Время и мысли или кто в действительности виноват и что же все-таки делать? «воистину еврейки молодой мне дорого душевное спасенье» icon

Время и мысли или кто в действительности виноват и что же все-таки делать? «воистину еврейки молодой мне дорого душевное спасенье»



НазваниеВремя и мысли или кто в действительности виноват и что же все-таки делать? «воистину еврейки молодой мне дорого душевное спасенье»
страница1/5
Дата конвертации31.08.2012
Размер0.93 Mb.
ТипДокументы
  1   2   3   4   5



ВРЕМЯ И МЫСЛИ

ИЛИ КТО В ДЕЙСТВИТЕЛЬНОСТИ

ВИНОВАТ И ЧТО ЖЕ ВСЕ-ТАКИ ДЕЛАТЬ?


«воистину еврейки молодой

мне дорого душевное спасенье»

А.С. Пушкин «Гавриилиада»


ВМЕСТО ПРЕДИСЛОВИЯ



Наше просвещенное общество с милой непосредственностью явно все более уподобляется некой особе из одной песенки Беранже, которая, оказавшись в интересном положении и перебирая в уме своих кавалеров, никак не могла взять в толк сей казус. С той, правда, разницей, что у нас круг подозреваемых, простираясь от монголо-татар до Антихриста, пожалуй, пошире будет, да и случай этот с нами, чего уж греха таить, не впервые происходит, но, зато главный виновник, кажется, обнаружен в одиозной личности Карла Маркса, сумевшего охмурить неискушенное создание аж с того света!

Вообще, думается, занесение потенции этого коварного господина в анналы библейских чудес дело довольно щекотливое, но учитывая, что опыт нашего общества в подобного рода коллизиях уходит корнями минимум в историю города Глупова, есть все основания надеяться, что и на этот раз все у нас получится - как всегда.


I


Современная Россия, вполне способна в течении ближайших нескольких лет не только разрешить все свои основные проблемы, но тем самым помочь и миру разобраться в том клубке противоречий нынешней цивилизации, которые обращают его будущее в лабиринт все более глобальным образом – совершенно очевидно, что историческое прозябание России, при ее созидательном потенциале, является полным абсурдом и весь вопрос упирается лишь в разумную организацию общественного труда, что имеет судьбоносное значение для всего человечества. Однако, вместо того, чтобы его решением вывести страну из болота собственного невежества во флагманы мирового прогресса, наше общество, любящее бить себя кулаками в грудь с ура-патриотическими воплями и размазывать сопли в обиде за державу, усердно ожидает уже даже не манны небесной, а чечевичной похлебки от очередной, бог весть какой по счету бюрократии – исконной «благодетельницы» земли русской.

Стоило ли России ради этого в своей истории проливать столько крови и пота, приносить такие жертвы? С гораздо большим успехом можно было сдаться шведам под Полтавой или французам под Бородино.


И чего ждет наше общество от власти, если нынешний глава государства фактически не скрывает полного отсутствия какой-либо концепции преобразования жизни страны? Он ведь и шел-то на этот пост не как идейный борец за судьбу России, а в качестве арьергарда команды своего предшественника, и если кто-либо сам что-то напутал у себя в голове, принимая его за лидера общества, а не ставленника бюрократии, или не способен отличить программу решения проблем страны от плана укрепления власти правителя, то лично он в этом уж никак не виноват – разве не так?

Наконец, зачем вообще чего-то от кого-либо ждать, ломать копья в спорах о каких-то мистических путях России и устраивать политические баталии, если довольно очевидно, что дорога в будущее пролегает не через лозунги, обещания и благие намерения различных «радетелей счастья народного» (как показывает история: главным образом - всяких «балалайкиных», воодушевленных успехами демагогии в стране), а – через овладение научным мировоззрением?


Наше общество, разделивших на правых и левых, полагает себя радикально поляризовавшимся, явно не замечая, что на самом деле оно едино: имея одну цель – величие России – и одинаково заблуждаясь относительно средств ее достижения, т.е. надежды сторонников демократических ценностей на собственность так же иллюзорны, как утопичны упования приверженцев социалистических принципов на государство.

Собственность и государство исторически неразрывно связаны между собой своего рода зеркальной асимметрией.

Собственность – это право силы возведенное в силу права, государство – обратное отображение этого процесса.

Собственность предполагает неизбежное государство, государство означает осуществленную собственность.

Собственность - это абстракция действительности, государство – реальность иллюзии.

Нынешнее противостояние в нашем обществе правых и левых это не спор демократии с социализмом, а распри между собственнической государственностью и государственным собственничеством.

Великую Россию не создать ни всеобщим стяжательством, ни бюрократической филантропией – это очевидно без всяких теорий, но ирония истории заключается в том, что наше общество не видит этого именно потому, что в своей социальной практике норовит обойтись без всяких теорий.

Увы, из происходящих событий складывается впечатление, что русский бог «авось» совсем обленился на своей печке и окончательно отошел от общественной деятельности, тогда как в гуле грядущего все более явно чудится грозный топот коней апокалипсиса, несущего на своих мрачных знаменах неумолимый вердикт истории.

Он действительно суров для нашего общества, глася, что жить и дальше «еллинских борзостей не текох» время вышло.


Как показывает история: последней инстанцией, к которой обращается мир в спорах своего сознания с бытием, является диалектический материализм, и первый вывод, который он позволяет сделать, говорит о том, что в обозримом прошлом человечества невежество еще никому не помогло, более того: оно неизбежно приводит к результатам, противоположным ожидаемым. Именно это Россия продемонстрировала в XX веке своей историей, добавив от себя, что невежество в сочетании с политикой образует гремучую смесь демонической разрушительной силы, а образование без научного мировоззрения – все еще невежество.

Кто берется за решение проблем без понимания основ их существования, тот обречен во всех своих частных победах на общее поражение. Что же касается непосредственно самого процесса познания, то он обуславливается не озарениями разума доселе скрывавшимися от него истинами, а – избавлением от веками довлеющих над ним предрассудков.


Россия всю свою историю влачила жалкое существование, всегда в ней была актуальна тематика басен Крылова, правили бал и фигурировали на первых ролях прототипы персонажей Грибоедова, Гоголя, Салтыкова-Щедрина, вечным проклятием тяготели вопросы: «кто виноват?» и «что делать?». Нынешнее состояние страны далеко не случайный эпизод в ее истории, а скорее очередное звено в цепи подобных явлений и, следовательно, корень зла надо искать не в поступках исторических индивидов, а в тенденции эволюции общества.

Анализируя историю России трудно не выделить в ней три констаты:

- вопиющее противоречие между изобилием ресурсов страны и убогостью жизни народа

- неизменный провал попыток изменения такого положения

- незыблемость государственной пирамиды как основы жизнедеятельности общества.

Несложно также понять, что именно последнее обстоятельство является краеугольным камнем исторической фантасмагории «гнусной рассейской действительности».


Государство российское уходит своими корнями в мутно-зловещую мистерию «монголо-татарского ига».

Увы, в реальности всегда «имеет место быть» только то, для чего исторически вызрели материальные предпосылки.

Совершенно очевидно, что на дремучих пространствах древней Руси, т.е. фактически без дорог, географических пособий, средств навигации и связи, существование какой-либо системы управления было просто невозможно.

Нетрудно заметить, что даже в наше время деятельность власти на территории России все еще являет собой нечто неразумное.

Несмотря на маститую родословную бюрократии, богатый опыт насилия и верноподданический дух населения, а также – отблеск европейской цивилизации.

Ничто не мешает обратить внимание и на то обстоятельство, что название «монголо-татарии», т.е. якобы некогда существовавшего военного союза этих двух разных по языку и вере, и до сих пор, в общем-то, небольших народов – «Золотая Орда» – почему-то звучит по-русски.

У них что: русский язык был принят в качестве официального?

Подобных нелепостей, казусов и ляпсусов в этой «истории» более чем достаточно, но какой смысл фантазировать на тему необычайной прыти диких кочевников, да еще в делах, требующих исторического наследия оседлого образа жизни, когда гораздо проще понять, что все это не что иное, как козни русской знати ради права сбора дани, впоследствии образовавшие идеологический фундамент царского самодержавия, т.е. в конечном итоге – российское государство.


Концепция «монголо-татарского ига» не имея никакого отношения к действительной истории, напрямую связана с историей действительности, и поэтому заслуживает самого тщательного и всестороннего рассмотрения.

Суть интриги в общем-то понятна: обеспечение себе знатью экономической основы праздного существования.

С учетом недавнего прошлого нашего нынешнего общества, т.е. вспоминая титаническую «борьбу за мир» и прочие предлоги подобных поборов советского государства, напрашивается предположение, что слово «иго» сначала имело смысл угрозы внешней агрессии, на отражение которой требуются средства, а с течением времени, уже в устах сформировавшейся из знати «на законной основе» власти, когда она своей грабительской политикой окончательно завела страну в тупик истории, а себя, соответственно, загнала в угол страха, оно обрело значение гнета враждебной силы, спасением от которого общество обязано государству.

Всё достаточно просто и вполне естественно, а главное весьма похоже на правду: опасностей со стороны окружающего мира хватало, феодальная междоусобица приводила страну в разор и запустение, а русская знать, действительно возила дары степным владыкам.

Только не откупаться от их разбойных набегов, а наоборот: организовывать с их помощью борьбу против своего классового врага – народа. А заодно и устранять своих политических соперников из числа других претендентов на власть.

Стратегия самодержавия, переходя от силы к хитрости, направлена на решение целого комплекса задач: сломить народ психологически сознанием тяжкой вины допущенного позора надругательства над родиной – матерью (отметим, что на бытовом уровне именно этот мотив является базисом русского сквернословия, отчего оно и получило название матерщина); внушить ему ощущение собственной беспомощности перед коварной злобой окружающего мира; выставить себя в роли единственной защиты и опоры; свалить свои преступления, совершенные в борьбе за власть и приведшие к упадку страны, на происки мифических злодеев; направить негативную энергию общества по касательной через моральное разложение, внутреннюю диктатуру и внешнюю агрессию, т.е. через всевозможные распри - против него самого.

Судя по тому, что подобные трюки неоднократно, в различных вариациях и с неизменным успехом власть проделывала в лице и монаршей династии, и партийной клики, и недавней плутократической элиты и нынешней бюрократической хунты, ловкое использование неразвитости общественного сознания и подлая спекуляция на народном чувстве патриотического долга, прочно легли в основу крепких традиций российской государственности.

Несложно заметить и кровное родство государственной стратегии с уголовной тактикой, также норовящей подавлять волю к сопротивлению потенциальной жертвы унижением и запугиванием, организовывать вымогательство на своем «покровительстве» и т.д. – и это вполне естественно: бюрократия и преступность – это два полюса классового общества.

С этим «глюком» в общественном сознании, являющимся идеологическим вирусом рабской психологии, государством, через систему образования, была взращена вся прежняя Россия и сегодня наше общество, весьма склонное к разглагольствованиям о необходимости воспитания подрастающих поколений свободными гражданами и патриотами родины, прививает его собственным детям – будущему страны.

Очевидно, что секрет долголетия этого мифа кроется в густой тени явного контраста между Россией и Европой. Однако у этого явления есть более прозаическая причина: изначальная разница в жизненном пространстве.

Короткие европейские расстояния позволяли осуществлять рост производительных сил за счет порабощения иноземцев, в российских же условиях этот процесс мог идти преимущественно на основе эксплуатации соотечественников, вследствии чего между Европой и Россией возникла зеркальная асимметрия, подобная той, что существует между собственностью и государством, и процесс классового расслоения населения развел их из общинного строя по разным эпохам (вскрывая взаимосвязь пространства и времени): Европу сначала в рабовладение, Россию – сразу в феодализм (точнее было бы сказать: в азиатчину, но специфика российских условий, придавая ей локальный характер, все же приближает этот строй скорее к западному феодализму, чем к восточному деспотизму).

Рабовладение имеет своим фундаментом индивидуальную основу, феодализм – общественные начала, т.е. в первом случае речь идет о стремлении к личному богатству как базису общественной власти, во втором целью является общественная власть как источник личного богатства.

Европа шла дорогой внешней агрессии и открытой эксплуатации, Россия – путем скрытого паразитизма и внутренней диктатуры.

История Европы – смена господствующих классов, история России – вырождение класса господ.

Европа – государство собственности, Россия – собственность государства.

Подчинить сознание силе гораздо легче, чем одолеть силу сознанием, поэтому ход истории давно привел Европу к ясности общественных отношений, основанных на праве собственности, а Россия все еще находится в смуте гражданского состояния, обусловленного произволом государства.

Европа отвергает рабовладение политической борьбой, сохраняя его экономическую сущность, Россия удерживает себя в политической форме феодализма, саморазрушаясь экономически.

Европа, опираясь на собственность, переделывает государство, Россия, упираясь в государство, переделивает собственность.

(Если учитывать, что экономика (собственность) это базис, а политика (государство) – надстройка, то совершенно очевиден исторический обскурантизм общественного уклада России, как и то, что в современных условиях эта коллизия может быть разрешена лишь упразднением того и другого тождеством интересов общества).

В Европе сила собственности покоится на мифе права, в России право государства обусловлено силой мифа, т.е. оба основания при всей своей противоположности едины в ложности, поэтому исторически Европа в российских политических событиях пытается разглядеть свое будущее, а Россия по европейскому экономическому развитию стремится понять свое прошлое.

Решение этой задачи наше общество могло бы себе значительно облегчить, если бы, вместо «весомых аргументов» государственной идеологии, внимательнее относилось к простым фактам окружающей действительности.

Например: нетрудно заметить, что Европа, в отличие от России, бессознательно, но явно увязывает «иго» не с историей народа, а с интригами власти: она охотно воздает должное высокому потенциалу россиян в сферах деятельности, требующих смелости ума, свободы духа и личного мужества, как и не скрывает того, что считает потуги российского чиновничества направленные на приближение к нормам европейской общественной жизни подвигом достойным Нобелевской премии.

После распада общинного строя исторические пути Европы и России вновь пересекаются в момент перехода Европы из рабовладения в феодализм и на этом этапе она догоняет Россию во времени, обогащенная культурой античности: греческой философией, римским правом и арабо-еврейской религией.

В сущности «монголо-татарское иго» это российский аналог библейско-евангельской мифологии с поправкой на реализм – конструктивные элементы фактически те же: некая слабость, коварное зло, тяжкая вина, суровое добро, искупительное страдание, только вместо бога в главной роли выступает государство.

Оттого Европа молится на «святого отца», а Россия уповает на «царя-батюшку».

Доктрина небесного блаженства в награду за земные страдания и концепция сильного государства как символа свободы возникли в моменты распада соответственно рабовладения и феодализма.

В Европе религиозная мораль распространялась снизу вверх, «объясняя» жизненное состояние черни, в России государственная идеология навязывалась сверху вниз, «оправдывая» социальное положение знати.

В Европе низы уходили от реальности в мистику потому, что не видели никакого способа одолеть верхи, в России верхи внедряли мистерию в действительность так как не было иной возможности справиться с низами. Это обстоятельство сыграло свою роль и в крещении Руси.

«Славить» «право» означает возвышать власть, отсюда и православие.

На русской земле подобной конфессии не нашлось, пришлось заимствовать у заграницы, но опять-таки с поправкой на реализм: без божьего дублера – царева конкурента.

Увы, фундаментальный постулат русской церкви – «всякая власть от бога» – сыграл с ней весьма злую шутку в советское время.

Все вышесказанное позволяет сделать ряд любопытных выводов:

- ключевым моментом всей российской истории является тенденция классового расслоения населения на ниве «служения обществу».

Пример нынешних «народных представителей» всех рангов и мастей говорит о том, что и в выборной системе она прекрасно сохраняется.

- на Руси народ отказывал знати в притязаниях на особое социальное положение, т.е. в праве на власть!

И это понятно: знать являла собой главным образом силовую структуру общества, но, как правило, на врага поднималось все население и поэтому народ ничего особенного в ратном деле не видел, а по мере роста военных успехов защитные функции общества и вовсе приобретали спорадический характер.

Во всем же остальном население вполне обходилось собственным здравым смыслом, практическим опытом и заветами отцов.

Эхо тех времен до сих пор гуляет по медвежьим уголкам России: так называемые духоборы все еще живут не признавая над собой никакой власти, кроме обычаев предков. Не ведая ни начальства, ни милиции, ни замков на дверях. И даже не испытывая нужды в деньгах. Т.е. вопреки невежественному кликушеству идеологов нынешней бюрократии, сами веками сохраняют свой жизненный уклад в форме первобытного коммунизма.

Именно потому, что знать была не в состоянии получить власть из рук русского народа, ей понадобились сначала знаменитое обращение к «варягам», а затем ярлык на княжение от «татар».

Разумеется, речь идет не о сознательной борьбе народа за свободу, а скорее о стихийном анархизме масс, но в любом случае: время, а вовсе не иноземный враг, было той единственной силой, которую не могли одолеть наши героические предки.

Далеко же ушли их нынешние потомки – просто не представляющие себе жизни без начальственного указующего перста, сами надевающие на себя ярмо бюрократии, считающие верхом демократической благодати возможность выбирать себе господ!

- за внешним образом «монголо-татарского ига» государство скрыло свою внутреннюю сущность невежественно-классового паразитизма.

Появление государства на русской земле означило не избавление от чужеродного владычества, а образование доморощенной «золотой орды», живущей данью общественного невежества, историческое иго которого простирается над страной по сей день и олицетворяется чиновничеством.

- развитие государства на Руси, достигнув своего апогея в единовластии, вместо ожидаемого верха сознания воли общества, в действительности явило собой произвол ощущения верха общества.

Положив этим в сознании самого общества начало увлекательному процессу поиска идеального царя путем выбраковки реальных правителей.

Получившему в русской истории, благодаря народной тяге к ясности языка, емкое название «смута» и длящемуся до сих пор.


Для того, чтобы все это осознать не требуется ни семи пядей во лбу, ни специальных знаний – все факты лежат на поверхности и наше общество не замечает их только потому, что привыкло довольствоваться государственной идеологией вместо того, чтобы думать самостоятельно. Отсюда распространенность, обыденность и даже, можно сказать, комфортность невежества в сознании нашего общества. Результат налицо.


Государство, существуя в России уже много столетий, имея абсолютно свободный доступ к совершенно уникальному созидательному потенциалу и будучи призвано решать проблемы жизни страны, фактически не сумело сделать этого ни с одной из них.

Не смогло даже практически элементарного – проложить нормальные дороги.

Зато выказало немалое искусство (настолько, что например: десятилетиями «само не понимает» каким образом деньги из общественной казны оборачиваются миллиардами долларов на личных счетах власти в иностранных банках – «чудеса» да и только!) в обеспечении собственного благополучия за счет:

- неимоверных растрат народного достояния – природных ресурсов России

- использования впустую, а еще более во вред стране, огромного труда многих поколений

- истребления десятков миллионов людей, не говоря уже об искалеченных судьбах – и все это «на законной основе»!

- позора, тягот и бедствий экономической отсталости России

- социальных язв, нравственных болезней и демографического вымирания общества

- руин исторической культуры народа

- экологической диверсии будущего страны

По сути вся история государства российского – это хроника преступлений власти перед народом – с момента своего образования и до сегодняшнего дня.


Ныне «игом» общества является преступность. Такое зло, правда без национальных, религиозных и прочих ярлыков (типа «чечено-исламского фундаментализма») действительно есть, но своим существованием оно обязано именно государству, которое:

- порождает его своей социально-экономической политикой

- не в состоянии справиться с ним, так как борется с результатами собственной деятельности

- нуждается в нем как жупеле общественного сознания для оправдания своего исторического существования.

Сбор дани с населения и попрошайничество денег у заграницы, с дальнейшим переложением последствий своего дилетантства, воровства и разгильдяйства на плечи страны – единственно доступные разумению российской власти методы хозяйствования, а ее социальная политика это не что иное, как священный ритуал облагодетельствования народа крохами от него же умыкнутого им созданного богатства.

Уровень жизни населения всегда определяется счетом, который ему предъявляют к оплате верхи за свои амбиции прошлого, удовольствия настоящего и страх будущего.

Платя налоги, т.е. содержа власть, которая по причине своего социального паразитизма не может не быть некомпетентной, недееспособной и нечистоплотной, общество фактически трудится для того, чтобы покупать у нее себе же проблемы – что может быть нелепее этого?

Проблемы общественной жизни являются альфой и омегой существования государства, без них чиновничество просто не нужно и оно органически заинтересовано не в их исчезновении, а как раз в обратном. Именно поэтому все упования общества на власть, как бы она себя не преподносила, закономерно оборачиваются неизменным крушением очередных надежд.

Государство – это продукт исторической (т.е. неизбежной, но временной) слабости производительных сил общества и в борьбе за самосохранение оно совершенно естественным образом стремится к подавлению их роста (от бюрократического спуда до политического террора), т.е. государство не только плохо уже самим фактом своего существования, но и неизбежно преступно.

Со времен первой смуты на Руси в двадцать первое столетие общество тащит на себе этого смердящего от разложения, кишащего паразитами монстра анахронизма, тоскливо вопрошая небеса: «кто виноват?» и «что делать?», хотя уже в героическом порыве Парижской Коммуны смело прозвучало: «государство – на свалку истории!».


Собственность – это экономическое «государство». Государство – политическая «собственность».

Собственностью государства является сознание общества. Бюрократия правит навязывая невежественным массам свою классовую идеологию.

Идеологией нынешней власти является буржуазный либерализм, в основе которого лежит утверждение, что в 1917 году Россия якобы «свихнулась на коммунизме». (Вообще стоит отметить это явно неотъемлемое по версии государства качество российского люда: то он почему-то вдруг проявляет непонятную слабость перед воинствующими пастухами, то внезапно впадает в буйное помешательство от научной теории, то сладко спит под лязг и грохот надвигающейся гитлеровской военной махины и т.д. – неясным остается только одно: чего ради, в таком случае, власть чуть ли не лезет из кожи вон и буквально готова пойти на любые преступления, лишь бы оказаться хозяином такого народа?

Уж явно не от избытка любви к нему – судя по его жизни.

Справедливости ради, следует заметить, что общество наше, как правило, фальшивит в унисон с властью не менее искусно.

Например: во времена приснопамятной «перестройки» оно охотно делало вид, что о преступлениях советской власти узнало лишь благодаря гласности и оттого спокойно за свою совесть, хотя в действительности многое ему было известно давным-давно, только оценка была другой.

Тьмы низких истин нам дороже нас возвышающий обман?

У лжи короткие ноги)

Интересно: те, кто полагает, что «в октябре 1917 года страна стала жертвой бездумного увлечения бредовой идеей коммунизма», в самом деле способны представить себе лапотную Россию, корпящую при лучине над многотомными трудами Маркса и Энгельса?

Это тем более любопытно, что в российской истории, как известно:

- «марксисты» исповедовали не идею коммунизма, а идеалы социал-демократии

- при целой куче копий, переломанных ими в теоретических битвах между собой, вопрос о коммунизме по сути никогда даже не упоминался (за коммунизм ратовал совершенно неоцененный выдающийся русский мыслитель анархист князь П.А.Кропоткин – я бы назвал его «российским Марксом»)

- главный спорщик, вместо того, чтобы разбить доводы оппонентов неопровержимой логикой, всю свою полемику выстроил на провозглашении тезиса о необходимости теоретического новаторства и идейной самостоятельности российской социал-демократии, а в качестве аргументации своей приверженности учению Маркса облюбовал интерпретацию цитаты: «марксизм не догма…»

- даже взятый им курс на революцию идейно расколол стан «марксистов» не на коммунистов и социал-демократов (как, казалось бы, следовало ожидать), а на большевиков и меньшевиков, т.е. вождь и основатель российской «коммунистической» партии при всей своей достославной боевитости и хваленой принципиальности, не то что явно не горел желанием, а даже можно сказать упорно избегал как-либо увязывать свою деятельность с понятием о коммунизме вплоть до апреля 1917 года.

О чем это говорит?

Прежде всего о том, что учение Маркса интересовало российскую социал-демократию не столько само по себе как предмет познания, сколько в плане использования научного авторитета автора «Капитала» для обоснования собственных воззрений на социальное переустройство России.

Как известно, с подобными потугами различных «последователей» выдавать доктринерскую отсебятину за его теорию, Марксу пришлось столкнуться еще при жизни, вызвав с его стороны иронию в античном стиле: «я знаю лишь то, что я не марксист».

Невежество под личиной научного мировоззрения получило название «оппортунизм» и … широкое распространение.

Марксу и в голову не пришло бы называть себя социал-демократом по той простой причине, что историческим предназначением пролетариата является уничтожение противоположности между трудом и капиталом, а не достижение компромисса между ними, что является целью социал-демократии, но это совершенно не помешало ее российской разновидности объявить своей идейной платформой именно «марксизм»!

Отсюда и корни того факта, что лидер большевиков фактически «вспомнил» о «коммунизме» уже будучи главой государства, когда руководимая им партия, став когортой чиновников, потерпела полный провал в своем прежнем социал-демократическом амплуа.

В сущности непонятный для большинства населения термин «коммунизм» сыграл в отношении советской власти такую же спасительную роль, что и темное по смыслу слово «иго» в становлении царского самодержавия. (отметим, что и уголовный мир когда стремится сбить намеченную жертву с толку, ввести в растерянность, так же прибегает к помощи специального жаргона – так называемой «фене»).

Разве не очевидно, что оба этих периода в российской истории по многим ассоциациям буквально перекликаются через века между собой и объединяет их процесс образования государства, а кульминационные фигуры этих процессов Иоанн Грозный и Иосиф Сталин – ну прямо: близнецы-братья! Время явно не поленилось в XX веке показать России заново: какими явлениями сопровождается процесс образования государства и какими способностями обладает власть в мистификации сознания общества, фальсификации истории страны и культивации самой себя – как плохой ученице, не усвоившей давным-давно пройденный материал.

Разница только в том, что царизм лгал сознательно, а большевизм обманывался сам. Вообще: большевизм как народное явление уходит своими историческими корнями в первую смуту на Руси – это восстание власти тьмы против тьмы власти, а невежество, как известно, любым намерениям придает лишь одно направление – отсюда знаменитая бессмысленность и беспощадность русского бунта. Даже не беря во внимание слова Маркса о том, что «человечество должно переболеть частной собственностью», «победивший пролетариат не мстит», «коммунизм выше противоречий между пролетариатом и буржуазией» и т.д. совершенно ясно, что чем больше производительных сил, чем они образованнее, информированнее и свободнее, тем общество ближе к прогрессу, однако, советское государство наоборот огромную массу производительных сил страны попросту истребило, уморило голодом, уничтожило в лагерном рабстве, извело на колхозной каторге, ввергло в преступность, обрекло на деградацию, вынудило к эмиграции и т.д., другие же миллионы людей, вместо созидательного труда во благо России, были задействованы им в обеспечении жизнеспособности этого кровожадно-паразитического бюрократического монстра.

Пример скандинавских стран говорит сам за себя и явно не в пользу советской власти, а ведь они вместе взятые не имеют и тысячной доли тех ресурсов, которыми обладает Россия и там речь идет не об идее коммунизма, а всего лишь об идеалах социал-демократии.

А в целом социальный опыт нашего общества советского периода довольно легко понять, если обратить внимание на тот простой факт, что в репертуаре исторической самодеятельности РСДРП(б) – ВКП(б) – КПСС есть и «социалистическая революция» и «мировая», и «борьба за коммунизм» и его «строительство», и «развитой социализм» и «перестройка» – нет только той единственной цели, что указана «Коммунистическим манифестом» и лишь следование которой дает право партии на соответствующее название, т.е. «Жомини, да Жомини, а об водке – ни полслова!»

На пути к коммунистической революции наше общество перепробовало все, кроме нее самой…

На основании чего теперь твердо убеждено, что учение Маркса полный бред!

Заметим: дело обстоит не так, что наше общество пыталось изо всех сил «построить коммунизм», но из этого ничего не вышло, а так, что оно занималось совершенно другими «делами», но ответственность за это целиком и полностью лежит на Марксе.

Воистину: чудны дела твои, господи!

Насчет «мудрого руководства ленинского ЦК» понятно: зачем власти какие-то революции?, - а вот в отношении общества вопрос стоит довольно интересно: если сегодня попытаться выяснить сколько человек в нашей стране, семьдесят лет пафосно величавшей себя «обществом строителей коммунизма», способны хотя бы начетнически припомнить пять-шесть строк творцов научного мировоззрения (даже без всякой внутренней связи, уж, как говорится, не до жиру, главное: не путая с перлами теоретической мысли типа: «Слава КПСС!»), то наверняка на все сто сорок с лишним миллионов граждан для счета вполне хватит конечностей одного обычного человека.

С таким идейным багажом трудно не поразить весь мир неслыханным прогрессом! (Смех здесь явно неуместен – если верить нынешней власти, то именно этот «груз прошлого» мешает сегодня нашему обществу протиснуться в купейный вагон экспресса мировой цивилизации. И это еще не самая удачная шутка нынешней бюрократии!). Однако, ничего страшного: этих же конечностей хватит и на то, чтобы посчитать в нашей стране тех, кто неспособен изложить учение Маркса в пяти-шести предложениях.

Остальным – раз плюнуть!

Речь не о том, что марксизм сложен для понимания, а о том, что в нашем обществе коммунизм это вопрос не научного мировоззрения, а – воображаемого «знания» – причудливого симбиоза официальной пропаганды, общественных предрассудков и собственной фантазии.

Разумеется, претензий нашего нынешнего общества к Марксу все это ничуть не умаляет!

Увы… дело не в том, что Маркс явно не годится на роль Христа распятого невежеством толпы. И не в том, что стоит лишь немного поскрести его нынешних «оппонентов» и обязательно обнаружится либо бывший жрец КПСС, либо типичный апологет принципа: «не читал, но знаю». И даже не в том, что нынешним надеждам нашего общества на вялотекущий антикоммунизм, как основание для обращения к миру и богу за социальным пособием по умственной инвалидности, сбыться явно не суждено.

Дело в том, что если попытаться добросовестно вывести из истории человечества теорию прогресса, то неизбежно получаются те же самые выводы, что сделаны в свое время Марксом. В сознании нашего общества все давно встало бы на свои законные места, если бы оно, прежде чем пытаться судить теорию Маркса с точки зрения собственной практики, дало себе труд взглянуть на «дело рук своих» глазами его учения. Разве не очевидно, что в Октябре 1917 года Россия вместо упразднения государства пошла путем его воссоздания и эта разница между Марксом и Лениным не только стала причиной всех обрушившихся на страну исторических бедствий, но и делает все нынешние нападки нашего общества на учение Маркса о коммунизме ничем иным, как боем с тенью собственного невежества? Для того, чтобы избавиться от творческого зуда по «исправлению» учения Маркса, будь то «усовершенствование» либо «ниспровержение», достаточно его понять.


Ленинизм – это народовольчество, сделавшее историческую ставку на политическую борьбу рабочего класса.

Это не только еще не марксизм (также как рабочий класс еще не пролетариат, а политический переворот отнюдь не революция), это даже уже антикоммунизм. Звучит парадоксом, но в действительности все очень просто: любая идеология преследует идею власти. Идея власти означает государство, т.е. класс чиновничества. А коммунизм – это бесклассовое общество и, следовательно, с государством и стремящимися к нему политическими движениями несовместим.

Непонимание научного мировоззрения, как показывает история, приводит к тому, что за него принимается левая идеология, что и сделала российская социал-демократия.

Из работ Ульянова-Ленина совершенно очевидно явствует, что теоретически он знал о необходимости упразднения государства, но не понимал как это осуществимо практически и полагал, что все дело в воспитании масс сознательным авангардом, т.е. революционной партией, хотя именно Маркс еще в начале своей научной деятельности, написал: «материалистическое учение о том, что люди суть продукты обстоятельств и воспитания, что, следовательно, изменившиеся люди суть продукты иных обстоятельств и измененного воспитания, - это учение забывает, что обстоятельства изменяются именно людьми и что воспитатель сам должен быть воспитан. Оно неизбежно поэтому приходит к тому, что делит общество на две части, одна из которых возвышается над обществом».

Не Россия была не готова к революции по своему социально-экономическому состоянию, а сама социал-демократия – по идейному уровню.

Ленину принадлежат слова: «кто берется за частные вопросы без предварительного решения общих, тот неминуемо будет на каждом шагу бессознательно для себя «натыкаться» на эти общие вопросы. А натыкаться слепо на них в каждом частом случае значит обрекать свою политику на худшие шатания и беспринципность».

Исходя из того, что его борьба с царизмом кончилась тиранией, полемика с меньшевиками заявлением о пролетарской незрелости страны, а остракизм буржуазии – НЭПом, вышеприведенная фраза вполне годится Ленину в качестве эпитафии.

Всякое насилие содержит в себе изначальную ложь и конечное поражение. Ложь положения в которое сами себя поставили большевики исходила из того обстоятельства, что советская власть не отменила собственность, а огосударствила ее, т.е. созидательный потенциал страны, вместо того, чтобы стать основой народного хозяйства, превратился в вотчину новоявленной бюрократии.

Собственность проистекает из капитализма и выливается в государство.

В нашем обществе, да, наверное, и во всем мире, капитализм ошибочно воспринимается как строй исторически идущий на смену феодализму.

На самом деле, в данном случае, речь идет о классовом господстве буржуазии, а капитализм понятие более емкое: это эгоистический образ мышления, направленный на удовлетворение своих потребностей за счет других, т.е. имеющий своей сутью эксплуатацию человека человеком.

В период исторической неразвитости производительных сил общества такая форма сознания неизбежна и естественна.

Взгляд на человека как на предмет собственности, объект эксплуатации, средство достижения своих целей, т.е. отрицание в другом равного себе – красной нитью проходит сквозь все века исторической эволюции общества, за исключением первоначальной стадии.

По сути, история человечества пока что знает лишь два способа развития – общину и капитализм, который имеет несколько разновидностей: рабовладельческий, феодальный, буржуазный и чиновничий, т.е. государственный.

Именно этот последний страна и построила, думая, что борется за социализм – со всеми вытекающими. Не лишне заметить, что Ульянов-Ленин, в отличие от многих своих современников и последующих поколений, вплоть до нашего, понимал какой строй возникает из его доктрины, более того: открыто к нему стремился, о чем не раз публично высказывался.

Замешанное на левой идеологии советское государство было совокупным капиталистом, имевшим в своем безраздельном распоряжении всю страну, что и нашло кульминационное выражение в так называемом культе личности.

Невежество имеет своей пассивной формой ложь, активной – насилие, а обратной стороной – страх самое себя.

Именно непонимание того: почему из стольких усилий и жертв в реальности возникает нечто совершенно чуждое и даже абсолютно противоположное ожидаемому толкало вождей большевизма на террор, а народные массы – к символу веры. Вопиющее противоречие между теорией (пролетарской революции) и практикой (государственного капитализма) дамокловым мечом висело над руководителями партии, вскрывая их явную историческую несостоятельность в качестве лидеров
  1   2   3   4   5




Похожие:

Время и мысли или кто в действительности виноват и что же все-таки делать? «воистину еврейки молодой мне дорого душевное спасенье» iconГеннадий Николаевич
«что лучше – мы или народ?», «народу за нами или мы за ним?». По признанию Ф. М. Достоевского, теперь об этом заговорили все, «кто...
Время и мысли или кто в действительности виноват и что же все-таки делать? «воистину еврейки молодой мне дорого душевное спасенье» iconВопрос читательницы
Я уже превратилась в «радистку Кэт», все время оглядываюсь, чтобы не встретить этого человека. Даже не знаю, что мне делать: в банках...
Время и мысли или кто в действительности виноват и что же все-таки делать? «воистину еврейки молодой мне дорого душевное спасенье» iconПроект статьи «Кто такие вип-дикари или как отдохнуть в Каннах дешево?»
Турцию, Египет и прочие «халявные» страны. Что же до развлечений дешевая поездка на старом катере, восьмичасовая поездка на Канаклы...
Время и мысли или кто в действительности виноват и что же все-таки делать? «воистину еврейки молодой мне дорого душевное спасенье» iconЛ. И. Крашкина кандидат философских наук
Россия для русской философии — особая, часто очень болезненная тема, связанная с личным переживанием ее истории, надеждами на ее...
Время и мысли или кто в действительности виноват и что же все-таки делать? «воистину еврейки молодой мне дорого душевное спасенье» icon«Что делать, если вы подозреваете, что ваш ребенок употребляет наркотики?»
Зависимость от наркотика хотя и формируется очень быстро, но все же на это требуется время. Кроме того, бывают случаи, когда подростка...
Время и мысли или кто в действительности виноват и что же все-таки делать? «воистину еврейки молодой мне дорого душевное спасенье» icon26. 11. 2003 \\ о песне Кима Брейтбурга
Я от тебя схожу с ума я сразу запомнил эту фразу Вот или она близка нам всем, людям умеющим сходить с ума, или просто песня очень...
Время и мысли или кто в действительности виноват и что же все-таки делать? «воистину еврейки молодой мне дорого душевное спасенье» iconИстория появления Записей
Бог а, я его Сын и с этой минуты должен делать все, что он мне скажет. Я вежливо отказался (ну не до такой же степени!). На некоторое...
Время и мысли или кто в действительности виноват и что же все-таки делать? «воистину еврейки молодой мне дорого душевное спасенье» iconМне все равно…
Мне все равно, что люди подумают обо мне. Мне все равно, что творится за окном. Мне все равно
Время и мысли или кто в действительности виноват и что же все-таки делать? «воистину еврейки молодой мне дорого душевное спасенье» iconПраво на информацию, или Как прокуратура защищает Конституцию
Скажу сразу, что я не хотел выяснить детали бюджета, статистику преступности, или какие-нибудь сведения, затрагивающие интересы "денежных...
Время и мысли или кто в действительности виноват и что же все-таки делать? «воистину еврейки молодой мне дорого душевное спасенье» iconПочему музыкальное образование стоит дорого, учит плохо или некоторые мысли о «традиционной методике» преподавания музыки, в которой нет точки опоры

Разместите кнопку на своём сайте:
Документы


База данных защищена авторским правом ©podelise.ru 2000-2014
При копировании материала обязательно указание активной ссылки открытой для индексации.
обратиться к администрации
Документы

Разработка сайта — Веб студия Адаманов