Киев лето-осень 1941 г. Работа Закусило Николая 11 класс icon

Киев лето-осень 1941 г. Работа Закусило Николая 11 класс



НазваниеКиев лето-осень 1941 г. Работа Закусило Николая 11 класс
Дата конвертации10.07.2012
Размер87.62 Kb.
ТипДокументы


КИЕВ ЛЕТО-ОСЕНЬ 1941 г.

Работа Закусило Николая 11 класс.


Война в Киев пришла уже 22 июня. Почти двести киевлян погибли при первых бомбежках завода "Большевик", аэродромов в Жулянах и на Соломенке, окрестностей Святошино. Гораздо больше жертв будет потом: замкнется кольцо окружения вокруг города, фашисты пройдут по улицам столицы, начнется кровавая эпопея Бабьего Яра, взлетит на воздух Крещатик. Но в дни обороны столицы Украины киевляне жили почти мирной жизнью. Война давала о себе знать ночными бомбардировками, огромными очередями за продуктами, страхом перед неизвестностью... 06 этом свидетельствуют дневниковые записи киевлянок Нины Герасимовой и Анны Лукьяновой, которые хранятся в мемориальном комплексе "Национальный музей истории Великой Отечественной войны 1941--45 гг.". Этих женщин уже нет с нами, но в Киеве живут их дети и внуки. Благодаря этим дневникам мы можем заново пережить все те семьдесят дней и ночей.


22 июня 1941 года. 10 часов утра. (Из дневника Анны Лукьяновой.) Сегодня с раннего утра ощущается волнение. Никто не знает точно, обычная ли в Киеве тревога. Это тренировки жителей или что-то серьезное? Все возбуждены, жильцы собираются в нашем дворе и обсуждают всевозможные слухи, упоминая слово "война"...

Ты - наша честь, и гордость, и краса. Как голубь - нежный, острый как коса. Ты - слава и отмщенье за руины. Ты - песенное сердце Украины!

Ах, сердце, сердце... Ты перенесло порабощенья пепельное зло. В оковах чужеземного металла своих сынов на помощь призывало.

I час дня. Все ясно! Ужасно в своей ясности! Война! Молотов произнес речь... В Киеве убиты и ранены 200 человек. Но я не волнуюсь, хотя городу грозит опасность. Не верится, что со мной случится что-либо плохое. Какое-то необъяснимое спокойствие. Меня это пугает. Может, это потому, что болит голова. Неужели Киев будет разрушен?


II июля. Ночь прошла тревожно. После 12 ночи началась бомбардировка. Я вышла во двор. По небу шарили прожекторы, слышался шум самолета. Наконец его поймали на перекрестье нескольких прожекторов. По небу полетели красные, зеленые, оранжевые шарики (трассирующие снаряды. - Авт.) — это обстреливают самолет. Боже, какая красивая картина — в ночном небе разноцветные огоньки! Не хотелось верить, что на самом деле это страшная война. Днем тоже весь день гудели самолеты.


Ведь как же так - чтоб не было Днепра,

чтоб звонкий смех забыла детвора?

ведь как же так чтоб изверги ночные

сдирали солнце с куполов Софии?!

Не повернуть историю воспять.

Врагам - погибнуть, городу - восстать.

Смерть палачей-Ворота Золотые

в просторы мира, светом залитые…


18 июля. (Из дневника Анны Лукьяновой.) По улицам мчатся грузовики, где на узлах и чемоданах сидят женщины и дети. Машины трясутся так, что с них падают вещи, падают дети.
Несмотря на это, колонна не останавливается. Обезумевшие матери бегут с орущими детьми за машинами.


19 июля. На Лукьянове рядом с хлебозаводом бомба попала во двор детской больницы. Дети не пострадали, но окна и двери вырваны. Напуганных плачущих детишек перевезли в другую больницу, а большинство медперсонала разбежалось. Несколько дней беспомощные дети были без лекарств, еды и ухода.


23 июля. Киев в центре перегорожен баррикадами из мешков с песком. Их укладывают в три ряда поперек улиц Ленина и Театральной, бульвара Шевченко и улицы Короленко. Выход улицы Чкалова к Евбазу завален бревнами. Вероятно, подобное есть и на других улицах. Значит, в случае чего, Киев не будет отдан без боя. Сталин - нарком обороны. Пока я ничего не боюсь.


Врата, что онемели на Валу,

Врата, что, преградив дорогу злу,

горят в душе у каждого солдата,

как высшая награда и расплата!

Врата борьбы тебя ведут сквозь дым туда,

где правда стягом огневым летит над Спасской башней окрылённо...

Поверг ты наземь чёрные знамёна!


24 июля. (Из дневника Нины Герасимовой.) Снова в Киеве беженцы. Люди в страшной панике бегут из Черновцов. Бегут — кто в чем. Некоторые женщины в одних только платьях, на руках держат завернутых в одеяло детей. Они рассказывают, что по дороге в них стреляют западники (выходцы из Западной Украины,- Авт.), которые идут следом за беженцами. Дорога до Киева завалена трупами женщин, детей, стариков. К нам прибежала наша знакомая Зина (она из-под Черновцов) - в одном разорванном платье, ноги разбиты в кровь, в глазах страх.


28 июля. (Из дневника Анны Лукьяновой.) С двух часов ночи я не спала. За городом слышалась канонада - говорят, где-то под Васильковом прорвались немцы. Город бомбили. Есть убитые и раненые. По радио почему-то передают наши веселые старые песни, а в это время где-то гибнут люди. Почему?


Эвакуированные из предместий Киева дети все время плакали и просили кушать

Многие продукты резко исчезли из продажи. Нет сахара, круп, муки. Трудно стало с керосином. Овощи еще кое-какие есть. Картофель на базаре уже по три рубля. Государственной торговли картофелем почти нет. Мясо бывает редко и очень недешево.

У нашего Союза уже есть соглашение с Америкой и Англией о совместной борьбе против фашистов. Хочется верить, что осенью и зимой мы не станем беженцами.


7 августа. Не переставая грохочут орудия. Немцы около Голосеево. Утром население Сталинки и Голосеево бежало в город. Киев взят в подкову. Чувствуется близость фронта. Никто уже не верит, что Киев удержат. От грохота взрывов дрожат окна. Но смерти я не боюсь. Я так много переволновалась за эти дни, столько перемучилась, что мне ничего не жаль, я давно убита.


2 сентября. (Из дневника Нины Герасимовой.) В городе был митинг. Газеты пишут, что Киев сдан не будет. Если мне и суждено умереть, то умру в Киеве. Город превратился в одну сплошную баррикаду. Всюду противотанковые ежи, рвы, наваленные бревна и мешки с землей. Они уже лежат так долго, что сквозь многие проросла трава.


К тебе, мой город вёл нелёгкий путь!

Фашистская коричневая муть

затмила жизнь и небо потемнело

от рёва солдатни осатанелой.

Тяжёлой кровью подплыла земля.

Хлеб заменили пуля и петля.

Под сапогом подкованным распято,


стопало всё, что прежде было свято.

Во времена обороны Киева жители города не покидали многотысячные очереди за хлебом и капустой , даже когда начиналась бомбардировка

14 сентября. (Из дневника Анны Лукьяновой.) Цены растут буквально каждый день. Продуктов не хватает Пару дней назад я была в очереди с номером 669, а за мной стояли еще человек 600-700. Чтобы получить 400 граммов масла, я потратила почти весь день. Жителей прикрепили к магазинам и выдают по 600 граммов хлеба на душу. На базарах крестьяне все чаще отказываются от денег, а меняют продукты на вещи и одежду.

15 сентября. Немецкие снаряды разрушили много домов на Сталине. Залетают и к нам в район. Один снаряд попал в здание фабрики имени Боженко. Говорят, снаряды уже долетали до Владимирского базара и до Бессарабки. Рассказывали, что мина попала в 130-ю школу на улице Красноармейской. Ходят слухи о зверствах фашистов. Если верить сообщениям прессы о поведении немцев в захваченных городах, то средневековые ужасы несравнимы с теми, что творятся в этой войне.


18 сентября. Немецкие танковые клещи, о которых твердили весь сентябрь, охватывающие огромную площадь в 100 километров в диаметре, сомкнулись! И только тогда наша миллионная армия, которая защищала Киев, получила приказ отходить через Днепр на Восток. Они отходят...


Но ты, не покоряясь воле зла,

напрягся, будто зоркая стрела,

кудесник древний, книжник и строитель,

ты взял себе другое имя-мститель!

Ты знал и верил,

что уже близки победные гвардейские полки.

Обуздывая вражье своеволье,

сражался в партизанах и в подполье.


Они идут — пехотинцы, артиллеристы, кавалеристы – серые, покрытые пылью, усталые. А мы были так уверены в них, в том, что они будут защищать нас до конца. Они уходят, а в Киеве остаются доты, баррикады, противотанковые рвы, Для кого?

Сердце мое разрывается от боли. Я иду навстречу нашим воинам. Я плачу и иду им навстречу. Я хочу, чтобы они посмотрели мне в глаза. Хоть один. Но никто не смотрит. Они, сотни раз смотревшие в лицо смерти, отворачивают взгляд.


Они идут по бульвару Шевченко от Святошино. Взгляд отсутствующий. Они смотрят в себя. Я сажусь на лавку на бульваре и начинаю рыдать. Весь 20-летний период моей жизни, жизни моей страны уходит в вечность. Но в то же время я повторяю себе, что они вернутся. Но через сколько? Через 5, 10, 15 лет? Я сижу и плачу. Больше ни на что нет сил...

Днем в город вошли немцы. Первыми влетели солдаты на мотоциклах, а потом пошли броневики, грузовики и танки. В это время загорелся костел Вроде бы там подожгли конфискованную мебель и вещи тех, кто еще до войны был осужден к тюремному заключению. Говорят и то, что пожар быстро погасили с помощью немцев. Когда ехали немцы, улицы были пусты. Все боялись. Потом рассказывали, что в некоторых местах немецких солдат встречали хлебом и солью. Я в это не верю.


Твой дух какой измерить высотой?

Разбомбленный, расстрелянный, родной,

изведавший невиданные муки,


к рассвету тянешь ветви, слово руки.


Ты - наша честь, и гордость, и краса.

Как голубь - нежный, острый, как коса.

Ты - слава и отмщенье за руины.

Ты - песенное сердце Украины!


25 сентября. Горит Крещатик.


24 сентября в центре города начались взрывы. Горел "Детский мир", "Пассаж", горела Прорезная. От прекрасных домов в центре города остались руины. На Прорезной не видно даже дороги. Все завалено обломками. Всюду море огня. Тушить нечем, так как центральный водопровод разрушен. Смотреть на это все невозможно. Немцы в панике покидают центр Киева. Все улицы перекрыты. С прилегающих к Крещатику улиц немцы выселяют всех жителей - боятся, что снова будут взрывы. Люди всю ночь с вещами просидели на улице. Кто это делает, если не немцы, неизвестно. На третий день немецкие солдаты протянули от Днепра к Крещатику большой шланг, стали качать воду и тушить пожар, чтобы он не перекинулся на Думскую площадь. Но кто-то в шести местах проткнул шланг, правда, пожар остановили. К населению города немцы пока относятся спокойно.


28 сентября. Они вернулись, те, которых я видела 18 сентября на бульваре Шевченко. Вернее, их вернули. Это были советские военнопленные. Измученные, в изорванных шинелях и гимнастерках. Их было чудовищно много. Среди всей этой серой массы выделялась отдельная группа -- раздетые до белья, а некоторые и совсем голые, босиком. Это была группа евреев. Их подгоняли длинными черными плетками. Картина была жуткая...

Мы с дочкой прошлись по разрушенной части города. На улице Меринговой сгорел Театр Советской Армии, но статуи внутри вестибюля уцелели. Каким-то чудом уцелел и красный полотняный плакат поперек улицы Николаевской. Напротив отеля "Континенталь" на тротуаре - корзинка с уцелевшей посудой. Рядом из обгоревшего матраса торчат пружины. На пригорке между Круглоуниверситетской и Лютеранской уцелели вещи, снесенные жителями соседних домов: кровати, швейные машинки, одежда, ковры. Но много вещей обгорело. Возле руин сгоревших домов много кошек. Они жалобно кричат, ищут свой дом. А найти его не могут, потому что вместо дома остались только кучи кирпича и щебня.


Врата борьбы тебя ведут сквозь дым

туда, где правда стягом огневым

летит над Спасской башней окрылённо...

Поверг ты наземь чёрные знамёна!

Не посрамили мы родной земли,

хранящей прах былинного Ильи...

И свет Москвы горит в любом оконце-

свободы нашей радостное солнце!


29 сентября. По городу расклеены афиши, призывающие всех евреев с вещами явиться к Бабьему Яру. Говорят, что их будут высылать. Но многие опасаются расправы.

С продуктами стало совсем плохо. Седьмой день сидим без хлеба. Торговля только на базарах. Но крестьяне с неохотой берут советские деньги. По большей части продукты меняются на вещи. Особенно ценится обувь. Ботинки брата я поменяла на семь килограммов фасоли и шесть килограммов гороха, шерстяные брюки на два ведра картошки. Если бы не вещи, мы бы уже голодали. Соседка за новые валенки с галошами выменяла пуд муки. Цены страшные. Одна свеклинка -- 5 рублей, 10 картошин — 15 рублей, литр молока -- 20-25 рублей, кусочек хозяйственного мыла - 120 рублей, обычная пачка махорки — 60 рублей, свинина — 150-200 рублей за кило. Говорят, что скоро немцы начнут выдавать хлеб - по 200 граммов на душу.

По городу поползли противоречивые слухи. Кто-то слышал, будто Сталин объявил по радио, что очень разочарован в украинском народе и не ожидал от него такой измены. Все не могли понять, что за измена?




Похожие:

Киев лето-осень 1941 г. Работа Закусило Николая 11 класс icon«Территория «Моей Свободы»
Но всё когда-то проходит, и лето тоже прошло, настала осень, наступили суровые будни. Возобновилась учеба в школе, возобновилась...
Киев лето-осень 1941 г. Работа Закусило Николая 11 класс iconДождливое лето похоже на осень

Киев лето-осень 1941 г. Работа Закусило Николая 11 класс iconПраздник для первоклассников «Осень, осень, в гости просим!» 11 ноября учащиеся 2-х классов и провели для первоклассников праздник «Осень, осень, в гости просим!»
«Осень, осень, в гости просим!». Дети рассказывали стихи про осень, загадывали загадки про овощи, показывали сценки, провели интересную...
Киев лето-осень 1941 г. Работа Закусило Николая 11 класс iconВторая 22 июня 1941 г
Воина! Началась война. С фашистской Германией. Уже перешли границу и идут бои. В четыре утра бомбили Киев, Минск, другие города
Киев лето-осень 1941 г. Работа Закусило Николая 11 класс iconВ. Н. Каразина научно-исследовательский институт биологии VII международный симпозиум биологические механизмы старения тезисы
Н. А. Бабенко (Харьков), А. В. Куликов (Пущино), В. К. Кольтовер (Москва), О. К. Кульчицкий (Киев), В. В. Лемешко (Харьков), А. Я....
Киев лето-осень 1941 г. Работа Закусило Николая 11 класс iconГород-герой одесса работа Строкой Дарьи 11 класс
Сегодня, в 4 часа утра, без предъявления каких-либо претензий к Советскому Союзу, без объявления войны, германские войска напали...
Киев лето-осень 1941 г. Работа Закусило Николая 11 класс iconВычислить
За весну Обломов похудел на 25%, затем за лето прибавил в весе 20%, за осень похудел на 10%, а за зиму прибавил на 20 %
Киев лето-осень 1941 г. Работа Закусило Николая 11 класс icon-
Комната с высоким потолком в Канцелярии в Берлине. По комнате в беспорядке расставлены несколько моделей зданий в стиле Шпеера, Трооста,...
Киев лето-осень 1941 г. Работа Закусило Николая 11 класс icon20 летспустя (Встреча с Лавриненко 2002)
Погода радовала. Усталое лето передавало свои полномочия осени, а осень без энтузиазма их принимала. Поэтому солнце грело умеренно,...
Киев лето-осень 1941 г. Работа Закусило Николая 11 класс iconУравнений имеет 4 решения?
За весну Обломов похудел на 25%, а затем за лето прибавил в весе 20%, за осень похудел на 10%, а за зиму прибавил 20%. Похудел он...
Разместите кнопку на своём сайте:
Документы


База данных защищена авторским правом ©podelise.ru 2000-2014
При копировании материала обязательно указание активной ссылки открытой для индексации.
обратиться к администрации
Документы

Разработка сайта — Веб студия Адаманов