Чернавский М. Ю. Этатизм, принцип автаркии в экономике и идея государственного социализма в консервативных концепциях xix-начала XX века icon

Чернавский М. Ю. Этатизм, принцип автаркии в экономике и идея государственного социализма в консервативных концепциях xix-начала XX века



НазваниеЧернавский М. Ю. Этатизм, принцип автаркии в экономике и идея государственного социализма в консервативных концепциях xix-начала XX века
Дата конвертации27.08.2012
Размер303.29 Kb.
ТипДокументы


Чернавский М.Ю.


Этатизм, принцип автаркии в экономике и идея государственного социализма в консервативных концепциях XIX-начала XX века.


Консерватизм как определенная система воззрений на мир, человека и общество имеет свои экономические основы. В рамках консервативной мысли XIX начала XX века были выработаны представления о сущности и особенностях протекания экономических процессов, а также о месте и роли государства в экономике. Представления эти сложились в противовес как либеральным, так и марксистским подходам к анализу экономики. Экономическую программу консерватизма можно свести к трем центральным идеям.

Во первых, позиция консерваторов в той или иной форме всегда сводилась к отстаиванию этатистских 1 положений, в соответствии с которыми государство, путем активного воздействия на экономику, направляет ход экономического развития страны.

Во вторых, в консервативной мысли сделан упор на рассмотрении своеобразных черт экономического развития того или иного государства, которое должно стремиться к максимальной независимости и самостоятельности не только в политической, но и в экономической сфере. Эта мысль, в определенной мере, согласуется с принципом автаркии 2 в области экономики.

В третьих, доминирование государства в экономике выражается в идее так называемого государственного социализма, где социализм понимается как контроль и воздействие государства на экономические и социальные процессы.

Следует сразу оговориться, что в понятие «социализм» по ходу развития общественно-политической, экономической и философской мысли вкладывалось разное содержание. Так, вслед за типологией, принятой в советской историографии, можно выделить следующие основные типы социализма -- утопический (К. А. де Сен Симон, Ш. Фурье, Р. Оуэн), феодальный (Т. Карлейль, Б. Дизраэли), мелкобуржуазно-утопический (Л. Блан, Э. Кабе, П. Ж. Прудон), христианский (П. Леру, Ф.-Ж. Бюше, Ф. Р. де Ламенне), так называемый «научный» (К.Маркс, Ф. Энгельс), государственный (К. Родбертус, Ф. Лассаль), катедер-социализм 3 (Л. Штейн, А. Шеффле, Л. Брентано).

При этом в социализме можно выделить и узловое теоретическое ядро, которое состоит в признании всеми социалистами того, что социализм есть альтернатива либеральной экономике и антитеза буржуазному общественному устройству. На наш взгляд, имеет смысл говорить о том, что консерватизм выработал свое, этатистское понимание социализма.

Перечисленные идеи этатизма, автаркии и государственного социализма присутствуют в трудах таких представителей консервативной мысли, как А. Мюллер, Ф. Лист, Б. Гильдебранд, К. Книс, В. Рошер, Р. Штаммлер, Г. Шмоллер, А. Шеффле, К. Родбертус, Л. Штейн, К.Н. Леонтьев, Л.А. Тихомиров, М.О. Меньшиков.
В данной работе мы попытаемся проследить этатистскую направленность в воззрениях этих представителей консервативной мысли, обозначить разработанные ими принципы автаркии в экономике и рассмотреть особенности консервативного подхода к понятию государственный социализм.

Принципы этатизма и автаркии в консервативно ориентированной экономической мысли появились как реакция на установки так называемой классической политэкономии (У. Петти, А. Смит, Д. Рикардо, П. Буагильбер, Ф. Кенэ). Установки эти состояли в том, что буржуазные отношения провозглашались естественной формой производства, которая соответствует «природе человека», руководствующегося принципом разумного эгоизма. Классическая политэкономия, обосновывая лозунг «экономической свободы», высказывалась за ограничение вмешательства государства в экономическую деятельность индивидов и отстаивала тезис о существовании естественных, объективных экономических законов. Законы эти господствуют не только в экономике любого государства, но и действуют в сфере их внешнеэкономической деятельности. Классики политэкономии тем самым нивелировали политические, национальные и культурные особенности народов перед лицом универсальных экономических законов, которыми руководит якобы совершенный механизм свободной конкуренции.

Консерватизм при оценке экономических процессов выступал против либеральных и марксистских положений о доминировании в истории человеческой цивилизации и в развитии любых общественных образований неизменных и равнообязательных для всех народов и государств экономических законов. Этому положению консерватизм противопоставил идею о воздействии на экономику специфичных и часто весьма своеобразных внеэкономических (духовных, социальных, правовых) факторов, присущих каждой нации и государству. Центральным же аспектом, влияющим на протекание экономических процессов, является, по мнению консерваторов, деятельность государства.

Одним из первых мыслителей, выступивших с критикой классической политэкономии был Адам Мюллер (1779 1829). В своих лекциях, читавшихся в 1808 1809 гг. и изданных затем под заглавием «Элементы государственного искусства» он указывал на то, что вся классическая политэкономия уделяет первостепенное внимание при анализе общества экономике, оставляя при этом за скобками рассмотрения духовные составляющие общественного развития. По мысли А. Мюллера, именно факторы духовного порядка во многом образуют сущность экономики. Мюллер в своих экономических построениях исходит из доминанты идеи государства. Он определяет государство как определенную силу, осуществляющую идею нации и способную возвысить беспорядочную массу индивидов до «единого живого целого». Отсюда следует тезис, что государство нельзя рассматривать только сквозь призму экономических категорий, «государство не есть простая мануфактура, ферма, страховое учреждение или торговая компания ; оно есть тесное единение всех физических и духовных потребностей, всего материального и духовного богатства, всей внутренней и внешней жизни нации» 4.

Мюллер выступил также противником учения Адама Смита о «безусловной, абсолютной частной собственности», которая, якобы, служит интересам общественного целого. По А. Смиту, каждый производитель, заботясь о собственной выгоде, «невидимой рукой направляется к цели, которая совсем не входила в его намерения». Обществу при этом не всегда наносится вред, скорее наоборот, «преследуя свои собственные интересы, он часто более действительным образом служит интересам общества, чем тогда, когда сознательно стремится делать это» 5. Для А. Мюллера подобное утверждение призвано лишь теоретически оправдать борьбу отдельных (частных) интересов внутри государственного целого и обосновать экономический эгоизм с его стремлением к увеличению чистого дохода в ущерб государственным интересам. Отсюда Мюллер делает вывод, что не следует разграничивать функции государства и хозяйственную самостоятельность отдельного лица, как это делают сторонники классической политэкономии. Государство, по Мюллеру, представляет собой совокупность всех человеческих отношений, как физических, так и духовных, соединение их в одно живое целое. Это есть не искусственное создание человеческого произвола, а живой организм, в котором отдельное лицо состоит живым членом, и вне которого оно немыслимо 6.

По мысли Мюллера, основной ошибкой либеральных экономистов было их стремление обособить от государства «частные интересы и частную собственность», разделить «общественную» (государственную) и «частную» (внегосударственную, гражданскую) жизнь. Государство, по утверждению немецкого философа, «должно охватывать всю жизнь человека» 7, оно выступает как могучая экономическая сила, всецело проникает в хозяйственные и торговые отношения, это есть «не простое юридическое учреждение, не отдельная отрасль человеческой образованности, но оно обнимает всю совокупность человеческих отношений и несет свою цель в самом себе», значит и экономику следует рассматривать в качестве «существеннейшей составной части государства» 8. Государство, таким образом, является руководящей силой экономического развития и источником национального богатства. Без государства невозможно не только накопление и хозяйственное развитие, но и непрерывное существование общества.

При этом Мюллер придерживается естественно-органического понимания сущности государства. По его мнению, государство строится по образцу семейства и представляет собой своего рода расширенный тип семейной организации 9. Отношения между государством и отдельными индивидами опосредуют, по Мюллеру, «сословия, корпорации, коммуны, семьи, города, короче, небольшие разнообразно образованные жизненные круги, в которые должен входить отдельный индивид, чтобы соединиться с «целым». Это своего рода «органы» государства, его «живые члены», которые также являются «живыми» индивидами, связанными друг с другом в живом общении и взаимодействии 10.

А. Мюллер предложил по сути дела своеобразный вариант государственного социализма, высказав идею о том, что примирение разнонаправленных интересов индивидуумов и социальных групп может быть осуществлено только государственной властью. Государство берет на себя регулирующие функции в социальной и экономической сфере жизни общества, устанавливая тем самым равновесие и смягчая противоречия.

Представитель классической немецкой философии Иоганн Готлиб Фихте (1762 1814) 11 в работе «Замкнутое торговое государство» (1800 г.) предложил план преобразования экономики в духе этатизма и социализма. По Фихте, только государство способно объединить неопределенную массу людей в замкнутое целое, в социальную общность. Хозяйственная жизнь есть основа государства, без ее упорядочения немыслим никакой прочный разумный порядок. Для установления необходимого равновесия в доходах граждан государство, по мнению немецкого философа, должно руководить хозяйственной жизнью, определяя необходимое количество производителей, руководя внешней торговлей, организуя разделение труда, наделяя граждан правом владения собственностью, а также составляя план общественного хозяйства, предупреждая тем самым возможные давления одного класса на другой 12.

В противовес классической школе политэкономии с ее идеей недопущения никаких ограничений в области международных отношений, Фридрих Лист (1789 1846) 13 в работе «Национальная система политической экономии» (1841 г.) сформулировал теорию так называемой «национальной экономии». «Национальная экономия», по словам Ф. Листа, призвана заниматься изучением факторов, приводящих к установлению у всех народов их своеобразной культуры и могущества, она «должна быть наукой, которая, учитывая интересы и положение отдельных наций, устанавливает, каким образом каждая из них может подняться на такую ступень экономического развития, на которой союз ее с другими цивилизованными нациями станет благодаря свободе обмена возможно полезен» 14. Государство, по мнению Ф. Листа, обязано заботиться о развитии производительных сил, влиять на экономическую жизнь общества, в частности, через политику «воспитательного протекционизма», предполагающую введение высоких таможенных пошлин, защищающих внутренний рынок от проникновения иностранных товаров.

Немецкая политическая экономия в рамках исторической, социально-правовой и новой исторической школ привнесла значительный вклад в разработку экономической программы консерватизма 15. Представители исторической школы немецкой политэкономии 16 отрицали тезис о том, что экономика фатально давлеет над всеми сферами общественной жизни. Так, Бруно Гильдебранд (1812 1878) считал, что при анализе экономических и социальных процессов нельзя недооценивать неповторимость и постоянную изменчивость «духовного начала». Немецкий экономист рассматривал развитие сознания и «образованности человечества» как основу изменения общественных отношений, что определяется, по словам Б. Гильдебранда, «духовным началом» того или иного народа, а значит, «каждый народ проходит свойственные ему ступени экономического развития» 17.

Аналогичную мысль отстаивал и Карл Книс (1821 1898), по мнению которого, хозяйственная жизнь определяется взаимодействием как реальных (природных, вещественных), так и персональных (духовных) факторов. При этом духовная жизнь не подчиняется природным, равнообязательным законам и развивается у каждого народа своими путями 18. Более того, по мере развития культуры, национальные различия разных народов и государств, по Кнису, будут все более усиливаться. На этом основании немецкий экономист пришел к отрицанию главенства над обществом экономических принципов и провозгласил безнадежность дальнейших попыток установления для всех народов всеобщих экономических законов. Отсюда следовал вывод о своеобразии путей экономического развития каждой отдельной нации 19.

Взгляд на экономику А. Смита и Д. Рикардо основан на абстрактном, умозрительном методе, который позволяет установить, по словам Вильгельма Рошера (1817 1894) 20, лишь «эмпирические закономерности» 21. В противовес абстрактным построениям классиков экономического либерализма, В. Рошер выдвигал идею о необходимости подбора, описания и классификации конкретных исторических фактов в народном хозяйстве того или иного государства 22. Рошер определял политэкономию как «анатомию и физиологию народного хозяйства», пользующуюся «историко-физиологическим методом» 23. Итак, представители немецкой исторической школы политэкономии обосновывали естественно-экономическую природу происхождения экономических процессов, отрицая при этом универсальный и равнообязательный характер экономического развития всех народов.

Представитель социально-правовой школы Рудольф Штаммлер (1856 1938) 24 атаковал господствующий в марксизме принцип превалирования производственных отношений с позиций идеи права. Штаммлер рассматривает правовое регулирование общественной жизни как основу всех экономических процессов, исходя при этом из утверждения, что именно нормы права связывают людей между собой в процессе их хозяйственной деятельности: «Экономическим феноменом называется одинаковое, массовое проявление правоотношений» 25. Социальное хозяйство, таким образом, есть сотрудничество людей, связанных нормами права. Право, поэтому, является первичной и самодовлеющей над жизнью людей категорией. Субъектом же правотворчества является государство, а значит, в конечном итоге, именно государственно-правовые механизмы задают тон развитию экономических отношений.

Вслед за Штаммлером, другой представитель социально-правовой школы, Рудольф Штольцман выдвинул тезис, согласно которому народное хозяйство зависит от правовых норм, которые, в свою очередь, подчиняются высшим этическом принципам. Отсюда Штольцман делает вывод, что «народное хозяйство есть этическое образование, оно есть организация нравственно направленных целей». Таким образом, степень важности отдельного человека и общественных слоев определяется выполняемыми ими этическими функциями, которые служат интересам общества. Более того, труд, как и собственность, по Штольцману, являются одновременно и правом и обязанностью. При этом, если право есть продукт индивидуальных интересов граждан, то долг продиктован общественным, надиндивидуальным этическим принципом: «То, что с точки зрения индивидуального принципа выступает как право, с точки зрения социального принципа является долгом" 26. Это значит, что все экономически разностатусные слои общества выполняют важные социальные функции, определяемые высшим социально-этическим принципом.

Новая историческая школа продолжила традиции исторической школы по отстаиванию подхода к анализу экономики с позиций влияния на нее внеэкономических факторов. Один из представителей этой школы К. Диль писал, что «социальная жизнь не протекает с закономерностью эволюции природы: она обусловлена правовыми институтами, а они являются результатом целесообразной деятельности людей…» 27.

Основоположник новой исторической школы Густав Шмоллер (1838 1917) 28 относил к таким факторам общественную психологию и мораль, в соответствии с чем производство, обмен, распределение и производительность труда следует рассматривать и как этико-психологические категории. Все классы и социальные слои общества, по Шмоллеру, обязаны служить интересам государства, более того, они должны признать над сабой и своими интересами главенство сильной государственной власти и осознать то, что «идея социальной справедливости должна идти на компромиссы с суровой необходимостью сильного правительства» 29. Сильное правительство необходимо, по мнению Шмоллера, хотя бы потому, что демократия, если только дать ей волю, приведет к тирании, о чем более чем ярко свидетельствует опыт Наполеона. Под страхом установления тиранической диктатуры низшие классы, по мысли немецкого философа, должны наконец осознать, что им необходим компромисс с «сильным правительством», которое «является силой, необходимой для деятельности», причем сила эта «скорее и удобнее может быть почерпнута в могучем законном монархизме» 30. «Мы желаем сильной государственной власти, – пишет Шмоллер, – которая, стоя выше эгоистических классовых интересов, издавала бы законы, справедливою рукою вела бы управление, защищала слабых, способствовала бы подъему низших классов» 31.

Монархия и бюрократия, по Шмоллеру, являются двумя «целительными историческими силами». Отсюда следовал вывод, что устранить социальные бедствия можно лишь в том случае, если монархическая власть и бюрократия, как «представители государственной идеи» и «единственно нейтральные элементы в социальной классовой борьбе», взяли бы на себя «инициативу великого социального законодательства и твердо держались бы этих мыслей одно-два поколения»32.

Несколько особняком от немецкой «национальной экономии» стоит Отмар Шпанн (1878 1950)33. Австрийский социолог, философ и экономист примыкает скорее к теоретикам корпоративного государства 34. В его учении принцип сословной организации общества и идея корпоративизма находят философское завершение в консервативно ориентированной идее универсализма. Сословия и иерархичность социальных слоев, по Шпанну, представляют собой части единого целого – государства как первоначальной реальности, довлеющей над частями. Монолитность обществу придает принцип субординации, понимаемый как беспрекословное подчинение одних лиц другим. Изначальное неравенство качеств людей приводит не только к социальной, но и к экономической дифференциации, выражающейся в неравноценности услуг, которые индивид оказывает обществу.

В государстве, по Шпанну, должно наблюдаться сотрудничество труда и капитала в рамках корпораций («корпоративизм»), должны господствовать идеи солидарности членов общества («солидаризм»), частную собственность необходимо превратить в фактор служения общественному целому и национальным интересам (доктрина «собственность обязывает»). Государство как «работающая корпорация» выполняет руководящие функции, решает проблемы социальных трений, безработицы, низкой зарплаты и т.д. Таким образом, Шпанн приходит к идее государственного регулирования экономических процессов на базе идеи универсализма и принципа социального неравенства.

Один из представителей «государственного социализма» Альберт Шеффле (1831 1903) 35 отстаивал идею органического единства общества как результат превращения взаимодействующих субъективных воль и оценок в «коллективное сознание», в «дух народа». Общество представляет собой неразложимое на социальные слои и классы некое «социальное тело», скрепляемое идеальной, духовно-психической связью индивидов. Связь эта, по мысли Шеффле, овеществляется в символических и технических действиях и коренным образом отличается от связи клеток в организме. Отсюда и экономическая жизнь в государстве имеет этико-волевую природу, сфокусированную в решимости государства управлять экономическими процессами. Такое вмешательство Шеффле и называл социализмом.

Представление о социализме как системе социально-экономических мер правительства, призванных ликвидировать противоречия в обществе путем проведения ряда реформ, исходящих от монархической власти, была достаточно широко представлена в трудах других представителей «государственного социализма» в Германии 36, а также присутствовала в теоретических построениях русских консерваторов.

Теоретик «государственного социализма» Карл Родбертус (1805 1875) 37 ввел даже специальный термин – «социальная монархия», подразумевая под ним власть, стоящую над классами и партиями. Монархия, возбудив к себе симпатии пролетариата, должна стать творцом социальной реформы. Эта мысль укладывалась в общий настрой немецких консерваторов о стабильности и постепенности в развитии государства. Именно стремлением сохранить стабильность продиктовано признание Родбертусом правоты коммунистической идеи, ибо, по его мнению, любое общество, основанное на разделении труда, по своей природе коммунистично. Поэтому не следует пугаться коммунизма, надо лишь превратить народное хозяйство в государственное. А централизованная государственная власть решит все социальные и экономические проблемы, ибо государство есть «центральный пункт высшей, упорядочивающей и доминирующей жизненной деятельности» 38

Наиболее ярким и последовательным апологетом идеи «социальной монархии» был Лоренц Штейн (1815 1890) 39. Он указывал на то, что монархия только в том случае сможет сохранить свое могущество, если прислушается к интересам низшего класса, который традиционно чувственно и подсознательно ориентирован на монарха как защитника своих прав и интересов перед представителями экономически господствующего класса. «Истинная, самая могущественная, продолжительная и любимая монархическая власть, – писал Штейн, – есть монархия общественной реформы».  Без выполнения этой миссии «всякая королевская власть становится или простою тенью, или превращается в деспотию, либо упраздняется республиканским строем, если не имеет высокого нравственного мужества сделаться монархией социальной реформы» 40.

Менее известные представители «государственного социализма» также придерживались идеи социально ориентированных реформ внутри существующей монархической системы. В частности, Герман Вагенер пришел к мысли о необходимости расширения социальной базы прусской монархии, корни которой «должны находиться в демократическом социальном пласте», иначе монархия погибнет, а общество будет ввергнуто в революцию. Монарх, по мнению Вагенера, «должен думать о своем первоначальном призвании – быть защитником слабых, королем нищих и отцом массы народа» 41. Рудольф Майер открыто призвал правительство к проведению «реформы на почве реальности», что станет возможно только в случае союза рабочих и консерваторов. Но союз этот будет прочен и продуктивен только в том случае, если во главе социальных преобразований в обществе встанет правительство и «демократический социализм будет побежден и восполнен социализмом «von Gottes Gnaden» 42.

Русская консервативная мысль последней трети XIX начала XX века, как правило, относилась к социализму резко отрицательно. Социализм ассоциировался только с анархизмом и революцией. Русские консерваторы видели в социализме лишь определенное атеистическое мировоззрение, отрицающее религиозные основы и призванное ниспровергнуть монархический строй. И лишь Л.А. Тихомирову и К.Н. Леонтьеву удалось не только разглядеть в новом, нарождающемся строе крайние формы государственного деспотизма, но и не исключить возможности сочетания социализма с монархизмом и религиозными началами.

Так, Л. А. Тихомиров (1852 1923) указывал на то, что следует различать социализм как «некоторое общее миросозерцание» и социализм как «движение только экономическое». На основании этого различения, Тихомиров приходит к выводу, что «собственно экономический строй, подобный тому, которого желает социализм, не будет ничуть социалистическим, если будет основан на другом общем миросозерцании, на других нравственных требованиях» 43. Черты нового социалистического строя рисуются русскому консерватору как тотальное господство государства над личностью, как «классовая диктатура», как повсеместное усиление судебных и административных функций, как жесткая «национальная организация труда и распределения продуктов», что «прибавляет государству новый безмерный источник власти, регламентации и репрессии» 44.

Однако, если Тихомиров в целом был склонен рассматривать социализм как отрицательное явление, то К.Н. Леонтьев (1831 1891) не исключал возможного проявления в социалистическом строе охранительных, консервативных черт. Однако «охранительность» социализма проявится, по Леонтьеву, только в том случае, если он воплотится не как законченная мировоззренческая концепция русских социал-демократов, «не как нигилистический бунт и бред самоотрицания» 45  но лишь с «чисто экономической стороны» 46, как «законная организация труда и капитала, как новое корпоративное принудительное закрепощение человеческих обществ» 47. Отсюда и воплощение основ социализма, «понятых с чисто экономической стороны», под силу, с точки зрения Леонтьева, лишь монархическому государству, как единственному носителю религиозно оправданных принципов принуждения и насилия: «Иногда я думаю, что какой-нибудь русский царь, -- быть может, и недалекого будущего, станет во главе социалистического движения (как Св. Константин стал во главе религиозного – «Сим победиши!») и организует его так, как Константин способствовал организации христианства, вступивши первый на путь Вселенских Соборов» 48. Общий вывод Леонтьева сводится к тому, что «в России создать этот новый порядок, не вредящий ни Церкви, ни семье, ни высшей цивилизации, – не может никто, кроме монархического правительства» 49.

Таким образом, идея симбиоза монархии и социализма была продиктована настоятельной потребностью разрешения возникших в обществе социальных диспропорций, вызванных промышленным переворотом и развитием капиталистических отношений. Урегулировать социальный вопрос предлагалось силами существующей власти, не меняя сложившийся социально-экономический уклад, тем более что в ряде стран (таких как Россия и Германия) сохранилась сильная горизонталь исполнительной власти, олицетворяемая монархическим правительством.

Русская консервативная мысль не обошла стороной также идею экономической автаркии и этатизма. При этом русские консерваторы предусматривали разную степень полноты и проявленности принципа автаркии и этатизма в экономике. Л.А. Тихомиров, в целом, разделял принципы экономической автаркии, он указывал на то, что страна должна быть «экономически самоудовлетворяющаяся», независимая от внешнего рынка, страна «гармонически развитых производительных сил». Эта позиция привела Тихомирова к тезису о выгодности прежде всего внутреннего рынка, превалирования сферы производства над сферой обращения 50.

В то же время, в отношении осуществления принципа этатизма в сфере экономики, позиция Тихомирова не была столь однозначна. С одной стороны, признавая неизбежность прихода капитализма, Тихомиров предлагал осуществить ряд превентивных мер для предотвращения его негативных последствий. С целью сглаживания неизбежных социальных и экономических катаклизмов, он рекомендовал усилить патерналистскую политику государства в области рабочего вопроса, разрабатывал планы «ограждения рабочих от капиталистической эксплуатации», учреждения «пенсионов старикам», государственное посредничество в спорах между рабочими и капиталистом, соблюдения «обязательной обстановки труда» и помощь рабочим в развитии у них «различных форм собственности» 51. То, что на Западе рабочий «превратился в товар», виноваты, по Тихомирову, политические институты Западной Европы, которые попали под власть экономических явлений, вместо того, чтоб ими управлять», а значит, «необходим некоторый общий национальный, а, выражаясь конкретно, просто-напросто государственный разум, упорядочивающий производство» 52

С другой стороны, Тихомиров не был апологетом идеи активного вмешательства государства в экономические процессы. Он стремился обосновать мысль о необходимости осторожного государственного регулирования экономики, так как экономические явления, по его мнению, имеют «свое собственное внутреннее течение, рост и сцепление», следовательно, силу «правительственной власти» надо прикладывать крайне обдумано и осторожно, чтобы не подорвать «необходимую гармонию экономических процессов» 53. Итак, Тихомиров указывал на необходимость учета правительством определенных экономических законов, которые, будучи приведены в соответствие с конкретными национальными условиями, приведут к выработке «своего плана экономической политики» 54.

М.О. Меньшиков (1859 1918) более радикально и последовательно развил идею экономической автаркии применительно к России начала XX века. Он предложил так называемую теорию «экономической замкнутости» с упором на внутреннее потребление своих же товаров 55. Только экономическая автаркия, по замечанию Меньшикова, приносит народу подлинную свободу, так как в этом случае он зависит только от своей природы и самого себя… и имеет право воскликнуть : «Мы никого не боимся, кроме Бога !» 56. Замкнутая в пределах одной страны хозяйственная система будет способствовать экономическому величию государства, ибо «замкнутость дает богатству регулирующий принцип, обыкновенно расстраиваемый внешней торговлей. Все организмы замкнуты, и только при этом условии возможно здоровье и полнота сил. Раз в самой стране тратится все, что в ней приобретается, получается круговорот сил, жизненное равновесие… Можно сказать даже, что раз богатство тратится в своей стране, оно не тратится вовсе, а в общей сумме только накапливается» 57.

Отсюда следует вывод, что замкнутые страны, если они культурно организованы, способны только богатеть. Народ же России беден только потому, что он работает на соседей. В практическом плане Меньшиков не призывал к полной экономической и торговой изолированности, он лишь указывал на то, что «сокращение вывоза даже наполовину может в корне изменить внутреннюю жизнь России» 58. Меньшиков также резко осуждал принцип свободной экономической торговли между странами, считая, что этот внешнеторговый эгоизм под лозунгом «не обманешь – не продашь» вносит раздор в отношения между народами. В результате торговля превратилась не во взаимопомощь, а во взаимное развращение: «Народы чрезмерно и без всякой нужды погрязли в рынках друг друга» 59. Россия слишком втянута в экономический организм стран Западной Европы, подпав тем самым под «силу богатства, пускающего корни в нашу бедность и высасывающую из нее соки» 60.   

Таким образом, экономические основы консерватизма формировались в первой половине XIX века в основном как ответная реакция на экономическую программу либерализма, изложенной в трудах представителей классической буржуазной политэкономии. Консерваторы этого периода противопоставили либерально-буржуазному экономическому детерминизму принцип этатизма, предусматривающего главенствующую роль государства в политических, духовных и экономических процессах (А. Мюллер, И. Г. Фихте), а также в области правотворчества (Р. Штаммлер, Р. Штольцман), активно влияющего на все сферы общественного бытия.

Тезису либералов о существовании равнообязательных для всех народов экономических законов был противопоставлен принцип своеобразия экономического развития каждого народа (Б. Гильдебранд, К. Книс, В. Рошер). Принцип экономической автаркии (Ф. Лист, И. Г. Фихте, Л.А. Тихомиров, М.О. Меньшиков) обосновывал идею независимости экономики государства от мировых экономических процессов. Этот принцип на протяжении XIX начала XX вв. был призван обезопасить неокрепшую экономику ряда государств, в частности, Германии и России, от международной экономики, где безраздельно господствовали экономически более мощные государства. Из этого вытекал тезис о том, что экономическая борьба и конкуренция допустимы лишь в сфере международной экономики, где каждое государство выступает самостоятельным экономическим субъектом. Внутри же государственного целого должны господствовать принципы экономической солидарности, гармония труда и капитала (О. Шпанн).

Во второй половине XIX начале XX вв. экономические воззрения консерваторов формировались на фоне борьбы с революционными идеологиями, прежде всего, с марксизмом. Консерватизм пытался противопоставить деструктивным социальным изменениям выверенную политику государственного регулирования социально-экономических процессов. В этой связи консервативно ориентированные мыслители апеллируют к идее социализма, вкладывая в это понятие этатистски окрашенный смысл (Г. Шмоллер, А. Шеффле, Л. Штейн, К. Родбертус, К.Н. Леонтьев). Государство, по их мнению, должно взять на себя регулирование экономических процессов с целью смягчения социальных противоречий и недопущения революции.

Таким образом, консервативная мысль выработала собственные подходы к анализу экономических процессов. Имеет смысл говорить о формировании своего рода экономической программы консерватизма, основанной на принципах этатизма, автаркии и государственного социализма.

1 Понятие этатизм – (от фр. etat – государство) понимается с двух позиций.

С общетеоретической позиции под этатизмом подразумевается направление общественно-политической мысли, расценивающее государство как высший результат и цель общественного развития.

Конкретно-исторически этатизм рассматривается, во первых, как политическая доктрина, появившаяся в конце XIX века и предусматривавшая расширение прямого вмешательства государства в социальную и экономическую жизнь методами финансового управления, перераспределения, контроля за ценами и заработной платой, разработкой социального законодательства и пр. с целью смягчения социальных противоречий и предотвращения революционных тенденций. В этом смысле идею этатизма взяли на вооружение такие политики как Б. Дизраэли и О. фон Бисмарк.

Во вторых, этатизм рассматривается и как политика ряда стран в начале XX века, сводившаяся к признанию главенствующей роли государства в экономике. Понимаемый подобным образом, принцип этатизма был принят Кемалем Ататюрком и в 1937 г. включен в Конституцию Турецкой Республики как официальная экономическая доктрина. На наш взгляд, этатизм, понимаемый общетеоретически, как направление мысли, рассматривающее государство как наивысшую ценность, является одной из определяющих теоретических основ консерватизма. Конкретно-историческое понимание этатизма полностью отвечает, по нашему мнению, экономической составляющей консервативных воззрений.

2 Автаркия (греч. autarkeia, от autos – сам и arkeo – нахожусь в достатке) -- самодостаточность, самоудовлетворенность. В экономическом отношении автаркия подразумевает создание замкнутого самодовлеющего хозяйства в рамках отдельного государства, ведущее к ограничению экономических международных связей. Нам представляется уместным в этой связи использовать словосочетание «экономическая автаркия», подразумевая тем самым, что понятие автаркия приложимо и к другим областям общественной жизни, в частности, к политике и культуре.

3 Катедер-социализм (нем. – Kathedersozialismus, от Katheder – кафедра), т.н. кафедральный, университетский социализм – идейное течение, возникшее в Германии в 1860 70 гг. Представители этого направления отстаивали необходимость вмешательства государства в экономические и социальные отношения для введения социализма сверху. Подробнее см.: Oppenheim H.B. Der Katheder-Sozialismus. Berlin, 1872 ; Voelkerling F. Der deutsche Katheder-Sozialismus. Berlin, 1959.

4 Mueller A. Die Elemente der Staatskunst. Jena, 1922. S. 40.

5 Смит А. Исследование о природе и причинах богатства народов. М., 1962. С. 332.

6 Чичерин Б.Н. История политических учений. Ч. 4. М., 1877. С. 236.

7 Габитова Р.М. Человек и государство в политическом учении консервативного романтизма // Консерватизм и социализм: близнецы или антиподы ? М., 1994. С. 44.

8 Гильдебранд Б. Политическая экономия настоящего и будущего. СПб., 1863. С. 31.

9 Чичерин Б.Н. История политических учений. Ч. 4. М., 1877. С. 237.

10 Габитова Р.М. Человек и государство в политическом учении консервативного романтизма // Консерватизм и социализм: близнецы или антиподы ? М., 1994. С. 46.

11 Фихте И.Г. Замкнутое торговое государство. М., 1923; Fichte J.G. Reden an die deutsche Nation. Stuttgart, 1940; Fichte J.G. Grundlagen des Naturrecht nach den Prinzipien der Wissenschaftslehre. Jena, Leipzig, 1796.

12 Интересную мысль относительно возможности рассмотрения экономических воззрений И.Г. Фихте как социалистических и актуальных для более поздней эпохи высказал в конце XIX века Куно Фишер: «Истинные мотивы, которые должны были найти свое выражение в идеях Фихте – социалистического характера, и в этом отношении политика Фихте гораздо более подходит к тенденциям наших дней, чем к тем условиям, которыми он был окружен» (Бернацкий М.В. Теоретики государственного социализма в Германии и социально-политические воззрения князя Бисмарка. СПб., 1911. С. 37). К этой же точке зрения склоняется Вильгельм Виндельбанд, по мнению которого «Фихте с присущей ему прямолинейностью последовательно набросал одну из самых ранних и интересных картин идеального социалистического государства» ( Виндельбанд В. От Канта до Ницше. История новой философии в ее связи с общей культурой и отдельными науками. М., 1998. С. 231).

13 Лист Ф. Национальная система политической экономии. СПб., 1891.

14 Смит М.Н. Очерки истории буржуазной политической экономии. М., 1961. С. 109. 

15 Eppich E. Die philosophischen Grundlagen der Nationaloekonomie. Muenchen, 1921; Eisenhart Geschichte der Nationaloekonomie. Jena, 1910; Wiskemann E., Luetke H. Der Weg der deutschen Volkswirtschaftslehre. Berlin, 1937; Kantz J. Die geschichtliche Entwiecklung der Nationaloekonomik und ihrer Literatur. Wien, 1860; Roscher W. Geschichte der Nationaloekonomik in Deutschland. Muenchen, 1874; Cohn G. System der Nationaloekonomie. Bd. 1: Grundlegung der Nationaloekonomie. Stuttgart, 1885; Eucken W. Die Grundlagen der Nationaloekonomie. Tuebingen, 1950.

16 Schueller R. Die Wirtschaftspolitik der historischen Schule. Berlin, 1899; Muessiggang A. Die soziale Frage in der historischen Schule der deutschen Nationaloekonomie. Tuebingen, 1968; Bernheim E. Lehrbuch der historischen Methode und der Geschichtsphilosophie. Leipzig, 1903; Блюмин И.Г. Историческая школа в политической экономии // Проблемы экономики. 1940. № 10.

17 Гильдебранд Б. Политическая экономия настоящего и будущего. М., 1863. С. 59.

18 Этот тезис Книс пытается пояснить на примере анализа рабовладения, которое явилось, по его мнению, следствием национальной психологии народов античного мира, считавших хозяйственную деятельность недостойной себя. Выход на авансцену германских народов с иной психологией привело к устранению рабства, поэтому «нельзя рассматривать рабство как аналогичную фазу экономики, встречающуюся у всех народов на одинаковой стадии культуры», поэтому этот институт был «связан с личными особенностями народов, с народным представлением о жизненном призвании граждан, с бесправием иностранцев, с обездоленностью побежденных и т.д.» (Knies K. Die politische Oekonomie vom Standpunkte der geschichtlichen Methode. Braunschweig, 1883. S. 391).

19 Knies K. Die politische Oekonomie vom Standpunkte der geschichtlichen Methode. Braunschweig, 1883.

20 Рошер В. Начала народного хозяйства. Т. 1. М., 1860 1862; Рошер В. Наука в народном хозяйстве в отношении к земледелию и другим отраслям первоначальной промышленности. Кн. 1 3. М., 1869 1870; Roscher W. Grundriss zu Vorlesungen ueber die Staatswirtschaft. Nach geschichtlicher Methode. Goettingen, 1843.

21 Смит М.Н. Очерки истории буржуазной политической экономии. М., 1961. С. 112.

22 Бруно Гильдебранд в этой связи указывал на то, что само немецкое название экономической науки -- «Volkwirtschaftslehre» (досл. пер. с нем. – «народнохозяйственное учение» – М.Ч.) «показывает, что при обработке ее имелись в виду не столько явления хозяйственной жизни всего человеческого рода, сколько явления, которые совершаются в пределах какого-нибудь государства» (Гильдебранд Б. Политическая экономия настоящего и будущего. М., 1863. С. 18). Примечательно также то, что немецкие экономисты предпочитают называть народное хозяйство не иначе как «Staatswirtschaft», т.е. «государственное хозяйство».  

23 Смит М.Н. Очерки истории буржуазной политической экономии. М., 1961. С. 112.

24 Штаммлер Р. Закономерность правового порядка и народного хозяйства. Киев, 1904; Штаммлер Р. Хозяйство и право с точки зрения материалистического понимания истории. Т. 1 2. СПб., 1907; Stammler R. Die Lehre von dem richtigen Rechte. Berlin, 1902; Stammler R. Recht und Macht. Berlin, 1918.

25 Штаммлер Р. Хозяйство и право с точки зрения материалистического понимания истории. Т. 1. СПб., 1907. С. 275.

26 Wiskemann E., Luetke H. Der Weg der deutschen Volkswirtschaftslehre. Berlin, 1937. S. 164 165.

27 Диль К. Социализм, коммунизм и анархизм. М., 1923.

28 Шмоллер Г. Народное хозяйство, наука о народном хозяйстве и ее методы. М., 1902; Шмоллер Г. Борьба классов и классовое господство. М., 1906; Schmoller G. Ueber einige Grundfragen des Rechts und der Volkswirtschaft. Jena, 1875; Schmoller G. Zur Literaturgeschichte der Staats und Sozialwissenschaften. Leipzig, 1888.

29 Смит М.Н. Очерки истории буржуазной политической экономии. М., 1961. С. 122.

30 Там же.

31 Бернацкий М.В. Теоретики государственного социализма в Германии и социально-политические воззрения кн. Бисмарка. СПб., 1911. С. 12 13.

32 Это высказывание Г. Шмоллера относится к 1874 году (Schmoller G. Die soziale Frage und preussische Staat // Preussische Jahrbuecher. Bd. 33. 1874. S. 342), что позволяет именно Шмоллера рассматривать одним из первых теоретиков, попытавшегося выдвинуть и обосновать столь популярную впоследствии среди консерваторов идею союза низших классов (в том числе пролетариата) с существующей монархической властью на базе проведения силами власти серии социально ориентированных экономических реформ.

Схожие идеи «социалистической монархии» (К.Н. Леонтьев), государственного патернализма в решении рабочего вопроса (Л.А. Тихомиров) появились в России ближе к концу 19 века, а создание проправительственных рабочих организаций и попытки контроля власти за рабочим движением (С.В. Зубатов) – в начале 20 века. Подробнее см.: Корелин А.П. Русский «полицейский социализм» (зубатовщина) // Вопросы истории. 1968. № 1; Репников А.В. Социальная проблематика в работах русских консерваторов начала ХХ века // Призвание историка. Проблемы духовной и политической жизни России. М., 2001.

33 Spann O. Gesamtausgabe. Bd. 1 22. Graz, 1963 ; Spann O. Kaempfende Wissenschaft. Jena, 1934; Шпанн О. Значение сословной идеи для современности // Русское самосознание. № 3. Dunkmann K. Der Kampf um Othmar Spann. Leipzig, 1928; Raeber H. Othmar Spanns Philosophie des Universalismus. Darstellung und Kritik. Jena, 1937. 

34 Корпоративное государство (от позднелат. сorporatio – объединение) – доктрина, согласно которой государство рассматривалось как совокупность публичных служб, обслуживающих все общество, всю нацию. Государству, основанному на идее «публичной власти» противопоставлялось государство как «работающая корпорация», в котором, на основе социального и трудового солидаризма всех слоев общества, преодолены классовые разногласия, а через корпорации осуществляется сотрудничество труда и капитала. Идея корпоративного государства нашла отражение в трудах О. Шпанна, Л. Дюги, Л.А. Тихомирова, в концепциях европейского фашизма. Относительно идей корпоративизма в концепции Л.А. Тихомирова подробнее см.: Попов Э.А. Концепция монархического корпоративного государства Л.А. Тихомирова // Социальная политика России: история и современность. Новочеркасск, 1999. 

35 Шеффле А. Капитализм и социализм. Ч. 1. СПб., 1871; Шеффле А. Капитализм и социализм преимущественно в применении к различным видам имущества и коммерческих сделок. СПб., 1872; Шеффле А. Квинтэссенция социализма. СПб., 1906; Шеффле А. Сущность социализма. Пг., 1917; Шеффле А. Сущность социализма. Женева, 1881.

36 Справедливости ради, следует отметить, что схожая (с чисто экономической стороны) идея была достаточно распространена среди самых разнородных политических сил. В частности, многими либералами и социалистами рассматривалась возможность сотрудничества с органами власти и правительством во имя проведения реформ «сверху», что приведет к сглаживанию социально-экономических противоречий и позволит избежать революционных потрясений. Эта идея была популярна и среди отдельных представителей социал-демократии. К ним можно отнести Э. Бернштейна, представителей «легального марксизма» (Б.П. Струве, С.Н. Булгаков и др.), «экономистов» (К.М. Тахтароев, С.Н. Прокопович и др.), немецких правых социал-демократов (Э. Давид, Г. Фольмар и др.), французских мильеранистов (породивших термин «министерский социализм»).

37 Родбертус К. Экономические сочинения. М., 1936; Родбертус К. К познанию нашего государственно-хозяйственного строя. 5 теорем. Л., 1935; Родбертус К. Капитал. Четвертое социальное письмо к фон Кирхману. СПб., 1906; Родбертус Ягецов К. Выбранные места. М., 1897; Rodbertus-Jagetzow K. Zur Erkenntnis unserer staatswirtschaftlichen Zustaende. Neubrandenburg und Friedland, 1842.

38 Бернацкий М.В. Теоретики государственного социализма в Германии и социально-политические воззрения князя Бисмарка. СПб., 1911. С. 132, 125.

39 Штейн Л. Социальный вопрос с философской точки зрения. М., 1899.

40 Бернацкий М.В. Теоретики государственного социализма в Германии и социально-политические воззрения князя Бисмарка. СПб., 1911. С. 102 103.

41 Там же. С. 234 235.

42 Там же. С. 226.

43 Тихомиров Л.А. Социальные миражи современности // Русское обозрение. 1891. Т. 4. Июль. С. 285.

44 Там же. С. 297.

45 Леонтьев К.Н. Письма к К.Губастову // Русское обозрение. 1887. Янв. С. 501 502.

46 Леонтьев К.Н. Как надо понимать сближение с народом // Леонтьев К.Н. Восток. Россия и славянство. Т. 2. М., 1886. С. 160

47 Леонтьев К.Н. Письма к К. Губастову // Русское обозрение. Янв. 1887. С. 501 502..

48 Леонтьев К.Н. Письма к А. Александрову // Богословский вестник. Дек. 1914. С. 860.

49 Леонтьев К.Н. Письма к К. Губастову // Русское обозрение. Янв. 1887. С. 501 502.

50 Как следствие, Тихомиров решительно выступал против экономической политики С.Ю. Витте, направленной на привлечение в страну иностранных капиталов, что, по мысли Тихомирова, неминуемо приведет к потере экономической независимости и политической самостоятельности России. (Тихомиров Л.А. Вопросы экономической политики. М., 1900).

51 Тихомиров Л.А. Нужна ли нам фабрика ? // Русское обозрение. 1891. № 1. С. 303 308.

52 Тихомиров Л.А. Новейшие заявления коммунизма и партикуляризма // Русское обозрение. 1892. № 7. С. 283.

53 Тихомиров Л.А. Земля и фабрика. (К вопросу об экономической политике). М., 1899. С. 4.

54 Там же. С. 46.

55 Меньшиков подчеркивает, что идея экономической замкнутости выдвигалась также в рамках английской так называемой «империальной идеи», приписываемой  Чемберлену. Согласно этой идее, экономически мощная и самодостаточная англо-колониальная федерация вполне может отгородиться от внешнеторговых связей, провозгласив принцип опоры на собственные силы и сосредоточившись на внутреннем потреблении всех произведенных у себя товаров. ( Меньшиков М.О. Замкнутое богатство // Экономика русской цивилизации. М., 1995. С. 349).

56 Меньшиков М.О. Замкнутое богатство // Экономика русской цивилизации. М., 1995. С. 349.

57 Меньшиков М.О. Из писем к ближним. М., 1991. С. 49.

58 Там же. С. 51.

59 Там же. С. 55.

60 Там же. С. 56.







Похожие:

Чернавский М. Ю. Этатизм, принцип автаркии в экономике и идея государственного социализма в консервативных концепциях xix-начала XX века iconЧернавский М. Ю
Социальный органицизм как принцип обоснования цивилизационного своеобразия народов в русском консерватизме XIX начала ХХ века
Чернавский М. Ю. Этатизм, принцип автаркии в экономике и идея государственного социализма в консервативных концепциях xix-начала XX века iconЧернавский М. Ю. Идея социализма в консервативной системе
Актуальные проблемы социогуманитарного знания. Сборник научных трудов кафедры философии мпгу. Выпуск V. М., 1999. С. 203 205
Чернавский М. Ю. Этатизм, принцип автаркии в экономике и идея государственного социализма в консервативных концепциях xix-начала XX века icon«Национальная идея» иее эволюция в творчестве французских консерваторов XIX века
«Национальная идея» и ее эволюция в творчестве французских консерваторов XIX века
Чернавский М. Ю. Этатизм, принцип автаркии в экономике и идея государственного социализма в консервативных концепциях xix-начала XX века iconXix начала XX вв
Последняя тенденция будет в наибольшей степени реализована в отечественном праве в XVIII – первой половине XIX века, но оформляется...
Чернавский М. Ю. Этатизм, принцип автаркии в экономике и идея государственного социализма в консервативных концепциях xix-начала XX века iconВопросы для подготовки по педагогике
Влияние передовой педагогической мысли России на зарубежную педагогику конца XIX – начала XX века
Чернавский М. Ю. Этатизм, принцип автаркии в экономике и идея государственного социализма в консервативных концепциях xix-начала XX века iconВащенко А. В. Влияние консервативных взглядов А. Д. Пазухина на законодательный процесс второй половины XIX в
Влияние консервативных взглядов А. Д. Пазухина на законодательный процесс второй половины XIX в
Чернавский М. Ю. Этатизм, принцип автаркии в экономике и идея государственного социализма в консервативных концепциях xix-начала XX века iconЧернавский М. Ю. Идея прогресса и русский консерватизм
Применительно к социальной сфере идея прогресса предполагает постепенное совершенствование форм человеческого существования с последующим...
Чернавский М. Ю. Этатизм, принцип автаркии в экономике и идея государственного социализма в консервативных концепциях xix-начала XX века iconДействующие лица
Действие длится от начала XIX века до шестидесятых годов и происходит частью в Гудбрандской долине и близлежащих горах, частью на...
Чернавский М. Ю. Этатизм, принцип автаркии в экономике и идея государственного социализма в консервативных концепциях xix-начала XX века iconЧернавский М. Ю. О диалектическом консерватизме
В данной статье мы рассмотрим ряд консервативных подходов к проблеме общественного развития, в которых с разной степенью проявленности...
Чернавский М. Ю. Этатизм, принцип автаркии в экономике и идея государственного социализма в консервативных концепциях xix-начала XX века icon48. Русская газета конца XIX – начала XX века
Первые партийные органы формируются в эмиграции. Эсеры в 1900 г организовали газету «Революционная Россия», социал-демократы — в...
Разместите кнопку на своём сайте:
Документы


База данных защищена авторским правом ©podelise.ru 2000-2014
При копировании материала обязательно указание активной ссылки открытой для индексации.
обратиться к администрации
Документы

Разработка сайта — Веб студия Адаманов