Франчиа А. Ла Дью. Избранное icon

Франчиа А. Ла Дью. Избранное



НазваниеФранчиа А. Ла Дью. Избранное
страница1/4
Дата конвертации07.07.2012
Размер0.51 Mb.
ТипДокументы
  1   2   3   4
1. /Franchia_izbr.docФранчиа А. Ла Дью. Избранное

Франчиа А. Ла Дью.Избранное



БЕЛЫЙ ГОРОД ЦЕНТРАЛЬНОГО СОЛНЦА

Следующие далее страницы повествуют о реальном опыте души, который, как пишущая надеется, будет ценен для всех изучающих эзотерические доктрины, а также для тех, кто обращён к Неизведанному. Это не плод воображения какого-то писателя, а некий рекорд реального опыта временно освобождённой души. Город, описанный в рассказе, является тем, о котором говорил Св. Иоанн в Книге Откровения: это город, сходящий с небес, «Новый Иерусалим»; иными словами, дэвакханический город, в который входит освобождённая душа в определённый период своего развития.

«И там найдёшь то, что ничем не оскверняется»

Я перевернула одну страницу Книги Жизней. Жизненная энергия быстро покидала моё истощённое тело. Я легла отдохнуть, закрыла глаза, чтобы уснуть, как я тогда полагала, сном смерти. Страница, только что перевёрнутая, состояла из печальнейших записей многих грустных эпизодов. До самого последнего слова все они были полны описаниями разочарования, мук, отчаяния, бедности и сердечной болезни, пересыпанными кое-где одинокими словами надежды на отдалённое будущее. Я думала о поэме, которую однажды прочитала. В ней умирающая женщина выразила желание, чтобы ей было позволено лишь лечь в могилу и успокоиться прежде, чем она вступит в славу Небес. Я тоже желала подобного благословения, ведь я, ох как, устала!

Звучание далёкой музыки наполняло мой слух, и, как только я прислушалась, всё в мгновение ока вдруг изменилось. Сначала я не могла различать ясно предметы, так как моё зрение, казалось, было затуманено пролитыми мной слезами. Но прямо предо мною была несказуемая Слава! Постепенно пелена спала, и первое, что я увидела, была атмосфера нежно-розового цвета морской ракушки, так наполненная Жизненной Эссенцией, что моей первой мыслью было: конечно, я могу подняться и лететь; Закон гравитации здесь не должен действовать. Затем я увидела, что нахожусь в большом городе и стою на ясной, белой, прозрачной субстанции, снизу и сквозь неё я могу видеть созвездия звёзд в небесах, с которыми всегда была близка. Моё зрение не было более ограничено. Препятствий больше не существовало для моего взора: я могла направлять и контролировать его некоторым усилием воли. Во все стороны от меня расходились аллеи, по сторонам которых выстраивались здания из чистого белого материала. Крыши домов были золотые, а вместо стен их поддерживали огромные колонны разных конструкций.
Многие колонны были соединены белыми тонкими занавесями, схваченными в центре большими золотыми звёздами либо другими эмблемами. Пол зданий был из той же белой переливающейся субстанции. Между некоторыми колоннами стояли аллегорические статуи, инкрустированные розовым перламутром, между другими — мистические фигуры самых нежных оттенков фиолетового, голубого и розового цветов. Каждая из них светилась внутренним светом.

В центре одного из сооружений, образованного занавешенными колоннами, на пьедестале стоял серебристый светящийся глобус, из которого исходили многочисленные лучи света. Я поняла, что эти лучи каким-то мистическим образом связаны с человеческими существами, населявшими город, но их я ещё не могла видеть. Вскоре я обнаружила себя перед группой колонн, образующих квадрат и огораживающих треугольник. Я вошла в просвет между двумя колоннами, покрытыми сверху массой цветов, и уловила сверкание света, идущее из огромной сферы, или солнца, в центре треугольника. Я почувствовала неописуемое желание войти в это эманирующее сияние. Я сделала это и оказалась в такой тьме, которая есть Абсолютный Свет.

Слова совершенно недостаточны для описания ощущения единства со всеми предметами и существами, что пришло ко мне. Как будто моя рука лежала на пульсе Творящей Мощи, и я могла осознавать всецело, что лишь единое Сердце бьётся в совершенном ритме Вселенной. Но я также знала, что должна сразу же выйти из этой сферы. Мощь, познанная там, была слишком велика для меня, чтобы выдержать.

Я немного прошлась и увидела себя стоящей перед тем, что показалось мне вначале большим круглым дворцом из чистого белого хрусталя. Как только я пристально посмотрела на него, он стал сверкать ещё более ослепительно. Я увидела, что его обвивает спиральная лестница, которая всё уменьшалась и уменьшалась, уходя вверх, пока не достигла свода. У его вершины, около трона, я увидела громадное Око. Божественный Свет, который оно излучало, я не могла вынести и закрыла глаза. Затем я услышала низкий голос, явно исходивший из него, который говорил мне: «Дитя Моё, так же, как Я восходил кругами страдания, должна и ты подняться ко Мне». Я бросила взгляд на идущие вверх ступени лестницы и увидела, что на каждом её повороте были огромные малиновые пятна, горевшие и переливавшиеся подобно живому огню. Я подошла ближе, наклонилась, чтобы рассмотреть их, и поняла, что это были пятна человеческой крови. С печалью я отвернулась, подумав, что невозможно для меня когда-либо достичь такой высоты, потому что только те, кто поднялся к звёздам, были бы в состоянии узреть её. Я шла дальше, пока не приблизилась к тому, что выглядело узким белым камнем, пролегающим как мост через огромное ущелье. В ужасе я отпрянула назад, ибо увидела что-то, что показалось мне злыми духами, бушевавшими в том ущелье. На самом деле это были духи огня, или огненные Элементалы, работающие в своей стихии. Казалось, они занимались отделением мельчайших частиц золота от какой-то красной субстанции, поднимаясь и опускаясь в совершенном ритме на огромных, ослепительной красоты ветвях великолепной золотой розы. Мой страх исчез, я прошла по узкому мосту и скоро услышала звук, напоминающий шум моря. Я проследовала боковой тропинкой и подошла к водоёму, наподобие внутреннего моря. Его волны как будто никогда не доходили до окружавших его белых песков, а отбрасывались назад какой-то внутренней силой к центру, вращаясь и падая, они выплёскивали громадные покрывала из белых брызг в атмосферу розы, которые окутывали туманную человеческую фигуру.

Снова я услышала низкий шум голосов и, вернувшись обратно, вскоре дошла до города, в котором росла немыслимая растительность. Таких цветов, деревьев, папоротников, трав никогда не видели на Земле! Цветы имели бледные оттенки. Они были, главным образом, белыми, едва окрашенные то здесь, то там голубым и розовым, фиолетовым и золотым цветом. Листья деревьев и трав искрились так, как будто их покрыли диамантовой пылью. Каждая травинка была крохотной сознательной жизнью, и так как я не слышала слов, то между мною и ними существовал обмен мыслями. Я прошла небольшой путь и заметила, что мои подошвы не оставляют следов и каждая былинка после моих шагов выпрямляется со звуком, похожим на низкий раскат смеха.

Я стояла перед высокой, прекрасной белой лилией и была готова сорвать её, как вдруг услышала низкий мелодичный голос: «Не делай мне больно, сестра моя». Как только до моего слуха дошли последние два слова, меня охватила волна любви, сострадания и дружелюбия, и я осознала, что все растения, которые я видела вокруг, были живыми, самосознающими сущностями. Я прислушалась, громадные столбы, здания, деревья и даже воздух — всё было живым и звучащим тихим приятным тоном. Я прошлась от дерева к цветку, впитывая всё, что могла, от их шёпота, как внезапно на меня нахлынуло страстное желание человеческого общения. Прежде чем я успела полностью сформулировать его, глубокий сильный голос произнёс в мою сторону: «Я здесь, дорогое сердце, но я не мог стать видимым, пока ты не пожелала этого». Я повернулась, и сердце моё готово было оставить меня. Человеческое существо стояло рядом со мной, прекрасное и величественное, облачённое в одеяние из золота, собранное на груди большим сверкающим рубином, на котором был нарисован странный иероглиф. Меня привлёк взгляд его глубоких изучающих глаз, глаз, наполненных милосердной любовью, чистотой и силой, и волна обожания наполнила мою душу, я воскликнула: «Это Бог». Но голос ответил: «Нет, дорогое сердце, Я — Давид, твоё другое Я. Ещё не время твоего покоя, твой труд ещё не закончен». Моё сердце утонуло во всём, что я вспомнила из своего прошлого. Всё напряжение, все страдания тех утомительных лет, что прошли до того момента, как я определила себя на упо-кой, пронеслись в моём сознании. Но у меня не было времени задерживаться на таких мыслях, ибо мой друг, понимая состояние моего ума, сказал: «Потерпи ещё немного. Оглянись вокруг». Пелена упала с моих глаз, я увидела толпы и толпы человеческих существ различного вида. Я смогла различить расовые черты каждого из них, а также их одежды. Все были облачены в одеяния и мантии, но разных цветов. От драгоценных камней, которые собирали одежды на груди или плече, исходило неземное сияние. «Какая причина такого богатства цвета в драгоценностях?» — спросила я, и мой спутник ответил: «Разнообразие излучений указывает на различие в степенях достижения Духа».

В этот момент я услышала звук, подобный звуку громадной серебряной трубы. Звук увеличивался и наполнял постоянно возрастающими волнами всё пространство. Розовый оттенок атмосферы сменился на ярко-белый. В то же время медленный приятный шелест цветов, деревьев, воды и всех форм жизни, усиленный звуком, принимал мириады форм, подобных голубям, плывущим по воздуху, постепенно росли их интонации и звучание. Прекрасные плывущие формы человечества обрели новое сияние. В совершенной гармонии они пели такие радостные песни привета, что земным пером или языком нельзя было их описать. Самым странным было то, что песня казалась мне знакомой, и без всякого усилия я присоединилась в радостном порыве к другим существам и подняла руку вместе с ними в мольбе к небесам. Небеса раскрылись, и медленно нашему взору явилась Сущность, окружённая семью другими сущностями. Эти последние по красоте далеко превосходили все формы жизни, которые я видела. Существо в центре как бы держало на ладони каждое сердце этого громадного столпотворения людей. И его Белая Рука простиралась в благословлении. Слава, чистота, сила и мощь исходили от этой царственной фигуры, и, казалось, звучали аккордом в каждой груди до тех пор, пока она была способной вибрировать в более низком ритме.

«Это — Христос», — раздался голос слева от меня. «Это — Будда», — сказал другой справа. «Это — Гор», — прокричал кто-то недалеко от меня. «Это — Конфуций», — произнёс некто вдалеке. И слышала я, как произносились где-то многие другие сокровенные имена. Я была так очарована мощью Глаз, которые пристально смотрели на меня, видели всю мою душу, что упала на колени, сказав: «Это Отец». Взяв меня за руку, Давид произнёс: «Нет, дорогое сердце, это Учитель Христос. Поднимись и взгляни на символ». Я внимательно посмотрела по сторонам, и везде и всюду увидела тонкие серебряные нити, идущие от сердца каждого; все нити были собраны в пучок, они входили и исчезали в камне, что светился на груди Учителя. Я одна как будто была без нити. Я повернулась к Давиду со страданием тоскующей любви, которую испытывала. Как только я пристально посмотрела ему в глаза, то почувствовала, что моя хрупкая форма растворяется, и осозна-ла, что меняюсь от смотрящих на меня столь неотразимым взглядом Глаз. Ещё немного, и я стала Давидом, а Давид (моё Высшее «Я») был мной. Чувства разделения больше не существовало, мы были одной сущностью. Тогда серебряная нить зажглась в моём сердце, а также и в Сердце Учителя. Жизнь как таковая перестала быть тайной для меня, я осознала её единство и ясно поняла, что моя сущность может быть поглощена одним усилием воли Учителя, и что я сама как будто была впитана Давидом.

Бросая взгляд нежной любви на множество существ, Учитель сказал: «Дети, идите трудиться в Моём Храме. Я есть Вино Жизни, а ей нужна каждая его малейшая часть». Мало-помалу всё начало меняться. Учитель исчез, скрывшись из виду. Я почувствовала свою личность, принимающей снова отдельную форму, и Давид покинул меня. Небо, деревья, здания, вода — всё приняло свой материальный вид. Прекрасное существо рядом со мной растворилось и исчезло. Я открыла глаза и узнала себя, больную и одинокую в своей маленькой комнате, но со мной остался Свет, никогда с тех пор не покидающий меня.

Я поднялась и перевернула ещё одну страницу в моей Книге Жизней.

КАРТИНА СОТВОРЕНИЯ ВСЕЛЕННОЙ

Над гладью бездны царили тьма, мрак, небытие. В сердце Вселенской Души покоились в глубоком сне Время и Пространство. Движение, первородное дитя предшествующей Манвантары, первый сын и навеки единственный, после долгого напряжённого труда пребывал в состоянии покоя. Не было ничего.

В Беспредельности из сердца Сострадания исходило нескончаемое негромкое и трепетное Дыхание, оно проникло в сердце Вселенской Души и пробудило в нём к жизни Зародыш; проснувшись, Зародыш стал произрастать; и возникла из непроявленного точка проявления. Трепет жажды Любви охватил всю Беспредельность, великую бездну, и в этот миг из точки проявленной стремительно вылетел Люцифер, сын первого утра, несу-щий в руке светильник, чтобы освещать новую Манвантару.

Всё дальше и дальше устремлялся Светоносец, и путь его проходил по непрерывно расширяющимся кругам, светильник в руке его оставлял за собой облако искр на спиральных линиях, образуемых его неостановимым бегом. Негасимый огонь в светильнике питался энергией самого Светоносца. Энергию эту он черпал из источника своей жизни. Когда Светоносец вступил на самый отдалённый круг Пространства, им сотворённого, наступил срок, когда он должен был стать первой великой жертвой. Светозарный Лученосец-Люцифер устранился, ушёл в небытие, чтобы освещалась вся Вселенная. Теперь он уже больше не существовал как отдельная сущность. Он пребывал в лучезарности проявленного Света.

Ещё один неостановимый трепет извечного Зародыша, и снова точка набухла и стала увеличиваться. Из её глубин вышли наружу три другие светозарные формы, следующие по пути, проложенному первым Светоносцем-Люцифером. Как снопы колосьев пшеницы, несущие собранный за все многочисленные эпохи опыт, Воля, Мудрость и Сила непреклонно устремились вперёд. Они, простирая перед собой руки, щедро разбрасывали драгоценные зёрна истины, чтобы жертва, принесённая СВЕТОНОСЦЕМ. воплотилась в жизнь и проявилась в форме первого куба новой Манвантары.

И снова жажда действия подвигла Зародыш к созиданию. Изнутри точки вышли семь других форм — блистающих, излучающих свечение, чистых и прекрасных. Эти сущности, достигшие совершенства, являли собой каждый мужчину-женщину, как цветок и плод предшествующих эпох — Форму, Число, Гармонию, Истину, Справедливость, Силу и Мужество. Эти семеро с благостным смирением подвергли себя испытанию светом и вибрацией и были расчленены на мельчайшие частицы, чтобы стать пищей для множеств, рождённых из третьей великой жертвы во имя самой Вселенной. Жертва их воплотилась в Песнь: родилась новая Песнь Жизни, Новое Мироздание.

Древняя цивилизация Египта

Древний Египет, когда-то называемый «Двойной Землёй», состоял из двух больших частей — «Земли Юга» и «Земли Севера». Следуя традиции, каждый царь при своей коронации, которая не совпадала с моментом получения царства, во время правления его отца или в день смерти его предшественника получал, как главный знак отличия, две ко-роны. Белая верхняя корона символизировала его власть над югом, красная — господство над севером. Земля Египта напоминает узкий пояс, разделённый посередине потоком воды и зажатый цепями гор с каждой стороны. Справа от реки Эфиопское нагорье сопровождает водный поток на всём его протяжении. Слева — низкие холмы Ливийской пустыни простираются в том же направлении, что и река — с юга на север вплоть до побережья Средиземного моря. Сама река была названа греками и римлянами «Нилус». После разветвления, к северу от древнего города Мемфиса, река разделяется на три больших рукава, которые орошают равнины Нижнего Египта и расходятся в форме греческой буквы «дельта», которая напоминает треугольник, а вместе с четырьмя малыми рукавами образуют семь устьев Нила.

В ранние времена между двумя землями была опустошительная междоусобная вражда, иногда приводившая к замене правящей династии и воцарению завоевателя. Стены погребальных часовен покрыты барельефами, изображающими сражения и отрасли хозяйства нации, где большое место занимали возделывание полей и выращивание скота.

Во время празднеств фараоны сами вели пышное царское судно по священным рекам, чтобы исполнить мистические обряды в честь земледелия. Жрецы относились к плугу как к священнейшему орудию и полагали, что предел стремлений человека — возделывание полей Элизиума и плавание в лёгких челнах по прохладным водам иного мира.

С очень раннего периода камень обрабатывался по правилам высокого мастерства, а металлы — золото, серебро, медь и железо — выплавлялись и использовались в искусствах, а также для производства орудий. Дерево, кожа, стекло, лён и даже тростник находились в повседневном применении, на гончарных кругах из глины Нила лепили сосуды и обжигали в печи.

Старые египтяне были горды и надменны, но в школах ребёнок бедного писца сидел рядом с богачом и имел равные шансы получить назначенные дары.

Закон, который обязывал их молиться Богам, почитать мёртвых, давать хлеб и пи-тьё голодному и жаждущему, открывает нам самые лучшие черты древних египтян. Сорок две заповеди, содержащиеся в «Книге мёртвых», не ниже христианских наставлений.

Хотя далёкая история древних египтян полна интереса для исследователя, нам, как теософам, интересно время женщины-царя Хатшепсут, которой приписывалось великое честолюбие и которая была строителем огромного Храма Солнца, аллеи сфинксов и многих других величайших строений египетской древности. Из-за её нежелания, чтобы к ней относились как к женщине, все надписи в её честь на храмах были сделаны иероглифами мужского рода. Поэтому многие, лишь поверхностно изучавшие египетскую историю, не отдают отчёта в том, что этот, так называемый царь, был женщиной, которая сначала правила вместе с братом, бывшим также её мужем, а затем он был либо убит по её наущению, либо умерщвлён иным способом, поскольку одним из первых её актов после присвоения верховной власти было удаление его имени со всех великих построек, начатых ими вместе.

Однако у меня она вызывает только восхищение, как и Рамсес П, история которого, судя по иероглифическим записям, могла бы составить тома.

Представляется, что этот Храм Солнца должен был быть построен под непосредственным наблюдением Адептов, ибо в нём, несомненно, проводились высочайшие мистерии, свидетельства о которых подлинный искатель встретит на каждой его стене.

Никто из нас, даже сегодня, когда прошло столько времени, не может думать о Египте на взлёте его цивилизации без благоговейного трепета. «Из Египта призвал я Сына своего», — не пустые слова. И они относятся не только к одному времени или человеку. Бог призывал своего Сына из Египта (из тьмы) с незапамятных времён; и сын продолжал выходить во всей силе Духа в особые моменты времени. Вновь и вновь дух древнего учения бывал скрыт искажающими толкованиями и жадностью. Но теперь ещё раз Бог призвал Своего Сына, и тучи немного рассеялись, чтобы мы могли увидеть, что за человек этот Сын Бога.

О Египте нельзя думать, не ассоциируя его самым тесным образом с властью, славой и богатством. Мне, при моём незнании действительных фактов, он кажется одним огромным храмом, подобием Храма Человечества. Все описательные выражения, которые я могу использовать в связи с этой темой, как вы, конечно, понимаете, были взяты из различных историй Египта.

Когда цивилизация Египта была в расцвете, службы в различных храмах были частью повседневной жизни, и самой значительной частью. Высочайшей целью в жизни для царя, вельможи или крестьянина было стать служителем храмов, различные службы которых были шагами к Адептству.

Существовали четыре аллеи сфинксов, каждая из которых тянулась от Карнака до Луксора. Каждый сфинкс был в высоту семнадцати с половиной футов. Сфинксов разделяло расстояние, меньшее, чем их длина, что символизировало жизнь на Земле (less than their length, typical of life on earth). Семнадцать с половиной считалось числом смерти; и каждый посвящаемый в Адептстве, проходя по этим аллеям во время посвящения к дверям храма, должен был останавливаться у каждого сфинкса, который олицетворял определённый грех, и вопрошать, испытывать, оценивать себя и ждать в тишине, пока не откроются самые глубокие тайники его души, и он не сможет сказать о каждом страстном желании и стремлении: «Оно утихло». Величественная аллея кончается перед грандиозным Храмом Изиды, не доходя до него две сотни футов.

Десять храмов образуют вместе один огромный храм, охватывающий всё в радиусе двух миль. Каждый сфинкс держал между своих лап стоящую человеческую фигуру с crux ansata (ангхом) в руках, представляющим интуитивное «я». В конце аллеи стоит статуя Мемнона, высеченная из одного огромного блока гранита, бросающая вызов времени и символизирующая мудрость веков.

Неофита, подходящего к Мемнону в самом начале восхода солнца, приветствовало гармоничное звучание, и если его самопроверка была полной, цель и сердце чистыми, то Мемнон протягивал ему крылатый шар, который символизирует победу. Если шар не был протянут, это значило, что неофит потерпел неудачу. Я слышала экзотерическое объяснение «голоса» Мемнона, производящее на меня впечатление истинного: когда лучи восходящего солнца освещали голову статуи, при соблюдении нужных условий, эфирные силы внутри камня могли откликаться на солнечные лучи и производить созвучие, известное как Голос Мемнона, — мелодичный, чистый музыкальный тон. Эзотерическое объяснение, помоему, заключается в том, что человек, поскольку он является Микрокосмом в отношении Макрокосма и имеет способность (хотя сейчас и скрытую) настраивать своё тело на тот же уровень вибраций, который был присущ статуе в состоянии равновесия, мог быть способен издавать ноту, ключевую для строения статуи, на которую статуя должна была отвечать. Я верю, что наука ещё признает это как научный факт, хотя он и выражен такой посредственной личностью, как я. Гумбольдт обнаружил на берегах реки Ориноко в Южной Америке гранитные скалы, которые приветствовали восход солнца взрывом созвучий. В Сиене один из самых материалистических французских учёных нашёл в гранитных каменоломнях камень, который издавал звонкий звук. Исследования Д. Кили проливают ещё больший свет на этот вопрос, ибо он обнаружил в звуке силу, бесконечно большую, чем любая из ныне известных .

Кто может думать о великом сфинксе и пирамидах без чувства почтения и симпатии к тем, кто на протяжении неисчислимых веков поклонялся им среди этих символов вечной истины? Я верю, что когда-то будет обнаружен проход, ведущий от большого сфинкса к подземному храму, где хранится нечто, о чём мы ещё и не представляем. Зыбучие пески пустыни неоднократно засыпали тело сфинкса. Временами его частично раскапывали, но, я уверена, никогда полностью, по крайней мере, на памяти нынешних поколе-ний.

Одним из наиболее захватывающе интересных для меня периодов египетской истории является период династии Гиксосов, Божественных Царей. Тот факт, что вплоть до конца цивилизации Древнего Египта цари и царицы считались божественным или, скорее, полубожественными, как происходящие по отцовской линии от Богов, повидимому, убедительно свидетельствует о том, что в далёком прошлом их вера подтверждала, что Божественные Цари действительно правили ими, и это были Адепты, Учителя. И мне представляется вполне разумной теория, что Братство Царей лишь уступило свою власть или передало её в другие руки, когда нисходящая дуга цикла сделала для них невозможными близкие отношения с людьми, и разделение было довершено отвратительными магнетическими эманациями, которые исторгала быстро загнивающая раса, или расы, к чему прибавлялось тлетворное влияние народов, которые стремились захватить высшее, сами невежественно довольствуясь низшим, единственно для них доступным. И по мере того как время вносило свои многообразные изменения, цари, так же как простой люд, настолько духовно деградировали, что прежние Божественные Цари уже не могли повлиять ни на правителей, ни на народ, и их ждало неизбежное уничтожение.

Но прекрасно осознавать, что недалеко то время, когда Египет вновь проснётся от своего долгого сна, что его великие тайны и несметные сокровища вновь будут явлены, и мир обогатится его обширной, но преданной забвению мудростью. (Это было написано по крайней мере за 20 лет до открытия гробницы Тутанхамона. — Ред.) Ясновидящие временами получают намёки на всё это в Астральном Свете, и то малое, что выдано, лишь раз-жигает в нас желание узнать больше.

У меня есть все основания верить, что основная масса египтян эпохи Рамсеса II сейчас находится на Земле, прожив перед этим ещё одно воплощение после египетского; и по-моему, для нас, как теософов, было бы очень интересно и поучительно попытаться проверить это предположение. Мои основания верить в это настолько личного свойства, что вряд ли могли бы убедить другого, так что я могу лишь дать намёк и попросить всех, кого интересует их прошлое, уделить этому предмету то внимание, которого он, по-видимому, заслуживает.

Я вполне сознаю, что вопрос наших прошлых воплощений отнюдь не легко исследовать, и в определённом смысле он не так уж важен, поскольку духовный рост, а не движение вспять, является целью и предметом устремлений всех, кто по-настоящему желает внутренне развиваться. Но ведь наши нынешние обстоятельства, наши способности и желания — итог этих прошлых воплощений, и любой полученный нами малый намёк мог бы помочь нам в самопознании, которое так необходимо для развития.

Я вполне сознаю, что вопрос наших прошлых воплощений отнюдь не легко исследовать, и в определённом смысле он не так уж важен, поскольку духовный рост, а не движение вспять, является целью и предметом устремлений всех, кто по-настоящему желает внутренне развиваться. Но ведь наши нынешние обстоятельства, наши способности и желания — итог этих прошлых воплощений, и любой полученный нами малый намёк мог бы помочь нам в самопознании, которое так необходимо для развития.

Описать всё, что я тогда увидела, невозможно, но я могу точно сказать, что заинтересованный человек будет хорошо вознаграждён, если посетит эту экспозицию специально ради того, чтобы осмотреть египетские находки.

  1   2   3   4



Похожие:

Франчиа А. Ла Дью. Избранное iconДокументы
1. /1996 - Избранное II/01 - Носки.txt
2. /1996...

Франчиа А. Ла Дью. Избранное iconДокументы
1. /1996 - Избранное I/01 - Привет, ребята, добрый день.txt
2. /1996...

Франчиа А. Ла Дью. Избранное iconДокументы
1. /Избранная лирика Феаны.doc
2. /Феано.doc
Франчиа А. Ла Дью. Избранное iconДокументы
1. /геста избранное.doc
Франчиа А. Ла Дью. Избранное iconДокументы
1. /Избранное Басе.doc
Франчиа А. Ла Дью. Избранное iconДокументы
1. /Башляр Г. Избранное. Поэтика пространства.doc
Франчиа А. Ла Дью. Избранное iconДокументы
1. /Михайлов Дневник. Избранное..doc
Франчиа А. Ла Дью. Избранное iconИзбранное из Писаний Бахаи Тексты для размышлений
Тысячи дверей Он отворяет там, где человек не в состоянии вообразить себе и одной
Франчиа А. Ла Дью. Избранное iconМакбара отрывки из романа
...
Франчиа А. Ла Дью. Избранное iconД. Цесельчук. Непрерывный фотомонтаж: Избранное. 1964
Родился 25 мая 1946 года в переулке Сивцев Вражек на Арбате. Закончил физфак мгу, кафедра кристаллографии
Франчиа А. Ла Дью. Избранное iconЛабораторная работа Поиск информации в Интернете. Создать в разделе «Избранное»
Зайдите на поисковую систему Yandex. Найдите сайт, посвященный музеям России. Запишите в тетрадь его адрес
Разместите кнопку на своём сайте:
Документы


База данных защищена авторским правом ©podelise.ru 2000-2014
При копировании материала обязательно указание активной ссылки открытой для индексации.
обратиться к администрации
Документы

Разработка сайта — Веб студия Адаманов