Сцена первая в садовых дверях стоит столяр энгстран. Левая нога у него несколько сведена; подошва сапога подбита толстой деревянной плашкой. Регина, с пустой лейкой в руках, заступает ему дорогу. Регина icon

Сцена первая в садовых дверях стоит столяр энгстран. Левая нога у него несколько сведена; подошва сапога подбита толстой деревянной плашкой. Регина, с пустой лейкой в руках, заступает ему дорогу. Регина



НазваниеСцена первая в садовых дверях стоит столяр энгстран. Левая нога у него несколько сведена; подошва сапога подбита толстой деревянной плашкой. Регина, с пустой лейкой в руках, заступает ему дорогу. Регина
страница1/6
Дата конвертации27.10.2012
Размер0.66 Mb.
ТипДокументы
  1   2   3   4   5   6

Г.Ибсен

ПРИВИДЕНИЯ

Семейная драма в 3-х действиях



 

Действие первое

Просторная комната, выходящая в сад; в левой стене одна дверь, в правой – две. Посреди комнаты круглый стол, обставленный стульями; на столик книги, журналы и газеты. На переднем плане окно, а возле него диванчик и дамский рабочий столик. В глубине комната переходит в стеклянную оранжерею, несколько поуже самой комнаты. В правой стене оранжереи дверь в сад. Сквозь стеклянные стены виден мрачный прибрежный ландшафт, затянутый сеткой мелкого дождя.

 

^ Сцена первая

 

В садовых дверях стоит столяр ЭНГСТРАН. Левая нога у него несколько сведена; подошва сапога подбита толстой деревянной плашкой. РЕГИНА, с пустой лейкой в руках, заступает ему дорогу.

 

^ РЕГИНА (приглушенным голосом). Чего тебе надо? Стой, где стоишь. С тебя и так течет.

ЭНГСТРАН. Бог дождичка послал, дочка.

РЕГИНА. Черт послал, вот кто!

ЭНГСТРАН. Господи Иисусе, что ты говоришь, Регина! (Делает, ковыляя, несколько шагов вперед.) А я вот чего хотел сказать…

^ РЕГИНА. Да не топочи ты так! Молодой барин спит наверху.

ЭНГСТРАН. Лежит и спит? Среди бела дня?

РЕГИНА. Это уж тебя не касается.

ЭНГСТРАН. Вчера вечерком я кутнул…

РЕГИНА. Нетрудно поверить.

ЭНГСТРАН. Слабость наша человеческая, дочка…

^ РЕГИНА. Еще бы!

ЭНГСТРАН. А на сем свете есть множество искушений, видишь ли ты!.. Но я все-таки встал сегодня, как перед богом, в половине шестого – и за работу.

^ РЕГИНА. Ладно, ладно. Проваливай только поскорее. Не хочу я тут с тобой стоять, как на рандеву.

ЭНГСТРАН. Чего не хочешь?

РЕГИНА. Не хочу, чтобы кто-нибудь застал тебя здесь. Ну, ступай, ступай своей дорогой.

ЭНГСТРАН (еще придвигаясь к ней). Ну нет, так я и ушел, не потолковавши с тобой! После обеда, видишь ли, я кончаю работу здесь внизу, в школе, и ночью марш домой, в город, на пароходе.

^ РЕГИНА (сквозь зубы).
Доброго пути!

ЭНГСТРАН. Спасибо, дочка! Завтра здесь будут святить приют, так уж тут, видимо, без хмельного не обойдется. Так пусть же никто не говорит про Якоба Энгстрана, что он падок на соблазны!

^ РЕГИНА. Э!

ЭНГСТРАН. Да, потому что завтра сюда черт знает сколько важных господ понаедет. И пастора Мандерса дожидают из города.

РЕГИНА. Он еще сегодня приедет.

ЭНГСТРАН. Вот видишь. Так я и не хочу, черт подери, чтобы он мог сказать про меня что-нибудь этакое, понимаешь?

^ РЕГИНА. Так вот оно что!

ЭНГСТРАН. Чего?

РЕГИНА (глядя на него в упор). Что же это такое, на чем ты опять собираешься поддеть пастора Мандерса?

ЭНГСТРАН. Тсс… тсс.… Иль ты спятила? Чтобы я собирался поддеть пастора Мандерса? Для этого Мандерс уж слишком добр ко мне. Так вот, значит, ночью махну назад домой. Об этом я и пришел с тобой потолковать.

^ РЕГИНА. По мне, чем скорее уедешь, тем лучше.

ЭНГСТРАН. Да, только я и тебя хочу взять домой, Регина.

РЕГИНА (открыв рот от изумления). Меня? Что ты говоришь?

ЭНГСТРАН. Хочу взять тебя домой, говорю.

РЕГИНА. Ну, уж этому не бывать!

ЭНГСТРАН. А вот поглядим.

РЕГИНА. Да, и будь уверен, что поглядим. Я выросла у камергерши.… Почти как родная здесь в доме.… И чтобы я поехала с тобой? В такой дом? Тьфу!

ЭНГСТРАН. Черт подери! Так ты супротив отца идешь, девчонка?

^ РЕГИНА (бормочет, не глядя на него). Ты сколько раз сам говорил, какая я тебе дочь.

ЭНГСТРАН. Э! Охота тебе помнить…

РЕГИНА. И сколько раз ты ругал меня, обзывал… Fi donc!

ЭНГСТРАН. Ну нет, таких скверных слов, я, ей-ей, никогда не говорил!

^ РЕГИНА. Ну я-то знаю, какие слова ты говорил!

ЭНГСТРАН. Ну да ведь это я только, когда… того, выпивши бывал… гм! Ох, много на сем свете искушений, Регина!

^ РЕГИНА. У!

ЭНГСТРАН. И еще, когда мать твоя, бывало, раскуражится. Надо ж было чем-нибудь донять ее, дочка. Уж больно она нос задирала. (Передразнивая.) «Пусти, Энгстран! Отстань! Я целых три года прослужила у камергера Алвинга в Русенволле». (Посмеиваясь.) Помилуй бог, забыть не могла, что капитана произвели в камергеры, пока она тут служила.

РЕГИНА. Бедная мать.… Вогнал ты ее в гроб.

ЭНГСТРАН (раскачиваясь). Само собой, во всем я виноват!

^ РЕГИНА (отворачиваясь, вполголоса). У!.. И еще эта нога!..

ЭНГСТРАН. Чего ты говоришь, дочка?

РЕГИНА. Pied de mouton!

ЭНГСТРАН. Это что ж, по-англицки?

РЕГИНА. Да.

ЭНГСТРАН. Н-да, обучить тебя здесь всему обучили; вот теперь это и сможет пригодиться, Регина.

^ РЕГИНА (немного помолчав). А на что я тебе понадобилась в городе?

ЭНГСТРАН. Спрашиваешь отца, на что ему понадобилось единственное его детище? Разве я не одинокий сирота-вдовец?

^ РЕГИНА. Ах, оставь ты эту болтовню! На что я тебе там?

ЭНГСТРАН. Да вот, видишь, думаю я затеять одно новое дельце.

РЕГИНА (презрительно фыркая). Ты уж сколько раз затевал, и все никуда не годилось.

ЭНГСТРАН. А вот теперь увидишь, Регина! Черт меня возьми!

^ РЕГИНА (топая ногой). Не смей чертыхаться!

ЭНГСТРАН. Тсс… тсс!.. Это ты совершенно правильно, дочка, правильно. Так вот я чего хотел сказать: на этой работе в новом приюте я таки колотил деньжонок.

^ РЕГИНА. Сколотил? Ну и радуйся!

ЭНГСТРАН. Потому куда ж ты их тут истратишь, деньги-то, в глуши?

РЕГИНА. Ну, дальше?

ЭНГСТРАН. Так вот я и задумал оборудовать на эти денежки доходное дельце. Завести этак вроде трактира для моряков…

^ РЕГИНА. Тьфу!

ЭНГСТРАН. Шикарное заведение, понимаешь! Не какой-нибудь свиной закуток для матросов, нет, черт побери! Для капитанов да штурманов и… настоящих господ, понимаешь!

^ РЕГИНА. И я бы там…

ЭНГСТРАН. Пособляла бы, да. Так только, для видимости, понимаешь. Никакой черной работы, черт побери, на тебя, дочка, не навалят! Заживешь так, как хочешь.

^ РЕГИНА. Еще бы!

ЭНГСТРАН. А без женщины в этаком деле никак нельзя; это ясно, как божий день. Вечерком ведь надо же повеселить гостей немножко.… Ну, там музыка, танцы и прочее. Не забудь – моряки народ бывалый. Поплавали по житейскому морю… (Подходя к ней еще ближе.) Так не будь же дурой, не становись сама себе поперек дороги, Регина! Чего из тебя тут выйдет! Кой прок, что барыня тратилась на твою ученость? Слыхал я, тебя тут прочат ходить за мелюзгой в новом приюте. Да разве это по тебе? Больно ли тебя тянет стараться да убиваться ради каких-то шелудивых ребятишек!

РЕГИНА. Нет, если бы вышло по-моему, то.… Ну да, может, и выйдет. Может, и выйдет?

ЭНГСТРАН. Чего такое выйдет?

РЕГИНА. Не твоя забота.… А много ль денег ты сколотил?

ЭНГСТРАН. Так, крон семьсот-восемьсот наберется.

^ РЕГИНА. Недурно.

ЭНГСТРАН. Для начала хватит, дочка!

РЕГИНА. А ты не думаешь уделить мне из них немножко?

ЭНГСТРАН. Нет, вот уж, право слово, не думаю!

РЕГИНА. Не думаешь прислать мне разок хоть материал на платьишко?

ЭНГСТРАН. Перебирайся со мной в город, тогда и платьев у тебя будет вдоволь.

^ РЕГИНА. Захотела бы, так и одна перебралась бы.

ЭНГСТРАН. Нет, под охраной отцовской путеводной руки вернее будет, Регина. Теперь мне как раз подвертывается славненький такой домик на Малой Гаванской улице. И наличных немного потребуется; устроили бы там этакий приют для моряков.

^ РЕГИНА. Да не хочу я жить у тебя. Нечего мне у тебя делать. Проваливай!

ЭНГСТРАН. Да не засиделась бы ты у меня, черт подери! В том-то вся и штука. Кабы только сумела повести свою линию. Такая красотка, какой ты стала за эти два года…

^ РЕГИНА. Ну?..

ЭНГСТРАН. Немного времени бы прошло, как, глядишь, подцепила бы какого-нибудь штурмана, а не то и капитана…

РЕГИНА. Не пойду я за такого. У моряков нет никакого savoir vivre.

ЭНГСТРАН. Чего никакого?

РЕГИНА. Знаю я моряков, говорю. За таких выходить не стоит.

ЭНГСТРАН. Так и не выходи за них. И без того можно выгоду соблюсти. (^ Понижая голос, конфиденциально.) Тот англичанин… что на своей яхте приезжал, он целых триста специй-далеров отвалили.… А она не красивее тебя была!

РЕГИНА. Пошел вон!

ЭНГСТРАН (пятясь). Ну-ну, уж не хочешь ли ты драться?

РЕГИНА. Да! Если ты еще затронешь мать, прямо ударю! Пошел, говорят тебе! (^ Оттесняет его к дверям в сад.) Да не хлопни дверью! Молодой барин…

ЭНГСТРАН. Спит, знаю. Чертовски ты хлопочешь около молодого барина! (Понижая голос.) Хо-хо!.. Уж не дошло ли дело…

^ РЕГИНА. Вон, сию минуту! Ты рехнулся, болтун!.. Да не туда. Там пастор идет. По черной лестнице!

ЭНГСТРАН (идя направо). Ладно, ладно. А ты вот поговори-ка с ним. Он тебе скажет, как дети должны обращаться с отцом.… Потому что я все-таки отец тебе. По церковным книгам докажу. (Уходит в другую дверь, которую Регина ему отворяет и тотчас затворяет за ним.)

^ Сцена вторая

Регина быстро оглядывает себя в зеркало, обмахивается платком и поправляет на шее галстучек. Затем начинает возиться около цветов. В дверь из сада входит на балкон ПАСТОР МАНДЕРС в пальто и с зонтиком, через плечо дорожная сумка.

^ ПАСТОР МАНДЕРС. Здравствуйте, йомфру Энгстран!

РЕГИНА (оборачиваясь, с радостным изумлением). Ах, здравствуйте, господин пастор! Разве пароход уже пришел?

^ ПАСТОР МАНДЕРС. Только что.

РЕГИНА. Позвольте, я помогу.… Вот так. Ай, какое мокрое! Пойду повешу в передней. И зонтик… Я его раскрою, чтобы просох. (Уходит с вещами в другую дверь направо.)

ПАСТОР МАНДЕРС снимает дорожную сумку и кладет ее и шляпу на стул. РЕГИНА возвращается.

^ ПАСТОР МАНДЕРС. А хорошо все-таки попасть под крышу.… Скажите – я слышал на пристани, будто Освальд приехал?

РЕГИНА. Как же, третьего дня. А мы его ждали только сегодня.

ПАСТОР МАНДЕРС. В добром здравии, надеюсь?

РЕГИНА. Да, благодарю вас, ничего. Теперь он, должно быть, вздремнул немножко, так что, пожалуй, нам надо разговаривать чуточку потише.

^ ПАСТОР МАНДЕРС. Ну-ну, будем потише.

РЕГИНА (придвигая к столу кресло). Садитесь же, пожалуйста, господин пастор, устраивайтесь поудобнее. (Он садится, она подставляет ему под ноги скамеечку.) Ну вот, удобно так господину пастору?

ПАСТОР МАНДЕРС. Благодарю, благодарю, отлично!

^ РЕГИНА. Не сказать ли барыне?..

ПАСТОР МАНДЕРС. Нет, благодарю, дело не к спеху, дитя мое. Ну, скажите же мне, моя милая Регина, как поживает здесь ваш отец?

^ РЕГИНА. Благодарю, господин пастор, ничего себе.

ПАСТОР МАНДЕРС. Он заходил ко мне, когда был последний раз в городе.

РЕГИНА. Да? Он всегда так рад, когда ему удается поговорить с господином пастором.

ПАСТОР МАНДЕРС. И вы, конечно, усердно навещаете его тут?

РЕГИНА. Я? Да, навещаю, когда есть время…

^ ПАСТОР МАНДЕРС. Ваш отец, йомфру Энгстран, не очень-то сильная личность. Он весьма нуждается в нравственной поддержке.

РЕГИНА. Да, да, пожалуй, что так.

ПАСТОР МАНДЕРС. Ему нужно иметь кого-нибудь подле себя, кого бы он любил и чьим мнением дорожил бы. Он мне сам чистосердечно признался в этом, когда был у меня в последний раз.

РЕГИНА. Да он и мне говорил что-то в этом роде. Но я не знаю, пожелает ли фру Алвинг расстаться со мной… Особенно теперь, когда предстоят хлопоты с этим новым приютом. Да и мне бы ужасно не хотелось расставаться с нею, потому что она всегда была так добра ко мне.

^ ПАСТОР МАНДЕРС. Однако дочерний долг, дитя мое.… Но, разумеется, надо сначала заручиться согласием вашей госпожи.

РЕГИНА. К тому же я не знаю, подходящее ли дело для девушки в моем возрасте – быть хозяйкой в доме одинокого мужчины?

ПАСТОР МАНДЕРС. Как? Милая моя, ведь здесь же речь идет о вашем собственном отце!

РЕГИНА. Да если и так… и все-таки.… Нет, вот если бы попасть в хороший дом, к настоящему, порядочному человеку…

ПАСТОР МАНДЕРС. Но, дорогая Регина…

РЕГИНА. … которого я могла бы любить, уважать и быть ему вместо дочери…

^ ПАСТОР МАНДЕРС. Но, милое мое дитя…

РЕГИНА. … тогда бы я с радостью переехала в город. Здесь ужасно тоскливо, одиноко… а господин пастор ведь знает сам, каково живется одинокому. И смею сказать, я и расторопна и усердна в работе. Не знает ли господин пастор для меня подходящего местечка?

^ ПАСТОР МАНДЕРС. Я? Нет, право, не знаю.

РЕГИНА. Ах, дорогой господин пастор… Я попрошу вас все-таки иметь в виду на случай, если бы…

ПАСТОР МАНДЕРС (встает). Хорошо, хорошо, йомфру Энгстран.

РЕГИНА. … потому что мне…

ПАСТОР МАНДЕРС. Не будете ли вы так добры попросить сюда фру Алвинг?

^ РЕГИНА. Она сейчас придет, господин пастор!

ПАСТОР МАНДЕРС (идет налево и, дойдя до веранды, останавливается, заложив руки за спину и глядя в сад. Затем опять идет к столу, берет одну из книг, смотрит на заглавие, недоумевает и пересматривает другие). Гм! Так вот как!

^ Сцена третья.

ФРУ АЛВИНГ входит из дверей налево. За нею РЕГИНА, которая сейчас же проходит через комнату в первую дверь направо.

ФРУ АЛВИНГ (протягивая руку пастору). Добро пожаловать, господин пастор!

^ ПАСТОР МАНДЕРС. Здравствуйте, фру Алвинг! Вот и я, как обещал.

ФРУ АЛВИНГ. Вы всегда так аккуратны. Но где же ваш чемодан?

ПАСТОР МАНДЕРС (поспешно). Я оставил свои вещи у агента. Я там и ночую.

^ ФРУ АЛВИНГ (подавляя улыбку). И на этот раз не можете решиться переночевать у меня?

ПАСТОР МАНДЕРС. Нет, нет, фру Алвинг. Очень вам благодарен, но я уж переночую там, как всегда. Оно и удобнее – ближе к пристани.

^ ФРУ АЛВИНГ. Ну, как хотите. А вообще, мне кажется, что такие пожилые люди, как мы с вами…

ПАСТОР МАНДЕРС. Боже, как вы шутите! Ну да понятно, что вы так веселы сегодня. Во-первых, завтрашнее торжество, а во-вторых, вы все-таки залучили домой Освальда!

^ ФРУ АЛВИНГ. Да, подумайте, такое счастье! Ведь больше двух лет он не был дома. А теперь обещает провести со мной всю зиму. Вот забавно будет посмотреть, узнаете ли вы его. Он потом сойдет сюда, сейчас лежит там наверху, отдыхает на диване.… Однако присаживайтесь же, пожалуйста, дорогой пастор.

^ ПАСТОР МАНДЕРС. Благодарю вас. Значит, вам угодно сейчас же?..

ФРУ АЛВИНГ. Да, да. (Садится к столу.)

ПАСТОР МАНДЕРС. Хорошо. Так вот.… Перейдем теперь к нашим делам. (Открывает папку и вынимает оттуда бумаги.) Вот видите?..

ФРУ АЛВИНГ. Документы?..

^ ПАСТОР МАНДЕРС. Все. И в полном порядке. (Перелистывает бумаги.) Вот скрепленный акт о пожертвовании вами усадьбы. Вот акт об учреждении фонда и утвержденный устав нового приюта. Видите? (Читает.) «Устав детского приюта в память капитана Алвинга».

ФРУ АЛВИНГ (долго смотрит на бумагу). Так вот, наконец!

ПАСТОР МАНДЕРС. Я выбрал звание капитан, а не камергера. Капитан как-то скромнее.

^ ФРУ АЛВИНГ. Да, да, как вам кажется лучше.

ПАСТОР МАНДЕРС. А вот книжка сберегательной кассы на вклад, проценты с которого пойдут на покрытие расходов по содержанию приюта…

^ ФРУ АЛВИНГ. Благодарю. Но будьте добры оставить ее у себя, - так удобнее.

ПАСТОР МАНДЕРС. Очень хорошо. Ставка, конечно, не особенно заманчива – всего четыре процента. Но если потом представится случай ссудить деньги под хорошую закладную, - тогда мы с вами поговорим пообстоятельнее.

^ ФРУ АЛВИНГ. Да, да, дорогой пастор Мандерс, вы все это лучше понимаете.

ПАСТОР МАНДЕРС. Я, во всяком случае, буду приискивать. Но есть еще одно, о чем я много раз собирался спросить вас.

^ ФРУ АЛВИНГ. О чем же это?

ПАСТОР МАНДЕРС. Страховать нам приютские строения или нет?

ФРУ АЛВИНГ. Разумеется, страховать.

ПАСТОР МАНДЕРС. Погодите, погодите. Давайте обсудим дело хорошенько.

^ ФРУ АЛВИНГ. Я все страхую – и строения, и движимое имущество, и хлеб, и живой инвентарь.

ПАСТОР МАНДЕРС. Правильно. Это все ваше личное достояние. И я так же поступаю. Самой собой. Но тут, видите ли, дело другое. Приют ведь имеет такую высокую, святую цель…

^ ФРУ АЛВИНГ. Ну, а если все-таки…

ПАСТОР МАНДЕРС. Что касается лично меня, я, собственно, не нахожу ничего предосудительного в том, чтобы мы обеспечили себя от всяких случайностей…

^ ФРУ АЛВИНГ. И мне это, право, кажется тоже.

ПАСТОР МАНДЕРС. …но как отнесется к этому здешний народ? Вы его лучше знаете, чем я.

ФРУ АЛВИНГ. Гм… здешний народ…

ПАСТОР МАНДЕРС. Не найдется ли здесь значительного числа людей солидных, вполне солидных, с весом, которые бы сочли это предосудительным?

^ ФРУ АЛВИНГ. Что вы, собственно, подразумеваете под людьми вполне солидными, с весом?

ПАСТОР МАНДЕРС. Ну, я имею в виду людей настолько независимых и влиятельных по своему положению, что с их мнением нельзя не считаться.

^ ФРУ АЛВИНГ. Да, таких здесь найдется несколько, которые, пожалуй, сочтут предосудительным, если…

ПАСТОР МАНДЕРС. Вот видите! В городе же у нас таких много. Вспомните только всех приверженцев моего собрата. На такой шаг с нашей стороны легко могут взглянуть, как на неверие, отсутствие у нас упования на высший промысел…

^ ФРУ АЛВИНГ. Но вы-то со своей стороны, дорогой господин пастор, знаете же, что…

ПАСТОР МАНДЕРС. Да я-то знаю, знаю. Вполне убежден, что так следует. Но мы все-таки не сможем никому помешать толковать наши побуждения вкривь и вкось. А подобные толки могут повредить самому делу…

^ ФРУ АЛВИНГ. Да, если так, то…

ПАСТОР МАНДЕРС. Я не могу также не принять во внимание затруднительное положение, в которое я могу попасть. В руководящих кругах города очень интересуются приютом. Он отчасти предназначен служить и нуждам города, что, надо надеяться, в немалой степени облегчит общине задачу призрения бедных. Но так как я был вашим советчиком и ведал всей деловой стороной предприятия, то и должен теперь опасаться, что ревнители церкви прежде всего обрушаться на меня…

^ ФРУ АЛВИНГ. Да, вам не следует подвергать себя этому.

ПАСТОР МАНДЕРС. Не говоря уже о нападках, которые, без сомнения, посыплются на меня в известных газетах и журналах, которые…

^ ФРУ АЛВИНГ. Довольно, дорогой пастор Мандерс. Одно это соображение решает дело.

ПАСТОР МАНДЕРС. Значит, вы не хотите страховать?

ФРУ АЛВИНГ. Нет. Откажемся от этого.

^ ПАСТОР МАНДЕРС (откидываясь на спинку стула). А если все-таки случится несчастье? Ведь как знать? Вы возместите убытки?

ФРУ АЛВИНГ. Нет, прямо говорю, я этого не беру на себя.

ПАСТОР МАНДЕРС. Так знаете, фру Алвинг, в таком случае мы берем на себя такую ответственность, которая заставляет призадуматься.

^ ФРУ АЛВИНГ. Ну а разве, по-вашему, мы можем поступить иначе?

ПАСТОР МАНДЕРС. Нет, в том-то и дело, что нет. Нам не приходится давать повод судить о нас вкривь и вкось и мы отнюдь не вправе вызывать ропот прихожан.

^ ФРУ АЛВИНГ. Во всяком случае, вам, как пастору, этого нельзя делать.

ПАСТОР МАНДЕРС. И мне кажется тоже, мы вправе уповать, что такому учреждению посчастливится, что оно будет под особым покровительством.

^ ФРУ АЛВИНГ. Будем уповать, пастор Мандерс.

ПАСТОР МАНДЕРС. Значит, оставим так?

ФРУ АЛВИНГ. Да, без сомнения.

ПАСТОР МАНДЕРС. Хорошо. Будь по-вашему. (Записывает.) Итак, не страховать.

ФРУ АЛВИНГ. Странно, однако, что вы заговорили об этом как раз сегодня…

^ ПАСТОР МАНДЕРС. Я много раз собирался спросить вас насчет этого.

ФРУ АЛВИНГ. Как раз вчера у нас чуть-чуть не произошло там пожара.

ПАСТОР МАНДЕРС. Что такое?

ФРУ АЛВИНГ. В сущности, ничего особенного. Загорелись стружки в столярной.

^ ПАСТОР МАНДЕРС. Где работает Энгстран?

ФРУ АЛВИНГ. Да. Говорят, он очень неосторожен со спичками.
  1   2   3   4   5   6



Похожие:

Сцена первая в садовых дверях стоит столяр энгстран. Левая нога у него несколько сведена; подошва сапога подбита толстой деревянной плашкой. Регина, с пустой лейкой в руках, заступает ему дорогу. Регина iconДжон Голсуорси Без перчаток
У него подагра, и потому его левая нога укутана. Он сухощав, ему лет пятьдесят пять, у него аристократическое, довольно добродушное,...
Сцена первая в садовых дверях стоит столяр энгстран. Левая нога у него несколько сведена; подошва сапога подбита толстой деревянной плашкой. Регина, с пустой лейкой в руках, заступает ему дорогу. Регина iconПервенство района по настольному теннису в рамках школьной спортивной лиги
Цвых Валерия (6 кл.), Елисеева Валентина (7 кл.), Прутовых Игорь (7 кл.), Мисюк Тимофей (8 кл.), Смык Регина (6 кл.)
Сцена первая в садовых дверях стоит столяр энгстран. Левая нога у него несколько сведена; подошва сапога подбита толстой деревянной плашкой. Регина, с пустой лейкой в руках, заступает ему дорогу. Регина iconДом голубых листьев пьеса Джона Гуэйра Перевод с английского Сергея Волынца действующие лица
Сцена в баре “Эльдорадо”. Свет в зале еще не погас, и зрители продолжают занимать места. На сцену выходит арти шонесси, кланяется...
Сцена первая в садовых дверях стоит столяр энгстран. Левая нога у него несколько сведена; подошва сапога подбита толстой деревянной плашкой. Регина, с пустой лейкой в руках, заступает ему дорогу. Регина iconЗаноза (Пер. Ирины Кудесовой) Действующие лица: Элизабет. Люсьен. Иван. Сцена 1
Убогая гостиничная комната. По стенам всюду развешаны фотографии. На диване полулежит Элизабет. Она читает журнал «Cinemonde». Входит...
Сцена первая в садовых дверях стоит столяр энгстран. Левая нога у него несколько сведена; подошва сапога подбита толстой деревянной плашкой. Регина, с пустой лейкой в руках, заступает ему дорогу. Регина iconКерен Климовски Вы заслоняете мне океан
Слева и справа от Статуи – скамейки. Левая освещена. На ней сидит Нелли Дрим, одетая в мужской костюм и галстук. Вxодит Феликс Дрим....
Сцена первая в садовых дверях стоит столяр энгстран. Левая нога у него несколько сведена; подошва сапога подбита толстой деревянной плашкой. Регина, с пустой лейкой в руках, заступает ему дорогу. Регина iconКак правильно собрать ребенка в школу знает не каждый взрослый, вот несколько полезных советов
Пустой ранец не должен быть тяжелым: детям можно носить груз, не превышающий 10% собственного веса, таким образом, пустой ранец должен...
Сцена первая в садовых дверях стоит столяр энгстран. Левая нога у него несколько сведена; подошва сапога подбита толстой деревянной плашкой. Регина, с пустой лейкой в руках, заступает ему дорогу. Регина iconДжон Голсуорси Правосудие
Действие третье. Тюрьма. Декабрь. Сцена Канцелярия начальника тюрьмы. Сцена Коридор. Сцена Камера
Сцена первая в садовых дверях стоит столяр энгстран. Левая нога у него несколько сведена; подошва сапога подбита толстой деревянной плашкой. Регина, с пустой лейкой в руках, заступает ему дорогу. Регина iconВрата адовы
Ему все царства мира и славу их, и говорит Ему: все это дам Тебе, если, пав, поклонишься мне. Тогда Иисус говорит ему: отойди от...
Сцена первая в садовых дверях стоит столяр энгстран. Левая нога у него несколько сведена; подошва сапога подбита толстой деревянной плашкой. Регина, с пустой лейкой в руках, заступает ему дорогу. Регина iconАвтор: Дыхание
Ничто у Него внутри. Он хрупок, слаб и вот-вот умрет, но для Него не существует Времени и Пространства – это лишь детские игрушки...
Сцена первая в садовых дверях стоит столяр энгстран. Левая нога у него несколько сведена; подошва сапога подбита толстой деревянной плашкой. Регина, с пустой лейкой в руках, заступает ему дорогу. Регина iconПервая картина первая. Юность. Август 1937 года
Ведерников Александр Николаевич в начале действия ему 23 года, с виду он ничем не примечателен
Разместите кнопку на своём сайте:
Документы


База данных защищена авторским правом ©podelise.ru 2000-2014
При копировании материала обязательно указание активной ссылки открытой для индексации.
обратиться к администрации
Документы

Разработка сайта — Веб студия Адаманов