И. Л. Солоневича о большевизме и о советском правительстве о царе и о Монархии о настоящем монархизме о закон icon

И. Л. Солоневича о большевизме и о советском правительстве о царе и о Монархии о настоящем монархизме о закон



НазваниеИ. Л. Солоневича о большевизме и о советском правительстве о царе и о Монархии о настоящем монархизме о закон
страница1/4
П. Р. Ваулина
Дата конвертации21.09.2012
Размер0.55 Mb.
ТипЗакон
  1   2   3   4
1. /Солоневич И. - Сборник работ/Подборка цитат из работ И.Л.Солоневича.doc
2. /Солоневич И. - Сборник работ/Солоневич И. - Две силы (ч.1).doc
3. /Солоневич И. - Сборник работ/Солоневич И. - Две силы (ч.2).doc
4. /Солоневич И. - Сборник работ/Солоневич И. - Диктатура импотентов.doc
5. /Солоневич И. - Сборник работ/Солоневич И. - Диктатура сволочи.doc
6. /Солоневич И. - Сборник работ/Солоневич И. - Диктатура слоя.doc
7. /Солоневич И. - Сборник работ/Солоневич И. - Россия в концлагере.doc
И. Л. Солоневича о большевизме и о советском правительстве о царе и о Монархии о настоящем монархизме о закон
Иван солоневич
Иван солоневич
Диктатура импотентов социализм, его пророчества и их реализация
Солоневич Иван диктатура сволочи
Полное собрание сочинений ивана лукьяновича солоневича том второй “наша страна” Вступление
Пятое издание Издательство П. Р. Ваулина Права на переиздание этой книги сохранены за наследниками автора. 1958 год

ЧТО ГОВОРИТ ИВАН СОЛОНЕВИЧ 
 

Подборка цитат из работ И.Л.Солоневича

 


О большевизме и о советском правительстве
О Царе и о Монархии
О настоящем монархизме
О Законном Вожде
О наших задачах и целях
О национализме
О русской эмиграции
О Штабс- Капитанском (Народно- Монархическом) Движении
О том, что нужно делать для России
О монархической агитации. О факторе силы. О сегодняшней России. О Национальной Армии. О Народно- Монархическом Движении
О политике и Церкви. О казачестве. О крестьянстве
Наша программа. О книге "Народная Монархия"


Издание второе, исправленное и дополненное. Буэнос-Айрес: Наша Страна, 1954 

ВМЕСТО ПРЕДИСЛОВИЯ 

Иван Лукьянович Солоневич оставил политическое завещание. Оно сводится к двум мыслям: 
1. Благо России может быть обеспечено только Монархией, 
2. Монархия в России возможна только одна — НАРОДНАЯ, БЕССОСЛОВНАЯ. 
Иван Лукьянович твердил это всегда — и в 1919 году в Киеве, когда я с ним познакомился в редакции "Вечерних Огней", и годом позже, в Одессе, когда он о народной Монархии говорил в советском подполье нам, членам Союза Освобождения России; и со страниц своих газет и книг за рубежом; и в Уругвае, накануне смерти.
 
Иван Лукьянович был русским монархистом и, именно поэтому, он был человеком широкого кругозора, врагом всякой косности и всякого провинциализма. 
Величайшая заслуга Ивана Лукьяновича перед Россией, перед Монархией, перед русским народом и перед нами, русскими монархистами, состоит в том, что он сказал во всеуслышание: 
— "Монархия в России будет Монархией Народной или ее не будет вовсе". 

(Из статьи С. Л. Войцеховского. "Наша Страна" № 180) 


ПРЕДИСЛОВИЕ К ПЕРВОМУ ИЗДАНИЮ

О Иване Лукьяновиче Солоневиче распространяется в печати масса лжи и клеветы. Это делается частью намеренно, частью по недомыслию или злобе. 
Но никто не может задержать или остановить роста поднимаемого им национального Народно-Монархического Движения. 
Никто с большим правом не может показывать нам путь к нашему национальному возрождению, как И. Л. Солоневич. 
Он много страдал вместе с подсоветским народом и немало выдержал несправедливых и злобных нападок среди эмиграции. 
Жизнь дорогого ему человека — жены — он трагически потерял в борьбе за общее наше дело. 
Чтобы рассеять всю эту ложь, которая льется на лидера нашего Движения, мы печатаем выдержки из статей И. Л., написанных им в разное время в ''Нашей Газете". 
Мы предоставляем русским людям самим судить нашего храброго и талантливого патриота. 
Каждый русский, который считает свое невольное пребывание заграницей, вне родного ему русского народа, прозябанием и унижением, должен стать в ряды тех, кого ведет смелый и горячий борец И. Л. Солоневич. 

Штабс-капитаны. 
Белград, 1940 г.

------------------------------

О БОЛЬШЕВИЗМЕ И О СОВЕТСКОМ ПРАВИТЕЛЬСТВЕ

Большевистская революция, взятая в целом, есть попытка согнуть стальную пружину в бараний рог. Ежели на эту попытку посмотреть извне, то вы увидите стальную полосу, согнутую во что-то, внешним видом напоминающее выше указанную баранью принадлежность, если вы всмотритесь и вдумаетесь во внутреннюю сторону всей этой временной конструкции, то вы увидите, с одной стороны, колоссальное накопление и напряжение внутренних, так сказать, молекулярных сил и, с другой стороны — панический ужас власти перед тем неизбежным моментом, когда эта пружина разогнется. Если бы этой паники у власти не было — незачем было бы ей, на двадцатом году победоносной революции, расстреливать свои же собственные верхи. Если бы власть о накоплении этих молекулярных сил ничего не знала — то неоткуда было бы взяться и панике. ("Голос России" № 105, 1938 г.). 


*** 
Сталин не является вождем русского народа, как об этом говорит советская пропаганда, а является деспотом, как об этом говорят факты. 
Самый заклятый и самый беспощадный наш враг, — враг, впившийся во все артерии русского, народа, враг, по капле выпивающий русскую кровь, — это есть большевизм. 
Все остальное, это вопрос цены и вопрос о цене, которую нам платить придется совершенно неизбежно. Совершенно независимо от того, о чем мы будем галдеть. ("Наша Газета" № 3, 1938 г.). 
Каждый год большевизм все выше подымает эту цену, которую России придется платить за его свержение, и ту цену, которою придется расплачиваться после его свержения. 
Советская власть грабит мужика, закрепощает рабочего и расстреливает интеллигенцию, но не может сталинский режим истребить всю страну. ("Наша Газета" № 4, 1938 г.). 


*** 
Советская власть выросла из поражения и измены, и она идет по путям измены и поражения. Она была рождена шпионами, предателями и изменниками, и она сама тонет в своем же собственном шпионаже, предательстве и измене. 
На двадцатом году революции, революционное поколение сходит с исторической арены, облитое грязью, кровью и позором: более позорного поколения история еще не знает. Очень небольшим утешением для нас может служить то обстоятельство, что русских людей в этом поколении очень мало. Это какай-то интернациональный сброд с преобладающим влиянием еврейства — и с попыткой опереться на русские отбросы. ("Наша Газета" № 6, 1938 г.). 


*** 
На пространстве одной шестой суши земной установлен противоестественный экономический режим, нацеленный на мировую революцию. Для насильственного поддержания режима создан политический строй, основанный на угнетении, насилии, шпионаже и терроре. Для поддержания этого насильственного строя соз-дан сколоченный из сволочи аппарат партии актива и ОГПУ. В результате всего этого страна находится в состоянии непрерывной гражданской войны. 
С каждым годом становится все более глубоким советский хозяйственный кабак. 
На краю своей гибели большевики будут делать отчаянные усилия. Они будут и резать друг друга, и вспоминать Суворова. И бросать бомбы в нас, и вопить о русском патриотизме. Будут резать и врать так, как никогда еще не резали и не врали за всю их белоснежную историю. Ко всему этому мы должны быть готовы. Мы должны быть готовы и к тому, что перед окончательной гибелью большевизма многие, очень многие из нас струсят и под лозунгом защиты Родины станут на защиту Сталина. 
Миллионы русских душ борются в СССР, отстаивая бытие свое против страшной тьмы и кровавой грязи, которыми большевизм пытается закрыть и замазать и свет, и солнце русской жизни. Миллионы и миллионы русских мужчин и русских женщин погибли в этой борьбе, мучительно и страшно. 
Мне страшно думать о судьбах миллионов, медленно и заживо сгнивающих в концентрационных лагерях. 
Мне страшно думать о том лже-патриотическом словоблудии, которое яркими лозунгами прикрывает самое страшное, что было в нашей истории: попытки убить и тело, и душу нашего народа. 
В рядах коммунистической партии всегда боролись — борются и сейчас две тенденции. Первая — это мировая революция, и вторая — это социализм в одной стране. Победа или поражение одной из этих тенденций не мотивируются и не вызываются никакими принципиальными соображениями. Здесь спор идет только о технической возможности. Возможно или невозможно нести в мир знамена мировой коммунистической революции.
Сталин выбрал компромиссную линию — укреплять на базе крепостного труда и беспримерного обнищания массы военную мощь отечества трудящихся, и в то же время делать все, что только было технически возможно, для мировой революции. 
С лозунгами мировой революции или без лозунгов мировой революции, большевистская власть в совершенно одинаковой степени является врагом русского народа. ("Наша Газета" № 30, 1939 г.). 


*** 
В лице коммунистического правящего слоя нынче погибают верхи всей материалистической культуры современности. 
Этот правящий слой сколотил блестящий, вероятно, еще невиданный в истории аппарат власти. Если из этого аппарата "перпетум мобиле" все-таки не получается, то тут не вина "изобретателей", а вина принципа: того, чего добиваются коммунистические изобретатели, — построить вообще нельзя. 
Большевизм отдает себе совершенно ясный отчет в том, что его цели могут быть достигнуты только насилием. Поэтому все его внимание сосредоточено на организации аппарата насилия. 
Однако агитация советской власти не ограничивается одними обещаниями — она пытается использовать, и отчасти использует, те "рабочие" инстинкты, инстинкты работы, которые живы в душе каждого русского человека, не изуродованного веками барского бездельного житья. 
Использует также и боевые инстинкты этого народа. Если Сталину для защиты его власти и его территории понадобится сыграть на религиозном инстинкте народных масс, то, возможно, мы увидим митрополита Сергия, благословляющего, христолюбивое воинство на победу. Словом, кроме всяких словесно плакатных обещаний, советский режим, непрерывно балансируя на самых невероятных противоречиях, использует и ряд глубинных инстинктов народа. 
Служилый слой СССР все время мечется между этими противоречиями. 
В одних слоях — среди работников исполнителей — они создают целый ряд личных тупиков, в другом слое — в творческом — они приводят людей к принципиальной безвыходности. 
Исполнительный слой страдает, работает и пытается лично извернуться в принципиально безвыходной обстановке. Творческий слой или пускает себе пулю в лоб, или гибнет в застенках. 
Подсоветская жизнь окрашена в два основных цвета: личного героизма и принципиальной безвыходности. ("Наша Газета" № 45, 1939 г.). 


*** 
Ленинская национальная политика — создание культур — "национальных по форме и пролетарских по существу" — окончилась не только провалом, как неизменно кончаются все большевистские предприятия. Она дала результаты прямо противоположные намеченным. 
Общенациональное сознание русского народа, выковано не только общностью всей нашей исторической судьбы, но и общностью наших революционных испытаний. 
Если французская революция сплавила бретонцев, провансальцев, гасконцев и прочих в единую французскую нацию, то в пламени большевистской революции все эти "мы рязанские", полтавские, тифлисские, минские и прочие переплавились тоже в одну нацию. Переплавка эта началась уже давно — задолго до революции. Всероссийский концентрационный лагерь, согнав в одни и те же бараки и великороссов, и грузин, и малороссов, и чеченцев, переплавил этот конгломерат в одну и ту же семью. 
Даже при большевистской интернациональной революции единство страны в общем все-таки удержалось. Неужели можно себе представить, что оно не удержится при национальной контрреволюции... ("Голос России" № 105, 1938 г.). 

О ЦАРЕ И О МОНАРХИИ


Я — монархист, — стою на почве тысячи лет реальной и прозаической русской истории.
Политики, практики, прозаики — это мы, монархисты. Ибо мы и только мы опираемся на реальное прошлое, а не на шпаргалки о будущем. 
Мы, монархисты, — мы, православные люди, отдаем себе чрезвычайно ясный отчет в том, что "мир во зле лежит" и что мы сами тоже во зле лежим, что попытка построения человеческого общежития на фундаменте несуществующего в природе — есть совершеннейшая ерунда. 
Практики, прозаики, политики — мы. Романтики, мечтатели, фантасты — это не мы. 
Мы, монархисты, в общем стоим на стороне любви, но признаем совершеннейшую необходимость виселиц за насильственную "романтику". 
"Сословный уклад" в России был. Или, точнее, — были его остатки. С Русской Монархией он не имеет ничего общего. 
Против политического насилия над "волей народа" протестуем именно мы, монархисты. Никогда в истории Монархия не утверждалась путем насилия над народной волей. Противники же Монархии всегда действовали насилием: убийствами, восстаниями, заговорами, "изменой и глупостью" во всех их многочисленных видоизменениях. 
Мы, монархисты, "предрешаем" нашу грядущую политику в России, — но мы никак не собираемся "предрешать" ее грядущего политического строя... 
Решать вопрос о будущем государственном строе России может только всенародное голосование. Мы, монархисты, самым кровным образом заинтересованы в свободе этого голосования и в свободе слова перед ним. 
И создание Монархии в России, и ее воссоздание после периодов всяких "смут" шло всегда путем "всенародного голосования". ("Наша Страна" №№ 23, 24, 1949 г.). 


*** 
За всеми тяжкими извилинами нашего пути в Россию нужно иметь в виду нашу путеводную звезду. 
Эта звезда есть Империя Российская. 
У меня нет ни малейшего сомнения не только в том, что монархия лучший выход для России, но что монархия для России — есть также и неизбежность. 
Вера в монархию для меня такая же само собою разумеющаяся вещь, как вера в Господа Бога; ни без того, ни без другого — Россия восстановлена быть не может. 
А так как она будет восстановлена, то с логической неизбежностью вытекает тот факт, что будут восстановлены и Православие, и Монархия. 
Но я не лукавый царедворец. Для меня монархия — не поприще для ловли счастья и чинов и не паркет для великосветских изгибаний. 
Монархия — это хлеб моей родины. Люди, которые отрывают от этой Родины кусок ее хлеба, — для меня, — враги. 
Лучший лозунг, который может быть брошен в массы на другой же день переворота, — это лозунг монархии. Он — нов для СССР — но он свой. 
Это лозунг гражданского мира, величия страны, это, если хотите, даже и лозунг "качества продукции" — "пила царского времени", "дом еще при царском режиме построен" и т. п. 
Юность Великого Князя — это и недостаток, но и великое достоинство. Недостаток потому, что трудно в такие годы поднять на свои плечи страшный груз. Достоинство потому, что именно ему, Великому Князю Владимиру Кирилловичу — каяться не в чем. 
Юный Великий Князь Владимир Кириллович является последней, самой последней надеждой на возможность возвращаться в Россию с прямым, гордо поднятым знаменем и Династии, и Монархии. Если эта надежда будет сорвана, тогда и знамя Династии, и знамя Монархии нам придется временно свернуть. 
Для нас Россия — прежде всего и выше всего. 
На Великого Князя Владимира Кирилловича история возложила задачу чудовищной тяжести. Мы все должны в меру наших сил помочь ему разрешить эту задачу. ("Наша Газета" № 3, 1938 г.). 


*** 
Российская Монархия, при всей ее многовековой инерции, держалась не сама собой и уж, конечно, сама собой восстановлена быть не может. Для ее восстановления нужны сознательные и продуманные усилия очень многих людей, опирающихся на жизненные и — для меня — неоспоримые интересы народных масс России. 
Восстановление российской монархии возможно только в результате борьбы, в результате сознательных и продуманных усилий русских людей по обе стороны рубежа. 
Наши монархические круги, которые вообще, по складу своего характера, гораздо более склонны к словам, чем к работе, к знаменам, чем к танкам, хотят видеть в монархии по преимуществу знамя. Я вижу в ней по преимуществу орудие, — самое мощное, каким мы только располагаем в борьбе за возрождение России — орудие успокоения и упорядочения страны. 
Давайте поставим перед собой ясно, трезво и честно вопрос о том, что мы можем и что мы должны сделать для вооружения и восстановления основного стержня Империи Российской — ее монархии. 
Для нас, как и для подавляющего большинства русского народа, монархия — это не только вывеска, или приманка, а самый могучий двигатель в устроении и построении Империи Российской. 
Если мы собираемся оперировать идеей Монархии не как знаменем, а как орудием, — перед нами встает другая и очень важная задача. Нужно очистить эту идею от всякого рода реакционного, плотоядного вожделения тех людей, которые совсем всерьез думают, что благодарное послесоветское население с поклонами принесет им ключи от их латифундий, от титулов, чинов, привилегий и прочего в этом роде. Ничего этого не будет. Будет труд, труд упорный до жестокости, будет великая оценка всякой способности, всякого умения и всякого таланта. Будет труд огромный, созидательный и радостный, но на старых привилегиях нужно поставить крест. Нужно поставить крест на всем том вяземском, избяном и лубочным стиле, которым еще питается некоторая часть нашей эмиграции. Этот стиль умер бесповоротно, как умерли марксизм галантного века или феодальные замки немецких Раубриттеров — рыцарей-разбойников. 
Мужицкие чаяния все сходятся на монархии. 
Советская интеллигенция, взятая в целом, поддержит монархию или под давлением народных масс, или в результате грядущих разочарований. 
Усилиями целого ряда лет, целого ряда лиц, партий и организаций монархическое зарубежье оставлено совершенно без руля и без ветрил. 
Отсутствие монархической интеллигенции и по ту сторону, и по эту сторону рубежа — есть самая слабая сторона монархического движения и самая сильная угроза будущему российской монархии. 
Было бы преступлением закрывать глаза на тот факт, что этот участок монархического фронта оголен вовсе. Именно на этом участке следует ждать прорыва вражеских сил. 
Фразеология, которою оперирует большинство наших монархических течений — устарела безнадежно и окончательно. 
Они просто не умеют говорить современным языком. 
Поэтому, идейного "приводного ремня" от монархии к массам ни по ту, ни по эту сторону рубежа у нас не имеется. ("Наша Газета" № 31, 1939 г.). 


*** 
Я провозглашаю лозунг: "За Веру, Царя и Отечество" — старый лозунг, но с принципиально иным содержанием. 
Под таким же лозунгом выступают, скажем, и другие люди. Скажем, — крупнейшие помещики старой России. 
Для них смысл будет такой: мои 120.000 десятин. 
Для мужика: мои 5 десятин. 
И кончено. И в тот момент, когда я стану в один строй со светлейшим князем, я перед лицом русского мужика совершенно погибший человек. 
Русская Монархия может быть или помещичьей, или народной, но она не может быть: и помещичьей и народной. 
Лозунг дворянско-помещичьей монархии означает для России новую гражданскую войну. ("Наша Газета" № 35, 1939 г.). 


*** 
Было время, когда мы, русские, были велики и сильны. Это было тогда, когда физическая и духовная боеспособность сливались в одно. 
Когда монархия не была только политической вывеской, а православие не было только молебнами или панихидами. Когда мы по-суворовски были "русские", а, следовательно, "с нами был Бог". 
Сейчас пытаются строить без православия — и из великолепных кирпичей получается, чорт его знает что: что-то среднее между Дворцом Советов, уборной и просто кучей отвратительного мусора. ("Наша Газета" № 48, 1939 г.). 


*** 
Российская Империя даже в ее нынешнем изуродованном и залитом кровью лике — есть результат самой высокой государственной культуры, какая только была на земле со времени падения Римской Империи. 
Теория политической несознательности русского народа есть теория совершенно чепуховая. 
Монархия возникла в России не потому, что народ был несознательным. Она возникла именно вследствие огромной, может быть, и инстинктивной политической сознательности народа. 

"Молитву творя, 
Чтит народ и царя, 
В ком ни сердце, ни ум не шатается". 

Неужели вы объясните политической отсталостью мужика, тот факт, что на всем протяжении своей истории он неизменно и дубиной, и штыком поддерживал власть монархии против всех ее врагов? 
Большевики доказали мужику, что демократией правит класс капиталистов. Что демократ-избиратель никого не может избрать, ежели бы он и хотел. 
Но русский народ увидал, что и советские вожди никого не просили их выбирать. 
И по этой именно причине русский мужик стоял и будет стоять за ту власть, которая заинтересована в его, мужика, интересах. 
То есть, в интересах страны. 
Большевистская пропаганда сделала часть своего дела, нужного и для нас. Истоки демократического режима она разоблачила полностью. Советская практика полностью разоблачила и теорию советской демократии. Что остается? 
Остается то, чем мы жили тысячу лет. ("Наша Газета" № 58, 1939 г.).

О НАСТОЯЩЕМ МОНАРХИЗМЕ


Народно-Монархическое Движение (или "Штабс-капитанское движение") построено на категорической борьбе против всяких остатков сословного строя в России, что означает требование отказа от какой бы то ни было дворянской политики. 
Дворянская политика — попытка остатков нашего правящего слоя сорвать в России восстановление Монархии. 
Восстановление Монархии может быть сорвано и слева и справа. ("Наша Страна" № 32, 1949 г.). 


*** 
Ни Империя, ни Монархия, ни Православие не могут быть восстановлены ни теми методами, ни теми руками, которые все это привели к гибели. 
Монархическая тактика Зарубежья должна быть модернизирована... Модернизация монархической тактики связана с огромными внутренними затруднениями. Но эта модернизация — есть вопрос жизни или смерти монархического движения вообще, и не только в эмиграции, но и в России. ("Наша Страна № 105, 1951 г.). 


*** 
Типично Русскую форму Монархии я называю самодержавием. Это — не абсолютизм, это — по выражению еп. Серафима Троицкого, — "симфония совместной работы Церкви, Царя и Народа". 
Монархия — это не тоталитарный режим. ("Наша Страна" № 32, 1949 г.). 


*** 
Одна из первейших насущных потребностей будущей России — это сильная власть. 
Русский народ это: а) крестьянство, б) пролетариат и в) интеллигенция. Подавляющим большинством будущего всенародного голосования является крестьянство. Оно же, больше, чем какой-либо иной слой населения страны, нуждается в твердой, в Царской власти. 
Судьбы России в самом основном будет решать крестьянство и крестьянская интеллигенция — это около 80% массы голосующих. 
Мы говорим о самодержавии Московских Царей, — "самодержавие" с земскими и Церковными Соборами, с Патриархами, со всероссийскими съездами городов, с судом присяжных. 
"Низы" поддерживали самодержавие всегда, — от Шелонской битвы, через Смутное Время и до Февраля 1917 года, — не "низы" же ездили в Ставку требовать отречения Государя Императора. 
"Самодержавие" есть защита низов, а никак не утверждение привилегий. 
Великие Князья Московские боролись с уделами, Цари Московские с княжатами, от Павла I до Николая II монархия боролась с дворянством. 
Наш исторический опыт очень неутешителен для "конституции"... Не говоря уж о февральской и даже о сталинской конституции сегодняшнего дня. 
Свеженький опыт Европы утверждает, что партийная система не гарантирует ровным счетом ничего. ("Наша Страна" № 39, 1949 г.). 


*** 
В Царской России не было ни одного небоскреба, но у всех людей было свое и никак не уплотненное жилье. Сейчас Советы судорожно строят небоскребы, а жить негде. ("Наша Страна" № 152, 1952 г.). 


*** 
У дипломатии Царской России было то, чего нет и не может быть в странах классических демократий: — последовательности. 
Русские Цари "планировали" в десятилетиях, — как Император Николай II-ой планировал "Тихоокеанскую проблему". Или в столетиях, как Императоры Всероссийские, начиная с Павла Петровича и кончая Николаем Александровичем, планировали ликвидацию сословий. ("Наша Страна", № 62, 1950 г.). 


*** 
Европейской учебы совершенно достаточно. Давайте, — домой, в Москву. Не в Москву Ленина-Сталина, а в Москву Алексея Михайловича — где был достигнут апогей нашей внутренней гармонии — не на юридических основах, а на религиозно-нравственных. 
Постараемся вернуться к принципам Веры, Царя и Отечества и пойдем дальше — к себе домой: к ценностям, проверенным тысячью лет, а не выдуманным в 10.000 книг. 
Монархия состоит в единоличном выражении идеи всего национального целого. ("Наша Страна" № 40, 1949 г.). 


*** 
Монархию Российскую будут или не будут восстанавливать те люди, которые сейчас проживают в СССР, — в основном, конечно, колхозники. 
Русское Самодержавие — в старой Москве работало рука об руку с народным представительством, с Церковными Соборами, с Земскими Соборами и с Боярской Думой. Реформы Петра I-го покончили со всем этим. 
Основная ошибка Государя Императора Николая Второго заключалась в том, что вместо Земского Собора был созван парламент (Государственная Дума). 
В партийный парламент попадают отбросы интеллигенции. 
Соборы были органическим представительством нации. 
"Американская" демократия может быть и хороша, но она нам не по карману, в частности потому, что вся наша история требовала от нас железной государственной дисциплины. 
Вся сумма человеческих свобод в России Императора Николая 2-го была значительно больше, чем в Англии м-ра Эттли и, вероятно, не меньше, чем в Америке м-ра Трумана... ("Наша Страна" № 35, 1949 г.). 


*** 
Участие или неучастие русского народа в предстоящей борьбе — (Третьей Мировой) может решить ее исход. Для нас всех, антикоммунистических русских людей, — это есть ключевая позиция. Если мы ее пропустим, если она попадет во враждебные России руки — то, может быть, долгими десятилетиями придется России залечивать новые раны и отстраивать тысячелетнюю государственность. ("Наша Страна" № 37, 1950 г.). 


*** 
Мы переживаем, может быть, самое смутное время нашей истории. 
И как во все наши смутные времена у нас остается одна Организация, выдержавшая и испытания веков и мытарства эмиграции: это наша Православная Церковь. 
И как в старое Смутное Время, мы должны искать нашей главной опоры именно в ней, в Церкви. ("Наша Страна" № 37, 1950 г.). 


*** 
Выборная Монархия у нас невозможна, и для нее нет абсолютно никаких оснований. 
Стиль будущей русской Монархии ген. В. Бискупский определил так: "Рабоче- крестьянская монархия". 
Это правильно по существу — в России остались: рабочие, крестьяне и интеллигенция, вышедшая почти исключительно из рабоче-крестьянской среды. 
Россия будет нуждаться в сильном правящем слое. 
У Престола должны быть сильные люди, а не "придворный сброд". Так было в старой Москве. 
Так должно быть и в новой Москве. 
Петербургский период нашей истории кончился. ("Наша Страна" № 98, 1951 г.). 


*** 
Зарубежная интеллигенция может сыграть только одну роль — роль идейной закваски. 
Одно из очень нужных нам предприятий заключается в очистке русского прошлого от всей той грязи, которою облепили его наши "сеятели" еще с дореволюционных времен. Однако, если возражать против этой грязи, то нужно искать возражения, во-первых, правдивые, а, во-вторых, — хотя бы правдоподобные. ("Наша Страна" № 127, 1952 г.). 


*** 
Монархизм, взятый без прилагательного, не обозначает ничего. 
Монархизм, взятый, как принцип, обозначает личную наследственную власть — ограниченную или неограниченную, это уже другой вопрос. 
Он может быть и социалистическим (Англия), и фашистским (Италия), и Абдул- Гамидским (Турция), — может носить характер деспотии древнего Востока, просвещенного "абсолютизма", прикрывающего диктатуру класса, может носить освободительный характер, который носила русская Монархия от Императора Павла 1- го до Императора Николая 2-го. 
Народно-Монархическое Движение стоит за частную инициативу и за реальную свободу. 
Оно считает, что все это России может гарантировать только Монархия и только Она одна. ("Наша Страна" № 129, 1952 г.).

  1   2   3   4




Похожие:

И. Л. Солоневича о большевизме и о советском правительстве о царе и о Монархии о настоящем монархизме о закон iconЭ. Ф. Куцова советская кассация как гарантия закон
Институт кассации, как одна из гарантий закон­ности в советском уголовном процессе, имеет особое зна­чение. Оно определяется тем,...
И. Л. Солоневича о большевизме и о советском правительстве о царе и о Монархии о настоящем монархизме о закон iconПроект “идеальной монархии” Л. Тихомирова: утопия или реальность?
Целью статьи как раз и является оценка реалистичности проектов Л. Тихомирова, направленных на реформирование самодержавия в духе...
И. Л. Солоневича о большевизме и о советском правительстве о царе и о Монархии о настоящем монархизме о закон iconЕще о национал-большевизме
Самое поразительное в нем то, что практически все опасения о распаде России, связанные с устранением большевиков от власти, сбылись...
И. Л. Солоневича о большевизме и о советском правительстве о царе и о Монархии о настоящем монархизме о закон iconОдобрен Советом Республики 30 июня 2011 года глава 1 общие положения статья Основные термины, используемые в настоящем закон
Для целей настоящего Закона используются следующие основные термины и их определения
И. Л. Солоневича о большевизме и о советском правительстве о царе и о Монархии о настоящем монархизме о закон iconФедеральный закон "Об образовании"
Под образованием в настоящем Законе понимается целенаправленный процесс воспитания и обучения в интересах человека, общества, государства,...
И. Л. Солоневича о большевизме и о советском правительстве о царе и о Монархии о настоящем монархизме о закон iconРоссийская федерация закон об образовании
Под образованием в настоящем Законе понимается целенаправленный процесс воспитания и обучения в интересах человека, общества, государства,...
И. Л. Солоневича о большевизме и о советском правительстве о царе и о Монархии о настоящем монархизме о закон iconЗакон РФ от 10 июля 1992 г. N 3266-1 "Об образовании"
Под образованием в настоящем Законе понимается целенаправленный процесс воспитания и обучения в интересах человека, общества, государства,...
И. Л. Солоневича о большевизме и о советском правительстве о царе и о Монархии о настоящем монархизме о закон iconСтатья Основные понятия, используемые в настоящем Федеральном законе
Настоящий Федеральный закон устанавливает правовые, организационные, экономические и социальные основы деятельности в области физической...
И. Л. Солоневича о большевизме и о советском правительстве о царе и о Монархии о настоящем монархизме о закон iconПеречень федеральных документов по организации и проведению егэ в 2012 году. Федеральный Закон «О внесении изменений в Закон Российской федерации «Об образовании»
Федеральный Закон «О внесении изменений в Закон Российской федерации «Об образовании» и Федеральный Закон «О высшем и послевузовском...
И. Л. Солоневича о большевизме и о советском правительстве о царе и о Монархии о настоящем монархизме о закон iconДокументы
1. /Сказка о царе Салтане.doc
И. Л. Солоневича о большевизме и о советском правительстве о царе и о Монархии о настоящем монархизме о закон iconКомитет по делам архивов при Правительстве Удмуртской Республики гу «Центральный государственный архив Удмуртской Республики» гу «Центр документации новейшей истории Удмуртской Республики»
Комитет по делам архивов при Правительстве ур, государственные учреждения «Центральный государственный архив ур», «Центр документации...
Разместите кнопку на своём сайте:
Документы


База данных защищена авторским правом ©podelise.ru 2000-2014
При копировании материала обязательно указание активной ссылки открытой для индексации.
обратиться к администрации
Документы

Разработка сайта — Веб студия Адаманов