Добродетельный жених icon

Добродетельный жених



НазваниеДобродетельный жених
страница1/8
Дата конвертации14.09.2012
Размер1.26 Mb.
ТипДокументы
  1   2   3   4   5   6   7   8

ДОБРОДЕТЕЛЬНЫЙ ЖЕНИХ


От переводчика


Сия рукопись в весьма плачевном состоянии была извлечена из тайника в стене при перестройке старого трактира на берегу Рейна в районе, где некогда располагалось крошечное княжество Цвайберг – такое крошечное, что даже упоминания о нем, кроме как в этой рукописи, ни в одном историческом документе не встречалось. Рукопись изрядно пострадала от времени и от мышиных зубов, что существенно затрудняло перевод на современный русский язык, а порою и просто искажало первоначальный смысл, вследствие чего переводчику пришлось пойти на компромисс и заполнить пустые места кусками собственного сочинения. Убийственным или благотворным образом сказалось это на произведении в целом, судить читателям, тем более что никто уже не знает доподлинно, какие фразы принадлежат перу неизвестного немецкого автора XVIII века, а какие – переводчику.


^ Действующие лица:


Герцог Питер – владетель маленького немецкого княжества

Его дети:

Алекс, сын от первой жены

Лиза, дочь от второй жены

Анна, дочь от четвертой жены

Гофмаршал Забальштраух

Баронесса Мария фон Долгорутц

Наталья, ее дочь

Барон Владимир фон Корф

Барон Михель фон Репп

Графиня Полетт, французская куртизанка

Карлуччо, итальянский проходимец, учитель танцев

Барбара, кормилица

Беффендорф, префект полиции

Трактирщик

Отец Пауль, пастор

Солдаты


Действие происходит во второй половине XVIII века в немецком княжестве Цвайберг и его столице Цвайбергштадте.





^ ДЕЙСТВИЕ ПЕРВОЕ


СЦЕНА 1. Во дворце герцога


Анна самозабвенно играет на клавикорде, Барбара вяжет чулок, Лиза препарирует лягушек.


БАРБАРА (Анне). И не надоедает вам целыми днями по клавишам молотить? Уши уж заболели.

АННА. Как могут болеть уши от прекрасной музыки?

ЛИЗА (отрезает лягушке лапку). От хорошей музыки ноги сами собою в пляс пускаются, а от твоей рыдать хочется.

АННА. Это светлая, высокая грусть, а вам обеим подавай только примитивные развлечения – вязать летом шерстяные чулки или кромсать несчастных лягушек, которым бы квакать еще и квакать!

БАРБАРА (ворчит). Лучше бы погуляли в саду, или сели за пяльцы… Зигфрида с драконом второй год вышить не можете…

ЛИЗА (рассматривает лапку через увеличительное стекло). Ничего странного – тот, чье лицо должно было красоваться на плечах Зигфрида, как раз около двух лет назад покинул наше княжество.

АННА.
Это невыносимо!

БАРБАРА. Ты, Лизхен, тоже хороша! Видано ли дело – принцесса подбирает на берегу пруда дохлых лягушек и несет эту мерзость во дворец! Фу! (морщит нос)

ЛИЗА. Занятия естественной наукой более полезны для ума и для души, чем игра на клавесине, и, кстати, не по нотам, а по зачитанному до дыр прощальному письму барона Михеля фон Реппа.

АННА (стонет). Сестра!

ЛИЗА. Впрочем, нельзя отрицать, что твой Михель хорош собой и достаточно безрассуден, чтобы сразиться с драконом… или влюбиться в принцессу… потому-то наш отец и изгнал его от греха подальше.

БАРБАРА. И не противно вам вспоминать про этого преступника?

ЛИЗА (подмигивает Анне). Его тут и не забывали!

Анна краснеет.

БАРБАРА. А ну как батюшка вас услышит?

АННА. Не дай-то Бог! Он так строг…

Стук в дверь.

АННА (испуганно). Кто это?

БАРБАРА (глядит в замочную скважину). Герцог.

АННА (ломая руки). Отец! Как не вовремя!

ЛИЗА. Если ты сейчас же не успокоишься, сестрица, он сразу догадается о причине твоей печали.

Анна разражается рыданьями.

ЛИЗА. Теперь у него точно не останется никаких сомнений.

БАРБАРА (сердито). Хватит издеваться над бедняжкой, Лизхен!

ГЕРЦОГ (за дверью). Любезные мои дочери, вы не спите?

ЛИЗА (ворчит). Из-за твоих капризов, Анхен, я не смогла закончить опыт и узнать, дрыгают ли лягушки после смерти лапками… Да перестань же ты лить слезы!

АЛЕКС (за дверью). Что вы здесь делаете, отец?

ГЕРЦОГ. Как видите, сын мой, безуспешно пытаюсь попасть к вашим сестрам.

АЛЕКС. Вам помочь?

Стучат в четыре кулака.

БАРБАРА. Откройте же отцу!

ЛИЗА. Кормилица, прошу тебя, выброси лягушек… а ты, Анхен, спрячь записку от фон Реппа!

АННА мечется по комнате, пытаясь засунуть записку то под скатерть, то в вазу, и в конце концов кладет себе за корсаж.

БАРБАРА (ахает). Спрятала записку от этого разбойника на груди! Бессовестная девчонка! Совсем забыла о приличиях!

ГЕРЦОГ (за дверью). Если вы сейчас же мне не откроете, я позову гвардейцев и велю им взломать дверь!

ЛИЗА. Открываем!

Барбара брезгливо завязывает дохлых лягушек в салфетку и уносит в другую дверь.

ГЕРЦОГ (входит). Ну, и что здесь творится? (оглядывается назад) А ты куда, Алекс?

АЛЕКС (из-за двери). Простите, отец, неотложные дела!

Шум удаляющихся шагов.

ГЕРЦОГ (с подозрением глядя на дочерей). Опять шалили, проказницы?

ЛИЗА. Отец, мы не делали ничего предосудительного! Анхен играл на клавесине, мы заслушались и погрузились в сладостные грезы, а тут неожиданно пришли вы… мы испугались и растерялись…

ГЕРЦОГ (назидательно). Если вы будете вести себя подобающим образом, вам нечего бояться отца. А мы все должны вести себя подобающим образом, чтобы с гордостью носить наш древний герб!..

АННА (в сторону). Отец снова впадает в грех гордыни.

ГЕРЦОГ (напыщенно). А если мы с гордостью будем носить наш герб, то все соседи станут нас уважать и почтительно склонять головы! (спохватившись) Да, я ведь хотел сказать, что Лизу в гостиной ждет наш дорогой гофмаршал.

ЛИЗА (состроив кислую гримасу). Он опять явился справиться о моем здоровье?

ГЕРЦОГ. Господин Забальштраух полон всяческих достоинств и заслуживает большего с твоей стороны уважения.

АННА. Мы с сестрой всегда рады его видеть.

ЛИЗА. Да, старательно делаем вид, что рады – из боязни не угодить отцу.

ГЕРЦОГ. Ты стала слишком дерзкой, Лиза. Надеюсь, что замужество излечит тебя от этого порока.

ЛИЗА (бледнея). Какое замужество?

ГЕРЦОГ. Разве я тебе еще не говорил? Господин Забальштраух просил твоей руки, и я дал ему радостное согласие.

ЛИЗА. Но я не хочу замуж за господина гофмаршала!

ГЕРЦОГ. Почему? Он получше многих других, к тому же весьма богат. Погляди-ка, что он принес тебе в подарок! (разворачивает кусок золотой парчи)

АННА (пищит от восхищения). Какой дивный рисунок!

ЛИЗА. Вот и возьми себе на платье, а я к нарядам равнодушна.

ГЕРЦОГ. Ты всегда была непослушной, не чтила ни меня, ни покойную мать, однако всему на свете есть предел, и моему терпению тоже! Ты станешь госпожою фон Забальштраух, это мое последнее слово!

Анна, завернувшись в кусок парчи, вертится перед зеркалом.

ЛИЗА. Отец, неужели вы прибегнете к насилью?!

ГЕРЦОГ. Если ты не понимаешь собственного счастья, позаботься хотя бы о своей семье – мы вконец обнищали, в казне и жалкого пфеннига не сыщешь, ходим чуть не в лохмотьях, а что едим на обед?

АННА (грустно). Пустой капустный суп и овсянку…

ЛИЗА. Лучше умереть с голоду, чем стать женой этого старого, мерзкого, лысого…

ГЕРЦОГ (перебивает). Довольно! Свадьба через неделю. Жених столь безгранично щедр, что обещал оплатить все расходы. Будь ему благодарна, Лиза, и готовься к свадьбе! (уходит)

Лиза горько плачет.

АННА. О чем ты горюешь, Лизхен? Счастливица, у тебя скоро свадьба! А я, наверное, так и проживу свой век старой девой… (шмыгает носом)

ЛИЗА. Не сокрушайся, отец и для тебя подыщет достойного жениха! А если тебе невтерпеж замуж, могу уступить своего!

АННА. Ты с ума сошла!

ЛИЗА. Безумьем было бы согласиться на этот брак!

АННА. Может, всё не так и страшно? (мечтательно) Наверно, к твоей свадьбе и мне сошьют новое платье! А господин Забальштраух стар и, наверно, скоро умрет…

ЛИЗА. Не тешь меня несбыточными надеждами – этот мешок с деньгами безбедно жил шесть десятков лет и проживет еще не год.

АННА. Скажись больною.

ЛИЗА. Отец позовет врача, мой обман мгновенно раскроется и будет только хуже. Нет, я нашла другой выход!

АННА. Какой?

ЛИЗА. Побег!

АННА. Ты хочешь сбежать?! Но… но… нет, это невозможно! На что ты будешь жить?

ЛИЗА. Поступлю в услуженье к какому-нибудь аптекарю – резать лягушек я умею, сумею и порошки потолочь и корпию нащипать.

АННА. Этот жалкий жребий не для принцессы!

ЛИЗА. Жребий госпожи фон Забальштраух еще более жалок.

АННА (хнычет). Как я буду одна, без тебя?

ЛИЗА. Сбежим вместе! Ты разыщешь своего ненаглядного Михеля и выйдешь за него замуж, а я погреюсь подле вашего счастья…

АННА. Нет, я никогда не решусь ослушаться отца! Да и где мне искать Михеля? С тех пор, как он уехал в изгнание, я не получала от него ни одной весточки…

ЛИЗА. Я всегда была убеждена, что любовь – это химера.

АННА. Если ты ни разу не была влюблена, то это не значит, что любви на свете не существует!

ЛИЗА. Может, где-то она и есть, но я очень надеюсь, что наши с нею дорожки разминутся, потому что она приносит одни тревоги и разочарования, и радости за всеми эти волнениями не видно.

АННА. Но без этих волнений жизнь была бы такой скучной!

ЛИЗА. Ничуть! В жизни столько всего интересного – да вот разве не любопытно узнать, дрыгают лягушки после смерти лапками или нет?

БАРБАРА (возвращается). Выбросила мерзких дохлых лягушек, и чтоб больше этой гадости тут не было, слышишь, Лизхен? (всплескивает руками) Что стряслось, овечки мои? Почему у вас обеих глазки на мокром месте? Или отец вас отругал?

ЛИЗА. Нет, он всего лишь сообщил нам, какую редкостную милость изъявил господин фон Забальштраух, назвав меня своей невестой! (уходит, хлопнув дверью)

БАРБАРА. Лизхен просватана? Вот счастье-то! Давно пора, в ее возрасте неприлично оставаться в девушках.

АННА. Но ей не нравится ее жених.

БАРБАРА. Стерпится-слюбится! Когда меня за моего Курта отдавали, я две недели ревмя ревела, а как похоронила его два года назад, так до сих пор по нему горюю.

ГЕРЦОГ (входит). Где Лизхен? Жених ждет ее и начинает проявлять нетерпение.

АННА. Бедняжка заперлась в спальне и плачет.

ГЕРЦОГ (Барбаре). Пойди за ней, одень ее и причеши, а чтобы наш дорогой гость не был обижен, его развлечет Анна. (Анне) Ступай, да смотри, будь с ним полюбезнее!

АННА. Гофмаршал, наверное, как всегда, начнет жаловаться на свои недуги – он-де страдает от несварения желудка, от болей в пояснице, а подагра и вовсе чуть не сводит его в гроб… Не понимаю, зачем с подагрой жениться?

ГЕРЦОГ. Я обещал господину Забальштрауху в жены одну из своих дочерей, и если ты, Анхен, будешь мне дерзить, как твоя неблагодарная сестра, то пойдешь к алтарю вместо нее!

АННА (в ужасе). Вы шутите, батюшка?!

ГЕРЦОГ. Я серьезен, как никогда!

АННА (бросается к Барбаре). Кормилица, помоги!

БАРБАРА. Уж больно, государь, вы жестоки к своим детям!

ГЕРЦОГ. Я был с ними слишком мягок, вот и вырастил себе на горе двух легкомысленных, непочтительных девчонок и сынка-вертопраха.

БАРБАРА. А бедный мальчик чем вас прогневил?

ГЕРЦОГ. У этого бедного мальчика до сих пор в голове гуляет ветер, а ведь когда-то он унаследует герцогскую корону! Страшно подумать, что станется с нашим княжеством под его управлением! Алекс не хочет заниматься государственными делами, не хочет знать свою невесту, милейшую девушку, а хочет только с утра до поздней ночи развлекаться и делать долги! Но я положу конец этому безобразию! Они не ценили моей доброты, так я заставлю их подчиниться моей воле! Не стану больше потакать Лизиным капризам, выдам ее замуж, и Алексу тоже хватит ходить в женихах, он обвенчается в один день со своей сестрой. Кстати, это выйдет и дешевле, чем две разные свадьбы.


^ СЦЕНА 2. На улице.


Алекс, Карлуччо.


КАРЛУЧЧО. Вот, ваше высочество, этот самый дом.

АЛЕКС. Не просто дом, а один из лучших в городе! Погляди-ка, и привратник в шелковой ливрее с позументами! И раззолоченная карета во дворе!

КАРЛУЧЧО. В этой карете графиня выезжает по вечерам, а днем катается в очаровательной лаковой коляске.

АЛЕКС. Какая роскошь, черт возьми! Эта француженка живет не хуже королевы! Перед нею все мои прежние женщины – баронессы, чиновницы, бюргерши, – обыкновенный нищий сброд!

КАРЛУЧЧО. Говорят, она была любовницей всех европейских королей, и все щедро одаривали ее за ласки: кто – замком, кто – титулом, кто – просто сундуком с золотом.

АЛЕКС. Ох, как заиграла во мне кровь! Если эта графиня так разбогатела, кочуя по монаршим спальням, почему бы ей не распахнуть для меня двери своей? Я не менее знатен, чем все эти королишки, а что отцовский карман пуст – так это не такой уж большой изъян. И среди имен миропомазанных амантов Клио впишет на свои скрижали золотым стилосом скромное, но благородное имя Алекса фон Цвайберга!

КАРЛУЧЧО. Фортуна вам благоволит, мой принц – если мои глаза мне не лгут, в конце улицы показалась коляска графини…

АЛЕКС. Она едет сюда?

КАРЛУЧЧО. И, кажется, глядит в нашу сторону…

АЛЕКС. О дивный облик! Карлуччо, милый друг, я покорен! Да что там покорен – я влюблен без памяти!

КАРЛУЧЧО. Не хватайте ее сразу в охапку, как вы имеете обыкновение поступать с нашими Цвайбергштадскими дамами – все-таки иностранка! Преподнесите ей букетик…

АЛЕКС. Отцовских денег только на цветочки и хватает… (достает из кармана потрепанный букет) Сочини-ка, дружок, для меня несколько сонетов! Ты же знаешь, что поэт из меня никудышный, но затвердить наизусть пару строчек я все-таки могу. Напиши, какая пылкая страсть меня снедает, у какого сладостного недуга я нахожусь в плену…

КАРЛУЧЧО. Может, сначала лучше о звездах, о музыке?

АЛЕКС. Не хочу тратить время на всякую ерунду – как бы кто более прыткий дорожку не перебежал… Но она уже близко! Спрячься-ка, друг Карлуччо, за углом!

КАРЛУЧЧО (слегка обиженно). Я вам больше не нужен?

АЛЕКС. Ступай, ступай! Я отплачу тебе за службу! Как только отец умрет, я сделаю тебя министром.

КАРЛУЧЧО (уходит, бормоча себе под нос). Когда этот бодрый старикашка отправится к праотцам, мне уже никакой министерский пост не будет нужен!

ПОЛЕТТ (в открытой коляске). У ворот уже кто-то стоит… и в этой деревне нет проходу от поклонников!

АЛЕКС. Мадам, позвольте подать вам руку, здесь выбоина на дороге.

ПОЛЕТТ. Благодарю вас, юноша! (опираясь о его руку, выходит из коляски)

АЛЕКС (в сторону). Она не недотрога, чудесно!

ПОЛЕТТ. Вы, случайно, родом не из Франции?

АЛЕКС. Мадам мне льстит.

ПОЛЕТТ. А разве нет? Ваши манеры, изящный костюм сразу наводят мысль о Версале.

АЛЕКС. Увы, мадам…

ПОЛЕТТ. Так кто же вы?

АЛЕКС. Алекс фон Цвайберг (расшаркивается)

ПОЛЕТТ. Значит, местный герцог – ваш отец?

АЛЕКС. Да, я сын своего отца, но какое теперь это имеет значение! Я безумно благодарен судьбе, что нынешним утром она преподнесла мне такой подарок – встречу с вами! (в сторону) Как назло, ни одного нежного словечка больше не могу вспомнить… надо было оставить Карлуччо, чтобы он мне подсказывал!

ПОЛЕТТ (в сторону). Слащавый, приторный дурак! Но как красив, mon Dieu! Говорят, что уродов красит ум, но если бы этот юнец был мудр, как Сократ и черен лицом, как мавр, смогла бы я быть с ним любезной?

АЛЕКС. Не откажитесь принять эти розы, мадам! (вручает ей букет) Я посвящу вам сонет.

ПОЛЕТТ. Вы поэт? Какой приятный сюрприз!

АЛЕКС. Писать стихи – это потребность моей души! Но если бы я не был поэтом, я бы желал быть вашим слугой, мадам: подметать дорожку, по которой ступают ваши туфельки, чистить лошадей, которые возят вашу коляску…

ПОЛЕТТ. Мой милый принц, камзол пристал вам куда больше, чем ливрея! А двери этого дома всегда распахнуты для вас – не для слуги, но для моего друга!

АЛЕКС (в восторге). Мадам, мое счастье не знает границ!

ПОЛЕТТ (в сторону). Приятно провести время с пустоголовым Аполлоном, жаль только, с этого не разбогатеешь… Впрочем, денег у меня предостаточно, так почему бы и не развлечься?

АЛЕКС. Когда я смогу увидеть вас, мадам?

ПОЛЕТТ. Вижу, ваш пыл не умерить! Ну что ж, жду вас у себя нынче вечером – быть может, я спою для вас французский романс…

АЛЕКС. О блаженство! (в сторону) Правду говорят, что умных женщин не бывает! Не долго же пришлось мне строить перед ней влюбленного дурака, пара комплиментов – и она моя!

ПОЛЕТТ (в сторону). Глупенький бедняжка! Уж и поверил в то, что я от него без ума! Не стану пока его разочаровывать, поиграю немножко, он так наивен, что ни о чем не догадается.

АЛЕКС. Я буду считать минуты до нашей встречи! О! Видеть вас, говорить с вами, вдыхать божественный аромат ваших духов, касаться пальчиков… (опять целует ей руку) Кто со мною не согласится, что это и есть венец земного счастья?

ЗАБАЛЬШТРАУХ (подходит). Кто угодно, но только не я!

АЛЕКС (недовольно). Что вам угодно?

ЗАБАЛЬШТРАУХ (кланяясь Полетт). Мадам, мое нижайшее почтение! Вы приобрели наикрасивейший в нашем городе особняк!

ПОЛЕТТ. Простите, разве мы знакомы?

ЗАБАЛЬШТРАУХ. Надеюсь, милейший принц Алекс исправит эту оплошность.

АЛЕКС (лопаясь от злости). Охотно, любезный гофмаршал! Мадам, позвольте вам представить (с иронией) достойнейшего и почтеннейшего господина фон Забальштрауха. Все эти ордена, что красуются у него на груди, он приобрел за многолетнюю и честную (ухмыляется) придворную службу.

ЗАБАЛЬШТРАУХ. Не только ордена, но и кой какое состояние!

ПОЛЕТТ. Так вы богаты, господин гофмаршал?

ЗАБАЛЬШТРАУХ (скромно). Не беден.

АЛЕКС (в сторону). Проклятье! Она и с ним кокетничает! Неужели эта старая, но богатая обезьяна станет моим счастливым соперником?!

ПОЛЕТТ. Я всегда полагала, что галантность свойственна только моим соотечественникам, однако в первый же день моего пребывания в этом чудесном городке поняла, как сильно заблуждалась. Милый принц, любезный гофмаршал, я уверена, что в вашем приятном обществе меня не будут мучить ни скука, ни ностальгия по Франции.

АЛЕКС. Я употреблю все силы на то, чтобы вы и дальше пребывали в этой уверенности.

ЗАБАЛЬШТРАУХ. Мой возраст сделал меня медлительным, однако, если я уступил моему юному другу право первым поблагодарить вас, мадам, за добрые слова, то ни в чем другом я ему уступать не намерен!

АЛЕКС (в сторону). Дряхлый волокита! Не сеял, не пахал, а урожай хочет собрать! Погоди, я умерю твой аппетит! (громко) Дражайший господин гофмаршал, только сейчас я, наконец, понял, за что вас полюбила моя сестра.

ЗАБАЛЬШТРАУХ (возмущенно). Юноша, ваша дерзость…

АЛЕКС (перебивая). Ах, простите, я, кажется, опять вас опередил? Ведь вы собирались сообщить мадам Полетт о том, что на будущей неделе венчаетесь с моей сестрой Лизой?

ПОЛЕТТ. Вы станете родственниками? Поздравляю!

Забальштраух открывает рот, но Алекс опять его перебивает.

АЛЕКС. Невозможно описать их обоюдную любовь! Лиза в своем женихе души не чает, а уж о его чувствах и вовсе говорить неловко.

ПОЛЕТТ. Как бы я хотела побывать на этой свадьбе!

АЛЕКС. Нет ничего проще, мадам! Я попрошу Лизу, и она собственноручно подпишет вам приглашение!

ЗАБАЛЬШТРАУХ (в сторону). Такую злобную издевку спустить нельзя… Ох, и отомщу же я этому щенку!

ПОЛЕТТ. Простите меня, господа, я утомилась… долгая дорога… столько впечатлений… а завтра мне бы хотелось осмотреть все достопримечательности вашей столицы.

Забальштраух снова пытается открыть рот, но Алекс оттирает его назад.

АЛЕКС. Я с удовольствием сопровожу вас, мадам, в прогулке по улицам нашего города.

ПОЛЕТТ. Мне неудобно затруднять вас, mon prince… Поговорим об этом вечером, я буду ждать вас в девять. Мы не прощаемся, господин гофмаршал! (уходит в дом)

Алекс и Забальштраух исподлобья глядят друг на друга.

АЛЕКС. Вы ведь любите мою сестру, господин Забальштраух?

ЗАБАЛЬШТРАУХ. Я обожаю Лизу со всею страстью моей души!

АЛЕКС. Так зачем же вы, позвольте осведомиться, будучи счастливым женихом, мешаете мне ухаживать за приглянувшейся красоткой?

ЗАБАЛЬШТРАУХ. Осмелюсь напомнить, мой дорогой будущий родственник, что у вас тоже есть невеста, и подозреваю, что прелестная француженка – отнюдь не первая дама, с которой вы ей изменяете!

АЛЕКС. Но я, в отличие от вас, не клялся моей невесте в любви! Она знает, что я женюсь на ней по настоянию отца.

ЗАБАЛЬШТРАУХ. Жаль, что я не успел поведать очаровательной графине всю правду о вас!

АЛЕКС. Сегодня ночью она будет моей, а потом можете рассказывать ей всё, что вам будет угодно!

ЗАБАЛЬШТРАУХ. Наш бедный добрый герцог и не подозревает, чем занят сейчас его сын.

АЛЕКС. Не думаю, что он узнает это от вас… вы – благородный человек!

ЗАБАЛЬШТРАУХ (ухмыляясь). Да, я всегда поступаю по совести.

АЛЕКС. А кроме того, едва ли хотите накануне свадьбы погибнуть на дуэли?

ЗАБАЛЬШТРАУХ. Вы мне угрожаете, юноша?

АЛЕКС. Да, черт возьми!

ЗАБАЛЬШТРАУХ. Не больно-то я боюсь ваших угроз! Ваше слово против моего – тьфу! Пустой звук! Потому как мой будущий тесть ценит меня безмерно, а еще пуще – мой кошелек!.

АЛЕКС. Я заставлю вас замолчать, гнусный интриган! (выхватывает шпагу)

КАРЛУЧЧО (выбегает из-за угла). Умоляю, ваше высочество, не наживайте себе неприятностей!

АЛЕКС. Пожалуй, не стоит марать благородный клинок в грязной крови этого негодяя.

ЗАБАЛЬШТРАУХ. Мой горячий юный друг, до свидания! (уходит)

АЛЕКС. Неужели от его яда нет противоядия?!

  1   2   3   4   5   6   7   8




Похожие:

Добродетельный жених iconЧем не жених

Добродетельный жених iconДокументы
1. /Жених.doc
Добродетельный жених iconПроизведения для самостоятельного чтения
А. С. Пушкин. Жених. «Во глубине сибирских руд». Выстрел. Барышня-крестьянка. Дубровский
Добродетельный жених iconТретья жизнь
Ольга, как и Мулявин, — просто чело­век, во всем талантливый. И добродетельный. По­тому что если нет в основе души добродетели и...
Добродетельный жених iconВ стоимость включено
Наслаждений, где их ждет Коктейль с закусками. По преданию, жених и невеста обязательно должны заняться любовью на этом острове,...
Добродетельный жених iconДокументы
1. /(Грот КЯ) Пушкинский Лицей (1811-1817).txt
2. /_Критики/(Анненский...

Разместите кнопку на своём сайте:
Документы


База данных защищена авторским правом ©podelise.ru 2000-2014
При копировании материала обязательно указание активной ссылки открытой для индексации.
обратиться к администрации
Документы

Разработка сайта — Веб студия Адаманов