Субъективность интеллекта: нравственно-ценностный ракурс icon

Субъективность интеллекта: нравственно-ценностный ракурс



НазваниеСубъективность интеллекта: нравственно-ценностный ракурс
Дата конвертации29.07.2012
Размер68.73 Kb.
ТипДокументы

А.Зимбули (С.Петербург, РГПУ)

СУБЪЕКТИВНОСТЬ ИНТЕЛЛЕКТА: НРАВСТВЕННО-ЦЕННОСТНЫЙ РАКУРС



Вряд ли стоит подвергать сомнению мудрость человеческого языка, в котором создана и тщательно оберегается целая россыпь семантических обозначений для способностей человеческого интеллекта:

анализировать, аргументировать, вдумываться, взвешивать, вопрошать, врубаться, выдумывать, гадать, догадываться, додумываться, домысливать, думать, дурить, заблуждаться, задумывать, задумываться, заключать, запутывать, запутываться, знать, измысливать, изобретать, интересоваться, интерпретировать, колебаться, кумекать, любопытствовать, мудрить, мыслить, надумывать, нащупывать, недоумевать, обдумывать, обманывать, обманываться, обмозговывать, обнаруживать, обобщать, обосновывать, объяснять, озадачиваться, опровергать, осмысливать, осознавать, передумывать, петрить, полагать, понимать, пояснять, предполагать, придумывать, придуриваться, признавать, прикидывать, примысливать, разбираться, раздумывать, разубеждаться, рассуждать, рационализировать, рефлексировать, решать, сознавать, сомневаться, соображать, соотносить, сочинять, считать, убеждаться, угадывать, удумывать, умничать, умозаключать, уяснять, фантазировать, хитрить, шурупить

Нетрудно убедиться, что большинство перечисленных (почти навскидку!) понятий отличаются далеко не только стилистическими оттенками, то есть не только тем, когдá и среди когó мы их употребляем – в обиходе, в туристском походе или на учёных тусовках. Можно полагать, что подобным богатством лексических форм убедительно подтверждается многовариантность и многомерность деятельности интеллекта.

Какое же место занимает в этом многообразии этическое начало? В чём – когда речь идёт об интеллектуальной активности – выражается неповторимость, внутренняя свобода, воля, самодетерминированность, иными словами, субъективность человека? Можно полагать, что интеллектуальный опыт складывается куда как различно в зависимости от нравственно-ценностных установок. Наверное, уже в выборе излюбленных семантических форм для обозначения работы собственного сознания мы самоопределяемся, манифестируем миру своё «Я». Что-то существенное о психической конституции, состояниях человека можно было бы высказать даже по предпочитаемым им знакам препинания – восклицательным, вопросительным, многоточиям. Но, конечно же, ещё важней здесь то, каких человек придерживается (на уровне склонностей, предпочтений, привычек) устойчивых модусов мироотношения.
Каков человек по нраву:

живой или вялый, рассудительный или импульсивный, напористый или покладистый, задиристый или миролюбивый, доверчивый или подозрительный, отзывчивый или холодно-отстранённый, самоуверенный или тревожный, самодовольный или комплексующий, смешливый или слезливый, скромный или заносчивый, хвастливый или жалостливый, придирчивый или неприхотливый, радушный или неприветливый, объективный или предвзятый, искренний или скрытный, заботливый или завистливый, ответственный или беспечный, жадный или щедрый, смелый или трусливый, вежливый – грубый, тактичный – назойливый, совестливый – циничный, уважительный – неуважительный, честный – лживый, благодарный – неблагодарный, требовательный – попустительствующий, верный – коварный.

Все эти и подобные характеристики мы с полным основанием зачисляем в положительный или отрицательный нравственный багаж их носителю. То есть молчаливо предполагается, что указанные характеристики находятся в пространстве личного выбора человека. Что в зависимости от ситуации мы в состоянии какие-то особо значимые характеристики усилить или «минимизировать».

Перечислять же подобные модусы можно, что называется, «до пенсии». Но – есть одна оговорка. Поперечисляв их, и пытаясь вникнуть в называемое, мы получаем больший шанс выйти на фундаментальные обобщения. И пусть нас не пугает то обстоятельство, что многомерный человек иной раз может в одно и то же время «катиться вниз» и «вскарабкиваться наверх» в разных направлениях развития. И что кроме того, множественность модусов человеческой личности усугубляется многообразием типов субъектов и сложностью объективной действительности. Даже двусоставное констатирующее суждение «Человек смертен», если в него всмотреться повнимательней, предполагает куда больше, нежели два базовых информационных параметра. Это и «человек/что-то другое (кто-то другой)», и «жизнь/смерть», и «бесконечность/предел», и наконец – «быть присущим/быть неприсущим». Чего уж тут тогда смущаться, если не удаётся свести к предельной простоте человека, действующего в пространстве межсубъектных отношений!

«Человек – это звучит гордо!».

«Человек – это звучит гнусно!».

«Человек – это звучит скорбно!».

«Человек – это звучит грустно!».

«Человек – это звучит…».

Кант (как представляется, не без известной доли смущения) констатировал некогда: «Для того, чтобы иметь основание сказать самому себе: я человек подлый, хотя я и набил свой кошелёк, нужно другое мерило суждения, чем для того, чтобы похвалить себя и сказать: я человек умный, т. к. я обогатил свою кассу» (Критика практического разума. – СПб: Наука, 1995. – С.154).

Впрочем так ли уж всё здесь обсуждаемое труднопостижимо и труднопередаваемо? Всмотримся. Степень нашей развитости как нравственных субъектов характеризуют выраженность (отчётливость и форма проявления), а также адресованность базовых эмоций (прежде всего гнева и обиды), саморефлексия (точность самооценок, готовность принять к сведению внешние оценки, глубина самоанализа, его мера – самолюбование, самокопание или самоуничижение, его мотивы, практические выводы), воля (не только и не столько собранность, самообладание, сколько реализуемая предрасположенность к добрым или злым делам, стремление оказывать помощь или чинить препятствия кому бы то ни было – благоволение или злонамеренность, эгоцентризм или открытость к нуждам окружающих).

То есть едва ли не сутью всех перечисленных выше различий можно было бы назвать противопоставление: доброжелательный – злонамеренный, в сочетании с векторами оценки, контроля и управления, адресуемыми субъектом самому себе и окружающему миру.

Управление можно рассматривать как вполне чётко ограниченную зону некоего континуума мироотношения, другими зонами этого котнинуума будут приказ, совет, просьба, мольба. Причём управление тяготеет к субъектно-объектному (в отличие от субъектно-субъектного) типу отношения. Просьба – это воля, наткнувшаяся на вероятность отказа. Мольба – воля в условиях сугубой маловероятности желанного события. В совете воля полагает себя рядом с другой самоценной волей. В приказе – безоговорочно утверждает рядом с исчезающе малым достоинством того, кому он отдаётся. Управление вообще отвлекается от достоинства Другого, нравственной самоценности объекта. Тогда как в мольбе исчезающе малой становится самоценность своя.

Субъектно-субъектный характер отношений не отменяет субъектно-объектных отношений, субъектно-субъектные связи как бы надстраиваются над субъектно-объектными. Учитель и воздействует на ученика, и общается с ним. Гуманный психолог оперирует сознанием и подсознанием клиента, уважительно относясь к его личности. Мудрый политик, опытный администратор не просто отдают распоряжение, но умеют облечь его в единственно приемлемую для исполнителя форму.

Нравственность можно было бы назвать пространством соуправления. Сферой сочувственного и сознательного соучастия. Моя субъективность, неповторимость может выразиться и в том, что я не хочу быть неповторимым. Но это должен быть мой личный выбор, а не навязанное кем-то решение, не «добровольно» написанное под копирку заявление о приёме в общественно-политическое объединение, не «единогласно одобренное» постановление Высшего (или даже просто чуть более высшего, чем я) органа власти. Вместе с тем, настаивая на свободе для себя, я оказываюсь перед необходимостью осмыслить право свободы и для тех, кто живёт рядом в значимом для меня мире. Требуя уважения от других, я должен призадуматься о необходимости считаться с достоинством окружающих. В этой связи было бы небезынтересно всмотреться в знаменитые исходные философские рефлексии.

Демокрит заявлял: ^ Я знаю только то, что ничего не знаю.

Декарту принадлежит известный тезис: Я мыслю – следовательно, существую.

Швейцер в качестве отправной рефлексии выдвигал утверждение: ^ Я есть жизнь, которая хочет жить среди других жизней, которые тоже хотят жить.

Нетрудно заметить, что в приведённых афоризмах напрямую этический мотив не звучит даже у выдающегося гуманиста XX столетия, Альберта Швейцера. Ведь, строго говоря, из признания чьего бы то ни было желания жить ещё вовсе не обязательно будет следовать позитивное отношение к этому желанию. Можно даже лицемерно проливать слёзы о загубленных жизнях, как, например, мы помним, было обыграно с поедаемыми устрицами у Льюиса Кэрролла. Очевидно, что в мироотношении важно единство отзывчивости (доброжелательности), рассудительности (разумности добродетельного отношения) и, наконец, доброй воли (практических дел, в которых осуществляется помощь субъекта другим субъектам).

Пожалуй, для этической (и этичной!) рефлексии в признании моей связи с окружающим миром важно не столько то, что я завишу от других, сколько то, что другие зависят от меня. Именно отсюда следует возможный вывод о необходимости с ними считаться. Нравственность в этом случае можно было бы определить как

МОЁ-ДЛЯ-МЕНЯ-И-ДЛЯ-ДРУГИХ-БЫТИЕ.

Демокритово агностицистское признание, граничащее с самоуничижением, а то даже и с кокетством, можно было бы смягчить: «Я знаю, что в сфере морали окончательно ничего не знаю».

На замену Декартовому «Мыслю – следовательно, существую» могло бы прийти: «Сопереживаю, сознаю, содействую – значит, существую».

Швейцеровское суждение, в свою очередь, не мешало бы дополнить до следующего вида: Я есть самоценная жизнь, которая хочет жить среди других самоценных жизней, которые тоже хотят жить.

Древний мир характеризовался манифестированием деятельного типа личности. Средние века – чувствующего. Эпоха Возрождения – развивающегося. Новое время – рефлектирующего.

Надо надеяться, когда придёт пора, которая затребует человека, способного синтезировать свои способности к переживаниям, деятельности и к осмыслению, человечество не будет в растерянности. А предложит обстоятельствам на выбор несколько типов синтезирующих личностей. И главное, готовы будут сами эти личности. Готовы к упорному труду, к осмысленному вхождению в (несовершенный, но реальный и ждущий героев) мир, к творчеству, сотрудничеству во славу прошлых и будущих поколений.


((Опубликовано:

Управление: интеллект и субъективность. – СПб: СПбГПУ, 2002. – С. 28 - 32))




Похожие:

Субъективность интеллекта: нравственно-ценностный ракурс iconJura scripta vigilantibus sunt
Потому я даже не стану перечислять заинтересованные стороны и их возможные согласия-разногласия, а сразу обозначу интересующий меня...
Субъективность интеллекта: нравственно-ценностный ракурс iconМедиаобразовательная игра как средство нравственно-патриотического воспитания дошкольников
Грекова Л. В. Медиаобразовательная игра как средство нравственно-патриотического воспитания дошкольников // Образовательные технологии...
Субъективность интеллекта: нравственно-ценностный ракурс iconДокументы
1. /Эмпиризм и субъективность.doc
Субъективность интеллекта: нравственно-ценностный ракурс iconТема 15. Регрессия регрессия, это инструмент статистики, на субъективность которого информатики могут сваливать все свои ошибки
Регрессия, это инструмент статистики, на субъективность которого информатики могут сваливать все свои ошибки
Субъективность интеллекта: нравственно-ценностный ракурс iconПравила взаимодействия с подростками. Субъективность взаимодействия
Помочь ребенку можно только тогда, когда он ощущает себя не объектом воздействия, а творцом собственной жизни
Субъективность интеллекта: нравственно-ценностный ракурс iconСэмюэл беккетт все, что падает (Смерть и Дева) Пьеса для радио
...
Субъективность интеллекта: нравственно-ценностный ракурс iconИндивидуализация и интеграция
В результате профессионализации формируется специфический "внутренний мир" (свои конструкты), журналистский ракурс виденья мира,...
Субъективность интеллекта: нравственно-ценностный ракурс iconЕвразийский процесс: этносоциальный ракурс 
«леса» и степи». Вследствие многовековых климатических колебаний аридизации и увлажнения ойкумена Евразии всегда была достаточно...
Субъективность интеллекта: нравственно-ценностный ракурс iconПрограмма воспитательной работы «Калейдоскоп»
Воспитание физически нравственно здоровой личности для будущего жизнеутверждения
Субъективность интеллекта: нравственно-ценностный ракурс iconСочинение команды «Ах!» школы №79 Надо непременно встряхивать себя физически, чтобы быть здоровыми нравственно. Л. Н. Толстой

Разместите кнопку на своём сайте:
Документы


База данных защищена авторским правом ©podelise.ru 2000-2014
При копировании материала обязательно указание активной ссылки открытой для индексации.
обратиться к администрации
Документы

Разработка сайта — Веб студия Адаманов