Россия в ожидании icon

Россия в ожидании



НазваниеРоссия в ожидании
страница4/10
Дата конвертации30.08.2012
Размер2.52 Mb.
ТипМонография
1   2   3   4   5   6   7   8   9   10
^

ЭКОНОМИЧЕСКАЯ СУЩНОСТЬ РЕАЛЬНОГО ВОПЛОЩЕНИЯ СОЦИАЛИСИЧЕСКОЙ ИДЕИ


В предыдущих главах была предпринята попытка очистить от вульгарных наслоений поздних интерпретаций поздний взгляд на социализм. Такой анализ предпринимается не для того, что бы тут же призвать новых бойцов под знамена нового учения, а для того, чтобы разобраться в том, что из прошлого наследия можно и нужно использовать для позитивного влияния на развитие современной, а в большей мере, будущей ситуации. В этой же главе мы сделаем следующий шаг в освобождении от вульгаризации – попытаемся приметить главное в учении Маркса – теорию прибавочной стоимости – к этой общественной ситуации, которая развивалась в России под названием социализма.

Предрассудки любой эпохи удивительно глубоко проникают в сознание даже достаточно культурных людей, цепко держат нас в плену извращенных стереотипов сознания, ходульных штампов идеологам. До сих пор мы уверены, если и не теоретически, то эмоционально, что в нашей семидесятилетней с лишним истории было все, кроме производства прибавочной стоимости. Был голод, мор, убийства, нищета, деградация, засилье коммунистов, пьянство, воровство – все было, а производства прибавочной стоимости не было. Почему? Потому, что социализм и производство прибавочной стоимости для нашего сознания – вещи взаимоисключающие, а кроме социализма у нас ничего и не было.

Другой вопрос, зачем ворошить прошлое, да еще и при помощи теории, которая у многих поднимает волосы на загривке? Дело заключается в том, что наше мы лечим. Лечим уже много лет, а результат все хуже и хуже. Сначала социализм создавали от имени Маркса без Маркса, теперь перекраиваем неизвестно что неизвестно из чего. Лучше Андрея Платонова об этом несчастье сказать трудно: «Чепурный взял в руки сочинение Карла Маркса и с уважением перетрогал густо напечатанные страницы: писал – писал человек, сожалел Чепурный, а мы все сделали, а потом прочитали – лучше бы и не писал!»31.

Из лечебной практики хорошо известно, что смертельную болезнь без диагноза лучше вообще не лечить, а ошибочный диагноз, как правило, означает летальный исход – перебороть ошибочное лечение у организма сил не хватает.

Диагноз нашей социальной болезни: огосударствление средств производства, связанных с этим явлением государственный монополизм и административная система управления в совокупности с тоталитарной политической структурой – хоть и сам по себе страшен, но, на наш взгляд, еще не достаточен, страдает формализмом и облегченностью, поэтому попытки разрешения соответствующих противоречий недостаточны для положительного результата.

Попытаемся доказать, что применение теории прибавочной стоимости к анализу реальных отношений дает несколько другие результаты.
Из предшествующих глав достаточно ясно, что различные формы разделения труда, которые определяются в конечном итоге развитием технологии, создают предтоварное, товарное и посттоварное структурирование рабочей силы. Необходимые законы функционирования рабочей силы выступают в качестве основания как для экономических, политических, так и для идеологических и общекультурных процессов.

Общая культура, в определенном смысле дух народа, исторически формируется как конкретный инвариант или стереотип уклада жизни, в котором получают свое бытийное воплощение все основные условия жизни, определяемые экономическими, политическими, семейными, религиозными, этническими и другими, самыми разнообразными явлениями жизни. Связь всех этих аспектов, из влияние на целостность еще слишком мало исследованы как таковые. До сих пор понимание социальной целостности формируется на основании той или иной методологической и мировоззренческой парадигмы.

Мы исходим из того, что среди бесчисленного множества общественных отношений, которые формируют конкретность человека, определяющим выступает способ функционирования рабочей силы. Это обстоятельство формирует весь уклад бытия самой рабочей силы – громадной массы людей, которые в сущности выступают в качестве производителей материальных и духовных благ, приспосабливая все стороны своего социального существования к условиям своего функционирования в качестве определенного вида рабочей силы.

Это обстоятельство формирует образ жизни господствующих слоев в отношении к процессу воспроизводства сферы социума, связанной с синкретическим функционированием рабочей силы. Привилегированные наши разделения труда имеют свои собственные законы воспроизводства в отношении как к себе, так и к социуму в целом. В то же время в этих двух отношениях неизбежно присутствует снятие содержания, свойственного сфере взаимодействия с движением рабочей силы.

Это значит: если хочешь знать, кто ты, посмотри, какое отношение ты имеешь к конкретному движению конкретного вида рабочей силы.

Так, проблема, которую мы должны сейчас разрешить, заключается в следующем: что произошло с людьми, которые включаются в отношения в форме рабочей силы в обществе, которое, начиная с 1917 года, приступило к созданию социалистических отношений?

Для того, что бы разобраться в проблеме, рассмотрим последовательно, из каких предпосылок и как возникло, какие этапы становления прошло данное явление, во что превратилось, вплоть до своего отрицания, функционирование рабочей силы в условиях попытки создания социалистических отношений.

Предпосылки движения рабочей силы в новой форме, соответствующей целям революции, коренятся в том ее состоянии, которое характерно для непосредственно предреволюционного периода. В то же время достаточно очевидно, что в результате мировой войны и всей остальных явлений, связанных, в частности, с нарастанием революции, этот процесс был значительно деформирован. Для того, что бы на понятном уровне осветить проблему предреволюционного состояния российской рабочей силы, необходимо осуществить не менее серьезное исследование, нежели «Капитал».

Такая задача перед нашей наукой стоит , но мы до этого уровня пока не дошли. Это связано с рядом обстоятельств. Чтобы эту задачу решить, необходимо критически в содержательном отношении преодолеть Ленинское исследование, которое было односторонним в том, что оно было последовательно нацелено на отрицание старых производственных отношений и доказательство единственности пути развития России в социалистическом направлении. Абсолютизация критической стороны его подхода делает неприемлемым использование этого содержания в непосредственно – позитивном отношении. «Большевитской направленностью при разрешении противоречий производственных отношений делает еще менее применимым использование в непосредственной форме его «революционных» выводов. С Лениным можно соглашаться или не соглашаться, но ни обойти его теоретическую деятельность, ни некритически апеллировать к его авторитету, ни облегченно отрицать – в научном отношении совершенно неприемлемо.

Кроме Ленина и большевиков, экономику дореволюционной России исследовали другие политические силы, у которых был другой взгляд на состояние, в частности, рабочей силы страны. Этой информацией в систематической научной форме мы не владеем»32.

Такое же положение в нашей экономической науке характерно и по отношению к иным «немарксистским» научным парадигмам. Причем, и здесь в нашем идеологическом сознании марксизм в содержательно – теоретическом отношении тождествен исключительно ленинской интерпретации большевизма.

Фактически до сих пор единственной формой оппозиционного по отношению к вульгаризированному марксизму сознания выступает идеология тотально – диссидентского отрицания «коммунистической» идеологемы, в качестве обоснования «социалистических», негодных, отбрасываемых общественных отношений33.

Реальная политика преобразования общественных отношений, осуществляемая в сущности стихийно, но по – старому от имени каких – то «идей», не способствует научному осмыслению экономической реальности, в особенности состояния рабочей силы. Фактически весь процесс преобразования осуществляется под флагом перехода к рынку, теоретического исследования, которого в отношении к нашей реальности попросту не было и нет.

Задача научной критики реальных «социалистических» отношений предполагает адекватное содержательное осмысление его предпосылок. Эта задача связана с необходимостью целостного понимания нашей ситуации в критически – позитивном плане. Наши цели скромнее, поэтому остановимся только на нескольких аспектах, без осознания которых мы не сможем решить нашу конкретную задачу.

Первое обстоятельство заключается в Том, что для того, чтобы рабочая сила могла в ходе общественных преобразований выйти за границы товара, необходимо, чтобы она была развита в этом отношении, если не до «завершения», то, во всяком случае, до зрелого состояния. В данном аспекте можно зафиксировать существенное противоречие марксистской теории. Согласно ей, социальные противоречия разрешаются только тогда, когда исчерпаны все содержательные возможности в рамках старой формы. Историческое развитие показало, что товарная рабочая сила может претерпевать значительные модификации в рампах частной собственности, получая возможность для расширения границ цивилизованного состояния человека. Это явление не Снимает наличных противоречий, но делает содержательным и необходимым вопрос о формах перехода к нетоварным отношениям.

В то же время состояние рабочей силы России в отношении товарности было явно неразвитым. Это обстоятельство очень активно исследовалось в начале века, по этому поводу накоплена громадная статистика34. Для нас важна картина в самых общих чертах: Россия осуществляла свое экономическое воспроизводство за счет крестьянства и нарождающегося, хоть и бурно, но неразвитого рабочего класса.

Данное состояние рабочего класса как основного субъекта социалистической революции осознавалось большевиками. Противоречие, как известно, разрешалось Лениным через обоснование необходимости мировой революции, происхождение которой включало рабочую силу России в качестве неразвитого содержания в общий, более, подготовленный процесс.

Вопрос о варианте изолированного преобразования рабочей силы России в направлении выхода за рамки товара
вплоть до краха политики военного коммунизма теоретически не только не был решен, но основным субъектом будущей революции — большевиками, не был даже поставлен. Это обстоятельство легко объяснимо, поскольку признание этой проблемы означало открытие шлюзов, которые утопили бы эту политическую силу и ее идеологию в бесчисленном множестве противоречий, которые с необходимостью обозначаются при подобной постановке вопроса (почему авторитет Маркса и был абсолютизирован — только это обстоятельство позволило уйти от этой проблемы в содержательном плане).

Подобная форма разрешения противоречия позволила большевикам одержать идеологическую и политическую победу, но победа эта пиррова, поскольку она нисколько не дает ответа на главный вопрос —каким образом преобразовывать экономическое содержание, в первую очередь, рабочую силу, с одной стороны. И, что не менее опасно, ориентирует массы на близкий положительный результат в ближайшем будущем — с другой. Второе обстоятельство — мина замедленного действия, поскольку после взятия власти политическая структура для того, чтобы сохранить себя, вынуждена выполнять свои обещания.

Выполнение обещаний при отсутствии возможностей возможно только в извращенной форме, что порождает невероятное количество дополнительных противоречий, в которых общество запутывается так, как оно у нас и запуталось в действительности.

Второе обстоятельство относится к противоречию между экономическим и политическим процессами в- ходе социалистической революции в России. Всем хорошо известно исследование революционной ситуации, осуществленное Лениным. Политический анализ безупречен. Да, захватить власть легче всего тогда, когда старая власть находится в максимально ослабленном состоянии.

Но если на ту же ситуацию взглянуть всесторонне, то картина окажется совсем иной. В экономическом отношении основой преобразований является процесс, страдающий от избытка содержания. Конечно, всякая революция требует небывалой активности масс, что невозможно без лишений, т.е. экономического кризиса в той или иной форме. Да, революция означает, что насущные противоречия не удалось разрешить путем реформ и договора. Но, с другой стороны, экономическая сторона кризиса должна быть достаточной для необходимых преобразований, создающих нормальную основу для воспроизводства социума.

Этот момент не может быть не исследован культурной политической оппозицией, которая претендует на власть. Это обстоятельство связано напрямую с тем, что если рабочая сила не готова к функционированию в той форме, которая. вытекает из позиции политиков, то без разгула насилия ситуация нормализована быть практически не может.

Легкость, с которой удалось большевикам взять власть в свои руки, была непосредственно связана с тем, что экономика наводилась в состоянии глубочайшего застоя, а рабочая сила наводилась в состоянии разложения и деградации. Буржуазная революция потерпела крах в значительной мере из-за этой причины. Для восстановления экономики, разрушенной цепью социальных потрясений, требовались сверхэнергичные меры при одновременном создании новой структуры производственных отношений.

Российская буржуазия оказалась несостоятельной, с ситуацией она справиться не смогла.

Таким образом, состояние рабочей силы, как пролетариата, так и крестьянства, ко времени социалистической революции характеризовалась в отношении к форме функционирования в качестве товара низкой ступенью развития. Причем, речь идет, во-первых, о рабочей силе в целом, а не об отдельных ее элементах; во-вторых, в отношении к среднемировому уровню развитого капитализма; в-третьих, в отношении -к общему уровню воспроизводства рабочей силы развитых стран и в отношении к потребительной стоимости рабочей силы развитых стран.

Такое состояние реального функционирования рабочей силы позволяет сделать вывод о крайне неудовлетворительном содержании предпосылок новых отношений в экономике в целом и в ее основе— рабочей силе, в частности.

Как развивалось явление;, в процессе своего возникновения? Разделение труда, т.е. способ производства прибавочного продукта, не претерпело сколько-нибудь серьезных изменений. На место экспроприируемых капиталистов приходит государство с его государственными чиновниками. Экономика в целом, с 1917 года по 1921 год функционировала по законам военного времени, поэтому о каких-либо содержательных изменениях в функционировании рабочей силы говорить не приходится35.

В плане распределения происходят некоторые изменения. Они могут рассматриваться как в теоретической, так и в практических плоскостях.

Теоретически распределение согласно стоимости рабочей силы должно было быть заменено для рабочей силы товарного уровня на новое распределение по мере экспроприации капиталистов. В то же время, уже отмеченное слабое развитие российской рабочей силы, а также затоны военного времени влияли на распределение таким образом, что в части предпосылок новой рабочей силы оплаты по ее стоимости фактически нигде в экономике не было. Рабочая сила в России по отношению к развитому капиталу как до революции, так и в рассматриваемый период в плане распределения не носила товарных характеристик.

В то же время теоретически система распределения была изменена, якобы, по Марксу. В «Государстве и революции» Ленин совершенно однозначно разъясняет свое понимание этого вопроса: «Маркс показывает, что из своего общественного труда всего общества необходимо вычесть и резервный фонд на расширение производства, и возмещение «сношенных машин и т. п., а затем из предметов потребления фонд на издержки управления, на школы, больницы, приюты престарелых и т. п. ... Каждый член общества, выполняя известную долю общественно-необходимой работы, получает удостоверение от общества, что он такое-то количество работы отработал. По этому удостоверению он получает из общественных складов предметов потребления соответственное количество продуктов. За вычетом того количества труда, которое идет на общественный фонд, каждый рабочий, следовательно, получает от общества столько же, сколько он ему дал»36.

Позиция по отношению к распределению общественного продукта при социализме, которая здесь изложена, содержит целый ряд противоречий, а в применении к российской ситуации дореволюционного периода совершенно неверна. Поскольку данный подход к распределению в условиях социализма до сих пор господствует в головах наших экономистов, нанося непоправимый вред основанию экономики, а политики продолжают игнорировать законы экономики, остановимся на этом узловом моменте подробнее.

В сущности система распределения не носит самостоятельного характера. Она всегда определяется, выражает
существующее разделение труда, не может от него освободиться и стать выше его. Это аксиома марксизма. Это об-
стоятельство превращает изложенную позицию, не учитывающую реального состояния разделения труда и экономики
в целом, в утопическую фразу.

Мы уже отмечали то принципиальное обстоятельство, что замена стоимостных отношений и, следовательно, денег, по Марксу, возможны только там и тогда, где и когда разделение труда настолько выравнивается, что все трудоспособные члены общества выступают в отношении распределения в одном качестве — производительных рабочих. Вопрос о возможности или желательности подобных отношений мы здесь не обсуждаем. Для нас вопрос стоит однозначно до тех пор, пока не все члены общества воспроизводят себя в качестве субъектов общества за счет участия в производительном труде непосредственно, товарно-денежные отношения будут необходимыми, они подвержены «отмиранию» в не меньшей, а, может быть, в большей мере, чем политические и другие классовые отношения.

Ленин заимствует подобный подход в «Критике Готской программы» Маркса, но Маркс в данном случае доказывает, что невозможен «неурезанный», полный «доход» производителя. Данное определение описывает не социалистическую систему распределения общественного продукта, а любого цивилизованного классового общества, причем, в отношении воспроизводства общества в целом, без фиксации той доли общественного продукта, который должен получить производитель. Это частичное определение общественного распределения, которое с легкой руки Ленина превратилось, во всеобщее определение, —лозунг «социализма». На самом деле это совсем не так.

Такой подход к распределению при социализме, как ни странно это звучит, с самого первого дня своего появления направлен против рабочей силы, при превращении его в принцип общественного распределения практического характера. Это явление становится ясным при анализе следующих обстоятельств.

При функционировании рабочей силы в товарной форме на поверхности, во всяком случае для идеологов наемной рабочей силы, находится проблема соответствия оплаты труда и ее стоимости. Как в теории, так и в практике борьба за это соответствие может вестись как непосредственно, так и косвенно, но суть ее одна — необходимость поддержания цены рабочей силы на уровне ее стоимости.

У Маркса, например, вся калькуляция стоимости продукта начинается с учета стоимости рабочей силы, практическим регулятором распределения при любых условиям товарности рабочей силы является принцип соответствия цены рабочей силы и ее среднеобщественной отдачи и т. д. Фактически вся борьба вокруг уровня зарплаты поддерживает определенный для конкретных условий способ разрешения противоречия оптимального использования обществом товарной рабочей силы.

Подход, предложенный Лениным, отодвигает проблему стоимости рабочей силы на задний план. Такой подход был бы оправдан при условии соблюдения следующих моментов: материального благополучия общества в целом, совпадения в обычной практике стоимости рабочей силы с оплатой труда на уровне традиции, отлаженного и дешевого аппарата государственного управления и, в частности, службы учета труда и потребления, налаженных сфер социального обслуживания и т. д.

В обществе, где господствовала разруха, соблюдение условий общественного воспроизводства в первую очередь означало с неизбежностью оплату труда по «остаточному» принципу. Требования ситуации военного времени, кроме всего прочего, диктовали необходимость вуалирования этого положения в «свободном, новом» обществе. Поэтому вся жизнь и переносилась в «светлое» завтра.

Практически в реальных условиях ставка делалась именно на это обстоятельство — на основе трудового энтузиазма рабочей силы в новых общественных условиях осуществить экономический прорыв, фактически миновав законы экономического функционирования рабочей силы. Но законы эти суровы — при любой форме функционирования человека в качестве рабочей силы, за небольшим исключением, при снижении воспроизводства рабочей силы ниже определенного, хоть всегда и специфического, уровня происходит падение
трудовой отдачи.

Это явление и произошло в «эпоху» военного коммунизма—падение производства фактически разрушило экономику по всем линиям. Тотальная неразбериха, связанная с гражданской войной, вуалировала эту политэкономическую несостоятельность новой власти. И когда появились экономисты, которые стали задавать каверзные вопросы в адрес организаторов новых отношений по поводу принципиальной несходимости концов с концами в функционировании экономики и рабочей силы в частности, то от вопросов этих удалось, впрочем, как и в будущем, уйти37.

В отношении теории произошло вульгарное отрицание производства прибавочной стоимости под предлогом экспроприации частной собственности у буржуазии. Была осуществлена подмена тезисов: вместо признания того, что эксплуатация осуществляется в результате воспроизводства определенного разделения труда, она была совершенно неоправданно в этом отношении сведена к частной собственности, а, точнее, к физическому наличию буржуазии.

Такая постановка проблемы вывела из предметной области политической экономии теоретическое исследование функционирования рабочей силы. Реальные производственные отношения были осознаны обществом в вульгаризированной форме.

Таким образом, способ производства прибавочного продукта и моментов его распределения в отношении рабочей силы, в части предпосылок и возникновения повой формы, выглядят следующим образом:

Во-первых, экспроприация частной собственности при сохранении старого, капиталистического разделения труда, т. е. превращение всех граждан в «служащих и рабочих одного государственного капиталистического предприятия без капиталистов», совершенно не устраняет эксплуатации, сохраняя необходимость функционирования рабочей силы в товарной форме. Такая форма общественных отношений гипотетически может выступать в качестве переходной при преодолении частной собственности, но ни в коем случае не предполагает автоматического возникновения новых отношений. Движение может осуществляться как в прогрессивном направлении, так
и в обратном — регрессивном.

Во-вторых, наличная рабочая сила дореволюционной России не представляла собой развитую товарную форму, особенно в сельском хозяйстве. Поэтому задача беспрецедентного в мировой практике преобразования рабочей силы в
посттоварную форму могла осуществиться только при одновременном развитии ее до товарного способа воспроиз-
водства.

В-третьих, политические условия взятия власти большевиками находились в прямом противоречии с необходимыми условиями для экономических преобразований на необходимом содержательном уровне. Реальные условия не были готовы к тому, чтобы можно было организовать культурное привлечение всех граждан к производительному труду.

Наконец, реальное противоречие между необходимостью воспроизводства общественной целостности, особенно в условиях гражданской войны и разрухи, и оплатой труда в соответствии со стоимостью рабочей силы разрешалось в негативной для воспроизводства рабочей силы форме, приводя к «остаточной» форме распределения продуктов потребления в объеме гораздо ниже стоимости, что приводило, в свою очередь к снижению потребительской стоимости рабочей силы. Производительность труда принципиально при такой экономической форме должна снижаться, что и происходило в реальности.

Общий вывод таков: возникновение новых производственных отношений в части воспроизводства рабочей силы не могло дать ничего, кроме экономической стагнации и без того разрушенного экономического процесса. В реальности не было возможности обеспечить не только выход рабочей силы за рамки товара, но и даже приблизить ее движение к этому уровню. Ситуация была в отношении социализма безнадежной.

До сих пор мы рассматривали движение производственных отношений в применении к той части наемной рабочей силы, которая традиционно в марксистской парадигме относилась к пролетариату, в некотором смысле к крестьянству. В то же время существует отряд наемной рабочей силы, традиционно относимый к служащим, или в современной западной традиции «белые воротнички», а также представители буржуазных классов, кроме них можно выделить государственных служащих, включая военных, представителей «свободных профессий», интеллигенцию в собственном смысле и т. д. Речь идет о слоях общества, к которым в позитивном отношении пролетарская идеология особого интереса никогда не питала по вполне понятным причинам.

В то же время преобразование разделения труда социалистическим образом предполагает разрешение этой проблемы как раз в содержательном, позитивном ключе. Если достаточно очевидно в человеческом плане положительное влияние на людей, находящихся на низших ступенях разделения труда, преодоление разделения труда, порабощающего их, то массу вопросов вызывает обратный процесс — организация включения в процесс производства материальных благ людей, традиционно относящихся средним и высшим эшелонам этих производственных отношений.

В теоретическом плане проблема достаточно ясна. Господствовать над условиями своей жизни достаточным образом человек, подчиненный внешней по. отношению к нему социальной среде, не может никак. В лучшем случае при частичной свободе он может приспосабливаться к ней с меньшими потерями. Отчасти современная цивилизация такую возможность многим слоям населения предоставить может. Но ряд кризисных явлений в самых благополучных странах доказывает, что этих частичных мер для гармоничного бытия культурного человека явно недостаточно.

Без возможности заниматься достаточно разнообразными видами деятельности в той форме, где будут сочетаться интересы как общества, так и индивида, человек не сможет освободить себя от общественного диктата, а общество не сможет планировать свою систему воспроизводства в соответствии с реальной потребностью.

Сложность заключается в том, что целый ряд общественных слоев в своем целостном бытии далеко ушел от об-
раза жизни, который предполагает занятие производительным трудом, особенно малопривлекательного свойства. Об-
стоятельства осложняются еще тем, что среди этих людей находятся и эксплуататоры, за уничтожение которых, по сути дела, борется социалистическая революция.

Исходными моментами этой проблемы являются следующие обстоятельства. Класс эксплуататоров выражает общественную необходимость определенного способа производства прибавочного продукта. В отношении социальной целостности этот класс выступает не только экономически и политически господствующим классом, но и носителем культуры, если и не непосредственным, то опосредствованным образом. Эксплуатация осуществляется как определенное общественное отношение на содержательной основе, без которой и социалистическое общество существовать не может.

Часть людей, выступающая в качестве опосредствующего звена между эксплуататорами и эксплуатируемыми, т. е. наемная рабочая сила, не принимающая непосредственного участия в производстве прибавочного продукта, имеет двойственный характер. С одной стороны, как потребители прибавочного продукта эти субъекты общественных отношений выступают в качестве соэксплуататоров. Как субъекты наемной рабочей силы, подчиняющиеся законам рынка, сами—объект эксплуатации. В то же время как субъекты разделения труда эти слои — носители содержания, выражающие наличную культуру.

Эксплуататоры, как таковые, это не только люди в их физическом выражении, а носители определенных отношений, которые не выходят за рамки социальных функций. Поэтому в задачу социалистических преобразований входит создание новой системы воспроизводства социума, которая по иному осуществит социализацию тех же самых людей. На первых порах включение не может не осуществляться на основании наличного социального содержания как классов, слоев, так и индивидов.

По мере развития низших слоев разделения труда неизбежно выравнивание, универсализация людей, которые снимут основания деления их на содержательные разновидности. В то же время теоретически вполне очевидно, что переходные формы трансформации разделения труда будут содержать в себе неравенство, преимущественное положение, в котором будут иметь представители бывших эксплуататорских классов, поскольку они являются носителями того содержания, освоить которое должны в новых условиях все члены общества.

Кто не работает, тот не ест! Принцип и классовый, и распределительный. Но главное его содержание не может не заключаться в том, что все члены общества, находившиеся на верхних этажах социально-технологической стратификации, должны обязательно участвовать в производительном труде.

Поскольку это возможно осуществить не сразу, то на первых порах неизбежно сохранение разделения труда в той или иной форме, в котором преимущество не может не принадлежать людям, занимавшим это положение при старой системе отношений.

Реформаторы разделения труда должны отчетливо понимать, что при недостаточно культурном развитии этого процесса будут подвергаться тому или иному насилию люди, которые являются носителями общественного содержания, без которого создание более совершенных общественных форм просто невозможно. При ограничении данных слоев населения сверх меры, с необходимостью произойдет деградация социального содержания, овладеть которым низшим слоям самостоятельно практически невозможно.

Таким образом, в отношении всех слоев общества, находящихся в различных отношениях противоположно эксплуатации, в плане необходимости допустимо ограничение исключительно как разрешение противоречия, связанного с её содержанием. Это отношение к средствам производства, разделение труда, отношение к общественному продукту и т. д. Ограничение в любом отношении, выходящем в правовом плане за производственные, фактически выходит за границы экономических преобразований, превращаясь в вандализм и разрушение цивилизации.

Проблема преодоления разделения труда очень сложна во всех отношениях. Одним из главных принципов, вытекающим из развития содержательных противоречий является принцип сохранения культурного положения практических всех представителей престижных уровней старого разделения труда.

Не менее важным представляется научный подход и к содержанию распределительных отношений. Вульгарный лозунг «оплаты по труду» не имеет никакого научного содержания. Маркс и Энгельс десятки раз досказывали, что этот принцип возможен только как политический в целях пропаганды среди малограмотных пролетариев. Оплата по труду невозможна из-за того, что труд принципиально не имеет стоимости, сам являясь как ее источником, так и способом ее количественной оценки. Суть товаро – денежных отношений заключается в том, что при помощи этого социального механизма осуществляется сравнение непосредственно несравнимых вещей — труда, вложенного в производство товара, и потребительной стоимости противоположного товара, на производство которого затрачен такой же абстрактный труд.

Мы уже отмечали, что теоретически возможно в структуре исследуемых отношений существование двух форм распределения «либо распределение, компенсирующее затраты на воспроизводство рабочей силы, либо распределение, направленное не только на воспроизводство, но и на дополнительное развитие людей, выводящее их за рамки данного вида функционального применения. Первый принцип — капиталистический, второй — социалистический.

Независимо от того, как называются те социальные структуры, в которых происходит распределение, для того, чтобы рабочая, а точнее, наемная сила опредмечивала себя по своим законам трудовой отдачи, оплату необходимо осуществлять как минимум в приближении к ее действительной стоимости.

Это означает, что при сохранении разделения труда его оплата не может не включать в свой состав как минимум затрат на воспроизводство рабочей силы «данного сорта», включая и воспроизводство семьи в той или иной форме и
компенсации затрат на подготовку этой рабочей силы, если она осуществлялась не за счет общества..

Данное обстоятельство воспроизводит ряд следствий. Ни о каком равенстве при «социализме» не может идти речи в том случае, если сохраняется разделение труда. Это связано с тем, что образ жизни, а, следовательно, и условия воспроизводства рабочей силы при дифференциации ее, которая получила развитие в XX веке, требует большого разрыва в оплате труда низших и высших слоев структуры. К ним добавляется доплата за подготовку рабочей силы, которая еще более усиливает экономическое неравенство различных субъектов разделения труда.

Развитие общества невозможно осуществить без всех содержательных механизмов, необходимых не только для сохранения старой культуры социума, но и для ее развития. В пределах новых функций представители преодолеваемые классов и слоев должны включаться в новые структуры добровольно.

При содержательной деградации воспроизводства по тем или иным причинам, социальная структура также подвержена архаизации, а изменения в разделении труда будут замыкаться на смене функционеров, при воспроизводстве отрицательных сторон наличной тотальности.

В серьезную проблему превращается не только задача обеспечения всех общественных функций посредством старой, ограниченной своими прежними функциями рабочей силы низшего уровня, но и необходимость социализации отмирающих классовых структур не отрицательным, а культурным образом, направленным на снятие уже накопленного социального содержания в новой, более цивилизованной форме, распространяемой на всю массу населения.

Совершенно понятно, что для такой грандиозной культурной задачи требуются и развитые, мощные предпосылки, и благоприятная экономическая ситуация (напоминаем, что политику мы пака не трогаем). Поскольку в России ничего подобного не было, в практике преобразование общественных отношений приняло совсем другую форму.

Процесс производства прибавочного продукта в деревне, выраженный продразверсткой, не мог не привести к падению производства сельхозпродукции и небывалого обострения гражданской войны. Это обстоятельство связано с тем, что в сельском хозяйстве при нарушении меры при экспроприация продукта у производителя, независимо от формы хозяйствования, само производство становится экономически бессмысленным, что приводит к крайним формам — уходу крестьян с земли, бунтам, военным действиям со стороны специфических крестьянских формирований, примыканию к каким-либо близким по духу формам оппозиции и т. д.38.

В промышленности разруха дополнялась необходимостью самостоятельных поисков продовольствия, что способствовало деклассированию рабочего класса; иждивенчеством, вызванным гарантированным продовольственным пайком, в то же время недостаточным для нормального питания и т. д.

Период «военного коммунизма» в организации воспроизводства характеризовался попыткой ассимиляции того материального богатства, которое еще оставалось от старого общества. Использование старого содержания для создания новых форм вполне допустимо. В то же время есть две возможности осуществлять эту деятельность: в целях производства и в целях потребления. Возобладала в практике вторая линия, которая в своем развертывании породила тенденцию к тотальному уничтожению старой культуры.

Преобразование общественных отношений превратилось в значительной мере в избиение «врага революции», в экспроприацию буржуазной, национальной культуры, разрушение старых социальных стереотипов — преобразование было побеждено социальным нигилизмом отрицательной направленности. Бесчисленное множество этих моментов, с одной стороны, порождало иллюзию деятельности революционного характера, в плане созидательном в отношении экономики, в первую очередь, первая «коммунистическая» попытка довершила то разложение воспроизводства, которое и было главной основой революции.

Будучи реалистическим и самокритичным политиком, Ленин делает вывод, «что наша хозяйственная политика в своих верхах оказалась оторванной от низов и не создала того подъема производительных сил, который в программе нашей партии признан основной и неотложной задачей»39. В то же время иллюзия, что можно осуществить коммунистические преобразования в крестьянской стране при помощи государственной политики, говорит об очень облегченном, мягко выражаясь, понимании проблемы функционирования рабочей силы в различных формах социальных отношений.

Ситуация в плане производственных отношений, если отбросить необходимую в данных условиях лозунговую уверенность в будущих победах, еще более осложняется — социализм теперь нужно создавать в стране, в которой предпосылок для него стало еще меньше, поскольку «разрушена крупная капиталистическая промышленность, поскольку фабрики и заводы стали, пролетариат исчез»40.


1   2   3   4   5   6   7   8   9   10



Похожие:

Россия в ожидании iconМихаил Ходорковский Россия в ожидании суда
Московского гувд владимира Пронина после восьми с половиной лет, когда считалось, что бюрократия не просто не должна, а не вправе...
Россия в ожидании iconДокументы
1. /Э. Лимонов. Другая Россия/~$кция_02.doc
2. /Э....

Россия в ожидании iconДокументы
1. /Э. Лимонов. Другая Россия/~$кция_02.doc
2. /Э....

Россия в ожидании iconВ. Н. Каразина Научно-исследовательский институт Биологии VIII международный симпозиум биологические механизмы старения тезисы
Куликов А. В. (Россия), Кульчицкий О. К. (Украина), Литошенко А. Я. (Украина), Мензянова Н. Г. (Украина), Наумов А. Д. (Белоруссия),...
Россия в ожидании iconHttp://www skopal narod ru
Конференция «Запад». Дивизион Боброва: «Динамо» (Респ. Беларусь, Минск); «Динамо» (Россия, Москва); «Динамо» (Латвия, Рига); ска...
Россия в ожидании iconМоральный кодекс в ожидании чуда

Россия в ожидании iconМалая рериховская библиотека н. К. Рерих россия
Россия: [Сб ст.]. – 3-е издание, исправленное. –– М: Международный Центр Рерихов, 2004.– 92 с
Россия в ожидании iconРоссия в период петровских преобразований
Россия была подготовлена к реформам прошедшим развитием. «Собирались в дорогу и ждали кого-то» (С. М. Соловьев)
Россия в ожидании iconДокументы
1. /В ожидании козы.doc
Россия в ожидании icon1-й товарищеский матч сборная Россия сборная Мира russia – world 15. 11. 2008-31. 08. 2009 Судья: Тихеева А. М.(Россия )

Разместите кнопку на своём сайте:
Документы


База данных защищена авторским правом ©podelise.ru 2000-2014
При копировании материала обязательно указание активной ссылки открытой для индексации.
обратиться к администрации
Документы

Разработка сайта — Веб студия Адаманов