Энн Райс Интервью с Вампиром icon

Энн Райс Интервью с Вампиром



НазваниеЭнн Райс Интервью с Вампиром
страница1/25
Дата конвертации10.07.2012
Размер3.51 Mb.
ТипИнтервью
  1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   25

Энн Райс

Интервью с Вампиром


Посвящается Стэну Райсу, Кэрол Маклин и Элис О*Брайен Боркбарт.

Часть I



    - Ну что ж… - задумчиво сказал вампир.
    Он стоял у окна, освещенный тусклым уличным светом. Глаза его собеседника, молодого человека, наконец привыкли к полутьме, и он смог разглядеть комнату: круглый дубовый стол, кресла, таз и зеркало на стене. Молодой человек ждал.
    - А у вас хватит пленки, чтобы записать историю целой жизни? - И молодой человек увидел четкий профиль полуобернувшегося вампира.
    - Конечно. Когда повезет, мне удается взять интервью у трех-четырех человек за вечер. Но только это должна быть действительно хорошая история.
    - Еще бы, - сказал вампир. - Я расскажу вам свою жизнь. Я сам этого хочу.
    - Отлично. - Молодой человек поспешно достал из портфеля диктофон, проверил кассету и батарейки. - Расскажите, как получилось, что вы поверили в это, почему вы…
    - Нет, - оборвал его вампир. - Мы начнем иначе. У вас все готово?
    - Да.
    - Тогда садитесь. Я включу верхний свет.
    - Но я всегда думал, что вампиры не любят света. Если вам хочется, чтобы было темно, я не против… - Он осекся.
    Вампир отвернулся от окна и смотрел теперь прямо на него. Лица вампира не было видно, но что-то в этой неподвижно застывшей фигуре насторожило юношу. Он хотел было что-то сказать, но промолчал. Вампир подошел к столу, взялся за шнур выключателя, и молодой человек вздохнул с облегчением. И тут же резкий желтый свет залил комнату. Молодой человек ошеломленно уставился на вампира. Его пальцы судорожно вцепились в край стола.
    - Боже! - только и смог выдохнуть он.
    Лицо у вампира было белое и гладкое, словно вырезанное из кости, и застывшее, как у статуи. Жили только его зеленые глаза; они пристально смотрели на молодого человека и сверкали, как изумруды, и казалось, что два огня горят на белом холодном лице. Вдруг вампир улыбнулся, нежно, почти мечтательно, и на белизне его кожи обозначились линии, бесконечно подвижные, но скупые, как на штриховом портрете.
    - Рассмотрели? - тихо спросил он.
    Юноша вздрогнул и поднес руку к глазам, защищаясь от яркого света. Потом перевел взгляд на безукоризненно сшитый черный фрак, который мельком уже видел в баре, длинные складки плаща, черный шелковый галстук и воротничок сорочки, такой же ослепительно белый, как кожа вампира. Его густые, черные, слегка вьющиеся волосы были зачесаны назад, их кончики едва касались воротничка.
    - Ну как, вы все еще хотите этого интервью? - спросил вампир.
    Молодой человек открыл рот, но не мог выдавить ни звука, только кивнул.
    - Да, - наконец выдохнул он.
    Вампир опустился в кресло напротив и тихо, доверительно сказал:
    - Включайте запись и ничего не бойтесь.
    Он перегнулся через стол, и юноша испуганно отшатнулся. Пот градом катился по его щекам.
Вампир положил руку ему на плечо, крепко сжал его и сказал:
    - Поверьте, я не сделаю вам ничего плохого. Я хочу воспользоваться случаем. Наша беседа для меня гораздо важнее, чем вы думаете. Давайте начнем поскорее. - Он откинулся в кресле и застыл в ожидании.
    Юноша с трудом перевел дыхание, вытер лицо платком, пробормотал, что микрофон внутри, нажал кнопку, и запись началась.
    - Вы не всегда были таким, правда? - начал он.
    - Верно. Я стал вампиром в тысяча семьсот девяносто первом году, мне было тогда двадцать пять лет.
    Юноша, ошеломленный такой точностью, повторил дату вслух, прежде чем задать следующий вопрос:
    - Как это случилось?
    - Очень просто. Но я бы хотел рассказать все по порядку, с самого начала.
    - Разумеется, - быстро кивнул молодой человек, сложил платок вчетверо и провел им по губам.
    - Все началось с несчастья… - начал вампир. - Мой младший брат… погиб. - Он запнулся.
    Молодой человек кашлянул, чтобы прочистить горло, еще раз вытер лицо платком и засунул его в карман.
    - Может быть, вам больно... вспоминать об этом? - спросил он робко.
    - Больно? - отозвался вампир. И покачал головой. - Нет. Однажды я уже рассказывал эту историю. И потом это было так давно... Мы тогда жили в Луизиане. Взяли ссуду на землю и основали две плантации индиго на Миссисипи, неподалеку от Нового Орлеана...
    - Так вот откуда у вас акцент, - тихо сказал юноша.
    Вампир недоуменно взглянул на него, потом рассмеялся:
    - Я говорю с акцентом?
    - Я заметил это еще в баре, когда спросил, кто вы, - торопливо заговорил юноша. - Едва различимая четкость согласных и все. Но я не догадался, что это французский акцент.
    - Ничего, - успокоил его вампир. - Я не столько удивлен, сколько притворяюсь. Просто время от времени я забываю о своем акценте. Но давайте продолжим.
    - Конечно, конечно...
    - Я говорил о плантациях. Кстати, может быть, из-за них я и стал вампиром. Но об этом после. Мы жили роскошно, но в то же время очень просто. Мы очень любили наш мир. Во Франции нам никогда не было бы так хорошо. Может, то была только выдумка, очарование дикой и девственной природы, но разве это важно? Я помню мебель, выписанную из Европы. - Вампир улыбнулся. - И клавесин... Прелестная вещица. Моя сестра часто играла на нем. Летними вечерами она сидела за клавишами спиной к раскрытым окнам. Помню быструю невесомую музыку и болота, простиравшиеся за окном; бархатистые кипарисы, плывущие на фоне вечернего неба; и звуки болот: голоса животных и пение птиц. В этой глуши мебель розового дерева казалась еще более ценной, а музыка - такой нежной и такой желанной. Мы любили нашу жизнь в глуши, хотя глицинии опутали окошко мансарды и умудрились врасти в белую кирпичную кладку меньше чем за год... Да, мы все любили эту жизнь, все - кроме моего младшего брата. Я не помню, чтобы хоть раз он пожаловался или посетовал, но я чувствовал - у него неладно на душе. Отец к тому времени уже умер, и я как глава семьи должен был постоянно защищать брата от матери и сестры. Они требовали, чтобы он ездил вместе с нами в гости и на вечеринки в Новый Орлеан, а он этого терпеть не мог. Он перестал участвовать в общих развлечениях лет, должно быть, в двенадцать. Для него имели смысл только молитвы, молитвы и жития святых, заключенные в толстые кожаные переплеты.
    Я построил ему часовню неподалеку от дома, и он проводил там целые дни - возвращался, когда уже начинало смеркаться. Это смешно: он так отличался от нас, отличался от всех, а я был самым обычным человеком! Ничего сверхъестественного во мне не было. - Вампир улыбнулся. - Иногда по вечерам я приходил за ним к часовне. Он сидел на каменной скамейке в саду, спокойный и отрешенный, а я рассказывал ему о своих бедах: о нерадивых рабах или дурной погоде, о недоверии к надсмотрщику и торговым агентам... Словом, о больших и маленьких заботах, которые составляли сущность моей жизни. Он сидел и слушал, изредка вставлял замечания, всегда очень благожелательные, и всякий раз я покидал его с осознанным чувством, что он разрешил за меня все вопросы. Я думал, что ни в чем не смогу ему отказать, и поклялся, что не буду мешать ему стать священником, пусть это даже разобьет мне сердце. Конечно, я заблуждался.
    Вампир замолчал.
    Юноша тоже молчал и смотрел на него. Затем, словно пробудившись от глубокой задумчивости, спросил, подбирая слова:
    - То есть... Он не захотел стать священником?
    Вампир ответил ему долгим взглядом, словно пытаясь постичь смысл сказанного. Потом сказал:
    - Нет, это насчет себя я ошибался - когда думал, что не смогу ему отказать. - Он отвел глаза и взглянул в окно. - У него начались видения.
    - Настоящие видения? - помедлив, спросил юноша.
    - Не знаю, но тогда я ему не поверил. Это случилось впервые, когда брату исполнилось пятнадцать. Он был красив: нежная чистая кожа, огромные голубые глаза. К тому же в противоположность мне, он отличался крепким телосложением... Но главное - его глаза. Когда я смотрел в них, мне казалось, что я стою на самом краю света совсем один... на овеваемом ветром песчаном берегу океана, а вокруг тишина, только рокот волн, накатывающих на берег... Да, - продолжал он, по-прежнему глядя в окно, - у брата начались видения. Сначала он говорил об этом намеками. Он ничего не ел и почти переселился в часовню, но и там все запустил: перестал зажигать свечи, менять покров на алтаре и даже не выметал заносимые ветром листья.
    Дни и ночи он стоял на коленях на голом каменном полу перед алтарем. Однажды вечером я встревожился не на шутку. Целый час я смотрел на него из беседки, увитой розами. Брат ни разу не поднялся с колен и не опустил молитвенно сложенных рук. Рабы думали, что он сошел с ума.- Брови вампира удивленно поползли вверх. - Сам я считал, что он просто не в меру усерден, что в своей любви к Богу он зашел слишком далеко. Потом он рассказал мне о видениях подробно. Он говорил, что ему явились святой Доминик и сама Дева Мария. Они сказали, что он должен продать всю нашу собственность в Луизиане - все, что у нас есть, - а вырученные деньги потратить на богоугодные дела во Франции. Сам же он станет великим религиозным лидером и, возродив любовь к Богу в сердцах людей, будет бороться с атеизмом и Революцией. Своих денег у него, конечно же, не было - значит, это мне следовало продать плантации и дома в Новом Орлеане, а деньги отдать ему.
    Вампир снова замолк. Юноша изумленно глядел на него.
    - Простите. - Наконец очнулся он. - И что же? Вы продали плантации?
    - Нет. - ответил вампир. Его лицо было невозмутимо и спокойно, как и прежде. - Я рассмеялся ему в лицо. Он пришел в ярость. Так приказала сама Дева Мария, кричал он, и кто я такой, чтоб не подчиняться? В самом деле, кто? - повторил вампир тихо, словно заново обдумывая ответ на этот вопрос. - Чем отчаянней он старался убедить меня в своей правоте, тем громче я смеялся. Я сказал, что его слова - полнейшая чушь и бессмыслица, порождение незрелого и даже болезненного ума. Я говорил, что постройка часовни была ошибкой и что я прикажу разрушить ее немедленно, а сам он начнет ходить в школу в Новом Орлеане и забудет про видения и прочий вздор. Не помню точно, что я еще наговорил. В памяти остались только гнев и разочарование, переполнявшие мою душу. Именно это я пытался скрыть за высокомерным смехом и суровой отповедью. Я и впрямь был горько разочарован. Я не поверил ни единому слову брата.
    - Вас можно понять, - заметил юноша, воспользовавшись наступившей паузой; его лицо уже не выражало такого откровенного удивления. - Никто бы ему не поверил.
    - Можно понять? - Вампир взглянул на него. - Я вел себя отвратительно, как отъявленный эгоист. Попробую объяснить. Я уже говорил, что любил брата. Иногда мне казалось, что он святой. Точнее говоря, я хотел в это верить. Я уважал его мысли и молитвы и твердо решил, что помогу ему принять сан. Но... Если бы мне рассказали, что в Арле или Лурде появился святой, которому является Дева Мария, я бы поверил - ведь я был католиком и искренне верил в святых: ставил свечи перед мраморными статуями в церквях, знал их имена и изображения, разбирался в символах и молитвах, - но я не верил, не мог поверить своему брату. Я не только не верил в его видения, но даже сама суть его слов была мне чужда. Вы спросите - почему? Потому что это был мой брат. Может быть, он святой и уж наверняка особенный, не такой, как все, - но только не Франциск Ассизский. Ни за что на свете: кто угодно, только не мой брат. Вот почему я вел себя, как эгоист, понимаете?
    Юноша немного подумал и кивнул.
    - Может, у него и правда были видения, - сказал вампир.
    - То есть... вы не знаете... наверняка?
    - Не знаю. Но ничто не могло пошатнуть его убежденности в собственной правоте. Я видел это в ту ночь. Обезумев от горя и обиды, он выбежал из комнаты. И через мгновение его не стало.
    - Как?
    - Очень просто. Он распахнул стеклянную дверь, вышел на галерею, немного постоял на верхней ступеньке каменной лестницы. А потом упал. Я бросился вниз, в сад, но он был уже мертв. Сломал шею. - Вампир потряс головой, заново переживая весь этот ужас, но его лицо оставалось невозмутимым.
    - Может быть, он оступился? Вы видели, как он упал?
    - Нет, но слуги видели. Они рассказали, что он посмотрел вверх, словно увидел что-то в воздухе, а потом его тело будто подхватило ветром. Одному из них показалось, что он хотел что-то сказать. Я сам ничего точно не знаю - я не смотрел тогда в окно. Я только услышал звук падения. - Он взглянул на диктофон. - Я не мог себе этого простить. Мне казалось, я виноват в его смерти. Впрочем, так думали все.
    - Почему? Ведь были свидетели...
    - Прямых обвинений не было. Просто пошли слухи, что между нами что-то произошло, что мы поругались за несколько минут до его гибели. Слуги слышали шум, да и мать тоже. Она умоляла меня объяснить, что случилось, - почему брат, всегда такой тихий и мирный, кричал на меня. Потом к ней присоединилась сестра. Естественно, я отказался говорить об этом. Потрясенный, почти убитый смертью брата, я все-таки был исполнен какой-то странной решимости никому не рассказывать о его "видениях". Я не хотел, чтобы кто-нибудь узнал, что он оказался не святым, а фанатиком.
    Моя сестра предпочла остаться в постели и не пошла на похороны, а мать рассказала всем в церкви, что в моей комнате произошло что-то ужасное, но я не хочу признаваться, что именно. В конце концов я даже попал на допрос в полицию. Потом ко мне явился священник и умолял, чтобы я, во имя собственного спасения, поведал ему все. Но я молчал. Говорил всем, что это был самый обычный спор между братьями, отвергал обвинения, объяснял, что меня не было на галерее, когда он упал. И все равно все смотрели на меня так, будто это я убил его. Но я и сам чувствовал то же. Два дня я провел в церкви, рядом с гробом, и думал только об этом. Смотрел на лицо брата, пока черные точки не замелькали перед глазами. Довел себя почти до потери сознания. Брат разбил затылок о каменную дорожку, его голова в гробу на подушке, была неправильной формы. Я заставлял себя смотреть на него, изучать мельчайшую черточку просто потому, что иначе не смог бы вынести душевную боль и запах уже начавшегося разложения. Меня снова и снова тянуло попытаться открыть ему глаза - я начал сходить с ума. Но одна мысль не покидала меня ни на минуту - я смеялся над ним, не поверил ему, не помог, когда ему было плохо: это я убил его.
    - Это было на самом деле? - тихо сказал молодой человек. - Это правда?
    - Да, - ответил вампир, - но я хотел бы продолжить. - Он равнодушно скользнул взглядом по собеседнику и снова перевел глаза на окно. Казалось, что юноша со своей молчаливой внутренней борьбой вызывает у него только слабый интерес.
    - Но вы не знали наверняка про видения... Как же так, ведь вы вампир, и вы должны....
    - Я рассказываю только о том, что знаю, - перебил его вампир. - Только о том, что было. Если вас интересуют видения, то я и сейчас ничего не знаю об этом.
    Наступило молчание. Наконец юноша сказал:
    - Пожалуйста, продолжайте.
    - Я решил продать плантации. Я больше никогда не хотел видеть ни дом, ни часовню. Я сдал их в аренду одному агентству и избавил себя от необходимости приезжать туда снова. Мы с матерью и сестрой переехали в один из наших городских домов в Новом Орлеане. Но образ брата продолжал преследовать меня каждую минуту. Я думал только о том, что его тело гниет сейчас в земле. Его похоронили в Новом Орлеане, на кладбище Сент-Луи, и я старательно избегал это место, но ничего не помогало. Мои мысли всегда возвращались к брату. Пьяный или трезвый, я видел перед собой его тело, полусгнившее в гробу. Это было невыносимо. Каждую ночь мне снилось, что он стоит на верхней ступеньке, а я стою рядом, держу его за руку, уговариваю спуститься вниз, в спальню, и помолиться за меня, чтобы я обрел веру. Между тем рабы с Пон-дю-Лак - так называлась моя плантация - начали распускать слух, что видели привидение на галерее, и надсмотрщику не удавалось поддерживать дисциплину и порядок. Люди в обществе задавали моей сестре оскорбительные вопросы, и у нее начались истерики. На самом деле она никогда не была истеричкой, но почему-то решила, что это самый лучший способ поведения в подобной ситуации. Я все время пил и старался как можно меньше быть дома. Как человек, который хочет умереть, но боится наложить на себя руки, я будто искал смерти - гулял один по самым темным улицам и аллеям города, напивался до потери сознания в кабаре, только по апатии уклонился от двух дуэлей... Мне искренне хотелось, чтобы меня убили. Кто угодно: пьяные матросы, грабитель,маньяк. Но случилось так, что мне встретился вампир. Он поймал меня ночью в двух шагах от дома, сделал свое дело и оставил умирать на улице.
    - Вы хотите сказать... что он высосал вашу кровь?
    - Да, - рассмеялся вампир. - Так оно и бывает.
    - Но вам удалось выжить...
    - Один шаг отделял меня от смерти, но он уже успел насытиться и бросил меня. Меня нашли на улице и отнесли в постель. Я не помнил, что со мной случилось. Может быть, удар от беспробудного пьянства. Я ничего не ел и не пил, не отвечал на вопросы врача. Я ждал прихода смерти с минуты на минуту. Мать послала за священником. В приступе начавшейся лихорадки я рассказал ему все о видениях брата и о нашей ссоре.
    Я вцепился в его руку и не отпускал, заставлял его поклясться, что он не расскажет об этом никому.
    "Нет, я не убивал его, - говорил я. - Но я не могу жить, потому что чувствую себя виновником его смерти".
    "Это смешно, - отвечал священник. - С какой стати вы считаете себя ответственным за его смерть? Вы слишком много думаете о себе, вот в чем дело. Вы нужны матери, не говоря уже о сестре. Что же касается вашего брата, то он попал в лапы дьявола". Я был так потрясен, что даже не сумел возразить. "Видения - дело рук дьявола, - продолжал он. - Силы сатаны безграничны. Вся Франция сейчас в его власти, а Революция - его величайший триумф". Оказывается, ничто не могло спасти моего брата, кроме молитвы и поста. В то время как близкие пытались удержать его от необдуманных поступков, дьявол восторжествовал в его теле. "Совершенно очевидно, что именно дьявол сбросил вашего брата с лестницы, когда убедился, что его коварный план не удался, - заявил священник. - Вы разговаривали тогда не с братом, но с сатаной".
    Эти слова привели меня в бешенство. Он толковал о бесах, о колдовстве среди черных рабов, о похожих случаях в других странах, и наконец я взорвался. Я разгромил всю комнату и едва не прикончил его самого.
    - В вашем состоянии? - спросил юноша.
    - Безумие помогло мне, - ответил вампир. - Я вытворял такое, что было мне не под силу даже здоровому. Я мало что помню, эта суета мне и сейчас представляется фантастической: я выволок его через заднюю дверь, протащил по всему двору и бил головой о кирпичную стену кухни. Обессиленный, я сам едва не отдал Богу душу. Они усмирили меня и пустили мне кровь. Идиоты! Но самое важное, что именно тогда я осознал всю глубину своего эгоизма. Наверное, потому, что в словах священника услышал отзвук собственных слов, а его высокомерное отношение к брату напоминало мне мои чувства тогда. Как и его болтовня о дьяволе и почти болезненный отказ даже допустить саму мысль, что подлинная святость может быть найдена по соседству.
    - Но он действительно верил, что вашим братом овладел дьявол.
    - Это обычное человеческое отношение, - мгновенно возразил вампир. - Люди охотнее верят в дьявола, чем в Бога и в добро. Не знаю, почему... Может быть, разгадка проста: творить зло гораздо легче. А говорить, что человеком овладел сатана, - все равно что объявить его сумасшедшим. Во всяком случае, я чувствовал, что именно к этому сводится смысл его слов. Не нужно видеть беса своими глазами, чтобы поверить в его существование. Другое дело - святой. Чтобы с кем-то, живущим рядом с тобой, происходили чудеса, подобные видениям моего брата? Нет, наше самолюбие не может допустить подобного!
    - Мне это никогда не приходило в голову, - произнес его собеседник. - Что же случилось с вами дальше? Вы сказали, что вам пустили кровь. Это неминуемо должно было привести к смерти.
    Вампир рассмеялся:
    - Совершенно верно, но случилось непредвиденное. Вечером тот вампир снова вернулся ко мне, и, как вы думаете, зачем? Ему понадобились мои плантации. Я помню все детали той встречи, словно это произошло вчера. Было уже поздно, моя сестра, дежурившая около постели, заснула. Он вошел с черного хода, открыл двери без единого звука. Он был высокий светловолосый и белокожий и двигался грациозно, как кошка. Первым делом прикрутил лампу и аккуратно прикрыл платком лицо сестры. Она не проснулась: так и спала спокойно всю ночь рядом с миской воды и полотенцем, которым вытирала мне лицо. Утром, когда она встала, я был уже не я.
    Вампир вздохнул, облокотился на ручку кресла и обвел взглядом стены комнаты.
    - Сперва я подумал, что родные позвали доктора, чтобы он попытался успокоить меня. И привести в чувство. Но когда он подошел поближе и склонился над постелью, мне сразу стало ясно, что я ошибся. Я разглядел его лицо при свете лампы, и понял, что это не просто человек. Его серые глаза горели слишком ярко, да и длинные белые руки явно не были руками человека. Думаю, что в тот момент я догадался, кто передо мной, и все его слова потом уже не были для меня откровением. Я видел вокруг него неземное свечение. Такого существа мне еще не приходилось встречать. Я чувствовал свою полную ничтожность перед ним. Все мысли и терзания, даже страшная вина перед братом и желание умереть, вдруг словно перестали существовать. Я и сам перестал существовать! - Он прижал кулак к груди. - Передо мной открывалась новая жизнь, новые возможности. Он говорил, и мое изумление росло и росло. Рассказывал о своей жизни, о том, кем я могу стать, и прошлое померкло, превратилось в прах. Он заставил меня увидеть со стороны мою мелочную, себялюбивую, бесполезную жизнь. Я понял, сколь неискренни были мои молитвы, обращаемые к Богу и к святым,чьи имена я затвердил по книгам. Они нисколько не изменили моего жалкого, приземленного существования. И я увидел - вот мои подлинные божества, те же, что у всех: пища и деньги, безопасность и комфорт... Прах земной.
  1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   25




Похожие:

Энн Райс Интервью с Вампиром iconДокументы
1. /Энн Райс_интервью с вампиром.doc
Энн Райс Интервью с Вампиром iconЭнн райс история похитителя тел
Моим родителям, Говарду и Кэтрин О'Брайен. Ваша смелость и ваши мечты останутся со мной навсегда
Энн Райс Интервью с Вампиром iconЭнн Райс Витторио-вампир. Новые вампирские хроники
Посвящается Стэну, Кристоферу, Майклу и Говарду; Розарио и Патрисии; Памеле и Элейн; и Никколо
Энн Райс Интервью с Вампиром iconЭнн Райс Мемнох-дьявол
Стэну Райсу, Кристоферу Райсу и Мишель Райс, Джону Престону,Говарду и Кэтрин Аллен О’Брайен, брату Кэтрин Джону Аллену, дяде Микки,...
Энн Райс Интервью с Вампиром iconЭнн Райс Хроники Вампиров Вампир Лестат
Я вампир Лестат. Я бессмертен. В определенной степени, конечно. Солнечный свет или сильный жар от огня вполне способны меня уничтожить....
Энн Райс Интервью с Вампиром iconЭнн райс меррик перевод 2005 Kayenn aka Кошка
Кто-нибудь из вас помнит меня в те времена, когда я был Главой Ордена Таламаска, Ордена исследователей паранормальных явлений, чьим...
Энн Райс Интервью с Вампиром iconРина Михаэль. Интервью с Аркадием Хаславским
Рины Михаэли. Она обнаружила его тогда, когда все приколы уже кончились и превратились в студию звукозаписи «Captain –music», где...
Энн Райс Интервью с Вампиром iconАдвокат Борис Севастьянов (1979 2006) Фото Stringer ru Это интервью
Это интервью нам дал талантливый, набирающий известность адвокат Борис Севастьянов (1979 – 2006) незадолго до своей скоропостижной...
Энн Райс Интервью с Вампиром iconИнтервью с Jyrki 69 ( Дата : 3 февраля 2007) ( Место : концертный зал Eagles Ballroom, Милуоки, штат Висконсин) ( интервью брал : Michelle Russo)
Ангелы воскресли из пепла птицы Феникс, чтобы через Апокалипсис принести нам спасение? Я прав?
Энн Райс Интервью с Вампиром iconОтчет по итогам проведения фокусированных интервью в X и X области исследование было проведено за 5 дней и через 2 дня был предоставлен отчет
Всего в исследовании методом фокусированных групповых интервью приняли участие 74 жителя XXX области
Разместите кнопку на своём сайте:
Документы


База данных защищена авторским правом ©podelise.ru 2000-2014
При копировании материала обязательно указание активной ссылки открытой для индексации.
обратиться к администрации
Документы

Разработка сайта — Веб студия Адаманов