Проблемы метода исследования icon

Проблемы метода исследования



НазваниеПроблемы метода исследования
Дата конвертации17.07.2012
Размер177.91 Kb.
ТипЗадача

ГЛАВА 1. ПРОБЛЕМЫ МЕТОДА ИССЛЕДОВАНИЯ

    1. Естественнонаучный подход к изучению языка


До недавнего времени задача языкознания состояла в том, чтобы описывать языки, но в последнее время в связи с превращением науки в непосредственный фактор производительной деятельности возникла задача изменить феномен языка, воссоздав язык в виде конкретных технических устройств, вложив в них соответствующую систему ценностных отношений.(Пр6)*1 Воссоздать пространственно-временную локализацию языка невозможно, не осознав его изначальной локализации в том виде, как он существует в человеческом обществе. Поскольку для гуманитарного знания, каким по преимуществу и ограничивается наука о языке, характерно рассмотрение свойств вне связи с пространственно- временной локализацией [РОЖДЕСТВЕНСКИЙ, 1], то существует потребность построить дополнительно к гуманитарной – естествоведческую теорию языка, поскольку язык, по крайней мере отдельными своими компонентами, безусловно принадлежит к сфере естественных природных явлений.

При этом возникает вопрос о правомерности применения естественнонаучных методов к социальному объекту, каковым является язык. Положительное решение этого вопроса в работе [ВОЛКОВ, 1] в настоящее время находит поддержку всё большего числа представителей как гуманитарного, так и естествоведческого знания.

Часто при пространственно-временной трактовке языка ограничиваются констатацией материальности таких компонентов языкового феномена как речевые знаки, тексты, существующие в определённой физической субстанции вне человека [СОЛНЦЕВ]. Но характер материальных образований имеют также механизмы, обеспечивающие речевую деятельность каждого члена языкового коллектива, и заключённые внутри человеческого организма.

Важность этого материального объекта для всей языковой системы была ясна уже таким классикам языкознания как Л. Блумфильд [БЛУМФИЛЬД], И. А. Бодуэн де Куртенэ [БОДУЭН, 2, 3] и др. В настоящее время необходимость исследования этого компонента языкового феномена естествоведческими методами признаётся многими ведущими лингвистами*(Пр7в).

Автору диссертации представляется, что естествоведческая теория языка не должна порывать с лингвистической традицией. В силу того благоприятного факта, что «методы и результаты лингвистики … сходны с методами и результатами естественных наук» [БЛУМФИЛЬД, с.559], естествоведческая теория языка вырисовывается как реинтерпретация лингвистических теорий в духе естествоведческого подхода, как система взглядов, позволяющая наделить языковые единицы, обнаруженные лингвистикой, пространственно-временной локализацией и материальным воплощением.

Прежде чем приступать к пространственно-временному описанию фонетико-фонологических единиц, нужно дать характеристику с пространственно-временной точки зрения языку в целом.
охватив по возможности все аспекты, изучаемые в рамках лингвистических дисциплин. Первая трудность этой задачи в том, что локализацию языка можно дать только через локализацию его элементов, а это как раз и должно быть выяснено в результате исследования. Такой «круг» не является «порочным», а характерен для всякого исследования, и лингвистического в частности. Выход из логического круга состоит в том, что мы должны двигаться «методом последовательных приближений». Сначала нужно ограничиться приблизительным решением исходных для нашей работы проблем, на этом основании дать точное решение проблем, поставленным перед исследованием, потом следует вернуться к исходным данным и уточнить их в свете новых знаний, полученных в ходе исследования*(Пр7н).


Вторая трудность состоит в том, что язык является сложным объектом, так что описать его локализацию в целом – не просто (даже если бы она была точно выяснена). Солидаризируясь с теми исследователями, которые считают, что язык есть именно тот объект, к которому прежде всего следует применять термин «система», автор считает, что наиболее плодотворным подходом к языку является точка зрения общей теории систем (системологии). Именно с этой точки зрения будет сделана попытка определить место языка как системы и дать описание его фонологической подсистемы.

Выход за рамки чистой лингвистики при определении места языкового феномена является не нарушением чистоты лингвистического исследования, а необходимым шагом при описании онтологии любого объекта всякой науки, так как исследование структуры объекта, проводимое в рамках специальных дисциплин, ограничивающихся рассмотрением отдельных сторон изучаемого феномена, не может дать ответа о месте данного объекта среди явлений, изучаемых другими науками [ВОЛКОВ, 1, с. 11].

Несмотря на то, что утверждение о системности языка стало общим местом лингвистических работ, принципиальную теоретико-системную точку зрения занимают и формулируют только немногие лингвисты.(Пр8)* В силу того, что системологический подход к языку не принял общепризнанной формы, предполагаемое нами рассмотрение сущности языкового феномена с точки зрения теории систем целесообразно предварить рассмотрением системологического подхода в науке как такового.
^

1.2. Системный подход в исследовании сложных объектов


Понятие системы возникает в науке в такой момент её развития, когда изучены те индивидуальные свойства основной массы объектов этой науки, которые даны исследователю в чувственном восприятии.

Поиска более тонких свойств приводит к следующим выводам: 1. Сами объекты не являются неделимыми сущностями. а состоят из более простых объектов, и свойства последних их взаимные отношения определяют свойства исследуемых предметов. 2. Исследуемые предметы существуют не изолированно, а взаимодействуют с другими объектами так, что совокупность взаимодействующих единиц составляет целостный объект более высокой степени сложности, и свойства исследуемых предметов оказываются зависящим от свойств составляемого ими высшего единства и от отношений его частей. Тогда и вводится понятие системы как совокупности тесно взаимодействующих элементов, взаимодействие которых с объектами среды (т. е. с предметами, внешними данной системе) менее существенно и определяется ограниченным числом воздействий на систему (входы системы) и ограниченным числом воздействий системы на среду (выходы системы).

К такому этапу в своём развитии подошли многие науки в начале ХХ столетия. Это проявилось в создании ряда организмических концепций, призванных истолковать феномен наличия свойств объектов, которые обусловлены его системной природой и не сводятся непосредственно к свойствам составляющих элементов. Такими обобщающими теориями были тектология А. А. Богданова [БОГДАНОВ, 1, 2] и общая теория систем Л. Берталанффи [BERTALANFFI, 1, 2, 3].

Согласно анализу концепции Л. Берталанффи, произведённому Н. И. Сетровым [СЕТРОВ], в основе теории систем лежит организмическое воззрение, характеризуемое как понимание всеобщей системной целостности объекта исследования в противоположность аналитическому пониманию, динамическое представление в отличие от статического, рассмотрение любого объекта как первично активного в противовес принятию первичной реактивности материи. При этом задачей наук становится исследование организации упорядоченности вещества и процессов, приводящей к динамичности и активности изучаемых целостных систем.


2

В настоящее время теория систем развивается главным образом в направлении общесистемной интерпретации методов конкретных наук*(Пр10) и в направлении уточнения основных понятий этой теории. Среди всех способов уточнения системных понятий можно выделить три подхода, которые условно можно назвать логико-математическим, эмпирическим и онтологическим.

В пределах логико-математического подхода поставлена задача выработать формальный аппарат, который позволил бы непротиворечиво определить понятие системы со всеми её возможными свойствами. Такое определение должно охватывать «все мыслимые» системы и должно допускать доказательство теорем о наличии у них определённых свойств. Имеющиеся в этом направлении работы [КОСТЮК; РАКИТОВ; ЭШБИ 1; МЕСАРОВИЧ; КЛИР; КАСЬКОВ; УРМАНЦЕВ] показывают, что вполне адекватная теория такого рода уже имеет место как один из разделов теории множеств. Все указанные авторы по сути дела определяют понятие системы построением некоторых теоретикомножественных структур на фиксированной совокупности объектов, между которыми заданы отношения разной степени сложности.

Такого рода объекты являются предметом рассмотрения математической теории структур [БУРБАКИ, МАЛЬЦЕВ]. Таким образом, формальным аппаратом теории систем является математика – теория структур, теория отношений, теория алгебраических систем.(Пр11)* Впрочем, и другие ветви математики, такие как математическая логика, теория вероятностей, статистика, комбинаторика и др., включая элементарную математику, несомненно необходимы для изучения систем различного вида. Следовательно, А. А. Богданов формально был прав, когда утверждал, что математика является наиболее развитой частью тектологии, или теории систем [БОГДАНОВ 2, с. 317]. Однако с другой стороны, математика имеет к теории систем не более прямое отношение, чем к какой-либо другой области знания. Что же касается сводимости многих проблем теории систем к математическим задачам, то этот факт следует не из природы системологии, а из сущности математики. Поскольку математика – это способ формального изучения объективного мира, мы всегда будем приходить к какоё-либо из ветвей математики, если будем искать формальный метод описания какой-либо частной области знания. Такое свойство математики было ясно уже Г. В. Лейбницу, который считал, что она должна изучать «всё, что в области воображения поддаётся точному определению» [LEIBNIZ s. 348]. Об этом же говорит опыт развития математической лингвистики который показал, что «все без исключения понятия и операции, используемые в структурном анализе, оказываются на поверку переименованными понятиями и операциями математической теории множеств» [АНДРЕЕВ 1, с. 14].

Итак, формальное рассмотрение, связывая теорию систем с математикой, фактически выходит за рамки системологической проблематики. Кроме того математические теории позволяют изучать лишь одну сторону реальных объектов – их структуру. Тогда как существуют свойства систем, не сводящиеся к структурным, которые должны изучаться не формальными, а содержательными методами [МЕЛЬНИКОВ 1].


Эмпирический подход к общей теории систем противоположен логико-математическому. Этого подхода придерживаются специалисты, изучающие какой-либо один вид систем – биологические, технические или социальные. Сущность этих работ состоит в том, что их авторы стремятся сформулировать признаки, характеризующие системы вообще, на пути обобщения системных свойств, присущих одному виду систем. Типичным в этом отношении является подход М. И. Сетрова со стороны биологических систем. В обстоятельной монографии [СЕТРОВ] им рассмотрены свойства, присущие организациям, т. е. высокосовершенным адаптивным системам, на материале их частного случая – биологических организмов, и установлены некоторые принципы целесообразной организации, следующие из рассмотрения свойств организмов. Менее всеобъемлющая, но более конструктивная концепция функциональных систем П. К. Анохина [АНОХИН 1, 2] выводит всю специфику живых систем из наличия особого механизма формирования «акцептора результатов действия» внутри системы. рассмотрения систем материального производства [ACKOFF, АКОФ 1, КАЦЕНЕЛИНБОЙГЕН] и технических систем [ГУД и МАКОЛ] также приводит к установлению некоторых общесистемных принципов успешного функционирования сложных образований. Однако в этих работах на переднем плане оказываются свойства, характерные именно для изучаемой субстанции систем, которые принимаются как данное, а вопрос о происхождении и природе этих специфических свойств поставлен быть не может.

Именно вопрос о природе специфических системных свойств высокосовершенных объектов является основным для третьего подхода в общей теории систем. В пределах онтологического подхода ставится задача показать, как на основании известных свойств материи возникают и функционируют объекты, относимые к разряду сложных систем, - организмы, социальные и большие технические системы и, наконец, язык.

Исследование этой проблемы начал ещё Л. Берталанффи, когда он построил теорию открытых систем, которая позволила понять механизм некоторых явлений жизни, таких как эквифинальность, уменьшение энтропии, динамическое равновесие и пр. [БЕРТАЛАНФФИ; BERTALANFFI 2, 3]. В настоящее время аналогичные исследования ведутся с опорой на кибернетические модели и направлены, главным образом, на объединение сущности жизни и психики [СИСТЕМНЫЕ ИССЛЕДОВАНИЯ, 1960]. Имеются работы и более широкого плана, ставящие перед собой цель разработать системную картину мира, - начиная с самых простых систем, показать механизмы функционального и структурного усложнения и таким образом дать определение всем наличным системам, указав их место в иерархии объектов. Поскольку онтологическая сущность языка остается до сих пор не выясненной, последний подход для нас представляет наибольший интерес.

Большинство построений онтологической типологии систем с самого начала постулируют наличие двух видов, не сводимых друг к другу, - материальных и идеальных. Согласно Р.Л. Аккоффу [АКОФФ, 2], «систему можно определить как любую сущность, концептуальную или физическую, которая состоит из взаимосвязанных частей». У А.Л.Холла и Р.Е. Фейджена мы читаем: «Большинство систем … состоит из физических частей … Мы также принимаем за объекты (из которых состоят системы) такие абстрактные объекты, как математические переменные, уравнения, правила и законы, процессы и т.д.». Обычно в качестве примера идеальной системы указывают на язык. Однако противопоставление идеального и материального имеет и онтологический, а не только гносеологический смысл. [ФИЛОСОФСКИЙ СЛОВАРЬ, с.125]. Следовательно дихотомия систем на материальные и идеальные является неудовлетворительной, поскольку вводит в онтологию дуалистический принцип и предполагает отказ от исследования онтологии «идеального». По этой причине нас не может удовлетворить решение вопроса о материальной онтологии языка в работе В.М. Солнцева (см. библ.). Введение им понятия «вторичных материальных систем», к которым относится и язык, основывается опять-таки на понятии идеальной системы, реализующейся в субстанции «вторичной материальной системы». Такая констатация материальности языка, предполагает противопоставление «материального» «идеальному» и поэтому также является дуалистической.


Концепцию системной онтологии, основанную на последовательном материалистическом монизме, изложил О. Ланге (см. библ.). Согласно этой концепции за основу берётся только понятие материальной системы:*(Пр14) «Диалектический материализм исходит из существования материальных систем, элементы которых связаны цепями причинно-следственных связей» [ЛАНГЕ, с. ]. В составе системы эта концепция предполагает наличие только «материальных предметов, определённым образом взаимодействующих другими - средой». Сеть причинно-следственных связей между этими предметами называется структурой системы. Наличие структуры делает собрание элементов целостным объектом, обладающим свойствами, отличными от свойств своих элементов. Понятийный аппарат кибернетики, применяемый к анализу материальных систем, по замыслу О. Ланге позволяет объяснить все явления материального и «идеального» мира без обращения к каким-либо «нематериальным» объектам [ЛАНГЕ, с.247]. Однако в рассматриваемой работе О. Ланге не развил свою концепцию так, чтобы она действительно включала в себя понятия, обычно относимые к «идеальным» предметам.

Особенно важно разработать материалистические основания онтологии таких систем, как язык, относительно которых многие исследователи придерживаются дуалистической или прямо идеалистической концепции. Поэтому для языкознания основание материалистической природы своего объекта не является тривиальным и наивным вопросом, как то могло бы показаться в свете марксистского представления о всеобщей материальности мира [ВОЛКОВ, 1, с.49-50]. В указанной работе А. Г. Волков доказал, что на современном научном уровне единственно состоятельной концепцией языка является его трактовка как материальной знаковой системы.


Последовательно материалистический подход к определению онтологической сущности языка и других знаковых систем предполагает Г. П. Мельников. Его взгляды неоднократно излагались на лекциях в МГУ, в опубликованных работах [МЕЛЬНИКОВ, 1-12] и отчетах [МЕЛЬНИКОВ, 13, 14]. Ниже развивается указанная концепция, позволяющая построить естественнонаучную теорию языка в его фоническом аспекте.
^

1.3. Язык как система.


Согласно онтологии диалектического материализма «вся доступная нам природа образует некую систему, некую совокупную связь тел» [ЭНГЕЛЬС, с.392]. В этой всеобщей связи взаимодействий имеются некоторые совокупности тел, взаимодействующих друг с другом более тесно, чем с телами окружающей среды. Такими совокупностями взаимодействующих тел и являются объекты природы, представляющиеся нам в виде целостных образований. Изучение этих целостных объектов природы обычно начинается с выяснения свойств объекта в целом. При достаточной степени изученности объекта оказывается, что одним из его свойств является составленность из более мелких объектов, т.е. всякий объект природы является сложным объектом, или системой.

Сложными объектами должны считаться не только тела, целостность которых представляется очевидной для поверхностного наблюдателя. Многие «большие системы» не могут быть охвачены единым взглядом человека. Человек может наблюдать зараз лишь отдельные части таких систем как Солнечная система или Галактика. То же самое относится и к социальным системам, в которых человек сам является составным элементом. Тем не менее, по природе своих внутренних и внешних связей такие образования относятся к целостным объектам, целостность которых принципиально тождественна целостности предметов, называемых нами телами.


Внутри каждой системы в свою очередь могут быть обнаружены сгустки взаимодействий составляющих систему тел. Тела, входящие в такой сгусток, также образуют систему. По отношению к системе внутри которой включён такой ограниченный сгусток взаимодействующих тел, последний называется подсистемой. Обычно каждую систему можно представить как сумму относительно равноправных подсистем, такие подсистемы называют элементами системы. Сами элементы в свою очередь состоят из элементов более низкого (глубокого) яруса.

Таким образом, в системах можно выделит целый ряд вложенных друг в друга ярусов. Однако нужно отметить, что выделение элементов и ярусов каждой конкретной системы не однозначно. В самом деле, предположим, что элементы данной системы взаимодействуют друг с другом так, что подсистемы элементов взаимодействуют только с определёнными соответствующими им подсистемами внутри других элементов и эффективность (интенсивность) этого взаимодействия сравнима со взаимодействием подсистем (тел) внутри одного элемента. Тогда та же система может быть представлена как совокупность «слоёв» взаимодействующих подсистем. Каждый слой содержит часть каждого элемента, а каждый элемент как бы «пронизывает» все слои системы. Схематический пример структуры такой системы показан на рис. 1. Маленькими кружочками здесь обозначены элементы нижнего яруса, сплошными овалами выделены элементы верхнего яруса, пунктирными границами показаны «слои», а прямые линии обозначают взаимодействие частей системы.

Рис. 1. Пример структуры с выделением элементов и слоёв системы











элементы

(подсистемы)






















субэлементы










слои


Примером выделения в системе перекрещивающихся ярусов и слоёв может служить человеческое общество. В качестве элементов общества в первую очередь выделяются отдельные индивиды. С другой стороны внутри общества выделяется, например, такой системный слой, как идеология. В этот слой включаются знания, убеждения, привычки и предрассудки каждого члена общества, реализованные в виде определённых подсистем в их мозге. Эти подсистемы, т. е. индивидуальные идеологии людей, действительно тесно связаны взаимодействием друг с другом и относительно независимы от других подсистем, составляющих человека, таких как пищеварительная, сердечно-сосудистая и другие подобные системы. АМОСОВ, 1, с.51]. Сравнение идеологии с другими подсистемами общества приводит С.Д. Кацнельсона к выводу, что она «характеризуется некоторыми общими аспектами, кое в чём напоминающими общие моменты хозяйственной, социально-экономической деятельности людей, - производство, распределение, обмен и потребление» [КАЦНЕЛЬСОН, с.113]. Это наблюдение подтверждает автономность идеологии как подсистемы или слоя в обществе.

Другим примером слоя социальной системы является язык общества. В этот слой должны быть включены следующие материальные объекты: 1) нейродинамические механизмы, обеспечивающие возможность каждому члену языкового коллектива производить, воспринимать и осмысливать речевые произведения; 2) сами речевые произведения, т.е. чувственно воспринимаемые материальные сигналы и тексты; 3) средства создания и передачи от человека к человеку речевых произведений, куда относятся не только органы речи людей, но также средства письменности, печати, звукозаписи и пр. Такое представление о языковой системе развивает тезис, что «язык – естественный объект по онтологической природе своих элементов, но объект социальный по специфике своей структуры и своей единственной коммуникативной функции» [ВОЛКОВ, 1, с.21].


Наше понимание системности языка будет более рельефно, если провести сравнение языковой системы с другими объектами, обычно рассматривающимися как системы. Живые организмы являются примером систем высокой степени совершенства. Для их характеристики прежде всего важна четкая пространственно-временная локализация, спаянность всех частей и противопоставленность среде. Взаимодействие частей живых систем обусловлено вполне определёнными силами физико-химического происхождения и согласовано так, чтобы обеспечить существование и целостность системы в условиях определённого диапазона изменений среды. Все эти свойства не могут быть приписаны языку. Пространственно-временная локализация языка неопределённа и различна для различных его частей. Взаимодействие языковых элементов, несмотря на явное наличие такового, обусловлено не вполне ясными до сих пор механизмами и приводит к изменениям, которые на первый взгляд не связаны с приспособлением к среде. Ещё меньше общего у языка с известными техническими системами, или машинами, относящимися к классу механических систем, куда ещё относятся некоторые природные образования, составленные совокупностями тел, единство которых обеспечивается сравнительно малым числом взаимодействий (звездные и планетные системы, атомы, молекулы, ядра и др.). Язык включает в себя отдельные машиноподобные части и даже самые настоящие машины, обуславливающие репродуцирование речевых сигналов и текстов, но такие части находятся на периферии языка, а большая часть языкового феномена с трудом распадается на равноправные слабо взаимодействующие элементы, что было характерно для механических систем. Такая же расчленённость на однотипные четко локализованные элементы характерна и для социальных систем (обществ), которые распадаются на индивидов как членов общества. Для языковых же элементов свойственно возникновение и исчезновение во множестве актов коммуникации (если говорить об элементах речи) или связанность с нейродинамической системой людей. Всё это не позволяет произвести строгую индивидуализацию большей части элементов языка.

Следовательно, сопоставление языка с другими системными объектами показывает, что язык не удаётся подвести под более специальный тип систем и поэтому должен рассматриваться как наиболее общий случай системного объекта.*(Пр18) Именно в этом смысле мы приняли выше тезис о том, что язык есть «система по преимуществу».


В языкознании существует тенденция, идущая от младограмматиков [ПАУЛЬ] и поддержанная Ф.де Соссюром, считать языком только лишь структуру психических механизмов речевой деятельности. Однако, взятые сами по себе, нейродинамические структуры психических механизмов языка всех членов языкового коллектива ещё не составляют целостного объекта. Именно речь есть то звено, которое связывает индивидуальные языковые подсистемы в социальный феномен «язык в целом» и поэтому речь является неотъемлемым элементов этого феномена и наряду с языком в узком (Соссюровском) смысле подлежит лингвистическому изучению.

К аналогичному представлению об объекте лингвистики приходит Э. П. Шубин, основывающийся на теории обучения языкам. Согласно его концепции в языке представлены два вида материальных объектов: 1)так называемые коммуникаторы – «специальные психофизические аппараты, которые имеются у каждого человека» и являются определёнными органами, участками организма, которые непосредственно ведают трансмиссией и рецепцией языковых сообщений [ШУБИН, с.18]; 2) знаковый продукт, или корпус языковых сигналов, воплощенных в какую-либо материальную субстанцию, как то звук, письменные произведения и др. Помимо этого Э.П. Шубин выделяет в качестве самостоятельного компонента сумму коммуникативных процессов, иди деятельность коммуникаторов по производству и потреблению (приёму) знакового продукта, Однако вряд ли правомерно рассматривать как объекты одного порядка материальные образования с одной стороны и процессы, происходящие в этих образованиях, с другой стороны.


Функционирование языка в целом происходит так, как если бы индивидуальные языковые механизмы у каждого человека существовали автономно, а все внепсихические явления языковой деятельности общества обуславливались бы этими механизмами. Поэтому подсистему психических механизмов, реализованную в нейродинамической системе индивидов, можно также называть языком, но в отличие от «языка в целом», называть её «языком в малом». Именно к языку в малом, или, как мы будем говорить, к языковому механизму, следует относить структурно-лингвистические модели, развиваемые в рамках Соссюровского представления о языке и речи [МЕЛЬНИКОВ, 7, 9]. В последующих главах будет предложена модель языкового механизма, согласующаяся с современными данными лингвистических теорий, и построены процедуры обнаружения состава фонологических единиц в языковом механизме, следующие из предложенной модели.


1/ К местам, отмеченным астериском, имеются примечания в конце работы.

2 Пропущен абзац реверансов в сторону марксистско-ленинского учения.







Похожие:

Проблемы метода исследования iconПримерный алгоритм разработки программы исследования
Логика каждого исследования специфична. Исследователь исходит из характера проблемы, целей и задач работы, конкретного материала,...
Проблемы метода исследования iconУрок №33 «Регуляция пищеварения»
Показать новые возможности разработанного И. П. Павловым фистульного метода исследования желудочно-кишечного тракта
Проблемы метода исследования iconАлгоритм построения и оформления Практическое пособие
Логика каждого исследования специфична. Исследователь исходит из характера проблемы, целей и задач работы, конк­ретного материала,...
Проблемы метода исследования iconБиблиография баллистической теории книги в защиту теории Ритца на русском языке
Проблемы пространства и времени в современном естествознании, серия "Проблемы исследования Вселенной", вып. 15, Спб.:, 1991
Проблемы метода исследования iconВ сб.: Проблемы методологии научных исследований. Новосибирск, 1982. С. 36-42
О возможности применения метода восховдения от абстрактного к конкретному в этологии
Проблемы метода исследования iconПроблемы пространства и времени в современном естествознании, серия "Проблемы исследования Вселенной", вып. 15, Спб., 1991
Чешев В. В. Принцип относительности и проблема объективности пространства и времени (сс. 3-16)
Проблемы метода исследования iconВ. В. Чешев принцип относительности и проблема объективности пространства и времени статья
Проблемы пространства и времени в современном естествознании, серия "Проблемы исследования Вселенной", вып. 15, Спб., 1991, с. 3
Проблемы метода исследования iconБ. Дж. Уоллес проблема пространства и времени в современной физике
Статья из сборника "Проблемы исследования Вселенной", вып. 15. Проблемы пространства и времени в современном естествознании. Спб.,...
Проблемы метода исследования iconРазвитие методологии исследования бюрократии
Вместе с тем поиск ведется в контексте двух фундаментальных проблем, поставленных буржуазной философской и социально-политической...
Проблемы метода исследования iconВ. И. Секерин роль астрономических наблюдений для формирования категорий пространства и времени
Работа из сборника "Проблемы пространства и времени в современном естествознании", серия "Проблемы исследования Вселенной", вып....
Разместите кнопку на своём сайте:
Документы


База данных защищена авторским правом ©podelise.ru 2000-2014
При копировании материала обязательно указание активной ссылки открытой для индексации.
обратиться к администрации
Документы

Разработка сайта — Веб студия Адаманов