1972 отдавали молоду icon

1972 отдавали молоду



Название1972 отдавали молоду
Дата конвертации17.07.2012
Размер102.31 Kb.
ТипДокументы



1972 ОТДАВАЛИ МОЛОДУ


Жаль было расставаться с Валерой, но армия есть армия... Кто-то посо­ветовал: возьмите Антошку! 15-летний Сергей Антонов, «мальчик-струйка», как мы окрестили его с Каплуном, сразу произвел хорошее впечатление. Был он высокого роста, но худенький — 58 кг. Особое удивление вызывали пальцы рук. Они были настолько длинные, что часто, на спор, обхватив пя­тернёй гриф гитары, мог при этом сделать фигушку! В то время он играл в оркестре Олега Тергалинского и брал такие замысловатые аккорды, что мы диву давались!

К февралю мы опять стали «железнодорожниками». На этот раз вместо ушедшей на пенсию Ривы Яковлевны заступил Марк Борисович Каминс­кий, бывший директор дворца трубопрокатчиков, который просто «ута­щил» нас за собой.

Этот год я очень хорошо запомнил. Наверное, назову его самым счаст­ливым в моей творческой судьбе, хотя он был и самым скандальным...

...В марте наш дворец принимал гостей со всего Советского Союза — со­стоялся семинар худруков-железнодорожников, И каким-то ветром занесло сюда латыша Ветру (прямо каламбур!). После нашего выступления на этом семинаре к нам подошел Язеп Янович из Лиепаи и говорит: «У вас очень классная группа, хотите к нам, в Латвию? У нас в августе состоится круп­ный фестиваль, посвященный 50-летию образования СССР». У меня аж го­лова закружилась! Прибалтика — это же почти заграница! «Конечно!» — по­чти заорали все...

Ветра оказался по-западному пунктуален: ровно через месяц на столе у Каминского лежало приглашение. Для меня это событие стало эмоциональ­ным всплеском. Как сейчас помню: сижу я на бабушкином сундуке в мами-




1972 г.


ной комнате с баяном и двое суток не выхожу на улицу — так меня увлекла работа над русской народной песней «Отдавали мол оду!» Чтобы подчерк­нуть ее величие, даже назвал так: «Парафраз на тему русской народной песни «Отдавали молоду». Пожалуй, это лучшее, что я создал в стиле фолк-рока, где выплеснул все эмоции: здесь было все — и трагическое, и смеш­ное, и сдержанная классика, и хулиганство на сцене, словом, моя малень­кая симфония на народную тему. С тональностью вообще вышел казус. Об­работка написана в ля-бемоль миноре, в которой, как известно, семь бемолей (!). Пианисты, например, ее терпеть не могут, от нее, как они го­ворят, бывает «рак пальцев». Шариков, пока разбирал, матерился, но учил... Но это не было моим каким-то трюкачеством, просто я убежден, что каждая тональность для меня — это философская категория, которая имеет свою звуковую окраску! После записи этой композиции на пленку происхо­дили анекдотичные ситуации.
Некоторые меломаны, думая, что их магни­тофон крутит медленно, подкручивали скорость на аппарате, справедливо полагая, что, ну, не может быть у гитаристов такой тональности, наверное, все-таки ля-минор!

В результате самопальных записей песня звучала в ля-миноре, отчего мой сольный голос «буратинил», а в конце каплунское: «...ма-а-ли-и-на-а-а...» можно было сравнивать с голосом юного Робертино Лоретти!

Забегая вперед, хочу вспомнить любопытное мнение ныне известного композитора Андрея Мисина. Оказывается, он учился в Челябинском ме­динституте и готовился стать врачом, но... Именно композиция «Отдавали молоду» развернула его судьбу на 180 градусов, и он с головой окунулся в музыкальную стихию!

Постепенно мои аранжировки усложнялись и стало не хватать еще одно­го инструмента. Так появился шестой участник, однокашник Каплуна Воло­дя Киндинов, родом из Днепропетровска, хороший джазовый пианист. Благодаря Боре тот сразу получил кличку «золовэйко» за звонкий голос. Я даже сделал его солистом в шуточной украинской народной песне «Мары-ся». Все шло своим чередом, звучание шести музыкантов позволяло играть сложнейшую музыку. Как вдруг...

Концерт в парке им. Ю. Гагарина, проводы отрядов ССО на БАМ. Сере­дина лета на удивление была холодной. Выступление проходило на возду­хе, поэтому легкие концертные рубашечки решили не одевать, а остаться в своих теплых пиджачках. Концерт прошел, как всегда, здорово, но на сле­дующий день меня срочно вызвали «на ковер» к директору. Его первый вопрос меня обескуражил: «Почему вы вчера выступали босиком?» Я стал лепетать: «Как... что... кто это сказал?» — «Мне позвонили рабочие радиоза­вода...»

Надо сказать, к лету у Марка Борисовича накопилась куча неприятнос­тей с нашей группой — склоки следовали одна за другой. Он уже и не рад


был, что связался с нами. Мои аргументы он не принял, сказал, что нам уже не доверяет.

Каплей, переполнившей чашу терпения, явился злополучный концерт через неделю во дворце. На нем пара пьяных мужичков «завела» зал, что называется, с пол-оборота. К пятой песне шум стоял, как тогда в политех­ническом. Вдруг слышу, сбоку из-за кулис кто-то орет: «Немедленно зак­рыть занавес!» Занавес закрыли и на сцену выскочил Каминский, и при включенных микрофонах ничего не понимающий зал услышал: «Вот где свила гнездо антисоветская гидра!»

Концерт через полчаса после начала был сорван, и под милицейским кордоном недовольная публика покидала зал.

Утренние разборки в директорском кабинете поставили точку: «Я вас увольняю и никаких фестивалей!» Потом, после паузы, добавил: «Но даю вам последний шанс — пересмотрите дальнейшую жизнь и особенно репер­туар!» От последнего слова я впал в недоумение: репертуар как раз приоб­ретал гражданские черты, тем более, что занавес был закрыт во время ис­полнения моей «Баллады о памяти». Так два пьяных придурка, казалось, похоронили светлую мечту о Латвии. Приближался август, надо было что-то делать.

И здесь я хочу отдать должное моим коллегам, чья самоотверженность тогда спасла ситуацию. Немногие ансамбли могут похвастаться таким еди­нодушием. Видимо, для этого надо очень любить свое дело, иметь здоро­вый фанатизм, который рано или поздно победит! Может, это звучит па-фосно, но тогда от безысходности мы были готовы на все...

Лев Гуров, Сергей Антонов, Борис Каплун, Владимир Киндинов, Сергей Шариков и я — эта челябинская шестерка решается на отчаянный шаг: ехать во что бы то ни стало! Без аппаратуры, без инструментов, без костю­мов, просто чтоб заметили и спасли. Смотрим на карту: от Челябинска до границы со Швецией около 3000 км, добираться накладно. Чешская гитара «Торнадо» была когда-то куплена на общие деньги, ее решено было про­дать. Но 300 рублей едва хватало на дорогу, остальные пришлось доставать кто где мог. А самое главное, родным и близким было приказано — молчать!

И вот через трое суток — Латвия! Уже подъезжая к Риге, я разговорился с одним фаном, ехавшим на фестиваль. Нагнал он страху тогда сильно. Рас­сказал, что фестиваль европейского уровня, назвал больше десятка разных прибалтийских групп, сказав, что русским там «дышать-не видать»! Я как-то робко похвастался, что у нас много своего, на русском языке, пара класс­ных народных песен. Чувак как-то брезгливо на меня уставился: «Ну, мужи­ки, вам ничего не светит, даже не пытайтесь!» Я загрустил, но в душе что-то теплилось.

...Подходим к площадке, пульс учащается, еще за километр слышен стон баса... И вот вывеска: «Пут вейни! (вей, ветерок. — латыш.) Репетицион-


ный день, ворота открыты, входим. На сцене — груда аппарата, количество колонок шокирует! Какой-то человек с метлой нам что-то говорит на ла­тышском, но мы, не понимая, решаем: надо «ухиливать»! Я говорю ему: мы, мол, из Челябинска, хотели посмотреть... Потом смотрим друг на друга, и я узнаю: «Язеп Янович?» Вот это встреча! Он тоже узнает меня и через пол­минуты я — в оргкомитете. «Линнардс Муцинып» — отрекомендовался сим­патичный высокий очкарик — председатель. Потом достает какую-то бумагу и говорит: «А-ри-ель» — ви виступаете трэты дэн». Я уставился на него, ни­чего не понимая. Уже готовил жалобную речь. Оказалось, до той злополуч­ной ссоры наш босс выслал нашу заявку и забыл про нее. Создавалась инте­ресная ситуация: у нас не было командировки, но имели на руках бумагу с печатью и подписью Каминского. Узнав об этом, Линнардс нисколько не смутился: «Ну и что, у нас каждый второй так приехал. Аппаратура здесь общая, ваше дело — выступить». Еще один приятный сюрприз: ночлег тоже обеспечен, гостиница «Лива» за счет организаторов. А мы уже присматри­вали лавки на вокзале... Словом, фарт!

^ Латвийский конкурс «Янтарь Лиепаи-72». Главное сражение.


На ежегодный латвийский фестиваль «Янтарь Лиепаи» съезжалось ог­ромное количество оркестров, солистов и групп почти из всех союзных республик. Конкурс проходил по трем номинациям: джаз-оркестры, эстрад-






«Ариэлъ-72».

Стоят слева направо: В. Киндинов, С. Шариков, Б. Каплун, В. Ярушин.

^ Сидят: С. Антонов, Л. Гуров.

ные ансамбли и ансамбли биг-бита. Последняя номинация была самой пре­стижной. Термин «рок» в то время применялся, в основном, к рок-н-роль-ным командам, а более тяжелый стиль обзывали андеграундом.

Репетиции шли днем и ночью. Здесь мы тоже решили не «раскрывать карты». Порепетировали старые рок-н-рольные песенки, полагая, что нас здесь тоже не знают. Хотя кто-то из зала крикнул: «Лебедушку давай!» (при­чем с ударением на «у»).

Шел третий день конкурса. Когда объявили «Ариэль» как представителя Урала, примерно треть зала пошла покурить. Наше конкурсное выступле­ние состояло из разных песен, таких как: «Зимы и весны», «С песней по Уралу», «Баллада о памяти» — мои авторские, гуровская «Тишина», «Река несла дубок» — латышская народная песня как обязательная программа. Я сделал ее со скрипкой — публика визжала от восторга... К битловской сюи­те из «Монастырской дороги» зал уже был полон. Мы чувствовали какой-то


порыв, назревала сенсация! И вот главный момент — «Отдавали мол оду». Эта память, видимо, навсегда! Все эмоции передались публике, любое, ма­лое или большое соло, сопровождалось аплодисментами, в тихих местах стояла гробовая тишина. После оваций, выстроившись на авансцене, мы вкушали эти звуки зрительского шума и не верили, что это происходит на самом деле, а не во сне. Мокрые и счастливые, под удивленными взгляда­ми устроителей фестиваля мы покидали зал. Председатель жюри, знамени­тый Раймонд Паулс, после концерта пожал мне руку, и я был на вершине счастья!

На следующий день местная газета «Коммунист» вышла с шапкой: «Авто­ры самой большой сенсации — «Ариэль». И дальше: «Неужели большой приз покинет Прибалтику?» В гостинице «Лива» всю неделю стоял шум и гам. Все братались. Мы — с эстонским «Фиксом» из Тарту. Нас с Борей в «алкогольный оборот» взял латышский хохол Юра Бабенко. В общем, сказочная неделя завершилась не просто победой — триумфом! Мы получи­ли приз — деревянный кубок с янтарем «Малый янтарь» за победу в сво­ей категории. Большой присудили шикарному джаз-оркестру Тамошюнаса из Литвы. Вместе с призом нам вручили шесть подсолнухов, срубленных



под корень — дескать, тянитесь к солнцу!

Я долго добивался встречи с Рай­мондом Паулсом, и вот, наконец, мы сели в холле гостиницы, где рас­сказал ему о всех наших приключе­ниях. На что мэтр ответил: «Ниче­го, вот покажете приз, и все встанет на свои места!» Не встало...

...Вернулись в Челябинск перед началом занятий в институте. Как ни скрывали, что уехали, ничего не вышло. «Маяк» уже «растрезвонил» о нашей победе и поклонники на­клеили листовки радостного содер­жания на телефонные будки в цент­ре Челябинска.

Разговор с представителями влас­ти шел в русле 37-го года. Нас обви­нили черт знает в чем: что мы — самозванцы, что мы ведем моло­дежь «не туда» и что мы опозорили Урал (!!!). Борис Гринев, тогдашний идеолог по культуре, в манере Бе-


рии выдал: «Вы сами подписали свой приговор! Мы не дадим вам собирать­ся вместе ни в одном дворце города, а уедете — мы вас достанем, где угод­но!» В который раз нас «приперли к стенке», был один выход — уезжать! После телефонных переговоров с Паулсом было решено: опять в Латвию, писать пластинку, а потом как получится... Договор был такой: первая сто­рона диска должна состоять из песен латышских композиторов Паулса и Фрейденфельда на русском языке, а вторая на наш выбор. В 70-е годы в Латвии был очень популярен вокальный дуэт Бумбиере и Лапченок, но пели они на латышском, а Раймонду хотелось выйти на всесоюзную арену, и он решил это частично осуществить с нашей помощью.

В конце 72-го устроились играть на танцах в ДК ЗСО опять без назва­ния. Директор Скалыгин под страхом потерять партбилет приютил у себя...




Похожие:

1972 отдавали молоду icon1997 звездный калейдоскоп
Шедевр «Отдавали молоду» получился про­сто здорово. Причем, крепкий вокал «Иваныча» был не хуже ариэлевского, а соло гитары у Рафа...
1972 отдавали молоду iconНей стало возвращение в романтический мир рок-музыки начала 70-х годов, которая для многих осталась в памяти на всю жизнь
«Се­ребряных струнах-71» в Горьком. Композиция «Порт» это уже «Лиепая-72», «Обращение к России» В. Ярушина, «Орган в ночи» Р. Паулса...
1972 отдавали молоду iconРябечков а. А
«Муром» в 1972 году, нпс «Тунец» в 1977-м. Источник: газета "Рыбный Мурман" №77 1972, №74 1977 года
1972 отдавали молоду iconИсточник: газета "Рыбный Мурман" №136 1972 года
Шохин б. Д., капитан на судах Мурманского тралового флота. В 1972 году руководимый им экипаж бмрт-417 успешно промышлял в Баренцевом...
1972 отдавали молоду iconИсточник: газета "Рыбный Мурман" №74 1972 года
Дикарев в., капитан-директор на судах Северного бассейна. В 1972 году руководил экипажем бмрт «Планета», в 1980-х – капитан на судах...
1972 отдавали молоду iconЛюбовь Вам не трали-вали, Любовь для того, чтоб её отдавали

1972 отдавали молоду iconГорючие ископаемые в отложениях эвапоритовых палеобассейнов
Наличие в разрезе осадочного бассейна «черных» сланцев считается одним из признаков его потенциальной нефтеносности, а вопрос их...
1972 отдавали молоду iconГорючие ископаемые в отложениях эвапоритовых палеобассейнов
Наличие в разрезе осадочного бассейна «черных» сланцев считается одним из признаков его потенциальной нефтеносности, а вопрос их...
1972 отдавали молоду iconДокументы
1. /1001-1.doc
2. /1001-2.doc
3....

1972 отдавали молоду iconЧернаков михаил Николаевич, капитан на судах Мурмансельди. В 1972 году руководимый им экипаж срт «Аму-Дарья»
Чернаков михаил Николаевич, капитан на судах Мурмансельди. В 1972 году руководимый им экипаж срт «Аму-Дарья» лидировал в бассейновом...
Разместите кнопку на своём сайте:
Документы


База данных защищена авторским правом ©podelise.ru 2000-2014
При копировании материала обязательно указание активной ссылки открытой для индексации.
обратиться к администрации
Документы

Разработка сайта — Веб студия Адаманов