Cour européenne des droits de l’homme icon

Cour européenne des droits de l’homme



НазваниеCour européenne des droits de l’homme
страница2/3
Дата конвертации15.09.2012
Размер381.99 Kb.
ТипДокументы
1   2   3

^ EXPOSÉ DE LA OU DES VIOLATION(S) DE LA CONVENTION ET / OU DES PROTOCOLES ALLÉGUÉE(S), AINSI QUE DES ARGUMENTS À L’APPUI

STATEMENT OF ALLEGED VIOLATION(S) OF THE CONVENTION AND / OR PROTOCOLS AND OF RELEVANT ARGUMENTS

ИЗЛОЖЕНИЕ ИМЕВШЕГО(ИХ) МЕСТО, ПО МНЕНИЮ ЗАЯВИТЕЛЯ, НАРУШЕНИЯ(ИЙ) КОНВЕНЦИИ И/ИЛИ ПРОТОКОЛОВ К НЕЙ И ПОДТВЕРЖДАЮЩИХ АРГУМЕНТОВ


(Voir chapitre III de la note explicative)

(See Part III of the Explanatory Note)

(См. Раздел Ш Инструкции)






Заявитель считает, что в отношении него со стороны Российской Федерацией были нарушены права, гарантированные статьей 10, пунктом 1 статьи 6 и 13 Конвенции о защите прав человека и основных свобод.


^ 1. Согласно статье 10 Конвенции о защите прав человека и основных свобод:

«1. Каждый имеет право свободно выражать свое мнение. Это право включает свободу придерживаться своего мнения и свободу получать и распространять информацию и идеи без какого-либо вмешательства со стороны публичных властей и независимо от государственных границ. Настоящая статья не препятствует государствам осуществлять лицензирование радиовещательных, телевизионных или кинематографических предприятий.

2. Осуществление этих свобод, налагающее обязанности и ответственность, может быть сопряжено с определенными формальностями, условиями, ограничениями или санкциями, которые предусмотрены законом и необходимы в демократическом обществе в интересах национальной безопасности, территориальной целостности или общественного порядка, в целях предотвращения беспорядков или преступлений, для охраны здоровья и нравственности, защиты репутации или прав других лиц, предотвращения разглашения информации, полученной конфиденциально, или обеспечения авторитета и беспристрастности правосудия».


Публикуя статьи в сети Интернет, посвященные пыткам Зубайра Зубайраева, заявитель реализовала свое право на свободное выражение мнения; заявитель не только привлекала внимание общества и государства к трагической ситуации, сложившейся вокруг Зубайраева, но и поднимала и заостряла серьезную проблему применения пыток в уголовно-исполнительной системе России, которая неоднократно была установлена в многочисленных решениях Европейского Суда по правам человека. Существование этой проблемы не отрицают и власти Российской Федерации, в частности, Президент Медведев, инициировавший реформу уголовно-исполнительной системы.


Заявитель публиковала то, что сама слышала от родственников Зубайраева и других лиц, которые встречались и общались с ним, обличая данные сведения в определенную публицистическую форму.

В суде также не отрицалось, что Зубайраев испытывает серьезные проблемы со здоровьем, связанные, в частности, с физическими повреждениями его тела. Однако власти не признавали свою вину в этих повреждениях, считая, что он сам себе их нанес.

Вместе с тем, Европейским Судом по правам человека в своих решениях неоднократно было подчеркнуто, что государство ответственно за все случаи повреждения здоровья и смерти лиц, находящихся в заключении, т.к. у государства существует позитивная обязанность сохранять здоровье и жизнь таких лиц, вытекающая из статьей 2 и 3 Конвенции.

Европейским Судом по правам человека неоднократно подчеркивалась важность для демократического общества права, закрепленного в статье 10 Конвенции.

Как указывал Европейский Суд, статья 10 Конвенции защищает не только «информацию или идеи, которые принимаются благожелательно или расцениваются как безвредные или принимаются с безразличием, но и те, которые оскорбляют, шокируют или вызывают беспокойство со стороны государства или какой-либо части населения. Это - требования плюрализма, терпимости и широты взглядов, без которых не существует демократического общества» (решения Европейского суда: Хэндисайд против Соединённого Королевства, 1976; Лингенс против Австрии, 1986; Обершлик против Австрии, 1991).

С учетом этого, вполне допустимым Европейским Судом признаются: определенная степень преувеличения («некоторое преувеличение»); определенная степень гиперболизации; провокационность в подаче материала («провокационность мысли»); даже подстрекательство; жестко критические выражения; напористый язык; полемический язык; саркастические выражения, естественно выбрать отдельный случай иллюстрации более широкой проблемы; определенная избирательность в подаче материала.

Эта позиция Европейского Суда по правам человека должна учитываться при рассмотрении настоящего дела, поскольку прямо указывает на то, что даже нелицеприятные слова и оценки, которые могут показаться обидными истцу, порочащими, ущемляющими его свободы, все же имеют право на существование и могут быть опубликованы.

В своих решениях Европейский Суд по правам человека неоднократно определял роль прессы в демократическом обществе.

Так, в решении по делу «Санди Таймс против Соединенного Королевства» он указал: «Хотя пресса и не должна преступать границы, установленные в том числе для «защиты репутации других лиц», тем не менее, на нее возложена миссия по распространению информации и идей по политическим вопросам, а также по другим проблемам, представляющим общественный интерес. Если на прессе лежит задача распространять такую информацию и идеи, то общественность, со своей стороны, имеет право получать их» (п. 65).

Как указывал также Европейский Суд по правам человека, общественность имеет право получать от прессы любую информацию, представляющую общественный интерес: «Суд подчеркнул, что пресса играет важнейшую роль в демократическом обществе. … долг (прессы) состоит в том, чтобы сообщать любым способом, который согласуется с ее обязанностями и ответственностью, - информацию и идеи по всем вопросам, представляющим общественный интерес...» (решение по делу «Де Хаэс и Гийселс против Бельгии», п. 37).

Поднятая в публикациях заявителя тема несомненно представляет общественный интерес и является общественно значимой. Не секрет, что условия содержания подозреваемых, осужденных, заключенных в России давно являются краеугольным камнем уголовно-исполнительной системы и вызывают множество вопросов и нареканий как со стороны самих заключенных, так и со стороны общественности, прежде всего, в лице прессы и общественных организаций.

Кроме того, нельзя забывать и о том, что Европейским Судом по правам человека было вынесено несколько решений по фактам пыток в Волгоградских колониях, тюрьмах, СИЗО и т.п., в том числе решения по делам «Полонский против России» и «Сударков против России». Два дела, которые в настоящее время рассматриваются в Европейском Суде – «Шувалов против России» и «Ананьин против России» также касаются фактов бесчеловечного обращения, избиения, пыток в Волгоградских колониях, тюрьмах и иных мест заключения.


В своих решениях Европейский Суд каждый раз, в зависимости от индивидуальной ситуации, являющейся предметом спора, ищет ответы на следующие вопросы:

- Предусмотрено ли законом вмешательство государства в осуществление права на свободу выражения мнения;

- Какую цель преследовало государство таким вмешательством и является ли такая цель законной (правомерной);

- Необходимо ли такое вмешательство государства в демократическом обществе;

- Являются ли распространенные сведения утверждением о факте или оценочным суждением;

- Соразмерно ли вмешательство государства тяжести наказания, примененного в отношении распространителя сведений;

- Имеются ли заслуживающие внимания особые обстоятельства для освобождения распространителя сведений от ответственности;

- Действовал ли распространитель сведений добросовестно и соблюдено ли распространителем простое обязательство по проверке своих утверждений.

При этом Суд отмечает, что ст. 10 Конвенции оставляет совсем мало места для ограничений, вводимых государством на свободу слова по политическим вопросам, или на дебаты по вопросам, представляющим общественный интерес.

Соответственно, по мнению Суда ст. 10 Конвенции гарантирует: адекватную защиту законом репутации отдельных лиц; охрану сугубо личной жизни; уважение частной жизни; свободу распространения информации или идей, которые оскорбляют, шокируют или будоражат общество; журналистскую свободу в выборе формы преподнесения информации; право на опубликование ответа как важный элемент свободы выражения мнения; охрану конкурирующих интересов.

При ответе на первый вопрос (предусмотрено ли законом вмешательство государства в свободу выражения мнений), следует указать на то, что российской законодательство предусматривает различные формы и способы защиты граждан и организаций, в отношении которых распространены сведения. В частности, привлечение к уголовной ответственности за клевету и оскорбление (ст. ст. 129, 130 Уголовного кодекса Российской Федерации); привлечение к гражданско-правовой ответственности (ст. 152 Гражданского кодекса Российской Федерации, закрепляющая следующие способы защиты чести, достоинства и деловой репутации:

Однако в решении по делу «Романенко против России» Европейский Суд по правам человека призвал российские власти реформировать законодательство о диффамации, в частности, ввести однозначный запрет для органов публичной власти на подачу исков в гражданском судопроизводстве в целях защиты их «репутации» - (не лишающий права публичных должностных лиц подавать иски от собственного лица).

Такое требование обусловлено, по мнению Европейского Суда, тем, что законодательство в данной области не должно предоставлять какую-либо специальную защиту чиновникам от критики в их адрес. Как отмечал Европейский Суд, возможность подачи исков против СМИ и журналистов публичными властями должна быть исключена, так как последние не могут обладать достоинством, честью или репутацией. В интересах общества публичные власти должны быть открыты для свободной публичной критики. Если бы публичные власти входили в круг «других лиц», защиту репутации и прав которых обеспечивают положения ст. 10 § 2 Конвенции, это создавало бы для журналистов постоянную угрозу притеснения посредством судебных тяжб и подрывало бы способность средств массовой информации осуществлять функции «сторожевого пса» в отношении органов публичной администрации.

При этом Европейским Судом постоянно подчеркивается, что пресса и журналисты играют особую роль и выполняют специфические задачи в «демократическом обществе». С целью подчеркнуть особую роль СМИ и журналистов Судом используются различные сравнения, такие как: «наблюдатель общества»; «публичный контролер»; «наблюдающий контролер»; «общественный сторож»; «сторожевой пес». Более конкретно роль прессы и журналистов определяется Судом как: информирование граждан о нежелательных явлениях в обществе и привлечение внимания к этим явлениям, как только соответствующая информация попадает в их руки; охрана правопорядка; критика публичной власти (в том числе и по вопросам внешней политики). Задачей прессы и журналистов в «демократическом обществе» является: распространение информации и идей по всем вопросам, вызывающим общественный интерес; вклад в обсуждение вопросов, представляющих общественный интерес; участие в публичных дискуссиях по вопросам, вызывающим обоснованную озабоченность общества; привлечение внимания граждан к явным или предполагаемым злоупотреблениям публичной властью; выявление попыток вмешательства в судебное разбирательство или оказания влияния на исход разбирательства внесудебными мерами.

Несмотря на данные правовые позиции Европейского Суда, а также то, что содержащееся в российском гражданском законодательстве понятие «деловая репутация» по своей правовой природе может быть отнесено только к коммерческим организациям (истец же является государственным учреждением – фактически подразделением органа государственной власти – Федеральной службы исполнения наказаний), с учетом сложившейся правоприменительной практики, следует сделать вывод, что в данном случае вмешательство государства в право на свободное выражение мнения предусмотрено законом.

При ответе на второй вопрос (цель вмешательства и правомерность цели), следует сделать вывод о том, что целью вмешательства является защита репутации граждан и юридических лиц. По-видимому, данная цель в общем является правомерной.

При ответе на вопрос, необходимо ли такое вмешательство государства в демократическом обществе, с учетом вышеприведенных правовых позиций Европейского Суда о праве публичных властей подавать иски о защите чести, достоинства и деловой репутации и роли журналистов в демократическом обществе, следует сделать вывод, что такое вмешательство не является необходимым в демократическом обществе; фактически создает ситуацию запрета критики деятельности публичных властей, в данном случае – в области функционирования уголовно-исполнительной системы.

При ответе на вопрос, являются ли распространенные сведения утверждением о факте или оценочным суждением, следует сделать вывод, что публикации Маглеванной Е.И. представляют собой смесь утверждений о фактах и оценочных суждений. Суды не стали разбираться, где в этих статьях утверждения о фактах, а где оценочные суждения (мнения), признавая огромные куски из этих статей, содержащие даже вполне «нейтральный» материал, не соответствующими действительности и порочащими деловую репутацию лечебно-исправительного учреждения.

С учетом изложенного, представляется очевидным, что ответы на оставшиеся вопросы будут являться излишними.


2. ^ Пункт 1 статьи 6 Конвенции о защите прав человека и основных свобод предусматривает право каждого в случае спора о его гражданских правах и обязанностях или при предъявлении ему любого уголовного обвинения на справедливое и публичное разбирательство дела в разумный срок независимым и беспристрастным судом, созданным на основании закона.

Данное дело представляет собой «спор о гражданских правах и обязанностях», поэтому к нему применим пункт 1 статьи 6 Конвенции.


2.1. Отказ суда в допросе свидетелей, в том числе, «ключевого» свидетеля Зубайра Зубайраева, в отношении которого были применены пытки, ставшие предметом оспариваемых публикаций Маглеванной Е.И.


Как неоднократно отмечал Европейский Суд по правам человека, одним из аспектов требования справедливости судебного разбирательства является принцип состязательности и равноправия сторон в судебном процессе.

Состязательность и равноправие сторон должны проявляться во всех аспектах судебного разбирательства, в том числе, при собирании и представления в суд доказательств.

Отказ суда первой инстанции в допросе ключевых свидетелей, заявленных стороной ответчика, и основного из них – Зубайра Зубайраева только на том основании, что Гражданский процессуальный кодекс РФ не предусматривает конвоирование в суд по гражданским делам свидетелей, не может означать соблюдение судом требования состязательности и равноправия сторон.

Сам аргумент суда о невозможности доставки в суд Зубайра Зубайраева, в связи с тем, что ГПК РФ это не предусматривает, не выдерживает критики даже с точки зрения российского законодательства. Так, согласно статье 12 ГПК РФ «1. Правосудие по гражданским делам осуществляется на основе состязательности и равноправия сторон.

2. Суд, сохраняя независимость, объективность и беспристрастность, осуществляет руководство процессом, разъясняет лицам, участвующим в деле, их права и обязанности, предупреждает о последствиях совершения или несовершения процессуальных действий, оказывает лицам, участвующим в деле, содействие в реализации их прав, создает условия для всестороннего и полного исследования доказательств, установления фактических обстоятельств и правильного применения законодательства при рассмотрении и разрешении гражданских дел».

Маглеванная Е.И. как ответчик имеет процессуальные права лиц, участвующих в деле, предусмотренные статьями 35, 39 ГПК РФ. В частности, она имеет право заявлять ходатайства, в том числе, об истребовании доказательств, задавать вопросы свидетелям.

Однако суд лишил ее возможности реализовывать принадлежащие ей процессуальные права, т.к. не выполнил свою обязанность «оказывать лицам, участвующим в деле, содействие в реализации их прав», закрепленную в части 2 статьи 12 ГПК РФ.

В данном конкретном случае суд обязан был оказать содействие стороне ответчика в реализации ее процессуальных прав посредством выдачи требования о конвоировании Зубайра Зубайраева в зал судебного заседания.

При этом ссылка суда на то, что в ГПК РФ прямо не предусмотрено такое действие суда не может быть признана состоятельной, т.к. ГПК РФ как кодифицированный акт, содержащий абстрактные по своей природе нормы, не может учитывать все возникающие в практике ситуации. Он содержит общую обязанность суда оказывать лицам, участвующим в деле, содействие в реализации их прав, а под нее подпадают тысячи различных правоприменительных ситуаций, в том числе, ситуация, при которой возникает необходимость конвоирования в суд свидетеля.

Между тем, вопреки нормам ГПК РФ, судебная практика по данному вопросу в Российской Федерации складывается однозначным образом, а именно, суды отказывают в удовлетворении ходатайств о конвоировании в судебные процессы по гражданским делам не только свидетелей, но и истцов и ответчиков, в том случае, если они находятся под стражей, мотивируя это тем, что ГПК РФ не предусматривает такое действие суда как требование о конвоировании лица в суд, где рассматривается гражданское дело.


2.2. Игнорирование судами аргументов истца, основанных на стандартах статьи 10 Конвенции.


Согласно обязательству Высоких Договаривающихся Сторон, закрепленному в статье 1 Конвенции, Высокие Договаривающиеся Стороны обеспечивают каждому, находящемуся под их юрисдикцией права и свободы, определенные в разделе 1 настоящей Конвенции. В нарушение данного обязательства Кировский районный суд г. Волгограда в решении от 03.03.2005 г. и Волгоградский областной суд не дали оценки доводам истца, основанных на статьи 10 Конвенции.

Суды первой и кассационной инстанции допустили данное нарушение, несмотря на то, что истец, его представители неоднократно ссылались на аргументы, основанные на статье 10 Конвенции и основанной на ней прецедентной практике Европейского Суда, в отзыве на исковое заявление, в судебных заседаниях суда первой и кассационной инстанций и в кассационной жалобе.


Отказом судов рассматривать доводы истца о нарушении права на свободное выражение мнения, была нарушена норма части 1 статьи 6 Европейской конвенции. Положение части 1 статьи 6 Конвенции было истолковано в практике Европейской комиссии по правам человека и Европейского суда по правам человека, обязательной для судов России. Неоднократно Европейский суд по правам человека постановлял, что для соблюдения требований «справедливого» судебного разбирательства национальные суды обязаны «определить с достаточной четкостью основания, на которых они выносят свои решения» (гарантия мотивированного решения) (см. Hadjianastassiou v. Greece, judgment of 16 December 1992, Series A no. 252, para 33; Van de Hurk v. the Netherlands, judgment of 19 April 1994, Series A no. 288 at para 61; Hiro Balani v. Spain, judgment of 09 December 1994, Series A no. 303-B, at para 28: Ruiz Torija v. Spain, judgment of 9 December 1994, Series A no. 303-A, at para 30.). Если сторона процесса основывала свои доводы на положениях Конвенции, у суда появляется обязанность «проводить соответствующее исследование представленных доводов, аргументов и доказательств» (Kraska v. Switzerland, judgment of 19 April 1993, Series A no. 254-B). В связи с этим действия судов первой и кассационной инстанций, отказавших оценивать представленные аргументы стороны, основанные на Конвенции, не соответствует требованиям «справедливого» судебного разбирательства, выраженных в части 1 статьи 6 Конвенции.


^ 3. Статья 13 Конвенции о защите прав человека и основных свобод гарантирует право каждого, чьи права и свободы, признанные в настоящей Конвенции, нарушены, на эффективное средство правовой защиты в государственном органе, даже если это нарушение было совершено лицами, действовавшими в официальном качестве.

Заявитель убежден, что ни российское законодательство, ни сложившаяся на его основе правоприменительная практика

- вопреки правовой позиции Европейского Суда по правам человека, высказанной в решении по делу «Романенко против России» и других, не запрещает публичным властям, в том числе, государственным учреждениям, выполняющим публично-властные функции (в частности, функцию по исполнению уголовного наказания в виде лишения свободы) обращаться в суды с исками о защите чести, достоинства, деловой репутации к журналистам, пишущим на злободневные темы, подымающим исключительно важные для российского общества проблемы, в частности, проблемы грубейшего нарушения прав на жизнь, на свободу от пыток, другого жестокого или унижающего достоинства обращения, в отношении лиц, пребывающих в данных учреждениях;

- не исключает возможности отказа в допросе заявленных стороной ключевых свидетелей по гражданским делам, находящихся в местах принудительного содержания, только на том основании, что действующее законодательство не предусматривает возможности их конвоирования в суд, при том, что сама сторона в силу очевидных объективных причин не в состоянии самостоятельно обеспечить явку в суд данного свидетеля.

Учитывая данные обстоятельства, заявитель считает, что судебная защита его прав от необоснованно предъявленных исковых требований не отвечала конвенционным критериям эффективного средства правовой защиты.


  1. EXPOSÉ^ RELATIF AUX PRESCRIPTIONS DE L’ARTICLE 35 § 1 DE LA CONVENTION

STATEMENT RELATIVE TO ARTICLE 35 § 1 OF THE CONVENTION

ЗАЯВЛЕНИЕ В СООТВЕТСТВИИ СО СТАТЬЕЙ 35§ 1 КОНВЕНЦИИ


(Voir chapitre IV de la note explicative. Donner pour chaque grief, et au besoin sur une feuille séparée, les renseignements demandés sous les points 16 à 18 ci-après)

(See Part IV of the Explanatory Note. If necessary, give the details mentioned below under points 16 to 18 on a separate sheet for each separate complaint)

(См. Раздел IV Инструкции. Если необходимо, укажите сведения, упомянутые в пунктах 16-18 на отдельном листе бумаги)



  1. Décision interne définitive (date et nature de la décision, organe – judiciaire ou autre – l’ayant rendue)

^ Final decision (date, court or authority and nature of decision)

Окончательное внутреннее решение (дата и характер решения, орган - судебный или иной - его вынесший)


Кассационное определение Волгоградского областного суда от 14 августа 2009 г., которым Решение Кировского районного суда от 13 мая 2009 г. было оставлено без изменения, а кассационная жалоба представителя Маглеванной Е.И. – Шаклеина В.А. – без удовлетворения



  1. Autres décisions (énumérées dans l’ordre chronologique en indiquant, pour chaque décision, sa date, sa nature et l’organe – judiciaire ou autre – l’ayant rendue)

^ Other decisions (list in chronological order, giving date, court or authority and nature of decision for each of them)

Другие решения (список в хронологическом порядке, даты этих решений, орган - судебный или иной - его принявший)


Решение Кировского районного суда от 13 мая 2009 г. о частичном удовлетворении исковых требований ФБУ ЛИУ-15 к Маглеванной Елене Ильиничне.



  1. Disposez-vous d’un recours que vous n'avez pas exercé? Si oui, lequel et pour quel motif n’a-t-il pas été exercé?

^ Is there or was there any other appeal or other remedy available to you which you have not used? If so, explain why you have not used it.

Располаете ли Вы каким-либо средством защиты, к которому Вы не прибегли? Если да, то объясните, почему оно не было Вами использовано?


В силу прецедентного права Европейского Суда по правам человека, иными эффективными средствами защиты заявитель не располагает. Надзорная инстанция, к помощи которой прибег заявитель путем подачи надзорной жалобы в Президиум Волгоградского областного суда (ответ на которую заявителем до сих пор не получен), не является эффективным средством защиты.

1   2   3



Похожие:

Cour européenne des droits de l’homme iconCour Europeenne des Droits de l'Homme Conseil de l'Europe
Важно: Данная жалоба является юридическим документом и может повлиять на Ваши права и обязанности
Cour européenne des droits de l’homme iconVersion russe cour européenne des droits de l’homme
Заявитель, Петрова Ольга Семеновна, являясь частным нотариусом, в 2004 г удостоверила завещание Карелова И. А., по которому принадлежащая...
Cour européenne des droits de l’homme iconCour européenne des droits de l’homme
Интернет eburgnews ru, информирующим об актуальных темах общественной и политической жизни Екатеринбурга и Свердловской области....
Cour européenne des droits de l’homme iconMes impressions du congrès européen «L’intervention française à Prague»
«La capitale de la République tchèque est envahie par des professeurs de français venus de tous les côtés de l’Europe», «Prague parle...
Cour européenne des droits de l’homme iconL`information sur les activités du Centre de la langue et de la culture française á Narian-Mar (2006-2007)
«Total» Jean-Pierre Dolla, ensuite – des des livres, des films, des bonbons. Les Français continuent de nous envoyer les côles avec...
Cour européenne des droits de l’homme iconIfalpes c’est une école qui s’appelle Institut Français des Alpes et elle propose des cours de langues à des étudiants étrangers

Cour européenne des droits de l’homme iconAssociation les passeurs de mots
Nous inscrivons nos interventions dans la politique des Associations des professeurs de français, des Alliances françaises, ccf et...
Cour européenne des droits de l’homme iconДо 10. 00 часов 25 декабря 2008 года по электронным адресам: solomaha@des kubannet ru, sveta@des kubannet ru, mtv@des kubannet ru
Департамент образования и науки информирует о том, что в январе 2009 года планируется проведение краевого совещания руководителей...
Cour européenne des droits de l’homme iconAssociation Les passeurs de Mots La parole intérieure L’Association «les Passeurs de Mots»
Nous inscrivons nos interventions dans la politique des Associations des professeurs de français, des l’Alliances françaises, ccf...
Cour européenne des droits de l’homme iconПодделка и ошибка в Нострадамусе: Ответ Жаку Альбронну
Он подтверждает: “… разум n’acceptons первенство que des éditions des Столетия aient pu exister du живущий de mdn.” Но фактически...
Разместите кнопку на своём сайте:
Документы


База данных защищена авторским правом ©podelise.ru 2000-2014
При копировании материала обязательно указание активной ссылки открытой для индексации.
обратиться к администрации
Документы

Разработка сайта — Веб студия Адаманов