлого стали карликовыми и мешают росту. Европа утвердилась в форме маленьких наций. В известной мере, национальная идея и национальное чувство были ее кровными детищами. И теперь она обязана перерасти себя. Таков контур гигантской драмы, которой предстоит разыграться в ближайшие годы. Сумеет Европа освободиться от мертвого груза или останется навсегда погребенной под ним?»19.

Очередной циклический подъем преодолевает этносоциальную раздробленность и выдвигает на авансцену цивилизации новый репрезентирующий ее этнос-лидер. Конкурирующим с французским народом эталонным этносом — всеобщим выразителем ценностей европейской цивилизации — на определенных отрезках ее истории выступал немецкий народ. Так, исторически более ранним лидером европейской цивилизации все же была упоминавшаяся «Священная римская империя германской нации». Подобно тому, как золото — не единственный денежный товар, и в этносфере цивлизации существует система как бы «биметаллизма».

Значение Германии для Европы настойчиво подчеркивали немецкие мыслители первой половины ХХ века. Так, для М. Хайдеггера «сердцевиной» Европы является Германия20.

А. Вебер, исходивший из того, что европейская цивилизация «с самого начала была не только структурно неоднородной, но по сути своей полярной, заключавшей в себе противоречие и снятие этого проти­воречия»21, таким противоречием считает противоборство между немцами и французами: «Правда, кажется несомненным, что на протяжении всей истории Романо-германского мира, каким и является Европа, французы и немцы противостояли друг другу как олицетворение принципов универсализма и партикуляризма»22. А. Вебер признает ведущую роль Франции как преемницы Рима и выразительницы общеевропейских тенденций. Вместе с тем он обращает внимание на роль Германии в интеграции в Европу славянского мира, т. е. на значение для европейской цивилизации германо-славянского синтеза и Восточной Европы в целом как исторической наследницы греческого мира и Восточной Римской империи23.

Европейская цивилизационная общность находит ответ на вызовы современности и продолжает консолидированное развитие, ассимилируя внешние воздействия на обновленной этносоциальной основе. «Взаимодействие между народами разных цивилизаций усиливается. Это ведет к росту цивилизационного самосознания, к углублению понимания различий между цивилизациями и общности в рамках цивилизации, — пишет С. Хантингтон. — Североафриканская иммиграция во Францию вызвала у французов враждебное отношение, и в то же время укрепила доброжелательность к другим иммигран­там — “добропорядочным католикам и европейцам из Польши”»24. Роль Польши в консолидации Европы ХХ века, разумеется, едва ли можно преувеличивать, в то же время нельзя не признать, что события в этой стране иногда становились поворотными для европейского процесса.

Непрерывность дальнейшего развития обеспечивается сменой этносоциального лидера в эстафете цивилизации. Так, в общем деле противостояния объединенной Европы России Н.Я. Данилевский предвидел следующую возможность: «Не допускать до этого — общее дело всего, что только чувствует себя Европой. Тут можно и турка взять в союзники и даже вручить ему знамя цивилизации. Вот единственное удовлетворительное объяснение той двойственности меры и весов, которыми отмеривает и отвешивает Европа, когда дело идет о России (и не только о России, но вообще о славянах) — и когда оно идет о других странах и народах»25. Действительно, во второй половине ХХ века Турция добилась статуса европейской страны. А во время волнений осенью 2005 года в Европе выходцы из стран Африки, Ближнего Востока и Турции неоднократно декларировали: «Европа — это мы». Знамя европейской цивилизации, таким образом, не утрачивается, а подхватывается и передается дальше по эстафете.

Таким образом, этносоциальные процессы, составляя внутреннее содержание цивилизационного развития, определяют и его конкретно-исторические внешние формы. Протекающие в этносфере отдельной цивилизации этносоциальные процессы, направляются, с одной стороны, разрешением противоречий базисного для цивилизации этносоциального синтеза, а с другой — характером этносоциального отражения, выделяющего этнос, символизирующий ее фундаментальные ценности.


Примечания

 Работа выполнена в рамках Программы фундаментальных исследований РАН 32.2 «Цивилизационные процессы этносоциального взаимодействия, социальной модернизации, правотворчества и правореализации в изменяющейся России».


1 Хантингтон С. Столкновение цивилизаций? // Политология: хрестоматия. М., 2000. С. 761.

2 Ерасов Б.С. Этнос и цивилизация // Российская цивилизация: Этнокультурные и духовные аспекты: Энциклопедический словарь. М., 2001.

3 Ионов И.Н., Хачатурян В.М. Теория цивилизаций от античности до конца XIX века. СПб., 2002. С. 5.

4 Платонов О.А. Русская цивилизация. М., 1992.

5 Хантингтон С. Столкновение цивилизаций? С. 757.

6 Тойнби А.Дж. Постижение истории. М., 1991. С. 181–213

7 Хантингтон С. Столкновение цивилизаций? С. 758.

8 Данилевский Н.Я. Россия и Европа. Взгляд на культурные и политические отношения Славянского мира к Германо-Романскому. М., 1991. Там же. С. 91.

9 Там же. С. 91–92.

10 Там же. С. 101.

11 Там же. С. 101–102.

12 Гобозов И.А. Цивилизация // Словарь философских терминов. М., 2004. С. 672.

13 Гумилев Л.Н. Этногенез и этносфера // Природа. 1970. № 1–2.

14 Мичурин В.А. Словарь понятий и терминов теории этногенеза Л.Н. Гумилева // Гумилев Л.Н. Этносфера: история людей и история природы. М., 2004. С. 572.

15 Данилевский Н.Я. Россия и Европа. С. 88–90.
^

16 Ермолаев В.Ю. Самоорганизация в природе и этногенез // Изв. Всесоюзн. географ. о-ва. 1990. Т. 122. Вып.1.


17 Трубецкой Н.С. К проблеме русского самопознания // Трубецкой  Н.С. История. Культура. Язык. М., 1995. С. 151–154

18 Данилевский Н.Я. Россия и Европа. С. 241.

19 Ортега-и-Гассет Х. Восстание масс // Ортега-и-Гассет Х. Избранные труды. М., 1997. С. 134

20 Хайдеггер М. Введение в метафизику. СПб., 1998. С. 126–131.

21 Вебер А. Германия и кризис европейской культуры // Вебер А. Избранное: Кризис европейской культуры. СПб., 1998. С. 171.

22 Вебер А. Указ. соч. С. 181–182.

23 Вебер А. Идеи к проблемам социологии государства и культуры // Вебер А. Избранное… С. 156.

24 Хантингтон С. Столкновение цивилизаций? С. 758.

25 Данилевский Н.Я. Россия и Европа. С. 51.


Институт философии и права СО РАН,

Новосибирский государственный университет,

Новосибирск





Похожие:

В., Тюгашев Е. А. Этносоциальные процессы в цивилизационном развитии iconЕ. А. Тюгашев национальный вопрос в эпоху глобальных проблем: дискурс современности
Этносоциальные процессы в Сибири: Тематический сборник. Новосибирск: цэрис, 1997
В., Тюгашев Е. А. Этносоциальные процессы в цивилизационном развитии iconТеоретико-методологические проблемы исследования интеграции духовной и практической деятельности
Тюгашев Е. А. Теоретико-мето­до­­ло­гические про­блемы исследования интеграции ду­ховной и практической деятельности // Интеграционные...
В., Тюгашев Е. А. Этносоциальные процессы в цивилизационном развитии iconАрхетипы мировосприятия в этномифологии чувашей: системно-генетический анализ
Этносоциальные процессы во Внутренней Евразии. Семей (Семипалатинск): Научно-издательский центр Семипалатинского гос ун-та, 2008....
В., Тюгашев Е. А. Этносоциальные процессы в цивилизационном развитии iconВ., Тюгашев Е. А. Философия незанятости: российская безработица в цивилизационном контексте философия рынка труда
...
В., Тюгашев Е. А. Этносоциальные процессы в цивилизационном развитии iconОтчет по проекту (2002). Этносоциальные процессы в постсоветской
На две республики распалась Чечено-Ингушская Республика. Распались также административно-территориальные образования в составе рсфср,...
В., Тюгашев Е. А. Этносоциальные процессы в цивилизационном развитии iconЕ. А. Тюгашев ямальский процесс: этносоциальная рефлексия в развитии северных сообществ
Процесс цивилизации совершается, таким образом, в системе региональных процессов, инкорпорирующих локальные сообщества как интегрированные...
В., Тюгашев Е. А. Этносоциальные процессы в цивилизационном развитии iconА. А. Бейли "Наваждение: мировая проблема". Конспект
Процессы медитации. Препятствия и методы их преодоления. Процессы в царствах природы
В., Тюгашев Е. А. Этносоциальные процессы в цивилизационном развитии iconСоцис. № Е. А. Тюгашев социокультурный подход в преподавании социологии: жанр этюда
Тюгашев евгений Александрович кандидат философских наук, доцент Новосибирского государст­венного университета
В., Тюгашев Е. А. Этносоциальные процессы в цивилизационном развитии iconДокументы
1. /Панарин А С Россия в цивилизационном процессе.doc
В., Тюгашев Е. А. Этносоциальные процессы в цивилизационном развитии iconПредисловие
Предлагаемая книга является учебником по первой части курса «Переходные процессы в электрических системах», в которой рассмат­риваются...
Разместите кнопку на своём сайте:
Документы


База данных защищена авторским правом ©podelise.ru 2000-2014
При копировании материала обязательно указание активной ссылки открытой для индексации.
обратиться к администрации
Документы

Разработка сайта — Веб студия Адаманов