Беседы по высказываниям Чжуан Цзы icon

Беседы по высказываниям Чжуан Цзы



НазваниеБеседы по высказываниям Чжуан Цзы
страница14/26
Дата конвертации25.09.2012
Размер3.64 Mb.
ТипДокументы
1   ...   10   11   12   13   14   15   16   17   ...   26
1. /ПУСТАЯ ЛОДКА.docБеседы по высказываниям Чжуан Цзы

Есть только два пути, и постарайтесь понять, что эти два пути -- единственные. Первый способ -- это действовать вовне и самоутверж­даться; другой путь -- это устремиться вовнутрь и осознать, что вы -- никто. Если вы направлены наружу, то вы никогда не сможете дока­зать, что вы н'екто, вы не сможете самоутвердиться. Потребность ос­танется; более того, она может усилиться. Чем больше вы доказываете, чем больше утверждаете себя, тем более нищим вы будете себя чувство­вать, как Александр, стоящий подле Диогена. Показное самоутверждение перед другими, попытка доказать, что вы кто-то, не поможет вам дейс­твительно стать кем-то. Глубоко внутри остаются пустота, незаполнен­ность, "состояние-никто". Они исподволь гложат ваше сердце, и в глу­бине его вы чувствуете, что вы -- никто.

Никакие королевства не помогут, потому что королевства никогда не попадут внутрь и не заполнят той внутренней пустоты в вас. Ничто не может попасть внутрь вас, ничто не может войти в вас. То, что снару­жи, будет оставаться снаружи; то, что внутри, будет оставаться внут­ри. Встретиться они не в силах. Вы можете владеть всеми богатствами мира, но как вы сможете перенести их внутрь и заполнить пустоту? Ни­как; даже имея все богатства, вы все равно будете ощущать себя опус­тошенным -- еще более опустошенным, потому что теперь будет с чем сравнивать. Вот почему Будда оставил свой дворец: видя все богатство и все-таки ощущая внутреннюю пустоту, он почувствовал, понял -- бес­полезность всего.

Другой путь -- это направиться вовнутрь; не пытаться избавиться от этого "состояния-никто", но осознать его. Это то, о чем говорит Чжуан Цзы: "Стань пустой лодкой, просто углубись в себя и осознай, что ты -- никто". В тот миг, когда вы осозна'ете это, вы "взрывае­тесь" в новое измерение, ибо когда человек приходит к осознанию то­го, что он никто, то он осознает также и тот факт, что он -- это все.

Вы не кто-то -- индивидуально, конкретно, не кто-то важный -- по­тому что вы -- это все. Как все может быть "кем-то"? "Кто-то" -- это всегда часть. Бог не может быть кем-то, ибо Он -- все; Он не может ничем владеть, потому что Он -- целое. Владеющие -- всегда нищие, поскольку все владения конечны, они не могут стать безграничными. "Состояние-кто-то" имеет предел, "состояние-кто-то" не может изба­виться от границ, оно не может стать бескрайним. "Состояние-никто" -- беспредельно, точно также, как и "состояние-все".

В действительности, оба способа, оба эти пути -- это одно и то же. Если вы движетесь вовне, то там, внутри, ваша внутренняя суть будет ощущаться вами, как "никто". Если же вы движетесь внутрь, то вы ощутите то же самое "состояние-никто", как все, как всеобъемлю­щее. Вот почему Будда говорит, что шунья(shunya), абсолютная пус­тота, есть Брахман.
Быть "никем" -- это осознать, что вы -- все. Осознать, что вы "кто-то", -- это осознать, что вы не все. И ничего с этим не поделать.

Так что другой путь -- это двигаться вовнутрь, не бороться с этим "состоянием-никто", не пытаться заполнить пустоту, но осознать ее и стать с нею единым. Станьте пустою лодкою, и тогда все моря -- ваши. Тогда вы сможете двигаться в области, не нанесенные на карты, тогда этой лодке ничто не помешает, никто не сможет задержать ее на ее пу­ти. Карты не нужны. Эта лодка будет двигаться в бесконечность, в бескрайнее, и тогда целью вашего путешествия станет все, цель будет -- повсюду. Но направляться нужно вовнутрь.

Потребность побеждать состоит в том, чтобы утверждать себя, а единственный известный вам способ это делать -- это самоутверждаться в глазах других, потому что их глаза стали зеркалами, отражениями.

Глядя в глаза других, Александр мог видеть, что он был кем-то весьма важным, Великим; стоя напротив Диогена, он ощущал, что он -- никто. Диоген не признал бы внешнего величия. Перед ним Александр должен был чувствовать себя глупо. Говорят, он сказал Диогену, что, если бы Господь даровал ему родиться еще раз, то он предпочел бы стать скорее Диогеном, чем Александром -- но в следующий раз!

Ум всегда устремлен в будущее! Вот в этот самый момент он мог стать Диогеном, не было никаких препятствий к этому, никто не мешал ему. Будут миллионы препятствий на пути к тому, чтобы стать Алек­сандром Великим, потому что каждый постарается воспрепятствовать этому. Когда вы пытаетесь самоутвердиться, вы непременно задеваете чье-нибудь самолюбие, чье-то эго, и все окружающие будут стремиться доказать, что вы -- ничтожество, будут стараться унизить вас. Так чем же, кем же вы себя считаете? Вам придется доказывать это другим, насаждать свое мнение, придется утверждать себя, а это очень трудный путь: через насилие, через разрушение.

Ничто не мешает стать Диогеном. Александр ощутил красоту, гармо­нию, изящество этого человека. "Даруй мне Господь другое рождение, -- воскликнул он, -- я хотел бы родиться Диогеном. -- И добавил: -- Но в следующий раз".

Диоген рассмеялся и сказал: "Что касается меня, то одно точно: никогда не хотел бы я быть Александром Великим!"

В глазах Диогена Александр не мог увидеть признания своих побед. Внезапно он, вероятно, почувствовал, что погибает, слабеет, испытал ощущение, подобное смерти, -- он был никто. Он, надо думать, бросил­ся прочь, убежал от Диогена со всех ног. Тот был опасным человеком.

Говорят, что Диоген преследовал Александра всю его жизнь. Куда бы тот ни направлялся, Диоген был с ним подобно тени. Ночью, во снах, Диоген появлялся, смеясь. И эта красивая история утверждает, что они умерли в один и тот же день.

Они умерли в один день, но Диоген, надо думать, подождал немного -- так, чтобы он мог последовать за Александром. Во время переправы через реку, отделяющую этот мир от того, Александр повстречал Диоге­на вновь, и эта вторая встреча была опаснее первой. Александр был впереди, поскольку умер несколькими минутами раньше -- Диоген ждал, чтобы последовать за ним. Александр, услышав, что позади него в реке кто-то есть, обернулся и увидел смеющегося Диогена. Он, вероятно, был весьма ошарашен, потому что на этот раз все сложилось совсем иначе. Он был таким же голым, как и Диоген, -- ведь вы не можете взять в другой мир вашу одежду. В этот раз он был абсолютно никем, а не императором.

Но Диоген был тем же. От всего, что смерть могла отнять у него, он отрекся еще при жизни, поэтому смерть не смогла забрать у него ничего. Он был точно таким же, как и при прошлой их встрече на бере­гу реки, совсем таким же, как прежде.

И для того, чтобы выглядеть беспечно, чтобы придать себе смелости и солидности, Александр тоже рассмеялся и заметил: "Прекрасно, прос­то здорово! Снова встретились величайший император и величайший ни­щий".

"Ты абсолютно прав, -- отозвался Диоген, -- только ты немного пу­таешь, кто император, а кто нищий. Это действительно встреча вели­чайшего императора и величайшего нищего, но император позади, а ни­щий впереди. И надо заметить, Александр, что то же самое было и при нашей первой встрече. Ты был нищим, но ты считал таковым меня. Взгляни теперь на себя! Что ты получил, побеждая весь мир?"

Так что же это такое -- потребность побеждать? Что вы хотите до­казать? Вы знаете, что в ваших собственных глазах вы -- ничтожество, что вы -- ничто, и это "состояние-ничто" начинает терзать ваше серд­це. Вы страдаете, потому что вы -- ничто, и, стало быть, вам необхо­димо проявить себя перед другими. Вам необходимо возвыситься в их глазах, самоутвердиться, занять положение, необходимо создать впе­чатление у окружающих, что вы не ничтожество. И, глядя в их глаза, вы будете собирать мнения, общественное мнение, а из общественного мнения вы создадите образ. Этот образ -- эго; он не является вашим настоящим "я". Он -- отраженное великолепие, не ваше собственное; он собран из глаз окружающих, соткан из их мнений.

Человек вроде Александра Великого всегда будет опасаться окружаю­щих, потому что они могут отнять назад все то, что они ему дали. По­литик всегда боится общественности, людей, ибо они могут забрать все, взятое у них. Его "я" -- это всего лишь "я", позаимствованное у других. Если вы боитесь других, то вы раб, вы не хозяин.

Диоген не боится никого. Вы не можете ничего у него отнять, пото­му что он ничего не одалживал у вас. У него есть "я", у вас же -- только эго. В этом и заключается разница между "я" и эго: эго -- это "я", взятое взаймы.

Эго зависит от других, от общественного мнения; я -- это ваша подлинная суть. Она не заимствована, она -- ваша. Никто не может забрать ее назад.

Взгляните, как прекрасны строки Чжуан Цзы:

Когда стрелок пускает стрелу для забавы, все его мастерство при нем -- для забавы!

Когда стрелок пускает стрелу для забавы, все его мастерство при нем. ??? ОСТОРОЖНЕЕ ЗДЕСЬ С ПЕРЕНОСОМ СТИХОВ ИЗ ШАПКИ ГЛАВЫ -- ЗДЕСЬ

ПОВТОР ПЕРВОГО ДВУСТИШИЯ ДВА РАЗА, НО В ПЕРВОМ С ДОБАВЛЕНИЕМ ПАРЫ СЛОВ ???

Когда вы забавляетесь, вы не пытаетесь самоутверждаться. Вы спо­койны, расслаблены, нормальны. Пока вы играете, действуете просто ради забавы, вас не волнует, что о вас подумают другие.

Видели ли вы отца, который в шутку борется с ребенком? Он будет побежден. Он будет лежать на лопатках, а ребенок будет сидеть на нем верхом и хохотать, и закричит: "Я тебя победил!" -- и отец будет счастлив. Это обычная забава. В игре вы можете быть побеждены и при этом быть счастливым. Забава несерьезна, она не имеет отношения к эго. Эго всегда серьезно.

Так помните, что, если вы серьезны, вы всегда будете в суматохе, внутреннем беспорядке. Святой всегда забавляется, как если бы он пускал стрелу шутки ради. Его не интересует мишень, он просто прият­но проводит время.

Немецкий философ, Евгений Херригел, отправился в Японию учиться медитации. А в Японии используют все виды упражнений для обучения медитации; стрельба из лука -- одно из них. Херригел был прекрасным стрелком: он был абсолютно точен, он никогда не промахивался. Поэто­му он отправился к мастеру, чтобы тот обучил его медитации с помощью стрельбы из лука, раз он в этом был уже дока.

Три года обучения миновали, когда Херригел начал понимать, что попусту тратит время. Мастер продолжал настаивать на том, что _он_ не должен стрелять. "Предоставь стреле вылететь самой по себе. -- говорил он Херригелу. -- Тебя не должно быть, когда ты целишься, позволь стреле целиться самой".

Это был бред. В особенности для западного человека, это было аб­солютным абсурдом: "Что значит "позволь стреле стрелять самой?" Как может стрела стрелять сама? Если я не буду ничего делать, так и выстрела не будет". И он продолжал стрелять, никогда не промахиваясь мимо мишени.

Но мастер повторял: "Цель -- это вовсе не мишень. Цель -- _ты_. Мне неважно, попадешь ты в мишень или нет. Это механическое мастерс­тво. Я обращаю внимание только на то, есть ты или нет. Стреляй ради забавы! Наслаждайся этим, не пытайся доказать, что ты никогда не ма­жешь мимо мишени. Не старайся утвердить эго. Оно уже и так есть, ты есть, совершенно незачем это доказывать. Освободись, пребывай в по­кое, будь непринужден и предоставь стреле вылететь самой".

Херригел никак не мог понять, о чем речь. Он все пытался и пытал­ся и спрашивал снова и снова: "Если я всегда набираю сто очков из ста, почему ты не признаешь моего умения?"

Западный ум всегда заинтересован в конечном результате, а восточ­ный ум всегда интересуется самим процессом. Для восточного ума ре­зультат бесполезен; вся суть в начале, в стрелк'е, а не в мишени. Поэтому мастер отвечал: "Нет!"

Тогда, окончательно разочаровавшись, Херригел попросил разрешения уехать. "Тогда мне придется уехать. -- заявил он. -- Три года -- это слишком долгий срок, а в результате -- ничего. Ты продолжаешь гово­рить "нет"... что я все еще тот же самый, не изменился".

В день своего отъезда он пошел попрощаться с мастером и увидел, что тот обучает других учеников. Но этим утром Херригелу все это бы­ло уже неинтересно; он уезжал, он махнул рукой на все свои планы. Поэтому он просто ждал, когда мастер освободится, чтобы он мог поп­рощаться и уехать.

Сидя на скамье, он впервые взглянул на мастера. В первый раз за три года он посмотрел на мастера. Тот и вправду ничего не делал; все было так, будто стрела вылетала сама. Мастер не был серьезен, он за­бавлялся, наслаждался. Не было никого, кто бы интересовался, достиг­нет ли выстрел цели.

Эго всегда нацелено в мишень. У забавы нет мишени, в которую мож­но попасть, сама забава заключена в начале, когда стрела еще только покидает лук. Выстрел случаен, и, если он и достигает мишени, это к делу не относится; попали вы или промахнулись -- значения не имеет. Но когда стрела покидает лук, стрелок должен развлекаться, наслажда­ясь, быть несерьезным. Когда вы серьезны, вы напряжены; когда вы не­серьезны, вы расслаблены, а когда вы расслаблены, -- вы есть. Когда вы напряжены, есть эго; _вы_ -- сокрыты им.

Впервые Херригел посмотрел... потому что теперь это его не каса­лось. Теперь это было не его делом, он бросил все это. Он уезжал, поэтому и вопроса о серьезности не стояло. Он признал свое пораже­ние, ему нечего было доказывать. Он взглянул, и сейчас впервые его глаза не были прикованы к мишени.

Он посмотрел на мастера: все происходило так, как если бы стрела покидала лук сама по себе. Мастер только лишь придавал, вкладывал в это энергию, он не стрелял. Он не делал ничего, не прикладывал ника­кого усилия. Херригел взглянул, и впервые он понял.

Словно зачарованный, он подошел к мастеру, взял в руку лук и от­тянул тетиву. "Вот ты и постиг, -- произнес в этот миг мастер. -- Этому-то я три года и учил тебя". Стрела еще не покинула лука, а мастер уже сказал: "Ну вот и все. Цель достигнута". Наконец-то Хер­ригел развлекался, не был серьезен, он не был целенаправлен.

В этом и заключается отличие. Развлечение не целенаправлено; у него нет цели. Развлечение -- оно является целью само по себе, имеет свою внутреннюю ценность, не существует ничего вне его. Вы наслажда­етесь, и ничего больше. В нем нет никакого дела, никакой цели, вы просто играете в нем, забавляетесь им, и это все.

Когда стрелок пускает стрелу для забавы, все его мастерство при нем.

Когда вы стреляете ради забавы, вы не находитесь в конфликте. Вы не разделены, напряжения нет; ваш ум никуда не направлен. Ваш ум во­обще неподвижен -- поэтому вы цельны. Так рождается мастерство.

Рассказывают историю о мастере Дзен, архитекторе, проектировавшем новый храм, пагоду. У него была привычка -- чтобы рядом с ним был его первый ученик. Он рисовал проект, эскиз, оборачивался к ученику и спрашивал: "Ну как?"

"Это недостойно тебя", -- отвечал ученик каждый раз. И тогда мас­тер отбрасывал этот проект.

Так повторялось девяносто девять раз. Миновало уже три месяца, и властитель начал интересоваться, когда же, наконец, будет закончен проект, чтобы можно было приступить к строительству. А потом как-то раз, пока мастер рисовал очередной эскиз, у него высохли чернила, и он велел ученику пойти и приготовить новых чернил.

Ученик вышел, а когда он возвратился, то воскликнул в изумлении: "Как?! Ты создал его! Но почему же ты не мог сделать этого все три месяца?"

"Из-за тебя. -- сказал мастер. -- Ты сидел подле меня, и я был разделен. Ты смотрел на меня, и я действовал целенаправленно, это не было развлечением. Когда ты ушел, я расслабился. Я почувствовал, что никто не смотрит на мою работу, и я стал целым. Этот проект я не де­лал, он родился сам. Он не получался все эти три месяца, потому что я стремился его сделать, я был деятелем, действующим лицом".

Когда стрелок пускает стрелу для забавы, все его мастерство при нем.

...Потому что все его существо, самая суть его доступна. А когда доступно все существо, в вас рождаются красота, грация, совсем иное качество бытия. Когда вы разделены, серьезны, напряжены -- вы безоб­разны, вы уродливы. Вы можете добиться успеха, но успех ваш будет ужасен. Вы можете суметь самоутвердиться, доказать, что вы кто-то важный, но этим вы ничего на самом деле не докажете, вы лишь создае­те фальшивый образ. А когда вы тотальны, расслаблены, цельны -- ник­то вас, возможно, и не знает, но вы есть, вы существуете.

И эта целостность -- благословение, самое наипрекраснейшее, самое осчастливливающее, что вообще бывает с медитирующим умом, что вообще случается в медитации.

Медитация означает целостность. Поэтому помните, что медитация должна быть развлечением, она не

должна походить на работу. Не нужно заниматься ею, как занимается молитвой так называемый верующий, делайте ее, как игрок. Забавляй­тесь, играйте, делайте ее в шутку; как шутник, повеса, а не как биз­несмен! Она должна быть развлечением, и тогда все ваше мастерство будет вам доступно, тогда она расцветет сама по себе. Вы будете не нужны. Усилия не нужно. Просто должно быть доступно все ваше сущест­во, самая ваша суть, должна быть доступно вся ваша энергия. И тогда цветок распускается сам по себе.

Если он стреляет на медную пряжку, он нервничает.

Если он борется всего лишь за медную пряжку, если есть что-то, чего можно достичь, какой-то результат, то он уже нервничает, боит­ся. Внутри появляется страх: "А вдруг я проиграю?" Он разделен. Одна часть его ума говорит: "Может быть, ты и выиграешь"; "Возможно, ты проиграешь", -- заявляет другая. Теперь все его мастерство недоступ­но, теперь он состоит из двух половин, он разделен. А когда вы раз­делены, все ваше существо, вся ваша жизнь становятся безобразны и болезненны. Вы уже нездоровы.

Если ж он стреляет на золотой приз, то он слепнет а мишень двоит­ся в его глазах -- он уже безумен.

Ступайте на рынок и взгляните на людей, гонящихся за золотом. Они слепы. Золото ослепляет людей, как ничто другое, золото совершенно лишает зрения. Когда вы слишком озабочены успехом, слишком озабочены результатом, слишком амбициозны, слишком честолюбивы, когда вы че­ресчур беспокоитесь о золотой медали, тогда вы слепнете и мишень на­чинает двоиться в ваших глазах. Вы настолько опьянены, что у вас во­обще все начинает двоиться.

Насреддин как-то раз беседовал, сидя в баре со своим сыном. "Всегда помни о том, что надо вовремя остановиться, -- поучал он. -- Спиртное -- это хорошо, но нужно знать меру. Это я говорю тебе из своего собственного опыта. Посмотри вон в тот угол -- когда эти чет­веро за вот тем столиком начнут выглядеть, как восемь, пора остано­виться".

"Но пап, я там вижу только двоих", -- признался сын.

Когда ум пьян, в глазах начинает двоиться. А золото делает вас бессознательным, пьяным. Теперь есть две мишени, и вы так спешите попасть в них, что нервничаете, внутренне дрожите.

Именно об этом и говорит Чжуан Цзы:... он уже безумен.

Каждый -- безумен. Безумны не только сумасшедшие, вы тоже безум­ны. Разница лишь в количестве, но не в качестве, еще немного -- и в любой момент вы можете преступить черту безумия. Это как если бы вы были девяносто девять градусов. Сто градусов, -- и вы кипите, вы пе­ресекаете границу кипения. Разница между теми, кто в сумасшедших до­мах, и теми, кто снаружи, только лишь количественная, не качествен­ная. Все -- безумны, потому что каждый гонится за результатами, преследует цели, имеет намерения. Каждому нужно чего-то достигнуть. Отсюда рождается нервозность, внутренняя дрожь, и тогда вы уже не можете быть внутренне неподвижны, не можете успокоиться, не можете достигнуться внутренней тишины, безмолвия. А когда вы неспокойны внутри, мишень превращается в две, а то и в четыре или восемь -- а тогда уже невозможно стать стрелком.

Совершенный стрелок -- это всегда стрелок развлекающийся. Совер­шенный человек проживает жизнь как развлечение, как игру. Взгля­ните на жизнь Кришны. Было бы прекрасно, если бы Чжуан Цзы

знал о нем. Жизнь Кришны -- это развлечение. Будда, Махавира, Иисус так или иначе выглядят немного серьезными, как если бы чего-то нужно было достигнуть -- мокши, нирваны, избавления от желаний. Но Кришна абсолютно лишен намерений, бесцелен: великий флейтист живет просто ради забавы, ради удовольствия, танцуя с девушками и наслаждаясь, распевая. Ему не нужно никуда идти. Все есть здесь, так зачем беспо­коиться о результатах? Все доступно прямо сейчас, так почему же этим не наслаждаться?

И если развлечение -- это признак совершенного человека, то Криш­на -- совершенен. В Индии мы никогда не называли жизнь Кришны чарит­рой(charitra), его качеством, мы называли ее лилой(lila) Криш­ны, его игрой. Это не качество, это не намерение; она абсолютно ли­шена намерений, она бесцельна.

Это подобно игpе маленького ребенка. Вы не можете его спросить: "Что ты делаешь?" Вы не можете спросить: "В чем смысл этого?" Он приятно проводит время, просто играя с бабочками. Чего он достигнет, прыгая на солнце? Куда его приведут эти его действия? Да никуда! А он никуда и не собирается. Мы называем это ребячеством и мы думаем о себе, что мы зрелы, но, уж поверьте мне, если вы действительно зре­лы, то вы снова уподабливаетесь ребенку. И тогда жизнь ваша снова превращается в забаву, в развлечение. Вы будете ею наслаждаться, каждым ее мгновением, вы будете несерьезны. Громкий смех зазвенит по всей вашей жизни. В ней будет более всего танца и меньше всего -- бизнеса; она будет больше всего похожа на пение, мурлыканье под нос в ванной, и менее всего -- на вычисления в офисе. Она не будет мате­матикой, она будет просто наслаждением.

Мастерство его осталось прежним, но приз раздваивает, разделяет его. Он озабочен призом. Он думает больше о победе, чем о выстре­ле -- и потребность побеждать истощает его силы.

Если вы чувствуете себя слабым, таким бессильным, беспомощным, то причина этого -- в вас. Никто другой не истощает ваши силы. У вас неисчерпаемые источники сил, эти источники никогда не пересыхают, но вы выглядите таким иссушенным, как будто вот-вот упадете, израсходо­вав последнюю каплю энергии.

На что же уходит вся ваша энергия? Вы породили внутри себя конф­ликт, хотя мастерство ваше и неизменно.

Мастерство его осталось прежним, но приз раздваивает, разделяет его. Он озабочен призом.

Давайте я расскажу вам историю. Это случилось в одной деревне: бедный мальчик, сын нищего, был молод и полон сил. Он был так молод и настолько силен, что, когда королевский слон проходил через дерев­ню, он просто хватал слона за хвост -- и тот не мог двинуться с мес­та!
1   ...   10   11   12   13   14   15   16   17   ...   26



Похожие:

Беседы по высказываниям Чжуан Цзы iconДокументы
1. /Неслучайные беседы/1-БУДЬ ВЕРЕН ДО СМЕРТИ.doc
2. /Неслучайные...

Беседы по высказываниям Чжуан Цзы iconБеседы о режиссуре
Беседы о режиссуре. М.: Институт повышения квалификации работников телевидения и радиовещания
Беседы по высказываниям Чжуан Цзы iconКонтрольная работа по теме «Логика»
Составьте ложные высказывания, применив импликацию к высказываниям «В городе прекрасная погода» и «Самолеты будут летать»
Беседы по высказываниям Чжуан Цзы iconВ. А. Рязанцев беседы о трезвости
Беседы о трезвости / Сост. В. А. Рязанцев. — К.: Вища шк. Головное изд-во, 1987. — 144 с
Беседы по высказываниям Чжуан Цзы iconДокументы
1. /Лао Цзы - Дао дэ Цзин.doc
Беседы по высказываниям Чжуан Цзы iconОткрытый урок по английскому языку «some glimpses of moscow»
В зависимости от уровня класса и поставленных задач учитель выбирает соответствующие звуки и рифмовки, чтобы подготовить класс к...
Беседы по высказываниям Чжуан Цзы iconДокументы
1. /Лао-Цзы - Дао дэ дзин.txt
Беседы по высказываниям Чжуан Цзы iconДокументы
1. /Лао-Цзы -ОСHОВЫ ДАО И ДЭ.txt
Беседы по высказываниям Чжуан Цзы iconДокументы
1. /Чжан Чжень-Цзы - Практика дзэн.doc
Беседы по высказываниям Чжуан Цзы iconИз цикла «Философские беседы» Практическая философия москва  2011 Из цикла «Философские беседы»
Цикл задуман автором как своеобразная библиотечка философской литературы по широкому кругу проблем. Он рассчитан на читателя, которому...
Беседы по высказываниям Чжуан Цзы iconДокументы
1. /Беседы с Богом 2.doc
2. /Беседы с Богом...

Разместите кнопку на своём сайте:
Документы


База данных защищена авторским правом ©podelise.ru 2000-2014
При копировании материала обязательно указание активной ссылки открытой для индексации.
обратиться к администрации
Документы