И в горе и в радости icon

И в горе и в радости



НазваниеИ в горе и в радости
страница1/4
Дата конвертации31.07.2012
Размер0.65 Mb.
ТипДокументы
  1   2   3   4

И в горе и в радости....


и пока смерть нас не разлучит...


Пролог


14 июля 1986


- Мейсон, шофер отвезет тебя домой, - СиСи мягко подтолкнул сына в спину, заставляя миновать машину "скорой помощи", в открытых дверцах которой был виден черный мешок на носилках. Мейсон не сопротивлялся, он словно оцепенел от горя. Дождавшись, когда машина тронется с места, СиСи Кепвелл вернулся к "скорой", намереваясь распорядиться о перевозке тела в морг и подготовке к похоронам. Но увидел, что там стоит доктор Маккормик.

- Уходите доктор. Мы сами позаботимся обо всем. Это дело нашей семьи.

- Она была моей женой!

- Умирая, она просила вас оставить ее в покое. Я понимаю, что понятие чести вам неведомо, но, может быть, просьбу умирающей вы исполните?


Маккормик окинул патриарха ненавидящим взглядом и молча растворился в темноте улицы.


- Вы хотите сопровождать тело? - спросил у СиСи парамедик.

- Нет, только отдать распоряжения о погребении.

- Мы отвезем тело в городской морг, вы можете там все оформить.

- Спасибо.

Парамедик закрыл задние дверцы машины и направился к кабине, намереваясь сесть на пассажирское место рядом с водителем. СиСи в последний раз кинул взгляд внутрь "скорой" через пластиковое окошко и остолбенел.

- Остановитесь! Остановитесь! - закричал он и попытался открыть дверцу машины.

- Что случилось? - к нему подбежал парамедик.

- Посмотрите! - СиСи трясущейся рукой указал на пришедший в движение мешок. В мгновение ока, задние дверцы машины распахнули, а молния на мешке отдернута. Вид бьющейся в судорогах женщины, которая вот уже почти пятьдесят минут считалась мертвой, потряс Кепвелла настолько, что он лишился дара речи. Он молча смотрел, как сориентировавшиеся парамедики начинают реанимацию, вкалывают какие-то препараты.

- Она жива? - едва успел спросить он, прежде чем задние дверцы машины захлопнулись изнутри. Но ответа не услышал.


Спустя час он уже разговаривал в клинике с врачом, занимавшимся Мэри.


- Поймите, ее мозг находился без кислорода почти час. Я понимаю, что эта женщина вам дорога, но она уже мертва.

- У нее были судороги, я сам видел! Вы просто некомпетентны.

- Это посмертные остаточные явления. Признаю, судорожный припадок несколько необычен, но ее мозг умер. Это совершенно точно.

- И тем не менее, вы сделаете то, за что я заплатил. Вы поместите вашу пациентку в отдельную палату, подключите ее к оборудованию и будете поддерживать в ней жизнь. А я вызову лучших специалистов из Токио и Сан-Франциско. Вы слышали меня, доктор Паттерсон?

- Слышал. Но вы оживляете тело уже умершей женщины. Она в глубокой коме и никогда не сможет очнуться. Ее родственники могут подать на нас в суд.


- Этого не случится, - твердо заявил СиСи Кепвелл. - Да, и вот еще что. Мне необходимо, чтобы нахождение Мэри Маккормик в вашей клинике содержалось в полной тайне. Никакой прессы, никаких слухов, персонал должен быть проинструктирован. Вам ясно?

- Да, м-р Кепвелл. Но вы совершаете ошибку.


Глава 1 - Отчаяние


Три недели спустя.


- СиСи, что слышно о Мейсоне? - София обеспокоено посмотрела на бывшего и будущего мужа. - С тех пор, как он исчез после похорон Мэри, никто его не видел.

- Он как в воду канул. Его ищет уже десяток моих сыщиков, и все без толку.

- Ты должен был сказать ему о Мэри в первый же день.

- Ты же знаешь, что я собирался, но у нее случился кризис, и они едва ее не потеряли. Я побоялся, что он не выдержит ее смерти во второй раз за три дня. Он и так выглядел совершенно сломленным.

- Надеюсь, что он скоро вернется... пока не стало слишком поздно.


***


Мейсон мрачно смотрел на пустую бутылку и думал, где бы раздобыть еще горячительного. Деньги у него кончились еще неделю назад, но среди бездомных существовало некое подобие взаимопомощи, и ему перепадала кое-какая еда. И мерзкое пойло, почему-то именуемое портвейном, которое позволяло ему немного забыться. А он хотел именно этого - забыть все, связанное с прошлым. Забыть Кепвеллов, забыть всю свою жизнь. Впрочем, большая часть тех, кто жил на улице рядом с ним, хотели того же.

И ему казалось, что он вполне уверенно идет по дорожке саморазрушения к неизбежному финалу, пока этот чертов сыщик его не отыскал. Еще один удар по самолюбию - ведь ему казалось, что родственники никогда не найдут его в той норе, куда он умудрился забиться. Что ж, он недооценил СиСи Кепвелла. Тот даже заплатил за то, чтобы найти его. Тем хуже для него. Никакого возвращения блудного сына не будет.


- Мейсон, - услышал он вдруг женский голос и медленно обернулся, надеясь, что это галлюцинация. Но нет, это было реально.

- София, что ты здесь делаешь? - спросил он и инстинктивно оглянулся. Чужаков здесь не жаловали. А тем более богато одетых женщин.

- Мейсон, ты должен вернуться домой! Я должна тебе сообщить...

- Уходи отсюда! Тебе здесь не место!

- Только вместе с тобой. Мейсон, посмотри на себя!

- София, уходи сейчас же, - Мейсон заметил, как один из самых злобных и непредсказуемых нищих по имени Чак уже косится на них взглядом. Это был плохой знак.

- Мейсон, пойдем. У меня для тебя есть новости... хорошие новости.

"На этой планете нет хороших новостей" - болезненно отдалось в Мейсоне, и он сжал губы.

Тем временем, Чак уже поднимался с земли, явно намереваясь к ним приблизиться. Поняв, что у него нет выхода, Мейсон подхватил мачеху за локоть и быстрым шагом направился к выходу со свалки. Он не оглядывался, но знал, что Чак продолжает их преследовать. За несколько минут они добрались до ворот.

- Где ты оставила машину?

- Вот там, совсем рядом. Мейсон...

- Иди к ней и уезжай.

- Ты должен поехать со мной.

Мейсон оглянулся и увидел, что к ним приближается Чак, а за его спиной маячит Берт, самая подлая и скользкая личность в братстве бездомных.

- Черт! Ты должна уехать, эти люди опасны.

- Они опасны не только для меня, но и для тебя тоже. Идем, - София вцепилась в его грязный свитер и потащила к своей машине.

Как Мейсон ни желал остаться в своей недавно найденной дыре, но подвергнуть опасности Софию он тоже не мог. К тому же он понимал, что ему самому придется несладко, если он окажется лицом к лицу с Чаком и Бертом. У него до сих пор болели ребра после их первой встречи. Поэтому он позволил бывшей мачехе втащить себя в машину, где с болезненным наслаждением откинулся на мягкие подушки сидений. После жесткой земли и всякого тряпья в качестве подстилки, это казалось почти блаженством.

- Мейсон, как ты? - София с беспокойством посмотрела на его измученное лицо. - Может, тебе нужен врач?

- Нет, - отозвался Мейсон. - Довези меня до городского парка, я там выйду.

- Ничего подобного, мы едем в дом твоего отца.

- София, - Мейсон выпрямился. - Останови машину немедленно!

- Не могу. Кроме того, сначала ты должен услышать очень важные новости.

- О Господи! - Мейсон снова упал на кожаные подушки. - Ну что там еще! Одна из моих сестер вышла замуж? Тэд кого-нибудь родил?

- Нет, Мейсон. Мэри жива.

- Что? - от неожиданности вырвалось у Мейсона, и он замолчал. - София, не ожидал от тебя. От кого угодно, но не от тебя.

- Мейсон, я говорю правду, а вовсе не пытаюсь завлечь тебя домой с помощью ее имени.

Мейсон продолжал хранить молчание.

- Она находится в коме, в клинике.

- Она умерла, - голос Мейсона стеклянно подрагивал. - Они сказали, что она умерла...

- Я знаю, - София на миг обернулась к нему и снова сосредоточилась на дороге. - Но потом с ней что-то произошло, какой-то припадок, и СиСи настоял на реанимации.

- София, это жестоко. Ты не можешь думать, что я поверю...

- Он хотел сказать тебе в тот же день, потом на следующий, но в ней едва теплилась жизнь.

- Похороны...

- ... были срежиссированны на случай, если ее все-таки не удастся спасти. Но никто не ожидал, что на следующий день ты просто растворишься в воздухе. СиСи все это время пытался тебя найти, чтобы сообщить.

- Я тебе не верю.

София промолчала. Когда они приблизились к городскому парку, она спросила:

- Ты все еще хочешь, чтобы я тебя высадила?

- Нет, - после паузы ответил Мейсон. - Черт возьми, ты же знаешь, что нет.

- Знаю. Но хотела услышать это от тебя.


***


В ожидании, пока Мейсон приведет себя в порядок и переоденется, София вышагивала по холлу дома Кепвеллов.

- Что ты здесь делаешь? - удивился СиСи, входя в дом.

- Я здесь живу, в общем-то. И собираюсь отвезти Мейсона в клинику.

- Мейсон вернулся? - поднял бровь тот.

- Не совсем, - сообщил Мейсон, спускаясь со второго этажа. - Твоя бывшая-будущая жена привезла меня. Надеюсь, ты не против, что я воспользовался душем в этом доме.

- Мейсон, несколько недель назад я просил тебя вернуться домой. Помнишь?

- А ты должен помнить, что я не говорил, что соглашаюсь.

- И твое решение не изменилось?

- Я не знаю пока. Сначала я должен увидеть Мэри.

"И поверить в то, что она не умерла", - подумал Мейсон. Ему по-прежнему казалось, что это какой-то жестокий розыгрыш. И подсознательно он все время ждал, когда же ему об этом сообщат. Он и сейчас произнес ее имя, чтобы проверить, как отец на него отреагирует. Но тот не удивился.

- Как хочешь, Мейсон. Надеюсь, ты примешь правильное решение.


Глава 2 - Жизнь после смерти


Белые стены, белый коридор, белые халаты медсестер и почти полная тишина - главное впечатление, оставшееся у Мейсона от клиники.

Медсестра открыла дверь нужной палаты, и Мейсон, едва волоча ноги, вошел туда. И испытал дежа вю. Обстановка очень напоминала ту, что была в палате СиСи, когда год назад он впал в кому. Попискивающий дыхательный аппарат. Приборы вокруг кровати. Кровати, на которой... он бессознательно рванулся к ней. И остановился, оглушенный и потрясенный. Да, все оказалось правдой. Никто его не разыгрывал, никто не насмехался. На больничной кровати, с лицом, закрытым кислородной маской, лежала Мэри.

- Вы можете подойти ближе, не бойтесь, - разорвал тишину прозаичный голос медсестры. - С коматозными больными надо побольше разговаривать, тогда больше шансов, что они придут в сознание.

- Я знаю, - выговорил Мейсон, не отрывая взгляда от постели.

- Побыть с тобой? - спросила София.

- Нет, - отозвался Мейсон и глянул на нее. - Спасибо, я справлюсь.


Когда дверь за ней закрылась, он, наконец, подошел к кровати и присел рядом в кресло.


- Мэри, - тихо позвал он и осторожно прикоснулся к ее руке. - Мэри, ты слышишь меня?


Даже отчетливо понимая, что она ему не ответит, он все равно боролся с ощущением, что она просто спит. Что сейчас она откроет глаза, снимет маску и сядет на постели. Но ничего не происходило. Ни единого шевеления, ни одного сбоя в работе аппаратов. Он обхватил пальцами ее руку. Прохладная, но не холодная. Он приблизил лицо к ее лицу. Прикоснулся к щеке. Снова позвал. Ни малейшей реакции. Он снова опустился в кресло, стал легонько гладить ее пальцы. Тонкая, почти прозрачная кожа. Живая...


Мейсон не знал, сколько вот так просидел около нее. Казалось, время замерло и застыло, словно во льдах Гренландии. Звук отрывшейся двери заставил его вздрогнуть.


- Простите, но вам придется уйти. Пришло время процедур, - сказала медсестра.


Первым порывом Мейсона было заявить, что он никуда не пойдет, но он сдержался. Пусть они сделают все, что нужно, а он потом придет еще раз. И еще. И будет с ней, пока она не очнется от комы. Сколько бы ни потребовалось времени. Он наклонился и прижался губами к ее щеке.


- Я скоро вернусь, - прошептал он и нехотя вышел из палаты. Его жизнь снова в мгновение ока перевернулась. Еще сегодня утром он проклинал тот факт, что еще существует, а сейчас его бросало в дрожь от мысли, что он мог не выдержать и просто не узнать, что надежда еще есть. Спасибо отцу.

Он удивленно покачал головой. Никогда бы не подумал, что будет благодарен именно ему. Уже выходя из клиники, Мейсон столкнулся с Софией.

- Мейсон, ну как ты?

- Словно заново родился. Ты хочешь навестить Мэри сама?

- Нет, я приехала за тобой.

Мейсон поднял бровь.

- В этом не было необходимости, я еще не забыл, как вызывать такси.

- Мейсон, может быть, ты все-таки вернешься домой?

Он вздохнул.

- Не понимаю, что на отца нашло. Или он меня просто пожалел?

- Я думаю, что несчастный случай с Мэри помог ему осознать, что вы должны наладить отношения.

Мейсона передернуло.

- Не такой ценой.

- Значит, ты не вернешься?

- Вернусь, - сказал он после паузы. - Наверное, я должен.

- Я очень рада, - София обняла его, и они вместе пошли по направлению к больничной парковке.


***


Где-то в Санта-Барбаре.


- Какого черта? Я думал, что ты обо всем позаботился, а Кепвелл, оказывается, жив! Ты меня заверял, что он и пары дней не протянет среди бомжей! А еще ты просто уникально провалил такой отличный шанс избавиться от девушки. Нет, только подумайте - срезанные выстрелом опоры этой дурацкой вывески, однозначный вердикт "несчастный случай" и прозеванная реанимация час спустя! Ты получил от меня 20 тысяч, так отрабатывай! Или деньгу вертай назад! 20 тысяч и проценты!


***


Когда Мейсон на следующий день вошел в палату Мэри, то застал там ее врача.

- Доктор Форд, я Мейсон Кепвелл. Как состояние мисс Дюваль?

Врач странно посмотрел на него, потом вздохнул.

- Думаю, я хотел бы кое-что прояснить, молодой человек. Пройдемте в мой кабинет.

Мейсон нехотя вышел их палаты и проследовал за доктором.


- Итак? - вопросительно произнес он, усаживаясь в кресло напротив Форда. - Вы хотите просветить меня насчет способов лечения комы?

- Нет. Говоря откровенно... - врач пожевал губами. - Видите ли... как, простите ваша фамилия?

- Кепвелл. Мейсон Кепвелл.

- Вот как? - брови Форда поползли вверх. - Вы родственник СиСи Кепвелла?

- Его старший сын. А в чем дело?

- Хм. Странно, что он вам не рассказал... ну, что ж, тогда придется мне.

- Не рассказал о чем? - Мейсон подался вперед.

- М-р Кепвелл, на самом деле у миссис Маккормик практически нет надежды очнуться.

- Как это? - в сердце Мейсона словно воткнулся ледяной штырь. - С чего вы это взяли?

- Ее мозг находился без кислорода почти час. Это в несколько раз больше, чем допустимо по самым оптимистичным нормам. Да, мы смогли запустить ее сердце, и ее тело живет с помощью аппаратуры. Но ее мозг мертв. Я понимаю, что это удар для вас, но это так практически с абсолютной точностью.

- Она была беременна, - после паузы сказал он. - Ребенок... остался жив?

- Нет, к сожалению.

Мейсон помолчал, свыкаясь с этой мыслью.

- Тогда почему вы все еще поддерживаете в ней жизнь? - глухо спросил он, наконец.

- Только по одной причине. Ваш отец очень настаивал на этом и заплатил большие деньги...

- За что?

- За то, чтобы мы сделали все возможное. Мы и делаем, у вас нет оснований сомневаться. Но мы не можем изменить того, что уже произошло.

- А судороги? - Мейсон вспомнил эту деталь из рассказа Софии. - Если ее мозг был мертв, откуда взялись судороги?

- Посмертные подергивания конечностей не такая уж редкость, - мягко сказал врач и встал, намекая Мейсону, что разговор окончен. - Мой вам совет, м-р Кепвелл. Не питайте иллюзий на выздоровление миссис Маккормик. Тогда вам будет проще смириться с необходимостью...

- Отключить аппаратуру? - Мейсон вскинулся. - Нет уж, и не надейтесь. Не знаю, зачем вы все это рассказали мне, но я никогда не поверю, что Мэри погибла. Ее душа жива. Я знаю это. И сделаю все возможное и невозможное, чтобы помочь ей очнуться.

Он пошел к двери, но на пороге оглянулся.

- Да, и вот еще что. Прошу вас больше не называть вашу пациентку "миссис Маккормик". С этого момента она должна быть... "миссис Кепвелл", - неожиданно для него самого вырвалось у Мейсона, хотя за секунду до этого он хотел сказать "мисс Дюваль". - Вы меня поняли?

- В отличие от вас - да. Бедный мальчик...


На последние слова Мейсон даже не потрудился ответить и закрыл за собой дверь. Ему не нужна была жалость. Ему нужна Мэри. А она была жива. Накануне, сидя около нее в палате, ему даже показалось, что он ощутил душой ее присутствие. Слабое, почти неуловимое... Он надеялся, что в конце концов сможет раздуть из этой крошечной искорки пламя, и Мэри снова будет с ним.


Мейсон вернулся в ее палату. Там было все точно так же, как и вчера. Мейсон снова сел рядом с кроватью, взял ее безвольную руку, лежавшую поверх одеяла, и тихо заговорил с ней. Он просил ее вернуться, рассказывал, какое будущее их ждет, нес какую-то чепуху... но ничего не менялось. Неподвижная фигура под простыней, кислородная маска и звук работающего дыхательного аппарата. Мейсону внезапно пришло в голову, что когда в коме лежал отец, он не испытывал и половины тех эмоций, что бушевали в нем сейчас. Тогда, при взгляде на недвижимого СиСи Кепвелла, он испытывал неверие и обреченность, он ждал, ждал... бесконечно ждал его пробуждения, ничего не предпринимая для этого, а сейчас ему хотелось хоть какой-то активности, любых действий, хотелось быть рядом с этой постелью, хотелось не расставаться... Все было совсем не так.


Он пробыл с Мэри до самого вечера и с трудом смог заставить себя уйти домой. А вернувшись в дом Кепвеллов, сразу направился в кабинет отца.

- Доктор Форд не верит, что Мэри когда-нибудь очнется. Надо найти других специалистов.

Сидящий за столом СиСи глянул на него из-под очков и вздохнул, неприятно напомнив Мейсону доктора.

- Сынок, это было первым, что я сделал, когда они смогли стабилизировать ее состояние. К сожалению, ни один врач не взялся за ее лечение, а я приглашал многих. Все в один голос заявляли, что нет смысла в попытках реанимации в таком безнадежном случае. Ты был у нее?

- Да, - отозвался Мейсон, опускаясь на стул.

- И никаких сдвигов?

- Никаких.

- Жаль... Я надеялся, что твое присутствие...

- ... заставит ее очнуться? Я тоже этого бы хотел. Господи, как бы я хотел!

- Сынок, если у нее и есть шанс, то только время сможет его проявить.

- Отец, неужели и ты не веришь, что она может очнуться? Ты же сам был в безнадежном состоянии!

- Если бы я не верил, то не тратил бы столько денег на поддержание жизни в этой девушке.

- Почему ты это делаешь, отец?

- Ради нее. И ради тебя.

- Не верю. Ради меня ты бы и пальцем не пошевелил.


Не дожидаясь ответа, Мейсон вышел из кабинета и поднялся в свою комнату. Он еще несколько часов лежал с открытыми глазами, думая о том, что делать дальше. Раз врачи отказываются помогать Мэри выйти из комы, он сам попытается это сделать. Если отец и был в чем-то прав, так это в том, что он - единственная надежда Мэри.


Глава 3 - И снова была жизнь


На следующий день Мейсон вернулся в палату Мэри, вооруженный книгами о коматозном состоянии. Устроившись в кресле рядом с ее постелью, он углубился в них, стараясь как можно больше запомнить. Интуитивно он чувствовал, что время работает против него.

Следуя вычитанным рекомендациям, он принес в палату ее вещи, магнитофон с любимыми записями, даже отыскал любимые духи и туалетную воду. И не переставал разговаривать, рассказывая Мэри все подряд - о том, кого он видел в больничном коридоре, что ел на завтрак и какая на улице погода...

День проходил за днем, и Мейсон словно переселился в больничную палату, из его жизни исчезло все, кроме нее. Даже сны ему стали сниться о том, как они с Мэри женятся... почему-то это всегда была одна и та же крошечная незнакомая церквушка, а Мэри жалась к нему, словно всего боялась. Его всегда расстраивало то, что она выглядела во сне такой несчастной, ему хотелось обнять ее и сказать, что они теперь женаты и все уже позади, а впереди их ждет счастливая жизнь... Но сон угасал раньше, чем ему удавалось это сделать.

Спустя неделю и Кепвеллы заметили, что с Мейсоном что-то не так. Они не обращали внимания на его мелкие оговорки или то, что он все время проводил в больнице, но когда Мейсон в совершенно обычном разговоре назвал Мэри своей женой и заявил, что на следующей неделе они отправляются в медовый месяц, терпение СиСи Кепвелла лопнуло.

- Мы поедем в Париж, я уже заказал билеты...

- Мейсон, очнись! Мэри в коме, и никак не твоя жена. Сын, мне жаль возвращать тебя на землю, но никакого медового месяца в Париже у вас не будет.

Мейсон провел рукой по лицу, и с его лица исчезло всякое выражение. Оно стало каменным, словно неживым. Он постоял, потом медленным шагом направился к двери.

- Куда ты? - рявкнул СиСи.

- К Мэри, - тот обернулся. - Я обещал ей, что медовый месяц мы проведем в Париже.

Когда за ним захлопнулась дверь, СиСи витиевато выругался и стал набирать телефонный номер.

Спустя несколько минут со второго этажа спустилась София и, услышав конец разговора, не удержалась.

- СиСи, что ты делаешь? Зачем ты требуешь не пускать Мейсона в клинику?

- Потому что мой сын сходит с ума, - устало ответил тот. - Он перестал различать реальность и собственные фантазии, и я должен привести его в чувство.

- Я думаю, ты преувеличиваешь. А Мейсона глубоко ранит такой запрет.

- Если ты с ним поговоришь, то сама поймешь, насколько он витает в облаках. Иногда я жалею, что искал его...

- СиСи, как ты можешь! Он жил на улице, где его жизнь была в постоянной опасности. Ты жалеешь, что он теперь спит в своей постели, а не на куче тряпья?

- Может, он и спал на куче тряпья, но, по крайней мере, не заговаривался. София, он почти всю неделю называет Мэри своей женой. Это, по-твоему, нормально?

- Он просто переживает.

- Пара дней в реальном мире ему не повредит. Я же не собираюсь запрещать визиты надолго. Но Мейсона надо вернуть в реальность.


***


На следующее утро, услышав, что охране велено его не пускать, Мейсон испытал холодное бешенство. Это отец. Только он мог отдать такой приказ. Конечно, он сам виноват, что слишком разболтался, но он привык озвучивать свои мысли Мэри и не успел перестроиться при разговоре с отцом. Но именно сегодня он должен был придти к ней. Он ей обещал. И кроме того, по какой-то непонятной причине его всю прошлую ночь снедала тревога. Словно их с Мэри расставание грозило какой-то опасностью для нее.

Промучившись полдня, Мейсон понял, что просто не может не убедиться, что с Мэри все в порядке. Поэтому переодевшись санитаром, он пробрался мимо охраны в клинику и незаметно зашел в палату Мэри. И остолбенел. Аппарат искусственного дыхания был отключен, а с лица Мэри сорвана маска. Индикатор сердечного ритма рисовал какие-то хаотичные ломаные линии вместо нормального ритма. Мэри умирала...

Когда эта мысль дошла до сознания Мейсона, он рванулся к ней и прижался губами к ее рту. В панике он не мог вспомнить, как делается искусственное дыхание, но вдруг вспомнил спокойный и уверенный голос Мэри, когда в такой же ситуации был его отец. Память, наконец, подсказала ему, где надо нажимать грудную клетку и сколько секунд надо ждать между вдуванием воздуха в легкие.

Когда в очередной раз он втолкнул ей в рот воздух, то внезапно ощутил слабое ответное дыхание. Она дышала! Дышала сама! В этот момент в палату вошла медсестра и ахнула. Спустя несколько секунд, Мейсона оттеснили врачи, и почти сразу вытолкали из палаты. Ему пришлось ждать невыносимо долго, пока в коридор не вышел врач.

- Она... жива? - выдохнул Мейсон.

- Да, - сухо ответил врач. - А вот вас здесь быть не должно.

- Напротив. Если бы не я, вы бы через час звонили моему отцу и сказали бы, что миссис Кепвелл умерла.

Врач молча смотрел на него, и Мейсон осознал, что тот относит произошедшее на него счет.

- Вы с ума сошли! - вырвалось у Мейсона. - Когда я вошел, все приборы уже были отключены.

- Я ни в чем вас не обвинял. Но ваш отец сообщил мне, что у вас проблемы с восприятием действительности. И я согласился, что вам нужна пара дней перерыва.

- Спасибо, но если мне нужен будет психиатр, я обращусь не к вам.

- М-р Кепвелл, подобные срывы у родственников коматозных больных не такая уж редкость. Мы понимаем, что тяжело видеть в таком состоянии дорогих сердцу людей, и кажется, что так легко вернуть их в наш мир. Но порядок для всех один. Вам запрещен вход в клинику до 12 дня среды. Я мог бы добавить вам еще один день за сегодняшнюю попытку обойти мой приказ, но, так и быть, не стану. Действительно, вы спасли жизнь этой женщине. И даже могу сказать больше. Мы должны еще понаблюдать, но по всей видимости, у нее восстановилось собственное дыхание.

Мейсон вспомнил легкое прикосновение теплого воздуха около губ Мэри. Значит, ему не показалось!

- Это хороший знак, да? - Мейсон поморщился от собственного заискивающего тона.

- Если сегодня-завтра не наступит отката, то очень неплохой. М-р Кепвелл, вернитесь домой и отдохните. Поверьте, так будет лучше для всех.

Видя, что Мейсон колеблется, врач решил закрепить успех.

- Если вы пообещаете не повторять попыток, подобных сегодняшней, я даже разрешу вам сейчас на несколько минут зайти к ней.

- Я обещаю, - сорвалось с губ Мейсона, прежде чем он успел подумать. Желание оказаться рядом с Мэри оказалось совершенно непереносимым.

- Вот и хорошо, - врач повеселел. - Пойдемте, - он подтолкнул Мейсона в спину, и они вместе вошли в палату.

Мейсон вошел и уже привычно опустился в кресло рядом с кроватью. Взял за руку и замер, впервые разглядывая лицо любимой без маски. Ощущение, что она просто спит, ударило его с такой силой, что он вздрогнул.

- М-р Кепвелл, пора, - сказал от двери врач, немного погодя.

- Я скоро приду, - тихо сказал Мейсон и уже хотел было отпустить ее руку, как ощутил, что безвольные пальцы слабо-слабо шевельнулись. У него перехватило дыхание.

- Мэри... - вырвалось у него. На этот раз он не отрывал взгляда от ее руки и заметил, как пальцы вздрогнули.

- М-р Кепвелл...

- Иду, - ощущая себя на седьмом небе и до боли не желая расставаться, Мейсон все же подчинился и вышел из палаты.

- Я скоро вернусь, - громко пообещал он уже у самой двери. - Мэри, жди меня!


Уже в коридоре Мейсон потребовал от врача поставить у ее палаты охрану. Тот удивленно посмотрел на него, но пообещал что-нибудь придумать. Он признавал, что в случившемся сегодня была вина и персонала больницы.


***


Сознание вернулось к Мэри за одно мгновение, словно кто-то нажал на кнопку. Ей показалось, что она проснулась от глубокого сна, но сил не было даже на то, чтобы поднять веки, а грудь стискивало так, что с трудом удавалось дышать. Органы чувств включались постепенно, и от всего этого создавалось впечатление, что она поднимается на поверхность с самого дна океана. Звуки и ощущения становились все громче и сильнее, пока не стали совершенно оглушительными. Мэри инстинктивно попыталась зажать уши, но поняла, что не способна шевельнуть ни одним мускулом. "Я парализована?" мелькнуло у нее в мозгу. "Где я? И что со мной происходит?"

Она слышала рядом чьи-то голоса, чувствовала, как ее тело быстро поворачивают и проделывают с ним какие-то непонятные ей манипуляции. Потом стеснение в груди ослабло, и дыхание выровнялось. Мэри, наконец, удалось опознать некоторые слова из тех, что говорились рядом с ней. Это были медицинские слова. Больница? Она в больнице? Но не успела она додумать эту мысль, как услышала голос, который не спутала бы ни с чем. Мейсон. "Я скоро приду" - произнес он, и она сжала его руку. Вернее, попыталась сжать, но у нее ничего не получилось. От бессилия ей хотелось заплакать. Но Мейсон все равно что-то заметил. Она поняла это по его изменившемуся тону, когда он пообещал, что скоро придет. Но он исчез, а его место заняли чужие руки, которые стали вливать ей лекарства и в очередной раз осматривать.

Оказавшись в полной неподвижности, Мэри ничего не оставалось, как временно смириться с этим состоянием и попытаться понять, что же с ней произошло. Она довольно четко представляла, кто она, знала, кем является Мейсон, помнила о своем муже Марке, о насилии, о ребенке... ей довольно легко удалось вспомнить детство, монастырь, Вентуру... но происшествие, которое привело ее на больничную постель, начисто стерлось из ее памяти. И именно это, по закону подлости, мучило ее сейчас. Это была автомобильная авария? Нападение? Несчастный случай? Случайная стрельба на улице? Что же с ней произошло? Утешало только одно - Мейсон был с ней. Он приходил, он знает, где она. Он не оставит ее одну. Эта приятная мысль растаяла в теплой волне сна от введенных лекарств, и Мэри отключилась.

Она проснулась посреди ночи от панического ощущения, что рядом кто-то есть. Она попыталась открыть глаза, и в конце концов ей удалось сквозь ресницы разглядеть окружающих ее очертания предметов. И темную фигуру рядом с собой. Сквозь накативший ужас, Мэри все же удалось вспомнить, что тяжелобольным часто надевают на указательный палец кнопку вызова медсестры. Она прислушалась к своим ощущениям, и поняла, что на ее пальце тоже есть такая кнопка. Темная фигура склонилась над Мэри, и она плотно сомкнула веки, надеясь, что человек не догадается, что она в сознании. Одновременно она прилагала все силы, чтобы шевельнуть пальцем и вызвать сестру. Секунды убегали, но, в конце концов, ей удалось нажать на кнопку. Но человек рядом с ней, казалось, тоже заметил ее движение и быстро покинул палату. Появившаяся медсестра включила свет, который резал Мэри глаза даже сквозь закрытые веки.

- Миссис Маккормик? - позвала ее сестра. - Вы меня слышите? Вы можете открыть глаза?

Но у Мэри уже не оставалось для этого сил. Ничего от нее не добившись и не поняв, что же произошло, медсестра поправила на пальце пациентки тревожную кнопку и вернулась на свой пост. Впрочем, она сразу же сообщила о происшествии охране, и та совершила лишний обход по этажам. Но все было тихо.


***


Часы в холле дома Кепвеллов били полночь.


- Мейсон, что ты делаешь? - обеспокоено спросила София, увидев, что он в полном одиночестве сидит гостиной.

- Думаю, - отозвался тот мрачно. - И пью, - добавил он, поднимая стакан с бренди. - А вот что здесь делаешь ты? Тебя тоже мучают демоны?

- Иногда, но не сегодня. Мейсон, а что мучает тебя? Запрет СиСи? Мейсон, он переживает за тебя...

Мейсон не ответил. С минуту он сидел молча, потом встал и пошел было к лестнице на второй этаж, но на полдороге вдруг остановился и ссутулил плечи.

- Будь все проклято!

- Мейсон, что с тобой?

- Ничего, - он повернулся к ней с кривой улыбкой. - Просто сны мучительны, не могу заставить себя вернуться в постель.

- Тебе снятся кошмары?

- Нет, - он покачал головой. - Свадьба с Мэри.

София подняла бровь.

- И такой сон тебя мучает? Я думала, он должен тебя радовать.

- Он радует... в каком-то смысле. Но он кажется слишком реальным.

- Мейсон, мне кажется, тебе действительно нужен врач. И хороший отдых.

- Я так и думал, что ты это скажешь. Нет уж, обойдусь. Наверное, просто неделя выдалась слишком нервная. Я иду спать.

- Доброй ночи, Мейсон.

- Доброй ночи... София.


  1   2   3   4




Похожие:

И в горе и в радости iconДорогие наши юные друзья!
Вы решили больше не расставаться, хотите быть всегда вместе, и в радости, и в горе все делить пополам вы решили создать семью
И в горе и в радости iconМуниципальное общеобразовательное учреждение
...
И в горе и в радости iconДокументы
1. /иванов-крамской - ай на горе дуб/иванов-крамской - ай на горе дуб.pdf
И в горе и в радости iconМилые друзья! Только что успел кончить писать последние слова в первом письме, как увидал через окно на тюремном дворе отряд вооруженных людей. Часть отряда вошла на второй этаж тюрьмы с веревками
Что это делается на белом свете, среди бела дня, и кем же? Людьми, этими разумными творениями, созданными для жизни, для радости....
И в горе и в радости iconНа горе, горенке

И в горе и в радости iconПесня о радости

И в горе и в радости iconПервые радости

И в горе и в радости iconГород радости

И в горе и в радости iconИ жизни радости вкушая

И в горе и в радости iconН. Гуну Ты много жил, я больше пел Ты испытал и жизнь и горе

Разместите кнопку на своём сайте:
Документы


База данных защищена авторским правом ©podelise.ru 2000-2014
При копировании материала обязательно указание активной ссылки открытой для индексации.
обратиться к администрации
Документы

Разработка сайта — Веб студия Адаманов