Джордано Бруно (фрагменты из книги Бруно Дж. \"Диалоги\", М.: Политгиз, 1949) Диалог \"пир на пепле\"1 (1584 г.) стр. 117 icon

Джордано Бруно (фрагменты из книги Бруно Дж. "Диалоги", М.: Политгиз, 1949) Диалог "пир на пепле"1 (1584 г.) стр. 117



НазваниеДжордано Бруно (фрагменты из книги Бруно Дж. "Диалоги", М.: Политгиз, 1949) Диалог "пир на пепле"1 (1584 г.) стр. 117
страница1/5
Дата конвертации10.09.2012
Размер0.98 Mb.
ТипДокументы
  1   2   3   4   5

[вернуться к содержанию сайта]


Джордано Бруно

(фрагменты из книги Бруно Дж. "Диалоги", М.: Политгиз, 1949)


Диалог "ПИР НА ПЕПЛЕ"1 (1584 г.)


стр. 117

С м и т. Из того, как вы ответили на соображение о ветрах и тучах, получается ответ также на другой вопрос, который выдвигается Аристотелем во второй книге «О небе и мире» 70. Он считает невозможным, чтобы брошенный вверх камень мог вернуться вниз по той же перпендикулярной прямой, и необходимым, чтобы очень быстрое движение земли оставило его далеко позади — на западе. Ведь если это метание происходит на земле, то необходимо, чтобы с её движением менялось всякое соотношение между прямизной и кривизной, так как есть разница между движением корабля и движением вещей на корабле. Если бы это не было правильным, то отсюда вытекало бы, что когда корабль плывёт по морю, то никогда и никто не смог бы тянуть что-нибудь по прямой с одного его конца до другого и невозможно было бы сделать прыжок вверх и опять стать ногами на то место, откуда подпрыгнули. Значит, с землёй движутся все вещи, находящиеся на земле. Значит, если с места вне земли что-нибудь было бы брошено на землю, то из-за её движения оно потеряло бы прямизну. Это видно на примере корабля, переплывающего поперёк реки: если бы кто-нибудь, находясь на её берегу, бросил камень прямо, то он не попал бы в корабль, поскольку корабль сносится быстротой течения. Но если кто-либо находится на мачте названного корабля, плывущего с любой быстротой, то он нисколько не ошибётся в движении камня, так как от прямой из точки на верхушке мачты или в мачтовой клетке до точки в основании мачты или в другой части трюма или корпуса указанного корабля ни камень, ни другой брошенный тяжёлый предмет не отойдёт. Так же если от точки, находящейся в основании мачты, кто-нибудь на корабле бросит камень, прямо вверх, то последний по той же линии вернётся вниз, как бы ни двигался корабль, лишь бы он не качался.

С м и т. Из соображения об этом различии открывается дверь ко многим важнейшим тайнам природы и глубокой философии; ведь представляет частое явление, о котором, однако, мало думают, а именно — разница между тем, когда лечишь себя сам и когда лечит тебя другой. Достаточно ясно, что мы получаем больше наслаждения и удовлетворения, если принимаем пищу из своих рук, а не из других. Дети, когда могут пользоваться своей посудой, чтобы брать пищу, неохотно пользуются чужой. Кажется, что сама природа как-то обучает их тому, что когда нет такого наслаждения, нет и такой пользы. Вы видите, как сосущие дети хватаются рукою за грудь? И я действительно не страшусь так никакого воровства, как со стороны домашнего слуги, ибо не знаю, чего больше — смуты или изумления вносит домашний вор, поступая как чужой человек и проявляя себя одновременно как злой гений и ужасное предзнаменование.

Т е о ф и л.
Всё же вернёмся к поставленной теме; один из двух человек находится на плывущем корабле, а другой — вне его; у каждого из них рука находится почти в одной и той же точке в воздухе, и из этого места в то же самое время первый пускает камень, а второй — другой камень, без всякого толчка; камень первого, не теряя ни мгновенья и не уклоняясь от своей линии, упадёт в назначенное место на корабле, а камень второго останется позади. И это попадание произойдёт по той причине, что камень, который падает из вытянутой руки на корабле и, следовательно, движется, следуя его движению, имеет сообщённую ему силу, которой не имеет другой камень, выпадающий из руки, находящейся вне корабля; и всё это происходит, несмотря на то, что у камней та же тяжесть и такое же промежуточное пространство, что движутся они (предполагая это возможным) из той же точки и испытывают тот же толчок. В этом различии мы можем увидеть лишь тот смысл, что вещи, которые фиксированы или же имеют подобное отношение к кораблю, движутся с ним. и что один камень несёт в себе силу двигателя, движущегося с кораблём, а другой камень не участвует в ней указанным образом. Из этого ясно видно, что не от отправной точки движения, откуда исходят, не от конечной точки, к которой идут, не от среды, через которую проходят, берётся сила прямого движения, но от действенности силы, первоначально перенятой, от которой зависит всё различие. И это мне кажется достаточным для рассмотрения рассуждения Нундиния.

С м и т. Ну, завтра снова увидимся и выслушаем рассуждения, которые добавит Торквато.

Ф р у л л а. Да будет так.

Конец третьего диалога


стр. 139

Диалог пятый

Т е о ф и л. Звёзды не более и не иначе поддерживаются небом, чем эта звезда, то есть земля, а она поддерживается тем же небом, то есть эфиром. И не более достойно носить наименование восьмой сферы тому месту, где находится хвост созвездия Медведицы, чем тому, где земля, на которой мы живём. Ведь эти различные тела, удалённые на определённые расстояния одни от других, находятся в той же самой эфирной области, как в том же огромном пространстве и поле. Посмотрите на основание, по которому судят о семи небесах для подвижных звёзд и об одном — для всех прочих. Различные движения видны у семи планет 80, и одно регулярное у всех прочих звёзд, которые вечно подчинены тем же равным расстояниям и правилам, и это придаёт всем последним видимость единого движения и единой прикреплённости к единой сфере, так что получается не больше восьми наблюдаемых сфер для всех светочей, которые как бы пригвождены к ним.

Итак, если мы придём к такому ясному пониманию и такому правильному восприятию, что признаем видимость мирового движения происходящей от вращения земли, если положение этого тела в пространстве мы признаем подобным положению всех прочих тел, то сможем сперва проверить, а затем при помощи умозаключений доказать тезис, противоположный этому сновидению и этой фантазии, ставшей первым затруднением, которое заключает в себе и способно вновь породить бесконечно много других.

Отсюда происходит ещё одна ошибка: когда мы из центра горизонта поворачиваем глаза в каждую сторону, то можем судить о большем или меньшем расстоянии до них и между ними лишь относительно тел, расположенных ближе; но после некоторого предела во всех прочих случаях все они кажутся равно отдалёнными; таким образом, глядя на звёзды небосвода, мы воспринимаем различие движений и расстояний некоторых более близких звёзд, но более далёкие и самые отдалённые нам кажутся неподвижными и находящимися на одинаковом расстоянии от нас и между собою.

Так, дерево кажется иной раз ближе к другому, оттого что приближается к тому же самому радиусу наблюдения, и тогда, когда оно станет в том же радиусе, они покажутся совершенно слившимися воедино, хотя бы при этом была большая отдалённость между ними, чем между теми, которые считаются намного более отдалёнными из-за разницы радиусов наблюдений. Так же бывает, когда такая-то звезда считается много большей, в то время как она много меньше, а другая более отдалённой, тогда как она значительно ближе.

На следующем чертеже (фигура 7) из точки О глаза звезда А кажется той же самой, что звезда В, и даже если представляется отдельной, всё же кажется глазу ближайшей; а звезда С, весьма отличаясь ввиду нахождения на другом радиусе, кажется много дальше; в действительности же она значительно ближе.



Фигура 7

Итак, когда мы не видим многих движений этих звёзд, то они не кажутся удаляющимися или приближающимися одна от другой или одна к другой; однако это происходит не оттого, чтобы как та, так и другие не совершали своих кругов; ведь нет никакого основания, чтобы на тех звёздах не совершались такие же самые, что и на наших, события, благодаря которым тело, чтобы получить силу от другого, таким же самым образом должно двигаться вокруг другого. Поэтому их можно называть неподвижными не по тому соображению, что они в самом деле сохраняют то же самое равное расстояние от нас и между собою, но лишь потому, что их движение нечувствительно для нас. Это можно видеть на примере очень отдалённого корабля, который если сделает передвижение на тридцать или сорок шагов, тем не менее будет казаться прочно стоящим, как если бы он не двигался вовсе. Так, сохраняя пропорцию, надо рассматривать при больших расстояниях самые большие и самые светлые тела, из которых, возможно, многие и бесчисленные столь же велики и такие же сияющие, как солнце, и даже сильнее. И их орбиты и движения, намного большие, не видны; поэтому если у некоторых из этих звёзд произойдёт разница в приближении, то о ней можно узнать только благодаря самым длительным наблюдениям, которые не начаты и не продолжаются, так как в такие движения никто не верил, не исследовал их и не предполагал; а мы знаем, что в начале исследования лежит знание и познание того, что вещь есть или что она возможна и нужна и что из неё извлечётся польза.

П р у д е н ц и й. Попал в точку.

Т е о ф и л. Но такое различие тел в эфирной области известно было Гераклиту, Демокриту, Эпикуру, Пифагору, Пармениду, Мелиссу, как это ясно из имеющихся у нас фрагментов; отсюда видно, что они знали бесконечное пространство, безграничную область, бесконечный лес, бесконечную вместимость неисчислимых миров, подобных нашему, которые так же совершают свои круговые движения, как земля своё; и поэтому в древности они назывались эфиром, то есть бегунами, скороходами, посланниками и вестниками великолепия высшего единства, которые в музыкальной гармонии образуют стройный порядок и являются живым зерцалом бесконечного божества. Это название эфир по слепому невежеству отнято у них и присвоено неким квинт-эссенциям, к которым как бы многими гвоздями прибиты эти светильники и фонари. Эти бегуны имеют собственное внутреннее начало движения, собственную природу, собственную душу, собственную интеллектуальность; поэтому для движения столь плотных и великих механизмов недостаточно жидкого и лёгкого воздуха. Для того чтобы это делать, им была бы необходима сила влекущая, или импульсивная, и тому подобные, которые не образуются без контакта по меньшей мере двух тел, из которых одно своим концом толкает, а другое — толкаемо. И, конечно, во всех вещах, приводимых в движение таким образом, начало их движений или противоестественно, или лежит вне их собственной природы; я называю его или насильственным, или, по крайней мере, неестественным. Следовательно, для тех вещей, которые происходят от совершеннейшей причины, естественным является движение, производимое внутренним началом и собственным импульсом без сопротивления. Это относится ко всем телам, которые движутся без ощущаемого контакта с другим побуждающим или влекущим телом. Поэтому превратно понимают это те, которые говорят, что магнит притягивает железо, янтарь — соломинку, цемент из гравия и извести — перо, солнце — гелиотроп; но в железе имеется как бы чувство, пробуждаемое духовной силой, которая изливается магнитом, каковым чувством железо движется к магниту, а соломинка — к янтарю; и вообще всё то, что желает и испытывает недостаток, движется к желаемому предмету и поворачивается к нему по мере возможности, желая быть с ним в том же месте. Если мы примем в соображение, что ничто не перемещается вследствие внешнего начала, если только это не происходит вследствие более сильного контакта, преодолевающего сопротивление движимого, то мы поймём, насколько глупой и невозможной затеей было бы убедить упорядоченное чувство в том, что луна движет морские воды, вызывая этим прилив, заставляет подыматься влагу, оплодотворяет рыб, наполняет устриц и производит другие действия, принимая во внимание, что лунное действие на все эти вещи есть собственно признак, а не причина. Это признак и примета, говорю я, ибо когда мы видим, что эти вещи совпадают с некоторыми положениями луны, а другие противоположные и различные вещи совпадают с противоположными и различными положениями луны, то это происходит из порядка и соответствия вещей и законов изменения, которые сообразны и соответственны законам другого изменения.

С м и т. От незнания этого различия происходит, что подобными ошибками полны многие писания, проповедующие много странных воззрений: там вещи, представляющие собою признаки, обстоятельства и акциденции, называются причинами; одна из этих нелепостей — особенно распространённая — состоит в том, что перпендикулярные и прямые лучи считают причиной большей теплоты, а наклонные и косые — большего холода. Однако это есть лишь акциденция солнца, истинная же причина в том, что в одних случаях солнце действует на землю более длительно, чем в других. Луч отражённый или прямой, угол острый или тупой, линия перпендикулярная, наклонная или горизонтальная, равная, большая или меньшая дуга, тот или иной аспект —это математические обстоятельства, а не природные причины. Одно дело играть с геометрией, другое— сверять с природой. Не линии и углы нагревают больше или меньше, но близкие и далёкие расстояния, долгие и короткие перерывы.

Т е о ф и л. Вы это понимаете очень хорошо; вот как одна истина освещает другую. Однако надо сделать заключение по нашей теме. Если бы эти огромные тела двигались вследствие внешней силы, а не к желанной цели и благу, то они были бы движимы насильственно и случайно, даже если бы обладали силой, которую называют несопротивляющейея, ибо воистину несопротивляющееся есть естественное, а естественное — хочешь не хочешь — начало внутреннее, которое само по себе движет вещь, куда следует. Иначе говоря, внешний двигатель не может быть принят без затруднений или даже не является необходимым, но излишним; если же вы считаете его необходимым, то должны обвинить действующую причину в том, что она недостаточно обнаруживается в своём действии и что она использует благороднейшие двигатели для движимых, значительно менее достойных. Это утверждают лица, называющие действия муравьев и пауков происходящими не от их собственного благоразумия и уменья, но от безошибочного божественного ума, дающего им, так сказать, побуждения, называемые природными инстинктами и другими вещами, которые обозначаются посредством слов, не имеющих никакого смысла. Ведь если вы спросите у этих мудрецов, что такое этот инстинкт, они только сумеют ответить, что это инстинкт или скажут какое-нибудь другое слово, такое же неопределённое и глупое, как инстинкт, означающий начало побуждающее, которое есть обычнейшее слово, когда не хотят говорить о шестом чувстве, или о разумении, или даже об уме.

П р у д е н ц и й. Весьма трудные проблемы.

С м и т. Для тех, кто не хочет их понять и упорно продолжает верить ложному. Но вернёмся к нашему делу. Я хорошо сумел бы ответить тем, кто считает маловероятным движение земли, говоря, что она большое, очень плотное и очень тяжёлое тело. Однако я хотел бы ознакомиться с характером ваших ответов, так как вижу вас таким решительным в доводах.

П р у д е н ц и й. Нет! Я человек довольно кроткий.

С м и т. Оттого, что вы крот.

Т е о ф и л. Ответить надо вот как. Вы можете говорить то же самое о луне, солнце и о других величайших и неисчислимых телах, которые наши противники признают столь быстро движущимися вокруг земли по чрезвычайно большим окружностям. Но, однако же, они считают трудно допустимым, чтобы земля двигалась в 24 часа вокруг собственного центра и в один год вокруг солнца. Знайте же, что ни земля, ни какое-нибудь другое тело не является ни лёгким, ни тяжёлым в абсолютном значении. Ни одно тело на своём месте ни лёгкое, ни тяжёлое; эти различия и качества относятся не к главным телам и особым совершенным индивидуумам вселенной, но применимы к частям, которые отделены от всего и оказываются, как странники, вне собственной основы 81; они не менее естественно стремятся к месту своего пребывания, чем железо к магниту, который ищет его не обязательно внизу, или вверху, или справа, но во всяком направлении, где бы оно ни находилось. Части земли из воздуха идут к нам, так как здесь их сфера, но если бы она была на противоположной стороне, они уходили бы от нас, держа к ней свой курс. Так и с водами, то же и с воздухом. Вода на своём месте не тяжела и не отягчает тех вод, что находятся в морской глубине. Рука, голова и другие члены не тяжелы на своём туловище, и никакая природно конституированная вещь не производит акта насилия на своём природном месте. Тяжесть и лёгкость не бывают актуальна присущими вещи, обладающей своим местом и натуральным расположением, но находятся в вещах, которые имеют определённый порыв, с которым стремятся к подходящему для себя месту. Поэтому абсурдно называть какое-нибудь тело естественно тяжёлым или лёгким; ведь эти качества не подходят к вещи в её естественной конституции, но лишь вне её; это никогда не происходит со сферой, но иногда с её частями, которые не определяются известным расстоянием с нашей точки зрения, но всегда определяются тем местом, где их собственная сфера и центр их сохранения. Поэтому, если бы внутри земли оказался другой вид тела, то части земли из того же места естественно поднялись бы; и если бы какая-то искра огня оказалась, говоря обыденным языком, над углублением луны, то искра пошла бы вниз с той же быстротой, с какой с выпуклости земли поднялась бы вверх. Так, вода не в меньшей степени спускается в лоне земли к центру, когда ей это позволяет пространство, чем от центра земли подымается к её поверхности. Равным образом воздух движется по всякому местному расстоянию с той же лёгкостью. Итак, что значит тяжёлое и лёгкое? Разве мы иногда не видим, что пламя идёт вниз и в разные стороны, чтобы воспламенить тело, годное для его питания и сохранения? Значит, всякая природная вещь есть самая лёгкая; всякое естественное место и движение есть наиболее подходящее. С той же лёгкостью, с какой вещи, которые естественно не движутся, остаются прикреплёнными к своему месту, другие вещи, которые естественно движутся, идут через свои пространства. И подобно тому, как для тех насильственным и противоречащим их природе было бы движение, так для этих насильственной и противоречащей их природе была бы неподвижность. Итак, несомненно, что если бы земле естественно подходило быть неподвижной, то её движение было бы насильственным, противоестественным и трудным. Но кто это нашёл? Кто доказал? Общее невежество, отсутствие мысли и понимания.

С м и т. Я хорошо понял, что земля на своём месте не более тяжела, чем солнце на своём, и что члены главных тел, как, например, воды, будучи удалёнными из своих природных мест, двигались бы к ним из каждого места, положения и направления. Оттого, по нашему мнению, мы можем назвать их в не меньшей степени тяжёлыми, чем лёгкими, или же тяжёлыми и лёгкими и индифферентными; так, мы видим в кометах разные возгорания, которые от пламенных тел иногда шлют огонь в противоположные места, отчего их называют вихристыми, иногда — к нам, отчего их называют бородатыми, иногда — в другие стороны, отчего их называют хвостатыми. Воздух, который есть самое общее вместилище и есть небосвод для сферических тел, отовсюду выходит, всюду входит, через всё проникает, во всём растворяется; и поэтому тщетен выдвигаемый противниками аргумент о неподвижности земли на том основании, что она тело тяжёлое, плотное и холодное.

Т е о ф и л. Слава богу, что вы так проницательны, не утомляете меня и хорошо поняли тот принцип, исходя из которого вы можете отвечать на самые упорные доводы вульгарных философов, и пришли к многим глубоким созерцаниям природы.

С м и т. Прежде чем вы перейдёте к другим вопросам, я теперь же хотел бы знать, как вы можете говорить, что солнце есть элемент истинного огня и основная теплота 82 и что оно фиксировано среди блуждающих тел, к которым мы относим и землю. Мне кажется правдоподобнее, что движется солнце, а не другие тела, и это мы можем видеть в чувственном опыте.

Т е о ф и л. Выскажите основание.

С м и т. Части земли, где бы они ни удерживались естественно или насильственно, не движутся. Так, части воды вне моря — реки и другие глубокие вместилища — стоят устойчиво. А части огня, когда у них нет способности подняться вверх, например, если их удерживают своды печей, развёртываются и кружатся, и нет средства удержать их. Если, значит, мы хотим иметь некоторое доказательство и доверие в этом отношении, то движение подобает скорее солнцу и элементу огня, чем земле.

Т е о ф и л. На это я отвечу, во-первых, что на этом основании можно допустить, что солнце движется вокруг собственного центра, но уж не вокруг другой середины; ведь к тому же достаточно, чтобы все окружающие тела двигались вокруг него, поскольку они имеют в нём необходимость и ещё потому, что и оно, может быть, желает этого от них. Во-вторых, надо принять в соображение, что элемент огня является носителем первого жара и телом столь же плотным и несхожим в частях и членах, как и земля. Поэтому то, что мы видим движущимся таким образом, есть горящий воздух, называющийся пламенем, подобно тому как тот же воздух, изменённый холодом земли, называется паром.

С м и т. И это, кажется мне, подтверждает то, что я говорю: ведь пар движется медленно и лениво, пламя же и испарение — в высшей степени быстро; и поэтому то, что более похоже на огонь, движется много быстрее, чем воздух, который более подобен земле.

Т е о ф и л. Причина здесь в том, что огонь больше силится убежать из этой области, которая более сродна телу противоположного качества. Так же и вода, или пар, находясь в области огня или в месте, подобном ему, уходили бы быстрее, чем испарение, которое имеет с огнём некоторую общность и большую однородность, чем противоположность или отличие. Достаточно держаться этого, потому что я не нахожу чего-либо определённого в мнении Ноланца о движении или неподвижности солнца 83. Итак, движение, видимое в пламени, удерживаемом и содержащемся в сводах печи, происходит оттого, что сила огня преследует, зажигает, изменяет и превращает паровой воздух, которым хочет увеличить себя и питаться, а этот последний отступает и бежит от врага своего бытия и от своего наказания.

С м и т. Вы сказали — паровой воздух; а что вы скажете о чистом или простом воздухе?

Т е о ф и л. Он не в большей степени носитель жара, чем холода; не более способен к принятию жидкости, когда она пронизана холодом, чем пара и испарения, когда вода размягчена жаром.

С м и т. Принимая во внимание, что в природе не существует ничего без провидения и без целевой причины, я хотел бы снова узнать от вас (потому что благодаря сказанному вами это можно понять в совершенстве): по какой причине существует местное движение земли?

Т е о ф и л. Причиной такого движения является обновление и возрождение этого тела, которое, согласно этому основанию, не может быть постоянным, подобно тому как вещи, которые не могут быть постоянными количественно (если говорить об общеизвестном), делаются постоянными соответственно виду; субстанции, которые не могут быть постоянными под одним обликом, существуют, меняя облики. Ибо материя и субстанция вещей не подвержены порче, вследствие чего материя принимает соответственно всеми частями все формы, для того чтобы соответственно всеми частями, насколько она способна, делаться всем, быть всем, если не в одно и то же время и момент вечности, то по меньшей мере последовательно и переменно в разные моменты вечности. Вся материя способна ко всем формам вместе, но не всякая часть материи может быть способна ко всем им вместе. Эта масса в целом, из которой состоит наш шар, эта звезда, не подвержена смерти и разложению, так как для всей природы уничтожение невозможно; поэтому время от времени в некотором порядке она обновляется, переделывая, перестраивая и изменяя все свои части, что необходимо происходит с некоторой преемственностью, так что никакая часть не занимает места остальных; в противном случае эти тела, которые разложимы, иной раз действительно разложились бы, как оно и происходит с нами,, отдельными и меньшими животными 84. Но им, как считает Платон в «Тимее», а также и мы, было сказана первым мировым началом: «Вы разложимы, но вы не разложитесь». Происходит, значит, так, что нет места в центре и в середине звезды, которое не побывало бы на окружности или вне её; нет части вне её и снаружи, которой не пришлось бы иной раз стать и быть внутренней и сокровенной. И этот ежедневный опыт доказывает нам, что недрами, внутренностями земли одни вещества принимаются, а другие выносятся наружу. Подобно нам и наши вещества входят и выходят, проходят и возвращаются, и нет в нас вещества, которое не стало бы нам чуждым, и нет чуждого для нас вещества, которое не сделалось бы нашим. И не существует вещества, из коего мы состоим, которое иной раз не стало бы не нашим, как нет вещества, которое является нашим, из коего мы иной раз не должны были бы состоять, если есть одна материя вещей в одном роде и если есть две материи двух родов; пока ещё я не определяю, изменяется ли субстанция и материя, которую мы называем духовной, в ту, которую зовём телесной, и наоборот, или же на самом деле этого не бывает. Таким образом, все вещества в своём роде испытывают все превращения господства и рабства, счастья и несчастья, того состояния, которое называется жизнью и которое называется смертью, светом и мраком, добром и злом. И нет вещества, которому по природе подобает быть вечным, за исключением субстанции, которая есть материя, но и ей тем не менее подобает быть в вечном изменении. О субстанции сверхсубстанциальной в настоящее время я не буду говорить, но возвращусь к частному рассуждению об этом великом индивидууме, который есть наша постоянная питательница и мать, о которой вы спрашиваете, по какой причине она находится в местном движении. И я говорю, что причина местного движения, как всего в целом, так и каждой части, есть цель изменений, не только для того, чтобы всё находилось во всех местах, но ещё для того, чтобы таким способом всё имело расположение и формы, потому что местное движение заслуженно считается началом всякого иного изменения и формы, так что не будь этого, не могло бы быть ничего другого.

  1   2   3   4   5




Похожие:

Джордано Бруно (фрагменты из книги Бруно Дж. \"Диалоги\", М.: Политгиз, 1949) Диалог \"пир на пепле\"1 (1584 г.) стр. 117 iconПрограмма Международной научной конференции «Джордано Бруно в контексте российской и мировой культуры»
Ренессанса. Конференция соберет крупнейших современных исследователей ренессансной философии и науки и знатоков творчества самого...
Джордано Бруно (фрагменты из книги Бруно Дж. \"Диалоги\", М.: Политгиз, 1949) Диалог \"пир на пепле\"1 (1584 г.) стр. 117 iconДокументы
1. /04 Святой Бруно.djvu
Джордано Бруно (фрагменты из книги Бруно Дж. \"Диалоги\", М.: Политгиз, 1949) Диалог \"пир на пепле\"1 (1584 г.) стр. 117 iconДиалог обо всем
Давней традицией философов является писать диалоги. Итак, вот вам, читатель, диалог
Джордано Бруно (фрагменты из книги Бруно Дж. \"Диалоги\", М.: Политгиз, 1949) Диалог \"пир на пепле\"1 (1584 г.) стр. 117 iconСочинение «Поздняя осень в парке»
Прямая речь и диалог. Знаки препинания при прямой речи и диалог (по выбору – 2 упр на прямую речь, по выюору – 2 упр на диалоги)
Джордано Бруно (фрагменты из книги Бруно Дж. \"Диалоги\", М.: Политгиз, 1949) Диалог \"пир на пепле\"1 (1584 г.) стр. 117 iconМатезис, 1905. – фрагменты из книги стр. 56
Д р у г и е п е р е м е н н ы е з в ё з д ы. Ещё более запутанную переменность блеска представляет исследованная Дунером звезда y...
Джордано Бруно (фрагменты из книги Бруно Дж. \"Диалоги\", М.: Политгиз, 1949) Диалог \"пир на пепле\"1 (1584 г.) стр. 117 iconПравила выучить, тетрадь с печатной основой: стр. 36-45. Чтение : стр. 73-74 вопрос Окруж мир : стр. 46-58 пересказывать, отвечать на вопросы, тетрадь стр. 19-21
Лит чт уч. Стр. 23-34, хрест. Стр. 117-121 – все произведения А. А. Блока и К. Д. Бальмонт чит выразительно, ответить на вопросы...
Джордано Бруно (фрагменты из книги Бруно Дж. \"Диалоги\", М.: Политгиз, 1949) Диалог \"пир на пепле\"1 (1584 г.) стр. 117 iconБорн М., Вольф Э. Основы оптики (М.: Наука, 1973. – фрагменты из книги) стр. 105–115
Описание распространения электромагнитных волн с помощью интегральных уравнений 1
Джордано Бруно (фрагменты из книги Бруно Дж. \"Диалоги\", М.: Политгиз, 1949) Диалог \"пир на пепле\"1 (1584 г.) стр. 117 iconПроблемы теории пространства, времени и материи (М.: Атомиздат, 1968.– фрагменты из книги) стр. 157
Как изменяется гравитационное взаимодействие со временем? В результате каких процессов?
Джордано Бруно (фрагменты из книги Бруно Дж. \"Диалоги\", М.: Политгиз, 1949) Диалог \"пир на пепле\"1 (1584 г.) стр. 117 iconЛьоцци Марио история физики (М.: Мир, 1970. фрагменты из книги) стр. 21
Оптика у греков. Другой заслугой александрийской науки был толчок, данный ею оптическим исследованиям
Джордано Бруно (фрагменты из книги Бруно Дж. \"Диалоги\", М.: Политгиз, 1949) Диалог \"пир на пепле\"1 (1584 г.) стр. 117 icon"альфа и омега" (краткий справочник, Таллин: Валгус, 1987, – фрагменты из книги) стр. 34 Вселенная
Расширение Вселенной, т е скорость разбегания скоплений галактик друг от друга (постоянная Хаббла)
Разместите кнопку на своём сайте:
Документы


База данных защищена авторским правом ©podelise.ru 2000-2014
При копировании материала обязательно указание активной ссылки открытой для индексации.
обратиться к администрации
Документы

Разработка сайта — Веб студия Адаманов