Десятая. Дом Гонтов icon

Десятая. Дом Гонтов



НазваниеДесятая. Дом Гонтов
Дата конвертации26.09.2012
Размер235.24 Kb.
ТипИнструкция

Глава Десятая. Дом Гонтов.

Всю неделю Гарри продолжал следовать инструкциям Принца-Полукровки на Зельях в том случае, если они расходились с мнениями Либатиуса Бурачника, что привело к тому, что уже на четвертом уроке Слизнерог восторгался способностями Гарри и утверждал, что до этого не учил никого настолько талантливого. Ни Рон, ни Гермиона этому особенно не радовались. Хотя Гарри предложил пользоваться учебником им обоим, Рону было сложнее, чем Гарри, разобрать почерк, а громко спрашивать его вслух он не мог, так как это было бы подозрительным. Гермиона упорно соглашалась пользоваться только "официальными" инструкциями, как она их называла, но очень раздражалась, когда они приносили худшие, чем Принца, результаты.

Гарри часто думал, что такой был этот Принц-Полукровка. Хотя количество домашней работы не позволяло ему прочитать все "Зельеварение: Продвинутый Уровень", он просмотрел его достаточно для того, чтобы заметить, что практически на каждой странице были его комментарии, к тому же не все относились к Зельям. Повсюду были написаны заклинания, которые Принц сам придумал.

"Или сама, - раздраженно поправила Гермиона, услышав, как Гарри рассказывает о некоторых их них Рону субботним вечером. – Это могла быть и девушка. Думаю, почерк больше похож на девушку, а не на парня".

"Это Принц­-Полукровка, - возразил Гарри. – Сколько девушек-принцев ты встречала?"

Похоже, ответа у Гермионы не было. Она нахмурилась и подвинула к себе свое эссе по "Принципам Пере-материализации", которое Рон пытался прочесть вверх ногами.

Гарри взглянул на часы и поспешно убрал "Зельеварение: Продвинутый Уровень" в сумку.

"Без пяти восемь, мне пора к Дамблдору".

"Оооо! – воскликнула Гермиона, поднимая голову. – Удачи! Мы тебя подождем, чтобы ты нам рассказал, чем он тебя учит!"

"Надеюсь, все пройдет нормально", - сказал Рон. Гарри направился к дыре в портрете.

Он прошел по пустынным коридорам, хотя пришлось поспешно зайти за статую, когда из-за угла показалась Профессор Трелони, бормочущая что-то себе под нос и перемешиваю колоду грязных старых карт, просматривая их.

"Двойка пик: конфликт, - пробормотала она, проходя мимо места, где прятался Гарри. – Семерка пик: предзнаменование болезни. Десятка пик: жестокость. Валет пик: молодой брюнет, возможно встревоженный, имеет неприязнь к гадающему…"

Она остановилась по другую сторону от статуи.

"Это не может быть правдой", - раздраженно сказал она, и Гарри услышал как она снова начала энергично перемешивать карты, оставив за собой запах столового хереса. Гарри подождал, пока она не отошла достаточно далеко, и снова поспешил вперед, пока не дошел до каменной горгульи на седьмом этаже.

"Кислотные Шипучки", - сказал Гарри, и горгулья отодвинулась в сторону; стена за ней раздвинулась, а за ней появилась двигающаяся каменная спиральная лестница.
Гарри ступил на нее и, поднявшись, оказался перед дверью с медным кольцом, ведущей в кабинет Дамблдора.

Гарри постучался.

"Входите", - послышался из-за двери голос Дамблдора.

"Добрый вечер, сэр", - сказал Гарри, входя в кабинет Директора.

"А, добрый вечер, Гарри. Присаживайся, - Дамблдор улыбнулся. – Надеюсь, первая неделя в школе прошла хорошо?"

"Да, спасибо, сэр", - ответил Гарри.

"Должно быть, она была довольно насыщенной, если ты уже умудрился заработать наказание!"

"Эээ…" – неловко начала Гарри, но Дамблдор не выглядел суровым.

"Я договорился с Профессором Снейпом, что ты отработаешь наказание в следующую субботу".

"Хорошо", - в голове Гарри были более важные вопросы, чем наказание Снейпа, и сейчас он незаметно оглядывал кабинет, пытаясь угадать, чему же его собирается учить Дамблдор. Круглый кабинет выглядел таким же, как и обычно: на столике с тонкими ножками стояли хрупкие серебряные инструменты, жужжащие и выбрасывающие клубы дыма; на картинах посапывали бывшие директора и директрисы, а на жердочке у двери сидел великолепный феникс Дамблдора Фоукс, с живым интересом следивший за Гарри. Не было похоже, что Дамблдор как-то освободил место для дуэли.

"Итак, Гарри, - деловым тоном начала Дамблдор. – Уверен, что тебе было очень интересно, что я приготовил для тебя на этих – не могу придумать лучшего слова – уроках?"

"Да, сэр".

"Я решил, что сейчас, когда ты знаешь, что подвигнуло Лорда Волдеморта попытаться убить тебя пятнадцать лет назад, пришло время дать тебе кое-какую информацию".

Повисла пауза.

"В конце прошлого семестра вы сказали, что расскажете мне все, - трудно было сдержать нотки обвинения в голосе, - Сэр", - добавил Гарри.

"И так я и сделал, - спокойно подтвердил Дамблдор. – Я рассказал тебе все, что знал. Теперь пришло время оставить точные факты и начать путешествие по темным болотам памяти сквозь самые запутанные и дикие догадки. И в этом, Гарри, я могу быть так же ужасающе не прав, как Гемфри Пестрый, который считал".

"Но вы считаете, что вы правы?" – спросил Гарри.

"Конечно, но, как ты уже знаешь, я совершаю ошибки, как и все люди. На самом деле, так как я – прости меня – являюсь более умным, чем большинство людей, мои ошибки приносят, соответственно, более велики".

"Сэр, - неуверенно спросил Гарри, - то, что вы собираетесь мне рассказать, имеет какое-то отношение к пророчеству? Это поможет мне… выжить?"

"Это имеет огромное отношение к пророчеству, - ответил Дамблдор так же небрежно, как если бы Гарри спросил его о погоде, - и это определенно поможет тебе выжить".

Дамблдор поднялся на ноги и обошел стол; Гарри с любопытством обернулся, чтобы посмотреть, что хочет Дамблдор в своем шкафу около двери. Когда тот выпрямился, Гарри увидел в его руках знакомую неглубокую каменную чашу со странными знаками по краю. Он поставил Сито Мыслей на стол.

"Ты выглядишь взволнованным".

Гарри на самом деле смотрел на Сито Мыслей с некоторым беспокойством. Его предыдущие опыты, связанные с обследованием странного вещества внутри, хранившего мысли и воспоминания, хотя и было поучительным, но довольно неприятным. В последний раз он видел даже больше, чем сам хотел бы. Но Дамблдор улыбался.

"В этот раз ты войдешь в Сито Мыслей со мной… и, что еще более необычно, - с разрешения".

"Куда мы направляемся, сэр?"

"В путешествие по тропинкам памяти Боба Оджена", - Дамблдор вытащил из кармана хрустальную бутылочку с серебристо-белой жидкостью.

"Кто был Боб Оджен?"

"Работал в Отделе Применения Волшебных Законов, - ответил Дамблдор. - Умер некоторое время назад, но перед этим я его разыскал и убедил доверить мне это воспоминание. Сейчас мы составим ему компанию в небольшом путешествии, которое ему пришлось совершить по работе. Встань, пожалуйста, Гарри…"

Дамблдору было сложно вытащить пробку из хрустальной бутылочки: его пострадавшая рука болела и казалось мертвой.

"Сэр… вам помочь?"

"Не волнуйся, Гарри…"

Дамблдор направил палочку на бутылку, и пробка выстрелила в воздух.

"Сэр – как вы поранили руку?" – снова спросил Гарри, глядя на почерневшие пальцы со смешанным чувством жалости и отвращения.

"Сейчас не время для рассказа, Гарри. Пока. У нас встреча с Бобом Одженом".

Дамблдор наклонил бутылочку, и серебристое вещество – не газ и не жидкость вылилось в Сито Мыслей, заблестев и закружившись в круговороте.

"После вас", - Дамблдор указал на чашу.

Гарри наклонился, глубоко вдохнул и опустил лицо в серебристое вещество. Его ноги оторвались от пола кабинета; он падал, падал в круговороте темноты и вдруг оказался на залитом солнечным светом пространстве. Еще до того, как его голова перестала кружиться, рядом приземлился Дамблдор.

Они стояли на узкой сельской тропинке, огороженной густой живой изгородью, над головами простиралось летнее небо, ярко-голубое, словно незабудка. В десяти футах впереди стоял невысокий полный человек в толстых очках, глаза за которыми казались похожими на кротовые. Он изучал деревянный указатель, поднимавшийся из кустов ежевики слева от дороги. Гарри понял, что это и есть Оджен; он был единственным человеком в поле зрения, к тому же выбор его одежды был очень странным, как обычно бывает у неопытных магов, пытающихся казаться Магглами: женское пальто и гетры поверх раздельного купального костюма. Но до того, как Гарри сумел хорошенько разглядеть Оджена, он быстро пошел вперед по тропе.

Дамблдор и Гарри последовали за ним. Проходя мимо деревянного указателя, Гарри бросил на него взгляд. На той, что указывала назад, было написано "Большой Ганглетон, 5 миль". На той, которой последовал Оджен – "Малый Ганглетон, 1 миля".

Некоторое время вокруг была только живая изгородь, голубое небо над головами и фигура в пальто впереди; затем тропинка свернула влево и пошла вниз по крутому склону так, что перед ними внезапно открылась панорама Малого Ганглетона, который расположился между двумя крутыми холмами; отчетливо виднелись церковь и кладбище. На вершине противоположного холма расположилось очень красивое поместье, окруженное морем бархатистой зеленой травы.

Оджен быстро пошел вниз по склону холма. Дамблдор увеличил длину шагу, и Гарри тоже пошел быстрее. Он думал, что Малый Ганглетон и есть их место назначения, и, как и в ночь встречи со Слизнерогом, недоумевал, почему нужно было так долго идти к ней. Однако вскоре он понял, что ошибался. Тропинка свернула влево, и, повернув, они увидели, как женское пальто Оджена исчезает в проходе в изгороди.

Дамблдор и Гарри последовали за ним, оказавшись на грязной узкой тропе, окаймленной еще более высокой и густой живой изгородью. Дорога была извилистой, каменистой и с рытвинами, тоже спускалась вниз и, похоже, вела к деревьям внизу. Естественно, вскоре тропа кончилась темной рощей, Оджен остановился и вытащил палочку.

Несмотря на безоблачное небо, старые деревья образовывали глубокую, темную, холодную тень, и только через несколько секунд между стволов Гарри смог разглядеть здание. Для дома это казалось очень странным месторасположением, или, по крайней мере, странным решением оставить рядом деревья, блокирующие солнечный свет и вид на долину. Гарри подумал, был ли дом заселен: стены были покрыты мхом, а с крыши попадало столько черепицы, что кое-где виднелись стропила. Вокруг росла крапива, ее макушки даже доходили до окон, узких и черных от сажи. Но как только Гарри пришел к выводу, что в доме явно никто не живет, одно из окон с лязгом распахнулось, и из него потянулась тонкая струйка пара или дыма, будто внутри кто-то готовил.

Оджен прошел вперед тихо и, как показалось Гарри, даже осторожно. Как только его укрыла темная тень деревьев, он снова остановился, пристально наблюдая за входной дверью, к которой была прикреплена мертвая змея.

Вдруг послышался шорох и треск, и прямо перед Одженом, который так быстро отпрянул назад, что споткнулся о полы своего плаща, приземлился мужчина в лохмотьях.

"Тебе здесь не рады".

У человека, стоящего впереди, были густые и настолько грязные волосы, что невозможно было определить их цвет. Нескольких зубов не хватало; глаза были маленькими, темными и косыми. Его внешность можно было бы назвать смешной, но она такой не казалась: эффект был пугающим, и Гарри мог понять Оджена, который, прежде чем заговорить, сделал еще несколько шагов назад.

"Эээ… доброе утро, я из Министерства Магии…"

"Тебе здесь не рады".

"Эээ… извините… я вас не понимаю", - нервно пробормотал Оджен.

Гарри подумал, что Оджен невероятно тупой; по его мнению, незнакомец высказывался очень отчетливо, особенно принимая во внимание то, что одной рукой он размахивал палочкой, а другой – коротким и довольно кровавым ножом.

"Ты, Гарри, его понимаешь, правда?" – тихо спросил Дамблдор.

"Конечно, - в замешательстве подтвердил Гарри. – Но почему же Оджен?.."

Но как только его глаза снова заметили на двери мертвую змею, он сразу понял.

"Он говорит на Парселтонге?"

"Очень хорошо", - Дамблдор улыбнулся и кивнул.

Мужчина в лохмотьях направился к Оджену, в одной руке сжимая нож, а в другой - палочку.

"Нет, послушайте…" – начал тот, но было слишком поздно: последовал грохот, и Оджен упал на землю, закрывая руками нос, из-за пальцев потекла противная желтоватая жидкость.

"Морфин!" – послышался чей-то громкий голос.

Из дома быстрой походкой вышел пожилой мужчина, с такой силой захлопнув за собой дверь, что змея начала опасно раскачиваться. Этот человек был ниже ростом, чем первый, и с довольно странными пропорциями: плечи были очень широкими, а руки слишком длинными, что в совокупности с яркими карими глазами, короткими грязными волосами и морщинистым лицом делало его похожим на старую сильную обезьяну. Он остановился рядом с человеком с ножом, который хихикал, наблюдая за Одженом, скорченным на земле.

"Министерство, да?" – спросил пожилой мужчина, рассматривая Оджена.

"Верно! – сердито ответил тот, не отрывая рук от лица. – Вы, как я полагаю, Мистер Гонт?"

"Именно, - ответил Гонт. – В лицо он тебе двинул, да?"

"Да", - огрызнулся Оджен.

"Ну так надо было предупредить, что придешь, - агрессивно сказал Гонт. – Это частная территория. Ты не можешь тут ходить и не ждать, что мой сын будет себя защищать".

"От кого защищать?" – Оджен поднялся на ноги.

"Сплетники. Злоумышленники. Магглы и прочие отбросы".

Оджен направил палочку на свой нос, из которого все еще вытекал желтый гной, и поток сразу же остановился. Краем рта Мистер Гонт сказал своему сыну: "Иди в дом. Не спорь".

В этот раз Гарри распознал Парселтонг; хотя он и отчетливо понимал слова, он услышал странное шипение, которое только и мог услышать Оджен. Казалось, Морфин собирался спорить, но отец угрожающе посмотрел на него, и тот грузно прошел к дому и с силой захлопнул дверь; змея снова стала раскачиваться.

"Я здесь, чтобы поговорить с вашим сыном, Мистер Гонт, - сказал Оджен, смахивая остатки гноя с пальто. – Это был Морфин, не так ли?"

"Ага, это был Морфин, - безразлично ответил мужчина. – Ты чистокровный?" – со внезапной агрессией спросил он.

"Это к делу не относится", - холодно ответил Оджен, и Гарри почувствовал к нему большее уважение.

Похоже, Гонт так не считал. Он косо взглянул на лицо Оджена и с оскорблением сказал: "Если подумать, я такие носы видел в деревне".

"Я не сомневаюсь в этом, в этом отношении у вашего сына довольно много свободы, - ответил Оджен. – Возможно, мы можем продолжить наш разговор в доме?"

"В доме?"

"Да, Мистер Гонт, я уже вам сказал, что прибыл сюда по делу Морфина. Мы посылали вам сову…"

"Я не имею дело с совами, - перебил Гонт. – Я не читаю писем".

"Тогда вы вряд ли можете жаловаться, что не получили предупреждения о моем визите, - раздраженно сказал Оджен. – Я здесь из-за серьезного нарушения магического закона, которое имело место в ранние часы утра…"

"Ладно, ладно, ладно! – взревел Гонт. – Иди в этот чертов дом, только ничего хорошего из этого не выйдет!"

Дом состоял из трех маленьких комнат. В главную, служившую одновременно и кухней, и гостиной, вели двойные двери. В грязном кресле у коптящего камина сидел Морфин, крутя в руках живую гадюку и тихо напевая на Парселтонге:


^ Шипи, шипи, змееныш,

По полу ползи,

Будь хорошей с Морфином

Или окажешься на двери.


Из угла рядом с отрытым окном послышался шорох, и Гарри понял, что в комнате есть кто-то еще – девушка, чье оборванное серое платье было точно такого же цвета, как и грязные стены в доме. Она стояла у закопченной черной плиты, на которой стоял испускающий пар горшок, и суетилась вокруг полки со старой грязной посудой и кастрюлями. Волосы девушки были жидкими и тусклыми, а лицо – скучным, бледным и довольно крупным. Глаза, как и у брата, были косыми. Она казалась немного опрятнее двух мужчин, но Гарри подумал, что никогда раньше не видел более подавленного и опустившегося человека.

"Моя дочь, Меропа", - сквозь зубы проворчал Гонт, увидев вопрошающий взгляд Оджена.

"Доброе утро", - поздоровался тот.

Она бросила испуганный взгляд на отца, не сказала ни слова и повернулась спиной к вошедшим, продолжив передвигать горшки на полке.

"Итак, Мистер Гонт, - начал Оджен, - перейдем сразу к делу: у нас есть причины подозревать, что прошлой ночью ваш сын Морфин сотворил магию в присутствии Маггла".

Послышался оглушающий грохот. Меропа уронила один из горшков.

"Подними! – взревел Гонт. – Ну да, конечно, подбирай его с пола как какая-нибудь Грязнокровка, палочка тебе зачем, дура?"

"Мистер Гонт, перестаньте!" – в шоке воскликнул Оджен. Меропа, которая уже подняла горшок, покрылась яркими пятнами, снова уронила его, дрожащей рукой вытащила палочку, направила ее на горшок и поспешно пробормотала какое-то едва слышное заклинание, из-за чего горшок отлетел к дальней стене и раскололся пополам.

Морфин дико захохотал. Гонт вскрикнул: "Склей его, тупая девчонка, склей его!"

Меропа неуверенно прошла через комнату, но до того, как она успела поднять палочку, Оджен направил свою на горшок и уверенно сказал "Репаро". Тот моментально сложился в целый.

На долю секунды показалось, что Гонт собирается закричать на Оджена, но потом он, видимо, придумал другое решение: поглумиться над дочерью: "Повезло тебе, что тут оказался человек из Министерства, да? Может, он тебя увезет, может он не имеет ничего против грязных Сквибов…"

Не подняв глаз и не поблагодарив Оджена, Меропа подняла горшок и дрожащими руками поставила его на полку. Потом она облокотилась на стену между грязным окном и плитой, будто единственным ее желанием было провалиться сквозь землю.

"Мистер Гонт, - снова начал Оджен, - как я и говорил, причиной моего визита…"

"Я тебя уже слышал! – перебил Гонт. – И что? Тот Маггл получил то, что заслужил – что в этом особенного?"

"Морфин нарушил магический закон", - сурово ответил Оджен.

"^ Морфин нарушил магический закон, - помпезно передразнил Гонт Оджена. Морфин снова рассмеялся. – Он научил грязного Маггла уроку, это теперь незаконно, да?"

"Да, - подтвердил Оджен. – Боюсь, что так".

Из кармана он вытащил небольшой сверток пергамента.

"И что это такое, его приговор?" – сердито поднял голос Гонт.

"Это уведомление о слушанье в Министерстве…"

"Слушанье? Слушанье? Кто ты такой, чтобы назначать какие-то там слушанья?"

"Я Глава Отделения по Осуществлению Магических Законов", - ответил Оджен.

"И считаешь, что мы какие-то отбросы, да? – выкрикнул Гонт, указывая на Оджена грязным пальцем с желтым ногтем. – Отбросы, которые побегут туда, куда им укажет Министерство? Ты хоть знаешь, с кем разговариваешь, ничтожный Грязнокровка?"

"Я полагал, что разговариваю с Мистером Гонтом", - осторожно, но твердо ответил Оджен.

"Именно! – проревел Гонт. На секунду Гарри показалось, что он сделал непристойный жест рукой, но потом понял, что Гонт размахивает перед глазами Оджена страшным массивным кольцом с черным камнем, которое было одето на его средний палец. – Ты это видишь? Ты это видишь? Знаешь, что это такое? Знаешь, откуда оно? Века оно было в нашей семье, где все были чистокровными! Знаешь, сколько мне за него предлагали, с выгравированном на нем гербом Певерелла?"

"Ни малейшего представления, - Оджен моргнул, когда кольцо прошло в дюйме от его носа, - но это вряд ли имеет какое-либо отношение к делу, Мистер Гонт. Ваш сын совершил…"

С ревом гнева Гонт подбежал к своей дочери. Его рука подлетела к ее горлу, и Гарри показалось, что он собирается ее задушить; но в следующую секунду Гонт потащил ее к Оджену, сжимая золотую цепочку на ее шее.

"Это ты видишь?" – крикнул он Оджену, тряся перед ним массивным золотым медальоном, в то время как Меропа вырывалась и отчаянно пыталась вдохнуть воздуха.

"Вижу, вижу!" – поспешно ответил Оджен.

"Слизерина! – взвизгнул Гонт. – Салазара Слизерина! Мы его последние живущие потомки, что ты на это скажешь, а?"

"Мистер Гонт, ваша дочь!" – в тревоге воскликнул Оджен, но Гонт уже отпустил Меропу; она, пошатываясь, прошла в другой конец комнаты, тяжело дыша и массируя шею.

"Так что! – с триумфом воскликнул Гонт, как будто он только что выдвинул какое-то запутанное, но весомое доказательство во время спора. – Не смей с нами разговаривать так, будто мы грязь у тебя на ботинках! Поколения чистокровных волшебников – не сомневаюсь, больше, чем ты можешь сказать!"

Он плюнул на пол к ногам Оджена. Морфин снова рассмеялся. Лицо Меропы, суетившейся около окна, было спрятано за тонкими волосами; она ничего не сказала.

"Мистер Гонт, - упрямо начал Оджен, - боюсь, что ни мои, ни ваши предки не имеют никакого отношения к делу, по которому я сюда прибыл. Я здесь по поводу Морфина. Морфина и Маггла, на которого он напал прошлым вечером. Наши сведения заключаются в том, - он взглянул на сверток пергамента, - что Морфин направил проклятье или заговор на вышесказанного Маггла, из-за чего у него проявилась острая форма крапивницы".

Морфин усмехнулся.

"Тише, парень", - рявкнул Гонт на Парселтонге, и Морфин снова замолчал.

"Ну и что, если так? – дерзко обратился Гонт к Оджену. – Думаю, вы вылечили этого грязного Маггла и стерли его память?"

"Дело едва ли в этом, Мистер Гонт, - ответил Оджен. – Это была не спровоцированное нападение на беззащитного…"

"С того момента, как я тебя увидел, я сразу понял, что ты обожаешь Магглов", - насмешливо перебил Гонт, снова сплюнув на пол.

"Это спор никуда не ведет, - твердо сказал Оджен. – Из поведения вашего сына ясно видно, что он не чувствует никаких угрызений совести за его действия, - он снова бросил взгляд на сверток пергамента. – Морфин будет присутствовать на слушанье четырнадцатого сентября, где ответит за свои действия против Маглла и причинение вреда и несчастий этому же Магг…"

Оджен внезапно остановился. Через открытое окно доносилось звенящее цоканье копыт и громкий смех. Видимо извилистая тропинка проходила очень близко к роще, в которой стоял дом. Гонт застыл, широко раскрыв глаза и прислушиваясь. Морфин прошипел и с голодным выражением лица повернулся к окну. Меропа подняла голову. Ее лицо было очень белым.

"Боже мой, какое уродство! – прозвенел женский голос так отчетливо, будто она стояла в комнате. – Твой отец не мог снести эту лачугу, Том?"

"Она не наша, - ответил молодой человек. – На той стороне долины все принадлежит нам, но в этом доме живет старый бродяга Гонт и его дети. Сын просто сумасшедший, слышала бы ты, какие истории он рассказывает в деревне…"

Девушка рассмеялась. Цоканье и стук копыт становились все громче и отчетливее. Морфин собрался встать с кресла.

"Сиди, где сидишь" – угрожающе сказал его отец на Парселтонге.

"Том, - снова сказала девушка, ее голос был совершенно отчетлив, - может, я ошибаюсь – но… кто-то приковал змею к двери?"

"Господи, ты права! – ответил молодой человек. – Это сын, я же тебе говорил, что у него не все в порядке с головой. Не смотри на нее Сесилия, дорогая".

Теперь цоканье копыт становилось тише.

"Дорогая", - прошептал Морфин на Парселтонге, глядя на свою сестру – "Дорогая", вот как он ее зовет. Его ты никогда не будешь".

Меропа была такой бледной, что Гарри показалось, что она сейчас упадет в обморок.

"Что? – резко сказал Гонт, тоже на Парселтонге, переводя взгляд со своего сына на дочь. – Что ты сказал, Морфин?"

"Ей нравится смотреть на этого Маггла, - ответил Морфин, на его лице появилась злобная усмешка; Меропа была ужасно напугана. – Всегда ходит по саду, когда он проезжает мимо, наблюдает за ним через изгородь, правда? А прошлой ночью…"

Меропа умоляюще затрясла головой, но Морфин безжалостно продолжил: "Ждала его у окна, когда он ехал домой, так ведь?"

"Стояла у окна, чтобы посмотреть на Маггла?" – тихо переспросил Гонт.

Все трое Гонтов совершенно забыли об Оджене, который пребывал в недоумевающем раздражении из-за возобновившегося шепота и шипения, которое он не мог разобрать.

"Это правда? - страшным голосом спросил Гонт, делая несколько шагов к насмерть перепуганной Меропе. – ^ Моя дочь – чистокровный потомок Салазара Слизерина – бегает за отвратительным Грязнокровкой?"

Меропа неистово затрясла головой и вжалась в стену, не в состоянии вымолвить ни слова.

"Но я его достал, отец! – расхохотался Морфин. – Я его поймал, когда он проходил мимо, и с болячками на лице он уже не был таким симпатичным, правда, Меропа?"

"Ты отвратительный Сквиб, ты маленькая грязная предательница!" – взревел Гонт, потеряв всяческий контроль над собой; его руки потянулись к горлу дочери.

Гарри и Оджен хором вскричали "Нет!"; Оджен поднял палочку и воскликнул "Релашио!"; Гонта отбросила назад, он споткнулся о стул и упал на спину. Взревев от ярости, Морфин вскочил на ноги и побежал по направлению к Оджену, размахивая кровавым ножом и без разбора выкрикивая проклятья, сыпавшиеся из его палочки.

Оджен пустился наутек. Дамблдор указал, что им нужно последовать за ним, и Гарри подчинился; крики Меропы все еще эхом отзывались в его ушах.

Закрыв руками голову, Оджен промчался вверх по тропинке и выбежал на главную дорогу, где столкнулся с ухоженной гнедой лошадью, верхом на которой ехал очень красивый темноволосый молотой человек. И он, и симпатичная девушка на серой лошади позади, громко рассмеялись при виде Оджена, который отскочил от бока лошади и неуклюже помчался дальше по пыльной дороге.

"Думаю, этого хватит, Гарри", - сказал Дамблдор. Он взял Гарри за локоть и повлек за собой. Они снова полетели сквозь темноту и через несколько секунд приземлились в сумеречном офисе Дамблдора.

"Что случилось с той девушкой в доме? – спросил Гарри после того, как Дамблдор взмахом палочки зажег лампы. – Меропой, или как ее звали?"

"О, она выжила, - Дамблдор сел в свое кресло и указал, чтобы Гарри сел напротив. – Оджен Аппарировал в Министерство и через пятнадцать минут вернулся с подкреплением. Морфин и его отец попытались сражаться, но их превосходили силами, поэтому арестовали и позже осудили Визенгамотом. Морфин, которого еще раньше привлекали за нападения на Магглов, был отослан в Азкабан на три года. Марволо, ранивший Оджена и еще нескольких сотрудников Министерства, получил шесть месяцев".

"Марволо?" – озадаченно переспросил Гарри.

"Именно, - Дамблдор одобрительно улыбнулся. – Рад видеть, что ты улавливаешь нить".

"Так этот старик был?.."

"Дед Волдеморта, верно, - подтвердил Дамблдор. – Марволо, его сын Морфин и дочь

Меропа были последними потомками Гонтов, очень древней семьи волшебников, замеченной в психической неуравновешенности и насилии, проходящими через несколько поколений из-за того, что они женились на собственных двоюродных сестрах. Отсутствие здравого смысла вкупе с любовью к роскоши обеспечило разорение семьи еще несколько поколений до Марволо. Он, как ты видел, жил в нищете и грязи с ужасным характером, огромным количеством высокомерия и гордости и парой фамильных драгоценностей, которые он ценил не меньше своего сына и гораздо больше дочери".

"Так значит Меропа, - Гарри склонился вперед и пристально посмотрел на Дамблдора, - так Меропа была… сэр, это означает, что она была… матерью Волдеморта?"

"Верно, - подтвердил Дамблдор. – И так случилось, что мы еще смогли увидеть и отца Волдеморта. Интересно, ты заметил?"

"Тот Маггл, на которого напал Морфин? Человек на лошади?"

"Очень хорошо, - просиял Дамблдор. – Да, это был Том Риддл Старший, красивый Маггл, который проезжал мимо дома Гонтов и к которому Меропа Гонт питала тайную пылкую страсть".

"И они поженились?" – с неверием спросил Гарри, который не мог представить себе людей, менее склонных влюбиться друг в друга.

"Думаю, ты забываешь, - ответил Дамблдор, - что Меропа была колдуньей. Не думаю, что ее магические силы лучше всего проявлялись под гнетом отца. Но, когда Марволо и Морфин оказались надежно заключенными в Азкабан, а она в первый раз в жизни оказалась одной и свободной, я уверен, что она смогла в полной мере раскрыть свои способности и попытаться сбежать от несчастной жизни, которую она вела восемнадцать лет.

Можешь ли ты придумать какой-нибудь способ, который мог бы заставить Тома Риддла забыть его Магглскую подругу и влюбиться в Меропу?"

"Проклятье Империус? – предположил Гарри. – Или любовное зелье?"

"Очень хорошо. Лично я склоняюсь к любовному зелью. Уверен, что Меропе это казалось более романтичным, и не думаю, что жарким днем ей было сложно убедить Тома Риддла испить глоток воды, когда он проезжал мимо ее дома. В любом случае через несколько месяцев после сцены, которую мы сейчас наблюдали, жители Малого Ганглетона наслаждались огромным скандалом. Ты можешь себе представить, какие слухи пошли после того, как сын сквайра сбежал с дочерью бродяги.

Но шок жителей был ничем по сравнению с тем, который испытал Марволо. Вернувшись из Азкабана, он думал, что найдет свою дочь, послушно ожидающую его возвращения с накрытым столом. Вместо этого его ждал толстый слой пыли в доме и прощальная записка, в которой было написано, что она совершила.

Из того, что я смог разузнать, с тех пор Марволо ни разу не упоминал ее имени. Потрясение от того, что она его оставила, мог послужить причиной и его ранней смерти – хотя, возможно, он просто не смог научиться себе готовить. Азкабан очень сильно подорвал силы и здоровье Марволо, поэтому он умер еще до того, как вернулся Морфин".

"А Меропа? Она… она же умерла, правда? Разве Волдеморт не рос в приюте?"

"Ты прав, - сказал Дамблдор. – Здесь нам предстоит львиная доля догадок, хотя, не думаю, что сложно проследить, что произошло. Через несколько месяцев после свадьбы Том Риддл снова появился в своем поместье Малого Ганглетона. Но на этот раз без жены. По деревне прошел слух, что он утверждал, что его "одурачили" и "провели". Уверен, что имел он в виду заклинание, которое на тот момент было снято, хотя не думаю, что он решался использовать именно эти слова – в этом случае его сочли бы за сумасшедшего. Однако, из его слов жители решили, что Меропа солгала Тому Риддлу, притворившись, что у нее будет его ребенок, что и заставило его на ней жениться".

"Но у нее был его ребенок".

"Да, но родился он только через год после свадьбы. Том Риддл оставил Меропу, когда она была еще беременной".

"Но что случилось? – спросил Гарри. – Почему любовное зелье перестало работать?"

"Опять же, это только догадка, - ответил Дамблдор, - но мне кажется, что Меропа так сильно любила своего мужа, что не могла дальше порабощать его магическими чарами. Мне кажется, что она решила перестать давать ему зелье. Возможно, она убедила сама себя, что он уже и сам в нее влюбился. Или считала, что он не оставит ее ради ребенка. Если и так, то она глубоко ошибалась. Том Риддл бросил ее, никогда больше не видел и ни разу не подумал о том, чтобы узнать, что случилось с его сыном".

Небо за окном было чернильно-синим, а лампы в офисе Дамблдора, казалось, горели ярче, чем до этого.

"Думаю, на сегодня хватит, Гарри", - через несколько секунд произнес Дамблдор.

"Да, сэр", - согласился Гарри.

Он поднялся на ноги, но не ушел.

"Сэр… а это важно знать о прошлом Волдеморта?"

"Думаю, что очень важно", - ответил Дамблдор.

"И… это как-то связано с пророчеством?"

"Это целиком и полностью связано с пророчеством".

"Понятно", - слегка в замешательстве, но, тем не менее, уверенно произнес Гарри.

Он развернулся, чтобы уйти, но тут ему в голову пришел еще один вопрос.

"Сэр, а мне можно рассказывать Рону и Гермионе все, что вы говорите мне?"

Дамблдор секунду помедлил, затем ответил: "Да, думаю Мистер Уизли и Мисс Грейнджер доказали, что заслуживают доверия. Но, Гарри, попроси их, чтобы они не рассказывали об этом никому больше. Не самая хорошая идея, чтобы другие узнали, насколько я осведомлен о секретах Лорда Волдеморта".

"Конечно, сэр, только Рону и Гермионе. Спокойной ночи".

Он снова развернулся и уже почти дошел до двери, когда увидел его. На одном из длинноногих столиков среди хрупких серебряных предметов лежало некрасивое золотое кольцо с большим черным камнем, расколотым пополам.

"Сэр, - Гарри уставился не него, - это кольцо…"

"Да?" – спросил Дамблдор.

"Оно было на вас, когда мы посещали Профессора Слизнерога?"

"Верно", - согласился Дамблдор.

"Но разве… сэр, разве это не то же самое кольцо, которое Марволо Гонт показывал Оджену?"

Дамблдор склонил голову.

"То же самое".

"Но откуда?.. Оно у вас было все время?"

"Нет, я заполучил его совсем недавно, - возразил Дамблдор. – Несколько дней до того, как забирал тебя от дяди и тети, если быть точным".

"И примерно в это время вы поранили руку?"

"Да, Гарри, примерно в это время".

Гарри помедлили. Дамблдор улыбался.

"Сэр, как именно?.."

"Слишком поздно, Гарри! Эту историю ты услышишь в другой раз. Спокойной ночи".

"Спокойной ночи, сэр".




Похожие:

Десятая. Дом Гонтов iconДокументы
1. /Глава десятая.doc
Десятая. Дом Гонтов icon3 глава "can can its your and my world!"
Девочки вошли в дом. Внутри он и вправду напоминал дом Зачарованных. Такая же мебель, телевизор, кухня
Десятая. Дом Гонтов iconM2;ариф министрлыfы
...
Десятая. Дом Гонтов iconДом номер двенадцать по Гриммоуд-плейс. А что такое Орден… начал было Гарри
Он отобрал у Гарри кусочек пергамента и зажег его концом своей волшебной палочки. Записка съежилась в огне и спикировала на землю....
Десятая. Дом Гонтов iconОн так любил
Двери в дом. Да, не верил он Птица летит, все цветет кругом, лиц не закрыть, точно двери в дом
Десятая. Дом Гонтов iconТема 13. Деконволюция цифровых сигналов если дом красив, то мы понимаем, что он был выстроен для хозяев, а не для мышей
Деконволюция сходна с археологией. Задача – восстановить дом из развалин. Обнадеживает, если обломки на месте. Но если только песок,...
Десятая. Дом Гонтов iconПубличный доклад директора моу лицея №4
В августе 2009 года прошла оптимизация сети школ путем присоединения моу сош №5, №3, №6 к моу лицею № Таким образом моу лицей №4...
Десятая. Дом Гонтов iconИнструкция по подготовке заявок на участие в конкурсе 4 14 информационная карта конкурса 19 > заказ 24
Советская дом 9 и дом 10 «а» в р п. Зубова Поляна Зубово Полянского муниципального района Республики Мордовия для Товарищества собственников...
Десятая. Дом Гонтов iconПамятка по действиям населения при возникновении чрезвычайных ситуаций в быту разработаны гу мвд россии по Саратовской области Безопасность в быту Ваш дом крепость
Никогда не оставляйте открытым гараж, особенно если через него можно проникнуть в дом
Десятая. Дом Гонтов iconПервый раз в первый класс!
Первоклассник – новичок, Широка страна моя родная, Танец маленьких утят, Чему учат в школе), три рисунка(домище, дом, домик), таблички...
Разместите кнопку на своём сайте:
Документы


База данных защищена авторским правом ©podelise.ru 2000-2014
При копировании материала обязательно указание активной ссылки открытой для индексации.
обратиться к администрации
Документы

Разработка сайта — Веб студия Адаманов