Сергей могилевцев золотой век, или безумие свистоплясова icon

Сергей могилевцев золотой век, или безумие свистоплясова



НазваниеСергей могилевцев золотой век, или безумие свистоплясова
страница5/5
Дата конвертации30.10.2012
Размер0.73 Mb.
ТипДокументы
1   2   3   4   5

Кордильеров (он крайне смущен, стараясь не смотреть в глаза Свистоплясову, го­ворит в сторону). Шел по коридору, и решил загля­нуть, не нужно ли чего-нибудь в ваш газетный от­дел? там, ножниц, к примеру, прикупить, или скре­пок побольше заготовить для газетных статей; сей­час ведь все пишут, кому не лень, а людям порядоч­ным потом приходится все это читать; или, допустим, оклад повысить вашим сотрудникам?

Продуктовый (недовольным голосом). Все пишут, пишут, а ты потом это дерьмо ножницами вырезай!

Нерусский (очень недовольным голосом). А скре­пок в отделе совсем не осталось! Сами, небось, на бумерах на работу катаетесь, а добрым людям скрепок купить жалеете!

Фридляйн (крайне недовольным голосом). А зарпла­та у нас совсем мизерна! сами, небось, ворочают миллионами, а тут за мизер сходи с ума да пухни от информации!

Кордильеров (растерянно, по-прежнему не смот­ря в глаза никому). Да, да, конечно, насчет скре­пок мы позаботимся, и оклад повысим, если понадо­бится... (После паузы, еще более растерянно и сму­щенно.) Я ведь что хотел сказать вам, Аполлинарий Иванович, - у нас тут все с утра ждут Золотого Ве­ка, и совсем поэтому не работают; я, конечно, по­нимаю, что вера в грядущее должна быть у каждого, и степень мздоимства у нас на Руси достигла немыс­лимого разврата, но как же, помилуйте, совсем обой­тись без чиновника? да и без министра, признаюсь, тоже никак немыслимо обойтись... (Пауза.) Как ино­гда подумаешь, как посмотришь вокруг - везде одни министры по улицам ездят; прямо так и не видно ни­чего из-за министров вокруг; миллион одних только министров так и снуют по улицам из конца в конец, так и мельтешат под ногами! а вы хотите избавиться от миллиона! но как, каким способом, ума не прило­жу, и представить себе решительно не могу! разве что утопить их разом в каком-нибудь озере, или отправить всех на Луну... (Пауза.) А ведь без это­го Золотой Век никак не построишь!.. (Обхватывает руками голову, с болезненной улыбкой смотрит на Свистоплясова и выходит за дверь.)


^ Входит Наташа.


Наташа (весело). Привет, Аполлончик! Тут за дверью собралась огромная очередь: все говорят, что ты послал президенту Проект, а тот к вечеру объявит своим Указом Золотой Век без чиновников и чиновни­чества! ты и вчера об этом мне говорил, но я поду­мала, что ты просто шутишь; закидываешь удочки в омут к неопытной девушке; а получается, что все это правда; (восхищенно) какой ты у меня, Апол­лон, гениальный! все так перепуганы, и особенно па­па, но, по-моему, все это чистой воды помешательство и комедия! не такой дурак президент, чтобы с бухты-барахты подписывать неизвестно что, и неизвестно зачем!

Продуктовый (не поднимая глаз от стола).
Ус­тами младенца глаголет истина!

Нерусский (в тон ему). Что есть истина, госпо­да, вот в чем вопрос!?

Фридляйн (так же). Истина, господа, есть любовь двух чистых сердец!

Свистоплясов (падает перед Наташей на колени). Наташа! любовь моя! я так счастлив! я просто без ума от блаженства! (Протягивает к ней руки.)

Наташа (весело). Хорошо, хорошо, Аполлончик, но помни про наш уговор: я выйду за тебя лишь в том случае, если ты станешь министром Блестящих Возможностей! одна­ко, думаю, у Хобота, Морского Котика и Не Бей Копытом шансы выше, чем у тебя; хотя (с сомнением оглядывается вокруг)... хотя кто знает! прощай пока, Аполлончик, пойду поищу маму и нашего Кордильерова, который разгуливают где-то по коридорам, займу у них денег на мороженое и конфеты! (Исчезает за две­рью, послав Свистоплясову воздушный поцелуй.)


^ В помещение входят строевым шагом Бабуинов, Заратустра и Дубельт.

Свистоплясов, весь потусторонний и воз­душный, окрыленный только что закончившимся свида­нием с Наташей, летает по комнате, и не за­мечает никого вокруг.

^ Продуктовый, Нерусский и Фридляйн с невинным видом работают ножницами, вы­резая что-то из газет, демонстрируя усердие и пол­ную непричастность к событиям.


Бабуинов (делая знаки подойти поближе 3аратустре и Дубельту, с испугом, гром­ким шепотом). Даже и не знаю, с чего начать; зуб на зуб не попадает от страха, точно встретился с самим главнокомандующим; нет, я не могу, говорите вы, Козьма Пантелеевич!

Заратустра (скороговоркой). Почему я, Зиновий Лаврентьевич, почему вечно Заратустра, да Заратус­тра? всегда Заратустру в пекло бросают! как возможности клянчить у иностранных держав, или объявлять народу новую светлую эру, так вечно меня вперед выстав­ляют! а почем я знаю, кем он будет в Золотом Веке у нас? может быть, как раз и будет новым главно­командующим! Проект ведь он написал! нет, я не мо­гу, пусть лучше скажет Савелий Игнатьевич.

Дубельт (испуганно). Да что вы, Козьма Пантелеевич, что вы, мне никак невозможно! что я ему ска­жу, пришельцу немыслимому? взятку, что ли, ему предложу? да он, возможно, сегодня к вечеру не то, что главнокомандующим всем Золотым Веком станет, а и вершителем всей нашей с вами судьбы! слышали, как он вчера распинался на баррикадах, - при Золо­том Веке-де, не будет ни чиновников, ни чиновничес­тва! а мы с вами в таком случае куда денемся, сме­кнули теперь? или в озере всех разом утопит, или на Луну оптом отправит, объявлять новую эру тамошним жителям; так, во всяком случае, и Афанасий Гаври­лович думает; нет, меня лучше увольте, у меня язык будто в грязи завяз!

Свистоплясов (он весь воздушен, и, летая по комнате, неожиданно натыкается на чиновников). А, это вы? (Б а б у и н о в у.) Вас, ка­жется, зовут Зиновием Лаврентьевичем?

Бабуинов (держа руки по швам). Так точно, ваше верховное главносвященство! Бабуинов я, а в минис­терстве служу с шестьдесят третьего года!

Свистоплясов (весело). Хорошо, Зиновий Лав­рентьевич, очень хорошо! (Обращаясь к 3аратустре.) А вы, кажется, Козьма Пантелеевич?

Заратустра (стоя навытяжку). Козьма Пантелевич, сударь, Козьма Пантелеевич! не велите казнить, су­дарь, велите миловать! дома детишек десять голодных ртов, все пищат, все каши требу­ет, и жена больная на каталке сидит! (Пожирает Свистоплясова глазами.)

Свистоплясов (блаженно). Жена, друг, это хо­рошо! жена, это знаешь, что? это... это... одним словом, друг, это очень хорошо, и можешь поэтому сейчас быть свободным! Дубельту.) А вас, если память не изменяет, величают Савелием Игнатьевичем?

Дубельт (от страха дрожит, и держит руки по швам, после паузы выпаливает). Дождались, батюшка, нако­нец-то! ни Бога отныне не будет, ни черта, а лишь одно золотое сияние с неба! и вы, батюшка, вы един­ственный, сидящий перед нами на золотом троне! (Па­дает на колени, и, подползая к Свистопля­сову, пытается целовать ему ноги.)

Свистоплясов (небрежно отмахиваясь). Все правильно, но, впрочем, этого довольно теперь! (Делает рукой нетерпеливый знак.) Можете идти, господа, вы мне пока не нужны!


^ В с я троица исчезает за дверью. В коридоре шум, отдельные выкрики: "Пустите, пус­тите меня, я первый пришел!", "Пропустите старого человека, он из глубинки приехал!", время от вре­мени кто-то из чиновников просовывает в комнату голову, и, секунду осмотревшись вокруг, тут же убирает ее. Одно время в двери торчит чья-то взлохмаченная голова с подвязанной щекой, подбитым глазом и опухшей нижней губой, но потом ее вытяги­вают в коридор, и она исчезает.

^ В комнату заходит Валентина Петровна.


Валентина Петровна (рассеянно глядя на Свистоплясова). А, это вы, Аполлинарий Иванович? а я, признаюсь, не застала вас сегодня с утра, вы так быстро проснулись и исчезли из дома!

Свистоплясов (он приятно удивлен визитом Валентины Петровны). Меня шофер вашего мужа растолкал ни свет, ни заря, и привез сюда, в министерство; я, собственно, попытался ему объяснить, что приглашен лично министром для лече­ния, и вообще приватных бесед, но этот хам заявил, что ему плевать на лечение и беседы; что он должен сначала завести хозяина в Кремль, потом в баню, по­том в министерство, а потом вас с Наташей катать по городу с утра и до вечера; так что на меня у него времени решительно не остается; делать было нечего, и пришлось уезжать, а сам бы я ни за что так рано от вас не ушел.

^ Валентина Петровна (кокетничает). Это почему же вы, Аполлинарий Иванович, так рано бы от меня не ушли?

Свистоплясов (забыв про Наташу). Да потому, Валентина Петровна, что такие женщины, как вы, не валяются на дороге, и достойны самого дру­жеского участия!

^ Валентина Петровна (поправляя прическу). А к примеру, Аполлинарий Иванович, какого участия достойны такие женщины, как я?

Свистоплясов (падая перед ней на колени). А такого, Валентина Петровна, что женщинам, подобным вам, делает предложение руки и сердца, и называет их цветущими розами! (Выпаливает.) Прошу вашей ру­ки, несравненная Валентина Петровна! (Обнимает ее за ноги, прижимается к ним головой.)

^ Валентина Петровна (она крайне смущена). Ах, я ведь замужем! Вы меня в краску вгоняете! (Задумчиво перебирает его волосы, с улыбкой глядя в пространство.)


^ Дверь открывается, и появляется Дубельт; в руках у него лист бумаги.

Валентина Петровна, пользуясь пау­зой, исчезает.


Дубельт (преданно глядя на Свистопля­сова). Испытывая высочайшие и верноподданические чувства, изложил все вчерне на бумаге, и счел своим долгом лично отдать в руки.

Свистоплясов (растерянно, крайне недовольный исчезновением Валентины Петровны). Что изложили, какая бумага?

Дубельт (подает ему бумагу, глядит в глаза, как собака). Донос; донос на всех здешних чиновников; на всю верхушку, включая Кордильерова, Бабуинова, и Заратустру; воруют, подлецы, воруют возможности без зазрения совести, и строят дачи на Рублевском шоссе; жен и любовниц за бесплатно на самолетах катают, и детей обучают за границей бесплатно; стабилизационные фонды гнобят в зарубежных банках, а иностранные инвестиции, мерзавцы, не распечатывая, зашивают в матрац; вы, ваше вели­чество, велите им матрацы вспороть, и тогда такое оттуда повытащите, что глазам своим верить откаже­тесь! рыба, ваше величество, гниет с головы! я, если хотите, и на всех остальных подробный реест­рик составлю!

Свистоплясов (так же растерянно, пряча до­нос в карман). Да, да, конечно, почему бы и нет? раз воруют, значит, надо составить!


Дубельт униженно кланяется, и исчезает. Появляется расхристанный анар­хист.


Анархист (хрипло). Это кто здесь за мировую ре­волюцию агитирует?

Продуктовый (не отрывая глаз от газеты, пока­зывая рукою на Свистоплясова). Вот он!

Анархист (подозрительно оглядывая Свисто­плясова). Ты, что ли? (Задумчиво, после пау­зы.) А, впрочем, похож, очень похож; такой же, как мы, расхлябанный и расхристанный; такой же отвязанный и оторванный! (Похлопывает Свистопля­сова по плечу.) А когда думаешь начинать?

Нерусский (тоже не поднимая головы). С минуты на минуту ждем экстренного сообщения.

Анархист (одобрительно). В смысле, выстрел главным калибром? это хорошо, что скоро начнется, а то наши уже все заждались; а когда будете почту брать и телеграф?

Фридляйн (в тон товарищам). А в Золотом Веке они уже не понадобятся; все мы узрим небо в алмазах, и будем летать на воздусях, как ангелы, не отсылая никому ни посылок, ни телеграмм, а раз­ве что одни воздушные поцелуи!

Анархист (одобрительно). Хорошо излагает, шельма, прямо как по-написанному! это мне подходит, я у тебя тут главный штаб оборудую! (Достает анархист­ское знамя, пытается прикрепить его на стене.) Пусть пока повисит, а я пойду товарищей позову! (Уходит.)


^ В помещение отдела газетных вырезок заходит про­фессор из глубинки; в руках у него циркуль и телескоп.


Профессор (мечтательно). Сорок лет я смотрел в трубу на черное небо, сидя в глухом дровяном сарае, терпя непонимание близких, злобу соседей, нужду и нищету, холод и зной; и все во имя великой мечты; меня одолевали паразиты и демоны, я годами не брил себе бороду, и в ней завелось множество насекомых; я наполовину ослеп и оглох, но мечта о далеких сказочных городах все же жила в моем сердце! за глухим дровяным сараем, из подручного и ненужного матери­ала, пожертвовав даже своим старым велосипедом, единственным моим средством передвижения, я соорудил летательный аппарат, и подготовил его к полетам в грядущее; я загрузил в него бесценные рукописи, за­пас сухарей и чистой воды; долго меня одолевали сом­нения - кого же возьму я в свои внеземные странст­вия? кто же из нынешних моих современников понесет прогресс и разум в галактику? и вот теперь моим сомнениям положен конец! (Простирает руки к Свистоплясову.) Ты, только ты, чудный и уди­вительный человек, займешь рядом со мной достойное место! (Измеряет циркулем голову у Свистоплясова.) Какой ум! какой интеллект! каков че­ловечище! Нет, я не вынесу, пойду, всплакну перед стартом, взгляну напоследок на милые сердцу родные пейзажи, приму сорок капель любимого успокоитель­ного! (Уходит, унося циркуль и телескоп.)

Свистоплясов (поправляя волосы). Нет, это уже слишком! Это, как говорит Продуктовый, импосибл! Это ни в какие ворота не лезет? до такого бы даже Фридляйн не додумался!

Фридляйн (не поднимая головы, загадочно). Есть многое на свете, друг Горацио, что и не снилось даже мудрецам!


^ Вбегают обиженная д а м а и восторженная патриотка.


Обиженная д а м а (возмущенно). Тре­бую справедливости! Требую справедливости! Нельзя всех пускать в Золотой Век, пускай некоторые и при прежнем веке останутся в дураках! лишь только тех, кого обидели и бессовестно обсчитали, можно пускать в новую эру! меня, например, ваш подлец Кордильеров, когда я к нему на прием записалась, пытался обманом принудить к сожительству и соблазнить, а когда я наотрез отказалась, он меня в психушку отправил! еле-еле вырвалась оттуда через полгода; у нас все, кто в Золотой Век поверили, скоро вырвутся к вам на свободу!

Свистоплясов (растерянно). Да, да, это пра­вильно, человек должен быть свободен, как птица! а принуждать к сожительству никому не позволено; вот я, например...

^ Восторженная патриотка (протягивая к Свистоплясову руки). Товарищ! мы все из народа! возьми меня, товарищ, прямо здесь и сейчас, на этих каменных плитах, политых кровью свободы и счастья! (Пытается расстегнуть на себе кофточку.)


Свистоплясов в испуге отскакивает на­зад, Продуктовый, Нерусский и Фридляйн с невинным видом зевают, обтачива­ют пилочками ногти, поправляют себе нарукавники, и вообще всячески демонстрируют полное неведение и непричастность к событиям.

За дверью шум, крики: "Приближается! Приближается!", "Грядет, господа, новый, Золотой Век человечества!", "Еще немного, и с неба станут падать алмазы!", "Фельдъегерь от президента! Фельдъегерь от пре­зидента!"

^ Дверь открывается, и в помещение вваливается мно­жество народа.

Толпа расступается, пропуская фельдъе­геря.

Сослуживцы Свистоплясова испуганно жмутся к стене.

Свистоплясов стоит посередине один.


Фельдъегерь (звонким молодцеватым голосом). Имею честь объявить присутствующим решение прези­дента: Золотой Век в России вводить преждевременно!


Слова фельдъегеря производят эффект, подобный взрыву шаровой молнии. Страшный вой не­доумения, негодования, досады и злобы, перемежаемый возгласами одобрения, вылетает вдруг из недр толпы, которая затем замирает, словно пораженная незримым заклятием.

Немая сцена, продолжается так долго, как это возможно.


Конец.


2007


e-mail: golubka-2003@ukr.net

1   2   3   4   5



Похожие:

Сергей могилевцев золотой век, или безумие свистоплясова iconСергей могилевцев голубка комедия
Саши. Кон­чается все застольем во дворе дачи на краю высокого обрыва, и неизбежной катастрофой, которая наконец-то прекращает всеобщее...
Сергей могилевцев золотой век, или безумие свистоплясова iconСергей могилевцев маленькие комедии «Маленькие комедии»
«Маленькие комедии» это 17 небольших пьес, среди которых есть одноактные, как, например, «Антракт» и «Отчет», пьесы абсурда, вроде...
Сергей могилевцев золотой век, или безумие свистоплясова iconНеделя Луиса Бунюэля золотой век реж. Луис Бунюэль сценарий

Сергей могилевцев золотой век, или безумие свистоплясова iconДокументы
1. /Золотой век.doc
Сергей могилевцев золотой век, или безумие свистоплясова iconСергей могилевцев
Гостиная в особняке Гамаюнова. По бокам несколько дверей, ведущих в разные помещения. Шка­фы и столы уставлены всевозможными лекарствами,...
Сергей могилевцев золотой век, или безумие свистоплясова iconСергей могилевцев Пепел
Сверху свешиваются длинные серебряные нити, шелестящие под напором невидимого ветра, похожие на новогодний дождь. Иногда они падают...
Сергей могилевцев золотой век, или безумие свистоплясова icon-
Организатор форума: Русское общественное движение «Возрождение. Золотой Век». Русское Агентство Новостей
Сергей могилевцев золотой век, или безумие свистоплясова iconСергей могилевцев глядя в окно комедия Если сравнивать с чем-то комедию абсурда «Глядя в окно»
В е р о н и к а (глядя в окно). Сегодня облака совершенно другие, и не похожи на те, что
Сергей могилевцев золотой век, или безумие свистоплясова iconДоклад по секции философия на тему: " Золотой Век"
Научный Рамананда Прийа дас (дважды инициированный преданный, член Международного Общества Сознания Кришны)
Сергей могилевцев золотой век, или безумие свистоплясова iconЗигмунд Фрейд
Это был бы золотой век, спрашивается только, достижимо ли подобное состояние. Похоже, скорее, что всякая культура вынуждена строиться...
Разместите кнопку на своём сайте:
Документы


База данных защищена авторским правом ©podelise.ru 2000-2014
При копировании материала обязательно указание активной ссылки открытой для индексации.
обратиться к администрации
Документы

Разработка сайта — Веб студия Адаманов