\\Главная icon

\Главная



Название\Главная
страница3/8
Дата конвертации05.09.2012
Размер1.42 Mb.
ТипДокументы
1   2   3   4   5   6   7   8
3. Разработка теории оппозиции

В 1990-е гг. в России и других странах СНГ шло формирование политической оппозиции. Появились новые партии и движения. В парламентах возникли группы и фракции. Происходила поляризация политического сознания групп населения, оформлялась политическая «прописка» прежних и новых СМИ, систематически проводились выборы в разные органы власти и т.д. Однако становление оппозиции в бывших странах «реального социализма» идет с трудом.

Я начал разрабатывать эту проблему еще в период существования СССР. Специфика моего подхода – использование теории бюрократии для анализа методологических, содержательных и политических аспектов оппозиции. Суть дела состоит в том, что нынешняя власть в России и других государствах СНГ использует сложившиеся в советское время связи власти, собственности и идеологии. Значит, можно исходить из признания данной власти нелегитимной. Перспективы становления оппозиции зависят от того, насколько она сможет разрушить эти связи. Причем, не только в государственном аппарате, но и в аппаратах множества существующих партий. Политические процессы в России после 1991 г. лишь качнули, но существенно не изменили систему власти-собственности-идеологии, конфронтационное политическое мировоззрение и авторитарно-бюрократические методы управления обществом. Происходит срастание новых политических партий и общественно-политических движений со сложившейся структурой власти. Этот процесс можно рассматривать как частный случай бюрократизации политических систем. В России законодательные органы власти являются марионеточными и широко пользуются методами насильственно-манипулятивного воздействия на общество. Бюрократия попрежнему диктует свою волю, не несет никакой ответственности перед населением страны21. Формальная оппозиция воспроизводит бюрократические методы политической деятельности. Выборы и парламент не изменили систему БО, ГФ и ПО. Главная проблема политического развития России – создать такую политическую оппозицию, которая позволяла бы противодействовать данной системе. Для этого политическое недоверие должно быть направлено на политическую систему в целом – ее экономические, политические и идеологические основания.

Однако в России пока господствует другая точка зрения: оппозиция – это патология, а не норма политической жизни общества. Такая точка зрения глубоко укоренена в политической культуре и истории страны22. В результате оппозиционная деятельность смешивается с «антигосударственной», хотя на протяжении ХХ в. государство в России (Российская империя и СССР) уже дважды было разрушено бюрократией, соединившей в своих руках отношения «власти-собственности». При либеральном толковании оппозиции ее стремятся свести к политическим силам и группам, признающим основные принципы существующей политической системы, и исключить из политической жизни группы, высказывающиеся за ее полное изменение.


Это толкование неприменимо к политическому развитию России. Прежде всего потому, что нынешний ГА России на 80-90% состоит из экономической, политической и идеологической бюрократии СССР. Глупо надеяться на изменение системы «тройного господства» с помощью такого аппарата. Наследники советского «суперкласса» создают, толкуют, применяют и изменяют законодательные акты в своих интересах. Следовательно, нельзя считать формально-юридическое толкование оппозиции достаточным.

При формально-правовом подходе к проблеме смешиваются два вопроса: следует ли легализовать оппозицию? можно ли признавать оппозиционной деятельность, связанную с нарушением законов? В обоих случаях возникает проблема различия между политикой и правом. Это различие обостряется в период трансформации политической системы. Всякая монополия власти на толкование данного различия ведет к господству власти над законом. При этом надо учитывать, что на протяжении ХХ в. в странах Запада существовали коммунистические партии, которые ставили своей целью полное изменение политических систем данных стран. Тем не менее эти партии квалифицировались как оппозиция. Но в данных странах не существовало системы «тройного господства». В России эта система образует политическую традицию и реальность сегодняшнего дня. Следовательно, в состав политической оппозиции следует включать только те социальные движения и политические партии, которые ставят своей целью полный разрыв системы «власть – собственностьидеология». Правда, в России таких движений и партий еще нет. Но доказательство на основе прошлого опыта не является доказательством в строгом смысле слова (принцип Юма).

Кроме того, смешивание оппозиции с «антигосударственной деятельностью» базируется на властно-бюрократическом произволе. В результате снимается различие идеологии и права как господствующей правовой идеологии, системы установленных законов и порядка их применения. В России длительное время господствовала правовая идеология, обосновывающая приоритет государства над гражданами, власти над законом. Она прекрасно уживалась с самодержавной и с советской властью. Возрождение и пропаганда «евразийства» и «атлантизма» в нынешней России показывает, что геополитические концепции обосновывают тот же самый приоритет. На этих основаниях невозможно обеспечить развитие политической оппозиции в указанном смысле слова.

Смешивание правовой идеологии с системой установленных законов выражается в широком и узком толковании оппозиции. В первом случае ее представители попадают в разряд политических противников со всеми вытекающими последствиями. Во втором случае различия в политических взглядах служат основанием для репрессий.

Я считаю, что оба толкования надо отбросить без сожаления, поскольку они были «реализованы» до и после революций 1917 г. А сегодня они воспроизводятся в деятельности властно-управленческого аппарата России. Его члены традиционно смешивают собственную причастность к ГА с государством как формой политической организации общества. Советская власть длительное время пыталась воплотить в жизнь фикцию государства, в котором нет никаких политических различий между гражданами и социальными группами. А репрессивная политика обслуживала эту фикцию. Правда, закулисный конфликт различных звеньев государственной машины (партийный аппарат, армия, органы госбезопасности и МВД, дипломатические ведомства, технократия) всегда существовал, а в последнее время еще более усилился. Однако любое звено считало нормой переплетение власти с собственностью и идеологией. Этим объясняется и нынешняя «ожесточенность» политических дебатов, которые почти не несут никакой содержательной нагрузки, хотя нередко заканчиваются дракой23.

Следует учитывать также, что нынешнее «размежевание» юридического сословия и органов прессы является мнимым. Три поколения советских юристов и журналистов воспитаны в условиях господства власти над законом и идеологической унификации. Сегодня они передают свой «опыт» наследникам. Наследники из среды финансово-промышленных кругов тоже отстаивают связь власти и собственности. А большинство населения страны считают эту связь нормальной. Таким образом, становление политической оппозиции затягивается.

Почва для нее уже имеется. Социологически доказаны различия между мнениями социальных и электоральных о месте России в мировом сообществе и выражением данных мнений в политической структуре; политическими ориентациями центра и провинций, столичной и региональной бюрократии с явно обозначившейся тенденцией скрыть эти ориентации24. Значит, политическая оппозиция не является «антигосударственной силой» и не тождественна несогласию социальных групп с курсом правительства. Если учитывать уроки истории СССР, то даже из самых суровых репрессий вытекает вначале моральная, а затем политическая оппозиция. Если правительство не желает ее радикализации, оно обязано терпимо относиться ко всем проявлениям реальной политической дифференциации и отказаться от навязывания собственной точки зрения через СМИ. Требуется публичная полемика с людьми, не согласными с курсом правительства и основаниями существующей политической системы. Система «власть – собственность» связывает нынешнюю систему с советской властью. Все политические силы, высказывающиеся за полное или частичное воспроизводство данной системы, не могут быть квалифицированы как оппозиция.

К ней ближе те элементы российского политического менталитета, в которых власть квалифицируется как неопределенная, вездесущая и дьявольская сила25. Этот фольклорный стереотип в ХХ в. нашел наиболее скорбное подтверждение. Поэтому определение оппозиции не может быть оценочно-нейтральным, как предлагают позитивистски-ориентированные «мудрецы» из состава закордонных и отечественных политологов. Политическая оппозиция не обязана отдавать преимущество определения ситуации в стране правительству, всем звеньям законодательной, исполнительной и судебной власти, политическим партиям и избирательным блокам. Ведь ни один из указанных элементов политической системы не свободен от БО, ГФ и ПО. Значит, их оценка ситуации ни в коем случае не может быть преобладающей и господствующей. Этот момент особенно важен в период изменений политической системы, когда обычные демократические критерии большинства и меньшинства теряют свою силу.

^ Политическая оппозиция – это группы и движения, которые действуют организованно для того, чтобы отнять власть у правительства и передать ее другой политической силе. Специфика российской ситуации в том, что потеряли силу обычные критерии легальности и нелегальности26 из-за переплетения теневой экономики с политической коррупцией27. По сути дела, эти выражения скрывают традиционную российскую связь власти, собственности и идеологии. Формирование политической оппозиции может начинаться с попыток теоретического описания данной связи и всех ее многообразных следствий для прошлого и настоящего России. Цель оппозиции – передача власти. Методы – организованные политические акции, ограниченные неприменением силы в тех пределах, в которых силовые структуры не вмешиваются в политику. Однако в государствах с сильным авторитарным прошлым (к ним относится и Россия) такое вмешательство стало правилом. Поэтому мера вооруженности оппозиции есть лишь отражение вмешательства силовых структур в политическую жизнь.

По формам действия можно выделить конституционную, политическую и конспиративную оппозиционную деятельность. Под «конспиративностью» имеется в виду спектр власте-собственнических и власте-идеологических связей, которые стремятся скрыть правительство, бюрократия, партии и теневые структуры. По этим основаниям противодействие курсу правительства локализуется внутри ГА. Аппарат всегда склонен действовать скрыто, придавая собственным действиям видимость конституционности. Без борьбы с этой тенденцией невозможно создать новую политическую ситуацию.

Передача власти другой группе – определяющий, но не единственный признак оппозиции. Противоборствующие силы обычно удерживают или захватывают власть для того, чтобы навязать населению страны определенную политическую доктрину, развить политическую концепцию и реализовать политическую программу. Однако прошедшее десятилетие показало, что ни одна из противоборствующих сил не в состоянии предложить доктрину, концепцию и программу, свободную от интересов разных звеньев бюрократии и удовлетворяющую элементарным логическим и политологическим критериям28. Следовательно, в России идет борьба за власть, но нет политической оппозиции.

Постсоветская бюрократия обладает своими интересами, стремится стать над противоборствующими силами и сохранить за собой монополию на власть независимо от изменений политической коньюнктуры. Поэтому вместо оппозиции развивается лоббизм. Причем, все ныне существующие в России группы давления на правительство сложились при советской власти29. Большинство из них находятся внутри аппарата. Они стремятся воздействовать на правительство в соответствии со своими корпоративно-групповыми интересами для модификации политики в выгодном для них направлении. Тем самым усиливается бюрократизация политического процесса. Все группы давления предпочитают пользоваться бюрократическими методами подбора кадров и персональными перестановками во всей структуре ГА. Еще ни одна группа давления не перешла открыто в ранг политической оппозиции. Крайне примечательно, что некоторые российские юристы обосновывают «законность» отечественного лоббизма со ссылкой на США30. Это лишний раз доказывает политическое недомыслие и верноподданность юридического сословия России.

Правительство тоже не собирается отдавать добровольно государственную машину в другие руки. Оно предпочитает действовать с помощью рутинных методов политической игры, используя для этого СМИ. Поэтому политическую оппозицию надо отличать от борьбы за власть внутри правящих групп, сращенных с государственной машиной. Эта борьба издавна ведется на вершине политической иерархии. Следствия тоже давно известны.

Политическую оппозицию надо отличать также от аморфной и распыленной критики, характерной для России, но слабо связанной с публичной политической деятельностью. Критика – это не оппозиция, поскольку большинство форм критики вписываются в БО. К тому же полновесной социальной критики в России пока не сложилось. Связь власти с собственностью и идеологией создала множество барьеров на пути реализации трех главных задач социальной критики: выставлять на всеобщее обозрение ложные условности российского общества; выражать наиболее глубокие идеи о должном социальном устройстве; показывать все формы существующей социальной лжи. Связи современной российской интеллигенции с традициями социального недовольства практически прерваны. Из-за этого процветает национально-народная апологетика. Население страны пока не способно занять критическую позицию в отношении государства и народа одновременно, остается пленниками и инструментами власти31. А мельтешащие на политической сцене лица не имеют никакого «политического характера» (в смысле М.Вебера) – т.е. не способны к выдвижению оригинальных политических идей. При таких условиях перспективы политической оппозиции остаются крайне неопределенными.

Следует проводить также различие между политической оппозицией и гражданским сопротивлением – различными формами публичного неповиновения власти. Традиция гражданского сопротивления в современной России почти безвозвратно утеряна, хотя ее теоретическая реконструкция и легитимизация уже началась32. По крайней мере, после гражданской войны население страны еще не выходило самостоятельно на политическую сцену. Поэтому возможность преобразования социальной критики (в указанном смысле слова) и гражданского сопротивления в организованное политическое действие остается открытой33.

В России в настоящее время существует аморфная масса партий, напоминающая партийную структуру России после февраля 1917 г. Комплекс политических концепций и программ данных партий тоже не отличается оригинальностью. Извлечение из сундука всей этой партийно-идеологической ветоши происходит в обществе с радикально изменившейся (по сравнению с началом ХХ в.) технико-экономической, аграрно-урбанистической и социальной структурой. Зато связь власти с собственностью принципиально не изменилась. Поэтому все элементы БО, ГФ и ПО охватывают правительство и противоборствующие политические силы. Правительство стимулирует власте-собственнические тенденции во всей структуре управления страной. Тем самым оно сознательно сужает социальную базу оппозиции. В ней остались одни политиканы и их идеологическая обслуга. Оппозиция в современной России стала целью самой по себе. Превратилась в трамплин для политической карьеры лиц, слабо связанных со структурой социальных и политических потребностей населения. Правительство манипулирует СМИ для трансляции патерналистско-советского стереотипа: потребности населения будут удовлетворяться по мере выполнения «правительственных программ». Даже оппонентам, пытающимся играть роль «оппозиции», оно навязывает состязание обещаний и программ, ни одна из которых не выполнена. Транслируются также все остальные элементы искусства внутренней дипломатии. Происходит бюрократизация новых партий и избирательных блоков. Этот процесс начался еще до распада СССР. Новые партии формировались под контролем прокуратуры, МВД, КГБ и аппарата КПСС. Они полностью заимствовали властно-собственнические и властно-идеологические связи, характерные для данных структур.

Правовые условия деятельности оппозиции состоят в следующем: 1. Принцип строгого отличия политических противников от критически настроенных людей. Только тот может считаться оппозиционером, кто хочет и действительно является таковым. 2. Принцип открытых дверей должен обеспечивать нормальную жизнь всем людям, занятым оппозиционной деятельностью. 3. Законы не должны толковаться применительно к обстоятельствам борьбы между правительством и оппозицией34.

Если судить по опыту демократических государств, оппозиция в них давно стала элементом бюрократической структуры. То же самое произошло в России. Поэтому «оппозиция» в той форме, в которой она существует в стране, заслуживает еще более критического отношения, нежели правительство и бюрократия. Для противодействия этому процессу я разрабатываю теорию легитимности.

^ 4. Исследование проблемы легитимности

Социальные и политические науки России на рубеже ХХ-ХХ1 вв. находятся в трудной ситуации. Требуется отбросить все наследство бывшей официальной идеологии, которая глубоко пропитала содержательную, понятийную и методологическую структуру социогуманитарного знания. Одновременно надо выработать противоядие от коррумпированной, коммерциализованной и пропагандистской западной политологии, которая в большинстве случаев выполняет в политических системах западных государств ту же функцию, которую в СССР выполнял «научный коммунизм» с его многочисленными ответвлениями. Не менее актуальной является задача противодействия различным формам консервативно-архаического возрождения российской идеологической и символической ветоши. Она нисколько не помогает разобраться во множестве современных проблем и является просто воспроизводством сталинской ксенофобии в новых условиях. Каждая из указанных тенденций существует в современной России. В целях критического отношения к ним я предлагаю рассматривать проблему легитимности в контексте выводов из теории бюрократии и политической оппозиции.

По этой теме я опубликовал в 1993 г. статью, на основе которой в 1996 г. была опубликована книга «Легитимность политической власти: методологические проблемы и российские реалии». В ней рассматриваются следующие вопросы: кризис власти как глобальная проблема современности; система политических иллюзий и властно-управленческий традиционализм; феномены истощения идей и политического недоверия; сила и легитимность власти; реальная власть и официальная легитимность; объекты, типология и аргументация легитимности. Кратко опишу главные результаты исследования.

^ Кризис власти как глобальная проблема современности. В 1960-1970-е гг. на Западе появились работы, в которых отмечалось, что кризис власти есть глобальная проблема современного мира. Симптомы кризиса были зафиксированы во всех капиталистических, социалистических и развивающихся странах. В развитых странах Запада развивалось несколько тенденций: упадок идеологии и институтов welfare state; нарушение связей между экономической и политической системами; рост этнического и религиозного сепаратизма; экологический и энергетический кризис. В итоге рухнула вера в государство как защитника и опекуна общества.

Те же самые тенденции (с определенными модификациями) возникали в социалистических и развивающихся странах. Переход от государства диктатуры пролетариата к общенародному государству привел к изменению формы государств и падению коммунистических режимов. Экономическая необходимость децентрализации, введения рынка и дифференциации доходов противоречили эгалитаризму как элементу официальной идеологии и массовой психологии. Принцип неприкосновенности границ имперского и колониального периода усилил этнический, национальный и религиозный сепаратизм. Бюрократизация, коррупция, родственно-земляческие связи стали обычной практикой советского режима и развивающихся государств. Традиционные и новые политические элиты широко пользовались отсутствием строго определенных правил в борьбе за власть. Насилие стало повседневной практикой развивающихся и социалистических стран. Системы образования и воспитания отставали от потребностей экономического и социального развития и становились дисфункциональными.

Таким образом, недоверие к любым политическим системам, институтам и руководителям – общая тенденция современного мира, включая Россию. Значит, легитимность надо рассматривать в этом контексте.

^ Система политических иллюзий и властно-управленческий традиционализм. В результате исследования бюрократии я пришел к выводу о принципиальном различии между верноподданным и гражданином. Верноподданный – это индивид, готовый признать истинным все, что говорило высшее лицо (генсек или президент) или группа (правительство) вчера, вещает сегодня и будет бубнить завтра. Гражданин всегда ставит под сомнение любое высказывание и решение официальных лиц и структур. В лучшем случае они признаются как один из возможных вариантов дальнейшего развития событий.

Советская власть систематически искореняла это различие, стремясь превратить граждан в верноподданных. Она использовала все экономические, политические и идеологические средства для выработки у населения страны убеждения: находящиеся у власти люди имеют полное право ее осуществлять. Проблема легитимности считалась вымыслом буржуазного права и принадлежала к идеологическим табу. Но указанное убеждение нисколько не отличается от традиционных представлений о власти. Для их обоснования использовались ссылки на «законы истории», классическая теория демократии, бихевиористская модель отношений между властью и гражданами, идеологические и политические обещания, трансформированные религиозные убеждения, интерналистские и экстерналистские установки личности, иерархический и групповой конформизм, технократические иллюзии и т.д. Системы законодательства, оплаты труда, ценообразования, государственных налогов и займов, распределения жизненных благ, образования и воспитания, подготовки руководящих кадров и пр. базировались на отождествлении интересов общества и государства, монополия на выражение которых принадлежала правительству. Общественный порядок толковался как обязательное подчинение госаппарату. Призывы к патриотизму обеспечивали добровольно-принудительную отдачу силы, труда, денег и других средств населения в руки государства. Призывы к единству прав и обязанностей скрывали подчинение личности государству в экономической, социальной, политической и идеологической сферах.

Эти элементы легитимизации советской власти включали следующие основные средства: насилие, материальные блага, организационно-управленческая эффективность власти, привычка и апатия населения. В трудах автора детально описано каждое из них. На этом основании подвергается критике распространенное (на Западе и в России) отождествление легитимной власти с экономической и организационно-управленческой эффективностью власти, а также с послушанием граждан. Разобраны главные аргументы в пользу такого отождествления. В их основании лежит идея этатизма. Она обосновывает внутреннюю деполитизацию всех сфер социальной жизни и социальных групп и обеспечивает изоляцию государства от внешнего влияния. В итоге управление государством приобретает форму безальтернативности, в состав которой входят следующие методы: 1. Официальная государственная идеология и связанный с ее разработкой и пропагандой идеологический аппарат обосновывает необходимость движения общества в одном направлении. 2. Ликвидация всех контридеологий и кругов интеллигенции, предлагающих другие способы видения будущего и настоящего и методы решения социальных проблем. 3. Перфекционизм - пропаганда представления о том, что существующий социальный порядок является лучшим из возможных, а органы государственной власти обеспечивают его сохранение и воспроизводство.

Данная схема политического мышления и действия транслирует стереотипы традиционных обществ. Власть в них опирается на убеждение в «естественном» характере существующих социальных отношений, которые осознаются как единственно возможные. Эта схема противостоит сознательному консерватизму, который оперирует принципом «Я должен жить так, как жили мои отцы и деды». Данный принцип возникает тогда, когда уже появляется возможность выбора разных путей индивидуального, группового и общественного развития.

Эмпирические исследования этих стереотипов мышления и поведения сложны, поскольку нужно выявлять то, что люди не осознают (или скрывают). Если такие стереотипы проявляются во властно-управленческой сфере, происходит деполитизация самих политиков. Возникает сфера мнимо-политических решений - бессознательной политической манипуляции. В ее состав входят: переоценка (недооценка) масштаба политических действий; приписывание положительных следствий только определенным политическим действиям, а негативных – факторам, независимым от действующего субъекта; сосредоточенность на позитивных и пренебрежение негативными последствиями действий; ограничение дискуссии о путях решения социальных проблем только одним вариантом, который квалифицируется как лучший из возможных; блокировка информации, которая не соответствует избранному варианту решения; упрощение образа социально-политической ситуации, схематичность и односторонность восприятия; пренебрежение к факторам, которые могут помешать реализации избранного варианта решения.

Все эти познавательно-практические процедуры порождаются БО и затягивают политические решения. Мнимо-политическим является любое решение, направленное на подавление альтернативных подходов к социальным проблемам. С помощью такой политики стремление к изменениям подавляется на фазах подготовки, принятия и реализации решения. Вся история царской и советской России есть цепь таких решений, из-за чего страна безнадежно отстала от Европы, США и Японии, а вскоре отстанет и от Китая.

Безальтернативные решения влияют на отношение центра и периферии и все направления внешней политики государства. Они ведут к постоянному росту затрат на ВПК и полицейско-репрессивный аппарат. Насилие, материальная обеспеченность и политическая пассивность населения, организационно-управленческая эффективность аппарата власти и управления не гарантируют стабильность государства и не могут считаться критерием легитимности. Перспективы становления легитимной власти в России зависят от того, насколько реальная власть сможет преодолеть всю систему описанных иллюзий. Поскольку они транслируются, недоверие к правительству и аппарату управления следует считать нормальным состоянием общества. Никакая власть не заслуживает абсолютного доверия и не может быть признана абсолютно легитимной. Недоверие должно быть направлено на политическую систему в целом – ее экономические, социальные, политические и идеологические основания, а не на отдельных представителей власти, политический курс правительства и политические институты. Если этого нет, проблема легитимности не может быть строго сформулирована.

1   2   3   4   5   6   7   8



Похожие:

\\Главная iconГлавная страница сайта
«Главная причина, заставляющая молодых девушек торговать собой, это нужда, а не отсутствие нравственных чувств… к позорному ремеслу...
\\Главная iconКонкурс плакатов для учащихся 5-6-х классов «Здоровье в твоих руках» На конкурс принимаются плакаты, главная идея которых призыв к здоровому образу жизни
На конкурс принимаются плакаты, главная идея которых призыв к здоровому образу жизни, который автору нужно выразить в самом названии...
\\Главная iconКонкурс плакатов для учащихся 5-6-х классов «Здоровье в твоих руках» На конкурс принимаются плакаты, главная идея которых призыв к здоровому образу жизни
На конкурс принимаются плакаты, главная идея которых призыв к здоровому образу жизни, который автору нужно выразить в самом названии...
\\Главная iconКонкурс плакатов для учащихся 5-6-х классов «Здоровье в твоих руках» На конкурс принимаются плакаты, главная идея которых призыв к здоровому образу жизни
На конкурс принимаются плакаты, главная идея которых призыв к здоровому образу жизни, который автору нужно выразить в самом названии...
\\Главная iconЗдоровый ребенок- главная цель

\\Главная iconДокументы
1. /АНКЕТА главная.doc
\\Главная iconЭвакуация при пожаре
Главная | english | новости | услуги | семинар ппбс | download | о нас | карта сайта
\\Главная iconГлавная>
Къэбэрдей-балъкъэр республикэм щыщ прохладнэ къалэ округым и администрацэм и тэтащхъэ къабарты-малкъар республиканы прохладна
\\Главная iconКонкурс призван способствовать
Главная цель конкурса утверждение приоритетности образования, формирование общественного мнения о творчески работающих педагогах
\\Главная icon«немецкий дратхаар»
Главная задача: охотничье применение немецких дратхааров в соответствии с признаками породы – легавая собака для разностороннего...
\\Главная icon«немецкий дратхаар»
Главная задача: охотничье применение немецких дратхааров в соответствии с признаками породы – легавая собака для разностороннего...
Разместите кнопку на своём сайте:
Документы


База данных защищена авторским правом ©podelise.ru 2000-2014
При копировании материала обязательно указание активной ссылки открытой для индексации.
обратиться к администрации
Документы

Разработка сайта — Веб студия Адаманов