Идеократическая государственность: политико-правовой анализ 23. 00. 02 Политические институты, этнополитическая конфликтология, национальные и политические процессы и технологии (юридические науки) icon

Идеократическая государственность: политико-правовой анализ 23. 00. 02 Политические институты, этнополитическая конфликтология, национальные и политические процессы и технологии (юридические науки)



НазваниеИдеократическая государственность: политико-правовой анализ 23. 00. 02 Политические институты, этнополитическая конфликтология, национальные и политические процессы и технологии (юридические науки)
Горшколепов Александр Александрович
Дата конвертации28.08.2012
Размер318.93 Kb.
ТипАвтореферат диссертации


На правах рукописи


Горшколепов Александр Александрович


Идеократическая государственность:

политико-правовой анализ


23.00.02 – Политические институты, этнополитическая конфликтология, национальные и политические процессы и технологии (юридические науки)


Автореферат

диссертации на соискание ученой степени

кандидата юридических наук


Ростов-на-Дону – 2001


Работа выполнена в Ростовском юридическом институте МВД России


Научные руководители:

доктор юридических наук, профессор ^ Баранов П.П.

кандидат философских наук, доцент Лукьянов А.И.


Официальные оппоненты:

доктор философских наук, профессор Корольков А.А.

доктор юридических наук, профессор Шапсугов Д.Ю.


Ведущая организация: Нижегородская юридическая академия МВД России


Защита состоится 4 декабря 2001 г. в 10 час. на заседании диссертационного совета К.203.011.02 по политическим и юридическим наукам в Ростовском юридическом институте МВД России по адресу: 344015 г.Ростов-на-Дону, ул. Маршала Еременко, 83, ауд. 502.


С диссертацией можно ознакомиться в библиотеке Ростовского юридического института МВД России


Автореферат разослан « 4 » ноября 2001 г.


Ученый секретарь

диссертационного совета Вакула И.М.

^ ОБЩАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА РАБОТЫ

Актуальность темы исследования.

Политико-правовое развитие современной России ориентировано на ценности либерального конституционализма. Однако стремление в кратчайшие сроки войти в европейский “общий дом” не принесло ожидаемых результатов. Именно поэтому на переломе второго тысячелетия в нашей стране возродился интерес к исследованию феномена традиционной ориентации властного центра государства на духовно-нравственные ценности, закрепленные в национальном правосознании.

В основе углубляющегося политического и нравственного кризиса лежит кризис доверия к власти, который в свою очередь является выражением противоречия между официально провозглашенными либерально-правовыми ценностями и традиционными убеждениями большинства населения.

Радикальная перестройка государственно-правовой сферы России по западноевропейским образцам пронизана пренебрежительным отношением к политической значимости идеократической модели государства, в рамках которой структура власти конституируется в качестве вспомогательного средства по отношению к целям и ценностям сакрального порядка.


Вместе с тем, государственно – правовая организация подавляющего большинства народов мира долгое время покоилась на признании божественного трансцендентного идеала в качестве источника верховной власти.

Только в 17-18 вв. верховная власть в Западной Европе стала интерпретироваться демократически, то есть как выражение воли суверенного народа, основанное на идеях правовой государственности.

В 20 веке в России самодержавно – православная форма идеократии трансформировалась в псевдоидеократию коммунистического толка.

За последнее десятилетие в России неоднократно менялось идеологическое содержание и направление вектора государственной власти. Однако, рассчитывать на то, что российский народ в течение ближайшего времени откажется от веры в нерасторжимость власти и высших ценностей наивно. В этой связи возникает проблема тщательного изучения основ организации государственно-правовой жизни, ориентированной не на господство юридических законов, прав и свобод личности, а на идеалополагающие ценности, объединяющие народ. Именно такая конструкция является базовой для идеократической модели государственности, что предполагает включение в исследовательский оборот концепций органицизма и традиционализма, создающих широкую основу для научного ана­лиза и теоретических обобщений политико-правового эмпирического материала.


Степень научной разработанности проблемы.

Интеллектуальные усилия современной политико-правовой науки сконцентрированы на освоении теории правового государства. Между тем, альтернативное ему идеократическое государство имеет богатую традицию исследования, которая, к сожалению, представляется для многих либерально-ориентированных ученых правовой архаикой и попадает в круг предметов научного интереса исключительно с критической точки зрения в аспекте полного отождествления идеократии и тоталитаризма ХХ века.

Поэтому предварительным условием в процессе изучении идеократии является размежевание между абсолютизацией тоталитаризма и необходимостью рассматривать государственную власть в контексте её вторичности и подчиненности “общему благу”, политико-правовой культуре и традиционным высшим сакральным ценностям.

Содержательность проблемы, таким образом, заключается не в критике идеократии, как синонима тоталитаризма, а в анализе соотношения понятий "государство", "народ", "народный дух". Эти системообразующие начала любой государственности необходимо рассмотреть не изолировано, а в качестве диалектически соподчиненных элементов “общей тотальности” (Г.Гегель).

Анализу отдельных сторон этого сложного политико-правового комплекса государственности посвящены ценные в методологическом отношении наблюдения и мысли классиков политико-правовой науки: Ари­стотеля, Платона, Н.Макиавелли, Ш.Монтескье, И.Канта, Д.Юма, Т. Гоббса, Г.Гегеля, И.Фихте, И.Гердера, К.Гельвеция, К.Шмитта.

Наиболее значительные зарубежные разработки проблемного поля “духовной конституции” народа и её роли в вопросах политико-правового регулирования социума принадлежат В.Вундту, Г.Тарду, Г.Лебону, С.Московичи, М.Веберу. В этом контексте использованы труды современных западных ученых, разрабатывающих новейшие концепции власти: Р.Арона, Э.Гидденса, Д.Картрайта, П.Блау, Д.Ронга, С.Клэгга, Т.Гидденса.

До сих пор не оценен по достоинству вклад в исследование идеократических основ власти отечественных авторов. Определенная юспозитивистская “инертность” в исследовании идеократии парадоксальным образом сочеталась в России с устойчивостью метафизического, философского интереса к проблематике идейно-духовных основ власти, её корреляции с правосознанием нации на протяжении всей её истории.

Речь идет о работах славянофилов, традиционалистов, религиозных мыслителей: И.В. Киреевского, А.С. Хомякова, К.Н. Леонтьева, Ф.М.Достоевского, Л.А.Тихомирова П.Е. Казанского, И.Л. Солоневича.

В тесной связи с кризисными периодами развития российской государственности феномен идеократического государства активно исследовался Н.О.Лосским, Н. А. Бердяевым, Л. П. Карсавиным, И. А. Ильиным.

Выдающийся вклад в разработку идеократической модели государственности в целом внесли евразийцы: Н. Н. Алексеев, П. Н. Савицкий, Н. С. Трубецкой.

В последнее десятилетие востребованность национальной идеократической модели государственности вполне очевидна. Специфика властных институтов в России и социокультурных форм их легитимации стала предметом исследования во многих науч­ных институтах.

Отмечая, общую увлеченность осмыслением западноевропейской правовой культуры, следует подчеркнуть, что отдельные темы, связанные с самобытностью современной российской государственности нашли отражение в исследованиях: П.П.Баранова, А.О.Бороноева, Ю.В.Бромлея, В.Ю.Верещагина, А.А.Королькова, А.И.Лукьянова, В.А.Мельника, В.А.Тишкова, В.Е.Чиркина, Д.Ю.Шапсугова и других.

Акцент в работах перечисленных авторов делается на анализе особых исторических форм идеократии – монархии, теократии, тоталитарной псевдоидеократии. В целом, абстрактно-всеобщие (модельные) построения идеократии пока еще не стали предметом политико-правового исследования, что требует самостоятельных разработок в рамках теоретико-правовой интерпретации самобытности российской государственности. Именно поэтому, остаются не преодоленными многие теоретические трудности интерпретации самобытности государственности, выстраивания идеологических и ментально - легитимационных механизмов её правовой институализации.


Объектом исследования является феномен идеократической государственности в политико-правовом, национально-ментальном и сакрально-аксиологическом измерениях.


Предметом исследования выступают формы политико-правовой институализации верховной власти в контексте её национально – культурной самобытности и правосознания.


Целью настоящего диссертационного исследования является политико-правовой анализ и концептуализация идеократической государственности как диалектического единства государственно-властной структуры с культурно-историческими, политико-правовыми, духовно-нравственными, этнонациональными детерминантами.


Для реализации поставленной цели в диссертации решаются следующие задачи:

1. Обозначить методологические принципы определения и исследования идеократической модели государственности.

2. Определить статус верховной власти в сопоставлении с общепринятыми политико-правовыми понятиями государства.

3. Выявить различия между структурно-ценностной волюнтаристско-релятивной интерпретациями верховной власти.

4. Осуществить анализ структурно-идеократического детерминационного источника верховной власти в контексте его государственно-правовой институционализации.

5. Воспроизвести логику обоснования ментальных, духовных основ идеократической верховной власти как диалектической холистской конструкции идеало-ценностных компонентов;

6. Оценить влияние симфонического союза Церкви, государства, общества на становление самобытно-русского идеократического политического процесса;

7. Выявить характерологические особенности духовно-нравственной легитимации верховной власти в рамках идеократического измерения правосознания;


Научная новизна исследования состоит в следующем:

- с интегративных политико-правовых, позиций представлено содержание и дана правовая дефиниция идеократической модели государственности, дана дефиниция соответствующей модели государственности;

- проведен анализ принципа верховной власти как важнейшего элемента идеократической модели государственности;

- типологизированы идеократический и волюнтаристкий виды источников власти;

- выделены парадигматические основания идеократии и атомарно-механической демократии;

- изучены важнейшие параметры идеократического государства, касающиеся оптимальной формы правления, типа отбора властной элиты, дифференциации политико-правового процесса;

- установлено, что самобытно-российская модель легитимации обусловлена спецификой функционирования идеократического идеала в рамках духовно-нравственного обоснования, закрепленного в традиционном правосознании.


На защиту выносятся следующие основные положения:


1. Верховная власть представляет собой комплекс идей и ценностей, обладающих высшей духовно-нравственной легитимационной силой. Субстанционально государственность предполагает наличие дуализма источников верховной власти, которые могут интерпретироваться по-разному. С позиции структуралистской правовой герменевтики верховная власть конституирует общий для данного народа смысловой ментальный фон, которому должна соответствовать деятельность государственной власти. Волюнтаристский подход подразумевает, что решающим фактором в формировании верховной власти служит механическая комбинация волевых атомарных импульсов различных акторов, дистанцированная от идеократической структуры, ориентирующейся на систему абсолютных ценностей.


2. Все формы правления государства имеют свои идеальные, императивно задающие иерархическую систему политико-правовых ценностей, идеократические прототипы, которые обеспечивают эффективность государственно-правового регулирования в зависимости от степени его реального соответствия, идентичности своему идеальному образу. При нарушении этого состояния может происходить трансформация идеократической формы правления в волюнтаристский вариант.


3. Идеократическая государственность построена на органическом политико-правовом принципе верховной власти, обеспечивающем реализацию идеалополагающих целей и задач, выраженных в единой “идее – правительнице” – квинтэссенции метаидеологической конструкции, адекватно отвечающей на духовно-нравственные запросы и стремления нации, базирующейся на государствостроительном инстинкте и идеологеме о должной экзистенции власти.


4. Институционализация консолидирующей “идеи – правительницы” в государстве предполагает конструирование адекватного идеократического типа отбора властвующей элиты, селектируемой по критериям преданности общей политико-правовой идеологеме, сопринадлежности к интегративному монистическому мировоззрению.


5. Легитимация в контексте парадигмы приоритета идеалополагающих ценностей в России выступает как инкорпоративный политико-правовой интеграл, связывающий в единую модель все элементы государственности, как универсальная конвенциональная сфера фиксации национально - государственной идеи в национальном правосознании.


6. Имманентно-правовая интенция идеократического строя тяготеет к наделению высшей властью соборного лидера нации, причем сама эта власть и ли­дерство основаны не на выборах и не на наследстве, а на степени соответствия данного лидера жестким требованиям диспозиции идеалополагающих ментальных констант национального правосознания и правовой культуры.


Теоретическая и методологическая основа диссертации.

Диссертационное исследование опирается на диалектическую методологию и такой ее важнейший компонент как системный анализ. Используются системно-структурный и компаративистский методы, приемы институционального политико-правового моделирования.

На основе рационального синтеза сочетаются логический и исторический методы исследования, используются также синергетические аспекты прогнозиро­вания культурно - цивилизационного развития государственности.

Теоретической основой диссертации является критический анализ правовых кон­цептов современного и классического традиционализма и либерализма.


Научно-теоретическая и практическая значимость диссертационного исследования заключается в том, что в нём осуществлен комплексный концептуальный анализ идеократической государственности под углом зрения культурно-исторической обусловленности российской правовой ментальности и в контексте формирования государственно-правовой идеологии, адекватной вызовам современной эпохи.

Полученные в ходе диссертационного исследования результаты могут быть применены в политико-правовых и философских исследованиях россиеведческой направленности в сфере политологии, теории государства и права, философии политики и права, этнополитологии. Результаты диссертационного исследования могут быть использованы для включения в опорные материалы при подготовке учебных пособий, научных работ, при чтении лекций и спецкурсов по философии и теории права.

Важнейшие выводы диссертации могут служить идейной основой для осмысления комплекса проблем совершенствования современной российской государственности, определения стратегии законотворческой деятельности.


Апробация результатов исследования. Теоретические выводы и положения диссертации докладывались и обсуждались на следующих научных конференциях: Всероссийской научно-теоретической конференции «Философия права как учебная и научная дисциплина» (Ростов-на-Дону, апрель 1999 г.); Международной научно-практической конференции «Современные проблемы национальной безопасности: Россия в ХХI век с миром и согласием» (Ростов-на-Дону, ноябрь 1999 г.); Всероссийской конференции «Русская философия права: основные проблемы и традиции» (Ростов-на-Дону. 2000 г.); Региональной научно-теоретической конференции «Политико-правовая культура и духовность» (Ростов-на-Дону. 2001 г.); Всероссийской научно-теоретической конференции «Философия права и вопросы формирования современной государственно-правовой идеологии» (Ростов-на-Дону. 2001 г.).

Диссертация апробирована на совместном заседании кафедр философии политики и права и государственно-правовых дисциплин Ростовского юридического института МВД России.

Основные положения диссертационной работы изложены в восьми публикациях автора.


Структура диссертационного исследования. Диссертация состоит из введения, трех глав, восьми параграфов, заключения и списка литературы, насчитывающего 299 позиций. Общий объем диссертации – 175 страниц машинописного текста.


^ Основное содержание работы

Во “Введении” обосновывается актуальность темы, анализируется степень ее научной разработанности, показываются проблемные аспекты обсуждаемого вопроса. Формулируются объект и предмет, цели и задачи диссертационного исследования, характеризуется теоретическая и научно-практическая значимость диссертации, формы её апробации, определяется научная новизна, а также положения, выносимые на защиту.

В первой главе “^ Верховная власть как институциональный принцип и феномен идеократической государственности”, которая состоит из трех параграфов, исследуется содержание феномена верховной власти, дается понятие государственности и её элементов с политико-правовых позиций, типологизируются и анализируются идеократический и волюнтаристкий виды источников верховной власти.

В первом параграфе “Теоретико-методологические основы политико-правового анализа феномена верховной власти” очерчиваются основные парадигмальные подходы исследования, служащие в дальнейшем логически заданным направлением анализа феномена верховной власти, вводится метод теоретического политико-правового моделирования, основанный на абстрактном, сверхобобщающем принципе вычленения элементов феномена государственности.

Для исследования содержания государственности необходимо принять во внимание, как взаимодействуют между собой основные элементы государственности, как институционально выражается взаимодействие власти и целеполагающей осознанной идеи.

При этом дифференцируются три конструктивно необходимых элемента: 1.Нация, образующая социальный строй, с кризисом которого разрушается государственность. 2. Верховная власть, которая идейно оформляет государство и служит политико-правовым источником государственного управления. 3. Эмпирическое государство с правительственными институтами, подчиненное верховной власти.

Эффективность и долговременность той или иной модели государственности зависит от уровня связи, скрепленности, корреляции этих элементов.

Необходимость анализа понятия верховной власти вызвана её ключевым значением в понимании государственности.

Во втором параграфе “^ Верховная власть как идеалополагающий элемент государственности” раскрывается феномен верховной власти как основополагающего элемента государственности.

Первая специальная попытка определить власть как феномен связана с именем английского мыслителя Т.Гоббса, который заложил основы “каузальной” концепции власти - объяснения её как спе­цифического причинного отношения, которая и по сей день превалирует в западной политико-правовой литературе.

Однако необходимо учитывать, что власть не просто дуальное отношение между акторами. Власть возникает не в вакуумной среде, а в сложной системе общественных отношений. Именно структурные факторы играют роль условий в каузаль­ном отношении, а также в значительной мере предопреде­ляют спектр ресурсов, которыми обладают акторы, то есть детерминируют, управляют субъектами власти.

В решении вопроса о природе верховной власти в ходе развития политических и правовых наук выделились два основных подхода: “волюн­таристский” и “структуралистский”.

Волюнтаристский (субъективистский) подход объясняет социальные явле­ния как сводящиеся к действиям индивидов, уделяя минимальное внимание роли структурных факторов; он концентрируется на деятельности людей как основе со­циальной реальности. В этом случае акцент делается на индивидуальной воле и интернальном ее аспекте, а власть понимается как не­кая область механического пересечения и полного или частичного совпадения (компромисса) индивидуально-атомарных волевых устремлений, т.е. “общественный договор в действии”.

Структуралистский подход объясняет социальные явления как результат структурного влияния и рассмат­ривает социальных субъектов в качестве носителей структурных ролей. Этот подход характерен для функ­ционализма, системных теорий и марксизма. Наиболее известные попытки объяснить соотношение дейст­вия, структуры и власти были предприняты С.Льюксом и Э.Гидденсом.

Согласно предлагаемой концепции властная воля не противопоставляется структурной детерминации; вследствие того, что волюнтаристские и структуралистские подходы к власти предполагают собой конструирование однопорядкового общего явления – феномена власти, однако это не предполагает их идентичности, следовательно, обе интерпретации являются различными формами одного и того же феномена.

Таким образом, в понимании и определении верховной власти оба подхода следует признать взаимодополнительными, её конструирование зависит от конкретно-ситуационного соотношения этих двух противоположных источников власти.

Волюнтаристский подход в качестве первоосновы власти выдвигает волевое начало, структуралистский подход – антипод воли, подчинение, причем подчинение как активное, сознательное, так и пассивное, бессознательное. Именно поэтому структурализм верховной власти в аспекте её распределения тесно связан с традиционалистическим вариантом источника власти.

Сущностной задачей структурной верховной власти является создание и поддержание порядка функционирования системы – процесса её воспроизведения и существования. Однако при дальнейшем развитии и усложнении структурной системы властных отношений – превращении ее из традиционалистической в идеократическую - трансформируются и задачи власти: она получает значение силы, в установленном порядке осуществляющей высшие начала правды – то есть основной цели воспроизведения, ради которой и поддерживается структурный правовой порядок.

В третьем параграфе “^ Политико-правовой анализ принципа верховной власти” предметно анализируется содержание принципа верховной власти, детально разработанного в концепции Л.А.Тихомирова, определяющий конкретную форму правления в государстве.

При анализе и сопоставлении дефиниций “принцип верховной власти” и “источник верховной власти” главное внимание обращается на внутреннюю сущность источника и принципа верховной власти; выясняется их отношение к другим элементам государственности.

Принцип верховной власти фиксирует результат развития культурно-исторических типов цивилизаций. В этом смысле любой принцип верховной власти является идейно очерченным конгломератом основных диспозиций, санкций, императивов. Чем яснее он осознается в национальном правосознании, тем более легитимен сам источник верховной власти.

Верховная власть ограничивается содержанием своего собственного идеала, формой собственного принципа, которая должна на интуитивно-психологическом и интеллектуально-идеологическом уровне быть осознана и принята народом. Принцип верховной власти по Тихомирову – определенный способ властераспределения по критерию отбора субъекта властвования (монархия, аристократия, демократия) в зависимости от ментального психологического состояния нации.

Принцип верховной власти конструирует три основные формы правления: монархическую (власть единоличная), аристократическую (власть влиятельного меньшинства), демократическую (власть общая, всенародная).

Абсолютный характер волюнтаристской верховной власти определяется тем, что властераспределение, правотворчество и правоприменение зависит только от воли суверена. Чем независимее, автаркичнее эта воля от общественных, структурных элементов, тем более выпукло наблюдаем её волюнтаристский характер.

С другой стороны структурализм идеократической верховной власти ограничен содержанием своего идеала, своей идейной конструкции, во имя которого данная нация подчиняется ее верховенству. Являясь юридически неограниченной, идеократическая государственность ограничена необходимостью согласовываться с требованиями соответствия идеалу, закрепленному в национальном правосознании. В пределах такого согласования она - легитимна, за его пределами становится узурпацией. Выход за эти пределы фатален для субъекта власти.

В диссертации анализируются ситуации политико-правовой трансформации верховной власти в рамках корреляции дефиниций “принцип верховной власти” и “источник верховной власти”.

Таким образом, например, монархия сохраняет нормальные, здоровые черты только при условии идеократичности, то есть подчинения воли монарха идеальным принципам, составляющим нравственную идею монархии. При нарушении этого состояния происходит трансформация идеократической монархии в волюнтаристскую деспотию, не ограниченную определенными нормами, идеями, идеалами.

Трансформация формы правления зависит также от источника власти. Что лежит в основе власти в каждую историческую эпоху в каждом государстве – воля или общественная структура – от этого зависит трансформации, деформации форм правления. Согласно данным критериям существуют:

- волюнтаристская демократия, выраженная в форме плутократии, охлократии и её идеальный прототип - идеократическая демократия, выраженная в форме демотии;

- волюнтаристская олигархия, и ее идеальный прототип - идеократическая аристократия,

- волюнтаристская монархия, выраженная в форме абсолютизма, деспотии, крайних форм диктатуры и ее идеальный прототип - идеократическая монархия, выраженная в форме симфонического самодержавия, построенного на идеалах служения правде.

Механизм трансформации обусловливается внешними условиями и психологическим состоянием нации, которому наиболее комплиментарно соответствует тот или иной принцип правления. В той или иной форме верховной власти выражается дух народа, его верования и идеалы, то, что он внутренне сознает как высший принцип, достойный подчинения ему всей национальной жизни. Поэтому искусство государствостроительства состоит именно в том, чтобы пользоваться преобладающими в национальном правосознании идеальными представлениями о власти и из них конструировать систему управления государством на основе разумного и осознаваемого “экзистенциального выбора”.

Во второй главе “Идеократическое государство: концептуальные подходы” включающей в свой состав три параграфа, проводится анализ важнейших параметров идеократического государства, определяются основные политико-правовые интерпретации этого многопланового феномена.

Первый параграф “^ Определение сущности гарантийного идеократического государства” посвящен обсуждению узловых парадигмальных оснований, в русле которых рассматриваются характерологические свойства государства, вычленяются его специфические признаки.

Идеократическое государство малоисследованные феномен в системе политико-правового знания, в связи с чем основные подходы к осмыслению самого принципа идеократии, намеченные в работах классиков русской политической философии только формируются.

Такая ситуация объясняется тем, что современная теория государства базируется на постулатах естественного права, широко распространившими­ся главным образом в романской и в англосаксонской правовой традиции.

Либерализм в своей редуцируемой максиме предполагает акцентуацию на интересы и ценности атомарной личности в ущерб интересам и целям властного союза, государства. Релятивизм либеральной правовой концепции универсален и наблюдается в системе либерального государства, где политический союз выступает только в роли “ночного сторожа” и ограничивает свою деятельность оказанием защиты при нарушении интересов граж­дан.

Для конструирования адекватной альтернативы универсалистским правовым теориям либерализма русские и немецкие исследователи, государствоведы, публицисты использовали самобытные органические теории государства.

Юридически выверенную формулу органического государства дал Н.Н.Алексеев в своем исследовании гарантийного государства, противопоставляемого государству релятивному, имеющему в основе своей политики только волю суверена, не ставящему положительных целей, не имеющего постоянной программы политико-правового развития.

Гарантийность идеократического государства может конструироваться двумя путями: гарантии, связывающие государственную власть, должны строиться на духовно-нравственных регуляторах, либо на формальной системе сдержек и противовесов, которая бы ограничивала государственную власть правовым путем.

“Перевод” мировоззрения из сферы чисто личной, духовной в область “общест­венного признания”, трансформация этнополитических констант социума в область адекватного государствостроения является одним из основных моментов, хара­ктеризующих идеократическое гарантийное государство.

Европейская правовая доктрина разрешает эту задачу путем противо­поставления народа государству, оформления этого противоречия в системе права человека и гражданина. Отношение между ними представляется как отношение двух противостоящих друг другу, враждеб­ных стихий. Парламент - контроль­ная комиссия народа над государством, которая понуждает госу­дарство служить народу и общему благу. Это и есть идейная стратегия волюнтаристской демократии – стратегия “принуждения и контроля”.

В диссертации показывается что “идейная оппозиция” не олицетворяет сущностный принцип государства, а проявляется как стратегия, применяемая в не­которых исторических государственных формах. В иных случаях стратегия “принуждения и контроля” превращается в стратегию “общего служения”. Таким образом, в гарантийном государстве осуществляется организация народных масс, гото­вых всеми своими силами защищать государство, руководствуясь идеей служения общему благу.

Именно поэтому возникает необходимость организации в гарантийном государстве особого, идеократического ведущего слоя, элитных кадров защитников государства — гарантов, обеспечивающих неукоснительное проведение в жизнь госу­дарственной цели.

Во втором параграфе “Идеократия как принцип политического отбора властвующей элиты” раскрывается сущность, цели и задачи отбора властвующей элиты идеократического гарантийного государства.

По определению полнота и сила всей государственной власти сосредоточена в верховной власти. Однако верховная власть в определенной степени абстрактное и ограниченное явление. Поэтому в диссертации обосновывается необходимость создания государственного аппарата, иерархически передающего, транслирующего действие верховной власти во все сферы ее необходимого влияния.

Доказывается, что трансляционное действие может быть организовано двояко: в форме власти служилой и представительной. Механизм служилой власти преимущественно востребован идеократической государственностью, представительной власти – волюнтаристской.

Власть служилая изначально построена на идее добровольного исполнения императивов верховной власти, она может эффективно действовать только непосредственно, соответствуя их идеологическому содержанию.

Поэтому для идеократической государственности так важна эффективность и “идейность” служилого слоя государственного аппарата – именно он несет полную и безусловную ответственность за нормальное функционирование государства. В этом контексте под идеократией понимается строй, в котором правящий слой отбирается по признаку преданности одной общей идее-правительнице. Его важнейшая функция — быть носителем “ста­билизированного общественного мнения”, выступающего производ­ным следствием государственно-правовой идеи.

Представительный метод передачи властного импульса заключается в том, что акторы, представляющие верховную власть, не исполняют, в противоположность служилым, определенное поручение, но действуют от имени суверена, самостоятельно осуществляя его волю.

Таким образом, субъекту, представляющему верховную власть, практически передается ее суверенность. Следовательно, волюнтаристская государственность представляет собой иерархический механизм передачи властной воли. Воля народа в демократических республиках передается субъекту её опосредующему – президенту, депутату, парламенту в целом. Естественно, воля народа формально легитимизирует любое действие каждого из этих субъектов, служит им прикрытием и защитой.

В жесткой зависимости от принципа действия передаточного механизма властераспределения строится также и система отбора правящей элиты, которая опосредует и представляет верховную власть.

Н.С. Трубецкой выделял три основных типа отбора правящего слоя — аристократический (военно-аристократи­ческий, бюрократическо-аристократический, олигархический), демократический (плутократическо-демократический, охлократический) и идеократический, как футуристический1.

При этом типы отбора правящего слоя сущностно важны для характеристи­ки государства. Служилый механизм властераспределения основан на идеократическом типе отбора властной элиты, представительский механизм более адекватен демократическому, волюнтаристскому.

Следует сделать определенную акцентуацию на том, что при идеократическом строе общность миро­созерцания, однородная и монистическая идейная интециальность является основным и первичным признаком, по которому про­изводится отбор правящего слоя.

Селекционным признаком идеократического отбора дол­жно быть не только общее мировоззрение, но и готовность принести себя в жертву идее-правительнице. Этот элемент постоянной мобилизованности, тяжелой на­грузки необходим для уравновешения тех привилегий, которые неизбежно связаны с принадлежностью к власти.

Идея-пра­вительница априорно должна обладать огромной нравственно-значимой силой, чтобы, во-первых, ради нее стоило жертвовать собой, во-вторых, чтобы жертва ради нее расценивалась всеми гражданами как морально ценный поступок.

Идея – правительница заключает в себе константные аксиомы национального бытия, практическая реализация которых лежит в плоскости политико-правового процесса, который нуждается в адекватной типологизации

В третьем параграфе “Идеократический политико-правовой процесс” показан механизм и этапы исторической трансформации идеократического государства, в контексте политико-правовой детерминации.

Для интеграции в единую модель государственности идеалополагающих конструкций верховной власти и эмпирических форм государства вводятся опосредующие элементы, увязывающие эти разнородные феномены в единую, логически непротиворечивую систему. Важнейшим из таких элементов выступает политико-правовой процесс.

Обосновывается, что анализ типов политико-правового процесса нельзя проводить в отрыве от рассмотрения его диалектической связи с моделями государственности, потому что политические и правовые институты и механизмы не носят самодостаточный характер, а являются производными от социокультурной сферы.

История и современная практика функционирования политических и правовых систем дают возможность выделить два основ­ных типа политико-правового процесса — технократический (рациональный) и идеократический (традиционный).

Технократический тип политико-правовых изменений генетически свойствен государ­ствам англосаксонского социально-культурного ареала, в меньшей степени — романо-германской политической традиции.

Если в технократическом политико-правовом процессе в качестве основной характеристики выделяется приоритет процедуры, технологии политико-правового изменения, то в политико-правовом процессе идеократического типа таковым выступает целостная идея, выраженная в идеологии, в отношении кото­рой имеется общенациональный консен­сус2.

В основе осмысления роли идеократии в российском политико-правовом процессе лежит представление о всеединстве мира, проходящее основной линией через основные течения русской политико-правовой мысли. Впервые представление о всеединстве в концептуальном плане высказано А. С. Хомяковым, давшем философское осмыс­ление феномена соборности. В его интерпретации соборность включает в себя историческое из­мерение, историческую память, удерживающую традиции предшест­вующих поколений3.

В различных типах политического процесса по-разному решаются вопрос о механизмах трансформации властных ролей. Единственно возможный путь смены правового стату­са при технократическом политическом процессе — легитимное использование процедуры политико-правового изменения, активное и нестандартное применение известных и разработка новых системных политических технологий, манипулирование интересами и потребностями других субъектов политического процесса.

При идеократическом типе политического процесса механизм трансформации властных ролей сложнее. Он зависит от этапов генезиса и трансформации “идеи-правительницы” и ее аккумуляции социополитической системой общества в ходе упадка, кризиса раз­вития обществ и государств, связанных со сменой доминирующего политического суверена либо с очередными элитными перегруппиров­ками.

Такая ситуация инициализирует первый этап утверждения идеократического типа политико-правового процесса, связанный с появле­нием доминирующей политико-правовой идеологии, зарождением общена­ционального консенсуса вокруг базовых принципов государственного и социально-экономического устройства, фиксируемых этой идеоло­гией.

Следующий этап связан с приобретением такой идеологией стату­са государственной. На этом этапе либо происходит эволюция политико-правовой идеологии в метаидеологию, представляющую собой симбиоз социополитического опыта, особенностей национального характера и внешних императивов мировой цивилизации и являющуюся, по существу, формулировкой и обо­снованием общенационального консенсуса. Существует и иной путь утверждения идеократических ценностей (псевдоидеократия), когда элита, приверженная одной разновидности политико-правовой идеологии, вытесняет оппозиционные политико-идео­логические и правовые концепции, обеспечивая своей доктрине монопольный ста­тус в государственно-правовом развитии общества.

Третий этап становления метаидеологии характеризуется преобразованием идеократического политического процесса, утратой идеократической доминанты или же попытками внутрисистемной трансформа­ции государственной идеи в зависимости от характера и масштабов эволюции политического режима. В случае если в системе политико-правового обеспечения идеократии преобладают ксенократические под­ходы, некомплиментарные ментальным основаниям социума, происходит постепенная, по мере исчерпания созидательного (с точки зрения целей и интересов правящей элиты) ресурса, утрата ею былого общественного статуса и неминуемая последующая деградация.

В таком случае наступает финальный этап развертывания идеократического политико-правового процесса, который характеризуется государственно-правовым кризисом, диффузией и распадом правящей элиты, появлением и ростом монопольного центра или плюралистических центров силы с новыми политическими субъ­ектами, резко обозначающими свое притязание на власть. В этом случае происходит насильственное замещение прежней правящей эли­ты новыми элитными группировками.

Таким образом, своеобразие форм государственности в значительной мере определяется спецификой протекания политико-правового процесса.


Третья глава диссертации “^ Политико-правовая легитимация идеократической государственности” состоит из двух параграфов и посвящена анализу духовно-нравственного потенциала народа, выражающего отношение к государству и верховной власти.

В первом параграфе “Идеократический тип правосознания” обозначаются подходы к анализу важнейшего элемента идеократической государственности – правосознания народа, с его национально-определенными константными свойствами и качествами, выражающими отношение к государству и к верховной власти.

Легитимация государственной власти представляет собой взаи­мообусловленный процесс, с одной стороны, самооправдания и ра­ционального обоснования собственной власти со стороны “управляю­щих”, с другой - оправдания и признания этой власти со стороны “управляемых”.

Однако эти конструкты значимы лишь для тех, кто предрасполо­жен к их восприятию, а эта предрасположенность заключена не толь­ко в рефлексирующем сознании, но и в культурных архетипах.

Легитимность власти лишь выражает степень соответствия реальных государственно-правовых институтов идеальной модели верховной власти, закодированной в национальном правосознании.

Между политико-правовой реальностью и структурообразующими формами общественного сознания существует защитный барьер, создающий искажения правовой реаль­ности, которые являются следствием действия ментальных констант сознания. Роль такого барьера в аспекте отношений властераспределения играет институт идеократического правосознания, интерпретируемый в духе фундаментальной концепции И.А. Ильина.

Защитный барьер правосознания вытесняет из сознания и препятствует проникновению в бессознательные слои психики всех тех представлений, которые способны нанести ущерб целостности этнических констант. Другая функция защитного барьера - контроль над импульсами бессознательного, направленными на внешний мир, трансляция образцов “правильного” правового поведения, поведения “по правде”.

В традиционном идеократическом типе правосознании, согласно И.А.Ильину мир представляется строгоупорядоченным, иерархичным4. Все имеет в нем свое место, все взаимосвязано, гармонизировано. В рамках этой картины мира человек определяет свое место в мире и устанавливает константные политико-правовые этнические элементы: локализацию источника зла; локализацию источника добра; представление о способе действия, при котором добро побеж­дает зло.

На основании политико-правовых констант формируются адаптационно-деятельностные модели политико-правовой легитимации.

Таким образом, все вариации традиции, присущей “макросоциальному” обществу, группируются вокруг правосознания. Традиционное правосознание формируется на протяжении длительного времени, охватывающего практически всю историю данного народа. Конкретные черты и свойства правосознания складываются в зависимости от его традиций, культуры, социальных структур, внешней среды. В свою очередь, будучи социально-психологическим феноменом, правосознание выступает как фактор, задающий определенные образцы правового мышления и поведения. Любой этнос в процессе своего становления, развития и трансформации в нацию развивает и укрепляет в своем мировосприятии представления об абстрактной идеальной власти и конкретном государственно-правовом идеале.

Во втором параграфе “Российская идеократическая государственность: своеобразие и перспективы” предметно рассматриваются конкретное содержание и специфика российской модели государственности, своеобразие легитимационной связи между элементами государственности, намечаются перспективы развития современного российского государства.

Процесс исторической легитимизации власти состоит из последовательно протекающих этапов. Психологический этап – постепенное формирование в правосознании нации идеальной модели верховной власти, её цели, задач и функций. Такая модель должна выступать образцом, матрицей для государственной власти, координировать и направлять её деятельность. Эмпирический этап легитимизации власти, протекающий одновременно с психологическим, - признание нацией соответствия реального государства его идеальному прототипу “граду Божиему”.

В параграфе обосновывается отличие сакральности и харизматичности, которое заключается в различном понимании самого принципа властвования. В отличие от уникального дара (харизмы) нравственный образец доступен всем, каждый может следовать им и преуспевать. Харизматический лидер преодолевает сопротивление этнических констант социума, навязывая им свою волю, которая объявляется выразительницей воли всего народа. Сакральный лидер более всего заинтересован в сохранении политико-правовых этнических констант и придании им как можно более весомого авторитета. Идейные конструкции, выразителем которых он является, неразрывно связаны с его фигурой, более того он является “заложником”, гарантом идеальных, нравственных стремлений нации.

В России доминирующее значение приобрел нравственный способ оправдания государства, потому что в силу этнического и религиозного многообразия ни легальное, ни харизматическое, ни традиционное господство здесь не было возможно в качестве основного.

Высшей категорией власти становится идейная конструкция, императивы которой обязательны для всех, обязанность контроля над их исполнением возложена на лидера государства, сакральную фигуру, которая обладает сверхъестествен­ным даром, позволяющем ему принимать решения, применяе­мые в любой ситуации.

Российская политическая элита в этом варианте имеет статус идейной монолитности, солидарности, т. е. тщательно организованной и упорядоченной общности с жестким идеократическим механизмом отбора новых ее членов. Массы населения включены в политико-правовой процесс посредством приобщения их к делу служения, реализации единой идеальной цели под патерналистским и внеинституциональном руководством.

В России в течение веков внеинституциональное влияние проявлялось в нравственном вмешательстве церкви в политико-правовую жизнь общества, корректировке содержания государственно-правовой идеологии. Суть симфонии составляет обоюдное сотрудничество, взаимная поддержка и взаимная ответственность, без вторжения одной стороны в сферу исключительной компетенции другой. Церковь и государство, священство и царство различны по своей природе и по своим функциям – церковь служит божественному, небесному, а государство – человеческому, земному. При нарушении такого баланса наблюдается цезарепапизм, характеризующийся абсолютизацией политической воли одной из сторон.

В России такие нарушения часто инициировались в ходе волюнтаристских политико-правовых реформ, во многом, благодаря такому процессу, произошел разрыв между идеальным структурным представлением о власти, закрепленным в национальном правосознании и эмпирической формой государства. Российский политико-правовой процесс закономерно переходил в стадию реструктуризации и разложения, вследствие нехватки идейных ресурсов кадров идеократической властной элиты.

Однако своеобразие российской цивилизации проявляется в постоянном историческом возврате к “нулевой фазе” структурно - идеократической модели государственности. Поэтому эффективность функционирования современного и будущего российского государства будет зависеть от уровня соответствия параметров деятельности властной элиты требованиям структурного правосознания социума.


В Заключении диссертационной работы подводятся итоги проведенного исследования, характеризуется значение идеократической концепции в процессе трансформации российской государственности, подчеркивается необходимость аналитического изучения оригинальных доктрин и теорий русских и зарубежных ученых, философов, политиков для более адекватного и полного понимания самобытности культуры, истории и политико–правовой действительности государства.


По теме диссертационного исследования опубликованы следующие статьи:

1. Горшколепов А.А. Некоторые аспекты формирования и функционирования монархического правосознания в историческом развитии России // Философия права как учебная и научная дисциплина. Материалы Всероссийской научной конференции. Ростов-на-Дону, 1999. (0,25/0,15 п.л.) (в соавторстве).

2. Горшколепов А.А. Некоторые проблемы формирования правовых систем стран СНГ в аспекте международно-правовых документов // Тенденции развития правовых систем стран СНГ. Материалы международной научной конференции. Ростов-на-Дону, 1999. (0,25/0,15 п.л.) (в соавторстве).

3. Горшколепов А.А. Критика современного неоевразийства // Современные проблемы национальной безопасности: Россия в 21 веке с миром и согласием. Материалы первой Международной научно-практической конференции. РЮИ МВД России. Ростов-на-Дону, 1999. (0,25/0,15 п.л.) (в соавторстве).

4. Горшколепов А.А. Национальная безопасность России в контексте проблем возрождения российской государственности // Там же. (0,3/0,15 п.л.) (в соавторстве).

5. Горшколепов А.А. Теоретический аспект формирования моделей правосознания в русской философии // Русская философия права: основные проблемы и традиции. Сборник материалов Всероссийской конференции. Ростов-на-Дону, 2000. (0,3/015 п.л.) (в соавторстве).

6. Горшколепов А.А. Депопуляция в России (опыт идеологической экспансии) // Современные проблемы национальной безопасности: Россия в XXI век с миром и согласием. Материалы Международной научно-практической конференции. Ч.2. Ростов-на-Дону, 2000. (0,25 п.л.).

  1. Горшколепов А.А. Нравственный идеал идеократии // Политико-правовая культура и духовность. Материалы региональной научно-теоретической конференции. Ростов-на-Дону, 2001. (0,25 п.л.).

  2. Горшколепов А.А. Типологизация источника верховной власти в социополитическом аспекте // Философия права и вопросы формирования современной государственно-правовой идеологии. Материалы Всероссийской научно-теоретической конференции. Ростов-на-Дону, 2001. (0,25 п.л.).

1 Трубецкой Н.С. Наследие Чингисхана. М., 2000.

2 Шутов Ю.В. Типология политических процессов (социокультурный контекст) // Вестн. Моск. Ун-та. Серия 12. 1994. № 3.

3 Хомяков А. С. Полн. собр. соч. Т. 1. М., 1998.

4 Ильин И.А. О сущности правосознания. М., 1995.





Похожие:

Идеократическая государственность: политико-правовой анализ 23. 00. 02 Политические институты, этнополитическая конфликтология, национальные и политические процессы и технологии (юридические науки) iconИдеократическая государственность: политико-правовой анализ
...
Идеократическая государственность: политико-правовой анализ 23. 00. 02 Политические институты, этнополитическая конфликтология, национальные и политические процессы и технологии (юридические науки) iconНаучная конференция процессы модернизации в России и Европе: социокультурные, политические и духовные аспекты программ а
Процессы модернизации в России и Европе: социокультурные, политические и духовные аспекты
Идеократическая государственность: политико-правовой анализ 23. 00. 02 Политические институты, этнополитическая конфликтология, национальные и политические процессы и технологии (юридические науки) iconНаучная конференция процессы модернизации в России и Европе: социокультурные, политические и духовные аспекты программ а
Процессы модернизации в России и Европе: социокультурные, политические и духовные аспекты
Идеократическая государственность: политико-правовой анализ 23. 00. 02 Политические институты, этнополитическая конфликтология, национальные и политические процессы и технологии (юридические науки) iconПолитические процессы в России XX-XXI вв
Ф. И. О. студента Отделение Курс Дата Факультет Группа
Идеократическая государственность: политико-правовой анализ 23. 00. 02 Политические институты, этнополитическая конфликтология, национальные и политические процессы и технологии (юридические науки) iconЭкономические взгляды Гоголя
«политического манифеста». К тому же Гоголь был убеждён, что любые, даже самые хорошие политические манифесты, к которым любят прибегать...
Идеократическая государственность: политико-правовой анализ 23. 00. 02 Политические институты, этнополитическая конфликтология, национальные и политические процессы и технологии (юридические науки) iconДокументы
1. /Гражданское общество и политические процессы в регионах. Исследование центра Карнеги....
Идеократическая государственность: политико-правовой анализ 23. 00. 02 Политические институты, этнополитическая конфликтология, национальные и политические процессы и технологии (юридические науки) iconДокументы
1. /Цыганков А.П. Современные политические режимы структура типология динамика учебное...
Идеократическая государственность: политико-правовой анализ 23. 00. 02 Политические институты, этнополитическая конфликтология, национальные и политические процессы и технологии (юридические науки) iconПолитическая жизнь франции в свете выборов 2002 г. ©2003 г. Е. Островская
Во Франции они особенно примечательны: про­исходящие здесь политические процессы уже не раз служили моделями для других европейских...
Идеократическая государственность: политико-правовой анализ 23. 00. 02 Политические институты, этнополитическая конфликтология, национальные и политические процессы и технологии (юридические науки) iconАннотация Проект Политические, юридические и социальные
Хх века. Проект представляет интерес не только для автора, но и для других старшеклассников, и является основой развития одного из...
Идеократическая государственность: политико-правовой анализ 23. 00. 02 Политические институты, этнополитическая конфликтология, национальные и политические процессы и технологии (юридические науки) iconПолитическая система ученица класса и-10-2 Плеханова Анна
За пределами границ политической системы находиться «среда». Здесь расположены неполитические сферы жизни общества: экономическая,...
Разместите кнопку на своём сайте:
Документы


База данных защищена авторским правом ©podelise.ru 2000-2014
При копировании материала обязательно указание активной ссылки открытой для индексации.
обратиться к администрации
Документы

Разработка сайта — Веб студия Адаманов