Открытые мысли о стихии стихов, новом журнале, девяти стихотворцах с “нашей улицы” и кое о чем другом icon

Открытые мысли о стихии стихов, новом журнале, девяти стихотворцах с “нашей улицы” и кое о чем другом



НазваниеОткрытые мысли о стихии стихов, новом журнале, девяти стихотворцах с “нашей улицы” и кое о чем другом
Дата конвертации08.07.2012
Размер265.71 Kb.
ТипДокументы

ОТКРЫТЫЕ МЫСЛИ

о стихии стихов,

новом журнале,

девяти стихотворцах с “нашей улицы”

и кое о чем другом


Аксиома-1: Сочинения, претендующие на то, чтобы называться стихами, создаются не только поэтами, но и другими людьми.

Аксиома-2: Произведения поэтов по форме могут быть совершенными или нести в себе шероховатости – относительные и субъективные. Либо намеренные. Но, так или иначе, творения ума, сердца и души поэта есть молекулы беспредельного образования. Эфемерного. Парящего. В сознании и воображении читателя. Но и существующего объективно. Реально. Независимо. И вне времени. Сие образование называют по имени творцов или творений. В русском – Поэзия. В английском – Poetry и Poesy. В узбекском – Шеърият, буквально – Стъхия (шеър – стих). Мир поэтических произведений. Стихия стихов.

Аксиома-3: Стихи во всем их многообразии, сочиненные “другими людьми”, непоэтами, внешне могут быть очень гладкими, правильными, нередко по воле обстоятельств и предприимчивости своих творцов залетают довольно высоко, но, не имея, собственных крыльев, рано или поздно, падают, часто втихомолку, неприметно для нового поколения читателей, разбиваются, исчезают.

Разъяснение-1 к аксиомам-1,2,3: Стихи бывают гармонические и негармонические, рифмованные и нерифмованные. Последние в настоящее время весьма разнообразны – от белых стихов до стихов в прозе, а также авангардных и экспериментальных. Белые стихи, написанные со строгой периодичностью метрики строк, – явление гармоническое.

Теорема: Все авторы раздела “Поэзия” первого выпуска нового философско-литературного журнала “Открытая мысль” (Москва, 2005 г., февраль), пожалуй, поэты.

Разъяснение к теореме: В литературе, в отличие от математики, скорее всего, уместно говорить не о строгих доказательствах, а об обсуждениях, утверждениях, симпатиях и неприятии, любые из которых, в свою очередь, могут быть приняты на веру, или частично подвергнуты сомнению, или отвергнуты с порога, или даже разбиты в пух и прах.

Все зависит от точки отсчета, системы координат, угла зрения, самого зрения, задач, целей.


^ 1


У нас в Узбекистане два полюса бытовой жизни: махалля и “дом”.

Махалля – микрорайон домов индивидуальной застройки, жизнь “на земле”. Слово это уже давно вошло в местный русский язык – разговорный, газетный, казенный и даже книжный.

“Дом” – понятие устной узбекской речи (именно так и произносится), которым обозначается квартира в многоэтажном здании. Это – жизнь “между небом и землей”.

В махаллях соседи и в наше время знаются друг с другом довольно тесно.


Законы “дома” действуют и в Узбекистане. Достаточно сказать, что имя своего нового соседа по лестничной площадке я узнал лишь на втором году (в подъездах нашего дома только по две квартиры на этаже). Новый сосед, казах, переехал в Ташкент откуда-то из области, купив квартиру, из которой куда-то в Россию отбыл со своей семьей прежний хозяин, русский. Рокировка произошла не в начале 90-х годов прошлого столетия, когда на суровой заре так называемой независимости свежеиспеченных государств происходил массовый исход из новых стран некоренного населения, а всего лишь три года назад. Или уже четыре? Словом, в 2001 или 2002 годах, новом веке, новом тысячелетии, когда моя Родина бодро отсчитывала уже второй десяток своей новой истории. Кстати, казахи у нас вполне “свои”: их в Ташкентской области много – издавна и по сей день. Местами имеются сплошь казахские поселения. Но они, казахи Узбекистана, особенно молодежь, казахи лишь “дома”, а “на улице” не отличаются от лиц основной национальности. Хотя, конечно, чисто внешне казаха и узбека именно лицом-то редко спутаешь…

Детство мое прошло в махалле. Тогда я знал всех соседей – и ближних, и дальних. Не только в лицо, но и по именам. И не только своих сверстников, но и остальных членов семей…

И вот для чего я все это рассказываю.

Уже через некоторое время, когда из первого выпуска “Открытой мысли” удалось кое-что перехватить “по диагонали”, я, один из авторов, вдруг почувствовал, что это – не “дом”, а “махалля”. В том смысле, что, имея достаточный опыт публикаций в печатных и интеренет-изданиях, я в них, видимо, чувствовал себя, как в “доме”. И вдруг – оказался “живущим” в “махалле”! Иначе говоря, мне остро захотелось познакомиться поближе со своими “соседями”. Вернее, с их произведениями в сборнике. Желание для меня, повторяюсь, довольно необычное.


2


Надо сказать, что дистанцию огромного размера от обнародования идеи о печатном издании до ее реализации “отцы” – координатор Леон Хамгоков и главный редактор Игорь Якушко, будучи, если не ошибаюсь, не очень искушенными в бумажно-издательских делах, преодолели за очень короткий отрезок времени, около четырех месяцев. Но еще большей неожиданностью, естественно, приятной, явились обязательность и настойчивость Леона Хамгокова, благодаря которым даже я, живущий в Тмутаракани, очень скоро получил свои авторские экземпляры. А то, что бандероль в пути из Москвы в Ташкент находилась всего лишь 15 дней и уже в начале марта с.г. была принесена мне прямо на дом, вызвало у меня неподдельный восторг. Я-то все еще полагал, что негосударственное общение между нашими государствами так и застыло на уровне “суровой зари независимости”. Ан нет! Не прошло и полутора десятков лет, как на “бумажную” почту, оказывается, можно вновь полагаться. Интересно, а выпускают ли из Узбекистана такого рода посылки? Пусть хотя бы и с перлюстрацией? Не то я года два назад отправлял по разным московским редакциям несколько объемных писем со своими сочинениями (вполне лояльными, как мне кажется), но до сих пор не знаю, дошли ли мои отправления по назначению, или же здесь, в Ташкенте, сданы, скажем так, на макулатуру…


3


Я уже дважды высказывался публично о первенце “Открытой мысли” (http://www.proza.ru/texts/2005/02/23-96.html). Сначала едва ли не интуитивно и в основном о подвижничестве и альтруизме “отцов”. А затем, когда мне в дверь позвонила почтальонша, мгновенно и взахлеб: первые впечатления о самом сборнике. Вернее, его внешнем облике. Теперь же более близкое знакомство с “жителями” нашей “махалли” начну со своей “улицы” – раздела поэзии.

Для меня, убежденного сторонника ясного изложения даже самых сложных чувств, переживаний и мыслей, вполне доступного рядовому читателю и содержательного для знатока, особенно отрадно то, что “яснописание” свойственно всем авторам, чьи произведения представлены в разделе “Поэзия”. Ну, разве что лишь однажды, да и то не в сердцах, а только из озорства, родилась, было, такая оценка:


Где ты, Басё, отец хайку!

И ты, Хайям, бог рубаёв!

Здесь женщина на всем скаку

взялась навешать всем…

вербальных хризантем.


Впрочем, не буду забегать вперед. Продолжу мысль о своих пристрастиях в поэзии.

“Неяснописцы” – тоже Божии создания. Пусть живут. Но я категорически не согласен с утверждениями некоторых из них, что в поэзии они-де и есть соль, а все остальное – ноль. А в современных координатах “творец-читатель” столь же решительно не приемлю крайнее выражение “неяснописания”, которое я называю “мычанием”. Хотя не исключаю и того, что лет эдак через двести “мычание” в стихотворчестве станет столь же обычным, а для массового читателя – столь же приемлемым, как стили и произведения “яснописцев”.

И еще одно необходимое замечание. Мысли и образы “яснописания” далеко неоднозначны, хоть и просматриваются, как на природе в солнечный день просматриваются ближние и дальние объекты. “Мычание” же всё свое держит в тумане. Ясное дело, что там же, в тумане, можно прятать и отсутствие в своих произведениях интеллектуальных и эмоциональных составляющих, представляющих какую-либо ценность для внешнего мира. Видимо, именно такие “пустомычатели” и кричат громче всех о “нолях” и “солях”…


4


В самом начале моей “улицы” – “усадьба” Виктора Коноплёва. Замечательны среди его замечательных стихотворений четыре строфы, четыре четверостишия о музе.


^ Суметь сказать: “Я так живу!”

И стать строкой в стихотворенье,

Суметь окрикнуть тишину,

Заставить петь ее с оркестром

И вылепить свою страну,

Как пекарь, из кусочков теста,

Не всем дано…


Воистину это так! Далеко не всем!

Стихотворение “Муза”, написанное строгим четырехстопным ямбом, – наглядное свидетельство тому, что гармоническое стихосложение по-прежнему на первых ролях в цеху поэтического творчества.

Очень человечны, личны и в то же время литературны стихотворения В.Коноплёва “Мой самый главный человек”:


^ И много тайн в той тишине,

хранящей сон моей дочуры


и “Два мира”:


Супруга сказала, что я несерьезный,

Что надо лечиться, но, кажется, поздно.


Настоящий поэт, его мироощущения и произведения – это всегда неповторимый мир, так или иначе, непохожий и даже противостоящий миру другому, остальному, – тому, в котором живут даже самые близкие поэту люди. Супруга… Увы, супруга-то и чаще всего… И категоричнее, и больнее…


Следующая “усадьба” – за Аленой Стронгиной (фамилия довольно редкая, не дочь ли она моему сокурснику по МГУ?).

Сразу бросаются в глаза резные “ставни”:


^ Да луна выйдет желто-красная

В сарафане из девичьих слез.


Цветисто-нарядные “краски”:


Росы хрустальные в тихие травы роняя…


Или:


Тот, кто утром росу опускает так нежно тебе на ресницы.


Красиво!

К тому же поэтесса пишет в разных стилях – гармоническом, белым стихом, негармоническом. Надо полагать, что со временем, по мере превращения Алены в Елену, появятся и новые грани ее творчества, новые глубины, новые образы…


Константин Брыляков. Отточенные строки. Некоторое сожаление о своей поэтической судьбе, которое другими словами, в другом стиле, но перекликается с “Двумя мирами” В.Коноплёва:


^ Я приехал издалека,

Из медвежьего улога,

Протоптал по всем дорогам

И не стал нигде своим…


В следующей строфе того же стихотворения без названия – гордое осознание своего “я”:


^ Ни к чему мне ваши страсти…


Даже “Плохое стихотворение”, как назвал К.Брыляков эти свои 8 строк, весьма недурственны. Только стоило ли в сочинении всего из двух строф использовать разную рифмовку: в первой – перекрестную, а во второй – кольцевую? Между тем в начальной строфе стоит только поменять местами первую и вторую строки, как и тут рифмовка становится кольцевой. Тем более, что от этого, как мне кажется, первое четверостишие только выигрывает, да и все стихотворение становится по-настоящему гармоничным, симметричным, цельным.


^ Бурелом обтекаемых строчек.

Завершенная звонкая тьма.

Налицо раздраженье ума –

А душа потрудиться не хочет…


Сколь ни мучает рифму чудак –

Не добьется итога иного:

Тем и живо заветное слово,

Что его не обманешь никак.


Тут же скажу несколько слов и о последнем “доме” нашей “улицы”. Почему так? Это будет понятно в части-9 статьи.

Павел Шкарин. Три страницы. Четыре стихотворения. Я бы даже сказал, песни. Первая из них – “Пьеро”. Мелодичная, зажигательная, незабываемая кадриль, хотя сам автор упоминает о менуэте.


^ Живите без печали.

Я выбрал. Я причалил.

Я не танцую в зале.

Я – уличный танцор.


А остальные произведения напомнили Владимира Высоцкого. Но схожесть не внешняя, не в скрежете, не в рычании, не в рокотании. Их у Павла нет. И не надо. Он – не Высоцкий. Он – Шкарин. А схожесть в разноразмерности строк, я бы даже сказал, разнокалиберности, но главное – лиричности, внутренне свойственной Высоцкому. И еще мне показалось, что эта часть творчества Павла будет лучше звучать не в декламации, а как авторская песня в авторском исполнении. Возможно, П.Шкарин то и делает: поет свои стихи, подыгрывая себе на гитаре. Собственно, эти предположения и натолкнули на сравнение с Высоцким…


^ 5


Одежда и мода бывают разные: на каждый день, служебная, спортивная, вечерняя, постельная, пляжная. И есть такое явление, которое носит название “высокая мода”. Стихотворение “Исчадие сна” Юлии Ивановой я бы отнес к этой последней категории. Как и там, в кадрах Fashion TV, так и здесь возникают недоумение, мурашки по спине, замирание, восторг и ворох вопросов: что? кто? откуда? зачем? куда? где?

Но в том же стиле “высокой поэзии”, оказывается, созданы и второе стихотворение “Сталь”, и третье – “Лесной дух”, и четвертое – “Стужа”, и пятое – “Падший”.

Два последних – так называемые итальянские сонеты: 14 строк, разделенные на два четверостишия и два заключительных трехстишия. В четверостишиях – перекрестная рифмовка, а в трехстишиях использован “эффект взаимопроникновения”: смежная рифмовка двух первых строк и рифмовка третьих строк друг с другом. Такой техникой автор владеет столь естественно и непринужденно, столь органично вплетает ее в общую ткань произведения, что кажется: эти мысли и выводы выражать и подавать следует именно так, по-другому не стоит и пробовать.

Стихотворение Юлии Ивановой “Встреча”, имеет подзаголовок “история любви в пяти танка”.

Напомню, что японское танка содержит 31 слог в пяти нерифмованных строках по схеме: 5+7+5+7+7. Эта схема четко выдержана Юлией Ивановой. Только… Даже говорить не хочется – речь ведь не о танка на японском, а об оригинальном танка на русском. В последней строке последнего пятистишия у Ю.Ивановой не 7, а 8 слогов.

Я не хочу замечать эту единственную “помарочку”, потому что история любви, рассказанная Юлией Ивановой, столь замечательна, столько глубины в каждом из пятистиший, столь выпукло действие каждого танка на сознание и чувства, что у меня возникает подозрение, а не вселилась ли душа древнего японца, изобретшего этот стиль стихосложения, в тот зачаток новой жизни, которому было суждено явиться в мир Юленькой, а со временем – стать поэтом, пишущей на чистом, колоритном русском языке?

Я, конечно, не знаю японского. Я, конечно, никогда не смогу постичь тайн японской души, но эти пять оригинальных танка Юлии Ивановой я бы поставил не ниже, а может, и выше переводов пятистиший и хайку (трехстишия) с японского, которые мне приводилось читать…


^ Венок из лилий

На изголовье низком

Благоухает.

Я – перетянутый лук…

Выстрелю иль надломлюсь?


О, сладостный бой!

Не собьется дыханье,

Не дрогнет рука.

В беспощадных объятьях –

Теплая, гибкая сталь.


Вспоминаю другого поэта, моего знакомца, узбека Сабита Мадалиева, у которого есть печатный сборник “Рубаи” – стихов-четверостиший (Ташкент, изд-во “Шарк”, 1999). В своих рубаи он – Омар Хайям, только современный и пишущий на русском языке. Создатель же бессмертных четверостиший на фарси, явившийся в мир в середине XI века, мне опять-таки не доступен в оригинале. Но я его читал и на узбекском – хоть и отличном по происхождению и структуре, но все же родственном, так как фарси и тюрки – это языки народов, издревле связанных друг с другом, а позже – и одной веры, имеющих много общего в обычаях, традициях, образе жизни. Так вот, могу засвидетельствовать, что большинство рубаи Сабита Мадалиева, созданные на русском языке, ничуть не хуже четверостиший Омара Хайяма, переведенных с фарси на узбекский, которые в то же время нередко лучше переводов на русский.

Я потому говорю здесь о современном русскоязычном мастере рубаи, что очень надеюсь и хочу, чтобы Юлия Иванова, кроме всего остального, продолжала и серьезную работу в стиле танка – создание оригинальных произведений, а также занималась переводами японских поэтов.


6


А вот другой автор. Другая натура. Но тоже, без сомнений, “мучаемая раздираемыми противоречиями”, как она характеризует себя во вступительном обращении к читателям – умном, искреннем …

Стиль у Марины Лизогуб насквозь негармонический. Нарочито? Творчество? Впрочем, это – не главное. В конце концов, ведь есть немеркнущие образцы стихов в прозе: “Как хороши, как свежи были розы…” (Иван Сергеевич Тургенев). Правда, у Лизогуб – иное. В котором местами встречаются (очень редко, не подумайте) даже геометрические и алгебраические знаки. Но, как говорится, было бы ЧТО, а КАК – не столь суть…

Сочинение Лизогуб “Причина”. 11 строк, чуть ли не все совершенно разные по количеству и букв, и слогов, и слов. Вот избранные места из этого произведения.


^ Бывают и в 15 закоренелые стервы, и в 45, и в 82; в 15 и в 82 –

лапочки и душки, и в 45.

………………………………………………..

Боже мой, звезд здесь только не хватало!

Да-да, осталось – во всем обвинить погоду!

^ Как ты любишь искать причину снаружи!

Не удивительно, что у тебя больные зубы!


Как говорится, конец цитаты. И произведения – тоже.

Хочется как-то, чтобы ей, Марине Лизогуб, еще не было и 15-ти. Еще мягкий пластилин. Тогда “лепила” бы себя, быть может, найдя в моих словах свой ответ на вопрос: что для поэтессы иметь важнее – твердые, острые коготки или же нечто другое? Однако, мне все-таки кажется, что 15 ей уже стукнуло... Но делать и переделывать себя никогда не поздно. Было бы желание. В данном случае надо всерьез задуматься над тем, что люди не всегда на все “сто” повинны в своих физических недостатках, что подлецы встречаются и среди писаных красавчиков, что гнилые зубы отнюдь не предполагают гнилостности души и что ставить знак равенства – это и есть типичное проявление женской стервозности. Но одно дело в быту, другое – в интимных отношениях, третье – в поэзии. Поэзия и стервозность – особы, в общем-то, взаимно несовместимые.

Так что, с моей, литературной точки зрения, выбор женщины в этой жизни ограничивается вершинами одной и той же пятиконечной звезды (именно звезды-то здесь и не хватает! без нее никак не обойтись!): поэт, прозаик, стервозная литераторша, просто стерва, другая судьба.

И еще две важные, на мой взгляд, характеристики этого очень тонкого, хрупкого и чуткого инструмента – слова.

Вступительное обращение М.Лизогуб к читателям. Умное, искреннее. Но и, простите, несколько фамильярное. А ведь среди них, читателей, наверняка будут и те, кто такого обращения не поймет или не примет. Впрочем, “ты” для слуха пусть и щепетильного, да умного, – мелочи. Но!

Но автор под своим обращением подписывается: “С уважением, Лизогуб Марина, в народе просто Марго”. В каком “народе”? Не в том ли, который на narod.ru? Или не в том ли, который составляет ближайшее окружение “просто Марго” и насчитывает пусть и десятка три-четыре, пусть и очень достойных личностей? И так, и сяк это – не народ. В народе просто Пушкин – это понятно. Дарвин, Ленин, Чайковский – тоже понятно. Просто Мастер – при подобающем контексте и это понятно. Но в народе просто Марго… Не смешно ли? Нет, нет, замахиваться – не запретишь. Я всего лишь хочу обратить внимание “просто Марго” на то, какой это коварный инструмент – слово: замахиваешься на одно, а выходит – другое…


Следующий “домик” – маленький (всего две страницы), но зато двухэтажный (стихи даны в две колонки), единственный в таком роде в нашей “махалле” (поверьте, не от желания “выделиться”) занимает ваш покорный слуга.

Не знаю, как там в запредельных странах, тем более цивилизованных, но в пределах СНГ, как и прежде в СССР, к себе принято относиться… даже не как к покойнику. “Либо хорошее, либо ничего”, – это о тех, кого уж нет. Но хвалить себя у нас не принято. Значит, умолчать о себе? Как о покойнике, который при жизни был не очень достойным человеком? Ну, уж нет! Тем более, что есть народная мудрость. Куда более древняя, чем стереотипы СССР и СНГ. Проверенная. Пережившая супердержаву. Да и нынешний конгломерат корыстей и амбиций президентов и их команд, она, мудрость, не преминет пережить. Если и оно, СНГ, однажды развалится

“Себя не похвалишь – в грязь лицом ударишь”, – гласит мудрость…

Впрочем, есть и сулейманово решение (Сулейман – так мусульмане называют иудейского царя Соломона, жившего в X в. до н.э.): хвалить устами других. Но “уста” эти, то бишь мой Compaq, старый, верный компьютер, в котором хранятся весьма лестные письма, в данный момент, когда пишутся эти строки (по старинке, ручкой по бумаге), находятся в 550 км от меня, в Ташкенте, дома. А я позавчера, 7 марта, с другим моим близким другом, мобильным и надежным Tico, прибыл в родной Карши. Чтобы поздравить с женским праздником маму. По-прежнему живущую в этом административном центре Кашкадарьинской области. А посему “соломонову хвалу” отложим до возвращения к компьютеру. Что произойдет послезавтра, а может, и чуть позже.

Раз уж Compaq, пока недоступен, так заполним “свято место” – чтобы не пустовало! – замечаниями технического рода. Дело в том, что мой “двухэтажный коттедж” имеет изъяны по части, скажем так, наружных малярных работ.

Возьмем первое стихотворение “Гадания на струнах души”. Шесть шестистрочных строф. Из них правильно сверстаны первая и четвертая, остальные – неверно. А именно: по одному слову из предпоследней строки попало в строку последнюю. По законам стихотворчества, такое недопустимо. Теперь каждый, кому не лень, может ткнуть в автора произведения пальцем: неуч!

А произошло это нарушение закона только потому, что верстальщик почему-то увеличил размер шрифта в 5-6 строках в сравнении со строками 1-4. Технический же редактор “ломки” стиха просто-напросто не заметила. Иначе нарушение тут же и было бы устранено: для этого достаточно 5-6 строки во всех строфах давать не увеличенным, а тем же кеглем, что и строки 1-4. Это – очень просто. Намного проще даже попытки свалить изъян на меня самого: мол, кто вас просил строиться в два этажа…

Стихотворение “Прости” состоит из 15 четверостиший, которые должны быть четко отделены друг от друга межстрочным интервалом. Но ошибки верстальщика и технического редактора “прилепили” друг к другу некоторые четверостишия. В результате 2 и 3 строфы, а также 4 и 5, превратились в восьмистишия, нарушив тем самым как гармоничность композиции произведения, так и стройность верстки. Обиднее всего то, что и здесь ошибка легко исправима: мйста в образовавшемся перекосе для “разгона” строф и восстановления симметрии как раз тютелька в тютельку…

Коли уж речь сама по себе зашла о технических изъянах первого выпуска “Открытой мысли”, тут же скажу еще о нескольких.

Откроем страницу 3 журнала. “Содержание”. Раздел “Художественная проза”. Наталия Мицкевич. После имени автора даны заголовки ее произведений, причем первая строка “забита” до конца, захвачена и колонка, в которой стоят цифровые указатели страниц, а на вторую строку перенесено только одно маленькое слово, потом идут многоточия, и цифровой указатель. А по законам полиграфии и эстетики было бы правильнее перенести на вторую строчку весь второй заголовок целиком, а затем давать многоточия и указатель. Такая же промашка имеется и в разделе “Миниатюры”.

Кстати, в содержании раздела “Поэзия” вполне можно было обойтись без повторения в каждой строке фразы “Сборник стихотворений”, просто упразднив ее: имя автора, страница – и всё! А название конкретного сборника, если таковое имеется, давать “на месте”, на авторской странице.

Орфографические ошибки – еще один технический изъян первого выпуска “Открытой мысли”. В “Поэзии” их нет, но в других разделах, к сожалению, достаточно для тревоги. Да, опечатки. Да, недосмотр. Но если такого рода небрежности можно простить в приватной переписке, понять в интернет-публикациях, то для печатного издания, попавшего во все главные библиотеки Москвы, они просто-напросто недопустимы. Для нового же журнала, которому еще предстоит завоевать свое место под солнцем, вдвойне недопустимо делать “подставки”, предоставляя “доброжелателям” (без них ведь никакое дело не обходится) дармовую возможность из “мухи” раздуть “слона”.

Следовательно, профессиональную корректуру материалов отменять, упразднять или заменять “технической редактурой” никак не можно. Она, технический редактор, как было показано выше, проглядела изъяны, которые профессионалам сразу же бросаются в глаза. Стоит ли удивляться тому, что ошибки, требующие для своего “отлова” кропотливой корректорской работы, а не поверхностного чтения, благополучно просочились в конечную продукцию!


^ 7


Дописав до этого места, я почувствовал себя утомленным: все-таки работаю с четырех утра, а сейчас уже пятый час пополудни.

Решил погулять: день за окном – чудесный!

Полчаса прогулки по близлежащему парку. Солнце. Воздух. Цветущие деревья: миндаль и абрикос. Вишня зацветет чуть позже. Потом – яблоня.

Высоченная ива плакучая…

Иву плакучую по-узбекски называют “мажнун тол”. “Тол” – ива. Отсюда: “тальник” – растущая по-над речкой кустарниковая ива. Мажнун – по-русски это слово принято писать “Меджнун”. Последнее большинство русских, тем более российских, так и произносит – по буквам. Что не легко и звучит коряво. Да и от оригинала отстоит далеко. Одна из несуразиц русской стилизации тюркского слова. Даже хуже той, по милости которой друг Шерлока Холмса нам знаком не как Уотсон (Watson), а как Ватсон.

Мажнун… Узбекская “ж” очень схожа в произношении с английской “j” (Jane). Мажнун – безумец. Именно в этом смысле жестокосердный, чванливый, состоятельный, могущественный отец красавицы Лайли прозвал любящего ее юношу Кайса из менее влиятельной семьи. Потом Мажнун стало как бы вторым именем Кайса, затем – и основным. Со временем, когда поэма Низамиддина Мир-Алишера Навои “Лайли ва Мажнун” (“Лейли и Меджнун”) стала достоянием Поэзии и народа, слово “мажнун” обрело и другое значение, – одержимый любовью, а также – обезумевший (в переносном смысле) от страданий любви. “Мажнун тол” – символ сердечной страсти, горя, разлуки, одиночества, безысходности.

“Тол” – ива, другое значение – прядь. А “тола” – волокно. Язык – самое удивительное создание человека. Живое. Умное. Логичное. Емкое. Поэтичное. Волшебное…

Высоченная ива плакучая. Одинокая. Ее длинные-длинные ветви. Покрытые только-только пробившейся зеленью. Провисающие сверху вниз, почти до земли. И развевающиеся на ветру. Как распущенные волосы…


Начали складываться строки.


Локоны милые, нежные пряди ивы плакучей

ветер ласкает с чувством и толком ранней весною,

сердце поэта полнится грустью томной, не жгучей,

благо, Всевышний, не испытуешь прежней тоскою.


Ива плакучая – это в России женские слезы, –

звать Мажнун-талом сердца печали здесь, на Востоке,

муки поэта, страсти безмерной призраки, грезы

в непостижимом, необъяснимом вьются потоке.


Однако, вернемся на “нашу улицу”. В смысле, продолжим знакомство. Ведь мы с нее, улицы “Поэзия”, никуда и не уходили…


^ 8


Кэтин Бэрнас.

Если в двух словах: талантлива, хорошо осведомлена в теории стихосложения, владеет словом, женственна, добра, умна, философична. Словом, такова, какой и должна быть настоящая поэтесса.

Бросается в глаза ее склонность к смежной рифмовке. – В первых трех из семи стихотворений. Ради этого способа рифмовки, который, видимо, более и чаще других отвечает ритму внутреннего голоса поэтессы, она во втором и третьем произведениях соединяет в строфах строки, превращая явные, четкие четверостишия в двустишия, в которых две строки соединены смежной рифмовкой, но и перекликаются созвучием, рифмой внутри каждой строки. Этим автор достигает напевности стихов и доверительности своего тона. Нельзя не сказать и о том, что при внешней схожести по обозначенным выше признакам между вторым (“Ангел и звезда”) и третьим (“Думай обо мне”) стихотворениями, они разные по ритму, так как созданы разными размерами – 6-стопным ямбом (3х2) и 8-стопным хореем (4х2), соответственно.

Приемом “сшивания” двух строк в одну автор пользуется отнюдь не из меркантильных соображений, вовсе не для того, чтобы уменьшить количество строк: из трех страниц остался пустой “хвост” чуть ли не в полполосы. Кстати, эта “пустота” далеко не единственная в журнале. Только в разделе “Поэзия” “порожняка” в общей сложности набирается три страницы…

Дамы и господа! Авторы и авторессы! С “порожняком” надо что-то делать. Лучше всего, когда каждый сам позаботится о том, чтобы не допускать “пустоты” на своей, оплаченной территории. Но в случае, если “порожняк” все-таки будет иметь место и его владетель(ница) не чурается благотворительности, а также относится вполне сносно к приживалам… Словом, позвольте мне, дамы и господа, в следующий раз заполнять ваш “порожнячок” своими стихами. Не то у нас тут, на Востоке, жизнь суровая, среднемесячная зарплата 10 баксов, прожиточный минимум – 100, а русскоязычным литераторам жить и вовсе не велено…

Ох! Опять заносит!

Кэтин Бэрнас. Я ее для себя называю Катюшей Бернес. Ну, помните…


Расцветали яблони и груши,

Поплыли туманы над рекой,

выходила на берег Катюша,

на высокий берег, на крутой.


А это (в исполнении Марка Бернеса):


Темная ночь!

Только пули свистят по степи,

Только ветер гудит в проводах,

Тускло звезды мерцают…


Кэтин, конечно же, пишет и четверостишиями. Образцы – налицо.


^ Я – свет несущая во тьме.

Я – свет, влекущий за собой.

Я – факел, растворивший мрак.


Да! Да! Да! Настоящий поэт имеет право так говорить!

А последнее стихотворение:


^ Я в этом мире – соловей,

В терновнике поющий,

И путь к душе, и путь к себе

Осилит лишь идущий, –


особенно дорого мне не только смыслом, но и тем, что у меня есть стихотворение “Ключи земного рая” (на litnet.ru), построенное точно в таком же стиле – чередованием строк, написанных четырехстопным и трехстопным ямбом.

Я очень долго думал, почему Кэтин свое первое стихотворение в подборке начинает упоминанием о Боге в третьем лице, затем во второй строфе переходит к общению с Ним во втором лице, а в заключительных строках (11-й и 12-й) Бог опять становится третьим лицом.


^ В храм святой пришла Бога я молить,

Чтобы не смогла я любовь забыть.


Пред тобой стою на коленях я.

Защити, прошу!” – я молю Тебя.


(“тобой” – видимо, следует писать с прописной “Т”, чтобы не было недоразумений)

Получается, что для читателя, который остался вне храма, на всякий случай, уточняется: я пришла именно для того, чтобы Бога молить. Но в храм святой с другими целями и не ходят. Это читателю и так ясно. Ладно бы, но последующий переход к непосредственному обращению к Богу вносит диссонанс в структуру стихотворения. Словом, все обращения к Богу надо выдерживать либо в третьем лице, либо во втором. Вижу: и в том, и в другом случае возникают проблемы с рифмами и тавтологией. Ну, Катюша, поэты “Открытой мысли” тем и отличаются от графоманов, что не пускают такие проблемы по боку…


9


Было бы очень по-восточному после Кэтин Бэрнас сразу же перейти к заключению и выводам. Ведь крайний “дом” нам уже знаком. Пусть бы потом гадали, почему же я пропустил “хозяйство” предпоследнее, такое раскидистое, самое большое по занимаемой территории. Но я ведь восточен лишь по происхождению, лишь по подбору тонов и полутонов, теней и полутеней, мыслей и чувств, слов и выражений. В остальном же я вполне таков, что меня можно принять то за Ивана, то за Жана, то за Вана. А посему я никак не могу не признаться, что снова и снова бродил по “комнатам” этого самого большого “сароя” (сарой – с узбекского, дворец), переходил от одной к другой по порядку и как получится, возвращался в начало, брал наобум, бросался в конец и опять начинал всё по-новой…

Было бы очень по-английски уйти после такого визита, не попрощавшись.

Было бы очень по-японски раза два хихикнуть, шмякнуть несколько поклонов, поперхнуться глотком учтивостей, почти самоуничтожиться в меркнущем бездействии и-и-и…


уйти мимо лиц и ног, ушей и глаз.

Пытаясь отмахнуться от застрявших в сознании фраз, –

от них ускакать нам дано только раз.


(Выделенные слова и обороты, – это детали “интерьера” того самого “сароя”)


Было бы очень по-русски вдарить соленой эпиграммой – и баста! Но не буду! Даже из озорства!

“Господа, к вам обращается старик Захарий! Имейте честь, господа! Здесь женщины и дети!”

Это – голос чудака с соседней “улицы”, принимавшего время от времени образ благородного человека и нашедшего глупую, случайную, обидную смерть. (Владимир Поникаровский, “Горе-то небольшое…”, раздел “Художественная проза”, стр. 143).

Говорят, сейчас в некоторых областях России пополняют местный бюджет, штрафуя за матерщину в общественных местах. А между тем в иных интернет-изданиях так называемая нестандартная лексика возбраняется лишь в заголовках, а в произведениях – считается допустимой. Не приемлю органически!


О, трехэтажные скрижали!

О, незабвенный Дон-Кихот!

Есть рыцарь образа печали,

есть злата власть и сила стали, –

нет вето на похабный рот!


Журнал “Открытая мысль” и его авторы чураются нестандартной лексики. Так держать! Потому, по случаю, я и коснулся этой темы.

Итак, я – не англичанин, не японец, не русак и даже не совсем… Кстати, “сарой” – это еще и название одного из родов узбекского племени. Однако, я к сароям не отношусь. “Кипчак” – так называется мой род. Кто-то там по отцу – юрист, а я – кипчак. Не знаю только, мои ли далекие предки совершали набеги на Русь еще задолго до Чингиз-хана. Не знаю, их ли русичи называли половцами. Не знаю, есть ли какая-либо связь между половцами и скифами. И опять-таки не знаю, как понимать фразу в конце книги. “Дизайн обложки: Элеонора Ещина”. Что в этой работе автор сделала своими руками? А что – готовый полуфабрикат? Как говорится, я знаю только то, что ничего не знаю. А знать ведь хочется, как можно больше. Интересно же…

Обложка. Всё – в одном (как ныне модно и технологично): цапля, кипарис, очень высокая, очень стройная девушка с очень длинными, очень распущенными, очень черными волосами. Развалины, поросшие травкой. Напоминающие чем-то дворец “Ак сарой”. До его реставрации. Построенный когда-то Тамерланом (XIV век) в своем родном городе Кеш. Ныне называемом Шахрисабзс (в моей родной Кашкадарьинской области, так что, мы с Амиром Тимуром – земляки). Булыжник, явно “рунический” для меня – ни прочесть, что на нем написано, ни понять. Подобие человеческих следов, обрывающихся под разорванной аркой. Рухнула? Придавила? А жертва-то где? А обвалившиеся каменья? Уже убрали? (Все там будем…) А в манящем далеке то ли крест, то ли дерево, то ли другая девушка-цапля. Не к ней ли стремился бедолага? Не хватало той, что рядом… Нет, нет, я не иронизирую. Смотрю, думаю, рассуждаю. Интересно же…

Что же касается литературных трудов автора обложки…


Здесь нет танка, здесь нет хайку,

слиняли рубаи,

здесь женщина в своем соку

стихи творит свои.

Сурова с Музою она –

без роз и хризантем,

а рифмы – как обрывки сна

в букете умных тем.

Что нам Басё, отец хайку?!

Хайям, бог рубаёв?! –

Здесь женщина на всем скаку

навешает… стихов!


Иначе говоря, то бишь суровой прозой, литературные труды Элеоноры Ещиной моего слуха не ублажают. В формах – дисгармония, асимметрия. Эмоции сдержанные (это как раз таки по мне). Мысли имеются. Правда, до них не всегда можно легко докопаться.

Главное: раз на весь этот “сарой” отдано столько сил, времени, трудов, бдений и денег… Видать, суждено так и было! Значит, это кому-то нужно. Очень хочется надеяться, что не только лишь самой авторессе.


Коли шел сквозь препоны я и преграды,

коли наши встретились пути-дороги,

коль свою я бросил жизнь к твоим ногам,

коль сошелся клином на тебе весь свет, –

видать, суждено так и было. Но ты

ни "да" не сказала, ни "нет".


Ты, улыбаясь, гадала на ромашке,

спешила куда-то по листьям опавшим,

в руке обращала снежинки в капельки,

мой стих на песке отдавала волне:

то – струны души моей, слезы, мечты...

Но ты не ответила мне.


(Это – первая и последняя строфы моего стихотворения “Гадания на струнах души”: журнал “Открытая мысль”, № 1, 2005 г., стр. 27.)


10


Теперь можно разобраться и с “соломоном”. Не забыли? Про то, как сделать так, чтобы овцы и волки были взаимно довольны?

"А может, попробовать? Если сейчас человек так корит себя, то, что будет спустя годы? Тем более, страдают двое?"

"...Ваше стихотворение мне в душу запало..."

"Menia ochen vpechetlilo vashe pismo! , ochen ziznenaja situacija!"

"Какие классные стихи! Мне очень понравились, может, я в них увидела частичку своей жизни..."

"Prochitala Vashe ctixotvorenie - Otlichno!!!"

"...энергетика и стиль написания рифмы меня просто восхитили. В Вас чувствуется одновременно и мужская сила и острота ума."

Это – некоторые из откликов на стихотворение “Прости” после его публикации в одной из популярных веб-рассылок.


11


В разделе “Поэзия” первого выпуска нового философско-литературного журнала “Открытая мысль” представительницы прекрасной половины человечества составляют округленно 56 процентов, а нас, мужчин, – всего лишь 44. По занимаемой площади, положение еще более удручающее – 68 и 32, соответственно. Как обстоят дела с другими показателями – показано в предыдущих главах статьи.


Констатирую. Факт – налицо.

Коснулась феминизация

не только полиции Америки,

но и – повсюду! –

тяжелой атлетики;

не только единоборств

всяких свойств,

в том числе рукопашных,

страшных,

но и журналистики,

а также беллетристики;

не только дилерства

и килерства

(во всяком случае,

ни много, ни мало,

на всех телеканалах,

но, говорят,

и в статистических анналах),

не только курева,

а также футбола,

но и поэзии:

пять особ женского пола

из девяти авторов

в одной и той же "суспензии"…


Это свое резюме я представил именно так, как представил, чтобы подтвердить, что правы те люди, которые в анекдотах проходят по разряду “чукча”: писатель пописывает, читатель почитывает. Не буду здесь говорить “за прозу”, но стихи сочинять в наше время – пару пустяков. Стоит только свои прозаические, скажем так, излияния разбить на строчки, расположить их стопочкой, да кое-где сдобрить их хотя бы подобием рифмочек, – вот и готово стихотворение! Вот вам и поэзия!

Ну, как тут не сделать еще одно разъяснение. Тем более, что и оно уже давно дожидается своего часа на харде моего Compaq: взять – и вставить.

Итак, Разъяснение-2 к аксиомам-1,2,3, с которых начинается данная статья: сочинения, претендующие на то, чтобы называться стихами, создаются поэтами и непоэтами.


Поэт не тот, кто рифмы шьет пустые,

Не тот отнюдь, кто в грудь свою колотит,

Кто трансцендентным языком молотит,

кто выдает медяшки за златые.

А тот, в ком есть к гармонии стремленье,

тот, в чьей душе бушует океан

(который свыше может быть лишь дан),

кто признаёт строки сопротивленье...


К счастью, на нашей “улице”, пожалуй, все поэты… То есть мы… В основном… Преимущественно…

Умный человек – осмыслит. Пусть и не без труда. Несмотря на боль и горечь. Во благо. Рано или поздно…


12


Очень хочется написать и другую статью – об авторах других разделов. Первая пятерка “соседей” со второй “улицы” (“Художественная проза”), к которым успел присмотреться, – великолепна! Ирина Юсупова, Олеся Брютова, Олег Плюхин, Тайфер, Наталия Мицкевич…– Я по-настоящему горд, что в нашей “махалле” есть такие люди!

Нам, литераторам первого выпуска нового журнала “Открытая мысль”, и в дальнейшем надо бы держаться вместе. И не просто держаться, но и поддерживать. Журнал. И друг друга.

Есть смысл!

Время – покажет!


Марат Аваз-Нурзеф.


Ташкент-Карши-Ташкент.

07-16.03.2005




Похожие:

Открытые мысли о стихии стихов, новом журнале, девяти стихотворцах с “нашей улицы” и кое о чем другом iconПеред похоронами
Разные мысли приходили в голову, все мрачные, печальные. «Ну о чем я думаю. Я должна думать о другом, или вообще ни о чем не думать....
Открытые мысли о стихии стихов, новом журнале, девяти стихотворцах с “нашей улицы” и кое о чем другом iconОн глянул за темную пелену ночи…
Там все равно ничего не было видно… да и что можно увидеть, если в твоих глазах одни лишь слезы а все твои мысли занимает лишь прошлое,...
Открытые мысли о стихии стихов, новом журнале, девяти стихотворцах с “нашей улицы” и кое о чем другом iconВсе улицы и площади, Все улицы и площади, Все улицы и площади! Мои! Мы юные юидовцы, Мы верные помощники – Насонтовской школы Помощники гаи!

Открытые мысли о стихии стихов, новом журнале, девяти стихотворцах с “нашей улицы” и кое о чем другом iconРудь Николай Алексеевич, доцент кафедры микроэлектроники физического факультета Яргу им. П. Г. Демидова, кандидат физико-математических наук задача
Они постояли четверть времени, ушедшего на перемещения пешехода из поселка Дубки до места встречи с другом. Чтобы вовремя прибыть...
Открытые мысли о стихии стихов, новом журнале, девяти стихотворцах с “нашей улицы” и кое о чем другом iconОт: Зиновий Тененбойм
Советском Союзе. Наша коммуна 5 лет воспитывает детей улицы. Не последнюю роль в развитии коммуны сыграла большая политическая, воспитательная,...
Открытые мысли о стихии стихов, новом журнале, девяти стихотворцах с “нашей улицы” и кое о чем другом iconВалентин Стецюк
С другой стороны, когда, наконец, дело дошло до воспоминаний, то оказалось, что многое забыто, а кое о чем в то время писать было...
Открытые мысли о стихии стихов, новом журнале, девяти стихотворцах с “нашей улицы” и кое о чем другом iconН. А. Бердяев Новое средневековье
Ночь первозданное, стихийнее, чем день. Бездна (ипегипо) Я. Беме раскрывается лишь в ночи. День набрасывает на нее покров. Тютчев,...
Открытые мысли о стихии стихов, новом журнале, девяти стихотворцах с “нашей улицы” и кое о чем другом iconНетрадиционные формы работы с родителями выступление на методической конференции май 2007 г
...
Открытые мысли о стихии стихов, новом журнале, девяти стихотворцах с “нашей улицы” и кое о чем другом iconМ. И. Ромм Том III уроки последних фильмов Сегодня вместо обычного занятия я проведу беседу о картине «Девять дней одного года», потому что я все время был занят этой картиной и ни о чем другом не думал. Может б
Сегодня вместо обычного занятия я проведу беседу о картине «Девять дней одного года», потому что я все время был занят этой картиной...
Открытые мысли о стихии стихов, новом журнале, девяти стихотворцах с “нашей улицы” и кое о чем другом iconМысли елены ивановны рерих о россии*
Учителей, подаривших миру новое Учение — Живая Этика. В тот день Николай Константинович записал в своем экспедиционном дневнике:...
Разместите кнопку на своём сайте:
Документы


База данных защищена авторским правом ©podelise.ru 2000-2014
При копировании материала обязательно указание активной ссылки открытой для индексации.
обратиться к администрации
Документы

Разработка сайта — Веб студия Адаманов