Северокавказская диаспора в Турции как фактор общественно-политической жизни Северного Кавказа в прошлом и настоящем icon

Северокавказская диаспора в Турции как фактор общественно-политической жизни Северного Кавказа в прошлом и настоящем



НазваниеСеверокавказская диаспора в Турции как фактор общественно-политической жизни Северного Кавказа в прошлом и настоящем
Дата конвертации17.07.2012
Размер65.53 Kb.
ТипИсследование
1. /Чочиев Г.В. Северокавказская диаспора в Турции как фактор общественно- политической жизни Северного Кавказа в прошлом и настоящем.docСеверокавказская диаспора в Турции как фактор общественно-политической жизни Северного Кавказа в прошлом и настоящем

Северокавказская диаспора в Турции как фактор общественно-политической жизни Северного Кавказа в прошлом и настоящем


Г.В. Чочиев



Исследование выполнено при финансовой поддержке
Российского гуманитарного научного фонда..



   В контексте происходящих в Российской Федерации в последнее десятилетие перемен определенную социальную значимость приобретает проблема взаимоотношений с диаспорой российских народов, проживающей в "дальнем зарубежье", и ее участия в общественно-политических процессах на исторической родине. Несомненно, что наиболее актуализированное, приближенное к современным реалиям звучание данная проблема имеет на Северном Кавказе, чему способствуют следующие обстоятельства:
   · Многочисленность диаспоры северокавказских народов (как в абсолютных цифрах, так и относительно численности титульного населения самих северокавказских республик), насчитывающей, по различным оценкам, от 1,5 до 4 млн. человек, не менее половины из которых проживает на территории Турции, остальные - в ряде государств Ближнего Востока и Балканского полуострова.
   · Сохранение, несмотря на ассимиляционные процессы, большей частью северокавказской диаспоры (СКД) четкого осознания своей исторической, этнической и культурной общности с народами Северного Кавказа и стремления к восстановлению нарушенной национальной целостности.
   · Значительный социальный динамизм этнических северокавказцев и как следствие - высокая степень инкорпорированности представителей СКД в высшие властные, политические, силовые и экономические структуры ряда стран проживания, позволяющая в некоторых случаях оказывать определенное влияние на формирование их внутренней и внешней политики.
   · Наличие у большинства государств проживания СКД (и прежде всего у Турции) несомненных долгосрочных политических и экономических интересов в регионе Кавказа, реализация которых не в последнюю очередь может зависеть от позиции северокавказских меньшинств в этих странах.
   · Стремление северокавказских республик обеспечить с помощью своей диаспоры приток инвестиций из соответствующих государств и установление с ними торгово-экономических отношений.

   · Расчеты национал-радикалов в северокавказских республиках на использование авторитета и влияния СКД в отдельных странах для достижения международного признания и поддержки провозглашенной независимости (Чечня) либо потенциальных суверенизационных устремлений.
   · Возможность скорректировать, в случае осуществления в сколько-нибудь серьезных масштабах репатриации, этнодемографическую ситуацию в республиках, особенно там, где титульные народы не составляют сегодня большинства населения.
   · Болезненный, "синдромный" характер отражения в общественной памяти многих народов Северного Кавказа самого факта возникновения столь многочисленной диаспоры как результата колониальной политики русского царизма, осуществившего в середине XIX в. насильственную депортацию коренного населения с исконных территорий, вследствие чего данная проблема воспринимается массовым сознанием в ряде республик как проблема восстановления исторической справедливости и во многом, в зависимости от подхода к ней различных центров политического влияния (республиканских и федеральных властей, партий, движений и т.д.), оценивается приемлемость самих этих центров для национальных интересов.
   С другой стороны, при прогнозировании характера возможного влияния СКД на общественные процессы в регионе необходимо учитывать существующие в самой диаспорной среде идеологические и политические установки в отношении исторической родины, прошедшие определенную эволюцию за полтора столетия проживания диаспоры вне Кавказа.
   Вынужденный, в значительной мере депортационный характер формирования СКД стал причиной того, что пребывание в Турции изначально рассматривалось немалой частью кавказских переселенцев как временное явление, смысл которого виделся в обеспечении условий для этнического самосохранения впредь до возникновения благоприятной обстановки для возвращения на историческую родину. Это с самого начала обусловило довольно заинтересованное отношение диаспоры к происходящим на Северном Кавказе общественно-политическим процессам с отчетливо выраженным стремлением оставаться по мере возможности их действующим субъектом.
   Однако на конкретные масштабы и формы реализации данного стремления неизменно решающее влияние оказывал ряд объективных обстоятельств, связанных прежде всего с характером внутриполитических режимов и международных отношений в треугольнике Турция - Кавказ - Россия/СССР в те или иные периоды истории. В частности:
   1. С момента переселения в Османскую империю до начала XX в. диаспора не имела возможности поддерживать сколько-нибудь значимых контактов с исторической родиной ввиду отсутствия условий для соответствующей этнополитической самоорганизации в абсолютистской Турции, с одной стороны, и жесткого пресечения подобных попыток российскими властями - с другой. Стихийно-реваншистские устремления диаспоры нередко эксплуатировались в этот период османскими властями, однако не непосредственно на Кавказе, а на Балканах и в Малой Азии для борьбы с российскими войсками (во время войны 1877-1878 гг.) и поддерживаемыми Россией выступлениями христианских народов империи.
   2. С установлением в Турции в 1908 г. конституционной монархии и особенно с началом I мировой войны произошел резкий всплеск социальной активности проживающей в этой стране диаспоры, чему способствовали определенная либерализация внутриполитического режима и экспансионистский внешнеполитический курс пришедшего к власти младотурецкого руководства, стремившегося обеспечить поддержку своей кавказской политики со стороны элиты СКД. Созданные в этот период в Турции политические организации северокавказцев рассчитывали при поддержке официального Стамбула и во взаимодействии с определенными силами на исторической родине добиться следующих целей: отделения Кавказа от России, создания здесь конфедеративного государства и осуществления массовой репатриации диаспоры. Попытка силового воплощения в жизнь данных планов, предпринятая в 1918 г. силами специального северокавказского корпуса османской армии, потерпела неудачу, не в последнюю очередь по причине смены политических режимов в Турции и России. Хотя очевидно, что младотурецкий режим использовал этнополитические устремления СКД в интересах собственной геополитики, несомненен и тот факт, что и элита СКД в определенной степени использовала геополитические устремления режима для достижения более благоприятных условий для этнической консолидации северокавказцев на территории Турции и лоббирования идеи независимости Кавказа на международном уровне.
   3. Период 20-80-х гг. XX в. был крайне непродуктивным с точки зрения связей СКД с исторической родиной, ибо этому эффективным образом препятствовала политика официальных кругов как Турецкой Республики, так и СССР, причем в самой Турции диаспора являлась объектом целенаправленной и весьма жесткой ассимиляционистской политики. Лишь в последние десятилетия указанного периода (с 60-70-х гг.) появились возможности для некоторого оживления организованных этнозащитных усилий диаспоры, что заложило предпосылки для интенсификации ее контактов с Северным Кавказом в 90-е гг.
   4. В текущем десятилетии складывается наиболее благоприятная за всю историю СКД конъюнктура для ее постепенной демографической, гражданской, экономической и политической реинтеграции с исторической родиной, обусловленная в первую очередь либерализационными тенденциями в России и Турции и новой активизацией геополитических интересов последней в кавказском регионе. Важнейшими результатами в ныне складывающейся обстановки являются: фактически начавшаяся репатриация определенных групп СКД (первые шаги), попытки диаспорных элит участвовать в разработке стратегии и тактики экономического и политического развития исторической родины, действия по лоббированию кавказских интересов (как общерегиональных, так и узкореспубликанских) в турецких и международных инстанциях и др.
   Формулируемые с начала 90-х гг. диаспорной элитой и ведущими организациями базовые принципы идеологии СКД могут быть сведены к следующим положениям:
   · СКД не связана этнически с Турцией или тюркским миром, а является составной частью северокавказских этносов, оказавшейся за пределами исторической родины в результате изгнания.
   · В долгосрочной перспективе СКД обречена в Турции на ассимиляцию, избежать чего возможно лишь посредством расширения и укрепления связей с исторической родиной и в конечном счете репатриации (вероятно, частичной).
   · СКД обладает неотъемлемым правом голоса в обсуждении и решении проблем кавказской общественно-политической жизни.
   · Традиционная в прошлом конфронтационность в отношении СКД к российскому/советскому государству исчерпала себя в свете его эволюции в последние годы и должна быть заменена более прагматическим, ориентированным на сотрудничество подходом, исходящим из возможности и предпочтительности решения всего спектра проблем взаимоотношений диаспоры с исторической родиной во взаимодействии с федеральными и республиканскими российскими инстанциями (данная позиция не разделяется подавляющим большинством чеченской и некоторых других восточнокавказских диаспор, по-прежнему считающих условием благополучия северокавказского региона его выход из состава России).
   В свете вышесказанного представляется далеко не бесспорным тезис о том, что интенсификация контактов между диаспорой и исторической родиной и в особенности гипотетическая репатриация будут автоматически способствовать усилению турецкого влияния на Северном Кавказе, что косвенно подтверждается и отсутствием до сих пор у официальной Анкары ясной позиции в вопросе взаимоотношений с СКД (в отличие, к примеру, от отношения к крымско-татарской диаспоре и проблеме ее репатриации, в том числе и из Турции).
   Можно ожидать, что не в ближайшей, но вполне обозримой перспективе диаспора превратится в более заметный фактор общественной жизни региона (особенно его западных областей), что, вероятно, поставит власти как соответствующих северокавказских республик и РФ, так и Турции перед необходимостью выработки более четких подходов ко всему комплексу вопросов, связанных с СКД.



Похожие:

Северокавказская диаспора в Турции как фактор общественно-политической жизни Северного Кавказа в прошлом и настоящем iconИскра Л. М. Перспективы консерватизма и его роль в общественно-политической жизни последней четверти ХХ – начала ХХI в
Перспективы консерватизма и его роль в общественно-политической жизни последней четверти ХХ – начала ХХI в
Северокавказская диаспора в Турции как фактор общественно-политической жизни Северного Кавказа в прошлом и настоящем iconУрок 40. Природные комплексы Северного Кавказа тип урока : комбинированный. Цели и задачи проверить знания, усвоенные на предыдущем уроке об особенностях гп и природы Кавказа
...
Северокавказская диаспора в Турции как фактор общественно-политической жизни Северного Кавказа в прошлом и настоящем iconН. К. Рериха «Агни Йога» искульптурное изображение Будды
В настоящем издании собраны материалы Международной общественно-научной конференции «Искусство как способ познания»
Северокавказская диаспора в Турции как фактор общественно-политической жизни Северного Кавказа в прошлом и настоящем iconС. Анчуков
В том числе с точки зрения традиционного в настоящем ее понимания как особого общественно социального явления, связанного с продолжением...
Северокавказская диаспора в Турции как фактор общественно-политической жизни Северного Кавказа в прошлом и настоящем iconС. Анчуков
В том числе с точки зрения традиционного в настоящем ее понимания как особого общественно социального явления, связанного с продолжением...
Северокавказская диаспора в Турции как фактор общественно-политической жизни Северного Кавказа в прошлом и настоящем iconА. В. Фененко
Этот своеобразный «дух века» нашел свое выражение во всех областях общественной жизни, поэтому анализ европейской общественно-политической...
Северокавказская диаспора в Турции как фактор общественно-политической жизни Северного Кавказа в прошлом и настоящем iconДокументы
1. /Info.txt
2. /Нэйтивизм в общественно-политической...

Северокавказская диаспора в Турции как фактор общественно-политической жизни Северного Кавказа в прошлом и настоящем iconПрезентация
Описание и анализ группообразующих социальных сетей общественно-политической направленности
Северокавказская диаспора в Турции как фактор общественно-политической жизни Северного Кавказа в прошлом и настоящем iconТурции судебное решение от 25 мая 1998 г
Кочери Курт, гражданка Турции, родилась в 1927 году. В настоящее время проживает в Бизмиле в юго-восточной части Турции. Ее сын Юзейир...
Северокавказская диаспора в Турции как фактор общественно-политической жизни Северного Кавказа в прошлом и настоящем iconIх международная научная конференция «Языковая ситуация в поликультурной среде Северного Кавказа: лингвокультурологический и концептуальный анализ»
Международная распределенная лаборатория когнитивной лингвистики и концептуальных исследований (лклиКИ)
Разместите кнопку на своём сайте:
Документы


База данных защищена авторским правом ©podelise.ru 2000-2014
При копировании материала обязательно указание активной ссылки открытой для индексации.
обратиться к администрации
Документы

Разработка сайта — Веб студия Адаманов