Очему прилетает печаль icon

Очему прилетает печаль



НазваниеОчему прилетает печаль
страница1/3
Дата конвертации27.08.2012
Размер440.22 Kb.
ТипДокументы
  1   2   3






очему прилетает печаль;

И уносит мечты мои вдаль

Зла, отчаянья ветер и злобы?

Я не верю совсем никому,

Потеряла любовь почему?

По-другому всё быть бы могло бы…







раморные стены, статуи, колонны украшали залы дворца, где было множество людей самого высокого общества. Они общались, слушали музыку и просто отдыхали на кушетках, стоявших вдоль стен. Столы были заполнены подносами с напитками и едой; расторопные слуги старались во всём угодить гостям. Здесь царила атмосфера лёгкого веселья и некой торжественности. Музыканты играли что-то тихое и мелодичное, музыка плавно растекалась по залу и таяла в воздухе. Танцовщицы, жонглёры и искусные акробаты развлекали гостей своим мастерством. Один известный бард читал нараспев свои поэмы и замолкал порой в самые яркие моменты. Кто-то слушал его восторженно, боясь пропустить хоть слово, но большинство - чтобы просто похвастаться потом, что видели его.

Люди замерли, когда большая дверь из красного дерева распахнулась и в зал вошла царская семья в окружении охранников и слуг. Люди мгновенно образовали полукруг и наступила полная тишина. Вперёд вышел царь Пизистрат и поприветствовал всех взмахом руки, зал наполнился ответными возгласами.

Его любили практически все от бродячих поэтов до важных министров. Он был уже не молод, его бороду украшала седина, но он оставался по-прежнему сильным и крепким человеком с открытым лицом и серыми глазами, в которых зажигались огоньки каждый раз, когда он говорил с народом. Амине нравилось, как он держал себя – спокойно, уверенно, властно. Он был царём, и это чувствовалось в каждом движении.

-Приветствую вас, мои гости, - сказал Пизистрат неторопливым приятным голосом, в котором послышались нотки тревоги. – Я рад встрече с вами и рад, что вы пришли...

Он говорил обо всём. О погоде, богах, событиях, рассказал пару историй, а потом лёгким жестом указал на Амину.

-Как вам уже известно, мой сын Гиппий женится на благородной Рианне, дочери консула. Могу с гордостью сообщить вам, что брак заключится через двадцать дней - сразу после праздников. Мы объединим и усилим наши рода, увеличим власть. Надеюсь, люди будут праздновать вместе с нами. Я верю, что всевидящие боги примут этот брак, а мудрая Гестия сделает их жизнь счастливой...

Амина чувствовала на себе пристальные изучающие взгляды. Сотни людей уставились на неё и стали тихо обсуждать между собой. Она улыбнулась им и слегка поклонилась, как её учила Аротея.


А царь продолжал:

- С горечью могу также заметить, что некоторые люди против этой свадьбы. Они не довольны властью и хотят погубить то, что я делал столько лет. Им не удастся помешать нам. Сегодня мы сильны как никогда…

Царь был превосходным оратором, говорил спокойно и не торопливо, люди слушали его, не отрываясь, словно он пел им некую песнь. Он умел приковывать к себе внимание толпы каждым жестом, словом, движением, и люди внимали каждому слову, о чём бы он ни говорил. Когда Пизистрат закончил, толпа ещё долго взволнованно гудела. Вновь заиграла музыка, лёгкое веселье продолжилось, только что-то в воздухе стало другим.

К царю и царице подходили гости, расспрашивая их, и что-то рассказывали, перебивая друг друга. Гиппий в это время открыто заигрывал с молоденькой танцовщицей напротив, она смеялась, старалась понравиться. И только строгий взгляд отца заставил царевича прервать беседу. Он был даже красив, этот юный царевич, но его высокомерие и грубость сквозили в каждом жесте, он смотрел на всех сверху вниз, и это отталкивало. Амине стало жаль настоящую Риану, которая должна будет выйти замуж за этого человека. А впрочем - кто знает? - может он ей понравится.

Амина прошла в зал, улыбаясь гостям, взяла бокал вина и медленно выпила тёрпкий напиток. «Неплохо», - подумала она и стала искать Обилону. Найти её было несложно. Девушка лакомилась фруктами в другом конце зала и восторженно слушала барда.

-Приветствую тебя, благородная Рианна, - улыбнулась Обилона, шутя, и скорчила рожицу. – Почему я удостоилась такой чести?

Амина засмеялась в ответ.

-Как тебе вечер? – спросила она.

-Всё очень интересно, мне нравится... Бард пел такую красивую песню. Жаль, что ты не слышала, - лицо девушки просто светилось от восторга.

-И о чём же он пел? Расскажи, а не то я умру со скуки.

-Об Орфее и Эвредике. Ты наверняка знаешь эту легенду.

-Я хочу послушать, - улыбнулась Амина.

-Хорошо… Эта песня о музыканте, - начала Обилона загадочно.

Они брели по прохладным залам дворца, глядя сквозь окна на догорающий закат. Амине нравилось слушать щебетание подруги, это успокаивало и отвлекало от окружающих людей с пустыми лицами. Обилона рассказывала вдохновенно и легко, Амина действительно видела перед глазами героев легенды, видела события и каждую деталь... Что-то напомнило детство, мать Амины порой рассказывала детям истории на ночь, но её голос был совсем другим и она не была романтиком...

-Эвредика бесшумно следовала за мужем, а он не слышал её шагов и боялся, что она отстала или исчезла, - рассказывала Обилона. - Когда до конца пути оставалось всего несколько шагов, он не выдержал и нечаянно оглянулся назад. Её тень вздрогнула и стала ускользать, пока не исчезла совсем. Он закричал и пытался её догнать, но это было уже невозможно. Орфей нарушил обещание, данное богам, он позволил себе оглянуться.

-А что было дальше? – спросила Амина.

-Он страдал. Просто ходил по земле и пел песни о ней. И люди не могли выдержать этой печали. Они плакали, слушая его и прогоняли, а он бродил по земле и ни где не мог найти пристанище. В каждой встречной женщине он видел её черты и в каждом звуке слышал её голос и чтобы не слышать его Орфей начинал петь. А потом кто-то его убил. Это была счастливая весёлая деревня и люди не хотели здесь страдать. Он дал себя убить и не издал ни звука, на его лице застыла улыбка. Умирая, юноша ощутил её дыхание и снова услышал, как она шепчет ему о любви. Наверное, в царстве Аида музыкант встретился с женой, а их тела поднялись на небо и обратились в звёзды. Так говорят люди и я в это верю.

Девушка расцветала на глазах, её лицо было одухотворённым и прекрасным. Амине нравилось слушать Обилону, ей передавались ощущения подруги, волнение и эта вера в старые сказки.

Девушки шли по залу и скоро оказались на балконе. Дул освежающий ветер, в потемневшем небе появлялись первые звёзды. Из окна был виден величественный сад, полутьма только придавала ему некую тайну, здесь было очень красиво. На воде небольших озёр отражались огни замка и небо. Тихо шелестели листья. Высокие деревья возвышались великанами, они стояли застывшими статуями, казалось, ещё немного - и они оживут, зашепчут о чём-то своём.

Обилона была разговорчивее из-за нескольких бокалов дорогого красного вина, она говорила о том, что так долго скрывала внутри. Её голос был спокоен и приятен. Амине нравилось это общение и она наслаждалась каждой минутой.

-А знаешь, - продолжала Обилона, - когда я была маленькой, я любила мечтать. Каждый вечер и каждое утро я думала, о человеке, которого полюблю. Каким он будет, что мы будем делать вместе… Иногда мои сны были так нереальны. Даже представляла, что у нас с ним вдруг вырастут крылья, и мы сможем полететь в небо. Почти как Дедал, но я хотела хорошую концовку этой истории. – Её глаза были закрыты, Обилона говорила быстро, боясь сбиться, а в голосе звучала радость и восторг, она, словно, летала. – Я мечтала, что появится замок из белоснежных облаков и мы сможем творить удивительные чудеса, помогать людям… Это была сказка, придуманная мной, мечта, в которую я верила. – В голосе вдруг зазвучала такая грусть, что невольно становилось больно это слышать. – Я верила в это, Амина. Крылья, замки, небеса, прекрасная любовь – как это прекрасно и как нереально. Наверное, это глупо верить в то, чего нет.

Амина грустно вздохнула и улыбнулась. Ей так хотелось сказать что-нибудь тёплое и доброе.

-Жаль, ты вряд ли научишься летать, но настоящую любовь ты обязательно встретишь. Всё впереди, я уверена.

-Правда? – чуть смущённо переспросила Обилона. – Я уже почти не верю, что смогу полюбить и кто-то полюбит меня. Наверное, я создала в своём воображении слишком прекрасный образ идеального мужчины, а идеальных людей нет, - Обилона развела руками, положила голову на плечо, как всегда делала, когда задумывалась и грустила. Она была похожа на ребёнка, и это было так трогательно. Обилона горько усмехнулась и быстро спросила. – А ты веришь в любовь?

Амина опустила глаза и пожала плечами.

-Я не знаю. Не уверена, что смогу влюбиться.

Они помолчали. Обилона стояла, прижавшись к холодной стене, и неожиданно прошептала:

-Я знаю, у тебя есть много врагов. И кто-то хочет тебя убить. И я не знаю, что мне делать, если с тобой что-то случится… Кроме тебя у меня никого нет, ты – последнее, что у меня осталось, - её голос тихо раздавался под звуки музыки, в каждом её слове прозвучало отчаяние и тревога, голос дрожал. - Ты мне как сестра. Мне страшно. Всё в мире так жестоко, но есть ещё что-то доброе. Правда?

В её глазах стояли слёзы. Амина обняла Обилону, прижала к себе, будто боясь потерять её, гладила по голове, слушала дыхание подруги.

-Всё будет хорошо! – сказала она, хотя сама не очень в это верила. К горлу подступил комок и, неожиданно для себя, Амина поняла, что тоже могла бы заплакать.

Ветер, шелестя, развивал их волосы, доносилась приятная музыка, кто-то красиво пел. У них было ощущение грусти, в которой есть ещё что-то красивое. Амина не видела, как по лицу Обилоны катились слёзы, девушка быстро отёрла их и всхлипнула.

-Здесь прохладно. Пойдём в зал? – предложила она, стараясь говорить спокойно. Амина кивнула...

Там всё было совсем другим. Люди танцевали, шутили и смеялись, грусть была здесь неуместной, ворвавшимся духом из другого мира. Они не простояли вместе и нескольких минут, когда Аротея подозвала жестом к себе Амину и сказала, что ей подобает находиться рядом с «будущей семьёй».

-И что у тебя с лицом? Повеселее! Жизнерадостнее! Ты должна быть гостеприимной!

Вечер для Амины был нескончаемо долгим и скучным. Она играла свою роль, как её учили: гуляла по залу правильной мягкой походкой, вела беседы с важными людьми о политике, погоде, спорте, поэмах и музыке. Она не видела в этом смысла, но так было принято в этом обществе.

Амина столкнулась с Ардоном, когда голова уже начала кружиться.

-Прошу прощения, Рианна, - сказал он прохладно и, окинув её презрительным взглядом, удалился. Его лицо было спокойным и уверенным. Пожалуй, даже слишком. Амина медленно вздохнула, злоба и обида закипали внутри. Она всё думала об Ардоне, и это раздражало её.

«Надо успокоиться, отвлечься, - сказала она себе. – Интересно, где Обилона?»

Амина стала искать подругу в этой шумной толпе, но в глазах рябило от всех этих людей, ярких платьев, цветов и мебели. Она долго всматривалась в гостей, выискивая рыжеватые кудри, гибкую фигурку и светлую улыбку Обилоны, которая отдавала какой-то чистотой и детской простотой, такой чужой в этом богатом зале, где всё было так изысканно, красиво, но довольно фальшиво. Наконец, она её нашла.

Обилона в этот момент явно не скучала. Её занимало всё! С большим любопытством она рассматривала обстановку, стены, статуи и красиво одетых людей, на лице её читался восторг и даже трепет. Девушка несколько раз за вечер подходила к Амине поговорить, радостно рассказывая всё, что её занимало, но разговоры их были недолгими, так как здесь было принято общаться с разными гостями, а не с кем-то одним, особенно если ты занимаешь слишком высокое место.

Обилона стояла около музыкантов и переглядывалась с одним из них. Когда они замолчали, вперёд вышел невысокий расторопный мужчина, он поклонился, откашлялся и торжественно произнёс:

-Друзья! Мы приготовили для вас нечто особенное! Эта музыка называется «Полёт мечты». Она прозвучит сейчас во славу царской семьи. – Амина снова ощутила на себе пристальные взгляды всех присутствующих и обворожительно улыбнулась гостям. Гиппий лениво зевнул, помахал всем и продолжил с кем-то болтать.

Вначале послышалось несколько красивых звуков лиры, затем в воздух поднялась мягкая романтическая мелодия, слишком нежная чтобы её осознать, но слишком сильная, чтобы её забыть. Свет притушили, аромат жасмина и других цветов из курильниц разносился по всему залу. Обилона улыбнулась и закрыла глаза, ей казалось, что она вот-вот взлетит; всё растворялось перед глазами, музыка проходила через всю душу, что-то сладостное и нежное разливалось по всему её телу, а по коже бежали мурашки. Никто не пел, любой лишний звук, казалось, мог лишь разрушить это очарование. В мелодии звучало и божественное счастье, и боль, разрывающая сердце, и полёт мечты, и падение; что-то завораживающее, даже пугающее было в ней и наполняло каждый звук.

Музыка оборвалась мягко и легко; воцарилась тишина и никто не смел прерывать его. Люди, окружившие музыкантов вначале замерли, ожидая, что мелодия продолжится, а потом взревели от восторга.

-Прекрасно, не правда ли? - раздался сзади Обилоны приятный хрипловатый голос. Девушка вздрогнула, словно очнувшись от забытья, прекрасного сна.

-Да, эта мелодия чудесна, ничего прекраснее я не слышала, - прошептала Обилона и оглянулась. Перед ней стоял мужчина лет тридцати. Он был очень красив, высок, хорошо сложен, под усами, придававшие ему некую выразительность, появилась загадочная обольстительная улыбка, всё в его лице было манящим, притягательным и красивым. В глазах горел какой-то огонёк силы, горделивости и самоуверенности, сильные руки он сложил на груди.

-Эта музыка прекрасна… как и вы, - проговорил он. На её щеках появился румянец, Обилона улыбнулась ему и замерла, не зная, что сказать. Ей казалось, он так хорош собой, что должен был давно устать от женского внимания. Даже не верилось, что он мог заинтересоваться ею.

-Вам нравится здесь? – спросил он мягко.

-Да, - кротко ответила девушка, улыбнувшись. – Здесь хорошо.

-Могу я узнать Ваше имя?

-Меня зовут Обилона, - ответила она.

-Прекрасное имя, оно Вам идёт: мягкое, красивое, женственное.

Всё затрепетало у неё внутри, она боялась сказать что-то не так, спугнуть его. Но девушка нашла в себе силы отбросить нерешительность и заговорить с ним, улыбнувшись.

-Здесь я впервые. А как Вас зовут?

-Рэф, - ответил он. В глазах его мелькали огоньки. Обилона поймала себя на мысли, что в этих огоньках было нечто дикое, пугающее, но очень притягательное. – Может, пойдём, потанцуем? Сегодня такой чудесный вечер, - предложил Рэф, протягивая руку. Девушка не могла отказаться и лишь слабо кивнула.

Они прошли в центр зала, где гости танцевали, и начали красиво двигаться в такт мелодии. Обилона всегда хорошо чувствовала музыку, пропускала через сердце, каждое её движение было красивым, грациозным и изящным, ей казалось, что она превращается в птицу или летит в небесах, забыв обо всём, растворяется в небе, тает как лёд. Рэф тоже неплохо двигался, но в каждом его жесте проскальзывало что-то натянутое, словно выученное наизусть. Он не сводил с неё глаз, ей было даже неловко, она немного краснела и улыбалась в ответ. А музыка шумела где-то там…

Вечер прошёл для Обилоны незаметно, Рэф не отходил от девушки ни на шаг, его обаяние покоряло её. Мужчина был умён и очень интересен, ей нравилось его лицо, спокойный низкий голос, манера разговаривать и эти огоньки в глазах, давно ни с кем ей не было так хорошо и спокойно. Незаметно наступила ночь, они стояли на балконе и разговаривали обо всём, она смеялась над его шутками и грустила, когда речь заходила о чём-то важном. Золотистый свет ламп путался в её волосах, на лице Обилоны застыла самая чистая и открытая улыбка, глаза были лучистыми и большими, всё в ней как будто светилось.

Вдруг прозвучал удар колокола, означавший лишь то, что бал закончен, время вышло. Гости немного раздосадованные стали расходиться. Внутри Обилоны всё сжалось. «Как же так? Почему так быстро?» - подумала девушка растерянно, ей стало немного обидно. Мысль о том, что прекрасный сон кончился и приходится проснуться, ошарашила девушку. Рэф грустно посмотрел на неё и улыбнулся.

-Я увижу тебя ещё раз? – спросил он, наклонившись к ней.

-Да, - шепнула она растерянно.

Рэф мягко прижал девушку к себе и поцеловал, она вздрогнула, всё в ней затрепетало. Это было как во сне, но не хотелось просыпаться. Она знала его только один день, но ей казалось, что они уже вечность стоят рядом.

-Ты прекрасна, - шепнул он, поцеловав ей руку, и добавил:

-Вечер кончен, надо идти. Мы должны встретиться завтра.

-Не знаю, смогу ли я, - начала было Обилона, вспомнив строгое лицо царицы.

-Нет, ты найдёшь время завтра! - оборвал он её. – Зачем ждать? Давай завтра у ворот, в такое же время, как начался балл?

Его голос стал немного холодным, но потом мужчина спохватился, заглянул ей в глаза, улыбнулся и добавил: «Прошу».

Ну как она могла ему отказать? Девушка кивнула, они обнялись и пошли к выходу.

-Я не могу дождаться встречи, - проговорил её спутник.

-До завтра! - ответила Обилона, прощаясь.

Земля уходила у неё из-под ног, голова кружилась, ей всё ещё не верилось, что это происходит с ней. Он был слишком красив, слишком хорошо… так не бывает! Она подошла к Амине, всё ещё улыбаясь.

В опустевшем зале стало так тихо, что был слышен каждый шаг.

-Кто этот человек, что был рядом с тобой всё это время? – спросила Амина заинтересованно. Обилона сладко вздохнула, как ребёнок после приятного сна.

-О, Амина, это такой удивительный человек! Его зовут Рэф… он обходительный, милый, добрый и очень красивый, - Обилона говорила быстро, её глаза излучали радость и восторг. Она села на мягкий диван, вернее, упала на него и снова улыбнулась.

Почему-то Амина не разделяла её восторгов. Было во всём этом нечто-то странное. Что-то в его взгляде.

-Он действительно хорош собой, я рада за тебя, - сказала Амина мягко. – Но мне он не очень понравился, в нём есть что-то неестественное, даже не знаю, как сказать …

-Вовсе нет! – вспыхнула Обилона.

Амина вздохнула.

-Всё происходило слишком быстро. Мужчины не признаются в любви на первом же свидании.

И тут Обилона разозлилась. В первые за долгое время.

-Ты подслушивала? Просто тебе не нравится, что у тебя никого нет, хоть ты и старше меня, - процедила она сквозь зубы, глаза её сверкнули злобным обиженным огнём.

Наступила пауза. Амина растерялась.

-Мне неприятно это слышать, Обилона. Мы с тобой подруги или уже нет?

Обилона виновато улыбнулась, обняла Амину, спрятала лицо в её руках:

-Прости меня. Не знаю, что на меня нашло и зачем я сказала это. Прости... Он, прекрасен, как Аполлон... А какие слова он мне говорил: что мои глаза похожи на небо, улыбка на свет, волосы, как золото… Ах, Амина, он необыкновенный! Я счастлива, я словно знаю его всю жизнь, всё так прекрасно, как в чудесном сне. Я ощущаю себя ласточкой, которая взмывает высоко в небо, кидается вниз и взлетает в последний момент. Всё так кружится внутри, взлетает, вихрь охватывает меня. О, Боги!




Наступила ночь, в длинном красивом коридоре царского дворца было совершенно тихо. Тускло светили факелы. Большие колонны и мозаика на стене придавали коридору холодную величавость и спокойствие. Казалось, всё здесь уснуло, умерло…

В конце коридора появились две мрачные фигуры, их шаги гулко раздавались в этой ночной тишине. Два человека в плащах напоминали скорее призраков, чем людей. Они медленно прошли по коридору, вслушиваясь в каждый звук.

-Ты помнишь, что надо делать, Фокот? – вдруг раздался глухой голос одного из них.

-Конечно, Барф, - ответил другой с усмешкой, какой отвечают на глупые вопросы. Они всегда были соперниками и не любили друг друга.

-Смотри, а то ещё завалишь всё дело, мальчишка, - после недолгой паузы бросил Барф, чтоб позлить напарника. Тот побагровел и холодно ответил:

-Мы с тобой потом поговорим. Сейчас главное – это Задание... Уж с девчонкой мы как-нибудь справимся.

-Ну, смотри, - хмуро ответил напарник.

Задерживаться было нельзя, как и отвлекаться на разговоры. Всё было рассчитано по минутам, и они не имели право на ошибку. Как раз сейчас стража совершает обход в другой части здания.

В конце коридора, завернув за угол, они остановились недалеко от большой двери, украшенной позолотой. Рядом стояли два стражника, которые сонно о чём-то болтали.

-Что вам надо в такое время? – строго спросил один из них, заметив двух странных людей в длинных плащах.

Незваные гости переглянулись и резко накрыли лицо тканью, а под ноги стражникам полетела бутылка. Она разбилась, из неё повалил сильный дым, заполонивший весь коридор, резкий запах расползся по воздуху. Стражники закашляли, опустились на пол и через несколько мгновений потеряли сознание. Фокот и Барф переглянулись, бесшумно вошли в комнату, закрыли поплотнее дверь за собой и, наконец, отдышались...

Амина лежала на большом роскошном диване и спала. Одеяло было откинуто, а тело прикрывала лишь тонкая ночная сорочка. На её лице застыла лёгкая улыбка. Пара светильников освещали комнату неровным тусклым светом. Женщина прошептала что-то во сне и перевернулась на другой бок. Теперь её длинные тёмные волосы закрывали лицо и плечи.

-Жаль девку, я с такой развлёкся бы, - прошептал Фокот с досадой, жадно царапая взглядом её ноги. Но потом опомнился, вспоминая щедрую оплату. - Эх, ну работа есть работа, - прошептал наёмник и в полумраке блеснул нож. Медленно и бесшумно парень приблизился к ней и, прицелившись, замахнулся.

Мгновенно раздался собачий лай, неожиданно прозвучавший в ночной тишине. Что-то огромное и страшное метнулось и сбило его с ног. Это был Цербер, огромный серый пёс, который залаял и бросился на врага. Фокот боролся с ним несколько секунд и из последних сил ударил ножом, всаживая острый клинок по самую рукоятку в бок животного. Цербер завыл и отскочил, а потом зарычал, готовясь к бою. По его боку и лапе сбегала алая струйка тёмной крови, в глазах зверя мелькнуло бешенство, он готов был разорвать любого, кто приблизился бы к нему или к хозяйке.

Амина сразу проснулась и приподнялась, ещё не понимая, сон это или явь. Барф, не упуская времени, достал кинжал, приготовленный на всякий случай, и бросился на «будущую царевну».

-О, Боги! – прошептала она. – Нападать ночью? Это низко даже по меркам бандитов.

Он замахнулся и с силой ударил, но Амина быстро откатилась в сторону, в последний момент понимая, что происходит. Он сильно пнул её, скинув на пол, и замахнулся снова. Краем глаза Амина заметила, как раненный пёс пытался кинуться к ней, но второй наёмник преградил ему дорогу и стал биться с Цербером. Фикер видела, как блестящее лезвие несётся к ней со стремительной скоростью, её передёрнуло, холод пробежал по спине. Опасность близкой смерти путала все мысли, в её сознании пронеслась вся жизнь, и явственно было лишь одно желание – выжить. Пальцы сами с быстротой молнии вытянулись вперёд и поймали кинжал убийцы на лету. Их руки, сцепившись, дрожали. Острое лезвие медленно опускалось всё ниже и ниже к её горлу. Амина собрала все силы и оттолкнула наёмника.

В это время пёс замер напротив Фокота и через пару мгновений бросился на врага, преступник снова замахнулся клинком, лезвие скользнуло, поранив животное. Цербер упал. Амина смотрела на это словно сквозь сон, комок застрял в её горле, мысли смешивались и бежали вихрем: «Не хочу, чтобы он пострадал из-за меня!» Всё сжалось внутри. Фокот приближался к женщине, и она стала пятиться.

- Твоя шавка тебя не спасёт, Рианна, - хмуро бросил Фокот и достал нож, надвигаясь к ней. Амина споткнулась об ковёр и чуть не упала, лишь одна мысль заполонила разум: «Неужели всё так кончится?! Неужели это конец?» Цербер зарычал, медленно поднимаясь. Он был в крови, ей стало его жалко. Фокот наступал, Амина упёрлась спиной в шкаф и поняла, что дальше отступать некуда. А значит, пора брать себя в руки. «Где-то здесь должен быть мой меч. Я должна его вытащить, я должна выжить».

Наёмник холодно самодовольно улыбнулся и уже приготовился к удару. Через пару мгновений она оказалась у шкафа. Судорожно, как во сне, рука Амины нащупала нужный ящик и прохладную рукоять меча.

-Эх, жаль, нет времени с тобой позабавиться, - усмехнулся мужчина.

Её рука взметнулась вверх и в сторону. Лезвие вошло в чужое тело довольно легко. Мужчина вскрикнул, и его тело рухнуло на пол.

Амина выпрямилась, чувствуя вливающуюся в тело уверенность, она испытывала облегчение и в то же время отвращение к тому, что сделала только что. Цербер выпрямился и снова зарычал. Амина и пёс медленно приближались к безоружному Барфу. Тот взглянул на убитого напарника, и в его глазах застыл ужас. Через мгновение он бросился к двери и выбежал вон. Пёс погнался за ним, но Амина, крикнув, остановила его.

-Я изменилась, - сказала она тихо. – Мне уже не так хочется сражаться, как раньше. Я не хочу мстить. Я могу только защищать то, что мне дорого... Цербер, прости меня.

Амина вздохнула и погладила друга по всклокоченной шерсти. Затем достала тряпки и осторожно перевязала его раны.

-Спасибо, - сказала она, и Цербер посмотрел ей в глаза, в его тёплом взгляде читалось то, что он понимает её, каждую мысль. Он бы отдал жизнь за неё. И от этого становилось немного страшно...

Она закончила перевязку и встала. Обида и злость застряли у самого горла.

-Я должна сидеть и ждать, когда же меня убьют?- спросила она себя.

Амина сжала меч так, что рука побелела. Мысли лихорадочно скакали в голове. Она часто рисковала раньше, но тогда она была готова к этому, могла сражаться, а рядом были её люди, которые казались верными и надёжными. Смешно. - Почему я не могу начать нормальную жизнь? Почему? – спросила она пса, но он молчал, глядя на неё. Он устал, и она тоже устала.

Женщина не понимала, почему ей выбрали такую шикарную клетку. Зачем эта роскошь, все эти ковры, цветы, вазы, украшения, если тебя могут убить в любую минуту?

Амина подошла к красивому столику, взяла дорогую вазу, расписанную сложным узором, и со всей силы швырнула её об пол. С неким удовольствием она наблюдала, как полетели во все стороны осколки. Стало легче. Амина успокоилась и села на диван, теперь была только усталость и больше ничего, ни о чём не хотелось думать. Она остановилась и обернулась, глядя на Цербера, в его глазах явно читалось удивление, горечь и что-то тёплое, мягкое, заботливое. Женщина подошла к нему, села на пол и вздохнула, положив его большую голову себе на колени. Она ещё долго сидела почти неподвижно, одной рукой гладила пса, а другой сжимала рукоять спасительного меча. Ей всё ещё было не по себе, ярость почти улеглась, но остались пустота и страх, хотелось исчезнуть, уснуть и всё забыть. Но это было почти невозможно.

Прошло довольно много времени, на улице рассвело. Цербер задремал, положив голову ей на колени. Хозяйка боялась разбудить его и даже не шевелилась, она смотрела в одну точку и вспоминала детство. Тогда она не знала, что станет такой…

Раздались неторопливые шаги и дверь заскрипела. Амина вздрогнула.

«Они вернулись, я так и знала!» - мелькнуло у неё в голове. Она резко встала, до боли сжала рукоятку меча, подлетела к двери и замахнулась. Цербер вскочил и зарычал.

Дверь отворилась и в комнату вошла Аротея, лезвие застыло около горла царицы. Женщина вздрогнула и отшатнулась.

-Как это понимать?!

Амина опустила меч и облегчённо вздохнула.

-Я не знала, что это вы.

-Мне чуть плохо с сердцем не стало, - проговорила царица строго и испуганно. - Что всё это значит?

-Это просто мера предосторожности, - едко ответила Амина. После Аротеи в комнате появились испуганные слуги и Ардон, который с удивлением и лёгкой насмешкой взглянул на Амину.

Похоже царица разозлилась:

-Надо быть бдительной, но не настолько! Осторожность, моя милая, не значит, кидаться на человека с мечом. Ты могла меня убить! Двое стражников лежат без сознания у дверей. Ты можешь хоть что-нибудь мне объяснить?!

Амина села в кресло и вздохнула.

-На меня напали. Если бы не Цербер, то, скорее всего, я бы с вами сейчас не разговаривала, а ваш чудесный план провалился бы.

Через мгновение царица взглянула на лежащее тело в углу, завёрнутое в тёмную ткань. Она вздрогнула и побледнела.

-Это то, что я думаю?

Амина грустно вздохнула и кивнула в ответ.

Она оглядела комнату. Здесь царил беспорядок, и что-то страшное было в воздухе. На полу - разбросанные тряпки и осколки разбитой вазы, но особенно пугали пятна крови на мебели и дорогом ковре. Перевязанный Цербер тихо рычал, злобно глядя на всех этих людей, растрёпанные волосы Амины сбегали на порванный хитон, лицо её было отстранённым, что-то злое и непонятное сверкало в глазах. Эта картина была впечатляющей, люди огладывали комнату и не знали, что сказать. Все старались не смотреть в сторону лежащего тела, становилось не по себе.

Амина посмотрела на Ардона. «Ты, наверное, огорчён, что меня не убили», - злобно решила она.

Царица почувствовала себя неловко:

-Ты, должно быть, испугалась! Теперь понимаю, почему ты так осторожна, – начала Аротея, как можно мягче и взглянула на мёртвое тело наёмника. Надо было отдать ей должное, она никак не выдала своих чувств, и даже нотки волнения не было в её голосе, царица умела держать себя в руках:

-Расскажи, как всё было. Я понимаю, это может быть нелегко.

-Ничего. Бывало и похуже, - улыбнулась Амина. Она рассказала всё спокойно, почти без эмоций, но всё же испытывала озлобленный страх, который только сейчас доходил до её сознания. Необходимо было избавиться от этого чувства. Она задумалась о том, что еле осталась жива, её спасло чудо, и она не знала, что чувствовать – облегчение или злость. «А ведь раньше меня бы разбудил любой шорох, - подумала женщина. - Потеряла хватку от сытой жизни».

-Мне повезло, что под руку попал меч, а вот ему не очень. - Амина жестом указала на мёртвого и тихо добавила. - Второй скрылся.

Стояла тишина, все как будто ждали продолжения, Амина молчала. Раньше ей даже нравилась опасность, она разжигала чувства, заставляла жить дальше, но сейчас бессилие просто убивало её. Она не понимала, кто её враги и кому она нужна. А главное – зачем.

-Я не думала, что они нападут так скоро, - проговорила Аротея и, задумавшись лишь на мгновение, тряхнула уложенными гладкими локонами и отдала распоряжение кому-то из приближённых:

-Утроить охрану, увеличить караул, пусть проверяют еду, чтоб не отравили. Заботьтесь об её охране, иначе вам придётся искать работу и место где-то ещё. И никому ни слова, любая болтовня приравнивается к предательству! - она стала злиться и нервничать, но пыталась это скрыть. – Под угрозой не только её жизнь, но и гораздо больше - управление страной. Надо соблюдать все меры предосторожности, вы знаете, как это важно... А с теми, кто поставил таких охранников, я поговорю отдельно.

Амина лишь усмехнулась про себя, эти попытки защитить её казались беспомощными и бесполезными, кому надо тот придумает способ её убить. Женщине было всё равно, кто будет управлять страной. Но умирать не хотелось совсем, к тому же так глупо.

Пара слуг вынесли тело, завернув в простыню. Царица продолжала что-то говорить, объяснять и отдавать распоряжения; обычно её речь была спокойной и размеренной, но сейчас она немного сбивалась и путалась. Амина её уже не слушала, она чесала у Цербера за ухом, а тот млел от удовольствия, её мысли были лишь о нём: как скоро пёс поправиться, больно ли ему?

-Ты со мной согласна, Рианна? – спросила царица. Амина очнулась от своих мыслей.

-Что?

-Тебе нужен отдых, - ответила Аротея. – Чуть попозже тебе принесут завтрак… А нам надо идти. Если что-то понадобится - ты только дай знать, хорошо?

-Да. Спасибо, - ответила Амина, ожидая, когда её оставят одну. Аротея вышла, за ней последовали все остальные, остался лишь Ардон. Он смотрел на Амину странно, чуть склонив голову на бок. Словно видел впервые и старался запомнить.

-Что тебе надо? – спросила она хмуро, не давая ему начать. – Ты, наверное, так расстроился, что я осталась жива. Сочувствую.

-Вовсе нет, - ответил Ардон спокойно и добавил:

-Твоя жизнь для нас всех имеет большое значение.

-Вот как? – недоверчиво переспросила она, чуть округлив глаза. Амина даже не знала, как отреагировать.

-Разумеется, пришлось бы раньше времени объявить, что ты – это не Риана. А это опасно для её жизни и для власти царей. Я отвечаю за твою безопасность, я не хочу терять свой пост из-за тебя.

-А-а–а, - протянула Амина и улыбнулась. – Я было испугалась, что в тебе проснулось сочувствие, тебе стало жаль бедную девушку, которую приносят в жертву государству, - с усмешкой заключила она.

-Бедная девушка? Где? – бросил он высокомерно. – Тебя следовало казнить на площади за все преступления, убийства и грабежи, которые выполнялись по твоему приказу, никто бы не загрустил, кроме собаки и этой деревенской девчушки, которая просто не понимает, с кем имеет дело. Не называй себя жертвой, ты должна быть благодарна, что они сохранили твою несчастную шкуру и дали пожить в роскоши, простив все преступления, которые ты делала раньше. Я считаю это неправильным.

-Ты ничего не знаешь обо мне! – ответила она. – И не тебе меня судить.

Он подошёл к двери и, обернувшись, спросил:

-А ты со многими спала, чтобы что-то узнать? Мне интересно.

Она мягко улыбнулась и подошла к нему поближе.

-Я использовала людей. Но тебя не касается, с кем я спала, а с кем - нет, - ответила она медленно. – Проваливай, иначе я закричу и доказывай потом, что ты не предатель.

Он выпрямился и расхохотался:

-А ты не изменилась. Совсем… Ещё сочтёмся, я надеюсь.

Ардон стремительно вышел, громко хлопнув дверью, Амина вздрогнула. Стало легче и в то же время как-то не по себе.

«Может, ты и прав, - сказала она тихо, - может, я должна была умереть ещё тогда, когда меня поймали. Ведь я заслуживаю это».

Она легла, есть не хотелось, сил не осталось. Сказалось раннее пробуждение, пережитая опасность и усталость. Глаза закрылись сами, и она стала медленно погружаться в мягкий бездонный полумрак сна...

  1   2   3




Похожие:

Очему прилетает печаль iconДокументы
1. /ОТКУДА ПРИЛЕТАЕТ ПТИЧИЙ ГРИПП.doc
Очему прилетает печаль iconЗабудь печаль

Очему прилетает печаль iconЗнов печаль в душі воскресла

Очему прилетает печаль iconКончился сон. Как печаль отогнать ?

Очему прилетает печаль iconВ морі я хотів печаль свою втопить

Очему прилетает печаль iconЛ. Духанина чудесный колодец по мотивам русских сказок
В дремучем лесу стоит избушка Бабы Яги, рядом колодец закрытый кышкой, пеньки в большом дереве домик Кикиморы. Прилетает ворона:...
Очему прилетает печаль iconПравила игры. Выбегать и ловить можно только угаданную птицу. Литература
Играющие по считалке выбирают хозяйку и ястреба, остальные — птицы. Хозяйка тайком от ястреба дает название каждой птице: кукушка,...
Очему прилетает печаль iconГеоргий Викторович Адамович
Лежит Москва. И смертная печаль здесь семечки лущит, да песню тянет, и плечи кутает в цветную шаль
Очему прилетает печаль iconАлександр Югов отпусти меня, грусть-печаль моя!
Как сейчас. 31 декабря. И морозно и метель, в общем, зима со всеми своими «прелестями»
Очему прилетает печаль iconАнатолий Кашепаров: "Песняры" закончились с уходом Мулявина
Анатолий Кашепаров уехал с семьей в Америку в далеком 1991-ом. И очень долго о знаменитом вокалисте "Песняров" ничего не было слышно....
Разместите кнопку на своём сайте:
Документы


База данных защищена авторским правом ©podelise.ru 2000-2014
При копировании материала обязательно указание активной ссылки открытой для индексации.
обратиться к администрации
Документы

Разработка сайта — Веб студия Адаманов