Православие и ислам на Святой Руси Содержание icon

Православие и ислам на Святой Руси Содержание



НазваниеПравославие и ислам на Святой Руси Содержание
страница3/12
Дата конвертации23.10.2012
Размер2.25 Mb.
ТипДокументы
1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   12

^ 3. Христианство и ислам о Триединстве Бога

Православие и ислам, при всём своём различии, подтверждают, что произошли из одного источника. Это даёт основание полагать, что между ними не должно быть принципиальных разногласий. Об этом, в частности, говорит профессор Абдуль-Ахад Даууд (Давид Бенджамин Кельдани), перешедший из католичества в ислам, в своей книге «Мухаммад в Библии». «Поскольку обе эти религии утверждают своё происхождение из одного и того же истока, между ними не должно бы существовать никаких принципиальных разногласий. Обе эти великие религии исповедуют существование единого Божества и веру в Завет, совершённый между Богом и пророком Авраамом. Эти два момента должны привести к вполне сознательному и окончательному соглашению между разумными приверженцами двух вер».58 Те разногласия, ко­торые всё-таки существуют, носят очевидный идеологический характер и могут быть устранены при наличии доброй воли с обеих сторон. Речь, однако, может идти не о ком­промиссе, который при любых обстоятельствах недостижим, а о совмест­ном исследовании Библии и Корана, а также Священной Истории, христианами и мусульманами. Невоз­можность компромисса подтверждает собственным примером профессор Даууд: будучи католическим священником, он считал, что во всём и все­гда правы христиане; став впоследствии мусульманским священнослужи­телем, он настаивает на безусловной правоте ислама.

Чтобы разрешить многовековой спор между христианством и исла­мом, необходим посредник, назначенный Богом. Таким посредником может быть только Православие. Пока Православие таким посредником не является, ибо время ещё не пришло. Мир, раздираемый многочисленными противоречиями вплоть до вооружённого противостояния, ещё не готов принять посредника от Бога. Утверждение: «Православие – тоже хри­стианство», по крайней мере страдает неточностью. Православие – един­ственное проявление истинного христианства, завещанного Иисусом Хри­стом и сохранившегося в чистом, незамутнённом виде. Именно поэтому оно не только способно, но и должно выполнять функцию посредника между исламом и «историческим христианством», а тем самым между Востоком и Западом. Мусульмане, крити­куя европейское христианство, полагают, что и Православие – всего лишь его частный случай. Нельзя отрицать, что некоторые свои единичные свойства русское Православие заимствовало из Европы, как и многие осо­бенности обыденной жизни и государственного устройства, но это – яв­ление наносное и временное, которое обязательно будет преодолено. И как только это произойдёт, русское Православие разрешит многие религи­озные противоречия и запутанности, в том числе и противоречия между христианством и исламом, которые кажутся неразрешимыми.

Начинаются разногласия между исламом и христианством с общего представления о Боге.
С точки зрения ислама, единый Бог, в которого верят иудеи, христиане и мусульмане, у христиан оказывается «расчленённым» на три лица-ипостаси: Бог Отец, Бог Сын и Бог Святой Дух. «Христиане же пришли к тому, что назвали единственного Творца «божественным Отцом», Его Слово – «божественным Сыном» и, поскольку Он вдохнул жизнь в Его тварей, Его же стали называть и «божественным Духом». При этом забывается, что логически Бог не может называться: ни «Отцом» – раньше творения Им мира, ни «Сыном» раньше, чем Он сказал «родившееся от Него» Слово, ни «Святым Духом», прежде чем Он дал жизнь, в которую направил этот Дух!».59

На самом деле учение христианства о триединстве Бога является безупречным с логической точки зрения, а нелогичной следует признать критику её профессором Дауудом. В христианстве утверждается, что человек есть единство тела, души и духа. Разумеется, у Бога не может быть трёх ипостасей в человеческом смысле. Христианство с этим полностью согласно. Нельзя, однако, забывать, что человек создан по образу и подобию Бога. Это сказано прежде всего о человеке как духе, который и создан по образу Бога как Духа, или Святого Духа. Поскольку Бог нематериален, Он существует именно как Святой Дух. Представляется, что подобное утверждение ни в коем случае не может быть кощунственным по отношению к Создателю, как это посчитал профессор Даууд. Среди мусульман существует убеждение, что понятия «материален или нематериален» по отношению к Богу неприменимо, поскольку это неустановимо в принципе. Но так ли это? Вспомним слова Иисуса Христа: «Бог есть дух, и поклоняющиеся Ему должны поклоняться в духе и истине».60 Бессмысленным является вопрос, мог ли Бог Сын (Слово Бога) существовать до того как Бог произнёс это Слово? Можно подумать, будто до сотворения мира Бог был немым. Вряд ли следует сомневаться, что у Бога могло быть желание разговаривать с Собой, что и люди часто делают. Если исходить из того, что Бог – первая и абсолютная реальность мира, существующая предвечно, то произнесённое Им Слово, вне зависимости от наполненности конкретным содержанием, – вторая реальность, столь же абсолютная и столь же предвечная. Бог один, но это не значит, что Он одинок. В порождённом им (а не сотворённом!) Слове Он имеет «младшего сотоварища», Сына и, наконец, Соработника. «И сказал Бог: сотворим человека по образу Нашему, по подобию Нашему...».61 Здесь Бог говорит о Себе во множественном числе, хотя в дальнейшем (всегда!) употребляет в подобных случаях форму единственного числа. Например: «Я – Господь, сказал и сделаю».62 В данном случае слово «сказал» означает обещание, которое Бог всегда выполняет. Когда же Бог говорит: «Мы сотворим», Он имеет в виду совместное с Сыном творение, поскольку Бог творит с помощью Своего Слова, или Своего Сына, что одно и то же. Именно в этом смысле следует понимать слова апостола Иоанна: «В начале было Слово, и Слово было у Бога, и Слово было Бог. Оно было в начале у Бога. Всё чрез Него начало быть, и без Него ничто не начало быть, что начало быть».63

Профессор Даууд утверждает, что «Бог христиан» есть «гегелевское ничто», которое сначала стало Отцом, сотворив мир, затем Сыном, воплощённым в Слове, и в последнюю очередь – Святым Духом, поскольку дал жизнь, в которую и направил этот Дух. Подобная трактовка не имеет ничего общего с подлинным христианством. Бог не «стал Отцом», сотворив мир и человека, а всегда был Отцом по отношению к Богу Сыну, т.е. к Самому Себе. С точки зрения ограниченного человеческого разума это кажется невероятным, однако нельзя мерить Бога человеческими мерками, как нельзя бесконечное мерить конечным. Впрочем, историческое христианство допускает ошибку, утверждая, что Триединство Бога человеческий разум понять не в состоянии. Тем самым христианство даёт повод к критике своих догматов, в том числе и со стороны ислама. Между тем Триединство Бога вполне объясняется с помощью обычной человеческой логики. Попытаемся показать это на конкретном примере. Начнём издалека, для чего приведём известную народную загадку: Шли по дороге мать с дочкой и мать с дочкой: сколько человек шли по дороге? Казалось бы, четыре: две матери и две дочери. Но в данном случае примитивная арифметика подводит. Шла мать с дочерью, которая сама была матерью, и с ней шла уже её дочь. Всего – три человека, которые можно рассматривать как три звена одной цепи, имя которой – семья, или род. Народ – это род во всём своём многообразии, состоящий из множества семей, мужчин и женщин. Мужчины заняты поддержанием условий, необходимых для жизнеобеспечения индивидуальных семей и всего рода. Но РОЖДают, т.е. заботятся о продолжении рода, именно женщины, что и нашло своё отражение в приведённой народной загадке. Каждая мать является чьей-то дочерью, и каждый отец – чьим-то сыном. Эта преемственность является залогом продолжения рода. Каждый человек является отцом или сыном в зависимости от того, как на него посмотреть. Кроме того, в каждом человеке живёт ДУХ РОДА. Для русского человека это – русский дух, о чём А.С.Пушкин знал уже в юности. «Там русский дух… там Русью пахнет!».64 Русский дух – понятие религиозное, являющееся синонимом священного понятия Святой Дух. Русский дух – это духовная связь с Богом всего народа, что и составляет основное содержание Святой Руси.

Бог один, и его бытие есть Святой Дух. Святой Дух, как Единственный Бог, вместе с тем является Отцом по отношению к порождённому им Слову, или Сыну, посредством Которого осуществляется сотворение мира. Подтверждение этого можно увидеть в Священном Писании, если читать внимательно. «И совершил Бог к седьмому дню дела Свои, которые Он делал, и почил в день седьмый от всех дел Своих, которые делал. И благословил Бог седьмый день, и освятил его, ибо в оный почил от всех дел Своих, которые делал».65 Почил от всех дел Своих означает в данном случае «отпустил созданный мир на свободу». Отпущенный на свободу мир не должен противостоять Богу. Связь мира и Бога была возложена на человека. «Почему Бог создал человека из земли, создал его материальным, телесным? Человек должен был включить в себя всё созданное до него земное творение и стал средоточием земли, как особого плана релятивного бытия. Но ещё до земного материального плана создал Бог небо, то есть небесный, нематериальный, бестелесный план релятивного бытия. Человек включил в себя и небесный план, он уподобился ангелу, стал членом интеллигибельного мира. Родство человека с ангелом выражается в его духовности. Человек обладает духом, аналогичным духу ангельскому. Оба они суть образцы тварного, релятивного духа, в отличие от нетварного, Абсолютного Духа Бога».66 Человек, в отличие от ангела, включает в себя оба плана бытия: земной и небесный. При этом небесный мир должен быть образцом для земного. Задача сохранения единства небесного мира с Богом «была возложена на Первого Ангела, Начальника и Главы всех небесных, бесплотных существ, на Эосфора, Люцифера, Денницу».67 Задача единства земного мира и мира небесного возлагалась на человека, принадлежащего, в отличие от ангела, к обоим мирам. «Задача первого человека – Адама была сложнее и разнообразнее задачи Первого Ангела-Эосфора, и это даёт основание выделить человека, как третьего члена Бытия, и с появлением человека Бытие становится триадичным, Бог, Мир и Человек».68 Бог, разумеется, знал, что Денница совратится сам и совратит человека, что трагическим образом скажется на общем состоянии мира. Поэтому созданный и отпущенный на свободу мир оставлять на произвол судьбы было нельзя. Возник парадокс: Бог должен был уйти из мира, ибо возжелал дать миру свободу, и Бог должен был остаться с миром, чтобы не допустить гибель мира от неумения пользоваться свободой. Уйдя, Бог остался, но остался не как Отец, постоянно заботящийся о сотворённом мире, а как Сын Божий, добровольно разделивший судьбу мира, как бы трагична она ни была по воле совращённых людей, предпочитающих жить не по законам Бога, а по «беззаконным законам» сатаны. Как Отец, Бог дал миру законы, которым весь мир и люди должны следовать. Как Сын, Бог подчинился этим законам, дав людям пример послушания.

Можно сказать и так: Бог Отец – Святой Дух в Своём неизменном бытии, Бог Сын – Святой Дух в процессе непрерывного творения. Процесс творения мира не кончается, потому что ущербный материальный мир приходится постоянно пересотворять. Бог создал мир совершенным. Однако падший ангел (сатана) и падший человек повергли не только себя, но и весь материальный мир в ущербное состояние, противоречащее Божественному замыслу. «В Мир и в человека внедрились чуждые, чужеродные… начала,… вошли порча, загрязнение, зараза и яд, вызвавшие тление, распад, разложение, болезнь и смерть. Религия учит о повреждении природы человека и природы вообще. В мировой процесс вошло зло падшего ангела и змея, вмешивается и человек со своим, теоретическим и практическим антропоцентризмом, и пути «владыки мира» – человека сходятся с путями «князя мира сего».69

Подлинная религия, данная Богом, включает человека в процесс пересотворения мира и пересотворения самого человека. Ради включения каждого человека в этот спасительный процесс Сын Божий становится Сыном Человеческим, соединяя в себе Божеское и человеческое, чтобы пересотворить мир не насилием, а изнутри, через обожженную волю человечества. «Одухотворение плоти и материи тела есть величайшее чудо христианской религии, не имеющее аналогии ни в какой другой религии. Другое чудо – одухотворение самой души. Христос соединил в самом Себе перстное и Божественный Дух и никакая сила не может уже расторгнуть эту связь. В этом залог спасения и духа и материи… от механической слепой бессмыслицы. Где Логос, там нет дурной бесконечности и мировой бессмыслицы. Чудо воплощения в том, что плоть становится зрячею… Прозревшая плоть спасается, но не возвращается в небытие мрака бессознательности. Подлинный религиозный смысл инволюции и эволюции духа и души – в этом, в узрении плотью своего спасения. Плоть удостаивается величайшей чести – быть живою скрижалью Духа Божия».70 «И узрит всякая плоть спасение Божие».71

Некорректным является словосочетание «Святой Дух Бога». Святой Дух – это и есть Бог, являющийся людям и как Отец, и как Сын. В христианстве нет ясности по этому вопросу. «Как римо-католические, так и православные богословы признают характерную безымянность Третьего Лица Пресвятой Троицы. Тогда как имена «Отец» и «Сын» указывают на очень точное ипостасное различение, они не могут быть ни взаимозаменяемы, ни относиться к общей природе этих двух ипостасей, – имя «Дух Святой» этой прерогативой не отличается… Следовательно, наименование «Дух Святой» как таковое можно было бы также относить не к личностному различению, а к общей природе Трёх. В этом смысле святой Фома Аквинский был прав, когда говорил, что у Третьего Лица Пресвятой Троицы нет собственного имени и что имя «Дух Святой» дано Ему согласно обычаю Священного Писания».72 Средневековой схоластикой веет от спора: исходит ли Святой Дух от Отца и Сына или только от Отца? Подобное «исхождение» предполагает субординацию, а тем самым не одного, а трёх Богов. Возникает проблема, которую христианство пока решить не может, объявляя её «непостижимой тайной». Например: «Взаимное отношение между Лицами Пресвятой Троицы состоит в том, что Бог Отец не рождается и не исходит от другого лица; Сын Божий предвечно рождается от Бога Отца; а Дух Святый предвечно исходит от Бога Отца. Все три Лица Пресвятой Троицы, по существу и свойствам, совершенно равны между собой. Как Бог Отец есть истинный Бог, так и Бог Сын есть истинный Бог, так и Бог Дух Святый есть истинный Бог, но все три Лица есть единое Божество – единый Бог. Как единый Бог есть в трёх Лицах, это тайна, непостижимая для нашего ума: но мы веруем по свидетельству Божественного Откровения».73

Мусульмане видят здесь клубок противоречий, который невозможно распутать, но можно только разрубить. Профессор Даууд отмечает: «Троичное» церковное христианство в течение 17 веков направляло ход мыслей своих святых и богословов на определение сущности Божественной Личности. И что же они изобрели? Афанасий Великий, Августин, Фома Аквинский в конечном итоге навязали христианам под страхом «вечного проклятия» веру в «бога», который является «третьим из трёх». В священном Коране Всевышний осуждает такие верования: Не веруют (и богохульствуют) такие, кто говорит: «Господь из трёх есть третий», тогда как нет иного божества, помимо Бога одного. И коль они не прекратят хулы речей, постигнет их мучительная кара, кто не уверовал (и хулит на Бога) (Коран 5: 73)».74 Сущность подлинно христианского Триединства Бога заключается вовсе не в том, что одно Лицо рождается от другого или исходит от другого. Бог один, но является миру в трёх ипостасях. Его «подлинное лицо» – Святой Дух. Как Святой Дух Он посещает праведников, оставаясь невидимым, но очевидным. Как Отец Он воспринимается людьми создателем мира и человека. Как Сын (собственный Сын Отца) Он воспринимается продолжателем «дела Отца», заботящимся о благополучии созданного мира. Бог сотворил мир свободным, но тем самым лишённым отеческой опеки. Вместе с тем Бог, Который есть любовь, не пожелал оставить отпущенный на свободу мир и остался в нём, но в качестве «равноправного партнёра», готового разделить с миром, прежде всего с людьми, не только радости бытия, но и все неизбежные трагедии и невзгоды. Когда же возникла необходимость спасать человеческий мир, гибнущий в грехе, Бог стал Спасителем, Сыном Человеческим, Иисусом Христом. Приходится констатировать, что такое видение Триединства Бога христианством утрачено. Но оно было в древнем русском ведизме, предшествующим христианству. В русском ведизме, которому приписывают многобожие, был один Бог, имя которому Святовит, т.е. Святой Дух. Когда Он сотворил мир (сварганил, по старославянскому), он стал Сварогом, т.е. создателем мира, или Отцом мира. Сварог, Бог Отец, Творец неба и земли, после сотворения мира ушёл на покой. Но это не значит, что Он устранился от дел мира. Он стал собственным Сыном, Сварожичем, блюстителем законов неба и земли. Древние славяне называли его Прове. Когда же встала необходимость спасения человечества, Сын Божий воплотился в Сына Человеческого. Это и есть Даждьбог, в христианстве – Иисус Христос.

Необходимо учитывать и то обстоятельство, что Иисус Христос – имя не Сына Бога как такового, а Сына Человеческого, явившегося в мир в человеческом облике. Не отсюда ли убеждение мусульман, что Иисус Христос – не Бог, но пророк, посланник Божий. Бог не нуждается в имени, в то время как безымянных людей не должно быть. Имя человека должно выражать его сущность. Давая имя ребёнку, родители закладывают в него некоторую жизненную программу, на осуществление которой они надеются. Называя ребёнка именем того или иного святого, родители призывают этого святого к покровительству. Эта многовековая традиция уже утрачена не только отдельными людьми, но и многими народами. Сущность Бога невыразима ни в каком имени. Это подтверждает и Библия. «И остался Иаков один. И боролся Некто с ним, до появления зари… И сказал: отпусти Меня; ибо взошла заря. Иаков сказал: не отпущу Тебя, пока не благословишь меня. И сказал: как имя твоё? Он сказал: Иаков. И сказал: отныне имя тебе будет не Иаков, а Израиль; ибо ты боролся с Богом, и человеков одолевать будешь. Спросил и Иаков, говоря: скажи имя Твоё. И Он сказал: на что ты спрашиваешь о имени Моём? И благословил его там».75 Испытав Иакова, Бог дал ему новое имя, соответствующая его способностям, возможностям и предназначению.

Бог один, но являться людям Он может в разных обликах. Каждый Его облик достоин поклонения, поскольку это облик Бога. Язычники, поклоняясь тому или иному облику Бога, явившемуся людям, думали, что поклоняются нескольким богам. Поскольку Бог может проявлять себя и в явлениях природы глобального масштаба, язычники обожествляли природные стихии и природу в целом, не догадываясь, что за всем этим стоит Творец природы. Обожествляя солнце, дающее свет, и дождь, орошающий всё живое, язычники были не так уж далеки от познания Бога, Который использовал такое природное явление, как радуга, в качестве знамения своей доброй воли по отношению к людям. Например, радуга явилась перед Ноем как знамение окончания всемирного потопа и благословение на восстановление человеческого рода. Атеистически настроенные естествоиспытатели согласиться с этим не могут, утверждая, что радуга – рядовое явление природы и ничего более. Со времён Ньютона известно, что белый солнечный свет представляет собой сочетание различных видов света, каждый из которых окрашен в один чистый цвет, и призма, естественная, как в случае с водяными каплями дождя, или искусственная, преломляет эти цвета в разной степени: красный – в наименьшей, фиолетовый – в наибольшей, остальные – в порядке расположения. Если смешать цвета спектра, например, собрав его свет линзой, то окраска получается белая. Казалось бы, в этом природном явлении нет места чуду. Однако не будем спешить с выводами.

Семь цветов радуги известны всем: красный, оранжевый, жёлтый, зелёный, голубой, синий, фиолетовый. Но, оказывается, среди них есть три основных цвета: красный, зелёный, синий, из различных комбинаций которых получаются все остальные. В этом смысле можно сказать, что радуга состоит из трёх основных цветов и четырёх их различных комбинаций. Это, с точки зрения христианства, явное чудо. Дело в том, что в христианстве красный цвет олицетворяет дух, зелёный – жизнь, и синий – воду, без которой жизнь невозможна, как и без духа, который Бог вдохнул в мёртвое тело и оно ожило. Тот факт, что красный посвящен в христианстве Святому Духу, позволяет понять и ассоциации красного со Страстями Господними, с кровью Иисуса Христа, пролитой во спасение человечества. Соединение зелёного и синего в христианстве даёт понятие живой воды, ведущей в жизнь вечную. Не случайно Иисус говорит Самаритянке у колодца Иаковлева: «…всякий, пьющий воду сию, возжаждет опять; А кто будет пить воду, которую Я дам ему, тот не будет жаждать вовек; но вода, которую Я дам ему, сделается в нём источником воды, текущей в жизнь вечную».76 Живая вода – не земная, но небесная, где и вечная жизнь, где и Дом Отца Небесного. Чтобы достичь этой Небесной Обители, приобщившись к Духу Святому, нужен проводник. Проводник этот – Иисус Христос, Сын Божий и Сын Человеческий. Об этом говорится в Священном Писании христиан, об этом же говорит и радуга, являющаяся не только природным явлением, но и знамением Божиим. В радуге белый свет – символ целостности, чистоты и непорочности, свойственных Богу, – преломляется и показывается людям уже в трёх (а не в семи) ипостасях, свободно переходящих друг в друга, ибо они есть ОДНО. Посредством радуги Бог напоминает людям о спасении Ноя от всемирного потопа и обещает грядущее спасение человечества. Поэтому и РАДУется сердце человеческое, глядя на это чудесное явление. Чудесное не только в природном, но и в религиозном смысле.


^ 4. Насущные задачи христианства

В качестве символа «троичного церковного христианства» отмечается троеперстное крестное знамение во имя Отца, Сына и Святого Духа. Однако троеперстное крестное знамение не соответствует русской православной традиции, а навязано европейским христианством. По мнению старообряцев, придерживающихся старых православных канонов, двуперстное крестное знамение глубже троеперстного раскрывает тайну вочеловечения и крестной смерти Христа, ибо на кресте была распята не Троица, а одно из Лиц Её (вочеловечившийся Бог Сын, Исус Христос). Уже Своим явлением в мир в человеческом облике Сын Божий показал людям возможность Богочеловечества, спасительную для мира. «Древнейшая форма крещения православных двумя перстами сохранилась до сегодняшнего дня у староверов России. Особенность его в том, что средний (самый высокий) палец символизировал Бога, а указательный – человека. Человек – это «дитя Бога» и он должен находиться рядом с Богом, если не боится потерять духовное единство с ним. Двуперстие как раз символически и обозначало единство с Богом, «богочеловечество».77

Заимствования, предложенные патриархом Никоном, производились из новогреческих и униатских источников и были приняты из политических соображений. «Церковный историк и головщик (регент) Спасского собора Андроникова монастыря в Москве Борис Кутузов полагает, что главный политический аспект реформы заключался в «византийской прелести», то-есть завоевании Константинополя и возрождении Византийской империи с помощью и за счёт России. В этой связи, царь Алексей хотел наследовать со временем престол византийских императоров, а патриарх Никон хотел стать Вселенским патриархом. Кутузов считает, что большая заинтересованность в реформе была у Ватикана, который хотел, используя Россию как орудие против Турции, усилить влияние католичества на Востоке».78 К концу жизни Никон понял, что его политические амбиции вступают в противоречие с его собственными религиозными убеждениями. Но исправить что-либо было уже поздно. Церковный раскол уже состоялся, а повиниться в своём великом грехе у Никона не нашлось ни духовных сил, ни гражданского мужества. «В 1667г. на суде над ним, Никон уже прямо заявляет о своем отрицательном отношении к новым греческим книгам: «Греческие правила – не прямые. Их патриархи от себя писали, а печатали их еретики». Итак, Никон сошёлся во взглядах на греков со своими противниками, москвичами-старообрядцами. Начав за здравие, кончил за упокой! А какое зло было уже порождено им! Раскол уже родился, и вернуть его в небытие, остановить, ни у кого не нашлось силы и искусства».79 «Книжная справа» – приведение богослужебных текстов в соответствие с греческими образцами – затея чисто «третьеримская». Недаром патриарха Никона обвиняли в претензиях на статус своего рода православного папы. Унификация требовалась именно для того, чтобы Москва могла стать официальной столицей православного мира, с перспективой превращения всего его в Российскую империю. Кстати, именно в этот период происходит постепенный отказ и от исконного имени Русь. А ему на смену приходит византизированная Россия (рос – греческий корень). То есть не то что о Святой, а и вообще о Руси речи теперь не шло. Сплошной Третий Рим».80 Но это была не случайность, в воля Провидения. Святая Русь уже всходила на Голгофу, спасительную для всего христианского, и не только христианского, мира. Некоторые исследователи называют это затянувшейся гражданской войной, но на самом деле это была искупительная жертва Святой Руси – невесты Христовой, повторившей Голгофский подвиг Иисуса Христа. Своим Крестным подвигом Святая Русь доказала, что сохранила в себе образ и подобие Божие, давно утраченное европейским христианством.

Когда Бог говорит: сотворим человека по образу Нашему, по подобию Нашему, Он имеет в виду все три Свои ипостаси. Прежде всего человек есть дух, подобный Духу Божию. Затем человек наделяется способностью порождать слово, подобно Богу Отцу, чего не может ни одно созданное Богом животное. И, наконец, человек живёт не только сам по себе, но и в своём слове, которое остаётся на земле и после того, как человек покидает этот мир, и не просто остаётся, но и участвует в жизни мира. Этим человек подобен Сыну Божию. Поскольку для Бога всё возможно, произошло великое чудо: Слово стало плотью. Сын Божий стал и Сыном Человеческим. Это чудо было совершено не ради славы Бога, но ради спасения человечества. Спасти гибнущий мир, погрязший в грехе и пороке, можно было только через его пересотворение. Первым актом пересотворения мира был всемирный потоп, смывший грехи мира с лица земли. Человечество заплатило за своё очистительное пересотворение очень высокую цену, но так и не усвоило этот трагический урок и вновь погрязло в грехе и пороке. Возникла необходимость нового пересотворения мира. Бог обещал, что всемирного потопа, уничтожившего большую часть человечества, больше не будет. «И сказал Бог Ною и сынам его с ним: Вот, Я поставляю завет Мой с вами и с потомством вашим после вас, И со всякою душёю живою, которая с вами, с птицами и со скотами, и со всеми зверями земными, которые у вас, со всеми вышедшими из ковчега, со всеми животными земными; Поставляю завет Мой с вами, что не будет более истреблена всякая плоть водами потопа, и не будет уже потопа на опустошение земли».81 Поэтому Он и послал Сына Своего на землю, чтобы Его невинной Кровью смыть грехи мира с лица земли, дав человечеству шанс переродиться собственной волей, добровольно соединённой с волей Бога. Но эту общую волю человечества ещё нужно было выработать, для чего и была создана Церковь Христова. Процесс оказался весьма длительным, но в этом виноват не Бог, а человечество, «приговорившее себя» платить морем собственной крови за своё будущее спасение.

Христиане крестятся водой в память об очистительном всемирном потопе и в знак уверенности, что его трагедия больше не повторится, и крестятся Духом Святым в благодарность за искупительную жертву Иисуса Христа. Крестятся, т.е. соглашаются взять на себя тот индивидуальный крест, который налагается Господом на каждого христианина и. Истинный христианин возлагает на себя крест не ради личного спасения, а ради спасения мира, как это делал Христос и Его апостолы, отдавая заботу о своём спасении в руки Бога. Европейское христианство изменило этому принципу, что вызвало протест со стороны мусульман, по праву считающих себя последователями «религии Авраама». Мусульмане утверждают, что приход христианского Сына Божия является бессмысленным и бесплодным, а «искупительная жертва» – пустая и бессодержательная фраза. «В любом случае приход Иисуса Христа оказывается бессмысленным и бесплодным: приход Царства Бога – вопреки его же молитве Отцу Небесному – отложен до конца света, князь мира сего – дьявол – торжествует до конца света, мессианские ожидания похоронены. Единственный путь, избавляющий святой образ Иисуса от такого бесчестия – не приписывать ему собственных измышлений и смотреть на него так, как нам его представляет Коран, а следовательно, отнести все противоречивые и бессвязные утверждения о нём на совесть авторов и редакторов евангельских текстов».82

Если Иисуса считать не Сыном Божиим, а только пророком, миссия которого сводится к предсказанию грядущего пришествия Мухаммада, который и будет истинным спасителем мира, явление Иисуса в мир действительно оказывается бессмысленным. В связи с этим можно прочитать: «Пророк Мухаммад (мир ему и благословение) был послан к людям с совершенной религией, которая будет существовать до Судного дня, чего не было дано предыдущим пророкам. Его миссия как Пророка и Посланника (мир ему и благословение) явилась последней, полной и окончательной… Таким образом, он является завершающим звеном в пророческой цепи – «Печатью пророков»… и после него не будет более посланников с новой религией, отменяющей его религию, вплоть до Конца Света. Он целиком и полностью выполнил возложенную на него пророческую миссию и донёс до людей всё, что было указано ему Всевышним».83

В Библии об Иисусе сказано именно как о Сыне Божиим. Пытаясь исправить это «недоразумение», мусульманские богословы утверждают, что в Библии очень много искажений и прямых подтасовок, совершённых как иудеями, так и христианами. Но мог ли Бог допустить подобное кощунство по отношению к Священному Писанию? Вместе с тем проблема здесь есть, и заключается она в трудности точного и ясного понимания многих библейских событий, поучений и пророчеств. Возникают даже утверждения вполне авторитетных христианских теологов, что некоторые наиболее «тёмные места» из священного Писания понять вообще невозможно, ибо они написаны не для «слабого человеческого рассудка». Но тогда непонятно, для чего они включены в Библию.

Профессор Даууд утверждает, что подлинные тексты книг Нового Завета писались апостолами, евреями по национальности, на древнееврейском языке и затем переведены на греческий, после чего первоисточники были сознательно утрачены. Это утверждение, совершенно бездоказательное, основанное исключительно на подозрении, легко опровергается. Во-первых, апостолы, после того как на них снизошёл Святой Дух, могли писать на любом языке, как на родном. Еврейский язык не был для них родным, ибо они были не евреями, а потомками славян. Во-вторых, писать на еврейском языке было бесполезно ввиду национальной ограниченности еврейской ветви иудаизма, в то время как христианство должно было распространиться по всей Европе. В-третьих, именно с Грецией были связаны надежды Господа на распространение христианства как религии всемирной. Теологи ислама рассматривают этот важнейший процесс искажённо, как порочную связь христианства с греческим язычеством и даже обвиняют христиан в использовании метода языческого философа Платона. На самом деле мировоззрение Платона (427 – 347 гг. до н.э.) намного переросло не только языческое мироощущение, но и национальную ограниченность еврейского иудаизма, поскольку любая форма национализма является пережитком язычества. Правомерно утверждение, что мировоззрение Платона есть ничто иное как предчувствие христианства. Вполне естественно, что новое мировоззрение требовало и нового метода, открывающего новые возможности восприятия Божественных откровений. Прежняя методика буквального истолкования библейских событий, поучений, законов и т.д. была заменена сторонниками нового метода аллегорическим толкованием почти каждого наставления и рассказа. Профессор Даууд по этому поводу пишет: «Такое аллегорическое толкование скоро стало самонадеянно претендовать на место Библии, воплотив в себя своеобразную религиозную философию».84

На самом деле новый метод не изменил и не мог изменить содержание Священного Писания, которое сохранилось в своей первоначальной целостности. Однако следует иметь в виду, что эта целостность при прежнем методе буквального толкования текстов оставалась недоступной, поскольку Библия расчленялась на отдельные, самодостаточные фрагменты. Только новый метод обнаружил эту целостность, а вместе с тем вскрыл новый, глубинный слой священных текстов, обращённых не к конкретному времени и к конкретному народу, а ко всем временам и народам. Разумеется, израильтян это не устраивало, поскольку они давно фарисейски «приватизировали» Священное Писание, желая подчеркнуть чисто национальный характер их религии. К сожалению, эта «ошибка» в виде догматического метода перешла и в ислам. Благодаря новому методу, как бы его ни называли: платоновский, христианский или диалектический, в Священном Писании раскрылось дополнительное содержание, оставшееся незамеченным ни иудеями, ни мусульманами. Справедливости ради следует сказать, что далеко не все христиане обнаружили это «революционное изменение», а потому многие из христиан остались в ограничительных рамках прежнего метода, не способного поднять человека от царства земного к Царству Небесному. В этом отношении европейское христианство оказалось крайне непоследовательным, то и дело сбиваясь на буквальное толкование текстов Священного Писания, чем не замедлили воспользоваться мусульманские критики, вскрыв множество противоречий в христианском (европейском) толковании не только Ветхого, но и Нового Завета. Разумеется, фрагментарное и целостное прочтение Священного Писания не должны противоречить друг другу. Вопрос следует ставить именно о глубине прочтения. «Ориген говорит о трояком смысле Священного Писания: 1) буквальном, 2) аллегорическом и 3) внутреннем или духовном. Все эти толкования законны и уместны, но основное правило заключается в том, что аллегорическое и внутреннее толкование не должно противоречить внешнему, буквальному».85

Профессор Даууд ставит вопрос: «Кто из двух: Христос или Мухаммад – является конечной целью Завета?».86 Имеется в виду Завет Бога с Авраамом. Но так ставить вопрос нельзя. С Авраамом был заключён Завет, получивший название Ветхого Завета. Затем через Иисуса Христа был заключён Новый Завет Бога с человеками, который в предустановленное время уступит место Вечному Завету Бога с будущей Всемирной Церковью Божией, куда войдут и христианство, и ислам. «Особенностью Новозаветной Церкви Христовой является то, что это церковь строящаяся, а не застывший в камне храм; строящаяся в сердцах людей, и созидаться она будет три неполных дня, что составляет более двух тысячелетий. Выполнив свою миссию, она умрёт на новой Голгофе и воскреснет, став Вечнозаветной Церковью Христовой, Вечным Храмом Бога».87 Новая Голгофа – это Голгофа Соловецкая, которую также называют Русской Голгофой. На Соловецкой Голгофе Новозаветная Церковь Руси была распята, но уже воскресла и сейчас занимается подготовкой к заключению Вечного Завета с Богом, который и переведёт воскресшую Церковь Христову в новое качество. Следует заметить, что целью всех трёх Заветов является не Христос или кто-то ещё, а спасение гибнущего человечества, которое осуществляется поэтапно.

Подготовкой человечества к заключению Вечного Завета с Богом должна была заниматься Новозаветная Церковь Христова уже с момента своего возникновения, но, как не без оснований утверждают мусульманские критики, эта Церковь лишь пассивно ожидает, когда вновь придёт Христос и установит Царство Божие на земле, в то время как ислам уже провозгласил свою религию Царством Божиим, хотя и в окружении сатанинского царства тьмы. В связи с этим профессор Даууд в своей книге, одна из глав которой так и называется: «Ислам – Царство Божие на земле», пишет: «Ислам является не только религией Бога, но также Его земной империей или царством… истинная Божья религия никогда не принимала формы царства Божьего, пока она не оказалась под властью Корана».88

С точки зрения приверженцев ислама, Иисус пришёл, чтобы возвестить грядущий приход избранника Божия, Мухаммада, призванного основать Царство Божие, которое будет истинной религией, праведным судом и идеальным государством. Пока же Мухаммад не явился, Иисус оставляет после себя «временную Церковь», которая должна бодрствовать, чтобы своевременно возвестить о приходе Мухаммада, благодетеля человечества. Строительство «временной Церкви» Иисус поручил Симону, дав ему имя Пётр, что значит «камень». И на этом камне, как на прочном фундаменте, Иисус намеревался построить Церковь Нового Завета. Прочность фундамента ясно говорит о том, что Церковь Нового Завета – не «времянка», а фундаментальное сооружение, построенное на века.

Мусульмане предлагают своё объяснение имени Пётр (камень). Нельзя не признать, что это объяснение безупречно и с логической, и с фактической точек зрения. Ислам совершенно справедливо напоминает, что у Авраама и его потомков, свято сохраняющих веру в единого Бога, камень выполнял культовое назначение. Культовый камень, используемый как алтарь для поклонения и жертвоприношения Богу, потомки Авраама называли Мисфа. Эти святыни возводились на возвышенных местах. Мисфой называлось также место или здание, в котором находился культовый камень и который являлся центром народных собраний. Если Пётр, главный ученик Иисуса, – камень, то Церковь, возглавляемая Петром, – Мисфа. Камень является символом мудрости, мистического знания и знания Бога. На основе этого христианская Мисфа ожидает приход Спасителя, посланного Богом. С точки зрения ислама, христиане должны были ждать прихода Мухаммада-Мустафы. Мухаммад пришёл, но христианская Мисфа не приняла его, решив, что это не тот, кого нужно ждать.

1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   12



Похожие:

Православие и ислам на Святой Руси Содержание iconПравославие и ислам на Святой Руси Содержание
Чингисхан: завоеватель или освободитель? с. 73 Русско-тюркский щит против европейской агрессии с. 82
Православие и ислам на Святой Руси Содержание iconАй, славны богатыри на Руси Святой, Ай, славны богатыри на Руси Святой
Об этом святом мы все знаем с ясельного возраста. Правда, про то, что восславлен он в лике святых, часто не ведаем. Удивительный...
Православие и ислам на Святой Руси Содержание iconЭпитимия1 святой руси. Татаро-монгольское иго
Нашествие татар и покорение Руси 1237-1246 годы. Политика Орды в начальный период завоевания Руси
Православие и ислам на Святой Руси Содержание icon1. Заключение о равноапостольном великом князе Владимире. Служение и подвиг святого благоверного князя на Святой Руси
Начало терпения в Русской Православной Церкви трудового пути в Русской Православной Церкви. Смута 1015-1026 годов на Руси. Убиение...
Православие и ислам на Святой Руси Содержание iconНехристианские
Содержание: Буддизм другие восточные учения. Ислам. Иудаизм. Масонство. Мистицизм. Пантеизм. Спиритизм. Теософия. В кратце о других...
Православие и ислам на Святой Руси Содержание iconМилевский О. А
«весь мир теперь только носит имя христианского, но нигде противоположность между именем жизни "Святой Руси", "Православия" и полной...
Православие и ислам на Святой Руси Содержание iconБогородица – Крестная Мать Святой Руси
Сие же он сказал не от себя, но, будучи на тот год первосвященником, предсказал, что Иисус умрёт за народ. И не только за народ,...
Православие и ислам на Святой Руси Содержание iconСвятая Русь и «русская идея» Говоря о Святой Руси, нельзя обойти вниманием и «русскую идею»
Все это формировалось в условиях непрекращающейся многовековой борьбы за выживание с внешними и внутренними врагами, а фактически...
Православие и ислам на Святой Руси Содержание iconЖуравлёв Игорь Константинович кандидат философских наук, доцент
Священная История, смысл которой заключается в борьбе Бога за спасение человечества, ещё не завершилась и что именно Святая Русь...
Православие и ислам на Святой Руси Содержание iconДокументы
1. /Культурология рефераты/Готовые рефераты/budda1.doc
2. /Культурология...

Разместите кнопку на своём сайте:
Документы


База данных защищена авторским правом ©podelise.ru 2000-2014
При копировании материала обязательно указание активной ссылки открытой для индексации.
обратиться к администрации
Документы

Разработка сайта — Веб студия Адаманов