История одного клипа icon

История одного клипа



НазваниеИстория одного клипа
Дата конвертации17.07.2012
Размер177.7 Kb.
ТипДокументы



ГЛАВА 12

ИСТОРИЯ ОДНОГО КЛИПА


Надеюсь, читатель еще помнит мой нашумевший клип «Марина». Он посвящен Марине Якубовской — очаровательной женщине и жене моего товарища.

Я познакомился с ней много лет назад в Нью-Йор­ке, еще когда работал в «Парадайсе». Хорошо пом­ню тот день. Леонид Краснер, из Торонто, привел Марину в наш ресторан отмечать день рождения:

— Вот, Миша, познакомься. Это моя дочка

Было ей тогда лет пятнадцать. Она смотрела на меня как на взрослого дядю, что поет песни, кото­рые очень нравятся ее папе. Наверное, мы все-таки понравились друг другу, потому что сразу начали бол­тать так, как будто я ее ровесник, а она немножко старше, чем есть на самом деле.

Потом Краснеры уехали, но, поскольку я часто бы­вал в Торонто с гастролями, то мы так или иначе виделись, потому что круг наших знакомых был об­щим. Сразу оговорюсь: никакого романа у нас не бы­ло, мы — просто хорошие приятели, и если клип на что-то намекает, то все это исключительно по при­чине сюжетной задумки и в целях коммерческой ре­кламы. Может быть, я бы и влюбился в Марину, по­тому что она очень красива, но, во-первых, она


замужем за моим товарищем, а во-вторых, я уже люб­лю одну жену — свою!

Молодая, яркая женщина, Марина живет интерес­ной и насыщенной жизнью. Она была фотомоделью, работала манекенщицей в одной известной американ­ской фирме, ее стихия — шоу-бизнес.

Несколько лет назад Марина вышла замуж за Ди­му Якубовского. Встреча у них получилась ориги­нальной. Марине сказали, что с ней хочет познако­миться один парень, приехавший из Москвы,— человек интересный и обеспеченный. Марина — мо­лодая, свободная девушка, почему не познакомиться. Она дала согласие.

Дима позвонил и предложил увидеться. Марина сна­чала не хотела встречаться на улице, без предвари­тельного, так сказать, визуального знакомства.

  • А если мы не понравимся друг другу? — спро­
    сила она.

  • Если не понравимся, тогда ты сразу пойдешь
    домой, а я уеду.

  • Ну хорошо, подъезжай к шести вечера к наше­
    му дому. Я выйду минут на десять.

— Я плохо знаю город, но постараюсь не опоздать.
Дима подъехал на «Мерседесе». Она вышла, с мину­
ту постояла, внимательно изучая его, потом сказала:

  • Ну-ка, подвинься. Я сама поведу машину. Я не
    могу доверить себя человеку, который не знает го-

рода.

Дима попросил отвезти их в любой ресторан на ее выбор. Он устроил ей красивый ужин, и так нача­лась у них любовь.

В 91-м году мне позвонил Фима Сицкер из Торон­то и сказал, что Дима с Мариной устраивают гран­диозное Рождество, приглашают друзей — всего че­ловек восемьдесят из разных стран. Будет много артистов.
Из России должны приехать Слава Добры­нин, Лева Лещенко и пародист Михаил Грушевский,


а из Лос-Анджелеса они хотят увидеть меня и Лю­бу Успенскую. Празднование состоится в пригороде Торонто, в горном отеле, который Дима арендовал специально для этой цели. Всем будут предоставле­ны отдельные комнаты и оплачена дорога.

К этой поездке я приурочил свои очередные га­строли и, проехав по маршруту Миллуоки — Клив­ленд — Детройт — Бостон, прибыл в Торонто, где накануне Рождества тоже дал концерт. На Западе так принято: если ты едешь выступать, то сам себе бе­решь гостиницу и заказываешь билеты — проблем с этим нет, даже выходить не требуется, все можно сделать в течение пяти минут по телефону.

Я поселился в гостинице, уже зная, что ка следу­ющий день прилетают Добрынин и Лещенко — мои хорошие товарищи. Специально для них я заказал у Арнольда Пармида лимузин, поскольку стояли силь­ные морозы, а для гостей был выделен небольшой автобус. И когда с трапа самолета сошли Слава и Лева, я устроил своим друзьям небольшой сюрприз, пригласив их ехать вместе со мной.

ртель в горах в действительности представлял со­бой огромное поместье, где для гостей были приго­товлены сани, запряженные тройками. Комнаты бы­ли роскошно обставлены и почти все с каминами.

Мы приехали днем, получили расписание програм­мы, пообедали, и каждый был волен распоряжаться собой до вечера —- либо прогуливаться в окрестно­стях, либо кататься на тройках. А в ночь на двад­цать пятое по полной боевой программе мы должны были все вместе отмечать Рождество,

В поместье имелся большой зал ресторанного ти­па, там было установлено десять-двенадцать круглых столов на восемь мест каждый. На столах цветы, хру­сталь, изысканные закуски.

В восемь вечера началось мероприятие. Появился сам Якубовский, которого я раньше никогда не ви-


дел. Марина подвела меня к нему. Оказывается, Ди­ма прекрасно знал и любил песни, которые я испол­няю. Некоторые помнил даже наизусть. Мы пообща­лись, обменялись комплиментами, потом я ушел петь. Исполнил пару-тройку вещей, спели понемножку и другие. Народ веселился и танцевал.

Интересно, что вся эта гулянка попала каким-то образом на видеопленку, и потом, когда возник кон­фликт Якубовского с Руцким, по телевидению пока­зали сию запись как компромат на Якубовского, де­скать, вот он, капиталист, как гуляет, смотрите, что за публика приезжает к нему отдохнуть...

Так состоялось мое знакомство с Димой. Марина прекрасно заняла роль жены богатого человека, по­тому что женщина она шикарная и умеет себя пре­поднести. Семья у них получилась действительно кра­сивая.

Следующая наша встреча с Мариной произошла в августе 92-го года, когда она пригласила меня на день рождения своей дочери Оливии. Праздник уст­роили на свежем воздухе. Во дворе у них имелись два теннисных корта, на которых расставили шатры, украсили пейзаж скульптурами, играл оркестр, я пел, все были очень довольны. Дима блистательно отсут­ствовал, он находился в России, что называется, по делам государственным. Но позже, когда я бывал на­ездами в Торонто, мы с ним встречались, и отноше­ния у нас установились очень хорошие.

Первого сентября 93-го года я приехал на гастро­ли в Россию. Сижу в Москве, вдруг у меня в номе­ре раздается телефонный звонок. Поднимаю трубку и слышу голос Димы:

  • Миша, привет. У меня пятого сентября день ро­
    ждения. Соберутся ребята. Я никого ниоткуда не хо­
    чу приглашать, но тебя очень прошу приехать.

  • Куда приехать? Ты где?

  • В Торонто. Хочу, чтобы мы отметили мой день
    в тесной компании, чтобы ты попел немного.



Я даже растерялся от такого предложения.

  • Дима, ты меня знаешь, для тебя я всегда с удо­
    вольствием. Но у меня два концерта в Киеве — пя­
    того и шестого. За срыв я должен буду платить не­
    устойку. И потом я просто не смогу так быстро
    прибыть. Пока билеты, то да се...

  • Миша, все твои финансовые проблемы мы ре­
    шим, на этот счет не волнуйся. Я тебя очень про­
    шу, приезжай.

Что делать? Пришлось отменять концерты и пере­носить их на более поздний срок, что, как правило, я делаю крайне редко.

На следующий день приходит ко мне в гостиницу человек и приносит билеты первого класса на рейс компании «Люфтганза» Москва — Торонто и обрат­но. Проблем не было и дальше. За мной заехал ли­музин, отвезли в Шереметьево, без всякого таможен­ного контроля провели через «ви аи пк» (проход для «особо важных персон») и посадили в самолет.

В аэропорту Торонто меня ждал знаменитый синий «Роллс-ройс»' Якубовского. Номер был забронирован в одной из центральных гостиниц. Однако я попро­сил шофера отвезти меня в отель «Шератон» — там я обычно останавливаюсь, когда приезжаю в Канаду. «Шератон» расположен в Бастлтоне — районе с боль­шим скоплением русскоязычного населения, и там у меня много знакомых.

В семь вечера начиналось пати у Якубовского. Я умылся, переоделся и едва успел к назначенному вре­мени. Дима меня ждал, встретил тепло, искренне об­радовался, что я все-таки приехал.

Народу у него собралось много, но знакомых не было. Никто меня не заставлял, я пел по настрое­нию и, как говорится, в свое удовольствие. Народ ве­селился, на террасе танцевали пары. Словом, вечер удался.


Часа в два ночи, после окончания па'ти, Дима при­гласил меня в свой офис — просторный кабинет, сте­ны которого были украшены дорогим старинным ору­жием.

  • Миша, спасибо, что ты приехал. А теперь ска­
    жи: сколько нужно, чтобы компенсировать твои про­
    блемы с Киевом. И кроме того, ты сегодня пел. Всем
    очень понравилось.

  • Дима, лично мне ничего не нужно.

  • Давай только без ложной скромности.

  • Ну хорошо. Поднятие занавеса в Киеве стоит
    устроителям три тысячи долларов. За перенос двух
    концертов мне придется выложить шесть тысяч.

Дима открыл сейф размером в человеческий рост и достал пачку денег.

— Я думаю, эта сумма покроет твои расходы.

В самолете я пересчитал — в пачке было намно­го больше объявленной суммы.

Вся эпопея заняла двое суток. Но в Москву я вер­нулся совершенно больной. Дело в том, что в тот ве­чер я иногда пел на террасе, где танцевали гости, дверь была открыта, и меня страшно просквозило.

Каши встречи становились все чаще, особенно ко­гда я подолгу выступал в России. Иногда я бывал у Димы в Жуковке — он жил на бывшей даче Пред­седателя КГБ Крючкова, в большом красивом доме, окруженном забором, и там у него была баня, доб­рый десяток машин-иномарок, вооруженная охрана. Однажды перед моим отъездом в Лос-Анджелес он мне говорит:

— Знаешь, у Маши будет день рождения, а я, на­
верное, не смогу быть. Если смогу, то прилечу, но,
скорее всего, что нет. А тебя прошу, придумай что-
нибудь оригинальное, поздравь ее. Ей будет приятно.

Они в Торонто будто сговорились — первого ав­густа у них аж три знаменательных даты: день ро­ждения Марины, день рождения ее дочери Оливии,


ко всему прочему, в этот день женился младший брат Димы. Все события объединялись в один праздник.

Я прилетел в Лос-Анджелес, безмятежно провожу время с семьей, а меня нет-нет да и терзает вопрос: чем удивить Марину? Ее вообще трудно чем-либо удивить. Тут ко мне приехал из Хьюстона ненадол­го прилетевший в Америку композитор Саша Моро­зов. Набраться вдохновения, пописать музыку, а боль­ше — отдохнуть.

Едем мы в машине ко мне домой, я даю в руки Морозову радиотелефон:

  • Давай звони Резнику. Все равно тебе надо бу­
    дет с ним общаться, вы же старинные партнеры.

  • А он здесь?

  • Здесь. Но я с ним не вижусь, просто нет вре­
    мени.

  • А как звонить?

  • Вот номер.

Сам я с Резником с момента нашей первой встре­чи на открытии «Арбата» действительно ни разу так и не виделся. Помимо всего прочего, я не испыты­вал в этом особой необходимости, поскольку и у Рез­ника ее тоже не было.

Морозов тут же набрал номер, ответил сам Рез­ник. Все тот же барственный баритон. Поздоровались, удивились, обменялись какими-то фразами, Саша го­ворит ему:

— Я тут для Миши Шуфутинского* пишу кое-что.
Получается несколько хороших песен. Может быть,
ты какие-то стихи сделаешь? Если, конечно, не очень
занят?

И я слышу ответ Резника:

— Так у него, наверное, нет денег, чтобы дорого
заплатить за мои стихи...

Он не знал, что разговор идет из машины. Я взял трубку.

— Илюша, привет. Это Миша Шуфутинский. Я
понимаю, что нет такой суммы, которая способна удо-


влетворить твой творческий аппетит, но тем не ме­нее дело не в деньгах. Ты мне скажи, почему так происходит: ты два года живешь в Лос-Анджелесе, и мы с тобой не общаемся, вроде как ты на меня за что-то обижен. Может, потому, что я единственный из всех певцов, кто не заказал тебе ни одной пес­ни? Ну, ты извини тогда.

  • Миша, что ты, я ничего не имею в виду...

  • Ладно. Тогда давай договоримся. Мы направля­
    емся ко мне домой, приезжай и ты. Прямо сейчас.
    Есть идея.

Когда мы подъехали к дому, Резник уже ждал нас. Собрались втроем, выпили по рюмке. Я говорю:

— Ребята, выручайте. Мне к Марине Якубовской
ехать скоро. Давайте песню придумаем. Хочу спеть
ей от имени Димы. Что-нибудь на тему: «Марина...
синьорина...»

Саша сел за рояль, наиграл мелодию. Резник мо­ментально выдал слова припева — я просто поразил­ся его мастерству импровизации;

Прекрасная синьора, синьорина, Ты как надежда мне всегда нужна, Ты для меня, Мариночка, Марина, Любовница, невеста и жена.

Я понимал, что это, быть может, не очень высо­кий стиль, но чувствовал, что последняя фраза ля­жет на сердце всем.

Через день Резник принес мне полный текст песни:

Который год я по земле скитаюсь,

Но образ твой летит за мной.

И каждый раз к тебе я возвращаюсь,

К тебе одной.

Прекрасная синьора, синьорина,

Ты как надежда мне всегда нужна,


Ты для меня, Мариночка, Марина,

Любовница, невеста и жена.

Твой взгляд, такой таинственный и кроткий,

Все изменил в моей судьбе,

И я сажусь на рейс Москва — Торонто,

Лечу к тебе, бегу к тебе, спешу к тебе...

  • Прекрасные слова, Илюша. Сколько я тебе дол­
    жен?

  • Пустяки, Тысячу долларов.

Настроение сразу померкло. Нет, я отдавал себе отчет, что Илья Резник — далеко не последний по­эт-песенник в России, но, во-первых, мы находились в другой стране, а, во-вторых, все крутые авторы брали по пятьсот.

Торговаться я не любитель, но в данном случае по­пытался что-то ему объяснить:

— Илья, может, это для меня и не смертельные
деньги, и эта песня мне принесет больше, а если и
не принесет, то будет удовольствие, что она на твои
стихи. Но, согласись, удовольствие дорогое, и я не хо­
чу
здесь фраером быть. Давай так. Ты говоришь —
тысяча, я — пятьсот. Может быть, сойдемся на се­
мистах пятидесяти?

Он легко согласился, но видно было, что обиделся. Я отсчитал семьсот пятьдесят баксов.

— Поверь, ты можешь обижаться или не обижать­
ся, но эти деньги мне так же, как и тебе, тяжело
достаются. ,

Я сразу записал песню в студии, без особых тон­костей, ибо предназначалась она не для широкой пуб­лики, не для показа где-то на радио и ТВ, а явля­лась скромным подарком для девушки, которая мне нравилась, но была женой моего товарища. Между прочим, есть такая шутка: «Девушка моего товари­ща — для меня не девушка, но, если она мне нра-


вится, он мне не товарищ». В данном случае Дима — товарищ, хотя она мне и нравится.

Поехал я в Торонто, взял с собой жену и Дэвида. А всего приглашенных было человек сто тридцать— сто пятьдесят. Под свои торжества Краснеры арендо­вали целый корабль. Это происходило на озере Он­тарио. И под вечер, когда мы отчалили и вышли на водный простор, вид Торонто в лучах заходящего солнца был поистине незабываем.

Марине очень понравился Дэзид. Она призналась мне:

— Я просто влюблена в твоего сына.

Может быть, она шутила, но сделала сыну во все­услышание такой комплимент, что он сразу стал ду­шой компании. И поразил в канадской эмиграции всех девчонок на выданье, но он — серьезный па­рень и даже не обратил на это внимания, и потом у него тогда была девушка — китаянка, с которой он встречался и в которую, кажется, был влюблен.

Вечер проходил очень хорошо. Я выщел на эстра­ду и объявил, что по уважительным причинам Дима сегодня присутствовать не может, но он хочет позд­равить Марину и попросил меня сделать это. И я ис­полнил песню. Номер произвел такое впечатление, что пришлось повторять. Марина была просто по­трясена, даже расплакалась, потому что там от Ди­мы — как бы: «Ты для меня, Мариночка, Марина, любовница, невеста и жена».

На другой день торонтское русское радио, переда­вая новости о событиях дня, сообщило, что вчера у Краснероз состоялся грандиозный семейный праздник, на котором певец Михаил Шуфутинскии впервые ис­полнил новую песню «Марина», посвященную супру­ге Дмитрия Якубовского, И потом прокрутили запись.

Приехал я в Москву, а Дима уже в курсе дела. Ему и Марина звонила, и даже кассету уже переда­ли. Он ее послушал и, что называется, поймал кайф.


Через несколько дней прилетает сама Марина, мы си­дим втроем на даче в Жуковке, попиваем шампан­ское. Дима мечтает:

  • Эх, если бы эту песню по телевидению как-то
    прокрутить, вот бы интересно было!

  • Так надо просто клип снять,— предлагаю я.

  • Клип? Да, это годится. Это как раз то, что

Марина тоже загорелась этой идеей, но на свой лад:

  • Дима, мне скучно в Торонто, нечего делать, я
    хочу сниматься в кино.

  • Лисенок, считай, ты это уже имеешь. Миша, го­
    товь клип.

  • Есть!

Был уже час ночи, но я позвонил Борису Круто-голову. Объяснил, в чем суть дела.

— Хорошо, займемся,— ответил он.— Завтра пе­
редайте мне кассету с песней.

А Дима держал параллельную трубку:

— Не завтра, а сейчас. Давайте адрес. Так... Так..г
Ждите.

Он позвонил в колокольчик. Как в старые добрые времена, как в лучших домах, вошел адъютант.

  • Почему сразу не являетесь на звонок?

  • Дмитрий Олегович, мы думали...

  • Вам здесь думать не надо. Ваше дело испол­
    нять. Кассету срочно по этому адресу. «Мерседес»,
    двух автоматчиков, машину сопровождения. Через час
    доложить.

Вот так, уважаемый читатель, начинал готовиться всем известный теперь клип «Марина». А мне тогда было интересно наблюдать, как Дима обращался со своими подчиненными. Он выбирал надежных людей, платил им хорошие деньги, но требовал, чтобы его команды выполнялись немедленно и точно. Это был стиль его работы.


Отвезли кассету Крутоголову. На следующий день я должен был отправляться на гастроли, но до отъ­езда мне успели сообщить, что клип будет снимать Сергей Кальварский, и обещали дать «эстимейт» — расчет примерной стоимости съемок.

—Серега сделает этот клип хорошо,— уверил ме­
ня Крутоголов.

Сергей Кальварский — продюсер и режиссер, сын известного композитора, владелец студии «Арт пик-черс» при Ленфильме.

Я говорю Якубовскому;

—Дима, я уезжаю. Марина остается. Пусть она
через «АРС» свяжется с Кальварским и уточнит, что

и как.

— Вы только меня не трогайте, нет времени этим
заниматься. Делайте сами, как знаете,— ответил
Якубовский. В общем, Марина дозвонилась до Калъварского и объяснила, что ей хотелось, чтобы клип был не толь­ко про любовь, но и с каким-то вторым планом. Она находилась тогда под сильным впечатлением от французского фильма «Никита» — про девушку, ко­торая имела вторую, тайную жизнь.

При встрече Кальварский спросил:

  • Миша, ты не возражаешь против такой трак­
    товки?

  • Сережа, я тебе доверяю на сто процентов. Идея
    хорошая, постарайся воплотить ее в жизнь.

  • Ладно, тогда ты выступишь в роли литератора,
    который пишет всю эту историю.

Так он и сделал. Клип демонстрировали пятьдесят раз за полтора месяца — рекордное количество. Те­перь его знает вся страна.

Я никогда не вникал в подробности дел Якубов­ского, но для меня он всегда был другом и старался мне как-то помочь. Однажды у нас состоялся, к при­меру, такой диалог:

  • Миша, ты куда летишь?

  • Да вот у меня концерт в Тудымкаре-Задрипай-
    ском.

— Ну и сколько тебе там заплатят?
Я назвал цифру.

  • Слушай, ну зачем тебе все это надо? С твоим
    именем можно существовать проще. Давай я тебе ка­
    кой-нибудь бизнес организую — будешь только по­
    лучать деньги справа и слева, без всяких осложнений.

  • Дима, это не моя специальность. Я делаю то,
    что мне нравится.

Действительно, я давно мог бы заняться чем-ни­будь другим и получать за это большие деньги. Но я музыкант и только в этом вижу свое предназначе­ние. И я не хочу никакого другого бизнеса. Я вообще считаю, что каждый должен заниматься своим делом.

Иной раз Дима просил у меня совета в делах, в которых я совершенно не разбираюсь. Но, в зависи­мости от ситуации, я излагал ему свою точку зре­ния. У него огромные связи — с армией, прокурату­рой, МВД. Он участвовал в разоблачении каких-то махинаций в Западной группе войск. И наверное, Якубовский — по мнению тех, кто сильнее,— слиш­ком много знал. Поэтому его арестовали.

Этот день — 20 декабря — был для четы Якубов­ских знаменательным. Дима с Мариной поехали в юридическую академию: назавтра он должен был за­щищать диссертацию. Внезапно машину остановили. Предъявивший удостоверение настоятельно попросил Якубовского выйти из машины. Конечно, Дима не тот человек, который позволит себе путешествовать по Москве без охраны. Подскочившим охранникам он приказал: «Расслабьтесь!» Якубовского пересадили в машину охраны. Как свидетельствует Марина, на просьбу охранника отвезти жену патрона в гостини­цу компетентный товарищ ответил отказом: «Нет, мы будем двигаться за Якубовским и полковником». Вый-


ти из машины Марине не позволили. Через три ча­са ока попросилась пройти в туалет. Вместе с сопро­вождающим она направилась в желтое здание (пред­положительно ГУОП на Садово-Самотечной). И тут, говорит Марина, ей удалось увидеть Диму. Держал­ся он совершенно спокойно. После обыска в автомо­билях Якубовского и охраны, сопровождавшегося съемкой на кинокамеру, Марину отвезли в отель «Ме­трополь» — постоянную резиденцию и офис Якубов­ского. Неизвестно, был ли ордер на обыск.

А в это время Якубовского самолетом препроводи­ли в Санкт-Петербург. «Любезные» товарищи (вре­мена меняются) попросили собрать белье, теплые ве­щи, а также туалетные принадлежности, Охранники были арестованы, и Марина вместе с приятелем от­правилась в Санкт-Петербург передать «сидорок» лич­но. Здесь она столкнулась с прозой российской дей­ствительности. Самолета не было, а в поезде их чуть не ограбили. Марине удалось получить свидание. Дмитрия поместили скачала в двухместную камеру СИЗО Петербургского ГУВД.

Когда я прибыл в Санкт-Петербург с концертами, мой директор Наташа обратилась к следователю с просьбой о свидании с Якубовским. Следователь от­реагировал весьма своеобразно:

— Конечно, я знаю Шуфутинского. Если он же­
лает дать показания, пусть явится к нам.

Наташа спокойно ответила:

— Знаете, он может дать вам показания только в
присутствии консула Соединенных Штатов и при ус­
ловии, если захочет. Так что на это вы не рассчи-тывайте.

Встречаться с Якубовским не разрешали никому. Его адвокат Генрих Падва сказал мне, что положе­ние серьезное. Санкцию на задержание продлили до шести месяцев. Диме инкриминируют участие в кра­же каких-то уникальных рукописей VI—XVIII веков,


общий вес которых около ста килограммов, а стра­ховая стоимость 100—300 миллионов долларов. Но официального обвинения Якубовскому, кажется, так и не предъявили. И потом, уже нашли тех людей, которые украли,— в Израиле. Получается, что Дима никакого отношения к этому не имеет. Тем не ме­нее его содержат в заключении. Сейчас он сидит уже в общей камере площадью девять квадратных мет­ров, где находятся еще двенадцать человгк. Тут же параша, горячей воды нет, холодная — иногда. Един­ственное, что он потребовал,— это мои кассеты, он их там слушает. Сильно похудел, сброс.

Интересно, что у простых людей он пользуется ав­торитетом. На концерте в Питере мне прислали за­писку: «Почему вы так коротко подстригли волосы?» Я сначала попробовал пошутить:

— Одна девушка сказала, что если я подстригусь
коротко, то вот тогда-а...

Они посмеялись, а я сменил тему:

— Я подстригся, можно сказать, в знак протеста.
Потому что арестовали моего товарища — человека
невиновного.

А почему бы и нет? Если бы это помогло, я бы всю жизнь ходил бритым. И буду так ходить, пока его не выпустят. (Я не знал тогда, что ходить бритым пришлось бы много лет.) Зрители, конечно, догада­лись, какого товарища я имел в виду, хотя фамилия не называлась. Они начали аплодировать, кто-то с места крикнул:

— Может, нам всем подстричься?

Теперь я на всех концертах, без всяких записок, объясняю, почему я подстригся, опять же не произ­нося вслух фамилии Димы. Но, оказывается, все всё знают, и в зале мое сообщение вызывает только одобрение.

Посмотрим, что будет дальше. Общая камера — симптом тревожный. Когда адвокат поинтересовался


у Якубовского, не заявить ли протест по поводу по­мещения его в общую камеру, Дима сказал:

— Ничего не надо. Я буду как все. Но потом я с ними рассчитаюсь.

Если бы «они» хотели его убить, сделали бы это давно. Я думаю, в худшем случае просто выдворят из страны. Конечно, Якубовский мог жить в Канаде и не возвращаться в Россию. У него особняк в То­ронто, есть квартира в Париже. Ну и что? Он не мо­жет жить без этой страны. И он, если позволитель­но так выразиться, есть произведение тоталитаризма: военный юрист, закончил академию, должен был ге­нерала получить.

Кому-то Якубовский стал поперек горла. Может быть, все «золото партии» хотят на него списать?

Марине очень плохо сейчас. Она и раньше пере­живала, что они редко видятся с мужем: она — в Канаде, он — в России. Иногда Дима даже мрачно шутил: «Надо Машке любовника нанять, что ли, а то она меня совсем не видит», А теперь вот тюрьма.

Люди, добившиеся успеха в жизни, как правило, могут расположить к себе других. И Дима из таких. Он умеет расположить к себе людей, умеет собрать единомышленников, друзей.

И я думаю, что он скоро выйдет.




Похожие:

История одного клипа iconМ. Е. Салтыков-Щедрин. «История одного города»

История одного клипа iconДокументы
1. /История одного вампира.doc
История одного клипа iconВсероссийская научно-практическая конференция «Символы России: история и современность»
Васильевича Александрова автора музыки Государственного гимна Российской Федерации, одного из главных символов государства в городе...
История одного клипа iconЭмигрантская литература 1927-1939 годов
Комплекс жены Лота – обернувшись назад застывают. Иван Бунин: о старом и по старому. Воспоминание или забвение? – Марина Цветаева...
История одного клипа iconИстория в тесты включены вопросы по курсам: Всеобщая история и История России. Всеобщая история. Новое время 15-18 века
Российское государство во времена Ивана Грозного. Реформы Избранной рады. Опричнина. Внешняя политика
История одного клипа iconМоу сош №8 история хлеба цель
Каждый класс готовит блюдо из одного овоща (сочетая их с другими, но у каждого основной). По 1 представителю от класса в костюме...
История одного клипа iconСочинение эссе «Наша память хранит имена»
Я каждый год бываю в прекраснейшем городе на Неве – Санкт-Петербурге. Каждая улица, каждый мостик, переулок, дом целая история. История...
История одного клипа iconИсследовательская работа по направлению «Военная история» на тему «По следам одного письма, фотографии, документов »
Исследование и обработка музейных экспонатов: семейные письма, фотография, поздравительные открытки / Сбор материалов для школьного...
История одного клипа iconИстория в работу включены следующие темы: Всеобщая история. Новое время 15-18 века
История; Первобытный мир; История древнего мира; Средние века; Новое, новейшее время
История одного клипа icon«Лекции по философии истории» (фрагменты Введения)
Для выяснения того, что такое философская всемирная история, я считаю необходимым прежде всего рассмотреть другие формы историографии....
Разместите кнопку на своём сайте:
Документы


База данных защищена авторским правом ©podelise.ru 2000-2014
При копировании материала обязательно указание активной ссылки открытой для индексации.
обратиться к администрации
Документы

Разработка сайта — Веб студия Адаманов