Тема любовного романа в произведениях Пушкина icon

Тема любовного романа в произведениях Пушкина



НазваниеТема любовного романа в произведениях Пушкина
Дата конвертации08.07.2012
Размер151.84 Kb.
ТипЛекция

Лекция 2.

Тема любовного романа в произведениях Пушкина.

Коллизия долга и страсти.

(на материале произведений «Евгений Онегин», «Полтава», «Станционный смотритель», «Капитанская дочка»).


Рассмотрим те произведения, которые входили в школьную программу или давались дополнительно. «Капитанскую дочку» — наиболее зрелое произведение Пушкина — проходили в 7-ом классе, а в 9-м классе проходили произведения промежуточного периода, притом, ведь Пушкин начал «Евгения Онегина» в 1824-м году, а закончил его в 1830-м, будучи женихом, и взрослел, пока его писал. «Капитанская дочка» была написана в 1836 году в одночасье, а «Евгений Онегин» писался шесть лет.

В 1-й главе мы встречаем абсолютно нехристианские строки и утверждения: «Кто жил и мыслил, тот не может в душе не презирать людей» — афоризм. К счастью, сам Пушкин был лучше этого. Он жил и мыслил, но много раз заблуждался в людях, ни к кому не относился с презрением априори.

Конфликт, — то есть коллизия, столкновение, — долга и страсти, разумеется, присутствует в «Евгении Онегине», притом — христоматийный случай с Татьяной. И ее хрестоматийное двустишие: «Но я другому отдана и буду век ему верна». А теперь мы посмотрим, чту такое — не только с Татьяной, а вообще — что такое верность, чту Бог дал Пушкину увидеть.


Тут я должна сделать небольшое отступление, которое нам понадобится на весь наш курс, а именно: тут есть явление, которое мы можем назвать саморазоблачением поэта. Поэт творит энергиями Духа Святого, — других творческих энергий просто нет. Человек создан по образу Божьему творцом, по образу Бога Творца. И Господь дает ему энергию творчества.

Энергии Духа Святого, которыми творит поэт1, накладываются на бессознательный момент творчества. Бессознательный момент творчества присутствует у всех поэтов, у всех художников. За счет чего? А именно за счет того, что их дух человеческий в рабстве у эмоциональной части души. Поэтому появляется некий перекос, и за счет этого всегда присутствует бессознательный момент творчества. Потому хорошо известно, что в лучших своих произведениях творец, как правило, умнее самого себя. Он сам являет то, что превосходит меру его понимания. Поэтому, творец-Пушкин напишет: «Татьяны милый идеал», а из художественной системы «Евгения Онегина» явствует абсолютно другое.


А теперь я к вам обращусь с вопросом: за что Татьяна любит Онегина? Она его выдумала по сентиментальным романам. Отчасти, Софья выдумала Молчалина. Отчасти, Марья Гавриловна выдумала своего первого жениха... «Пришла пора, влюбиться надо» — маловато. Знаете, что выдает ключ к внутренним мотивам Татьяны? Сон! Кого любит Татьяна? Лидера! хотя и воображаемого, в основном. Но мечтает она о лидере, и снится ей лидер! Помните: «Он засмеется, все хохочут, нахмурит брови, все молчат...
» И, наконец: «Моё» — сказал Евгений грозно» — это уже абсолютная мечта, потому что реально Онегину ничего не нужно. Фактически ведь ему все быстро надоедает, он ничего не отстаивает, ничего не завоевывает. «Моё!» — только во сне Татьяны.

Татьяна мечтает о лидере, и Онегина представляет, — причем, именно подсознательным своим существом, во сне, — лидером. В этом смысле она похожа на Марию Кочубей, но Мария Кочубей человек более трезвый, она любит Мазепу как реального лидера: «Твоим сединам так пристала корона царская...» Во всех собраниях «она лишь гетману внимала...» — самому гетману! И эта последняя мечта о царской короне для гетмана как раз естественное завершение.

А вот Дуня («Станционный смотритель») любит не лидера, Минский был умнее. Пожалуй, Дуня в этом ряду человек более настоящий, как бы сказать, доброкачественный. С чего начинается любовь Дуни? Какая ее первая функция при Минском? — сиделки, сестры милосердия. Минский-то не дурак был. Помните: «Больной ... поминутно просил пить... обмакивал губы в чашке с лимонадом», подносимой ему Дуней, — и всякий раз, возвращая чашку, в знак благодарности «слабою своею рукою пожимал Дунюшкину руку». Естественно, после этого статуса сиделки, какие чувства сразу пробуждаются в нашей сестре? Жалость, но не только жалость. Самое главное, почему Минский умный человек? — он саморазоблачается. Под маской блестящего стройного гусара с черными усиками оказывается беспомощность и одиночество. Ответное чувство Дуни — это жалость и самоотвержение, конечно.

Вслед за этим — совершенно естественное продолжение, следующая ступень. Ее забота, ее ласка. Помните: «... сидела на ручке его кресел, как наездница на своем английском седле, ... наматывая черные его кудри на свои сверкающие пальцы». Следующая ступень, совершенно естественная, вслед за самоотвержением и заботой, еще раз забота, и еще раз ласка. После этого, естественно, что у нее трое маленьких барчат, и кормилица, и черная моська, и карета, запряженная своими лошадьми, не почтовыми; словом, все аксессуары матери семейства соответствующего уровня достатка.

Значит, мы получили некий треугольник, притом, равносторонний; впрочем, третья-то сторона — она несимметрична. Точнее сказать, треугольник равнобедренный, но не равносторонний.

Итак, как дальше развиваются события у всех трех. Мы помним, что две равные стороны, полюбившие лидеров, — обе разочаровываются. Татьяна разочаровывается, читая произведения, излюбленные Онегиным. И Мария Кочубей разочаровывается, опознав в своем герое злодея. Но скажем так, Мария Кочубей — более подлинная и более качественная по нутру, и более искренняя. Опознав в своем герое злодея, она сходит с ума. Но в своем доброкачественном безумии, она разлюбляет его и прямо говорит: «Я принимала за другого тебя, старик».

Татьяна заведомо принимала Онегина за другого. Она мечтала о лидере, а он скучающий баринок. Она все-таки мечтала о герое, а у него герой Чайльд Гарольд, и он сам «москвич в Гарольдовом плаще». И, наконец, Татьяна могла бы понять, что ее Бог отвел от этого героя, можно сказать, избавил вовремя. Но она, по своему мечтательному складу, никак не принимает воли Божией, не благодарит Господа, а все-таки цепляется за свою мечту. И поэтому, в отповеди ее Онегину она все уходит, уходит от искренности, и, наконец, произносит слова, которые стирают насмарку всю ее предыдущую отповедь: «А счастье было так возможно, так близко...». Никакого счастья не было бы сроду! Как раз вот это: «А счастье было так возможно, так близко...» — значит, что Татьяна живет самообманом, и продолжает жить самообманом, в отличие от Марии Кочубей.

Дуня встречает своего избранника богоданного. Но тут вступает третье лицо — ее отец-смотритель, и коллизия долга и страсти — это коллизия любви с Пятой Заповедью. Мы еще к этому вернемся. Как и у Марии Кочубей, тоже коллизия с 5-й Заповедью. Но мы сейчас к этому перейдем, а пока рассмотрим, уже теперь до конца, что такое верность Татьяны.


Что такое ее брак, из чего он состоит? Этот вопрос осмелился поднять до нас только В.В. Розанов, он назвал замужнюю жизнь Татьяны «паркетной», действительно:

^ К ней дамы подвигались ближе,

Старушки улыбались ей,

Мужчины кланялися ниже,

Ловили взор ее очей.

Девицы проходили тише

Пред ней по зале, и всех выше

И нос, и плечи подымал

За нею шедший генерал.

Но это заведомо известно, что они вместе выезжают, вместе принимают гостей; но позвольте, что они еще вместе делают? Пушкин ведь любит этот вопрос. В доме нет хозяйства, совершенно непонятно, как Татьяна разбирается с прислугой. Потом этот вопрос поднимет А.Н. Островский. У него жена столоначальника-взяточника, Юленька, говорит: «Я хозяйством не занимаюсь, считаю низким. Обед заказывает муж перед тем, как идти на службу». Анна Каренина уже живя с Вронским тоже не занимается хозяйством, считает низким, или, точнее, не может к нему как-то приработаться. Поэтому Долли, приехавши в их дом, быстро поняла, что от Анны это зависит не более чем от Весловского, то есть самого пустого из их гостей; а все поддерживается усилиями и хлопотами хозяина.


Татьяна может часами читать письмо Онегина и «лить слезы рекой» при этом. Простите, почему? где в это время муж находится? почему он не приходит, не застает ее в этих растрепанных чувствах, не спрашивает ее о причинах всех этих слезоизвержений и прочее. А кто в это время выдает деньги на провизию, проверяет, что куплено, заказывает обед на завтра и так далее. Почитаем письма Пушкина к Наталье Николаевне. Видно, что это очень большое имело значение, и как раз это Пушкин в ней любил! «Ты ломаешь кареты, ты сверяешь счеты, ты доишь кормилицу... Ай, хват баба! Что хорошо, то хорошо!»

Татьяна сидит, погруженная в свои сентиментальные грезы, хозяйства нет; детей, естественно, тоже нет, потому что вообще неизвестно, что там у них делается. А остается пока еще «паркет». А умрет муж, что ей останется? Розанов тут определяет так: «Сплетни, да пенсия». Пенсия за мужа, а сплетни для души. Кстати, чем она занимается на этих своих приемах? — сплетнями! «Вот крупной солью светской злости стал оживляться разговор...» А к кому относится злость? Конечно, к ближнему, «крупной-то солью» что посыпано? Конечно, сплетня. И дальше: «Перед хозяйкой легкий вздор сверкал без глупого жеманства» — очень мило! Когда помрет муж, то кружок ее сильно сузится, останется несколько человек. Итак, сплетни и пенсия.


Только проза ХХ го века эту сторону жизни подхватила, и именно данную «Онегиным». И только проза ХX-го века смогла эти вещи уже разобрать, можно сказать, по составу. Вспомним «Белую гвардию» Булгакова. Брак Елены, урожденной Турбиной, с Тальбергом, — что это за брак? Вот его Булгаков определяет. «Их брак с капорами (это в капоре она выезжает в Оперу), с духами, со шпорами и облегченный — без детей». Немножко, так сказать, сличим, и будет полная аналогия. Вместо капора — малиновый берет; вместо оперы — раут; все те же духи, все те же шпоры и все та же облегченность: без хозяйства, без детей, без взаимной заботы, без общего дела, без участия взаимного в делах.

И другой, тоже любопытный, продолжатель этой темы — Евгений Замятин. У него есть любопытная повесть «Ловец человеков.» Этот самый «ловец человеков» Краггс со своей миссис Лори тоже, в основном, выезжают, но не в карете выезжают, а идут пешком в церковь; вышагивает этот самый Краггс и сопровождает его миссис Лори. Он вышагивает твердо» как монументик», а она его сопровождает со своим античным профилем, «как барельеф на постаменте монументика».

Тут тоже что-то подобное любви, но любовь эта выражается в том, что при каждом своем гешефте, то есть получении денежном, он дарит ей нижнее белье «невообразимо кружевное» и позолоченные ложечки, то есть домашний обиход. Жизнь пуста. У Елены Тальберг, когда истрепался этот капор, она его использует в качестве ночного колпака, и вот этот капор надувается и спрашивает ее: а что за человек твой муж? Миссис Лори у Замятина не знает, чем занимается ее муж. Он зарабатывает деньги шантажом. И Татьяна, в сущности, не знает, что за человек ее муж, — ее это мало интересует.


Что же такое, наконец, ее верность? Это верность неодушевленного предмета. Душа ее — это могила няни, сентиментальные воспоминания, полка книг, тихий сад, письма Онегина и ее река слез при распущенных волосах. Помните, и до замужества были «распущённые власы», и тут она тоже «неубрана, бледна». А верность мужу — это неодушевленная сторона ее жизни, это верность мебели, которую не переставляют. Это и есть та самая сторона ее постоянства. Такая верность несодержательна, она, в сущности, ничем не лучше измены.

Кстати говоря, эту проблему поднимает Замятин. У него, конечно, там наклевывается тоже третий лишний. Но этот третий лишний — художник, не так, как Онегин, без ремесла, а настоящий художник, большой музыкант, органист. Но он, в сущности, берет не искусством своего органа. Он берет некоей детскостью. Вот эта самая жена швыряет ему в окно подаренный им через мальчишку-разносчика букет, и в ответ на эту пощечину слышит детский хлюпающий плач. И рушится мир миссис Лори, ее Краггс, то есть муж, ложечки, «невообразимо кружевное», и она, разрушенная, летит в этот самый двор того самого дома — там несколько домов на один двор — а в это время идет Первая мировая война, совершается воздушный налет, и этот налет служит им прикрытием, потому что все попрятались.

Давайте быстренько сличим с поздним Пушкиным. Рассмотрим ситуацию: положим, Маша Миронова, уже Гринева, получила от какого-то заезжего удальца любовное письмо; она его немедленно швырнет в огонь и наутро побежит исповедоваться к священнику. Не надо забывать, что измена мысленная есть все равно измена. Услажденье признаниями, услажденье мечтами о невозможном счастье, которого бы все равно никогда не было, то есть жизнь воображением — это жизнь — общая наша с демонами, с духами злобы. Это та область, через которую они простирают к нам свои щупальцы.


И, наконец, вот мы разобрались с Татьяной и увидели, что, во-первых, она лимфатического темперамента, в отличие от Анны Карениной, и жизнь мечтой устраивает ее гораздо больше, чем бегство с Онегиным. Ведь сразу встанут проблемы, где им жить. Им нельзя жить в имении Онегина, потому что рядом имение матери. Им нельзя жить в Петербурге или в Москве, потому что муж известный человек. Им остается жизнь за границей, которая Онегину уже, «как все на свете, надоела». Выходит дело, что приходится оставаться при своих интересах.


Я говорю, что «Евгений Онегин» произведение промежуточное, проблема и коллизия долга и страсти до конца решена в другом произведении, а именно, в «Станционном смотрителе». Итак, мы видим, что так же, как у Марии Кочубей, у Дуни возникает тоже трудно разрешимый узел. Она бежит в Петербург без благословения отца и тайком от него. Кстати, кто такой станционный смотритель, все понимают? Он останавливается в Петербурге у товарища по полку, это старый солдат, выслужившийся, так же, как и капитан Миронов, до чиновника 14-го класса, то есть это человек из народа.

Сразу отметим первый разговор смотрителя с Минским: «Ваше благородие!.. сделайте такую Божескую милость!..» С какой же просьбой обращается он к Минскому? «Ваше благородие!.. сделайте такую Божескую милость!.., что с воза упало, то пропало, отдайте мне, по крайней мере, мою бедную Дуню. Ведь вы натешились ею; не погубите ж ее понапрасну». Любопытно, прежде всего, с чего начинает смотритель. Он сразу считает Минского обманщиком, не способным к любви, а эту историю рассматривает как адюльтер, то есть дрянненькое приключение. Поэтому, он говорит, «вы натешились ею; не погубите ж ее понапрасну».

Заметим себе, что Минский отвечает ему глубоко серьезно, его ответ из нескольких пунктов:

1. Он просит прощения: «...виноват перед тобою и рад просить у тебя прощения».

2. «...не думай, чтоб я Дуню мог покинуть» — он говорит о глубине и серьезности своего чувства. Это смотритель пропускает мимо ушей.

3. Следующий аргумент: «Она меня любит».

4. «...она отвыкла от прежнего своего состояния».


Заметим себе, как использовал ее смотритель. Он, в сущности, ее использует в качестве «отмазки» от гнева проезжающих, тоже, значит, ее подставляет, как бы и приторговывает ею, но в розницу. Если бы он хотел уберечь ее от проезжающих, то он должен был бы ее держать в задних комнатах и чтоб никто ее не видал, за перегородкой, во всяком случае. Но главный аргумент Минского пятый: «Ни ты, ни она — вы не забудете того, что случилось». Вот, что главное; обратного хода нет! «...вы не забудете того, что случилось», значит, ей достанутся постоянные попреки. Мало того: что будет с ее жизнью? кого она себе будет искать? да если и найдет, то это опять постоянные попреки.

Это, между прочим, бытовало не только в народе, но и в пушкинском кругу. Алина Осипова («Я вас люблю, хоть я бешусь, хоть это труд и стыд напрасный...») была в связи со своим сводным братом Алексеем Вульфом. После того, хотя она и нашла себе какого-то муженька, тот ее, как пишет ее сестра Мария Ивановна, — «ругал постоянно, как самый злой мужик».

После этого смотритель вынужден удалиться, но, в сущности, он ни одного слова Минского не выслушал. Кстати говоря, почему спивается Самсон Вырин? Какую участь он представляет для Дуни неизбежной? «Мало ли их, молоденьких дур? Сегодня в атласе да бархате, а завтра, посмотришь, метут улицу вместе с голью кабацкою».

Что значит метут улицу? Уличные проститутки, копеек за пятьдесят. Проститутка на Невском стоила рубль, а если с голью кабацкою, значит, от 30 до 50 копеек. «Как подумаешь, что Дуня моя там же пропадает, так поневоле согрешишь и пожелаешь ей могилы...».

И, наконец, кульминационная сцена в Петербурге. Смотритель приходит и застает свою дочь и Минского врасплох. Это сцена, где она «наматывает его черные кудри на свои сверкающие пальцы...» Дуня поднимает голову и падает в обморок. Что это значит? Тут я должна сказать, писатель пишет всегда одно произведение — полное собрание своих сочинений. Особенно ясно мы это проследим у Достоевского, но и у Пушкина тоже.


Какой вопрос предварительно за кадром задает Дуне Минский? Конечно, вопрос Мазепы: «Отец или супруг тебе дороже?» Уже после того, как Мазепе стал известен донос Кочубея. «Так помни ж, Мария, ты сделала выбор». Так и тут. Под впечатлением прихода смотрителя и разговора с ним, именно этот вопрос задает Минский Дуне. Дуня ответила на него так же, как и Мария Кочубей. Ценой внутренней коллизии, ценой внутренней душевной борьбы, она выбирает — супруга. (Потом мы увидим это и у Островского в пьесе «Поздняя любовь», где это тоже дано явно). Но после того, как она сделала свой выбор вслух, — и тут является ее отец, как memento mori, она и должна была здесь упасть в обморок. Минский кинулся ее поднимать, но, увидев смотрителя, закричал и выставил его из квартиры.


И, наконец, последнее. Зачем в конце повести, по рассказу мальчишки, приезжает Дуня? К отцу, конечно, для примирения. Почему она приезжает так поздно? Конечно, потому, что до тех пор ее положение не было узаконено. Она приезжает, наконец, рассказать ему о своем счастье, о том, что, в конце концов, все обошлось. А венцом, как говорит народная мудрость, всё покрывается.

Но, как сказано у Блока:

^ Земное сердце уставало

Так много лет, так много дней...

Земное счастье запоздало

На тройке бешеной своей...

Я, наконец, смертельно болен...


А смотрителя уже просто нет в живых. Но спросим себя: почему Дуня не писала ему все эти годы? Конечно, ее положение было неправильно, это можно понять, но и она должна была чувствовать, что у него на уме. А вы знаете, ее тоже подводит, мешает ей, портит ее жизнь гордость. Вот это русское «все или ничего!» ее подводит. Как бы сказал Солженицын: «не берем ни пол-вся, ни четверть-вся», а сразу всё подавай! «Весь капитал», как сказала бы Настасья («Преступление и наказание» Достоевского).

Значит, все-таки, поэтому. Узнав, что добрая весть запоздала, она идет на могилу, бросилась на могилу и лежала долго... Но потом встала, пошла в село, позвала попа, дала ему денег, то есть подала на поминовение, на вечный помин души. То есть, все-таки на Господа возложила то, что не сумела сделать сама, ту недостачу, тот провал в небытие, ибо Господня благодать, подаваемая нам при нашем покаянии, исцеляет все, совершенно и без остатка.

Это, стало быть, последняя коллизия наиболее зрелого в этом отношении произведения Пушкина. Те же проблемы, но в комическом виде встречаются и в «Барышне-крестьянке». И в «Метели» — это Сам Господь отвел героиню от ее самовольного побега и она вышла замуж не за своего избранника, а за того, кто был ей действительно предызбран от Бога, как бы сказал преподобный Серафим Саровский, «преднареченная вам от Бога невеста». Так и тут. Она вышла замуж за преднареченного от Бога жениха, именно по пословице: «Суженного конем не объедешь».


Надо сказать, что по мере взросления Пушкина, по мере возрастания его серьезности, он постепенно приходит к правильному пониманию коллизии долга и страсти. Вот Маша Миронова. Возможна ли для нее участь Анны Карениной? Невозможна уже потому, что она никогда бы за Каренина не пошла. Анна выходит замуж как неодушевленный предмет. Так же, как ее зовут к обеду в определенные часы, так же она пошла к венцу, замуж за человека, которого не знает, с которым не знает, как она будет жить; известно только, что для полу-бесприданницы выйти замуж за сравнительно молодого, лет 38-ми, губернатора, — где же искать лучшей партии. И она отдает ему свою руку, в сущности, тоже по неодушевленности.

Заметим себе, что Маша Миронова, когда к ней сватается Швабрин, еще никого не любит, она не встретила еще своей первой любви. Она оголтелая бесприданница, у которой приданого — частый гребень, да веник, да алтын денег, с чем в баню сходить, и к ней сватается блестящий офицер, который только что, чуть ли не промыслительно, занесен в эту глухомань. Но на вопрос: «И вы не пошли?!» она отвечает: «Как изволите видеть. Алексей Иванович, конечно, человек умный, и хорошей фамилии, и имеет состояние. Но как подумаю, что надо будет в церкви при всех с ним поцеловаться... Ни за что! Ни за какие благополучия!»


^ Что укрепляет Машу Миронову? Страх Божий! страх солгать перед Богом и людьми! « в церкви, при всех» — ни за какие благополучия! И вера. Человек доверяет Богу свою жизнь. Об этом говорится почти в каждой ектеньи: «Сами себе и друг друга, и весь живот наш Христу Богу предадим. — Тебе, Господи». Вот так.

Казалось бы, при взаимной и полной любви с Гриневым, они получают оскорбительное письмо отца, запрещающее жениться, и сулящее, по крайней мере, разлуку. Но, слава Богу, у старшего Гринева не хватает характера довести дело до конца. «Я не пойду за тебя без воли твоих родителей, без их благословения не будет нам счастья». Изнутри нет полноты, согласия обоих родов. Мало того: «Господь лучше нас знает, что нам надобно». Вот это ее исповедание: «Господь лучше нас знает, что нам надобно». И опять-таки: Сами себе и друг друга, и всю жизнь свою, и чужую, — Христу Богу предадим!

Действительно, события развиваются так, что, оставшись одна, без единого родного человека, избавленная из рук все того же искателя, и на слова жениха: «Я почитаю тебя женою своею» — Мария Ивановна выслушала его «просто, без притворной застенчивости, без затейливых отговорок», которые полагались еще, кстати говоря, в XVIII-ом веке. «Она чувствовала, что судьба ее соединена с моею». Господь не посрамил ее упования и ее исповедания: Бог лучше нас знает, что нам надобно.

После этого, когда у нее на этой земле не остается ни единого родного человека, Гринев предлагает ей ехать в деревню к своим родителям в сопровождении Савельича, то есть к будущим свекру и свекрови. Она, сказано, «смутилась, известное нерасположение моего отца ее пугало». Тут Гринев, уж с полным правом, мог ее успокоить, что они рады будут и вменят себе за честь принять дочь заслуженного воина, погибшего за Отечество.


И, наконец, последнее. Когда она уже у них живет, вместо дочери, и при первом известии об аресте и вечной ссылке единственного сына, реакция матери: «Мария Ивановна, зачем тебе в Петербург? Неужели и ты хочешь нас покинуть?» Т.е. ты одна у нас осталась, как утешение в старости, и ты хочешь нас покинуть! Когда отец, еще убитый горем, заканчивает все-таки, сохраняя остатки гордости: «Поезжай, матушка, мы твоему счастью противиться не хотим. Дай тебе Бог в женихи доброго человека, не ошельмованного изменника» — и уходит.

И вот уже оставшись с его смиренной женой Авдотьей Васильевной, она сообщает отчасти свои предположения, что он не оправдался перед судом, потому что боялся запутать ее в эту же систему показаний, чтобы ее имя даже не фигурировало там. Авдотья Васильевна, помните, обняла ее и вместе с нею молилась о благополучном исходе дела. Господь не посрамил их упования, услышал их молитву, и все совершилось промыслительно, уж действительно, ей был открыт как бы коридор. «Яко посуху пешествовал Израиль по бездне стопами…» Как бы раздвинулись воды, чтобы ее пропустить.


Таким образом, мы видим, что произведения Пушкина более религиозны, чем он сам. Я уже с этого начала, пояснила, почему в этом положении нет ничего удивительного. Повторяться не будем.

1 поэтэс /гр./творец.







Похожие:

Тема любовного романа в произведениях Пушкина iconТема дороги в произведениях русской классической литературы
Мы все говорим о лирике Пушкина, Лермонтова и других русских классиков, о теме свободы, любви, одиночества в их творчестве. Но почему-то...
Тема любовного романа в произведениях Пушкина iconИсторическая тема в творчестве А. С. Пушкина
Историю изучают, чтобы понять ее законы, разгадать какие-то сущностные черты характера народа. Идея, закономерности событий истории,...
Тема любовного романа в произведениях Пушкина iconУрок музыки в 7 классе по программе Д. Кабалевского Тема четверти: «Музыкальный образ». Тема урока: «Авторская песня»
Задача: дать представление о творчестве Юрия Визбора, найти черты авторской песни в некоторых его произведениях
Тема любовного романа в произведениях Пушкина iconТемы рефератов по литературе в 2008/2009 учебном году. № п/п Тема реферата фио ученика Класс Учитель 1
«Тема «маленького человека» в творчестве Н. В. Гоголя, А. С. Пушкина, Ф. М. Достоевского»
Тема любовного романа в произведениях Пушкина iconОбъектом исследования в данной работе является текст романа М. А. Булгакова «Мастер и Маргарита»
Объектом исследования в данной работе является текст романа М. А. Булгакова «Мастер и Маргарита», фрагменты ранних рукописей романа...
Тема любовного романа в произведениях Пушкина iconИсторическая концепция А. С. Пушкина
Пушкина, нельзя не учитывать, что сам он как великий поэт и мыслитель, как выразитель мировоззрения русской нации был явлением историческим....
Тема любовного романа в произведениях Пушкина iconЗадания 2 тура по русскому языку. Задание Как правильно прочитать строки из романа А. С. Пушкина «Евгений Онегин»
Почему в русских фамилиях после шипящих под ударением пишется как О, так и ё (например, Лихачёв, Калачёв, но Ромашов, Ершов)?
Тема любовного романа в произведениях Пушкина iconН. Н. Носова Цель: привитие у читателей интереса к книге. Задачи: в игровой форме обобщить и систематизировать знания учащихся творчестве Н. Н. Носова. Закрепить полученные знания о произведениях писателя на урок
Закрепить полученные знания о произведениях писателя на уроках литературного чтения, развивать умение работать в группе
Тема любовного романа в произведениях Пушкина iconМихаил Булгаков и Данте Алигьери Замысел романа «Мастер и Маргарита»
«романа о дьяволе» (в первых редакциях которого повествование ведется также от первого лица)». 1 Булгаков посчитал себя обязанным...
Тема любовного романа в произведениях Пушкина iconСудье Сосновоборского городского суда Красноярского края Петрушиной Лилии Михайловне адвоката Качанова Романа Евгеньевича
Адвоката Качанова Романа Евгеньевича – в защиту осужденного Соколова Алексея Вениаминовича, 1973 г р
Разместите кнопку на своём сайте:
Документы


База данных защищена авторским правом ©podelise.ru 2000-2014
При копировании материала обязательно указание активной ссылки открытой для индексации.
обратиться к администрации
Документы

Разработка сайта — Веб студия Адаманов