Задача Последнее слово Бухарина icon

Задача Последнее слово Бухарина



НазваниеЗадача Последнее слово Бухарина
Дата конвертации16.07.2012
Размер72.89 Kb.
ТипЗадача



последнее письмо Бухарина выступление

задача

Последнее слово Бухарина


Дано: фрагмент стенограммы "Бухаринско-троцкистского процесса", опубликованной в 1997 г.

Допущения: а) публикаторы точно воспроизвели архивный документ; б) архивная стенограмма без существенных искажений передаёт сказанное Н.И. Бухариным; в) выпущенные части выступления не опровергают изложенного в данном отрывке.

Вопрос: Какие несомненно достоверные утверждения можно сделать на основе приведённого текста? Например:

1) Во время суда Н.И. Бухарин считал себя контрреволюционером и изменником родины.

2) До ареста Н.И. Бухарин готовил переворот с целью свергнуть И.В. Сталина.

3) Крестьянские восстания в годы коллективизации – дело рук подпольной организации, руководимой Н.И. Бухариным.

4) В 1930-е гг. в СССР действовал право-троцкистский блок.

5) На следствии и на суде Н.И. Бухарин признал предъявленные ему обвинения.

6) На суде Н.И. Бухарин разыграл спектакль, втайне будучи не согласен с обвинением.

^ Бухаринско-троцкистский процесс.

Вечернее заседание 12 марта 1938 года

Председательствующий. <...> Подсудимый Бухарин, вам предоставляется последнее слово.

Бухарин. Гражданин Председательствующий и граждане судьи! Я совершенно согласен с гражданином Прокурором насчет значения процесса, на котором вскрыты наши злодейские преступления, совершенные "право-троцкистским блоком", одним из лидеров которого я был и за всю деятельность которого я несу ответственность.

Этот процесс, который в серии других процессов является заключительным, раскрывает все преступления, изменническую деятельность, раскрывает исторический смысл и корень нашей борьбы против партии и Советского правительства. <...> Мы очутились в проклятых рядах контрреволюции, стали изменниками социалистической родины.

В самом начале процесса на вопрос гражданина Председательствующего: признаю ли я себя виновным, я ответил признанием.

На заданный мне вопрос гражданином Председательствующим: подтверждаю ли я данные мною показания, я ответил, что полностью и целиком подтверждаю.

Когда в конце предварительного следствия я был вызван на допрос к государственному обвинителю, который контролировал всю совокупность следственных материалов, то он резюмировал эту совокупность следующим образом (том 5, стр. 114, от 1 декабря 1937 года):

"Вопрос: Были ли вы членом центра контрреволюционной организации правых? Я ответил: да, признаю.


Другой вопрос: Признаете ли вы, что центр антисоветской организации, членом которого вы являетесь, осуществлял контрреволюционную деятельность и ставил своей целью насильственное свержение руководства партии и правительства? Я ответил: да, признаю.

Третий вопрос: Признаете ли, что этот центр осуществлял террористическую деятельность, организовывал кулацкие восстания и подготовлял белогвардейские кулацкие восстания против членов Политбюро, против руководства партии и Советской власти? Я ответил: это верно.

Четвертый вопрос: Признаете ли вы себя виновным в изменнической деятельности, выражавшейся в подготовке заговора с целью государственного переворота? Я ответил: и это верно".

На суде я признавал и признаю себя виновным в тех преступлениях, которые я совершил и которые были мне вменены гражданином государственным обвинителем в конце судебного следствия на основе имевшегося у Прокурора следственного материала. На суде я заявлял, также и сейчас это подчеркиваю и повторяю, что политически я признаю себя ответственным за всю совокупность преступлений, совершенных "право-троцкистским блоком".

Я подлежу самой суровой мере наказания и я согласен с гражданином Прокурором, который несколько раз повторял, что я стою на пороге смертного часа.

Тем не менее, я считаю себя вправе опровергнуть некоторые обвинения <…>

Еще раз повторяю, я признаю себя виновным в измене социалистической родине, – самом тяжком преступлении, которое только может быть, в организации кулацких восстаний, в подготовке террористических актов, в принадлежности к подпольной антисоветской организации. Я признаю себя, далее, виновным в подготовке заговора – "дворцового переворота". Из этого, между прочим, и вытекает неправильность всех тех мест обвинительной речи гражданина государственного обвинителя, где он изображает дело так, что я становился в позу чистого теоретика, в позу философа и так далее. Это суть вещи, сугубо практические. Я говорил и повторяю сейчас, что я был руководителем, а не стрелочником контрреволюционного дела. Из этого вытекает, как это всякому понятно, что многих конкретных вещей я мог и не знать, что их я действительно и не знал, но это ответственности моей не снимает.

<…> Я считаю себя, далее, и политически, и юридически ответственным за вредительство, хотя я лично не помню, чтобы я давал директивы о вредительстве. Об этом я не говорил. Я положительно разговаривал один раз на эту тему с Гринько. Я еще в своих показаниях говорил, что я в свое время Радеку заявил, что считаю этот способ борьбы малоцелесообразным. Однако гражданин государственный обвинитель представляет меня в роли руководителя вредительства.

<…> Во-вторых, действительно существовавший и разгромленный органами НКВД "право-троцкистский блок" сформировался исторически. Он, действительно, был реальностью, пока его не разгромили органы НКВД. Он возник исторически. Я показывал, что еще в 1928 году во время VI Конгресса Коминтерна, которым я тогда руководил, я первый раз говорил с Каменевым.

Как же можно утверждать, что блок был организован по заданиям фашистских разведок? Это в 1928 году-то! Кстати, в то самое время я чуть не был убит агентом польской дефензивы, о чем прекрасно известно всем, кто близко стоял к партийному руководству.

В-третьих, я категорически отрицаю, что был связан с иностранными разведками, что они были хозяевами надо мной, и я действовал, выполняя их волю. <…>

Я, однако, признаю себя виновным в злодейском плане расчленения СССР, ибо Троцкий договаривался насчет территориальных уступок, а я с троцкистами был в блоке. Это факт, и это я признаю.

Я категорически отрицаю свою причастность к убийству Кирова, Менжинского, Куйбышева, Горького и Максима Пешкова. Киров, по показанию Ягоды, был убит по решению "право-троцкистского блока". Я об этом не знал. <…>

Государственный Прокурор меня обвиняет, что в 1924 году я был против Сталина. Такого случая я не помню. Я заканчиваю свои возражения против отдельных обвинений, которые государственный обвинитель предъявил мне во время судебного разбирательства, и возвращаюсь к действительно совершенным мною преступлениям. Я дважды уже их перечислял. Тяжесть этих преступлений огромна. Мне кажется, что повторять уже не следует, ясно и без того, насколько велики эти преступления.

Тягчайший характер преступления – очевиден, политическая ответственность – безмерна, юридическая ответственность такова, что она оправдает любой самый жестокий приговор. Самый жестокий приговор будет справедливым потому, что за такие вещи можно расстрелять десять раз. Это я признаю совершенно категорически и без всяких сомнений. <…>

Мне кажется, что когда по поводу процессов, проходящих в СССР, среди части западно-европейской и американской интеллигенции начинаются различные сомнения и шатания 1, то они, в первую очередь, происходят из-за того, что эта публика не понимает того коренного отличия, что в нашей стране противник, враг, в то же самое время имеет это раздвоенное, двойственное сознание. И мне кажется, что это нужно в первую очередь понять.

<…> Часто объясняют раскаяние различными, совершенно вздорными вещами вроде тибетских порошков и так далее. Я про себя скажу, что в тюрьме, в которой я просидел около года, я работал, занимался, сохранил голову. Это есть фактическое опровержение всех небылиц и вздорных контрреволюционных россказней.

Говорят о гипнозе. Но я на суде, на процессе вел и юридически свою защиту, ориентировался на месте, полемизировал с государственным обвинителем, и всякий, даже не особенно опытный человек в соответствующих отделах медицины, должен будет признать, что такого гипноза вообще не может быть.

Очень часто объясняют эти раскаяния достоевщиной, специфическими свойствами души (так называемый 1'âme slave 2), что можно сказать о типах вроде Алеши Карамазова, героев "Идиота" и других персонажей Достоевского, которые готовы выйти на площадь и кричать: "бейте меня, православные, я злодей".

Но здесь дело совершенно не в этом. В нашей стране так называемая 1'âme slave и психология героев Достоевского есть давно прошедшее время, плюсквамперфектум. Такие типы не существуют у нас, они существуют разве на задворках маленьких провинциальных флигельков, да вряд ли и там существуют. Наоборот, в Западной Европе имеет место такая психология.

Я буду говорить теперь о самом себе, о причинах своего раскаяния. Конечно, надо сказать, что и улики играют очень крупную роль. Я около 3 месяцев запирался. Потом я стал давать показания. Почему? Причина этому заключалась в том, что в тюрьме я переоценил все свое прошлое. Ибо, когда спрашиваешь себя: если ты умрешь, во имя чего ты умрешь? И тогда представляется вдруг с поразительной яркостью абсолютно черная пустота. Нет ничего, во имя чего нужно было бы умирать, если бы захотел умереть, не раскаявшись. И, наоборот, все то положительное, что в Советском Союзе сверкает, все это приобретает другие размеры в сознании человека. Это меня в конце концов разоружило окончательно, побудило склонить свои колени перед партией и страной. И когда спрашиваешь себя: ну, хорошо, ты не умрешь; если ты каким-нибудь чудом останешься жить, то опять-таки для чего? Изолированный от всех, враг народа, в положении нечеловеческом, в полной изоляции от всего, что составляет суть жизни... И тотчас же на этот вопрос получается тот же ответ. И в такие моменты, граждане судьи, все личное, вся личная накипь, остатки озлобления, самолюбия и целый ряд других вещей, они снимаются, они исчезают. А когда еще до тебя доходят отзвуки широкой международной борьбы, то все это в совокупности делает свое дело, и получается полная внутренняя моральная победа СССР над своими коленопреклоненными противниками.

<…> Чудовищность моих преступлений безмерна, особенно на новом этапе борьбы СССР. Пусть этот процесс будет последним тягчайшим уроком, и пусть всем будет видна великая мощь СССР, пусть всем будет видно, что контрреволюционный тезис о национальной ограниченности СССР повис в воздухе как жалкая тряпка. Всем видно мудрое руководство страной, которое обеспечено Сталиным.

С этим сознанием я жду приговора. Дело не в личных переживаниях раскаявшегося врага, а в расцвете СССР, в его международном значении.


http://www.hrono.ru/dokum/1938buharin/vec12-5-38.html

(Проект: Хронос)

http://www.idf.ru/7/1.shtml

(Альманах "Россия. XX век. Документы)

1 По поводу процессов… начинаются различные сомнения и шатания – Многие зарубежные наблюдатели ставили под сомнение достоверность признаний подсудимых на открытых политических судебных процессах 30-х годов.

2 Славянская душа (фр.).




Похожие:

Задача Последнее слово Бухарина iconВ. Г. Чертков
В этой книге довольно часто употребляется слово «Бог». Для большинства русских читателей слово это понятно и естественно. Но в последнее...
Задача Последнее слово Бухарина iconЗадача 1 63 задача 2 66 задача 3 69 задача 4 72 задача 5 76 задача 6 82 задача 7 87 задача 8 93 задача 9 95 Задача10 96 Прежде, чем вести бухгалтерский учет, необходимо: Заполнить «Справочники выбрать мышкой верхнее меню «Справочник»
Ввести сведения об организации и выполнить настройки (выбрать мышкой верхнее меню Сервис )
Задача Последнее слово Бухарина iconРазвлекая поучать
«скорой помощи», — то вспомнился текст, напечатанный на афише концерта — «Лайт-шоу» (по-русски — «представление со светом» — «светопредставление»),...
Задача Последнее слово Бухарина iconЛабораторная работа «Работа с текстовыми фрагментами без помощи мыши»
Скопируйте последнее слово получившегося текста и вставьте его в начало текста один раз
Задача Последнее слово Бухарина iconПрения сторон и последнее слово подсудимого по делу Иванова А. В
Показания потерпевшего подтвердил и свидетель Белолугов, которому об обстоятельствах стало известно со слов сына. Кроме того, свидетель...
Задача Последнее слово Бухарина iconСлово – не звук пустой давненько сказано: «В начале было Слово…»
Было-то оно было, но потом некие душевнораздвоенные люди узрели в слове двойственность значений и туманность смысла, и стали слово...
Задача Последнее слово Бухарина iconК. бессер зигмунд
В начале было Слово, и Слово было у Бога, и Слово было Бог (Евангелие от Иоанна, 1: 1)
Задача Последнее слово Бухарина iconОсновы вероучения неосалафитской (ваххабитской) школы в исламе Айдын Ализаде в последнее время
В последнее время (осень 2007 г. – Ред.) поступают сообщения об активизации радикальных религиозных групп в Азербайджане в связи...
Задача Последнее слово Бухарина iconКонспект: объявление. Мудрейшая из линий. Поэма
Я просто списываю — слово в слово — то, что сегодня напечатано в Государственной Газете
Задача Последнее слово Бухарина iconЧто означает слово?  Толковать библейское выражение «в начале было слово»
Толковать библейское выражение «в начале было слово» пытались многие. Наиболее убедительным мне показалось в своё время толкование...
Разместите кнопку на своём сайте:
Документы


База данных защищена авторским правом ©podelise.ru 2000-2014
При копировании материала обязательно указание активной ссылки открытой для индексации.
обратиться к администрации
Документы

Разработка сайта — Веб студия Адаманов