Терминосфера теории права: конфликт языковых культур icon

Терминосфера теории права: конфликт языковых культур



НазваниеТерминосфера теории права: конфликт языковых культур
Дата конвертации17.09.2012
Размер113.85 Kb.
ТипДокументы

Терминосфера теории права: конфликт языковых культур

в полиязыковом образовательном пространстве


Е.А. Тюгашев, г. Новосибирск


Термин – это единица естественного или искусственного языка, обладающая в результате стихийно сложившейся или сознательно заключенной конвенции специальным значением, которое достаточно полно и точно выражает необходимые и существенные признаки соответствующего понятия. В плане содержания термин обязательно соотносится с конкретной единицей логико-понятийной системы.

Первоначально стихийный по своему характеру процесс терминообразования находит естественное продолжение в деятельности по унификации употребляемых терминов и сложившихся терминосистем. Унификация включает в себя три вида операций – упорядочение, стандартизацию и “гармонизацию” терминов.

Взаимная увязка терминов и терминосистем осуществляется в горизонте базисного – естественного или (и) искусственного – языка науки. Полная гармонизация достигается согласованием используемых терминов (интернациональных или междисциплинарных) и принятием идентичных по содержанию, объему и характеру связей систем понятий. Неполная, частичная гармонизация наблюдается при полном совпадении концептов и различии языковых средств. Слабая, ассоциативная гармонизация терминосистем отмечается тогда, когда присутствует взаимная увязка, корреспонденция различных систем понятий и обозначающих их терминов.

Проблема унификации и гармонизации терминосистем актуальна и для отдельных специальных дисциплин. Дисциплинарный дискурс любой отдельной дисциплины представляет собой единство общего и особенного, абстрактного и конкретного. Конкретное соотношений уровней научного языка зависит от характера генезиса дисциплины, происхождения её либо из практического опыта, либо возникновения путём отпочкования о материнской дисциплины. В любом случае, в языке каждой дисциплины, как и в естественном языке в целом, наблюдается феномен двуязычия – поляризации и интерференции конкурирующих языковых культур1.

Генезис терминосферы отдельной научной дисциплины в снятом виде воспроизводит генезис терминосистемы в структуре естественного языка вообще. Одна из языковых культур выступает в качестве общеязыкового основания, естественного языкового базиса, который затем дифференцируется и надстраивается специфицирующей языковой контркультурой, выполняющей функцию искусственного языка.

Дифференциация и интеграция языковых культур в пределах терминосферы неизбежно ведет к омонимии и синонимии, входящих в её состав терминов. Динамика терминосферы научной дисциплины включает как тенденцию употребления сходных по значению слов, восходящие к различным языковым культурам, так и тенденцию к образованию терминов-омонимов к исходным словам языкового базиса. Действие отмеченных тенденций неустойчиво, и во многих ситуациях языковое развитие не достигает предела.


Так, термин-омоним по созвучию необходимо остается в сфере действия семантического поля исходного слова общего языка и является носителем остаточной или вторично приобретённой полисемии. В этом случае говорят о многозначности используемого термина. Синонимия также оказывается не вполне завершенной вследствие различия традиционных контекстов словоупотребления. Поэтому говорят не только об оттенках понятия, но и устойчиво расходящихся денотативных различиях.

С точки зрения взаимодействия языковых культур для развития структуры терминосферы наиболее значимой представляется денотативная синонимия. Денотативные синонимы – ряд, как правило, расходящийся2. Данная расходимость и актуализирует проблему упорядочения и гармонизации терминосистемы научной дисциплины. Не имеющие терминологической перспективы денотативные синонимы и связанные с ними ряды слов как избыточные постепенно вытесняются из терминосферы. Те же денотативные синонимы, которые способны обозначить дисциплинарно значимые оттенки понятия, ранжируются в концептосфере дисциплины соответственно обеспечиваемому уровню абстрактности отображения предмета.

Как же выглядит терминосфера современной теории права? Представить её можно по оглавлению наиболее авторитетного в нашей стране академического курса “Общая теория государства и права” в части, относящейся к теории права: “... I. Понятие и основные признаки права... II. Сущность права... III. Функции права... IV. Право в системе социальных норм... V. Правовые системы современности... VI. Формы выражения или источники права... VII. Правотворчество... VIII. Законодательная техника... IX. Систематизация законодательства... X. Нормы права... XI. Система права... XII. Публичное и частное право... XIII. Правовые отношения... XIV. Юридические факты... XV. Реализация права... XVI. Толкование права... XVII. Юридическая практика в правовой системе общества... XVIII. Юридические документы и юридическая техника... XIX. Правосознание и правовое воспитание... XX. Правовой нигилизм и правовой идеализм... XXI. Механизм правового воздействия... XXII. Эффективность правового воздействия... XXIII. Стимулы и ограничения в праве... XXIV. Законность: понятие, защита и обеспечение. Конституционная законность и правосудие... XXV. Правовой порядок... XXVI. Правомерное поведение... XXVII. Правонарушение... XXVIII. Юридическая ответственность...”1.

Анализ содержания данного оглавления показывает, что оно содержит термины (и терминообразования) как специфические юридические – право, закон, так термины и слова более общего плана – воспитание, защита, механизм воздействия, поведение, сущность, функции, эффективность и др. В теории права последняя категория терминов выступает в качестве общеязыкового и общенаучного основания, специфицируемого применительно к конкретной отрасли посредством терминов (и терминоэлементов) “закон”, “право”, “юридический”.

Среди специальных терминообразующих элементов базисным является термин “право”. Это подтверждается, во-первых, тем, что область науки называется “теория права”, и, во-вторых, тем, что из 28 глав содержат этот термин в качестве основного элемента названия 21 глава. Термины “закон” и “юридический” содержатся в названиях трех глав соответственно. В названии главы XVII одновременно употребляется термин “юридический” и “право”.

Как показал анализ оглавления данного учебника, в теории права основным является термин “право”. Такой же вывод можно сделать и при анализе оглавлений других учебников. Так, в учебнике А.Б. Венгерова из трех рассматриваемых терминов в названиях глав употребляется только термин “право” (за исключением главы 19 “Правомерное поведение, правонарушение и юридическая ответственность”)2. В учебнике под редакцией В.М. Корельского и В.Д. Перевалова в разделе “Теория права” из 15 глав двенадцать содержат только термин “право”, одна глава содержит термин “юридический”, по одной главе содержат одновременно термины “право” и “юридический”, “право и закон”3.

Основообразующий характер термина “право” означает, что все содержание предмета теории права, по крайней мере, на первых ступенях его конкретизации, должно выражаться в терминах с терминоэлементом “право-”. В связи с многообразием семантических связей содержание понятия “право” необходимо приобретает различные оттенки, вследствие чего обращают внимание на многозначность термина. Указывается, что слово “право” не только в русском языке4, но и в современной юридической науке5 используется в разных значениях.

Стихийно складывающаяся омонимия вынуждает уточнять содержание термина “право”, акцентируя его специфическое дисциплинарное содержание. Показательны в этом плане суждения С.С. Алексеева о естественном праве, материнском и отцовском праве, обычном праве и т. п.: “Что это за право? Юридическое ли явление в строгом смысле этого слова? Нет, ибо тут ещё отсутствуют качественные особенности, черты, свойственные праву как особому внешне объективированному, нормативному институционному образованию, с которым связываются представления о позитивном праве”. И далее: “... Слово “право”, как мы уже видели, многозначно и оно может обозначать и качественно иное явление, чем строго юридическое регулирование, т. е. иметь неюридическое значение, в данном случае значение естественного права1.

Налицо тенденция к омонимизации слова “право”. Терминологическое его значение устойчиво закрепить не удается. Иногда для этого прибегают к надстроечному терминологическому ряду, в основе которого лежит термин “юридический”. Не только акцентируется “юридический смысл” в семантическом поле слова “право”, но и конструируется гибридный термин “юридическое право”.

Примечательно, что термин “юридический” является латинизмом и строго определенного значения также не имеет. На почве отбора интерпретаций идёт, таким образом, борьба языковых культур. Направленность этой борьбы определяется экспансией терминосистемы, в основании которой находится терминоэлемент “юридический”. В текстах учебных и научных по теории права повсеместно прослеживается замена терминов “правового” ряда терминами “юридического” ряда. Речь ведётся об “юридических” правах, нормах, отношениях, фактах, о “юридической” жизни, “юридической” технике и “юридической” практике. Термины “правового” ряда вытесняются из дисциплинарного дискурса (в частности, в разделах о юридической технике, ответственности, процессе), в результате чего возникает феномен “юридической науки без права”2.

На первый взгляд, здесь мы сталкиваемся с обычной синонимией, когда в стилистических целях термины “правовой” и “юридический” рассматриваются как абсолютно взаимозаменяемые, идентичные по денотату. Вместе с тем нельзя не заметить ограниченности этой синонимии. Так, для конкретного денотата, обозначаемого термином “право”, уже не удается подыскать аналогичную кальку с латинского “jus”. Посредством слова “jus” Достаточно сложно также сконструировать удачные синонимы, скажем, для терминов “правовое государство”, “правотворческий процесс” и др.

Фактически можно констатировать базисную недостаточность термина “юридический”, которая и лимитирует “юридизацию” терминологии теории права. “Юридизация” терминосистемы скорее демонстрируется, нежели систематически проводится.

Вследствие ограниченных возможностей “юридизации” дисциплинарного дискурса теории права в процессе терминологической работы возникает задача ограничения данной “юридизации”. Решение этой задачи определяется объективной динамикой и столкновением языковых стихий в области теории права.

Первым граничным условием решения поставленной задачи является констатация объективного факта неустранимости “юридического” дискурса из теории права. Вывод о неустранимости “юридического” дискурса основывается не только на данных отечественной терминологии, но и терминологии теории права на других естественных индоевропейских языках. В этих языках также наблюдается аналогичный по характеру конфликт языковых стихий. В этом отношении русскоязычная терминология не является исключением.

Расширение языкового поля терминологического исследования, включение в него других родственных языков позволяют обратить внимание на начальную множественность терминов, описывающих явления права. Так, Э. Бенвенист указывает на термины “temis” и “dike”, первый из которых относится к праву, действующему внутри семейной группы, а второй – к праву, регулирующему межсемейные отношения3. При известной метафоризации эти термины могли бы стать самостоятельными правовыми универсалиями.

К семантическому семейству iudex Э. Бенвенист добавляет термин arbiter. “Название iudex и arbiter тесно связаны между собой и часто заменяют друг друга, – пишет он. – При этом второе из них более терминологично, чем первое. Арбитр – особый судья. Речь идет не столько об этимологии, сколько о собственном смысле слова. Arbiter имеет два разных значения: с одной стороны, это свидетель, то, кто присутствует при чём-то; с другой – арбитр, разрешающий спор между сторонами в силу законной власти”1. В дальнейшем, как отмечает Э. Бенвенист, значение слова arbiter в юридическом языке стало более специализированным, что можно заметить и по отечественной терминосистеме.

Анализируя ряд других терминов, Э. Бенвенист применительно, в частности, к med- и ius отмечает, что они не дают настоящих производных, они являются не живыми, а застывшими языковыми формами. Неспособность ius образовывать в латыни какие-нибудь производные формы частично оказалась преодолена в современных европейских языках, но всего лишь частично, что сказалось на его терминообразующей способности в области теории права.

Ограниченной терминообразующей способности в области теории права одних слов корреспондирует повышенная терминообразующая способности других слов, причем в различных европейских языках в качестве базисных могут выступать разные термины.

Так, англичане, например, говорят “изучать законы” вместо “изучать право”2. Центрация на термине “закон” отмечается и в отечественной традиции, но теория права, в конечном счете, пошла (правда, не всегда последовательно) по пути размежевания денотативных рядов “права” и “закона”, интерпретируя закон как одну из форм права.

Поскольку англоязычная традиция в качестве базисного избрала термин “law”, а русскоязычная традиция – термин “право”, и этот выбор представляется необратимым, то международная унификации терминологии в области теории права возможна только на уровнях частичной или слабой, ассоциативной гармонизации.

Унификация терминологии в русскоязычной традиции представляется перспективной в направлении образования расходящихся денотативных рядов “права” и “юридического”. Предпосылками этого процесса является двустороннее восприятие права в индоевропейской картине мира в качестве корпуса формул и в занятии правом как ремеслом3. Вся терминология юридической деятельности (iudex, iudicare, iudicium, iuris-dictio и т. д.), как отмечает Э. Бенвенист, развивается из акта речи – ius dicere, выражающего одновременно религиозную и устную формы права4.

Согласно Э. Бенвенисту, “юридическое” ассоциируется с семиотическими устными и письменными операциями в праве. Соответственно, внеречевые практики не считаются юридическими и, при тенденции “юридизации” права, выносятся за пределы права. Такого рода неявное ограничение отображения права присутствует и в современной теории права.

Например, оглавление академического курса теории права содержит главу о юридической технике, где рассматриваются действия с документами, а иные технические средства, используемые в правовой жизни – знаки демаркации, тюрьмы, спецсредства – не описываются вообще, хотя они могли быть рубрицированы в качестве правовой техники.

Выход из данного затруднительного положения может быть найден на основе разграничения терминорядов “права” и “юридического” по денотату. Термином “юридическое” целесообразно обозначать один из аспектов правовой жизни, содержание которого представляется необходимым уточнить. В настоящее время “юридическое” ассоциируется не только с письменным, но и с официальным, государственным, профессионально специализированным аспектом правовой деятельности. Соответственно термин “право” фиксирует предмет теории права более широко, во всей его полноте.

На основании избранного критерия спецификации в теории права становится возможным образованием двух как бы параллельных, а на самом деле находящихся в отношении общего и особенного терминорядов. В рамках параллелизма юридические факты необходимо связывать с юридическими отношениями, тогда как правовые отношения – с правовыми фактами. Аналогично, с юридической практикой необходимо соотносить юридическое сознание и юридическую культуру, тогда как с правосознанием и правовой культурой – правовую практику. Наряду с юридическим процессом и юридической ответственностью следует выделять правовой процесс и правовую ответственность. Подобный же терминологический субряд возможен также на базе термина “закон”: “законодательство”, “законотворчество”, “законодательная техника”, “законность”, “законодательный процесс” и пр.

Существующая сегодня в теории права терминология, несомненно, нуждается в унификации, упорядочивании и систематизации. Предлагаемое нами размежевание терминорядов в теории права позволит не только избежать подмены терминов, но и системно дифференцировать различные уровни и области теоретического анализа феномена права с разработкой соответствующих концептуальных рядов.

1 Ситуация двуязычия подробно рассмотрена Б.А. Успенским (Успенский Б.А. Краткий очерк истории русского литературного языка (XI –XIX вв.) – М.: “Гнозис”, 1994. – 240 с.)

2 Степанов Ю.С. Основы общего языкознания. – М.: Просвещение, 1975. – С. 82.

1 Общая теория государства и права. Академический курс в 2-х томах / Под ред. проф. М.Н. Марченко. Том. 2. Теория права. – М.: Издательство “Зерцало”, 1998. – С. V–XII.

2 Венгеров А.Б. Теория права и государства: Учебник для юридических вузов. – М.: ИКФ Омега-Л, 2002. – С. 607.

3 Теория государства и права: Учебник для юридических вузов и факультетов / Под ред. В.М. Корельского и В.Д. Перевалова. – М.: Издательская группа НОРМА–ИНФРА·М, 1998. – С. 556–559.

4 Теория права и государства: Учебник для вузов / Под ред. проф. Г.Г. Манова. – М.: Издательство БЕК, 1996. – С. 19.

5 Теория государства и права... – С. 223–224.

1 Алексеев С.С. Право: азбука – теория – философия: Опыт комплексного исследования. – М.: “Статут”, 1999. – С. 192.

2 Теория права и государства... – С. 18.

3 Бенвенист Э. Словарь индоевропейских социальных терминов. – М.: Прогресс–Универс, 1995. – С. 303.

1 Там же. – С. 311.

2 Ср.: Lloid D. The Idea of Law. – L.: Pelican Books, 1964. В русском пер.: Ллойд Д. Идея права. М.: “Югона”, 2002. – 416 с.

3 Бенвенист Э. Указ. соч. – С. 318.

4 Там же. – С. 299.




Похожие:

Терминосфера теории права: конфликт языковых культур iconСодержание. Стр. Введение Проблема возникновения права с позиций современной теории государства и права
Проблема возникновения права с позиций современной теории государства и права
Терминосфера теории права: конфликт языковых культур iconIi всероссийская научно-практическая конференция «многоязычиеидиалогкультур»
Роль культуры в жизни человека в его поведении и общении с другими людьми и с другими культурами. Межкультурный диалог. Конфликт...
Терминосфера теории права: конфликт языковых культур iconУрок «Понятие права. Норма права»
Сформировать у учащихся представление о праве, целостности системы права и её элементах – отраслях права, институтах права, нормах...
Терминосфера теории права: конфликт языковых культур iconВопросы к государственному экзамену по дисциплине "Теории государства и права" для студентов выпускного курса Юридического факультета по специальности 030501 «Юриспруденция»
Теория государства и права в системе общественных наук (философия, экономическая теория, история, политология)
Терминосфера теории права: конфликт языковых культур iconТеории соотношения международного и внутригосударственного права Теории соотношения международного и внутригосударственного права

Терминосфера теории права: конфликт языковых культур iconПроблемы определения содержания римского права: исторический и цивилистический подход. Введение
Актуальность темы исследования. В последние десятилетия в нашей стране в юриспруденции наметилось коренное изменение представлений...
Терминосфера теории права: конфликт языковых культур iconУлыбка и конфликт культур Она улыбается редко, Ей некогда лясы точить. Н. А. Некрасов, «Мороз, Красный нос»
Запада – это мрачность, неприветливость, отсутствие улыбки. В наше время, когда международные контакты становятся все более и более...
Терминосфера теории права: конфликт языковых культур iconПолитический кризис в России весной-летом 1993 года
Выступление Ельцина было выдержано в хамском тоне, не подобающем главе государства: так, он утверждал, что будто бы конфликт между...
Терминосфера теории права: конфликт языковых культур iconВопросы к экзамену по Теории экономического развития (кроме зачеркнутого)
«Теории экономического развития» в качестве самостоятельной дисциплины (выделение «Теории экономического развития», или «Экономики...
Терминосфера теории права: конфликт языковых культур iconПечальный конфликт между религией и наукой в вопросе дарвиновской теории эволюции
Е. К. Дулумана, www sotref com. На этом фоне и создается мнение, в частности среди молодежи, легко усваивающей авторитетные высказывания...
Разместите кнопку на своём сайте:
Документы


База данных защищена авторским правом ©podelise.ru 2000-2014
При копировании материала обязательно указание активной ссылки открытой для индексации.
обратиться к администрации
Документы

Разработка сайта — Веб студия Адаманов