Зимбули а. Е. (С. Петербург) icon

Зимбули а. Е. (С. Петербург)



НазваниеЗимбули а. Е. (С. Петербург)
Дата конвертации11.07.2012
Размер155.63 Kb.
ТипДокументы


ЗИМБУЛИ А.Е. (С.-ПЕТЕРБУРГ)

НЕНАСИЛИЕ: ФАКТОРЫ НРАВСТВЕННОЙ АДЕКВАТНОСТИ


Кроткий ответ отвращает гнев, а оскорбительное слово возбуждает ярость.

Притч. 15:1

Если тебе причинили ущерб - примирись, если оскорбили - отомсти.

Хилон

И Будда терпит лишь до трёх раз.

Японская пословица

А Я говорю вам: не противься злому. Но кто ударит тебя в правую щёку твою, обрати к нему и другую.

Матф.5:39

Когда надо - отдай; а когда надо - сам возьми, даже отними;

когда надо - скажи правду; а когда надо - солги;

когда надо - не убий; а когда надо - убий.

Л.Андреев «Правила добра»


Мир. Труд. Свобода. Равенство. Братство. Творчество. Любовь. - Сколько красивых и благородных целей есть у человека! Парадоксально, но именно ради этих же высоких целей вновь и вновь разворачивается на Земле множество распрей... Похоже, мыслящие, совестливые, ищущие красоты и добра люди никак не могут усвоить жизнеутверждающую логику ненасилия. В чем же тут дело? Наверное, чего-то недостает милосердию, любви, ненасилию - для того, чтобы навеки воцариться в человеческой культуре? И наверное есть нечто позитивное в насилии, ежели к нему как к аргументу прибегают вовсе не исключительно злодеи или ими околпаченные люди?

Судя по всему, идея ненасилия требует не только страстной проповеди, но и фундаментальной теоретической проработки, и прежде чем на ниве культуры дружно взойдут зерна положительных ценностей - «селекционерам» (историкам, философам, психологам, юристам, педагогам) предстоит еще немало и согласованно потрудиться. В рамках этого серьезного коллективного труда1 я отвожу себе вполне скромную и

конкретную роль. Хотелось бы присмотреться к принципу ненасилия с точки зрения

профессионального этика, точнее - с нравственно-психологической, а может быть и нравственно-аксиологической точки зрения.

Представляется очевидным, что проблема насилия/ненасилия коренится уже в самой способности и потребности человека ценностно относиться к миру. Ведь с полным правом можно было бы утверждать, что человек - существо не только общественное (zoos politicos), разумное (homo sapiens), творящее (homo faber), но и оценивающее (homo metioris - от лат. «metior» = мерить, оценивать, судить), ценящее (homo reverens - от лат. «reverentia» = почтительность).

Декарт некогда в качестве исходного положения своего философского построения остроумно взял утверждение «Я мыслю, следовательно, существую». С неменьшим основанием можно было бы выстраивать философию, отталкиваясь от утверждений типа: «Я чувствую ...», «Я могу ...
»
- ведь жизнь человека, если предельно обобщить, состоит из понимания, переживания, и преобразования им себя и мира (в том числе и в первую очередь - своего окружения).

Уровни выстраиваемых связей человека с объективной действительностью можно представить следующим образом:

- Я - Я,

- Я - близкие,

- Я - знакомые,

- Я - незнакомые,

- Я - природа,

- Я - мир в целом, (кто-то верующий добавит к этому ряду связку Я - бог).

И на всех этих уровнях возникает - единственно и придавая живость этим отношениям - ценностный ракурс:

- мы одобряем и отвергаем, сопереживаем или игнорируем, надеемся и разочаровываемся, тревожимся и успокаиваемся, сомневаемся и решаемся, обижаемся, гордимся, злимся и доброжелательствуем.

Отношение человека к себе самому в ближайшем рассмотрении предстаёт как его положительное или отрицательное отношение к своим:

- здоровью,

- психологическому комфорту,

- свободе,

- способностям и слабостям,

- прошлому, будущему,

- месту в мире.

Синтетическое качество, в котором реализуется позитивное отношение человека к самому себе - достоинство.

Нужно подчеркнуть, что и отношение к себе приобретает непосредственно нравственный характер, как только человек начинает осознавать себя как представителя человечества (хотя бы группы) и соотносить свои ценности с ценностями окружающего мира.

Собственно нравственностью обычно называют взаимоотношения между людьми, а потому отчётливо нравственно-ценностный характер имеют отношения человека к окружающим2, реализуемые в таких модусах как:

- общительность / замкнутость,

- уважение / презрение,

- отзывчивость / безучастность,

- откровенность / скрытность,

- доброжелательность / злобность,

- дружелюбие / враждебность,

- любовь / ненависть

- бравада / жалоба,

- благоговение / глумление,

- дарение / грабёж,

- скромность / заносчивость,

- чистосердечие / лицемерие,

- щедрость / скупость,

- служение / диктат,

- доверие / сомнения,

- помощь / помеха,

- естественность / манерность,

- критичность / невзыскательность,

- обещания / угрозы,

- просьбы / проявление независимости,

- ирония / занудство,

- ласка / брезгливость,

- честность / лживость,

- сорадость / зависть,

- сострадание / злорадство,

- забота / игнорирование,

- тактичность / назойливость,

- вежливость / грубость,

- предупредительность / наглость.

Можно и ещё выискивать другие модусы3, но, во-первых, названо уже достаточно, чтобы показать многомерность межчеловеческих нравственно-ценностных отношений, в которых мы добрым или злым образом действуем в адрес друг друга. А, во-вторых, с учётом перечисленного уже можно наметить классификационные подходы.

Впрочем приступать к группировке нравственно-ценностных модусов мироотношения, похоже, ещё рано. Если мы всмотримся в перечисленное, то обнаружим, что перечень охватывает, так сказать, исходные - простейшие, элементарные модусы, а кроме них имеет смысл выделять модусы других видов, назовём их: ответные, в расчёте на ответ, сложные. Все они оказываются вплетены в ткань межсубъектных отношений. Дадим краткие пояснения.

Ответными модусами предлагается обозначить в частности:

- чувство признательности / обиду,

- благодарность / неблагодарность,

- прощение / месть,

- похвалу / упрёк,

- просьбу о помощи / дерзость,

- неподкупность / продажность,

- покладистость / неуступчивость,

- назидание / хулу,

- скромность / тщеславие,

- послушание / прекословие,

- кротость / «памятозлобие» (Иоанн Лествичник),

вообще говоря положительный или отрицательный ответ на приветствие, предложение, вопрос, просьбу.

Так или иначе, в расчёте на ответ, на реакцию Другого мы чаще всего:

- здороваемся,

- даём совет,

- исповедуемся,

- даём отповедь,

- приказываем,

- просим,

- жалуемся,

- извиняемся,

- хвастаемся;

именно так выслуживается подхалим, действуют кокетка, провокатор.

Наконец, со сложными нравственно-ценностными модусами мироотношения мы прежде всего встречаемся там и тогда, где и когда взаимодействуют трое и более субъектов, и кто-то:

- кого-то к кому-то ревнует,

- сватает;

- заступается,

- пытается примирить конфликтующих или, напротив,

- клевещет,

- плетёт интриги.

Теперь для того, чтобы сгруппировать варианты нравственно-ценностного отношения человека к окружающим, посмотрим, что именно становится предметом нравственной оценки. Предельно обобщённо можно сказать, что Я оцениваю в Другом:

- его отношение ко мне, к близким для меня людям и к значимым для меня ценностям (насколько оно уважительно, сочувственно, осмысленно, практически выражено),

- его дела, которыми он вписывается в окружающий мир (насколько они конструктивны, последовательны и в какой мере он реализует свой потенциал). Помимо объективных результатов, к которым привели действия Другого, а также его старательности / нерадивости, мы будем принимать во внимание его расчётливость / бескорыстие, щепетильность / неразборчивость в выборе средств, способствовали или препятствовали его действиям обстоятельства и, наконец, то, как он сам оценивает своё поведение: упорствует во зле, либо раскаивается; ведёт себя скромно или, сделав, что-то хорошее, начинает этим кичиться.

Значение, которое приобретает нравственная оценка, можно сопоставить с объемом фигуры, которую мы могли бы выстроить, используя три ортогонально соотносящиеся вектора: отношение субъекта к себе, к Другому (Другим), к остальному миру.

Отношение Отношение

к себе к Другому


Отношение к остальному

миру

Фиг.1


А поскольку нравственно-ценностное отношение может носить как положительный, так и отрицательный характер, пространство возможных вариантов мироотношения следует изобразить таким образом:


отношение

к себе + отношение

к Другому

+


отношение

к остальному миру

_ +


_

_

Фиг.2

Фактически - оценивая кого бы то ни было с точки зрения нравственности, - мы чаще всего подставляем себя в пространство его ценностного мироотношения на место его Другого.


Отношение Другого

к себе + отношение Другого

к его Другому (ко мне)

+




отношение Другого

к остальному миру

_ +


_

_


Фиг.3


При помощи такого изображения легко убедиться, что сколь угодно большая величина одного из векторов пропадёт втуне (объём, а может быть даже и площадь оказываются равными нулю), если не подкреплена другими векторами мироотношения.

В дополнение к приведённым объяснениям можно сказать, что виды мироотношения будут различаться в зависимости от того,

с каким знаком ( + или -),

какая реализуется ипостась субъекта (рефлексия; нравственные переживания или воля; практические дела) и

к какой из аналогичных ипостасей Другого.

И наконец попробуем выстроить ряд модусов, характеризующих способности нравственного субъекта положительно вписываться в мир. Представляется, что это - отзывчивость, уважительность, ответственность, трудолюбие, мужество, великодушие, справедливость, достоинство.

Стало быть, оценивая действия (и качества) Другого с точки зрения проявленного им насилия / ненасилия, я однозначно негативными признаю отрицательные модусы простые, элементарные - не инициированные кем-то со стороны злобу, агрессию, жестокость. Видимо, столь же однозначно негативными надо нравственно оценить злобные насильственные действия, с расчётом на ответ - действия провокатора или изувера. Что касается остальных случаев - здесь всё далеко не так ясно.

Пожалуй, только подвиг Александра Матросова явно должен быть отнесён к ненасильственному. А как быть, например, с Иваном Сусаниным? С Николаем Гастелло? Впрочем - если быть предельно педантичным и въедливым, то всякий подвиг есть насилие (или посягательство на насилие): героя по отношению к самому себе. Насилие благородное, мужественное, вынужденное чрезвычайными бесчеловечными обстоятельствами - но насилие ... Этот трагический парадокс только подчёркивает недопустимость безоценочной позиции в адрес негативных проявлений человеческого мироотношения - дерзости, цинизма, коварства. Представляется житейски и этически бесспорным, что слабость физическая и интеллектуальная; природная неразвитость чувств - не могут восприниматься так же, как сознательная леность, нарочитая чёрствость, целенаправленное вредительство.

Сделаем ещё одно маленькое отступление. Наше отношение к Другому не сводится целиком к результатам трезвой взвешенной оценки, но в значительной степени зависит от трудно поддающихся учёту мотивов, по большей части необъяснимого расположения или нерасположения. Понятно, что симпатия или антипатия обязательно найдёт выражение в том, как мы среагируем на действия Другого. Но почему кто-то своей непохожестью нас восхищает, а кто-то - возмущает? Один нас выводит из себя своей «неправильностью», а другой - как раз напротив, тем, что «излишне правилен». Чем может быть обусловлен поворот «тумблера», включающего положительные или отрицательные реакции на чужие радость или страдание, совершенство или изъяны?

Думается, что здесь складываются внешние и внутренние, объективные и субъективные факторы, - в частности, симпатия к Другому будет предопределена:

- удачным совпадением образа Другого с каким-то из имеющихся в нашей памяти благоприятным синтетическим или конкретным клише («Вы мне очень напоминаете доброго знакомого»),

- соразмерностью того, что мы узнаём о нём, с нашими ожиданиями и/или с привычным режимом общения (темпоритм, энергетика действий, тембр голоса, осанка, жестикуляция - всё должно при прочих равных условиях «поместиться» в некий визир нормы),

- его харизмой, то есть способностью увлекать, завораживать, подчинять своей воле на уровне подсознания (понятно, харизма может сработать лишь при условии нашей открытости, готовности принять достоинство и самобытность Другого, то есть при определённом уровне нашей уважительности и отваги).

Идём далее. Отношение субъекта к Другому будет зависеть не только от широты взглядов, великодушия (мелочности, придирчивости) первого и старательности, порядочности (лености, наглости) второго.

Мягкая укоризна, выдержка, противостояние всех душевных сил злу - в какой степени они уместны, когда рядом с нами бесчинствует бытовой хулиган? Терпимость может прекрасно обслуживать негативное отношение к невольным ошибкам и мелким промахам. «И не оспоривай глупца» - совет мудрый и благородный. Но! Нередко глупец доставляет не только досаду вам, но и вред другим. И - одно дело, подставить другую щёку, когда ударили тебя, но совсем иное - советовать кому-то, чтобы он после полученного удара подставил ещё и вторую щёку. Когда бьют другого, я должен как-то воспрепятствовать избиению: окриком, схватив нападающего за руку, вызвав милицию и т.п. Иными словами, ненасилие обращается в нечто нравственно малосимпатичное, как только речь заходит о зле, причиняемом третьему лицу.

Даже насилие может носить совершенно неодинаковую нравственную окраску, выступая проявлением подлости, агрессии, изуверства или - героизма, решимости, мужества. Стало быть, уже поэтому ненасилие как антипод насилия не гомогенно. Очевидно, что следовало бы различать ненасилие по мотивам - движимое состраданием или злорадством, чувством справедливости или боязнью вмешаться. Различную нравственную оценку ненасилию нужно будет дать в зависимости от контекста - когда человек просто отступает от своей привычки и принятого в его круге образа действия, не дав подзатыльника нашкодившему ребёнку, или - когда этого же человека специально вызывают на грубость, драку. Кроме того, в расчёт необходимо принять объективный результат ненасилия - а то ненасилие по отношению к одному вполне может обернуться жестокосердием по отношению к другому (другим). «Безнаказанность - тягчайшая несправедливость» - считал Кант ( 3 ).

Наконец, как мы уже помним, нужно учесть самооценку проявившего ненасилие субъекта. Если он трубит на всех углах, какой он гуманист - есть все основания по меньшей мере заподозрить его в саморекламе.

Вероятно, стоило бы различать подлинное ненасилие (нравственно-положительное), обладающее бесспорно положительными значимыми характеристиками; мнимое ненасилие - поведение, которое мы готовы принять за ненасилие, пока не разобрались во всех обстоятельствах дела, и псевдоненасилие (притворное) - поведение, в мотивах которого лежит сознательное намерение обмануть окружающих.

Ненасилие очень тонкий инструмент, которым надо пользоваться с оглядкой на то, как оно будет воспринято. Это восприятие самым прямым образом будет зависеть от степени порядочности, великодушия, личной заинтересованности того, кто ему даёт оценку. Хам, циник скорее всего усмотрит в ненасилии проявление слабости, безволия, и оно таким образом выступит поощрением, попустительством, пособничеством злу.

Думается, рядом с экстремизмом, наркомафией, похитителями заложниками трудно вести речь о ненасилии. Вместо с тем - надо. И как раз это удачный повод сказать об абсолютном и относительном ненасилии. Абсолютное ненасилие недостижимо. Это лучше всех знают критики принципа ахимсы. Мы дышим, ходим, едим - и уже этими, казалось бы, безобидными действиями неизбежно наносим невольный ущерб мириадам живых организмов. А вот относительное ненасилие вполне реально: уже упомянутый родитель, удержавшийся от того, чтобы дать подзатыльник своему отпрыску, президент, подписавший очередную амнистию, соседи, после долгих свар заключившие мир, - всё это проявления относительного ненасилия, ненасилия конкретного, которое заключается в отказе от конкретных форм насилия. Можно полагать, что пределы ненасилию с объективной стороны кладут конкретная степень тяжести злодеяния, провоцирующего на насилие, господствующее в обществе представление о справедливости, а также интересы самосохранения всех членов общества; с субъективной же стороны - требовательность, выдержка, уважение, милосердие, достоинство.

Обратим внимание вот ещё на какие обстоятельства. Задумаемся, что стоит за ненасилием? Какие ценности оно призвано защищать? Если к нему прибегают потому, что ненависть и злоба ведут к поражению - велика ли нравственная цена такому ненасилию? Если мы считаем, что ненасилие - мощное искупительное средство, - разве мы бескорыстны, если подставляя щёку или пытаясь «полюбить врага», я себя убеждаю, что тем самым вгоняю первый гвоздь в гроб этого врага, - насколько я гуманен? Может быть, честнее будет просто обменяться с недругом оплеухами, чтобы потом, помирившись, со смехом вспоминать о мрачной полосе взаимоотношений, - чем честолюбие, злобу и жажду мщения, перекладываемого на высшие силы, выдавать за благородство и милосердие?!

Нередко как-то забывается, что ненасилие - принцип отрицающий. А ведь разве можно построить жизнь на отрицаниях? Если даже солидные, неслучайные в этике люди способны заявить, что смысл всей этики сводится к заповеди «не навреди» ( 4 ), остаётся лишь горестно посетовать на торопливость подобных выводов. Вместо того, чтобы в очередной раз цитировать гениальную формулу врачебной этики, достаточно вчитаться в текст Клятвы Гиппократа - и тогда становится ясно, что уже автор древнего текста вовсе не ограничивал призывы запретами и требованиями надлежащей осторожности. Клятва Гиппократа и возникавшие позднее тексты Врачебной присяги прежде всего конструктивны, жизнеутверждающи, подчёркивают благородный характер и социальную значимость труда медика. Так и с ненасилием. Убеждён, что вчитавшись в работы Л.Толстого и М.Ганди, Г.Тора, А.Швейцера и М.-Л.Кинга всякий трезвомыслящий человек сможет обнаружить у них не только принципы ненасилия, а мощные позитивные, культуросозидающие гуманистические идеи.

Очевидно, следовало бы не только «процедить» множество трудов, написанных о принципе ненасилия, но и увязать данный принцип с набором положительных векторов культуры. Следовало бы, видимо, размышлять не только о культуре ненасилия, но и о культуре насилия.

Неизвестно, что делает Будда после того, как трижды проявил терпимость - отворачивается от грешника, наказывает его или ищет другой, более доходчивый язык, который наставил бы на путь истины - если не этого грешника, так тех, кто более внемлет голосу разума.

«Милость и истина сретятся, правда и мир облобызаются» (Псалтирь. 84:11). Где произойдёт это сретение? В ненасилии - или в культуре, построенной на принципах справедливости?


Литература:

  1. Блюмкин В.А. О нравственной деятельности. - М.: Знание, 1977, - С.34.

  2. Блюмкин В.А. Моральные качества личности. - Воронеж: Изд-во Вор. Университета, 1974, - С.179 - 184.

  3. Кант И. Критика практического разума. - С.-Пб.: Наука, 1995, - С.375 - 376.

  4. Гусейнов А.А., Апресян Р.Г. Этика. - М.: Гардарика, 1998, - С.33.


((Опубликовано:
Культура ненасилия – будущее человечества. – Ассоциация «Педагогика ненасилия», 1999. – С. 94 - 103))


1 Одно перечисление имен - философов, политиков, теоретиков и практиков педагогики ненасилия - заняло бы многие десятки строк. Вместе с тем реальная жизнь подтверждает все новыми примерами масштабность проблемы (так и подмывает сказать: «а воз и ныне там»!) и не позволяет говорить о сколько-нибудь значительных практических успехах. Примечательно, например, что именно в тот самый день, когда на ученом совете в Санкт-Петербургском государственном университете (середина декабря 1998 года) проходила защита очень интересной и философски убедительной диссертации о толерантности (автор - Н.В.Круглова), американцы бомбили то ли Ирак, то ли Сербию.

2 Ради упрощения не будем дробить их на вышеуказанные уровни, от близких - до мира в целом.

3 Ясно, что чем шире будет становиться список, тем больше шансов для появления в нём несущественных и даже случайных характеристик. Так, в своё время В.А.Блюмкин «проанализировал словарный запас русского языка и выявил многие сотни слов - моральных терминов, из которых путём ряда уточнений и устранения синонимов было отобрано более 400 терминов, обозначающих различные позитивные и негативные моральные качества личности» ( 1 ). Так вот, среди наиболее важных качеств, оставленных в итоговом списке, оказались, например, «беспартийность»,«бойкость», «беспомощность» )( 2 ), - не нужно быть профессиональным этиком, чтобы усомниться в научной корректности такого включения.





Похожие:

Зимбули а. Е. (С. Петербург) iconА. Зимбули (ргпу, С. Петербург)
Война – это безумие, а править – значит уметь обращаться с людьми и трудиться для всеобщего блага
Зимбули а. Е. (С. Петербург) iconЗимбули а. Е. (С. Петербург) ненасилие: факторы нравственной адекватности
А я говорю вам: не противься злому. Но кто ударит тебя в правую щёку твою, обрати к нему и другую
Зимбули а. Е. (С. Петербург) iconА. Зимбули (С. Петербург)
Эту традицию можно отчётливо проследить уже со времён Моисея. В самом деле, из числа десяти знаменитых заповедей только три несут...
Зимбули а. Е. (С. Петербург) iconА. Е. Зимбули (С. Петербург)
Те, кто отождествляют себя с целым, кто оказался вознесённым до уровня вождей и защитников целого, могут ошибаться, но они не могут...
Зимбули а. Е. (С. Петербург) iconА. Е. Зимбули (С. Петербург)
Вознамерься кто-либо строго следовать перечисленным рекомендациям, стал ли бы он человеком, соразмерным Б. Франклину? Зададимся этим...
Зимбули а. Е. (С. Петербург) iconА. Зимбули (ргпу, С. Петербург)
И вот с конца прошлого года замечаю в музыкальном вещании «Маяка» устойчивые изменения, которые меня, скажем так, напрягают. А даже...
Зимбули а. Е. (С. Петербург) iconА. Е. Зимбули (Санкт-Петербург)
Шестое июня. Мы оттеснили белых. Седьмое июня. Белые оттеснили нас. Восьмое июня. Пришёл лесник и всех прогнал
Зимбули а. Е. (С. Петербург) iconА. Е. Зимбули (Санкт-Петербург)
Шестое июня. Мы оттеснили белых. Седьмое июня. Белые оттеснили нас. Восьмое июня. Пришёл лесник и всех прогнал
Зимбули а. Е. (С. Петербург) iconА. Зимбули (С. Петербург)
...
Зимбули а. Е. (С. Петербург) iconА. зимбули (Санкт-Петербург, россия)
Вера это состояние сознания, продиктованное логикой внутреннего жизненного опыта и ориентирующее на признание чего-либо в качестве...
Разместите кнопку на своём сайте:
Документы


База данных защищена авторским правом ©podelise.ru 2000-2014
При копировании материала обязательно указание активной ссылки открытой для индексации.
обратиться к администрации
Документы

Разработка сайта — Веб студия Адаманов