Православная icon

Православная



НазваниеПравославная
страница1/10
Дата конвертации28.08.2012
Размер1.21 Mb.
ТипСборник статей
  1   2   3   4   5   6   7   8   9   10

Православная

Психотерапия




Сборник статей




Содержание:


1. Врач-психитерапевт Димитри А. Авдеев: Православная Психотерапия.


2. Психолог Валерий Ильин: Православие и Психотерапия.


3. Проф. Д. Е. Мелехов: Психиатрия и проблемы духовной жизни.


4. Еп. Феофан Затворник: “Плоды доброй и недоброй жизни.”

Православная

Психотерапия

Врач-психитерапевт Димитри А. Авдеев




Содержание: Психосоматика. Неврозы. Депрессии. Психозы. Психотерапия. Псевдолечение. Пастырская Психиатрия.


^

Дорогие читатели!


Будучи врачом психиатром-психотерапевтом, я убежден, что моя практическая деятельность, в основе которой — диагностика и лечение пограничных нервно-психических нарушений, душевная поддержка и утешение обращающихся за помощью людей, не может быть вне моего собственного мировоззрения, вне спасительного лона Православия. Как врач, я считаю своим долгом способствовать духовной защите психического здоровья людей, ограждать их души от посягательств многочисленных новоявленных псевдоцелителей.

Это не обстоятельное сочинение, не научный трактат, а, скорее, веление сердца и желание поделиться своими размышлениями.

Поднятые темы обширны и сложны, поэтому представленные читателю дневниковые записи не претендуют на полноту их изложения. Заключительная часть книги представлена главой “О болезнях и болеющих,” которая составлена по творениям святых и некоторых других душеполезных книг.

При подготовке к изданию этого материала я подолгу беседовал со священниками, монашествующими и приходскими, и получил их одобрение относительно главных выводов книги. Отдельные главы этой работы были напечатаны в христианском собеседнике “Свет Православия” и газете “Радонеж.”

Книга, надеюсь, будет полезна коллегам-врачам, в чьих сердцах есть искра веры Христовой, и всем тем, кого интересуют проблемы психического здоровья.

^ Дмитрий Авдеев, Москва, 1997 г.

Психосоматика


Термин “психосоматика” впервые употребил R. Heinroth в 1818 году, и вот уже более ста пятидесяти лет психосоматическое направление в медицине представляет собой арену жаркой полемики. В основе идеи психосоматозов положено утверждение, что в происхождении ряда соматических заболеваний лидирующее место принадлежит психоэмоциональным факторам. Таким образом, психосоматическая патология — это своеобразный соматический резонанс психических процессов.
К числу так называемых истинных психосоматозов относятся: ишемическая болезнь сердца, бронхиальная астма, гипертоническая болезнь, язвенная болезнь 12-перстной кишки, язвенный колит, нейродермит, неспецифический хронический полиартрит.

Остановимся подробнее на ишемической болезни сердца (ИБС). Возникновение и течение ИБС — это итог комплекса патогенных факторов. Роль одних (артериальная гипертония, повышение уровня холестерина, курение, сахарный диабет) показана в научных исследованиях достаточно убедительно. Роль других — психологических, социальных также установлена и отражена в работах последних 20-25 лет. Учеными были проведены параллели между “инфарктным” характером и возникновением ишемической болезни сердца. Итог этих исследований книга М. Фридмана и Р. Розенмана “Поведение типа А и ваше сердце” и ряд последующих публикаций. Черты характера, отнесенные к типу А (от англ. амбициозность) таковы: внутреннее напряжение, нетерпимость, стремление к постоянному лидерству, компульсивность, эмоциональная неустойчивость. “Плачет мозг, а слезы в сердце” — так образно говорил известный ученый Р. А. Лурия. Но только ли мозг плачет? И что лежит в основе “болезненного” поведения типа А? Прежде всего грех, совершенный в глубине человеческого духа, который возбуждает страсти, влияет на характер, лишает душевного покоя. “Исходящее из человека оскверняет человека; ибо извнутри, из сердца человеческого, исходят злые помыслы, прелюбодеяния, любодеяния, убийства, кражи, лихоимство, злоба, коварство, непотребство, завистливое око, богохульство, гордость, безумство: все это зло изнутри исходит и оскверняет человека” (Мк. 7:20-23).

Следовательно, происхождение психосоматической болезни можно эскизно представить как процесс соматизации греха: грех — характер — болезнь (в случае ИБС — приступы загрудинных болей и атеросклеротическая облитерация коронарного русла). Установлено, что возникновение бронхиальной астмы связано с наличием в характере выраженных черт напористости, нетерпимости. Заболевания щитовидной железы могут быть инициированы неумеренностью. При облитерирующем эндартериите обнаруживают боязливость.

Разумеется, эта схема должна восприниматься с осторожностью и применима лишь к части случаев. По воле Господа болезни могут даваться человеку во испытание веры и даже в награду тем, кто радуется болезненным тяготам, переносимым ради Бога и вечной жизни. К нетленным мощам такого святого, преподобного отца нашего Пимена Многоболезненного, мне посчастливилось прикладываться в Киево-Печерской лавре. Таким образом, в зависимости от того, на какой духовной “почве” возникают хвори, и определяется их смысл. Но во всех случаях Господь призывает к Себе, и во всех случаях необходимы покаяние, молитва и ежедневная работа над собой. Вопросы духовности и нравственности неотделимы от вопросов болезни и здоровья. Я уверен, что психотерапевт, пренебрегающий духовными корнями заболеваний и признающий лишь психосоматические взаимоотношения, не сможет оказать действенную помощь, а его усилия рискуют превратиться в “бег по кругу.”


Неврозы


“Тело, будучи сложено из многих, притом неодинаковых частей, которые и сами составлены из четырех стихий, когда занеможет, имеет нужду в разных лекарствах и притом составленных из разных трав. А душа, напротив, будучи невещественна, проста и несложна, когда занеможет, одно только врачует ее — Дух Святой, благодать Господа Иисуса Христа,” — писал преп. Симеон Новый Богослов.

Сущность греха, как справедливо указывает старец о. Силуан, не в нарушении этической нормы, а в отступлении от вечной Божественной жизни. Совершается грех прежде всего в таинственной глубине человеческого духа, но последствия его поражают всего человека. Грех отражается и на физическом здоровье творящего его, и на внешнем облике. Грех неизбежно выходит за пределы индивидуальной жизни и отягощает окружающих. Болезни телесные, а в особенности душевные — это следствие греха. Взаимоотношения между грехом и болезнью достаточно сложны. Попытаемся затронуть некоторые аспекты.

В настоящее время около 400 миллионов человек больны той или иной формой психического расстройства. Из них примерно 80% страдают пограничными (на грани здоровья и болезни) нервно-психическими нарушениями, среди которых главное место занимают неврозы. Согласно современному определению, принятому в нашей стране, невроз — психогенное (как правило, конфликтное) нервно-психическое расстройство, которое возникает в результате нарушения особо значимых жизненных отношений человека и проявляется в специфических клинических феноменах при отсутствии психозных явлений (Неврозы. М.: Медицина, 1990). Проще говоря, невроз развивается тогда, когда человек, в силу различных обстоятельств, не может найти приемлемый выход из сложного положения, разрешить психологически определенную ситуацию или перенести трагедию.

Симптомы невротического срыва общеизвестны: снижение настроения, раздражительность, бессонница, чувство внутреннего неудовлетворения, вялость, апатия, ухудшение аппетита. Могут появляться навязчивые идеи, вспышки агрессивности, злобности и т. п. Вся эти симптомы сопровождаются общим недомоганием, неприятными соматическими ощущениями, вегетативными дисфункциями.

При неврозе человек сохраняет ясность мысли, критичен, тяготится своим состоянием, но подчас ничего не может изменить в себе. В книге Дж. Фурста “Невротик: его среда и внутренний мир” читаем: “Многие невротики справляются с преподаванием, исследовательской работой и другими видами интеллектуальной деятельности, но в то же время тщетно борются с личными затруднениями явно эмоционального характера.” Тот же автор отмечает, что чувства невротика сильнее его интеллектуальных убеждений; ...эмоции невротика — продукт искаженного понимания им объективной ситуации.

Термин “невроз” прочно вошел в нашу жизнь и неизвестен разве что младенцу. Выделяют школьные и пенсионные неврозы; неврозы достижения и одиночества; соматогенные и экологические, а также много иных разновидностей этого неприятного недуга. Особую группу составляют так называемые ноогенные неврозы, связанные с утратой или отсутствием смысла жизни, ценностными, конфликтами. Имеются данные о том, что примерно каждый пятый невротический случай имеет ноогенную основу. В действительности, думается, что едва ли не каждый невроз имеет духовные корни. Впрочем, обо всем по порядку.

Впервые понятие “невроз” было предложено в 1776 году Кулленом, и с тех пор дискуссии о сущности невроза, корнях его возникновения и механизмах формирования не становятся менее животрепещущими. Сегодня трудно найти в медицине другое понятие, трактуемое различными научными школами столь многозначно и противоречиво. Невротические реакции, которые могут возникать у человека вслед за тяжелыми потрясениями, конфликтами, соматическими заболеваниями или жизненными неурядицами, очень разнообразны. Проявления их преломляются личностью человека, особенностями его характера. Поэтому и взгляды на эту проблему отличаются полярностью. Причем на острие научных дискуссий находятся не только вопросы систематики неврозов, а само существование их как нозологической формы. Крайняя точка зрения некоторых психиатров выглядит примерно так: невроз — “нормальное поведение в ненормальном обществе.” Другие точки зрения могут быть представлены следующим образом: мозговые нарушения; выход в бессознательное; затвердение в установках и догматический строй мышления; неумение предвидеть конфликт и готовиться к нему; неверные привычки поведения; неудовлетворение потребности в самоутверждении и еще многие другие предположения. Одни исследователи относят истоки неврозов к некоторому своеобразию рассудка, другие к патологии эмоций, третьи — к процессу самопознания, четвертые — к психологической незрелости и инфантильности. Есть и такие авторы, которые склонны думать, что невроз — наследственное заболевание. Мнений много, но ясности нет.

Некоторыми авторами высказывались мысли о том, что невротики страдают из-за неспособности любить себя (неврастения) или любить себя и других (психастения).

Следует сказать, что каждое психологическое направление только тогда становилось состоятельным в глазах коллег, когда его представителям удавалось доказать и по-новому высказать взгляды на невроз.

В последнее десятилетие вопросы происхождения неврозов стали подвергаться активному пересмотру. Отношение к неврозу как к легкому психическому нарушению в значительной степени изменяется. Принцип легкой обратимости не подтверждается современной клинической практикой. По опубликованным в печати данным, выздоровление при неврозах наступает менее чем у 40-50% заболевших. Установлено, что в первые три года при неврозах выздоравливают лишь 10% больных. Часто страдания длятся годами и даже десятилетиями. Следовательно, невроз чаще возникает ввиду каких-то внутренних механизмов данной личности. Внешние провоцирующие факторы и обстоятельства представляют собой лишь “последнюю каплю,” для развития невротических нарушений. У человека, склонного к этому недугу, развивается своеобразная “способность” реагировать на жизнь нервной слабостью, раздражительностью, навязчивостью или истеричностью. Одни причины (конфликты, стрессы) со временем уходят, становятся неактуальными и вскоре их место занимают другие и недуг возобновляется.

По моему глубокому убеждению, для понимания истоков невротических нарушений (как, впрочем, и других болезней) необходимо подняться на самый высокий уровень и рассматривать эту патологию с позиции духовного начала, с позиции православного вероучения и святоотеческих писаний. И тогда во многих случаях будет обнаружен корень страдания — духовная слепота, игнорирование духовных потребностей, безбожие. Святитель Феофан Затворник указывает на то, что “естественное отношение составных частей человека должно быть по закону подчинения: меньшего большему, слабейшего сильнейшему. Так тело должно подчиняться душе, душа духу, а дух же по свойству своему должен быть погружен в Бога. В Боге должен пребывать человек всем своим существом и сознанием. При этом сила духа над душою зависит от соприсущего ему Божества, сила души над телом от обладающего ею духа. По отпадении от Бога произошло, и должно было произойти, смятение во всем составе человека: дух, отделившись от Бога, потерял свою силу и подчинился душе, душа, не возвышаемая духом, подчинилась телу. Человек всем существом своим погряз в чувственность.”

Таким образом, невроз имеет в первую очередь духовную, а уже затем — психофизиологическую природу. Глубокий невроз — показатель нравственного нездоровья, духовно-душевного разлада. Формы его различны: неврастения (уныние, “плач души” или раздражительность, нетерпимость); истерия, которая тесно связана с грехами гордыни и тщеславия; невротические навязчивости (“умственная жвачка,” склонность к излишней рационализации). Грех, как корень всякого зла, близок к невротическим расстройствам. Совершаясь в глубине человеческого духа, он возбуждает страсти, дезорганизует волю, выводит из-под контроля сознания эмоции и воображение (об этом подробно пишет преосвященный Феофан Затворник в своих творениях). Грех определяет соответствующую духовную почву для возникновения невроза. В дальнейшем невротические проявления могут зависеть от особенностей характера, условий жизни и воспитания, нейрофизиологических предпосылок, а также различных стрессов и других обстоятельств, многие из которых остаются неизвестными. Все в одну схему не уложить. Жизнь гораздо сложнее. У одного человека формируется невроз, а у другого реакция ограничивается сильным потрясением, но болезни не возникает. Глубинная сущность неврозов — тайна, известная только Господу. На все воля Божия. И еще. Со времен наших прародителей человеческая природа повреждена грехом. Посему человек, страдающий неврозом, не лучше и не хуже остальных. Невроз — лишь частный случай последствия греха. Всем нам надлежит, уповая на помощь и милосердие Господне, каяться и исправляться.

Кто-то может спросить: “Бывают ли случаи психологических срывов у православных христиан?” — Да, бывают. Ибо в мире нет человека, свободного от греха. Но православные молятся ко Господу о помиловании, прибегают к врачующим душу Таинствам покаяния и причащения. И милосердный Господь принимает кающихся, восстанавливает в них свою благодать и дарует душевный мир.

Хочу поделиться своим психотерапевтическим опытом. На практике мне не приходилось наблюдать случаи выраженных неврозов или невротических развитий личности у людей, живущих благочестивой христианской жизнью. Среди православных иногда встречаются больные эндогенной психотической патологией. Но эти заболевания, как известно, не принадлежат к группе приобретенных и развиваются по другим механизмам.

Чаще всего ко мне на прием приходят неверующие; либо те, кто не ведает истинного Бога (иноверцы, новые язычники). Немало и тех, кто находится в поисках истины. От психотерапевта может зависеть многое.

Однако ныне среди психиатров и психотерапевтов верующих — меньшинство. В этом, на мой взгляд, одна из причин низкой эффективности помощи при неврозах. Психотерапия насчитывает сегодня 1000 техник для исправления, пытаясь различным образом помочь мятущейся душе. Но количеством качества не подменить. Истинное излечение от душевной скорби может произойти только через покаяние, что требует духовных усилий и непривычно для немалой части наших современников (в том числе и врачей). В этой связи становится понятно, почему разнообразные рациональные и эмоциональные терапевтические воздействия оказываются далеко не всесильны и приносят лишь симптоматический эффект.

Духовные корни есть у всякой болезни, но распознать их бывает подчас невозможно. Невроз выделяется из числа остальных психических и соматических заболеваний тем, что является своего рода чутким нравственным барометром. Его связь с духовной сферой очевидна. И возникновение этого недуга вследствие душевных терзаний и угрызений совести может быть стремительным.

Сложности, связанные с поиском причин возникновения неврозов, обусловлены тем, что большинство ученых и практиков пытались и пытаются решить эту сложную проблему самостоятельно, без помощи Божией, без веры Христовой. Духовность человека (пациента) либо подменяется образованностью, эрудицией, либо совсем не принимается во внимание, отрицается. Деятельность подобного рода исследователей сравнима с бегом по кругу. Истинных плодов такие труды не принесут. Кстати сказать, многие последствия духовного повреждения у человека, страдающего неврозом, описаны, на мой взгляд, верно. Я уже упомянул о патологии процесса самопознания, “невротическом” строе мышления и особенностях эмоциональной сферы. Однако прежде всего эти изменения произошли на духовном уровне, а уже затем как бы отразились в душевной жизни индивидуума. Причем все сказанное выше относится не только к неврозам, но и к широкой группе нарушений, составляющих так называемую “малую” психиатрию (акцентуации характера, приобретенные психопатии и др.).


Депрессии


Число депрессий растет с каждым годом. Около 5% населения земного шара страдает депрессивными расстройствами. Более половины из общего числа психически больных составляют люди с различно выраженным депрессивным синдромом. Миллионы людей во всем мире принимают специальные лекарства (антидепрессанты, нейролептики, транквилизаторы), чтобы обрести душевный комфорт и хорошее самочувствие. О депрессии, унылом настроении, тоске, подавленности можно услышать разговоры везде: в транспорте, на работе, среди знакомых... Сегодня многие считают, что депрессия — болезнь цивилизации с ее требованиями к жизни, к человеку.

Науке многое известно о причинах возникновения депрессивных состояний, но в среде ученых не принято говорить о грехе. А причиной многих форм болезненной подавленности и уныния является именно он. Об этом говорят святые отцы. Об этом свидетельствует весь аскетический опыт православия.

Депрессия — это своего рода сигнал души о неблагополучии, бедственном ее положении. Сказанное особенно относится к депрессиям, которые не связаны с ходом жизненных событий. Мучается человек от печали, тоски. Страдает. Душа его томится. Как врач, я, конечно, облегчаю страдания этих людей медикаментами, беседами да и просто человеческим участием. Но удовлетворение при приеме больного у меня наступает лишь тогда, когда заходит разговор о душе, о вере, о покаянии. С согласия пациента и по его желанию мы пытаемся оценивать симптомы заболевания с духовных позиций.

Не буду углубляться в детали. Скажу лишь, что тех пациентов, которые находят дорогу в храм, воцерковляются, каются во грехах (в том числе и грехе уныния), Господь не оставляет. Иные исцеляются, другие — с Божией помощью учатся бороться со своими страстями и пороками и нередко побеждают болезнь.


Психозы


Это обширная группа заболеваний, имеющих не психологическое происхождение и связанных с рядом генетических, обменных и иных нарушений. Среди основных заболеваний этой группы выделяются: шизофрения, маниакально-депрессивный психоз, эпилептические и старческие психозы. Болезнь может протекать непрерывно или приступами, вяло или ярко, тяжело или умеренно. Типичные симптомы психозов: бред, галлюцинации, расстройства эмоциональной сферы, нарушения поведения. Со временем расстраивается интеллект, страдает память. Изменяется личность человека.

Психическая болезнь — тяжелый крест. До конца познать тайну ее возникновения и духовный смысл не удастся. Мои собственные рассуждения по этому поводу примерно таковы: в случае психозных состояний смысл страдания заключается в искуплении грехов (самого больного, или его родителей, или прародителей). Причем если болезнь проявляется в детстве и течет достаточно злокачественно, то больной получает шансы ко спасению как невинная жертва. Спасительными окажутся в таком случае старания и терпение, проявленные близкими, которые переносят тяготы Христа ради. Если психоз возникает в более позднем возрасте, то и он посылается человеку во спасение. Ибо Господь есть абсолютное благо. Иным Господь попускает впасть в немощь одержимости, потому что знает, что ум и волю свою человек использует себе во зло; других ограждает тем от тяжких грехов. Мы читаем в послании к коринфянам у св. ап. Павла: “Предан сатане во измождении плоти, чтоб дух был спасен в день Господа нашего Иисуса Христа” (1 Коринф. 5:5). Страдания этих людей следует облегчать не только таблетками и уколами, но и молитвой за здравие сих болящих рабов Божиих. Они очень нуждаются в молитве за них, так как их душевные силы расстроены, ослаблены тяготами болезни.

Крещеных больных надо деликатно призывать к покаянию. Делать это следует в период между приступами или во время улучшений. Хорошо, если в психиатрических лечебницах будет больше верующих врачей, медсестер, санитарок. В таком случае появится православная среда, и те же лекарства, убежден, будут действовать эффективнее. По возможности следует приглашать в клиники священников, служить водосвятные молебны, распространять православную литературу. Опыт подобной деятельности уже есть. Милостью Божией в октябре 1992 года Святейшим Патриархом Московским и Всея Руси Алексием II был освящен храм иконы Божией Матери “Целительница” при НИИ Клинической психиатрии Научного центра психического здоровья Российской академии медицинских наук. Душепопечение пациентов клиники осуществляют готовящиеся в священники, практикующие врачи-психиатры.

Традиционно принято считать, что большинство разновидностей патологии психики мало излечимо. Особенно это относится к тяжелым психозам, дегенеративно-дистрофическим заболеваниям коры головного мозга, врожденным формам умственной неполноценности и т. д. Но милость Божия по вере людей являет нам чудеса, и законы естества отступают. Приведу несколько примеров.

Около пяти лет тому назад в храме я увидел женщину с младенцем на руках, облик которой известен любому врачу. Диагноз, как говорят в таких случаях, был у девочки на лице. Обычно звучит он как приговор. Болезнь Дауна. Патология эта возникает в результате генетических нарушений.

На следующей неделе я вновь обратил внимание на эту девочку, а затем видел ее на службах постоянно. Её (в 3-4 г.) всегда причащали святых Христовых Тайн. С переездом в другой город, связанным со служебными обстоятельствами, я потерял из виду свою “пациентку.” И вот как-то летом, четыре года спустя, я увидел ее вновь. Малютка возвращалась с мамой с вечернего богослужения. Лицо ее было милым, улыбчивым, красивым! Под светленькой косыночкой красовались два белоснежных банта. Узнать в ней “обреченного инвалида” было невозможно. Разглядеть следы заболевания смог бы только опытный специалист. Храни тебя Господь, милое дитятко!

Воспользуюсь очень ярким примером, который описан в небольшой книжечке с названием “Когда болеют дети.” Ее автор врач и священник о. Алексий Грачев. “Два с половиной года назад ко мне на исповедь пришла больная девочка лет двенадцати из детского дома. Она не могла связать двух слов, крутилась, как волчок, ее ненормальный взгляд, постоянные гримасы, весь вид ее говорил о “неполноценности.” И вот она стала исповедоваться и причащаться каждое воскресенье.

Через год у нее появилась потребность откровения помыслов (кто молится и часто исповедуется, тот знает, что это такое). Девочка стала вести такую внимательную духовную жизнь, о которой не подозревают даже те люди, которые считают себя глубоко верующими и церковными. Она стала молиться Иисусовой молитвой (“Господи, Иисусе Христе, Сыне Божий, помилуй мя, грешную”), бороться с прилогами, прощать обиды, терпеть все. В течение нескольких месяцев она научилась читать и писать, прошли все признаки дебильности, на лице изобразилась печать духовности. Во всем, что она говорила и делала, было чувство и рассуждение...” Подобные примеры не единичны, их множество...


Психотерапия


Место психотерапии в медицине особенное. В процессе взаимодействия врача и пациента встречаются две личности, два сердца. Происходит лечение души душой. Больные психотерапевтического профиля — это совершенно особенный контингент. Их страдания нередко связаны с моральными конфликтами, семейными проблемами, переживаниями после тяжелых болезней, духовными поисками. В глаза врачу, как правило, смотрит человек, который испытывает дефицит любви, взаимопонимания, поддержки со стороны близких. К специалисту он обратился тогда, когда переживаниями заполнена вся душа, весь организм, и нет больше сил терпеть. Иногда переживания переходят в тяжелые соматические симптомы, различные боли, онемения, другие нарушения. Мне чаще всего приходится лечить и консультировать людей либо неверующих, либо со слабой, несформировавшейся верой. Именно поэтому на психотерапевта возлагается большая ответственность, как на врача и человека. Его задача — помочь пациенту, стесненному болезнями и конфликтами, неурядицами и потерями. Для врача, посвятившего себя психотерапии, важно иметь собственные духовные ценности, которые бы определяли его работу с пациентами. Без собственной (я добавляю: православной) духовной платформы он не сумеет различить ситуационные (психо-социальные) и биологические причины заболеваний от экзистенциальных, мировоззренческих.

Годы атеизма и, соответственно, отсутствия духовных требований к врачам этой сложной и очень специфической, в медицинском смысле слова, профессии не прошли бесследно. К большому сожалению, православная духовность не является в нашем обществе критерием для деятельности психотерапевта. А как было бы правильно руководствоваться христианскими ценностями в таком сложном деле, как душепопечение. На практике каждый работает в меру своего видения жизни, своих принципов. С другой стороны, и это одна из нелегких проблем, — если и есть в душе врача вера Христова, то не всегда она находит отклик в сердце пациента.

Доктор чаще всего больных не выбирает. На приеме может оказаться убежденный коммунист, атеист, представитель иного вероисповедания. В последних случаях медицинское кредо “не навреди” (не только пациенту, но и себе) применимо вполне. Мой опыт показывает, что упор в лечении неверующих и неправославных стоит делать на здравый смысл, душевную поддержку, медикаменты. То есть оно должно быть более психофизиологически ориентированным. Но мы также должны с величайшим благоговением отнестись к душе такого человека, ибо и она есть образ Творца. Если же на приеме оказывается человек, душа которого хочет обрести Господа, но мечется в неведении, то православный психотерапевт должен и духовно помочь ему. Он не подменяет собой священника. Он лишь предшествует ему. Доктор иногда представляет собой “заслон,” ограждающий пациента от еще больших искушений (алкоголь, блуд, самоубийство).

Нередко пациенты спрашивают меня о смысле собственной жизни, видя в моем кабинете иконы. Евангелие. И тогда тем, у кого открыто сердце к вере, я рассказываю о христианстве, о христианском понимании смысла жизни, смысле страдания. Уверен, что психотерапия, проводимая по принципу “потерпите, все пройдет,” в большинстве случаев просто недопустима. Приведу лишь несколько примеров. Около полутора лет тому назад в состоянии выраженной тревоги ко мне обратился один очень состоятельный предприниматель пятидесяти двух лет от роду. Он сообщил мне, что не хочет больше жить, так как не видит смысла в своей жизни. В течение последних восьми лет он был трижды женат на женщинах вдвое младше его, нажил немалый капитал, и вот такой плачевный итог... Или другой пример. Женщина средних лет потеряла единственного сына. Горе, слезы, безысходность и отчаяние не покидали ее ни на день с момента автокатастрофы, которая произошла два года тому назад... Еще пример. Молодой человек, перенесший в свои тридцать восемь лет два инфаркта миокарда... Есть тема практически запретная в светской медицине и психологии. Тема смерти. О смерти предпочитают умалчивать. Наука здесь бессильна. Тяжелых больных постоянно подбадривают: “Все будет хорошо,” “Все будет нормально.” В этой лжи и умирает человек. Умирает не подготовившись, без покаяния, без духовного завещания. Мне не раз приходилось видеть смерть неверующих людей. Хорошо помню одного человека. На лице его — ужас и смятение, весь он был в сильнейшей тревоге. Не нахожу слов, чтобы описать этот леденящий душу страх, в котором он пребывал. Даже мысли о смерти у атеиста рождают отчаяние и уныние. Для православного человека памятование часа смертного — одно из главных дел жизни. С юных лет христианин просит у Господа безболезненной, мирной, непостыдной кончины и доброго ответа на страшном судилище. Когда читаешь о кончине праведников и святых, то не горем, а умилением и отрадой наполняется душа...

Лечебное психотерапевтическое воздействие должно, на мой взгляд, иметь иерархию целей: от ближайших (успокоить, вселить надежду, устранить симптомы заболевания) до главных — внутренний рост и развитие, обращение к непреходящим ценностям. В противном случае психотерапия может стать небезопасным манипулированием душами людей или принесет лишь “косметический” эффект.

По моему глубокому убеждению, психотерапия, когда это возможно, должна стать “мостиком” в православие. Я искренне радуюсь, видя своих бывших пациентов в храме. Впоследствии если они и заходят ко мне, то только в гости, ибо обретают их души Всемогущего целителя — Господа нашего Иисуса Христа.

Поделюсь еще одним примером. В течение трех лет я работал в реабилитационном отделении кардиологической клиники. Мне предстояло проводить психологическую реабилитацию больных после инфаркта миокарда. Люди, которые приходили на прием, а это были в основном мужчины трудоспособного возраста, не находили себе места. Настроение их было подавленным, на глазах часто появлялись слезы. Другие — недоумевали, находились в растерянности и не верили происшедшему с ними. Еще бы, 45-50 лет, обилие планов, проектов. А тут такая тяжелая болезнь-инфаркт. От одного этого слова многие вздрагивали, на коже появлялись мурашки.

По инструкциям, как врачу-психотерапевту и психиатру, мне следовало проводить диагностику психических аномалий и лечить с помощью медикаментов и психологического воздействия. Различными исследователями установлено, что даже спустя 6-12 месяцев после возникновения инфаркта у 90% пациентов обнаруживается депрессия. Причины ее стойкости, как показали наблюдения, связаны с утратой смысла жизни, крахом надежд.

Детально ознакомившись с литературой по вопросу психологической реабилитации инфарктных больных, я уловил одну тенденцию, которую можно обозначить как уход от действительности, сглаживание острых углов или отвлечение. Конечно, успокоиться необходимо, но что дальше? Такие вопросы я задавал себе очень часто.

В центре психического здоровья Российской АМН в мае 1993 года состоялась конференция под названием “Психические расстройства и сердечно-сосудистая патология.” Я был ее участником. Тема психологической реабилитации инфарктных больных обсуждалась в контексте вопроса о “качестве жизни.” Было заслушано много выступлений и докладов по психологической реабилитации.

Главная философская мысль выступавших укладывалась в схему: достойно жить -достойно болеть — достойно умирать. Причем под достоинством понимались скорее социально-бытовые составляющие, но отнюдь не нравственные. О духовности, о Боге, о вере не было сказано ни единого слова. Ученые, как мне показалось, пытались спрятаться за научной терминологией, уйти от ответа на главный вопрос: “Что противопоставить болезни?” В который раз светская медицина и психология оказались в тупике. Выход из него непростой, он видится в обращении ко Христу, в смирении. Митрополит Вениамин (Федченков) писал: “Несомненно существует связь между неверием и так называемой образованностью. Но дело здесь не в учености, по нашему мнению, а в чем-то ином. В чем же именно? В отсутствии смирения! Или, проще, в гордости! По крайней мере, мое наблюдение таково. Ученость выделяет людей из массы простых рабочих, дает им преимущества, растет самомнение... а со всем этим приходит и гордость. “Вера же есть смирение,” — говорит св. Варсонофий Великий. Но главное — не в этом; ученый человек начинает верить в себя: в свой ум, в свои знания, а не в Бога, не в благодать Божию.” Добавить к этим словам мне нечего.

Вот уже 14 лет руководит клиникой, в которой я вел прием, моя мама — Авдеева Галина Петровна. Она, как верующий человек, всячески способствует созданию теплого христианского климата в больнице, в реабилитационном отделении. Под ее руководством мы разработали программу помощи больным на амбулаторном этапе. Одна из главных идей программы сводилась к тому, что инфаркт миокарда (или другая тяжелая патология) это событие, из которого необходимо извлечь что-либо ценное для будущей жизни, превратить страдания в нечто осмысленное и преодолеть болезнь на психологическом и духовном уровнях. С Божией помощью мы предприняли попытку целостного взгляда на человека в единстве всех сфер его бытия: биологической, социально-психологической и духовной. Девизом программы стали слова “врач и пациент в поисках смысла.”

Мой духовный наставник священник о. Борис Закиров, хорошо знакомый с вопросами психологии и философии, неоднократно приезжал к нам в клинику. Он встречался с врачами, знакомился с нашими планами, многое порекомендовал и благословил программу “во славу Божию и на помощь ближним.” Желающим пациентам мы стали читать поучения святых отцов, особенно те из них, которые касались смиренного перенесения болезней Христа ради. В моем кабинете мы прослушивали фрагменты православных песнопений, встречались с духовенством. После моего возвращения со Святой Земли мы получили благословение помазываться лампадным маслом от Гроба Господня, от Гробницы Пресвятой Богородицы. К большой радости всех нас, кардиологическая клиника располагалась в ста метрах от Введенского собора. Некоторые больные по возможности посещали богослужения, готовились к исповеди и святому причащению. Бывало и так, что больной поступал на лечение в очень тяжелом состоянии. Затем — этап реабилитации. А перед выпиской домой становился истинно православным. Слава Богу, Свою милость и щедроты непрестанно изливающему на нас!

С особенным вниманием мы вместе с больными и выздоравливающими читали поучения святителя Феофана Затворника. Как ясно, как четко епископ Феофан, угодник Божий, говорит о болезнях, об их значении для нашей жизни. С радостью процитирую святого: “Все от Бога: и болезни, и здоровье, и все, что от Бога, подается нам во спасение наше. Так и ты принимай свою болезнь и благодари за то Бога, что печется о спасении твоем. Чем именно посылаемое Богом служит во спасение, того можно не доискиваться, потому что и не узнаешь, может быть. Посылает Бог иное в наказание, как епитимью; иное для вразумления, чтоб опомнился человек; иное, чтоб избавить от беды, в какую попал бы человек, если бы был здоров; иное, чтоб терпение показал человек и тем большую заслужил награду; иное, чтоб очистить от всякой страсти, и для других причин... Ты же, когда вспомнишь о грехах, говори: “Слава Тебе, Господи, что наложил Ты на меня епитимью в наказание!” Когда вспомнишь, что прежде не всегда поминала Бога, говори: “Слава Тебе, Господи, что Ты дал мне повод и науку почаще вспоминать о Тебе!” Когда придет на мысль, что если бы была здорова, то иное и не доброе сделала бы, говори: “Слава Тебе, Господи, что не допускаешь меня до греха,” и так все... Так и благодушествуй!” (Вып. 1, пис. 42, с. 41).


Псевдолечение


^ 1. Психоанализ Фрейда

К великому сожалению, после снятия идеологических ограничений и партийного пресса психотерапия в нашей стране оказалась в положении ребенка, ввергнутого в водоворот жизни без присмотра. И как водится в таких случаях, ребенок чаще всего выбирает не самое лучшее. Можно привести и другую аналогию. Психотерапия оказалась в положении человека, сидящего на мешке с золотом и протягивающего руку за милостыней.

Духовность святой Руси в очередной раз была не востребована. Свет православия не привлек к себе внимания ученых мужей и большинства практиков. Напротив, отечественная психотерапия стала магнитом для огромного количества разнообразных техник и средств оздоровления, нахлынувших с Запада и с Востока, а также из собственного “подпола.” Что только не практикуется в последние годы, причем официально! Судите сами: колдовство, магия, экстрасенсорика, ворожба, снятие порчи, медитация, “прочистка” сознания голотропным дыханием и многое другое.

Вышеупомянутые “технологии” без всяких оговорок нужно квалифицировать как бесовщину и настоятельно рекомендовать людям сторониться подобного рода “целительства.”

На этом фоне, прикрываясь научной обоснованностью и известностью, в Россию пришел психоанализ Фрейда и его последователей. В психоаналитической теории человек воспринимается как необузданная высокоорганизованная особь, у которой доминируют идеи сексуальности и агрессивности. Эти идеи формируют поведение человека, мотивируют поступки. Вытесненные сексуальность или агрессивность приводят к болезням, неврозам. Осознать их — значит решить все проблемы. Так утверждают сторонники психоанализа. Кстати сказать, Зигмунд Фрейд был воинствующим атеистом, утверждавшим, что “религия — это массовое безумие.” И вот к такому человеку, точнее, к его научному наследию обратили умы тысячи людей. Среди них в первую очередь психологи, философы, психиатры, психотерапевты, студенчество. Созданы психоаналитические ассоциации, издаются специальные журналы, выходят книги и статьи.

Что представляет собой психоаналитическое лечение. Оно может отдаленно напоминать исповедь, но без покаяния, без Бога. Фрейд не оставил и малого места в личности человека для духовности. Сущность человека представляется ему только биологией. Примеров можно привести много. Приведу лишь один. Недавно снял с полки “Московский психотерапевтический журнал” № 4 за 1993 год и стал его листать. Передовая статья посвящена психоаналитической терапии. Объект психоанализа А. сфотографировал свои половые органы, открыто поделился этим с аналитиком (к его радости). Далее их разговор обрастал массой интимных подробностей, фантазий (как клиента, так и самого психоаналитика). И тот и другой смаковали блудные грехи. О резюме и писать стыдно...

Меня могут упрекнуть в том, что многое в теории Фрейда разумно. Например, бессознательное в человеке действует на сознание и проявляется в сновидениях, оговорках, описках, ассоциациях и т. д. Может быть, это и так. Главное — в другом. Видеть в человеке только бессознательное, сексуальное, агрессивное — значит невероятно умалить, упростить и извратить человеческую сущность, усмотреть в ней только негативное, не понимать высшего предназначения человека, смысла его жизни и устремления в вечность.

Другой момент в психоанализе Фрейда — человеконенавистничество. Глубокий анализ проявлений жестокости в психоаналитическом учении находим у о. Бориса Ничипорова в книге “Введение в христианскую психологию.” Фрейд, будучи богоборцем, видел лишь “роковой” демонический ареал в отношениях отца и сына.”

Отец Борис пишет: “Следуя ему до конца, сын обязательно должен или убить отца, или противопоставить себя отцу. Так случилось с Кроном, отцом Зевса. Так было с Лаем, отцом Эдипа. И эту демоническую судьбу психология знает под именем Эдипова комплекса. Но Фрейд, будучи новоязычником, в своей приверженности к эллинистической мифологии, намеренно не заметил, что Сын Божий Иисус Христос побеждает эти роковые отношения. И являет нам это прежде всего Его молитва в Гефсиманском саду, накануне страданий, где Он молится Отцу: Отче мой! Если возможно, да минует Меня чаша сия; впрочем, не как Я хочу, но как Ты (Мф. 26:39).” Это ли не пример величайшей любви Сына к Отцу, который показал нам Спаситель. Если Царствие Божие для Фрейда безумие, то что душеполезного может дать нам, православным, этот безбожный человек? Ответ ясен. Ничего хорошего.


2. Гипноз

Популярность гипноза и иного целительства, связанного с его разновидностями, достигла в наши дни небывалого уровня. Факт, прямо скажем, очень настораживающий. Количество “эстрадных целителей” растет с каждым днем. Они пытаются предстать перед людьми как сверхличности, требуют веры лично себе (а не Богу), говорят о “свободе” и “духовности,” превратно интерпретируя эти понятия. Большинство “эстрадников” не имеют никакого медицинского образования и демонстрируют зрелищные приемы гипнотизации в коммерческих целях и для популярности. И поверьте, их совершенно не заботит душевное и телесное здоровье людей, которые посещают сеансы гипноза.

Но разговор пойдет не о псевдо-лекарях. Гипноз широко используется официальной медициной, специалистами-психотерапевтами. Этот грех был и на моей душе. Для тех врачей, кто еще не разобрался в темной силе гипноза и хочет проводить душеполезное лечение, пишутся эти строки.

Итак, гипноз. Адепты применения гипнотических трансов говорят об открытии особых психосоматических каналов во время использования гипноза, о влиянии на психику человека, минуя критику (“без тормозов”), о раскрытии резервных возможностей организма, о потрясающих терапевтических эффектах. Как специалист, я с уверенностью заявляю, что никаких исключительных эффектов нет. Наблюдаются симптоматическое улучшение самочувствия, редукция отдельных невротических нарушений и истерических стигм. Вот, пожалуй, и все.

Но несравненно больший ущерб наносится душе человека! Об этом гипнотизеры, в лучшем случае, и не задумываются. Гипноз, в особенности глубокие его стадии, — это насилие над личностью. Сам Господь не начальствует над нами, ибо мы Его образ и подобие. Он терпеливо ждет нашего обращения, обильно изливая на нас Свою милость и щедроты. Какое же дать оправданно тому лицу, которое лишает человека критики и рассудка, даже на короткое время, даже с благой, казалось бы, целью? Оправдания этому нет. Человек — величайшая тайна, и нам, грешным, не дано знать и видеть, что испытывает душа в гипнотическом состоянии, что происходит в глубине человеческого духа. Ни один святой не прибегал к тому, чтобы исцелять человека в измененном состоянии сознания. Кротко и смиренно угодники Божии являли людям дар целительства, который стяжали от Господа за святость жизни. В “Журнале Московской Патриархии” читаем о гипнозе как о явлении, “разрушающем дух человека.” Гипноз назван “сознательным служением злу.” Подчеркнуто, что в гипнозе используются темные силы духовного мира (ЖМП. № 12. 1989. С. 45-46). Обращение к гипнотизерам строжайше запрещено для православных христиан.

Известны случаи тяжелых психических заболеваний у людей после сеансов колдунов, магов и, как это ни прискорбно сказать, врачей. Об именах Тарасова, Кашпировского многие наслышались. Во время выступлений прямо или косвенно ими используется гипнотическое воздействие. Приведу некоторые данные. Профессор В. Лебедев сообщает: “Обследовано 2015 школьников, 93% были вовлечены в сеансы Кашпировского. Во время сеансов отмечаются навязчивые движения, истерические реакции, галлюцинации и другие психические нарушения. У 42% был отмечен гипнотический сон, после сеансов у 7% детей выявлены различные формы нарушений нормальной психики. Четко наметилась тенденция повышения внушаемости и рост истерических реакций. В результате телесеансов некоторые дети впадали в состояние каталепсии при виде только фотографии Кашпировского.” Мне приходилось видеть прямо-таки беснования некоторых пациентов после выступлений Кашпировского. Скажу откровенно, я не мог еще тогда поставить духовный “диагноз” происходившему, но весь ужас душа чувствовала явственно. Позднее пришло и понимание. Следует сказать, что гипноз со временем приобретает роль наркотика. Одни и те же люди ходят от гипнотизера к гипнотизеру, стремятся чаще испытывать “необыкновенные” состояния. Как жаль этих людей! И как преступно поступают те, кто приводит их к подобной зависимости.

Исследованиями установлено, что между терапевтической эффективностью при лечении словом (психотерапия) и глубиной гипноза нет взаимосвязи. То есть гипноз для лечения больных попросту не нужен. В последние годы в специальной литературе появилось много публикаций, свидетельствующих о нарушении психической деятельности человека после частого применения к нему глубокого гипноза.

Таким образом, православный врач раз и навсегда должен отказаться от этой темной силы и исключить гипноз из своего лечебного арсенала.


3. Йога

Как-то еще в школьные годы мне попались в руки статьи о йоге в журнале “Наука и жизнь.” Редколлегия в ту пору, видимо, сама была увлечена этой экзотической диковинкой, потому что статьи занимали солидный объем и выходили регулярно целый год.

Словом, я занялся йогой. Первое время осваивал хатху, которая связана с совершенствованием физических функций организма. И действительно, спустя полгода я стал гибче, выносливее, стройнее. Но что произошло дальше? Главным делом для меня стала медитация. Уроки в школе я практически запустил, резко похудел и с проявлениями невротического срыва обратился за помощью к психотерапевту. Сейчас я почти убежден в том, что это было действием злых сил. Дело в том, что хатха-йога — только первый шаг, последующие шаги ведут к раджа-йоге и буддизму с его системой ценностей. Таким образом, хорошее самочувствие лишь приманка. Иеромонах Серафим Роуз детально исследовавший этот вопрос, однозначно утверждает, что занятия йогой только ради телесного здоровья уже подготавливают человека к определенным духовным воззрениям и даже переживаниям, о которых он, несомненно, и не догадывается.

В чем нужно разобраться прежде всего? Следует уяснить, что путь раджа-йоги есть путь искания Бога в себе. Согласно с этим, пишет православный писатель и философ М. В. Лодыженский, проповедующие раджа-йогу индусы отрицают божественное откровение в том смысле, как его понимают христиане. По их убеждению, откровение идет не из какого-то особого источника, но оно есть раскрытие высшего “я” в самом человеке. Следуя этим воззрениям, учителя йоги, как и индуизма, внушают своим ученикам, что они частицы самого божества и при определенном усердии можно добиться святости и могущества.

Как явствует из вышесказанного, йога (читай индуизм) — это анти-христианство. Священник Родион в книге “Люди и демоны” очень точно сравнивает утверждения йогов с мыслями возмечтавшего о себе Денницы, который пал с неба и стал сатаной (Исайя 14:14). Христианин уповает на Господа, на Его милость и благодать, но отнюдь не на собственную немощь и грехи.

Хочу сказать следующее. Понятно, что каждое направление в медицине и психологии имеет свою идеологию, свою базу мировоззрения. Например: йога-индуизм, акупунктура — буддизм, колдовство — сатанизм, психоанализ — богоборчество и т. д. В связи с этим надо задуматься прежде, чем отдать свое здоровье в руки того или другого лекаря, пользоваться той или иной психологической техникой. Лучше в сложных, спорных ситуациях попросить совета духовника или приходского православного священника. Можно прибегнуть за разъяснением к верующему врачу. Будьте бдительны!


^

Пастырская Психиатрия


Среди всех медицинских специальностей существует одна, которая вплотную может соприкасаться с пастырством. Название ее — психиатрия. Наверное, не будет преувеличением сказать, что многие священники за годы своего служения встречались у исповедного аналоя или во время иного душепопечения с ситуациями, когда их духовное чадо обнаруживало некоторые эмоциональные или мыслительные расстройство в поведении. Встречаются и случаи пастырского окормления психических больных, находящихся в состоянии ремиссии. И наконец, выделяется обширная группа пограничных (на грани здоровья и болезни) психоневрологических нарушений, распространенность которых достаточно велика.

Существуют состояния души, как указывает архимандрит Киприан (Православное пастырское служение, Париж, 1957) которые трудно определить категориями нравственного богословия и которые не входят в понятия добра и зла. Эти состояния принадлежат не к аскетической области, но к психопатологической. и развиваются от плоти, от естества.

Раньше учащиеся Духовной академии знакомились с пастырской психиатрией. В настоящее время предмет этот не изучается по причинам организационным, связанным с его преподаванием. Однако вопрос этот оживленно обсуждается и, хочется думать, — решится положительно.

Пастырская психиатрия стремится проникнуть в те сферы душевной жизни, которые не квалифицируются как грех, но “соседствуют” с ним или “подталкивают” болеющего к последнему. Например, тревога (если это симптом) не является грехом, однако может привести к тяжким последствиям ее обладателя. В результате психической болезни душа человека как бы покрывается “дымкой тумана,” который нужно рассеять. Такая душа, как правильно заметил один священник, теряет путь к Господу. Воля человека ослабляется. Пастырские наставления оказываются преждевременными, потому что не могут быть восприняты страждущим одинаково. Лечить такие хвори исключительно аскетическими средствами не всегда оправданно. Здесь будет уместна помощь психиатра. Хорошо, если в приходе окажется православный врач. В таком случае священник может воспользоваться его помощью. Знания по психиатрии самому батюшке тоже пригодятся. Психиатрия в этих ситуациях не противостоит пастырству, но стремится обогатить его некоторыми сведениями. Задача священника — настроить окормляемого на терпение и смирение, помолиться за него. Задача врача — уповая на помощь Божию, лечить душевные расстройства методами современной медицины. Психиатр-психотерапевт, воздействуя на волю человека, его разум и эмоции, помогает преодолеть болезнь или ее последствия. Он пытается устранить патологические симптомы и синдромы со стороны центральной нервной системы, такие, как депрессия, тревога, астения и др., которые возникли не ввиду вражеского искушения, но по причинам биологическим и наследственным. По своем выздоровлении (когда это бывает возможно) человек вновь возвращается в обычное состояние. Он может трезво смотреть на окружающую жизнь и на себя, посещать храм Божий, молиться, работать на благо семьи и общества. По мере выздоровления больного “удельный вес” психиатрической помощи будет ослабевать, а духовной, напротив, возрастать.

Безусловно, вышеописанное лишь эскизно изображает такую сложную область знаний, как пастырская психиатрия. В качестве иллюстрации к сказанному приведу пример из книги известного русского психиатра и глубоко верующего человека Д. Е. Мелихова “Психиатрия и проблема духовной жизни.” Автор в одной из глав описывает болезнь Достоевского и опыт его духовного пути.

“Очень поучительным для священника примером врожденной наследственной эпилепсии является болезнь Ф. М. Достоевского: гениальный писатель страдал с 15 лет эпилепсией. Это была относительно благоприятная по течению форма смешанной эпилепсии с редкими припадками и эквивалентами, благодаря чему он до конца жизни сохранил творческие способности, хотя и страдал значительными дефектами памяти. Заболевание дало обострение в студенческие годы, а затем в период суда, смертного приговора, лет каторги и солдатской службы.

Грубой ошибкой являются наивные попытки объяснить болезнью, выводить из болезни мировоззрение и творчество писателей или общественных деятелей. Ф. М. Достоевский был гениальным писателем “не благодаря, а вопреки” болезни. Будучи писателем автобиографическим, он в своем творчестве показал, в частности, и все многообразие и противоречивость проявлений и переживаний неуравновешенных типов человеческой личности. В то же время, как верующий человек, вера которого прошла “сквозь все горнила сомнений,” он в ряде своих героев отразил и попытки осмыслить свою болезнь, и опыт борьбы с болезнью... Князь Мышкин и Рогожин в “Идиоте”; ясность, смирение и вера старца Зосимы и бунт Ивана Карамазова; ясность и чистота Алеши Карамазова и глубокое моральное уродство (“инфернальность”) Федора Карамазова и Смердякова; безудержная власть влечений и аффектов у Димитрия, сменяющаяся глубоким покаянием, жаждой избавления путем страданий и т. д. Он сознавал себя пленником своей судьбы и болезни и вел с ней борьбу. Двойственность — судьба не только его героев, многие из которых гибнут в борьбе со своими двойниками. Двойственность он сознавал и в себе и к концу жизни подводил итоги своего опыта борьбы с ним... Но Достоевский до конца своих дней сохранил творческие силы, критическое отношение к болезни, к своему характеру и живое сочувствие людям. Раздвоение личности было трагедией больного гения и его героев. Но он сохранил, как писал о нем Страхов, “глубокий душевный центр, определяющий все содержание ума и творчества,” из которого исходила энергия, оживляющая и преобразующая всю деятельность...

На этом примере можно кратко суммировать отношение самого верующего больного к проявлениям болезни, и наметить основную линию поведения священника для попечения о больных эпилепсией. Можно выделить две основные обязанности священника в отношении больных: 1) побудить больного к врачебному обследованию и в случае необходимости — систематическому лечению и 2) помочь больному в борьбе с болезнью, в критическом осознании и преодолении своих аномалий характера и поведения.

Врач-психиатр может лечить больного в периоды острых психозов, помочь сделать приступы болезни и припадки более редкими и по возможности предупредить их рецидивы. Роль духовника особенно важна для этих больных в периоды между припадками, когда они осознают мучительные противоречия полярных состояний подъема и упадка, озарения и дикого гнева, просветления и помрачения сознания, полярных состояний благостного доброжелательства к миру, и мрачного озлобления, раздражения и подозрительности. Поведение священника определяется общей задачей пастырства помочь человеку найти глубину покаяния, восстановить правильное духовное ощущение жизни в душе человека, правильное отношение к своему греху и к своему бессмертному человеческому достоинству, которое подвергается таким драматическим испытаниям у больных, когда двойственность выражена максимально.”


*** *** ***
  1   2   3   4   5   6   7   8   9   10




Похожие:

Православная iconПравославная культура и протестантизм. (проблемы культурного взаимодействия)
За две тысячи лет своего существования Православная Церковь накопила большие духовные сокровища и стала фундаментом для христианской...
Православная iconРоссийская истинно-православная церковь
Семи Вселенских Соборов как догматы, являющиеся непреложной истиной. Для регламентации внутрицерковной жизни Соборы утвердили «Правила...
Православная iconПравославная этика и призрак коммунизма
Е. А. Тюгашев. Православная этика и призрак коммунизма: семейно-родовое понимание российского общества // Экономика: Вопросы шко­льного...
Православная iconПравославная реформация в россии: социокультурный подход
Е. А. Тюгашев. Православная реформация в России: социокультурный подход // Современные интерпретации социокультурных процессов. Кемерово,...
Православная iconДокументы
1. /Православная культура/Православная культура.doc
2. /Православная...

Православная icon18 июля 2008 года Русская Православная Церковь отметила 18 июля 2008 года Русская Православная Церковь отметила
Будучи по своему происхождению иностранкой, великая княгиня Елисавета Феодоровна явила собой подлинный пример искренней любви и служения...
Православная iconПрограмма музыкального фестиваля «страна воскресения» в рамках церковно-общественной выставки-форума «Православная Русь» 2 ноября Малая спортивная арена «Лужники» Открытие фестиваля
«страна воскресения» в рамках церковно-общественной выставки-форума «Православная Русь»
Православная iconПравославная оценка влияния технократической цивилизации на внутренний мир современного человека

Православная iconДокументы
1. /православная поэзия.doc
Православная iconДокументы
1. /Православная Церковь об аномальных явлениях-1.doc
Разместите кнопку на своём сайте:
Документы


База данных защищена авторским правом ©podelise.ru 2000-2014
При копировании материала обязательно указание активной ссылки открытой для индексации.
обратиться к администрации
Документы

Разработка сайта — Веб студия Адаманов