А. Е. Зимбули профессия учителя сквозь призму этики icon

А. Е. Зимбули профессия учителя сквозь призму этики



НазваниеА. Е. Зимбули профессия учителя сквозь призму этики
Дата конвертации29.07.2012
Размер148.57 Kb.
ТипДокументы


А.Е.Зимбули

ПРОФЕССИЯ УЧИТЕЛЯ СКВОЗЬ ПРИЗМУ ЭТИКИ


Учитель! перед именем твоим

Позволь смиренно преклонить колени!

Н.А.Некрасов (1868г.)

И обновленная Россия

Надела с выпушкой штаны.

А.А.Шишков (1825г.)

Век живи, век учись.

Рус. пословица


Наверное, и конокрад и казнокрад по-своему могут быть счастливы. Но самое высокое, по-человечески полное счастье, несомненно, сопряжено не с потреблением, а с творчеством, не с утаиванием, а с открытиями, не с присвоением, а с дарением. Именно такими высокими смыслами испокон веку наполнена деятельность учителя. Кто бы он ни был – воспитатель в дошкольном учреждении или преподаватель вуза, руководитель кружка в сельском клубе или инструктор в военно-десантной школе – раз за разом, вместе с очередными подопечными он обязательно проходит восхождение от неумения-незнания-неспособности по направлению к тому, что на современный лад скучновато именуется набором базовых компетентностей. Понятно, не следует идеализировать людей, занятых в данной сфере. Как и везде, тут могут случаться разные казусы. Но мы же знаем, что, несмотря на встречающихся кое-где неумеек среди медиков или воинов, профессия врача и воинская профессия вместе с учительской принадлежат к числу важнейших и уважаемейших.

Причём особо стоило бы обратить внимание вот на что. Если медицина защищает здоровье граждан, а армия – их жизни, имущество и общее достояние, то образование по своей сути нацелено на более созидательную деятельность. Девиз врача, как известно, издавна звучит: ^ «НЕ НАВРЕДИ»1. Девиз воина мог бы звучать: «ЗАЩИТИ». А учителя: «ПОМОГИ САМОРАЗВИТИЮ». История однозначно свидетельствует о совершенствовании целей и средств этого саморазвития. Свидетельствует о несомненном уходе от «стимулирования» розгой, о неуклонном нарастании во взаимоотношениях учитель-ученик таких общечеловеческих ценностей, как уважение, доверие, свобода.

Сугубо важен вопрос, а кто же заказчик у сферы образования. Допустим, в случае с армией всё достаточно просто. Там заказчик, очевидно, не рядовой призывник (или его родители), да и не военком. В наличии своей сильной армии заключён прямой интерес всего сообщества. Это отлично показал уже Никколо Макиавелли. Со времён раздробленной Италии много воды утекло, но актуальность общенационального интереса в самозащите не ослабла, пусть её и дополняют теперь интересы военно-промышленного комплекса. Пора бы всем нам понять, что заказчик образования – тоже не отдельный ученик с ближайшими родственниками, какие бы широкие демократические свободы в сообществе ни провозглашались и ни отстаивались. Не партия и правительство, сколь бы мудрыми и заботливыми они ни были.
Но прежде всего – это наше общее будущее.

Будущее, на пути к которому нас подстерегают многочисленные проблемы и испытания. Почти банально в этой связи упоминать о войнах, природных катаклизмах, болезнях, нищете, неурожаях – причём жизнь показывает, что в самые сложные периоды люди продолжают учиться и учить. А вот о другом испытании я бы хотел несколько слов сказать. Отдаю себе отчёт, что моя мысль кому-то покажется крамольной. Мысль эта об испытании сытостью. Деньгами. Наградами. По моему глубочайшему убеждению гранты могут оказаться для человеческой культуры опасней, чем индульгенции. Там хоть объяснение и цели были более возвышенные – спасение души человеческой. Здесь же самоценность вхождения личности в культуру начинает рассматриваться в логике калькуляции. Искусственно нарастает отчётность-плановость, разбухает чиновничий аппарат, а главное – смещается цель образования. Чего ни в коем случае нельзя допускать. Не абсурд ли, когда обучение грамоте проводится с упором на измерение скорости чтения! И не абсурд ли, когда в том же искусстве почёт приравнивается популярности, тем более, если эта популярность достигается подчас известными ныне средствами манипуляции общественным сознанием! Убеждён: игры в гранты – это нечто перпендикулярное основным научно-образовательным процессам. Полностью солидарен с мнением Виктора Антоновича Садовничего: «Нам нельзя идти и дальше по прагматично-рыночному пути. Высшее образование – это не бизнес»2. Правда, я бы внёс в это высказывание маленькое дополнение, пояснив, что речь должна вестись не только о высшем образовании. Да и не только образовании. Разве искусство или медицину допустимо переводить на рыночные рельсы? А социальную сферу? А армию?! Впрочем, сейчас разговор идёт об учителях.

Именно учителям приходится на себе испытать и пытаться минимизировать активные веяния массовой культуры, проявляющиеся в том, как взамен традиционных для нашей культуры открытости, отзывчивости навязывается конкурентный напор; на смену ценности усердия в честном труде рекламируется жажда урвать кусок побольше; а вместо скромности и неприхотливости внедряется дух жадного потребительства. Не знаю, кто как, а я догадываюсь, что даже образ Емели из русской народной сказки про щучье веленье не означает безоглядное потребительство-лень. Ведь чтобы улечься на печь, нужно было эту печь изначально сложить!

Не берусь судить, с чьей лёгкой руки (кстати, не только руки – сразу вспоминается и выражение «легкость в мыслях необыкновенная») в последние месяцы стало распространяться словосочетание «образовательные услуги». Традиционно понятие «услуги» распространялось на такие сферы, как коммунальные удобства, связь, парикмахерская, баня. Речь в этих случаях шла о выполнении работ по предусмотренному прейскуранту. Услуги – это то, что позволяет заказчику выложить деньги и получить требуемое. Здесь имеют место взаимоотношения клиента (заказчика, хозяина) и прислуги. Или продавца. Между прочим, бывают и полулегальные интимные услуги. Но разве можно – не хотел бы никого обидеть! – сравнить труд учителя с работой продавца, парикмахера или служащего ритуальной конторы! Ясно, что и торговать, и делать маникюр, и захоранивать можно старательно, умело, компетентно. Но даже у медицинского работника с пациентом не обязательно складываются такие сотворческие взаимоотношения, какие непременно должны возникнуть у учителя с учеником. Кстати, что-то не слыхал о политических услугах – применительно к политикам-профессионалам. Хотя ведь и управленцам самого высокого уровня нередко поручают выполнить вполне определённый объём работ (примеры – от Рюрика до Хиддинка). Могу, стало быть, объяснить возникновение словосочетания «образовательные услуги» чьей-то абсолютной языковой глухотой и глубочайшей бестактностью. Интересно, а пограничник – выполняет услуги? А родитель? Понятно, если это родитель настоящий, а не так называемый «суррогатный». Неужели кто-то не ощущает разницы между словами «слуга», «прислуга», «служащий», «служитель»? Первое из которых – родовое-внеоценочное, второе – статусно-подчинённое, третье обозначает вид труда в отличие от крестьянского и пролетарского, тогда как четвёртое – содержит в себе оттенок высокого стиля, и распространяется на тех, кто не просто отрабатывает обязанности, но посвящает свои душевные силы избранному делу.

Близким образом несколько слов нужно бы сказать о профессионализме. Это в прежние века воином можно было стать за считанные часы и дни. Сейчас практически все понимают: даже в условиях всеобщей воинской повинности необходимы профессиональные офицеры, без которых призывникам было бы немыслимо освоить азы солдатской науки. В необходимости профессиональной медицины, пожалуй, никто не сомневается. Как и в необходимости профессиональных водителей, поваров, политиков, управленцев. Почему же кого-то нужно убеждать, что педагогическая деятельность – это специфическая профессия! Подозреваю, и у этой проблемы ноги могут расти прежде всего в тех областях, где раздаётся звон монет. Выскажу мнение, которое вряд ли оригинально. Хотя у меня нет статистических выкладок, но убеждён: в учителя обычно шли вовсе не те люди, кто желал бы прославиться или разбогатеть. Наверное, это и хорошо, что денег, власти и славы как-то принято искать в других сферах.

Где-то, кажется, у Мариенгофа, встречал реплику персонажа по поводу голода в Поволжье:

- «Ого! Какая коммерческая перспектива!»

Конечно же, встречаются и среди учительской гильдии подобные субъекты. Где их нет! В медицине? Юриспруденции? Политике? Армии? Но основная масса преподавателей (уж про российских это можно сказать точно!) самого разного ранга живёт по принципу: не до жиру, быть бы живу.

Думаю, было бы в высшей степени поучительно разобраться в том, что творится в душе у среднестатистического школьного или вузовского преподавателя. И велик ли ещё запас терпения, скромности, великодушия в адрес обстоятельств, а также тех, кто обстоятельства задаёт. Разобраться в том, какими парадоксальными механизмами осуществляются взаимодействия между учителем и учеником, преподавателем и администрацией – в целом миролюбиво и к вящей пользе сообщества. Как гасятся профессиональные конфликты и переплавляются околопрофессиональные обиды. Как удаётся учителям – ведь если судить по неуклонному восхождению культуры, прогресс имеет место – сформировать такие личности, что всё далее и далее двигают мировую историю. Убеждён, понимание названных процессов многое дало бы и для образования, и для других сфер. Может, тогда даже в банковском бизнесе людям удалось бы оградить себя от жестокостей и надувательства. Но поскольку такового исследования пока не провели, мы можем рассуждать лишь в самом общем виде – опираясь не на социально-психологические, статистические выкладки, а на историко-культурные, этико-философские основания.

Попробуем всмотреться в основные этически значимые аспекты учительской профессии. Хочется подчеркнуть: не морально-нравственные, не морально-этические. Когда кто-то в устной или письменной речи использует подобные словосочетания, меня так и подмывает спросить: вы говорите или нет – счётно-арифметические, погодно-метеорологические? Чем же провинились мораль с нравственностью и этикой, что их упорно не различают и то и дело упоминают всуе? Если в обиходе выражения безнравственно, аморально, неэтично звучат как синонимы, так уж пусть и не будет места тавтологиям типа масло масляное. В подавляющем большинстве случаев достаточно одного из упомянутых терминов, чтобы выразить суть дела. Чаще предпочтение диктуется сложившимся словоупотреблением: нравственные проблемы (ценности), моральный выбор, этическая экспертиза и пр. Конечно, если говорить с максимальной точностью, то под нравственностью в русском языке принято понимать практически складывающиеся отношения между людьми, поступки, нравы. Под моралью, в отличие от этого, разумеют отражение этих взаимоотношений в людском сознании – в умонастроениях, представлениях о нормах, принципах, идеалах, в выносимых нами друг другу и себе самим оценках. Этика же – это наука, старающаяся со времён Аристотеля вскрывать закономерности в указанной области, обоснованно различать добро и зло, трактовать справедливость, несправедливость и тому подобные явления. Но вновь подчеркну, как правило, в терминологические тонкости никто не вдаётся, а значит, упоминание близких по смыслу слов чаще всего сводится к тавтологии.

Итак, исключительно этически значима уже сама профессия учителя, в силу её процессуальных особенностей, предназначения. И даже удивительно, что не с профессии учителя история ведёт учёт профессионально-этическим кодексам. Впрочем, тут не должно быть места ревности. Как раз напротив, учителям можно бы осмысливать свою специфику с учётом наилучших достижений, сделанных в других сферах. А достижений таких немало. Древнейший хрестоматийный образец – «Клятва Гиппократа». Она пережила более двух тысяч лет и сохранила свой главный посыл: самообязательство человека, принимающего на себя ответственность за профессиональный труд в избранной области. Ответственность профессионала перед обществом и коллегами (в том конкретном случае – ещё и перед богами Олимпа). Показательно, что Гиппократ в своей «Клятве» – не упоминал о любви врача к пациенту или к коллеге. Хотя древние ещё как знали толк в любви, и умели отличить любовь к спутнице жизни, к другу и к родине, любовь продажную от истинной. И именно потому, что текст «Клятвы» был тщательнейшим образом выверен, соотнесён с реальной жизнью и с возможностями медиков, этот текст выдержал испытание временем.

В разных странах за последовавшие затем столетия сочинены многочисленные тексты военной присяги, торжественной клятвы главы правительства, есть присяги таможенника, пожарного и множество других подобных документов. В последние годы возникла своего рода мода на создание этических кодексов фирм, корпораций, предприятий. Свою задачу в данном случае я вижу не в том, чтобы анализировать разные тенденции и отдельные тексты. Мне хотелось бы прежде всего констатировать: профессионалы раньше или позже приходят к осознанию своей уникальной социальной миссии, и к пониманию того, что данную миссию невозможно выполнить, если не учесть ключевых нравственных проблем и не обозначить основные ценностные векторы профессии. Помимо воинской, учительской и врачебной, наиболее очевидна специфика и важность в таких профессиональных областях, как журналистика, юриспруденция, сфера обслуживания, политика, торговля. Хотя и милиционер, спортсмен, администратор тоже выходят на нравственные обобщения. Ведь именно в этих сферах как нигде высокой может быть цена профессионального брака. Брака, причиной которого выступает нравственная несостоятельность работника – его нечестность, безответственность, жестокость, несправедливость.

Несколько лет назад мне довелось опубликовать, а затем и вынести на обсуждение общественности вариант Учительской клятвы3. Убеждён и сейчас, что вариант этот обладает рядом важных достоинств: прежде всего, краткостью, ёмкостью, обобщающей силой, отсутствием ненужного пафоса и завышенных обещаний.

Вообще говоря логика осмысления (а затем и фиксации их в тексте) этических аспектов профессии – не только учительской, а и любой иной – должна опираться на учёт:

во-первых, перечня наиболее существенных позитивных личностных качеств, без которых выполнять профессиональные обязанности затруднительно, невозможно или даже опасно (для окружающих и/ или самого работника),

во-вторых, перечня тех негативных качеств, которые препятствуют успешному выполнению профессиональных обязанностей,

в-третьих, перечня профессиональных рисков – наиболее типичных проблемных ситуаций и искушений, чреватых профессиональной и личностной деградацией,

в-четвёртых, вытекающего из вышеперечисленного свода нравственных предостережений, запретов, советов, предписаний.

И совершенно ясно, что все эти соображения вовсе не обязательно перечислять в тексте конкретного кодекса (клятвы, заповедей или иного жанра нравственных обязательств профессионала перед коллегами и сообществом). Иначе может показаться, например, что какие-нибудь правила пользования метрополитеном Санкт-Петербурга важней Десятословия Моисея… Да и нужно быть реалистом: держать в голове многострочный, (а то и многостраничный!) инструктивный текст попросту непродуктивно.

Рассказ об обстоятельствах появления полустраничного текста и о перипетиях, выпавших на его долю, мог бы занять немало места, потому я подробности опускаю. Скажу предельно коротко: после опубликования в газете родного педагогического вуза и проведённого социологического опроса среди студентов (900 человек – высказались одобрительно) текст был обнародован на европейском форуме «Учитель XXI века», что проходил в нашем городе в мае 1997 года. Также я познакомил с текстом видного деятеля отечественного образования, Ш.А.Амонашвили. Выяснилось, что в Европе независимым образом возник альтернативный текст4, и Ш.А.Амонашвили тоже думал в эту сторону и создал свой вариант клятвы5. Так в итоге мне стали известны три (включая мой) варианта Клятвы учителя6, и я думаю, что вопрос о целесообразности учительской клятвы, а также о конкретном её тексте должен решаться кем-то объективным, независимым, компетентным. А уж будет ли торжественное обещание приниматься ещё в стенах педагогического вуза, или в месте, куда молодой преподаватель придёт по профессиональному набору, станут ли краткую распечаточку вручать вместе с выдаваемым дипломом – эти вопросы для меня не так важны. Я старался разобраться с самыми насущными нравственными проблемами учителя и с главными ценностными векторами этой профессии.

Сегодня в нашей стране такие условия, что не Политбюро КПСС и не Совет Министров предопределяют стратегию общественного развития. Многое зависит от нас самих. В частности – от тех людей, кто занят на ниве просвещения. В нашей воле постараться, чтобы не рвалась связь времён, и чтобы жизнь в образовательных учреждениях разворачивалась не на принципах «кто смел, тот и съел» или им подобных. Но чтобы общение между учителем, администрацией, учеником (и его близкими), а потом у выпускника с теми, кто попадёт в орбиту его взаимодействий, складывалось по-человечески одухотворённо, ответственно, гуманно, творчески.

К Л Я Т В А



* * *

Я – Амонашвили Шалва Александрович, добровольно выбрав профессию Учителя и находя в ней свое призвание, глубоко сознавая свою причастность за сохранение и процветание жизни на Земле, с полной ответственностью принимая на себя заботу о судьбе Ребенка, о судьбах детей,

клянусь:

- любить детей, любить каждого ребенка от всего сердца,

- быть им верным и преданным,

- следовать цели раскрытия, развития, воспитания, утверждения в Ребенке личности,

- быть оптимистом в отношении любого ребенка в любых случаях.

Обязуюсь:

постоянно и усердно заботиться:

- о приобщении детей к высочайшим ценностям общечеловеческой культуры и нравственности,

- о развитии и воспитании в них доброты, заботы о людях, о Природе, о выживании человечества,

- об очеловечении знаний и очеловечении среды вокруг каждого ребенка,

- об овладении искусством гуманного общения с детьми, с Ребенком.

Клянусь:

- не вредить детям,

- не вредить Ребенку.
^

У Ч И Т Е Л Я




* * *

Во имя ребенка, во имя будущего природы и культуры, во имя будущего человечества как Учитель и Воспитатель клянусь:

- клянусь уважать личность ребенка, как если он был уже взрослым;

- клянусь отвечать за его физическую и духовную неприкосновенность;

- клянусь развивать его врожденные способности во благо его, во благо окружающих его людей, во благо мира;

- клянусь не сломать, но укрепить волю ребенка, охранять его там, где он слаб, направлять его там, где он силен;

- клянусь открыть ему путь к познанию мира, каков он есть;

- клянусь, что не оставлю его в познании без надежды;

- клянусь, что покажу ему, как обрести счастье в малом и постараюсь вложить в его душу стремление к лучшему;

- клянусь, что буду учить его служению истине и терпимости к заблуждению.

Клянусь также:

- заботиться о том, чтобы оставить грядущим поколениям мир, в котором стоило бы жить;

- быть примером для ребенка и показать ему, как можно преодолевать собственные слабости, бороться с искушениями и трудностями;

- противостоять обстоятельствам – давлению общественного мнения, корпоративным интересам, служебным инструкциям, – если они будут мешать мне претворять в жизнь объявленные здесь принципы.


(3 ВАРИАНТА)


* * *

Избирая делом своей жизни профессию учителя,

я торжественно клянусь

в соответствии со своими силами и разумением:

- учить предмету и жизни

каждого своего ученика – без различия,

покладистый он или упрямый,

способный или не очень,

богатый или бедный;

- своим примером

доброжелательности,

справедливости, нестяжательства

утверждать в Отечестве

идеалы порядочности и гуманизма;

- способствовать

созданию в школе

духа честной соревновательности,

взаимной поддержки и взыскательности;

- в отношениях

со своими коллегами, родителями учеников

неизменно руководствоваться интересами дела

и взаимной уважительности,

- выполнять просветительскую,

культуротворческую миссию с достоинством,

без использования угроз и насилия;

тем самым всемерно укреплять

престиж профессии учителя

как одной из самых нужных и гуманных

профессий на Земле.


(Опубликовано: «Вестник Герценовскогского университета». - № 1 (75) 2010. – С. 26 – 31. (0,5 п.л.)

1 Хотя, будь моя воля, я бы дал иную формулировку. Например, ^ «УКРЕПИ ЗДОРОВЬЕ».

2 «АиФ», № 13, 2009.

3 См.: «Педагогические вести», №26 (2255), 28.12.1995.

4 Автор так называемой «Клятвы Сократа» – немец М.Борхерт; ход же обсуждения двух альтернативных текстов, моего и Борхертовского на упомянутом форуме в Петербурге – едва ли не детективная история.

5 В своём письме от 5.1. 1999 г. Ш.А.Амонашвили писал мне, в частности:

«Я поддерживаю Вашу идею о том, что было бы отлично, чтобы учителя имели свою Клятву. И «Клятва» Ваша тоже вызывает интерес. Одобряю также Вашу инициативу в рамках международных организаций – очень важно, чтобы «Клятва учителя», так же как Гиппократова Клятва врача, заимела общее признание. Что касается конкретно самого текста «Клятвы», в ней емко и сжато изложены действительные постулаты. Может быть, моя личная оценка некоторых формулировок покажется Вам субъективной, потому не буду заниматься этим неблагородным делом. Я попросил бы Вас посмотреть мою книгу – «Педагогическая симфония», часть 3, Екатеринбург, 1993, стр. 214-215 (книга эта есть отредактированное и чуть дополненное издание книги «Единство цели», М. 1984 (?)), где я тоже пытался создать «Клятву учителя». Положений, которые я в ней излагаю, я придерживаюсь и сегодня. […] P.S. А что мешает ректорату Педуниверситета ввести в жизнь традицию Торжественного принятия Клятвы учителя выпускниками? Ш.А.»

Что я мог ответить Шалве Александровичу на последний вопрос? Только отыскал названную книгу, изучил напечатанный вариант Клятвы, и помещаю его в приложении к данной статье.

6 В качестве приложения приведены три текста «Учительской клятвы» (см. отдельную страницу).

В левой колонке приведён текст, сочинённый Ш.А.Амонашвили (даётся по изданию: Амонашвили Ш.А. Гуманно-личностный подход к детям. – Москва: Издательство «Институт практической психологии»; Воронеж: Издательство НПО «МОДЭК», 1998. – С. 538).

Автор текста, помещённого в средней колонке, под названием «КЛЯТВА СОКРАТА», – М.Борхерт (ФРГ); этот текст раздавали для обсуждения участникам Европейского Форума за свободу в образовании (EFFE) – Петербург, май 1997 года наравне с тем, который был опубликован чуть раньше в «Педагогических вестях». Для меня осталось загадкой, почему автор изначально не подписался под своим текстом, а попросил его зачитать английского учителя, г-на Томсона. А затем, будучи членом оргкомитета Форума, М.Борхерт фактически сорвал обсуждение вопроса…

Правая колонка – текст, возникший в стенах РГПУ.






Похожие:

А. Е. Зимбули профессия учителя сквозь призму этики iconА. Е. Зимбули профессия учителя сквозь призму этики
Как и везде, тут могут случаться разные казусы. Но мы же знаем, что, несмотря на встречающихся кое-где неумеек среди медиков или...
А. Е. Зимбули профессия учителя сквозь призму этики iconР. П. Баканов Телевидение сквозь призму газет 1990-х годов (на материалах изданий Москвы и Татарстана) Актуальность темы
Баканов Р. П. Телевидение сквозь призму газет 1990-х годов (на материалах изданий Москвы и Татарстана) // Журналистская наука в Казанском...
А. Е. Зимбули профессия учителя сквозь призму этики iconОбразов романа «Между двух зорь» сквозь призму исторических событий и религиозно-философской мысли России конца XIX начала XX веков
I проблематика и система образов романа «Между двух зорь» сквозь призму исторических событий и религиозно-философской мысли России...
А. Е. Зимбули профессия учителя сквозь призму этики iconГероев нравы – сквозь призму искового права
Сборник подготовлен студентами заочного отделения 5-го курса юридического факультета Тверского государственного университета 1997...
А. Е. Зимбули профессия учителя сквозь призму этики iconС. П. Яковлева
Африки. Освещение революций 1848 – 1849 гг в Европе дополнено материалами, относящимися к итальянской революции, а история США XIX...
А. Е. Зимбули профессия учителя сквозь призму этики iconЗаседание кафедры педагогов естественнонаучного цикла по теме: «Стратегия выживания: путь от хаоса к порядку. Метапредметный подход в обучении и универсальные учебные действия»
Сквозь призму философской категории «хаос и порядок» рассмотреть наиболее важные аспекты применения различных форм и методов организации...
А. Е. Зимбули профессия учителя сквозь призму этики iconВеликий немецкий философ И. Кант когда-то сказал, что: «Два человеческих изобретения можно считать самыми трудными: искусство воспитывать и искусство управлять»
А это требует наблюдательности, анализа, реакции, каждый раз в чем – то не похожих на те, что уже были, каждый раз в чем – то уникальных....
А. Е. Зимбули профессия учителя сквозь призму этики iconДиспут: «Математика и твоя будущая профессия»
Сообщение учителя о профессиях, связанных с математикой, где и как их можно получить
А. Е. Зимбули профессия учителя сквозь призму этики iconПостановление «18» 03 2010г п. г т. Тура №190-п Об утверждении Положения о порядке проведении фотоконкурса «Профессия Учитель», приуроченного к Году учителя, среди учителей и учащихся образовательных учреждений Эвенкийского муниципального района
Я, руководствуясь Указом Президента Российской Федерации от 10 марта 2009 года №259 «О проведении в Российской Федерации Года учителя»,...
А. Е. Зимбули профессия учителя сквозь призму этики iconПостановление «18» 03 2010г п. г т. Тура №190-п Об утверждении Положения о порядке проведении фотоконкурса «Профессия Учитель», приуроченного к Году учителя, среди учителей и учащихся образовательных учреждений Эвенкийского муниципального района
Я, руководствуясь Указом Президента Российской Федерации от 10 марта 2009 года №259 «О проведении в Российской Федерации Года учителя»,...
Разместите кнопку на своём сайте:
Документы


База данных защищена авторским правом ©podelise.ru 2000-2014
При копировании материала обязательно указание активной ссылки открытой для индексации.
обратиться к администрации
Документы

Разработка сайта — Веб студия Адаманов