В. И. Моисеев Феномен научного знания это результат разного рода процедур обоснования. Обосновать представления это во многом и означает перевести их в разряд знания, придать им статус научности, поднять над пр icon

В. И. Моисеев Феномен научного знания это результат разного рода процедур обоснования. Обосновать представления это во многом и означает перевести их в разряд знания, придать им статус научности, поднять над пр



НазваниеВ. И. Моисеев Феномен научного знания это результат разного рода процедур обоснования. Обосновать представления это во многом и означает перевести их в разряд знания, придать им статус научности, поднять над пр
Дата конвертации28.08.2012
Размер234.67 Kb.
ТипДокументы


Процесс сопряжения


В.И.Моисеев


Феномен научного знания – это результат разного рода процедур обоснования. Обосновать представления – это во многом и означает перевести их в разряд знания, придать им статус научности, поднять над произволом мнения и субъективности. Наука использует самые различные процедуры обоснования – индукцию и дедукцию, определение, придание интерпретации, объяснение, генетическое и системное обоснования, проверку на непротиворечивость и полноту теории, трансляцию языка одной теории в язык другой, уже подтвержденной теории, редукционистское (сведение к элементам) и холистическое (сведение к положению в составе целого) обоснования, и т.д. (см. напр. [12,15]). По мнению З.А.Сокулер [15], в развитии западной рациональной мысли пройден этап так называемого «фундаментализма», когда структура процедур обоснования мыслилась как подведение представлений под некоторые незыблемые, раз и навсегда определенные, «начала» познания, играющие роль фундамента научного знания. «После выявления подлинных начал знания должно быть показано, как из них выводится все величественное здание науки. Ее развитие мыслилось как надстройка все новых и новых этажей, причем созданное ранее не должно подвергаться изменению. Если фундамент выбран правильно, здание не рухнет. Такими претендентами на роль начал в истории философии выступали и опыт (чувственные впечатления, свидетельства чувств), и рациональная интуиция, и «естественный свет разума»» [15,c.7]. Таким образом, двумя разновидностями фундаментализма оказываются, по мнению З.А.Сокулер, эмпиризм и рационализм. Первый пытается свести знание к опыту, второй – к разуму, но оба совпадают друг с другом в принятии единого линейного, или иерархического, отношения оснований и обосновываемого.

В любой процедуре обоснования можно выделить: 1)основания, 2)обосновываемое, и 3)акт обоснования (см. напр. [12,c.131-158]). Например, в дедуктивном обосновании (дедукции) в качестве оснований выступают аксиомы некоторой теоретической системы, в качестве обосновываемого – высказывания о модели (фактах) этой системы. Акт обоснования здесь представлен как дедуктивное выведение эмпирических высказываний из аксиом теории, т.е. представление этих высказываний в качестве теорем теории. В случае индуктивного обоснования, наоборот, эмпирические высказывания оказываются основаниями, общее высказывание, выводимое из них по индукции, предстает как обосновываемое, актом обоснования является индуктивный вывод общего из частного. Традиция фундаментализма может быть теперь представлена как убеждение в необходимости фиксации уровня некоторых неизменных оснований и осуществлении процедур обоснования только в связи с движением обоснования от этого фиксированного уровня по направлению ко всему остальному знанию.

На смену фундаментализму, по мнению З.А.Сокулер, с середины 20 века приходит в современную западную философию науки критическое отношение к любым процедурам обоснования.
Такое настроение мысли мы будем вслед за З.А.Сокулер называть «антифундаментализмом». По мнению З.А.Сокулер, первым ударом по фундаментализму оказалась революция в физике конца 19 - начала 20 века, но «только кризис логического позитивизма привел к тому, что устои фундаментализма действительно зашатались. Чем далее, тем более очевидной становилась невозможность его защиты. В настоящее время мы являемся очевидцами становления новой – антифундаменталистской - парадигмы» [15,c.8]. Основополагающими в развитии антифундаментализма, по мнению З.А.Сокулер, оказались работы Карла Поппера и Людвига Витгенштейна.

Сходную точку зрения на развитие проблемы научной рациональности, если под рационализацией понимать разного рода процедуры обоснования [6,7], мы находим в работе [5] американского философа науки Ларри Лаудана. В развитии западной философии науки в 20 веке Лаудан выделяет два основных этапа. Первый преимущественно пытался объяснить феномен удивительно распространенного в науке согласия (консенсуса) по основным проблемам научного познания. Возможность такого консенсуса связывалась философами, по мнению Лаудана, с существованием иерархической модели научной рациональности, включающей три уровня организации научного знания – фактуальный (включающий факты и научные теории), методологический и аксиологический. Каждый последующий уровень выступает в этой модели как уровень оснований для предыдущего уровня. В конечном итоге последними основаниями научного знания выступают в этой модели аксиологические основания, и “поток” обоснования имеет здесь лишь единственное направление – от аксиологического через методологический к фактуальному уровню. Такого рода модель научной рациональности вполне соответствует идеологии фундаментализма. Итак, феномен научного консенсуса объяснялся философами в 30-50-х гг. нашего века приверженностью ученых идеологии фундаментализма. Во второй половине 20 века возникает “новая волна” философии науки, которая, по мнению Лаудана, делает акцент рассмотрения на возможности возникновения научных разногласий (диссенсуса) и подчеркивает иррациональные моменты научной деятельности. Наиболее крайними формами такого рода антифундаментализма являются принцип “anything goes” Пола Фейерабенда и тезис Томаса Куна о несоизмеримости научных парадигм. Диссенсус возникает в этом случае как результат невозможности определить те общие основания и акты обоснования, использованием которых ученые могли бы образовать возможность общего пространства решения тех или иных спорных проблем. Но, в отличие от З.А.Сокулер, Лаудан не считает этап антифундаментализма последним шагом в развитии представлений о процедурах научного обоснования. Он выдвигает собственную, так называемую “сетевую”, модель научной рациональности, предполагающую возможность распространения процедур обоснования и на аксиологический уровень. Причем, это обоснование ценностей достигается не за счет восхождения к еще более иерархически высокому уровню научной рациональности, что было бы простым расширением иерархической модели научной рациональности. По мнению Лаудана, ценности научного познания, являясь основаниями для фактуального и методологического уровней, в свою очередь могут подвергаться критике и обоснованию с точки зрения этих уровней. Возникает феномен “взаимного обоснования”, когда обоснование “течет” в обе стороны. Лаудан пишет: “Сетевая модель очень сильно отличается от иерархической модели, так как показывает, что сложный процесс взаимного разбирательства и взаимного обоснования пронизывает все три уровня научных состояний. Обоснование течет как вверх, так и вниз по иерархии, связывая цели, методы и фактуальные утверждения. Не имеет смысла далее трактовать какой-либо один из этих уровней как более привилегированный или более фундаментальный, чем другие” [5,c.339].

Итак, существующий долгое время фундаментализм в проблеме обоснования научного знания сменяется во второй половине 20 века установкой антифундаментализма. Последний обнаруживает, что любые основания могут быть подвергнуты критике, т.е. в свою очередь могут быть подвергнуты процедурам обоснования. Но отсюда антифундаментализм делает вывод об отказе от процедур обоснования вообще, тем самым неявно солидаризируясь с фундаментализмом в принятии в качестве идеала обоснования фундаменталистского образа иерархической рациональности. И фундаментализм и антифундаментализм оказываются привержены одному и тому же идеалу обоснования научного знания, но второй лишь обнаруживает невозможность реализации этого идеала в реальности научного познания. Более радикальным – и потому не столь антипатическим – оказывается здесь подход Лаудана, изменяющего сам идеал научной рациональности, предлагающий рассмотреть вместо иерархической «сетевую» модель рациональности. В «сетевой» модели все основания теряют безусловный статус только оснований, все начала выступают и основаниями, и обосновываемым, возникает феномен «взаимного обоснования». Вместо образа антифундаментализма, столь ярко и безнадежно представленного К.Поппером в виде здания на сваях, вбитых в болото, возникает образ скорее сгустка живой массы, поддерживающего самого себя в невесомости и способного к росту в любом направлении. С этой точки зрения развитие представлений об основаниях знания вполне коррелирует с развитием представлений об основаниях устойчивости Земли – представления древних о плоской земной суше, покоящейся на надежном фундаменте трех слонов и черепахи (фундаментализм), вначале порождают сомнения в окончательной надежности самих опор (антифундаментализм), а затем претерпевают коренное преобразование в образе висящего в невесомости земного шара.

Научная рациональность оказывается более сложной, чем это казалось фундаментализму и антифундаментализму. Все начала, совокупно выстраивающие систему научного знания, могут выступать как в качестве оснований, так и в свою очередь подвергаться процедурам обоснования. Но нет ли в такого рода модели рациональности всем известной ошибки порочного круга (circulus vitiosus)? Как именно осуществляются процедуры циклического обоснования, возможно ли в этом случае построение непротиворечивой модели такого рода обоснования?

Следует, во-первых, отметить, что в различных направлениях науки и научной методологии существует целый класс проблем, которые могут быть сформулированы как circulus vitiosus, но тем не менее зачастую не считаются ошибками. Такого рода проблемы можно называть «задачами круга». Например, В.Н.Садовский в [13] приводит так называемый «парадокс целостности». Он пишет: «Решение задачи описания данной системы как некоторой целостности возможно лишь при наличии решения задачи «целостного» разбиения данной системы на части, а решение задачи «целостного» разбиения данной системы на части возможно лишь при наличии решения задачи описания данной системы как некоторой целостности» [13,c.236]. Подобным же образом в [13] формулируются еще пять парадоксов, имеющих отношение к системному подходу. Их общую структуру автор резюмирует как логический круг: «В основе всех сформулированных парадоксов… лежит логический круг. В системных парадоксах выделяются две относительно самостоятельные задачи… и утверждается, что решение каждой из них зависит от предварительного решения другой задачи» [13,c.238].

Хорошо известен герменевтический круг, который можно рассмотреть как частный случай парадокса целостности в случае формирования процессов понимания. В [14], например, читаем: «Герменевтический круг – особенность процесса понимания, связанная с его циклическим характером. Герменевтический круг был известен уже античной риторике, а также патристике (для понимания Священного писания необходимо в него верить, но для веры необходимо его понимание - Августин). Различные модификации герменевтического круга связаны с осознанием взаимообусловленности объяснения и интерпретации, с одной стороны, и понимания – с другой; для того чтобы нечто понять, его необходимо объяснить, и наоборот. В герменевтике герменевтический круг разрабатывался как круг целого и части. В отчетливой форме представлен Ф.Шлейермахером (1768-1834): для понимания целого необходимо понять его отдельные части, но для понимания отдельных частей уже необходимо иметь представление о смысле целого (слово – часть относительно предложения, предложение – часть относительно текста, текст – часть относительно творческого наследия данного автора и т.д.). Шлейермахер выделяет психологическую сторону герменевтического круга: текст есть фрагмент целостной душевной жизни некоторой личности, и понимание «части» и «целого» здесь также взаимно опосредованы» [14,c.76].

Еще один пример “задач круга” – то, что можно назвать “генетическим кругом”. Обсуждая проблему взаимозависимости понятий времени, движения и скорости при развитии интеллекта ребенка, Дж.Флейвелл в работе “Генетическая психология Жана Пиаже”, например, пишет: “Анализ Пиаже показывает, что ситуация этого рода (т.е. взаимозависимость понятий – В.М.) возникает при генезисе интеллектуальных операций повсеместно: достижение представления А требует предварительного развития представлений В,С,Д и т.д., и наоборот, - нечто вроде генетического круга” [16,c.414].

А.И.Введенский в [1], касаясь ошибки порочного круга, пишет о том, что чаще всего она встречается в «длинных рассуждениях» [1,c.142]. Этому феномену можно найти объяснение в своего рода «парадоксе словаря»: для всякого понятия А найдется достаточно длинное определение, содержащее ссылку на А. Нечто подобное отмечает Л.Витгенштейн при описании структуры «языковых игр», утверждая: «И очевидной для меня делается не единичная аксиома, а система, в которой следствия и посылки взаимно поддерживают друг друга» [2,с.341].

Нечто похожее на «эпистемологический круг» можно найти в процессе познания, которое совершается не чисто дедуктивно или индуктивно, но идет «зигзагообразным путем», по выражению И.Лакатоса [4,c.60].

Подобные примеры можно продолжать бесконечно, но сам класс “задач круга” может быть достаточно ясно представлен, как нам кажется, уже на основе сказанного. Во всех “задачах круга” имеются, как минимум, два параметра А и В, каждый из которых может быть вполне определен только при условии предварительного определения другого параметра. В то же время от ошибки порочного круга “задачи круга” отличаются возможностью своего непротиворечивого решения. Многие из уже цитированных авторов предлагают одновременно метод такого разрешения “задач круга”.

Например, В.Н.Садовский пишет: “Выход из рассматриваемой парадоксальной ситуации… состоит в последовательных приближениях путем оперирования заведомо ограниченными и неадекватными представлениями” [13,c.243]. О подобном же методе пишет Дж.Флейвелл: «Хотя Пиаже не выражается на этот счет точно и четко, как хотелось бы, исходное предположение состоит в том, что указанный круг не превращается в порочный в силу того факта, что развитие происходит очень маленькими шажками: крошечное продвижение в одной области… прокладывает путь для столь же крошечного продвижения в другой; затем эти продвижения способствуют успехам в первой области, и таким образом движение по спирали продолжается на протяжении всего онтогенеза» [16,c.414]. В связи с такой структурой прохождения круга становится понятной «зигзагообразность» познания, о которой пишет И.Лакатош. Наконец, еще более детальное описание подобного метода мы находим у Р.Карнапа в [3], который он также называет методом последовательных приближений. В примере, рассматриваемом Карнапом, речь идет о взаимоопределении величин температуры (Т) и длины (L). Чтобы определить длину, нужно учесть зависимость длины от температуры, т.е. предварительно нужно определить температуру. С другой стороны, определение температуры предполагает введение шкалы температур, которая предполагает уже определенной меру длины. Карнап пишет, что можно избежать порочного круга в этом случае следующим способом. Определим некоторую первоначальную шкалу длины, не учитывая ее зависимости от температуры. Это будет некоторая длина L0. Она имеет определенную меру адекватности с точки зрения идеальной меры длины, что и оправдывает ее использование. На основе L0 построим температурную шкалу Т1. Теперь мы можем, отталкиваясь от Т1, построить шкалу длины, учитывающую температуру по шкале Т1, - это будет более инвариантная мера длины L1. На основе L1 можно построить T2, и т.д. (см. [3,c.150-152]).

В описанном методе последовательных приближений вступает в отношение между собою некоторое множество начал, как минимум, множество двух начал А и В. Заметим, что для каждого из этих начал необходимо различать два уровня существования – некоторый интегральный уровень, на котором мы всегда будем иметь дело с двумя неизменными сущностями А и В (например, температурой (T) и длиной (L)), и уровень дифференциальный, на котором начала А и В будут изменяться и представать в виде своих «мод» Аi и Вi (например, таковы «модальности» температуры (Ti) и длины (Li) в разобранном выше примере). Модальности Аi и Вi – это условные формы существования инвариантных начал А и В. Например, первая мода длины L0 – это длина, определенная независимо от температуры, как бы при условии только самой себя. Если через символ АВ обозначить определение А при условии предварительного определения В, то моду длины L0 можно представить в форме LL - длина при условии самой себя. Первая мода температуры Т1 образуется в этом случае как мода ТL0 – температура, определенная при условии предварительного определения меры длины L0. Далее мода длины L1 возникает как мода LТ1 – длина, определенная при условии предварительного определения меры температуры Т1. Такое образование мод длины и температуры может продолжаться и далее.

Итак, для описания метода последовательных приближений по крайней мере двух начал А и В, необходимо ввести эти начала как инварианты всех своих изменений и как “модальности”, варьирующие по ходу развертывания приближений. Инвариантное представление начал мы будем далее называть “модусами”, их вариации – “модами”. Каждая мода АВ образуется как условное существование модуса А при некоторых условиях В. Эти условия В, при которых модус определяет себя как свою моду, будем называть “моделью”. Итак, мода АВ – это мода модуса А при условии модели В. Например, мода Т1=ТL0 образуется как условное определение модуса Т (температуры в ее инвариантном значении) при условии уже определенной моды длины L0, т.е. при образовании моды Т1 мода L0 выступает как модель. Таким образом, в методе последовательных приближений условные определения модусов (моды) на предшествующих этапах приближения переходят в разряд условий определения (моделей) на последующих этапах (моды становятся моделями).

Впервые подобная попытка формализации метода последовательных приближений была представлена нами в работе [8]. Позднее, в работах [10,11] нами был введен новый тип математических структур – ментальные многообразия, - в рамках которых метод последовательных приближений получает свое наиболее адекватное выражение. Ниже мы даем краткое определение ментального многообразия и строго описываем в его терминах метод последовательного приближения.

Под «ментальным многообразием» мы понимаем некоторую математическую структуру, особенно хорошо приспособленную, с нашей точки зрения, для более строгого выражения идей развития (метод последовательных приближений мы рассматриваем как частный случай процессов развития, выражающий развитие понятий в процессе онтогенеза ребенка («генетический круг»), развития понимания («герменевтический круг»), и т.д.). В основном определении это достаточно простая структура, предполагающая в своем задании три множества и одно специальное отображение. Упомянутые три множества названы множествами «модусов», «моделей» и «мод». Это основные понятия в теории развития, выраженные только более специфическими терминами. Именно, развитие рассматривается нами как проявление какой-либо развивающейся сущности в той или иной системе условий. Таким образом, есть то, что (или кто) развивается («субъект развития», например, развивающиеся понятия, формы понимания, и т.д.), есть этапы развития субъекта, представляющие из себя формы проявления субъекта, и, наконец, каждый этап развития может быть рассмотрен как сторона (аспект, момент) субъекта развития, выявляемая субъектом в той или иной системе условий. Итак, идея развития всегда предполагает триаду «субъект развития – этап развития – условия развития». Каждый этап развития может быть представлен как условное бытие субъекта развития, как «субъект-при-некотором-условии». Таким образом, последовательность этапов в развитии - это последовательность условных форм бытия единого субъекта развития. Если через А обозначить субъекта развития, через В1, В2, …, ВN какие-то системы условий развития, определяющие этапы развития, то сами этапы можно было бы представить как последовательность АВ1, АВ2, …, АВN, где АВ означает «А-при-условии-В», условных форм существования субъекта развития. В логическом плане субъект развития мы называем «модусом», условия развития – «моделями», условные формы бытия АВ субъекта как этапы его развития – «модами». «Мода» АВ образуется как результат действия некоторой операции «проецирования» . Таков смысл понятий «модус», «модель» и «мода» по отношению к идее развития.

В общем случае философия и наука, по нашему мнению, достаточно регулярно используют следующие логические конструкции. Вводится, во-первых, некоторое начало Х, и, во-вторых, некоторое множество элементов У1, У2, …, Уn рассматривается как множество «сторон», «аспектов», «мод» начала Х, образованных как условные виды бытия Х – как существования Х при некоторых условиях Z1, Z2, …, Zn. Таким образом, каждое Уi – это «Х-при-некотором-условии-Zi», i=1,2,..,n. Тем самым происходит возведение множества из независимых друг от друга элементов Уi к «усовершенному» или «преображенному» множеству «мод» «Х-при-некотором-условии-Zi», в котором все ранее независимые начала оказываются сторонами-аспектами единого «высшего» начала Х. Такого рода ментальную технику можно рассматривать как наиболее общее выражение различных частных процедур синтеза, столь характерных именно для философского знания и приобретающих все большее значение в современной науке. В качестве примеров подобной техники можно, например, указать на метод философского познания первоначал бытия (идей), описываемый Платоном в диалоге «Парменид», на представление определенностей как модусов и атрибутов субстанции в философии Спинозы, этапов развития абсолютной идеи в философии Гегеля, предикаций сущего в философии всеединства у В.С.Соловьева, и т.д. В научном знании подобного рода процедуры синтеза осуществляются в случае расширения и объединения структур, например, при расширении физических теорий, в процессах эволюции научного знания. Подобную же ситуацию, как это было показано выше, мы встречаем и в случае согласования понятий, концепций и т.д. методом последовательных приближений.

Обобщая подобного рода синтетические техники, мы вводим понятие особой математической структуры – «ментального многообразия». Начала Х1, Х2, …, Хm, к которым происходит возведение, мы называем «модусами», те системы условий Z1, Z2, …, Zn, при которых проявляют себя модусы как конкретные начала, мы называем «моделями», а сами конкретные начала У1, У2, …, Уn, представленные как условное бытие какого-либо модуса Хj, j=1,2,…,m, при какой-либо модели Zi, мы называем «модами», и обозначаем их как ХjZi – «Хj-при-некотором-условии-Zi». Операцию  мы называем операцией «проецирования», рассматривая модусы как своего рода «проекции» модусов в моделях. Ниже дается более строгое определение ментального многообразия в терминах теоретико-множественного подхода.


Определение. Ментальным многообразием будем называть четверку


 = <М123,>, где


М1 - непустое множество объектов, называемых “модусами”,

М2 - непустое множество объектов, называемых “моделями”,

М3 - непустое множество объектов, называемых “модами”,

 - операция проецирования.

Будем обозначать элементы М1 через М, элементы М2 – через m, элементы М3 – через .

Для каждого модуса М введем множества:

М2(М) – множество моделей (подмножество М2), поставленных в соответствие модусу М (множество моделей модуса М),

М3(М) – множество мод (подмножество М3) модуса М.

В этом случае операцию проецирования  будем понимать как множество биективных отображений М: {М}М2(М)М3(М), т.е элементы М3(М) – это в точности множество элементов вида М(М,m) = ММm, где m М2(М). Положим: Мm=ММm, где mМ2(М).

Т.о. каждая мода  может быть представлена в виде Мm – «модус М при условии модели m» («проекция модуса М в рамках модели m»).

Положим, что М2 – это объединение М2(М) по всем ММ1, М3 – объединение М3(М) по всем ММ1.

Для каждой модели m могут быть определены множества М3(m) – множество мод вида Мm, где варьирует переменная М, и М1(m) – множество модусов с ненулевым пересечением множеств М2(М) и {m}(возможен подход, при котором модус M отождествляется с множеством М3(M), модель m – с множеством М3(m)). Мы полагаем также, что для каждого М3(m) определено отношение эквивалентности =m – «равенство в модели m».

Пару <М,М3(М)> будем называть полнотой (определения) модуса М и обозначать через М (это модус вместе со своими модами).

Пару 3(m)> будем называть полнотой (определения) модели m и обозначать через m (это модель вместе со своими модами).

Как, например, для топологий в математике, возможны в общем случае различные классы ментальных многообразий, выделяемые из общего определения наложением некоторых дополнительных условий на общее определение.

Если для каждого модуса М определено некоторое непустое подмножество “канонических моделей М”, М2К(М), множества М2(М), то такое ментальное многообразие будем называть каноническим (идея “каноничности” модели может быть проинтерпретирована как условия моделирования модуса, наиболее адекватно выражающие природу этого модуса с той или иной точки зрения. В общем случае эта интерпретация зависит от конкретного вида ментального многообразия, и в рамках формальных определений мы только отмечаем такую возможность). Моду Мm, где mМ2К(М), будем в этом случае называть К-статусом модуса М, а канонические модели (К-модели) для модуса М в этом случае будем обозначать через mМ.

Если множество М2К(М) состоит из одного элемента для каждого модуса М, то такое ментальное многообразие будем называть 1-каноническим

Монадические ментальные многообразия – ментальные многообразия с одним модусом.

Полиадические – с более чем одним модусом.

Ментальное многообразие будем называть регулярным, если оно 1-каноническое, М2(М)=М2 для любого модуса М, и между модусами и их К-моделями установлена биекция.

Ниже мы рассмотрим метод последовательных приближений с точки зрения некоторого специального класса ментальных многообразий.

Рассмотрим вначале простейший случай метода последовательных приближений на двух началах А и В, при котором первой возникает мода АА=А0, затем возникает мода ВА01, затем мода АВ11, и т.д. Будем называть моды вида АХ А-модами, моды вида ВХ – В-модами (здесь Х – любое выражение, стоящее справа от стрелки). Можно дать следующее индуктивное определение множества мод в данном случае (здесь Х – переменная по модам):

  1. АА – мода (базис индукции),

  2. Если Х – А-мода, то ВХ – мода,

Если Х – В-мода, то АХ – мода (индуктивное предположение).

  1. Никаких иных мод нет.

Множество всех таких мод обозначим через М(А,В). Пусть У – элемент множества М(А,В). Тогда У – это либо А-мода, либо В-мода. Если У – А-мода, то ВУ – также элемент М(А,В). Если У – В-мода, то АУ – элемент М(А,В). Т.о. множество М(А,В) замкнуто относительно операции .

Согласования начал, при которых структура процесса совпадает со структурой метода последовательных приближений, могут быть присущи не только процессам в нашем сознании, но и природным, социальным и другим онтологическим процессам. В этом более широком смысле мы будем использовать термин «процесс сопряжения» для обозначения процессов, включающих в себя как метод последовательных приближений, так и онтологические процессы, гомологичные по структуре методу последовательных приближений.

Рассмотрим ментальное многообразие вида:

(А,В) = <МАВ1АВ2АВ3,>, где


МАВ1 = {A,B}- непустое множество объектов, называемых “модусами”,

МАВ2 = М(A,B){A}- непустое множество объектов, называемых “моделями”,

МАВ3 = М(A,B) – непустое множество объектов, называемых “модами”,

 - операция проецирования.

Положим, что моды из ментального многообразия (A,B) образуются следующим образом: если У – мода из (A,B), т.е. У принадлежит МАВ3, и У – А-мода, то У имеет вид: У = АХ, где Х – также элемент М(A,B) или Х = А. В этом случае положим, что мода У образована как мода модуса А на модели Х. Аналогично, если У – это В-мода, и У = ВХ, то У образована как мода модуса В на модели Х.

Описанный выше процесс сопряжения на двух началах (модусах) А и В с регулярным чередованием А-мод и В-мод будем называть регулярным бинарным процессом сопряжения на модусах А и В и обозначать в виде РПС(А,В). Такой процесс сопряжения может быть теперь определен как отображение Conj из расширенного множества натуральных чисел N0={0,1,2,3,…} в множество МАВ3 – множество мод ментального многообразия (А,В). Здесь положим по определению:

  1. Conj(0)=AA,

  2. Пусть определено отображение Conj(n) и Conj(n) - А-мода, тогда Conj(n+1)=ВConj(n).

Пусть определено отображение Conj(n) и Conj(n) - В-мода, тогда Conj(n+1)=АConj(n).


Наконец, для полного выражения смысла, вкладываемого в метод последовательного приближения, необходимо также выразить идею всё большего сближения мод, по мере разворачивания процесса сопряжения. Об этом пишет, например, В.Н.Садовский, имея в виду сопряжение систем n–го (Sn) и (n+1)–го (Sn+1) уровней : “Исследование можно считать успешным, если в результате последовательных шагов различие между получаемыми знаниями о Sn+1 (и соответственно о Sn) будут уменьшаться” [13,c.243]. Идея близости-дальности предполагает определение на модах Х и Y расстояния (X,Y), т.е. некоторого вещественнозначного функционала со свойствами неотрицательности, симметричности и, возможно, правилом треугольника, если моды можно будет представить как элементы линейного пространства.

Итак, положим, что на множестве значений отображения Conj определено расстояние . Пусть Х – мода из РПС(А,В), обозначим в этом случае через аХ число стрелок в моде Х, и определим степень трансфлексии моды Х как величину trХ=аХ-1.

Теперь мы можем определить регулярный бинарный процесс сопряжения на модусах А и В как отображение Conj, для которого выполнено условие сходимости (X,Y)=0, где Х,Y – элементы из области значения отображения Conj.

Подобным же образом можно выражать структуру различных процессов сопряжения, не обязательно являющихся регулярными и, возможно, включающих более двух начал-модусов, между которыми осуществляется сопряжение. Например, если сопряжение разворачивается на трех модусах А, В и С, то вначале, например, также образуется А-мода А0=АА, затем В-мода В1=ВА0, затем С-мода С1=С(А0+ В1), вновь А-мода А1=А(В11), затем В-мода В2=В(А11), С-мода С2=С(А12), и т.д. Такой процесс сопряжения можно назвать тернарным регулярным процессом сопряжения на модусах А, В и С, обозначая его как РПС(А,В,С) (здесь тройка (А,В,С) указывает направление обхода модусов при образовании их мод). Символом “+” мы обозначаем в этом случае некоторую операцию композиции между ранее образованными модами, выражающую возможность своего рода объединения условий образования новых мод, определяемых со стороны каждой ранее образованной моды. В случае нерегулярных процессов сопряжения не обязательно выдерживается одно направления обхода модусов при образовании новых мод. Но, по-видимому, в любом процессе сопряжения должна неограниченно увеличиваться степень рефлексии мод любого модуса и должно быть выполнено условие сходимости для любых двух мод из области значения данного процесса сопряжения.

Процессы сопряжения составляют, по-видимому, существенный момент всякого процесса развития. В общем случае процесс сопряжения на модусах А1, А2, …, Аn выражается как бы во взаимном «притирании» этих модусов через образование мод с неограниченно возрастающей степенью рефлексии. Такое возрастание степени рефлексии мод выражает факт все большего проникновения модусов друг в друга, возрастание удельного веса определения модуса с учетом предварительных определений других модусов. Происходит как бы замыкание круга взаимных определений начал-модусов, они все более и более «притираются» друг к другу, в пределе образуя замкнутую в себе сферу, цикл взаимной поддержки и определения. До этого момента движение сопряжения обходит цикл модусов (хотя, возможно, и нерегулярно, не обязательно выдерживая порядок и направление обхода), но вновь образующиеся моды не повторяют предшествующих мод – возникает структура спирали, стремящейся уменьшить линейный компонент своего движения, замкнуть себя в предельном цикле.

Кроме процессов сопряжения на фиксированном множестве начал, в развитии присутствует также момент добавления новых начал к уже имеющимся. В этом случае возникает необходимость как бы пере-сопряжения всего расширенного множества начал. Это, по-видимому, может осуществляться различными способами – сопряжением добавленных начал с системой уже ранее сопряженных начал, либо с предварительным «разрыхлением» ранее сопряженных начал и образованием новой системы сопряжения, включающей в себя как старые, так и новые элементы. Второй путь накладывает, по-видимому, ограничения на степень сопряжения первоначальных элементов – чем более система начал сопряжена внутри себя, тем, по-видимому, труднее этой системе вступить в новое сопряжение с внешними элементами. Отсюда оправданность хаоса в развитии – хаос может быть рассмотрен в этом случае как своего рода мера открытости («пластичности») системы, способности системы к расширению и росту. Таким образом, можно предполагать, что в процессах развития, предполагающих свое дальнейшее развертывание, сопряжение не доводится до конца, оставляя запас пластичности развивающейся системы. Тем не менее, в той или иной мере направление развития постоянно выражает себя в разворачивании процессов сопряжения на различных началах. В этом случае требуется относительная фиксация множества начал, вступивших в процесс сопряжения, своего рода относительное «замыкание» этого множества от внешних влияний. Таким образом, участки сопряжения образуют в процессе развития некоторые относительно полные и замкнутые системы начал, которые можно называть «плеронами» - единицами полноты в процессе развития (см. [9]). С этой точки зрения развитие протекает в смене двух основных режимов – режима сопряжения начал в рамках того или иного плерона (момент эволюции в развитии) и режима перехода от одного плерона развития к другому (момент скачка, революции в развитии). Таким образом, развитие разворачивается как бы ступенчато, двигаясь скачками от плерона к плерону и разворачивая согласования, сопряжения начал в рамках каждого плерона. Такого рода движение мы, по-видимому, находим в развитии научного знания, в качестве начал-модусов в котором могут выступать эмпирические и теоретические уровни научного познания, различные понятия и теории, содержание и методы, методы и цели науки, и т.д. То же можно сказать очевидно о развитии индивидуальном и историческом, структуре биологической эволюции, генезисе развития понимания в процессе обучения и образования, и т.д. Во всех подобных процессах развития в качестве самостоятельного начала-модуса может оформиться в конечном итоге любая составляющая развивающейся системы, и вся система в целом всегда может вычленить в себе то или иное разбиение своих частей, всегда возможно – даже при фиксированной системе начал – изменение самих процедур взаимной детерминации. В конечном итоге процесс развития приобретает гибкую и в то же время достаточно определенную структуру, существенно связанную с конструкциями ментального многообразия и процесса сопряжения.


Литература.

  1. Введенский А.И. Логика как чать теории познания. Пг.,1917.

  2. Витгенштейн Л. Философские работы. Часть 1 / Составл., вступ.статья, примеч. М.С.Козловой. М.: Гнозис,1994.

  3. Карнап Р. Философские основания физики. М.,1971.

  4. Лакатос И. Доказательства и опровержения. М.,1967.

  5. Лаудан Л. Наука и ценности // Современная философия науки. М.:Логос,1996. – с.295-342.

  6. Моисеев В.И. Неклассический тип рациональности в биологическом знании // Автореф. канд. дисс. - М. ИФАН, 1992.

  7. Моисеев В.И. Рациональность как бытие субъективности // Эпистемология и неклассическая наука. - М. ИФАН, 1992. -С. 68-83.

  8. Моисеев В.И. Об одном классе циклических процессов// Мат 1-й межд. конференции «Циклические процессы в природе и обществе», 18-21 октября, г.Ставрополь. Ставрополь: Изд-во СГУ, 1993. – С.65-67.

  9. Моисеев В.И. О некоторых принципах биологического многообразия // Философия биологии: вчера, сегодня, завтра. - М. ИФРАН, 1996. - С. 135 - 147.

  10. Моисеев В.И. Логос русской философии всеединства как основание теоретизации гуманитарного знания// Современная философия языка в России. Предварительные публикации 1998 г. М.: ИЯРАН, 1999. – С. 103 – 167.

  11. Логика всеединства / Моисеев В.И.; Воронеж. гос. мед. академия. – Воронеж, 1999. – 247 с. – Библиогр. 45 назв. – Рук. деп. в ИНИОН РАН, 14.07.99 № 54845.

  12. Никитин Е.П. Открытие и обоснование. М.:Мысль,1988.

  13. Садовский В.Н. Основания общей теории систем. М.:Наука,1974.

  14. Современная западная философия: Словарь / Сост.: Малахов В.С., Филатов В.П. – М.:Политиздат,1991.

  15. Сокулер З.А. Проблема обоснования знания. М.:Наука,1988.

  16. Флейвелл Дж.Х. Генетическая психология Жана Пиаже. М.,1967.






Похожие:

В. И. Моисеев Феномен научного знания это результат разного рода процедур обоснования. Обосновать представления это во многом и означает перевести их в разряд знания, придать им статус научности, поднять над пр iconВ. И. Моисеев Феномен научного знания это результат разного рода процедур обоснования. Обосновать представления это во многом и означает перевести их в разряд знания, придать им статус научности, поднять над пр
Таким образом, двумя разновидностями фундаментализма оказываются, по мнению З. А. Сокулер, эмпиризм и рационализм. Первый пытается...
В. И. Моисеев Феномен научного знания это результат разного рода процедур обоснования. Обосновать представления это во многом и означает перевести их в разряд знания, придать им статус научности, поднять над пр iconСпециальные юридические знания и судебно-нормативные экспертизы
А. А. Эйсман утверждал, что специальные знания – это «знания не общеизвестные, не общедоступные, не имеющие массового распространения,...
В. И. Моисеев Феномен научного знания это результат разного рода процедур обоснования. Обосновать представления это во многом и означает перевести их в разряд знания, придать им статус научности, поднять над пр iconСильная программа в социологии знания'
Не существует ограничений, которые корени­лись бы в абсолютном или трансцендентном характере самого научного знания или специфической...
В. И. Моисеев Феномен научного знания это результат разного рода процедур обоснования. Обосновать представления это во многом и означает перевести их в разряд знания, придать им статус научности, поднять над пр iconСтруктура научного познания
Все формы научного знания могут быть отнесены к двум основным уровням организации знания: эмпирическому и теоретическому
В. И. Моисеев Феномен научного знания это результат разного рода процедур обоснования. Обосновать представления это во многом и означает перевести их в разряд знания, придать им статус научности, поднять над пр iconК. Поппер логика и рост научного знания
Избранные работы из книги: Логика и рост научного знания. М.: Прогресс, 1983
В. И. Моисеев Феномен научного знания это результат разного рода процедур обоснования. Обосновать представления это во многом и означает перевести их в разряд знания, придать им статус научности, поднять над пр iconКоличество информации как мера уменьшения неопределённости
Информация – это знания человека. Отсюда следует вывод, что сообщение информативно (содержит ненулевую информацию), если оно пополняет...
В. И. Моисеев Феномен научного знания это результат разного рода процедур обоснования. Обосновать представления это во многом и означает перевести их в разряд знания, придать им статус научности, поднять над пр iconТема: Информация и знания На дом: 1 (учить)
Информация для человека это знания, которые он получает из различных источников
В. И. Моисеев Феномен научного знания это результат разного рода процедур обоснования. Обосновать представления это во многом и означает перевести их в разряд знания, придать им статус научности, поднять над пр iconИ. Н. Сорокотягин отмечает, что отнесение тех или иных знаний к числу специальных зависит от того, в границах общего или специального образования изучаются предметы материальной действительности Специальные знания
Таким образом, специальные знания – это знания, присущие различным видам профессиональной деятельности, за исключением знаний юридических...
В. И. Моисеев Феномен научного знания это результат разного рода процедур обоснования. Обосновать представления это во многом и означает перевести их в разряд знания, придать им статус научности, поднять над пр iconВопросы к кандидатскому экзамену по философии науки
Феномен науки. Структура научного знания: математическая структура, примеры структур
В. И. Моисеев Феномен научного знания это результат разного рода процедур обоснования. Обосновать представления это во многом и означает перевести их в разряд знания, придать им статус научности, поднять над пр icon«Рационализм как гносеологическая категория. Декарт»
Произошла промышленная революция. Сложились новые представления о правах и свободах человека, о правовом государстве. Установился...
Разместите кнопку на своём сайте:
Документы


База данных защищена авторским правом ©podelise.ru 2000-2014
При копировании материала обязательно указание активной ссылки открытой для индексации.
обратиться к администрации
Документы

Разработка сайта — Веб студия Адаманов