Альтернативы отечественного консерватизма второй половины XIX в icon

Альтернативы отечественного консерватизма второй половины XIX в



НазваниеАльтернативы отечественного консерватизма второй половины XIX в
Дата конвертации27.08.2012
Размер169.5 Kb.
ТипДокументы




Альтернативы отечественного консерватизма второй половины XIX в.

§ 1. Консерватизм дворянской фронды эпохи великих реформ.

Начало освободительных по своему содержанию реформ и переход самодержавия к политике ускоренной модернизации социально-экономических и правовых отношений поставил русский консерватизм в крайне сложное положение. Печальный конец николаевского царствования вынудил верховную власть перейти от политики преимущественно охранительной и традиционной к курсу на весьма решительное обновление всех сторон жизни общества и государства. Поклонники консерватизма сразу же оказались в непривычном для себя положении оппонентов "справа" реформаторским начинаниям правительства Александра II. В истории консервативных идей наступил качественно новый период, по ходу которого им пришлось претерпеть весьма сложную и противоречивую эволюцию1.

Консерваторы эпохи реформ унаследовали от своих предшественников стремление к сохранению основных традиций русской государственной и общественной жизни. Главными из этих традиций они считали неограниченное самодержавие, православие и русскую народную самобытность, включая, конечно, крестьянскую общину. Вера в незыблемость этих устоев не подлежала рациональному объяснению. В отличие от либеральных или радикальных доктрин, консерватизм строился не на рациональном, а на иррациональном восприятии исторического места своей страны. Для консерваторов было характерно убеждение в том, что история народа не поддается капризным движениям индивидуального разума, высшей же социальной ценностью они считали не права и свободы личности, а интересы государства, общества в целом. В этом смысле русский консерватизм продолжал следовать традициям, заложенным еще идеологами европейского традиционализма Э. Берке и Ж. де Местром2.

К началу царствования Александра II правительственные реформаторы убедились в том, что страна страдает от избытка консерватизма, если, конечно, понимать под этим обилие застойных явлений в хозяйственной и культурной жизни3. Признание этого очевидного факта привело к определенной дезорганизации сторонников консервативной политики. Фактически сошли со сцены идеологи николаевского времени (Н.А. Иванов, Ф.В. Булгарин, Н.И. Греч, О.И. Сенковский). Началось постепенное оттеснение консерваторов из высших эшелонов власти. А во взглядах прежних поклонниках консервативной идеологии (особенно у М.П. Погодина и Ф.И. Тютчева) произошли перемены, свидетельствовавшие о их явном сближении со сторонниками неотложных реформ4. В изменившейся общественно-политической атмосфере консерваторы не смогли создать сколько-нибудь заметных идейных объединений. В их распоряжении не было даже популярных периодических изданий, способных выдержать конкуренцию с демократическим "Современником" или либеральным "Русским вестником".
Единственным заметным изданием, в котором консервативные убеждения могли найти выход к читающей публике, был "Журнал землевладельцев", издававшийся А.Д. Желтухиным в 1858-1859 гг. в качестве своеобразного рупора губернских дворянских комитетов. Но и на его страницах консервативная идеология нередко отступала перед пропагандой энергичного предпринимательства5.

Впрочем, в дворянских кругах еще до публичного признания власти о необходимости реформ начали распространяться тревожные настроения. Их отражением можно считать робкие попытки публицистов консервативного толка защитить русскую самобытность в ее полном объеме, не исключая и крепостного права. О благотворности патриархальных отношений между помещиком и его крестьянами писал, в частности, в 1856 г. Е. Ладыженский. Поддерживая эту точку зрения, уманский помещик Г.В. Бланк принялся доказывать, что от присущих Западной Европе социальных бедствий Россия спаслась главным образом благодаря крепостному праву. Отеческая забота помещиков в сочетании со справедливой строгостью, уверял он, обеспечила русским крестьянам совершенно недоступное западным труженикам благосостояние и нравственное здоровье6.

Однако эти наивные попытки удержать шатавшееся здание крепостничества сколько-нибудь заметного эффекта не имели и остались единичными примерами совершенно неуместной в те годы защиты обреченного временем института. На благодарный отклик такие авторы могли рассчитывать только в косной среде провинциального дворянства, но и оно было деморализовано после первых же слухов о реформаторских замыслах правительства. Его плачевное состояние не могло внушить упорным крепостникам никакого оптимизма. "Такого общего пьянства, вызванного у одних потерей веры в свое будущее и обманутыми надеждами лучшего будущего у других, кажется, в России еще никогда не было ни до, ни после этой эпохи. И это продолжалось вплоть до появления Манифеста об улучшении быта помещичьих крестьян (т.е. до рескрипта В.И. Назимову от 20 ноября 1857 г. - М.К.)", - так характеризовал настроение помещичьего сословия сразу после смены царствования С.Н. Терпигорев7.

Переход к практической подготовке крестьянского освобождения вынудил сторонников консервативного мировоззрения занять более наступательную, но одновременно и более конструктивную позицию. Готовящаяся реформа угрожала подорвать сословные привилегии первого сословия. Кроме того, дворянство сразу же столкнулось с твердым стремлением власти наделить крестьян землей, что, конечно, воспринималось многими как преднамеренное нарушение владельческих прав помещиков. Интересы сохранения экономической и социальной роли поместных землевладельцев побуждали консерваторов к поиску эффективных аргументов в острой идейно-политической схватке. Примечательно, что наиболее энергичные охранители дворянства охотно использовали в полемике заимствования из либерального идеологического багажа.

Пожалуй, наиболее яркий след в борьбе консервативной дворянской оппозиции против правительственных реформаторов оставила так называемая группа "олигархов" или представителей дворянской аристократии, выдвинувшая своеобразную программу консервативного реформирования самодержавия при одновременном укреплении политической роли своего сословия. К наиболее видным деятелям этого направления относились богатый и сановный помещик А.М. Безобразов, его сыновья М.А. и Н.А. Безобразовы, крупный землевладелец граф В.П. Орлов-Давыдов, богатый промышленник и одновременно землевладелец С.И. Мальцов, предводитель дворянства Орловской губернии В.В. Апраксин, предводитель дворянства Воронежской губернии И.В. Гагарин, тамбовские землевладельцы братья П.Б. и Г.Б. Бланки, симбирский помещик Д.Н. Шидловский и некоторые другие представители дворянских верхов8.

Консерватизм идеологов этой группировки не сводился к примитивной защите социально-политического статус-кво. Представители правого фланга дворянской фронды пытались выдвинуть свою концепцию развития страны, предусматривавшую сохранение наиболее важных (с их точки зрения) традиций при одновременном очищении режима от накопившихся в нем изъянов и пороков. Показательна в этом отношении позиция М.А. Безобразова, влиятельного в дворянских кругах публициста, имевшего, к тому же, придворный чин камергера. Еще в 1856 г. этот деятель составил записку, которую он направил ряду высших сановников и в которой попытался дать свою версию причин общего неблагополучия России. Самодержавие, утверждал он, не может подвергаться сомнению. Это - "краеугольный камень гражданского быта народа русского". Но, по его мнению, к середине XIX в. самодержавие приняло опасный для страны и пагубный для себя вид самовластия. "Путем самовластия дошла Россия до унижения своего достоинства; несмотря на канцелярскую тайну, завеса прикрывающая нашу внутреннюю слабость, ныне сорвана; увидели, что миллионы людей, которых ни вооружить, ни кормить нельзя, не составляют могущество". В результате самодержавный строй, считал Безобразов, пришел в упадок. Ибо подлинное самодержавие "есть право действовать безгранично с обязанностью знать все основательно". У нас же "осталось только одно первое условие, а второе заменено туманом, чрез который не пробьется луч светлого взгляда Царского"9.

Зато ослаблением самодержавного начала, по мнению публициста, в полной мере воспользовалась своекорыстная бюрократия, стремящаяся фактически править страной. Холодная, "равнодушная ко всему, что не касается личных интересов, озабоченная собственным повышением и выгодами; она имеет главным предметом маскировать беспорядки и злоупотребления".

Реформаторские начинания либеральных чиновников еще сильнее подогрели антибюрократические настроения Безобразова. Осенью 1859 г., во время первого съезда депутатов от губернских дворянских комитетов он выступил еще с одной программной запиской, в которой предложил свои меры по обузданию бюрократического произвола. В этом нашумевшем документе он прямо обвинил либеральную бюрократию в злонамеренном искажении царской воли, в стремлении нанести непоправимый урон дворянству, а вместе с ним и всему государству. При этом камергер не постеснялся обвинить правительственных реформаторов в протаскивании чуждых стране либеральных идей и даже в прямом обслуживании интересов враждебного России Запада.

Положить предел таким проискам, утверждал Безобразов, может только выборное дворянское представительство, способное вернуть самодержавию его подлинное значение. Возврат к историческим истокам - вот что нужно для нормального развития страны. Сильное самодержавие, заявлял он, умело слушать. "Для этого у нас на Руси были выборные от земли, которые, не ослабляя нисколько власти, доставляли ей возможность узнать, к чему и как эту силу применить. Выборные дают власти значение самодержавия; без них она имеет характер своеволия, несмотря на благие ее намерения, идет ощупью и путается в сетях, расставленных бюрократией, которая, вместо того, чтобы быть орудием власти, делается ее двигателем и руководителем. Право земли русской иметь выборных для совета верховной власти существует ныне так же, как существовало прежде... Может быть, когда-нибудь случится, что необходимость самосохранения соберет выборных так же, как она их при государственных опасностях собирала. Прискорбно будет дожить до такого времени, но радостно будет, если, не выжидая тяжелых событий, верховная власть созовет около себя родных, законных своих советников и с ними, восстановя на твердых основаниях колеблющийся ныне государственный порядок, вновь воздвигнет уроненное своеволием самодержавие"10.

М.А. Безобразов создает, таким образом, своеобразную модификацию политического консерватизма. Самодержавие возрождается через выборное и при этом сословное представительство; дворянство же сохраняет в исторической перспективе главенствующую политическую роль и служит охранителем отечественных устоев от разрушительных поползновений как либеральной бюрократии, так и космополитической интеллигенции. Однако избавляя режим от бюрократического гнета, проект Безобразова фактически ограничивал самодержавие контролем первого сословия. Теоретик консерватизма пытался приспособить конституционный инструментарий к реставрационным целям.

Амбиции камергера вызвали гнев императора. Он сразу же определил замысел Безобразова как попытку учредить в России олигархическое правление; фрондер-аристократ был в наказание уволен со службы в МВД по неблагонадежности и выслан в свои имения под надзор полиции.

Выступление М.А. Безобразова было совсем не единичным. Его брат Н.А. Безобразов в 1859 г. в Берлине выпустил брошюру, посвятив ее вопросам сохранения законных дворянских прав и в новых условиях. "Требуем мудрости хранительной, нежели творческой", - решительно заявлял автор. Сохранение "благотворнейшей связи" между вотчинным дворянством и крестьянами, писал Безобразов может служить самой надежной гарантией общественного спокойствия и нормального развития страны11. Близкие по духу суждения высказаны и автором еще одной берлинской брошюры Н.Б. Герсевановым. Всерьез обвиняя деятелей Редакционных комиссий в социалистических наклонностях, этот публицист предостерегал против умаления власти дворянства: "Получив разом свободу, земли, полное самоуправление, крестьяне начнут с радости пить и разбивать кабаки". Оставленные без попечения крестьяне неминуемо столкнутся с угрозой голода, а страна - с перспективой пугачевщины12. В Париже издал свою брошюру член Симбирского губернского комитета граф В.П. Орлов-Давыдов, также стремившийся доказать, что только возвышение политической роли дворянства сможет обеспечить стабильное развитие страны после крестьянской эмансипации13.

Попытку сформулировать политические требования консервативного толка предпринял и орловский помещик В.В. Апраксин. В августе 1859 г. он обратился к царю с призывом озаботится сохранением "патриархально-монархического характера" самодержавной власти. Для этого он предложил заменить "во всем государственном механизме" произвол бюрократии законом. Роль же главных блюстителей закона на местах должна, по мнению Апраксина, принадлежать дворянству, которому следует предоставить широкое и самостоятельное участие в административных и судебных делах. Потеснив таким образом бюрократию, дворянство должно будет делегировать свое представительство и в высших органах управления14.

Еще более энергичную попытку убедить царя в необходимости дворянского представительства предпринял Д.Н. Шидловский. Дворянство, писал он в письме Александру II, "есть первый и самый естественный охранитель престола и отечества". Поэтому для успеха реформ необходимо "созвать уполномоченных от дворянства для окончательного разрешения, под личным председательством императора, предпринятого им дела освобождения крепостных крестьян". И в этом призыве царь усмотрел недопустимое намерение ограничить его политические возможности. "Вот какие мысли бродят в голове этих господ", - такую помету он сделал на письме Шидловского15. Для монарха реализация такого предложения означала бы, ко всему прочему, резкое сужение социальной базы его власти. На разрушение имиджа всенародного вождя идти он не мог даже во имя гипотетической стабилизации режима.

Сходные мысли были высказаны и весьма влиятельным в своем время владельцев заводов и одновременно крупным помещиком С.И. Мальцовым. Сразу же после публичного обещания Александра II пригласить представителей губернских комитетов в столицу для обсуждения проекта крестьянской реформы, Мальцов в сентябре 1858 г. выдвинул идею пригласить таких депутатов не для частного разговора, а "для составления законодательного Комитета, который мог бы представлять государю о всех местных потребностях края". Спустя небольшое время он же познакомил дворянство с запиской, в которой со ссылками на консервативные идеи А. Токвиля доказывал необходимость ради будущего страны оградить политические и социальные привилегии первого сословия16.

Эти разрозненные, но настойчивые демарши консерваторов новой волны вызывали немалое раздражение императора и его ближайшего окружения. Отбивать этот натиск пришлось разными мерами, в том числе и репрессивного характера. Допустить свободное выражение неофициального консерватизма (как, впрочем, и любой иной идеологической оппозиции) власти не могли, не опасаясь срыва реформы.

Публикация Манифеста и "Положений" 19 февраля, а также первые мероприятия по реализации реформы вызвали новый всплеск дворянской оппозиционности, в которой, естественно, преобладали консервативные мотивы. Большой неожиданности такая реакция не представляла. "Помещикам в настоящую минуту, конечно, приходится круто, - писал в августе 1861 г. А.В. Никитенко, - но такая огромная реформа не могла быть совершена иначе, а они не хотят этого понять и сильно негодуют на правительство"17.

Усиление фронды не удалось сбить даже смещением ненавистных большинству дворян руководителей министерства внутренних дел С.С. Ланского и Н.А. Милютина. Уже в конце 1861 г. дворянское собрание Тульской губернии, руководимое В.П. Мининым и М.Н. Лонгиновым, составили адрес на имя императора, в котором фактически выразило несогласие с реформой и заявило о своем желании пересмотреть законодательство. Решить такую задачу, полагали тульские дворяне, может Общая комиссия, составить которую должны дворянские депутаты от губерний. Учредить такую комиссию туляки советовали в Москве, что только подчеркивало консервативный смысл их инициативы18.

Наиболее концентрированное выражение политический консерватизм дворянской фронды получил в выступлениях уже известного оппозиционера Н.А. Безобразова. В январе 1862 г. он сумел выступить на чрезвычайных сессиях дворянских собраний сначала Московской, а затем и Петербургской губерний. "Положения" 19 февраля подверглись Безобразовым самой суровой критике за их полную несовместимость с Жалованной грамотой дворянству 1785 г. Правительственная реформа, заявил он, нарушила законные права дворянства, в том числе его право собственности. По сути дела заложенная в крестьянское законодательство идея добровольного дворянского пожертвования объявлялась лицемерным прикрытием либерально-бюрократического произвола, допускать который без опасения за будущее страны нельзя. Поэтому Безобразов предложил пересмотреть только что введенные в действие законы, для чего он призвал собрать Государственное дворянское собрание на началах выборного представительства (по два уполномоченных от каждой губернии). В дальнейшем такое собрание можно превратить в постоянное законосовещательное учреждение при Государственном совете19.

Н.А. Безобразову не удалось оформить свои предложения в качестве законных ходатайств дворянских собраний; при вотировании они не получили квалифицированного большинства. Но идеи политического реформирования власти пользовались очень заметной поддержкой у политически активной части дворянства. На собраниях 1862 г. за них энергично ратовали дворяне Московской, Петербургской, Псковской, Симбирской и ряда других губерний. Приостановить поток ходатайств такого рода смогло лишь внушительное вмешательство императора. В феврале 1862 г. он повелел объявить дворянским собраниям, что их суждения по общим вопросам государственного устройства России останутся без последствий20.

Проведение земской и судебной реформ подтолкнуло дворянскую оппозицию на еще одно, на сей раз завершающее выступление. Его организаторами стали все те Н.А. Безобразов и В.П. Орлов-Давыдов, добившиеся на сессии московского губернского дворянского собрания в январе 1865 г. утверждения официального ходатайства о введении в России общегосударственного представительства. Причем сначала они выдвинули свое старое предложение о Государственном дворянском совещании. Однако большинство собрания сочло, что на фоне реформаторской деятельности правительства такое ходатайство может возбудить подозрения в сословном эгоизме. Поэтому итоговое выступление носило компромиссный характер. В адресе на имя Александра II московские дворяне призывали: "Довершите же, государь, основанное Вами государственное здание созданием общего собрания выборных людей от земли русской для обсуждения нужд, общих всему государству. Повелите Вашему верному дворянству с этою же целью, избрать из среды себя лучших людей. Дворянство всегда было твердою опорою русского престола"21. Предлагалось, таким образом, учредить некое подобие двухпалатного учреждения, палату лордов которого могли бы составить дворянские депутаты, а нижнюю палату - представители от всего остального общества. Впрочем, детальной проработки предлагаемого устройства адрес не содержал.

Официальный характер московского адреса был воспринят правительством как факт совершенно недопустимый. Последовали репрессии: дворянское собрание было распущено с назначением новых выборов на осень 1865 г., В.П. Орлов-Давыдов вызывался к судебному приставу для дачи показаний. В рескрипте на имя министра внутренних дел, Александр II решительно заявлял: "Ни одно сословие не имеет права говорить именем других сословий. Никто не призван принимать на себя, перед мною, ходатайство об общих пользах и нуждах государства".

Московские дворяне, однако, проявили упорство. И после новых выборов в ноябре 1865 г. они заявили, что не видят в своем январском адресе ничего предосудительного и остаются при своем мнении и праве на свободное высказывание правды перед государем22. Больше того, свою поддержку московскому ходатайству выразило дворянское собрание Рязанской губернии, а в марте 1866 г. на всеподданейшее прошение о расширении прав дворянских корпораций и земств отважилось дворянское собрание Петербургской губернии23.

Все эти выступления дали основания для слухов о том, что в кругах консервативного дворянства созрела идея создания аристократической партии по типу английских тори. Как шаг на пути к созданию такой партии рассматривалось учреждение в 1866 г. "Общества взаимного поземельного кредита", объединившее политически ангажированных лидеров дворянства. Роль печатного органа претендентов на роль российских тори отводилась созданной в 1863 г. газете "Весть". Ее издатели и редакторы В.Д. Скарятин и Н.Н. Юматов охотно печатали материалы, поступавшие от лидеров дворянской оппозиции24.

Однако консолидации консервативного дворянства не произошло. Условия пореформенного развития вызвали ускорение социальной и экономической деградации первого сословия; социальная база консервативных идей неуклонно размывалась. Кроме того, вовлечение политически активных элементов дворянства в деятельность земских учреждений подрывало их социальную обособленность. Надежды на государственное реформирование все прочнее начинают связываться с общественным самоуправлением.

Тем не менее дворянская фронда оставила свой позитивный след в политической культуре обновлявшегося общества. Ее лидеров отличала не примитивная реакция, а консервативное реформаторство, направленное на законодательное ограничение произвола бюрократической власти. В своих наиболее последовательных выступлениях дворянские консерваторы близко подходили к идеям умеренного либерализма и, во всяком случае, проявляли способность к компромиссам. Конечно, в политических построениях идеологов дворянской оппозиции присутствовал изрядный груз утопических конструкций. Апелляции к очищенному от самовластия и свободному от бюрократического засилья самодержавию не имели ни исторического, ни реального содержания. По всей видимости, искреннее желание сохранить традиционный режим, вернув ему якобы утраченное общественное доверие, не имело в России во второй половине XIX в. никаких перспектив. И все же свою лепту в последовательное обновление страны дворянские консерваторы внесли. Их позиции в общем соответствовали характеру происходивших перемен во взаимоотношениях общества и государственной власти. Даже требования о сугубо дворянском представительстве способствовали развитию общественного правосознания. Кроме того, представители дворянской оппозиции имели все основания считать, что только их сословие было в те годы способно оградить страну от очевидной угрозы административного произвола. Другое дело, что расчеты на созидательную и одновременно стабилизирующую роль первого сословия строились не столько на политическом анализе, сколько на ностальгических декларациях, плохо отвечавших новым реалиям.



1 В последнее время проблемы определения и оценок консерватизма стали предметом многочисленных дискуссий. Вполне понятное стремление к научной реабилитации данной тематики привело к появлению весьма широких толкований самого понятия "консерватизм". Например, В.И. Шамшурин утверждает, что этот термин означает "сохранение и приумножение материальных и духовных ценностей человечества от гибели во времени". - Социологические исследования, 1993, № 1. С. 93. Однако о таком благородном стремлении всегда готово заявить любое сколько-нибудь заметное общественно-политическое течение, даже революционное. Нельзя упускать из вида, что консерватизм всегда относителен, скажем, его английские носители викторианской эпохи исповедовали принципиально иные политические ценности в сравнении с русскими поклонниками "официальной народности". Можно согласиться с В.И. Толстых, что консерватор - это прежде всего традиционалист, "охранитель традиций, ценностей, подтвердивших свое право на существование". - Политические исследования, 1995. № 4. С. 38. Надо только оговориться, что консерватор охраняет те традиции, которые подтвердили свое право на существование с его точки зрения.

2 Филиппова Т.В. Предчувствие ностальгии // Свободная мысль. 1993. № 9. С. 35. Ее же. Мудрость без рефлексии. (Консерватизм в политической жизни России) // Кентавр, 1993. № 6. С. 52.

3 Стоит обратить внимание на довольно точное и остроумное наблюдение Н.А. Бердяева: "Консерватизм властвует в русской жизни и держит в тисках ее творческие силы, но он умер в литературе, он не существует как идейное направление". - Бердяев Н.А. Судьба русского консерватизма // Киносценарии, 1989, № 5. С. 164.

4 Русский консерватизм XIX столетия. Идеология и практика. М., 2000. С. 201-203.

5 Дружинин Н.М. "Журнал землевладельцев" (1858-1860 гг.) // Избранные труды. Социально-экономическая история России. М., 1987. С. 78-79.

6 Сладкевич. Н. Г. Борьба общественных течений в русской публицистике конца 50-х - начала 60-х годов XIX века. Л., 1979. С. 12.

7 Терпигорев С.Н. Оскудение. Очерки помещичьего разорения. М., 1955. Т. 1. С. 15.

8 Долбилов М.Д. Сословная программа дворянских "олигархов" в 1850-1860-х годах // Вопросы истории, 2000, № 6. С. 34..

9 Там же. С. 35.

10 Безобразов М.А. О желаниях русского дворянства во время освобождения крестьян, с запиской // Русский архив, 1888. Кн. 12. С. 601-615.

11 Безобразов Н.А. Две записки по вотчинному вопросу. Берлин, 1859. С. 43.

12 Герсеванов Н.Б. О социализме Редакционных комиссий. Письма к председателю их генералу Ростовцеву. Берлин, 1860. С. 24.

13 Материалы для истории упразднения крепостного состояния помещичьих крестьян в России в царствование Александра II. Берлин, 1860. Ч. II. С. 110-113.

14 См.: Долбилов М.Д. Указ. соч. С. 38-39.

15 Татищев С.С. Император Александр II. Его жизнь и царствование. М., 1996. Т. 1. С. 400-401.

16 Сладкевич. Н.Г. Очерки истории общественной России в конце 50-х - начале 60-х годов XIX века. Л. 1962. С. 96.

17 Никитенко А.В. Дневник. М., 1956. Т.2. С. 202.

18 Сладкевич Н.Г. Об общественно-политических настроениях дворянства в 1861-1862 гг. // Проблемы истории общественной мысли и историографии. М., 1976. С. 108-109.

19 Корелин А.П. Дворянство в пореформенной России. 1861-1904. М., 1979. С. 237-238; Долбилов М.Д. Указ. соч. С. 40-41.

20 Корелин А.П. Российское дворянство и его сословная организация // История СССР, 1971, № 5. С.75.

21 См.: Скороспелова В.А. Московское дворянское собрание 1865 г. и газета "Весть" // Вестник Московского университета. Серия "История". 1974, № 2. С. 27-44.

22 Корелин А.П. Дворянство в пореформенной России. С. 249.

23 Чернуха В.Г. Внутренняя политика царизма с середины 50-х до начала 80-х гг. XIX в. Л., 1978. С. 50.

24 Власть и реформы: от самодержавной к советской России. СПб., 1996. С.344.




Похожие:

Альтернативы отечественного консерватизма второй половины XIX в iconВащенко А. В. Влияние консервативных взглядов А. Д. Пазухина на законодательный процесс второй половины XIX в
Влияние консервативных взглядов А. Д. Пазухина на законодательный процесс второй половины XIX в
Альтернативы отечественного консерватизма второй половины XIX в icon«Дурак, хвастун и пустомеля», «одаренный горячей душой». Государственная и общественно-политическая деятельность Д. П. Рунича: источники1
Рунича. Изучение документов, как архивных, так и опубликованных, позволит составить новое представление о взглядах и деятельности...
Альтернативы отечественного консерватизма второй половины XIX в iconМедоваров М. В., Ннгу им. Н. И. Лобачевского Возможности и границы либерального консерватизма
Среди концептуальных работ последних лет можно назвать труды С. В. Лебедева2, А. В. Репникова3, М. А. Емельянова-Лукьянчиков Недавно...
Альтернативы отечественного консерватизма второй половины XIX в iconИзучение драматургического произведения в школе на примере целостного анализа драмы А. Островского «Гроза», идущего но ходу действия пьесы
Знакомство с литературой второй половины XIX века начинается у учащихся с изучения пьесы А. Островского «Гроза»
Альтернативы отечественного консерватизма второй половины XIX в iconНатурализм [от лат natura природа] название течения в европейской лит-ре и искусстве, возникшего в 70-х гг. XIX в и особенно широко развернувшегося в 80-90-х гг., когда Н. стал самым влиятельным направлением
Вводя новое определение для лит-ого стиля, Золя все же устанавливает как базу этого лит-ого движения реализм, игравший столь видную...
Альтернативы отечественного консерватизма второй половины XIX в iconПроблема переживания в европейской философии второй половины xix-начала XX века
«инструмент», с помощью которого добываются и очищаются от культурных наслоений научные факты, сколько возможность и способ понимания...
Альтернативы отечественного консерватизма второй половины XIX в iconМягкова Елена Михайловна (Тамбова) Вандейское восстание 1793 г и традиция политического консерватизма на западе Франции в середине XIX –начале ХХ вв
Вандейское восстание 1793 г и традиция политического консерватизма на западе Франции в середине XIX –начале ХХ вв
Альтернативы отечественного консерватизма второй половины XIX в iconЗадача «До половины»
В открытую бочку налита вода, на взгляд как будто до половины. Но вы хотите знать точно, половина ли в ней налита, больше половины...
Альтернативы отечественного консерватизма второй половины XIX в iconСостав служб енисейского казачества во второй четверти XIX века
В первую очередь это касается истории XIX в., так как этот период истории Енисейского казачества наименее изучен
Альтернативы отечественного консерватизма второй половины XIX в iconОглавление Предисловие (. Минаков А. Ю) Раздел I. Теоретические аспекты традиционализма и консерватизма
Война и мир в политической риторике России первой четверти XIX века (Вишленкова Е. А.)
Разместите кнопку на своём сайте:
Документы


База данных защищена авторским правом ©podelise.ru 2000-2014
При копировании материала обязательно указание активной ссылки открытой для индексации.
обратиться к администрации
Документы

Разработка сайта — Веб студия Адаманов