Действительный член Академии исторических наук icon

Действительный член Академии исторических наук



НазваниеДействительный член Академии исторических наук
страница1/4
Дата конвертации28.08.2012
Размер0.7 Mb.
ТипДокументы
  1   2   3   4


Действительный член Академии

исторических наук

Виктор Кирсанов
kirsanov-vn@narod.ru


Детская боязнь «левизны» в коммунизме


История этой болезни берет свое начало с периода правления в СССР Н. Хрущева. Именно при его руководстве страной и Коммунистической партией стали расти махровым цветом подхалимаж, кумовство, сватовство и прочие негативные явления партийной жизни. В особенности после объявления им в 1961 году об успешном завершении строительства социализма в стране и начале строительства коммунизма за 20 лет. Несогласные с этим либо изгонялись из компартии, либо отодвигались на задний план. Компартия бурлила обновлением строителей социализма на строителей коммунизма. На место коммунистов по призванию приходили коммунисты по названию. Если при Сталине в центре и на местах коммунисты остро реагировали на вопросы партийного и государственного строительства и каждый шаг в этом направлении вызывал жаркие споры, то после его смерти, при Хрущеве, такое стало невозможно. Оно и понятно: одно дело возразить, выступить против чужого дяди, и другое дело возразить, выступить против «своего» дяди, которому ты что-то должен или чем-то обязан. В последнем случае остается следовать чужой воле, выполнять чужое указание, как свое, вопреки собственному мнению, собственному пониманию дела, даже если это противоречит или вредит коммунистическому движению. Тут никакие знания не помогают. Более того, приходит понимание ненужности этих самых знаний. В условиях круговой поруки основным критерием пригодности человека становится не знание им дела, не его честность и принципиальность, как было раньше, при Сталине, а его умение плыть по течению, его способность «дружить» со всеми. В конце концов это привело к тому, что вся вертикаль власти в Коммунистической партии Советского Союза (КПСС) была занята идеологическими неучами и политическими проститутками. У руля партии снизу доверху стояли окончательно деградировавшие коммунисты. Совсем не случайно в последние годы существования КПСС ее возглавлял совершенно безыдейный и безвольный человек. Его незнание даже основ марк­сизма-ленинизма граничило с идиотизмом. Он, должно быть, столько раз «гнулся» и «ломался» на пути к креслу Генерального секретаря ЦК КПСС, что плюхнулся в него словно мешок с... Подстать ему было и его окружение. В итоге коммунистическая безграмотность и политическое безволие руководителей КПСС сделали свое дело: привели к ликвидации как самой Коммунистической партии Советского Союза, так и Советского Союза.


А ведь Сталин еще в 1939 году предупреждал, что «можно удовлетворительно поставить дело регулирования состава партии и приближения руководящих органов к низо­вой работе; можно удовлетворительно поставить дело выдвижения кадров, их подбора, их расстановки; но если при всем этом начинает почему-либо хромать наша партийная пропаганда, если начинает хромать дело марксистско-ленинского воспитания наших кадров, если ослабевает наша работа по повышению политического и теоретического уровня этих кадров, а сами кадры перестают в связи с этим интересоваться перс­пективой нашего движения вперед, перестают пони­мать правоту нашего дела и превращаться в бесперс­пективных деляг, слепо и механически выполняющих указания сверху, — то должна обязательно захиреть вся наша государственная и партийная работа. Нужно при­знать как аксиому, что чем выше политический уро­вень и марксистско-ленинская сознательность работ­ников любой отрасли государственной и партийной работы, тем выше и плодотворнее сама работа, тем эффективнее результаты работы, и наоборот — чем ниже политический уровень и марксистско-ленинская созна­тельность работников, тем вероятнее и срывы и прова­лы в работе, тем вероятнее измельчание и вырождение самих работников в деляг-крохоборов, тем вероятнее их перерождение»i.

Спустя 50 лет правота Сталина была неоспорима. Хромота ленинского воспитания, ослабевание работы по повышению политического и теоретического уровня партийных кадров привела к тому, что общество, и, прежде всего, коммунисты перестали интересоваться перспективой коммунистического движения вперед, перестали понимать правоту коммунистического дела и превратились в бесперспективных деляг, слепо и механически выполняющих указания сверху. Низкий политический уровень и марксистско-ленинская сознательность масс, и прежде всего коммунистов, служили основой систематических срывов и провалов в их работе, вели к их измельчанию и перерождению. Вовсе не случайно 99 процентов антикоммунистов, практически участвовавших сначала в уничтожении Коммунистической партии Советского Союза и Советского Союза, а затем в уничтожении советской власти в России,— выходцы из Коммунистической партии Советского Союза. Высвобожденная Горбачевым в годы перестройки отрицательно заряженная энергия общества, сформированная в годы хрущевской оттепели, была столь велика, что зарубежным антисоветчикам и антикоммунистам ничего не оставалось делать, как прекратить свою деятельность. Глядя на то, как вчерашние коммунисты предавали партию и страну, в одночасье отрекаясь от того, что клялись защищать, и преклоняясь перед тем, что хаяли, их идеологические противники, видавшие виды безудержной лжи, были вынуждены снять перед ними шляпу и преклонить колени.

Каким бы ни был черным пиар коммунистов-перевер­тышей, на начальной стадии крушения коммунистической идеологии и Советского Союза следовало вывести эту нечисть на чистую воду. Конечно, для этого требовалось наличие знаний марксизма-ленинизма, а также решительности и воли у сторонников социализма (коммунизма). Среди рядовых коммунистов таковых было слишком мало, да и те оказались заложниками пассивной — если не сказать предательской — позиции руководителей компартии, а среди руководителей компартии и вовсе ни одного. Последнее нагляднее всего продемонстрировали члены ГКЧП (Государственного комитета по чрезвычайному положению), в лице членов политбюро ЦК КПСС вице-президента СССР Янаева, Председателя кабинета министров СССР Павлова, Председателя Комитета государственной безопасности СССР Крючкова и ряда других высокопоставленных руководителей Коммунистической партии СССР, запоздало, 19 августа 1991 года, кинувшихся спасать компартию и страну от уничтожения. В тот же день на пресс-конференции сквозь бессвязные речи и трясущиеся руки членов ГКЧП явно проступала неспособность каждого из них и всех их, вместе взятых, защитить социалистические (коммунистические) завоевания советского народа.

И следовало-то сделать всего ничего: обезглавить антисоветскую, антикоммунистическую оппозицию внутри страны. И не путем физического уничтожения, а путем изгнания из рядов Коммунистической партии СССР. Необходимо было лишить ее лидеров принадлежности к Коммунистической партии СССР, чтобы не дать им выступать и говорить от ее имени. «...Партийная борьба придает партии силу и жизненность, величайшим доказательством слабости партии является ее расплывчатость и притупление резко обозначенных границ, партия укрепляется тем, что очищает себя...», — писал Лассаль Марксу 24 июня 1852 года.

Трудно сказать, как бы разворачивались события, если бы из компартии своевременно были изгнаны Хрущев, Горбачев, Ельцин и другие вредители и палачи дела строительства социализма (коммунизма) в СССР. Одно ясно: хуже бы не было. Надо было не ждать, пока они от имени компартии сделают свое черное дело и потом торжественно отрекутся от нее, обвинив ее во всех бедах советского народа, а действовать. В подобных обстоятельствах чистка — наиболее действенный инструмент оздоровления партии. Злокачественная опухоль лечится не заговариванием, не забалтыванием, а удалением.

Антикоммунисты вопреки Конституции сделали то, чего боялись сделать коммунисты на основе Конституции. Причем самым решительным образом. Они применили силу там и тогда, где и когда им это было надо сделать: расстреляли из танков законно избранную советскую власть. Это они при коммунистах требовали свободы слова, соблюдения законности, защиты прав человека и т. д. Это миллионы коммунистов нянчились с десятком-другим антикоммунистов, тогда как последние, придя к власти, не моргнув глазом, нарушили все и вся демократические нормы, в одночасье расправились со своими няньками.

Казалось бы, российские коммунисты получили жестокий урок, из которого ими будут сделаны соответствующие выводы. Однако, судя по развитию событий в стране, полученный ими урок не пошел им впрок. Они не только не остановили свое отступление, а наоборот — усилили его. Если раньше сдача ими позиций носила преимущественно единичный и хаотичный характер, то теперь она выглядит вполне массовой и упорядоченной. Броуновское движение 1985—1991 гг., связанное с невежеством либо предательством того или иного лидера компартии, нынче сменилось стройным шагом. То, что раньше декларировали отдельные невежды либо предатели компартии, сегодня записано в партийных документах коммунистов в качестве руководства к действию.

Возьмем, к примеру, Коммунистическую партию Российской Федерации (КПРФ). И не столько потому, что она гораздо многочисленнее, разветвленнее или организованнее всех коммунистических партий Российской Федерации, сколько потому, что на сегодняшний день миллионы россиян видят в ней защитницу трудового народа, связывают с ней надежду на возрождение России. Словом, кому много дается, с того и много спросится. Так вот, Программа и Устав КПРФ содержат положения и нормы далекие, а в ряде случаях и несовместимые с социализмом (коммунизмом). Многоукладность в экономике, многопартийность, религиозная терпимость по отношению к членам партии — вот лишь некоторые опорные камни, выбитые ею из-под основания строительства социализма (коммунизма). В особенности печален тот факт, что КПРФ преднамеренно отказывается вести революционную борьбу с эксплуататорами, т. е. стоит на почве оппортунизма. Причем отказывается изначально, с момента своего появления на исторической арене.

Не кто иной, как лидер КПРФ Зюганов, будучи в партийных пеленках накануне расстрела Дома Советов демократами из танков, всячески уговаривал защитников Советской власти разойтись по домам. Разумеется, он делал это под благовидным предлогом: избежать кровопролития. Тем самым он оказал Ельцину и К большую услугу. Его выступление, многократно тиражированное средствами массовой информации, сбило с толку громадное большинство сторонников и защитников Советской власти. Коли уж лидер Коммунистической партии Российской Федерации в час смертельной опасности Светской власти не только сам не защищает Советскую власть, но и агитирует других не защищать ее, то как быть рядовым гражданам России? Здесь не место вдаваться в историю становления КПРФ и ее роли в уничтожении Советской власти на территории России — это тема отдельного разговора. Пока же необходимо констатировать тот факт, что КПРФ оказалась единственной партией левого толка, допущенной в 1993 году к выборам в Государственную Думу Российской Федерации, созданной Ельциным и К взамен незаконно и насильственно распущенного ими Съезда народных депутатов и Верховного Совета Российской Федерации, т. е. взамен расстеленной ими Советской власти.

Запрет со стороны ельцинистов, на участие коммунистических и прокоммунистических партий и организаций, вставших на защиту Конституции РСФСР в выборах в Государственную Думу Российской Федерации, создаваемой ими взамен ими же уничтоженной Советской власти, породил у определенной части коммунистов боязнь быть причисленными к участникам кровавых событий тех дней на стороне Советов, к числу защитников Конституции РСФСР. Больше всех дрожали коленки у членов новорожденной Коммунистической партии Российской Федерации (КПРФ). Перед выборами она упорно дистанцировалась от Российской коммунистической рабочей партии (РКРП), Фронта национального спасения (ФНС) и других революционно настроенных коммунистических и прокоммунистических партий и организаций.

Набрав 12,4 процентов голосов избирателей, КПРФ стала третьей по численности депутатов, избранных в Госдуму по партийным спискам. Плюс 40 депутатов от КПРФ прошли в Госдуму по одномандатным округам. Всего фракция КПРФ насчитывала 95 депутатов из 450. Сила немалая, но при том раскладе абсолютно бесполезная в стенах Государственной Думы. Идти в народ она явно не собиралась, но и перспектива толочь воду в Госдуме ей не улыбалась. Получив после выборов количественную и организационную подпитку — как за счет амнистированных защитников Советской власти, так и за счет перехода из других партий и организаций (чуть ли не целыми отделениями), — КПРФ решала предпринять кавалерийскую атаку на власть.

Спустя год, осенью 1994 года, ею был организован сбор подписей за проведение досрочных президентских выборов и непродление полномочий Федерального собрания. Собрав необходимое количество голосов в троекратном размере, ей без труда удалось запустить новые выборы. На волне дальнейшего ухудшения положения трудового народа и как следствие все возрастающего недовольства последнего демократическими реформами, с одной стороны, и высоким порогом ожидания изменений к лучшему — с другой, на очередных выборах в Госдуму КПРФ получила 22,3 процента по партийным спискам, что обеспечило ей 99 депутатских мандатов, и заняла первое место. В целом во II Госдуме фракция КПРФ состояла из 158 человек. До формального большинства ей требовалось чуть менее 70 депутатских мандатов.

Хотя КПРФ и имела большинство во II Госдуме, полученных депутатских мандатов ей не хватало для ведения самостоятельной политики. Даже вместе с союзниками в лице «Аграрной депутатской группы» и «Народовластия» она не располагала и простым большинством депутатских мандатов, необходимом для принятия законов, выражения недоверия правительству Российской Федерации, отклонения или утверждения кандидатуры председателя правительства Российской Федерации. Отсюда и отсутствие важных и нужных для трудового народа законов, выражающих его коренные интересы, отсюда и пять председателей правительства Российской Федерации за полтора года, отсюда и неудавшийся импичмент президента Российской Федерации. В последнем случае не хватило всего-навсего 13 (тринадцати!) голосов депутатов... Таким образом, личная победа КПРФ обернулась поражением для трудового народа. Такова была цена сиюсекундной победы.

То, что в 1993 г. казалось случайностью или даже неизбежностью, стало очевидной врожденностью в 1995 году. Идя на выборы во II Государственную Думу Российской Федерации, КПРФ не смогла преодолеть боязнь быть уличенной нарождающейся буржуазией в активных действиях, направленных на защиту интересов эксплуатируемых масс. Она по-прежнему не желала сотрудничать с РКРП или другими революционно настроенными коммунистическими партиями и организациями, ведущими борьбу с капитализмом не только словом, но и делом. В итоге те были вынуждены идти на выборы во II Госдуму самостоятельно. Так, сторонники РКРП создали блок «Коммунисты — Трудовая Россия — За Советский Союз» и набрали 4,53% голосов избирателей. Тем самым им не удалось преодолеть 5%-ный барьер, и они остались за пределами Госдумы. Это значит, что коммунисты России недосчитались во II Государственной Думе Российской Федерации более 20 мандатов. Если учесть, что помимо РКРП 5%-ный барьер не преодолели Аграрная партия России (3,38%) М. Лапшина и «Власть народу» (1,61%) Н. Рыжкова, то потери коммунистов можно смело удвоить. Если же сюда добавить 3,78% голосов избирателей, собранных «Партией самоуправления трудящихся» С. Федорова, — то и утроить.

Приведенные данные яснее ясного показывают, что, будь КПРФ смелее и решительнее, коммунистически настроенная оппозиция дополнительно имела бы во II Государственной Думе Российской Федерации не 13, а куда больше голосов. Тогда бы не пришлось в Госдуме левой оппозиции пожимать плечами и разводить руками от бессилия, от неспособности сделать хоть что-либо существенное для улучшения жизни трудового народа.

В 1996 году состоялись выборы президента Российской Федерации, которые левая оппозиция проиграла. Проиграла по всем статьям. Политические похороны Ельцина, задуманные КПРФ с помощью выборов, не состоялись. «Покойник» оказался живее всех живых, опередив представителя левой оппозиции Зюганова на 13 процентов голосов избирателей. Несмотря на внушительный отрыв, победа Ельцина — лишь видимая сторона айсберга поражения Зюганова, но не самая страшная для левой оппозиции. А случилось то, что должно было случиться. Народ ясно дал понять левой оппозиции, что в большинстве своем он не видит в ней силу, способную вывести страну с обочины цивилизации на магистральную дорогу. Отдав голоса Ельцину, олицетворявшему ненавистный им режим, часть россиян опасалась, что с приходом к власти коммунистов как бы не было еще хуже и страна не скатилась бы с обочины цивилизации в канаву; другая часть россиян исходила из положения «хрен редьки не слаще». Причина: нерешенность левой оппозицией (в особенности КПРФ) большинства (если не всех) теоретических вопросов современности, с одной стороны, и, как следствие этого, признание ею (в особенности КПРФ) реалий сегодняшнего дня, а именно: рыночной экономики, частной собственности и т. д. не противоречащими социализму (коммунизму).

Одного зазывания в социализм (коммунизм) без обоснования необходимости этого шага недостаточно, чтобы люди пошли в социализм (коммунизм). В прошлом эффективные лозунги — «Долой эксплуатацию человека человеком», «Вся власть Советам», «Да здравствуют мир, май, труд» и другие — нынче не возымеют действие, ибо давно уже стали общим местом из-за их теоретической зашоренности и практической дискредитированности. Тем более глупо выглядит коммунист, ратующий за рыночную экономику, за частную собственность и другие столь милые сердцу капиталиста понятия. И немудрено, что на этом фоне левая оппозиция, ведомая КПРФ, в 1996 году проиграла — и будет проигрывать выборы президента Российской Федерации. Ну чего там: КПРФ осталось признать эксплуатацию человека человеком и смело переименоваться в Капиталистическую партию Российской Федерации, продолжая использовать аббревиатуру «КПРФ». Уверен, немало ее сторонников и не обратят внимания на подобную смену вывески, найдутся и те, кто примет это переименование за должное.

«Люди, симпатизирующие оппозиции, порой склонны объяснять ее поражение тем, что Зюганову «не дали экрана». Однако на самом деле лидер КПРФ далеко не лучшим образом использовал и те возможности, которые по закону нельзя было ему не предоставить. Сильный оратор, способный произвести впечатление при непосредственном контакте с живой аудиторией, он оказался нетелегеничным и плохо выдерживал режим «жесткого диалога». На экране Зюганов выглядел вяло, он не наступал, а оборонялся и, стараясь, по-видимому, никого не напугать, давал крайне уклончивые и многословные ответы на простые вопросы. Специалисты уже неоднократно и во всех деталях проанализировали ход избирательной компании 1996 года. Их мнение по поводу неудачи Зюганова практически единодушно: коммунисты и их сторонники вели ее вяло и достаточно шаблонно, они не продемонстрировали ни настоящей воли к победе, ни умения находить нестандартные ходы, способные поддерживать у зрителей политического театра неослабевающий интерес к себе и своим действиям»ii. Вне сомнения, проявленные левой оппозицией в ходе президентских выборов 1996 года вялость, шаблонность, расплывчатость рассуждений, отсутствие воли к победе основаны на незнании ею перспектив социалистического (коммунистиче­ского) строительства в стране.

На это обратили внимание не только сторонние наблюдатели, но, что отрадно, и представители левой оппозиции. К примеру, сопредседатель «Народно-патриотических сил России» (НПСР) А. Подберезкин говорит: «Чтобы по этическим соображениям избежать прямой критики КПРФ, сошлюсь на длинную цитату современного неглупого марксиста, с которым я полностью согласен: «Отсутствие ярких лозунгов, выражающих чаяния масс трудящихся, наиболее рельефно проявляет главную проблему современного коммунистического движения — ее идейную слабость. За последнее десятилетие коммунисты так и не сумели выдвинуть новую социальную идею взамен «призвавшего долго жить» вульгарного коммунизма. Поэтому когда лидерам коммунистов удается прорвать информационную блокаду, выясняется, что им нечего сказать народу, это обстоятельство становится особенно заметным в сравнении с их предшественниками-большевиками. Снова призывая народ в социализм, коммунисты сами не знают, каким он должен быть даже в самых основных его признаках — если бы знали, сказали. Иными словами, на смену юношеского романтизма, как говорит Л. Шебаршин, «приходит старческий». Но и, — продолжает Подберезкин, — прагматизма, определенного политического цинизма, а на самом деле холодного расчета современным комлидерам явно не хватает. А без этого политическая победа невозможна. И это хорошо понимают «в народе», где после президентской компании 1996 г. сложилось устойчивое убеждение, что КПРФ не хотел, а может быть, и боялся победы»iii.

Чтобы констатировать факт угнетения и обнищания большинства россиян, вовсе необязательно быть коммунистом. Коммунист не тот, кто выступает в роли статистика бед трудового народа, а тот, кто вскрывает причины и указывает путь их преодоления, невзирая ни на какие трудности, вплоть до самопожертвования. А современная левая оппозиция во главе с КПРФ только и делает, что озвучивает стоны трудового народа. И ни одного практического шага по выходу из создавшегося положения. Она все еще ждет у моря погоды, надеясь поймать волну народного недовольства и на ней въехать на вершину государственной власти, забывая о том, что ни одна власть не упадет до тех пор, пока ее не уронят. Дело доходит до смешного: ежегодные устрашения лидером КПРФ Зюгановым буржуазного правительства и президента страны надвигающимся зимним, осенним, летним или осенним наступлением трудящихся давно уже превратились в ходячий анекдот. Вначале это возымело некоторое действие, и КПРФ удавалось получать от буржуазного правительства и президента страны некоторые уступки. Поскольку из раза в раз эти угрозы не сбывались, постольку исполнительная власть перестала на них реагировать. Однако Зюганов и К продолжают верить в чудодейственную силу стихийности, что доведенный до отчаяния народ вот-вот сорганизуется и опрокинет демократов. Разумеется, российский народ постепенно начинает пробуждаться от демократического гипноза, но, к великому сожалению, не в результате хорошо продуманной и активной деятельности коммунистов, а в результате одолевающих его холода и голода. Поэтому процесс этот может длиться сколь угодно долго и не набрать требуемого размаха. Ибо буржуазия гасила и будет гасить стихийное выступление идеологически безграмотного и практически незакаленного трудового народа с помощью различного рода подачек ее наиболее активным представителям. Наглядный пример тому — современные отечественные профсоюзы, стоящие на посылках капитала. Стихийное выступление трудящихся есть результат бездеятельности коммунистов. Зюганов и К либо не знают, либо не понимают, либо делают вид, что не понимают сказанное Лениным: «…Всякое умаление социалистической идеологии, всякое отстранение от нее означает тем самым усиление идеологии буржуазной. Толкуют о стихийности. Но стихийное развитие рабочего движения идет именно к подчине­нию его буржуазной идеологии, идет именно по программе «Gredo», ибо стихийное рабочее движение есть тред-юнионизм, есть Nur-Gewerkschaftlerei, а тред-юнионизм означает как раз идейное порабощение рабочих буржуазией. Поэтому наша задача, задача социал-демократии, состоит в борьбе со стихийностью, состоит в том, чтобы совлечь рабочее движение с этого стихийного стремления тред-юнионизма под крылышко буржуазии и привлечь его под крылышко революционной социал-демократии. Фраза авторов «экономического» письма в № 12 «Искры», что никакие усилия самых вдохновенных идеологов не могут совлечь рабочего движения с пути, определяемого взаимодействием материальных эле­ментов и материальной среды, совершенно равносильна поэтому отказу от социализма, и если бы эти авторы способны были продумать то, что они говорят, до конца бесстрашно и последовательно, как должен продумывать свои мысли всякий, кто выступает на арену литературной и общественной деятельности, то им ничего не осталось бы, как «сложить на пустой груди ненужные руки» и... и предоставить поле действия гг. Струве и Прокоповичам, которые тянут рабочее движение «по линии наименьшего сопротивления», т. е. по линии буржуазного тред-юнионизма, или г. Зубатовым, который тянет его по линии поповско-жандармской «идеологии»… Но почему же — спросит читатель — стихийное движение, движение по линии наименьшего сопротивления идет именно к господству буржуазной идеологии? По той простой причине, что буржу­азная идеология по происхождению своему гораздо старше, чем социалистическая, что она более всесторонне разработана, что она обладает неизмеримо большими средствами распространения»iv.

Когда же наконец левая оппозиция во главе с КПРФ перестанет валить с больной головы на здоровую; перестанет объяснять свою несостоятельность несознательностью трудового народа; перестанет оправдывать отсутствие у себя революционной энергии недостатком революционной активности трудового народа? Пора бы уже знать, что революция не делается в тиши кабинетной глуши. Не ясно ли, что величина революционной активности масс определяется уровнем революционного воспитания масс. Судя по всему, современной левой оппозиции, и прежде всего КПРФ, не ясно (хочется верить, что не ясно, а не сознательное забвение ею прописных истин). Истина же в данном случае такова, что «содействовать политическому развитию и политической организации рабочего класса — наша главная и основная задача», как писал Ленин аж в начале прошлого века в работе «Насущные задачи нашего движения». «Всякий, кто отодвигает эту задачу на второй план, кто не подчиняет ей всех частных задач и отдельных приемов борьбы, тот становится на ложный путь и наносит серьезный вред движению. Отодвигают же ее, во-первых, те, кто зовет революционеров на борьбу с правительством силами отдельных заговорщических кружков, оторванных от рабочего движения. Отодвигают эту задачу, во-вторых, те, кто суживает содержание и размах политической пропаганды, агитации и организации, кто считает возможным и уместным угощать рабочих «политикой» только в исключительные моменты их жизни, только в торжественных случаях, кто слишком заботливо разменивает политическую борьбу против самодержавия на требования отдельных уступок от самодержавия и недостаточно заботится о том, чтобы эти требования отдельных уступок возвести в систематическую и бесповоротную борьбу революционной рабочей партии против самодержавия»v.

Сказанное Лениным более ста лет назад актуально и для современного состояния дел коммунистического движения в стране. То, против чего Ленин боролся тогда, сегодня цветет и пахнет самым отвратительным образом. Разве КПРФ не отодвигает задачу политического развития и политической организации рабочего класса на второй план? Отодвигает, еще как отодвигает! Достаточно сказать, что КПРФ, являясь самой богатой партией не только среди коммунистических партий страны, но и одной из самых богатых среди всех имеющихся партий в стране вообще, не считает нужным развивать, расширять коммунистическую сеть массовой информации. Я уже не говорю о том, что у нее нет своего не то что телеканала, но и даже своего радиоканала. О существовании радио и тем более телевидения КПРФ узнает каждый раз непосредственно перед выборами, да и то с подачи буржуазии, которая, играя в демократию, оповещает ее о положенном ей по радио или телевидению законно отведенном времени и месте выступления перед избирателями. Вот тогда-то и начинают мелькать перед телезрителями и радиослушателями лидеры левой оппозиции, и прежде всего КПРФ. Затем, после выборов, бывает, пошумят немного для приличия — кто о победе, кто о поражении — и снова сваливаются в политическую спячку. И так от выборов до выборов. Но я не об этом, хотя и следовало бы... Я говорю о газетах, журналах и прочей печатной продукции. Возьмем, к примеру, газету «Правда» — центральный печатный орган КПРФ. В ней редко когда удается обнаружить широко развернутую статью глубокомысленного содержания. Только и читаешь: там плохо, здесь плохо; там свет отключили, здесь свет отключили; там воду отключили, здесь воду отключили; там зарплату не выдали, здесь зарплату не выдали; там объявили голодовку, здесь объявили голодовку и т. д. и т. п. Сплошной негатив. Конечно, не такой должна быть партийная газета коммунистов. «Мы, — писал Ленин в работе «Что делать», — никому не уступим в признании необходимости и важности фабричных обличений, но надо же помнить, что мы дошли уже до того, что петербуржцам стало скучно читать петербургские корреспонденции петербургской газеты «Рабочая мысль». Для фабричных обличений на местах у нас всегда были и всегда должны будут остаться листки, но тип газеты мы должны поднимать, а не принижать до фабричного листка. Для «газеты» нам нужны обличения не столько «мелочей», сколько крупных, типичных недостатков фабричной жизни, обличения, сделанные на примерах особенно рельефных и способные потому заинтересовать всех рабочих и всех руководителей движения. Способные действительно обогатить их знания, расширить их кругозор, положить начало пробуждению нового района, нового профессионального слоя рабочих»vi. Мало того что «Правда» преимущественно напичкана мелкими, серыми, безыдейными и бессодержательными статьями, так от нее еще исходит беспомощность, безнадежность и равнодушие. После почтения «Правды» одних охватывает безысходность и отчаяние, у других появляется самоуспокоенность, мол, «не так все плохо по сравнению с другими. Вон на Дальнем Востоке зимой неделями, а то и месяцами не бывает ни тепла, ни воды, а у нас только два раза в неделю не топят и не дают воду. Значит, жить можно». И живут, дожидаясь своей очереди. Когда случается ровно наоборот — приходит очередь «жить» для жителей Дальнего Востока. И так по кругу. В сухом остатке остаются лишь слезы и стоны корреспондентов «Правды». По своей «сырости» и «громкости» она уступает разве что только газете «Молния». И это вместо открытого и серьезного разговора по насущным проблемам современности.

Отсюда и маленький тираж газеты «Правда» — всего 100 300 (сто тысяч триста) экземпляров, из которых 3097 (три тысячи девяносто семь) экземпляров распространяется в Белоруссии; и ее малая периодичность выхода в свет — только два раза в неделю.

«Правду» стало не просто скучно читать, ее стало вредно читать. Она не столько убаюкивает, сколько извращает сознание трудового народа, и прежде всего коммуниста. «Правду» не жалует не только трудовой народ и не только коммунисты других коммунистических партий России — ее не жалуют сами члены КПРФ. Не случайно КПРФ, кичащаяся тем, что в ее рядах более полумиллиона коммунистов, не в состоянии реализовать даже этот смехотворный по современным меркам стотысячный тираж «Правды». Вот предо мной свежий номер «Правды» за номером 14 (28 628) от 6—9 февраля 2004 года. В ней статья на первой полосе, что является признаком актуальности, под названием «Главную газету КПРФ — каждому коммунисту», где говорится о необходимости приобретения газеты если не каждым коммунистом КПРФ (коих, напомню, более 500 тысяч), так хотя бы по одному номеру газеты на каждую первичную ячейку КПРФ. Цитирую: «Каждому первичному отделению нужно выписать хотя бы один экземпляр «Правды». Не раз утверждалось, что в партии 20 тысяч первичных ячеек. Значит, будем иметь стабильно 20 тысяч экземпляров «Правды». Примечательно, что статья эта начинается словами: «Это, конечно, громко сказано». Таким образом, очевидно, что «Правду» не читает не только каждый коммунист из КПРФ, а, более того, ее не читают целыми отделениями КПРФ. Кто ходит на митинги либо другие массовые мероприятия левой оппозиции, тот не даст соврать, что там и тогда, где и когда в них участвует КПРФ, места их проведения оказываются заваленными старыми тиражами газеты «Правда». Их раздают даром, но редко кто берет. Рекламную или избирательную печатную продукцию берут куда чаще и охотнее. Большинство тех, кому все-таки удалось распространителям «Правды» всучить ее, бегло пробежав взглядом по страницам и не найдя в ней ничего интересного, через 10-20 шагов кладут ее на ближайшую возвышенность, вроде бордюра, лавочки и т. д., а то и бросают на землю.

Тираж и периодичность газет других коммунистических партий России и того меньше. Скажем, газета «Голос коммуниста» — центральный печатный орган Центрального комитета и Московского городского комитета Российской коммунистической партии — Коммунистической партии Советского Союза (РКП-КПСС) 2500 (две тысячи пятьсот) экземпляров. Газета «Трудовая Россия» — центральный печатный орган Российской коммунистической рабочей партии (РКРП) — 25 (двадцать пять) тысяч экземпляров. Газета «Искра» (цен­тральный печатный орган Центрального комитета партии «Союз коммунистов») — 5 (пять) тысяч экземпляров. Даже если добавить сюда тиражи газет других коммунистических партий России, вроде ВКП(б) (Всесоюзной коммунистической партии большевиков) и пр., то все равно получится плачевная картина. Общий тираж газет, включая центральные, всех коммунистических партий страны не достигает и 500 тысяч экземпляров. И ни одна из них не является ежедневной газетой. Это либо еженедельники, либо ежемесячники, либо...

Для сравнения, тираж ленинской «Искры» в безграмотной России в среднем был равен 8 (восьми) тысячам экземпляров. Тираж «Правды» в последние годы существования Советского Союза доходил до 11 (одиннадцати!) миллионов экземпляров. Львиная его доля приходилась на Россию. И была она ежедневной газетой. И не потому, что в стране было много коммунистов, и не потому, что в стране не было других газет, а потому, и только потому, что наиболее активная и сознательная часть населения страны того времени сверяла свой шаг и направление своей деятельности по сказанному в «Правде». Не спорю, тогда «Правда» наделала много ошибок и наломала кучу дров. Сейчас речь не об этом, а о качестве, характере, направлении, стиле и методе организации газеты. Разве сегодня мало тем, которые могли бы привлечь к газете интерес читателя? Или в стране не осталось людей, способных сформулировать и выразить эти идеи? Глядя на газету недоделанных коммунистов «Московский комсомолец», этого не скажешь. Ее общий тираж 2 262 272 (два миллиона двести шестьдесят две тысячи двести семьдесят два) экземпляра. И выходит она чуть ли не каждый день. И объем у нее 8 (восемь) страниц, т. е. в два раза больше, чем у «Правды» Прибавим сюда тиражи, периодичность и объем газет «Московская правда», «Коммерсант», а также других антисоветских и антикоммунистических изданий, и тогда станет ясно, кто владеет умами россиян.

А между тем кто действительно ведет коммунистическую работу в стране, тот не может не видеть, не знать, что массы людей, то там, то здесь поднимающиеся на классовую борьбу, буквально вязнут в лживых путах эксплуататоров. Отсутствие — назвать это недостатком было бы большим преувеличением — именно отсутствие лево-патриотической, и прежде всего коммунистической, литературы не дает трудящимся возможности подняться выше экономических требований. Все, что они могут, – это послать делегацию в Москву к Горбатому мосту, дабы побыть немым укором на глазах буржуазной власти, или на худой конец умереть с голоду. Придут, посидят день-другой, неделю-другую, пошумят, постучат каской, у кого она есть (например, так делали шахтеры) — и уходят не солоно хлебавши. Но этим буржуя не проймешь. Что ему мольба эксплуатируемого о куске хлеба или даже смерть эксплуатируемого от голода, когда каждая капля слез эксплуатируемого отдается звоном монет в его кошельке, а после каждой смерти эксплуатируемого деньги сыпятся в его кошелек речным потоком.

Как часто лидеры левой оппозиции, в частности из КПРФ, выступают на страницах партийных газет? Нечасто. Говоря точнее, очень редко. По обыкновению они выступают на страницах лево-патриотических газет в пяти случаях: 1) с поздравлениями в канун очередного праздника, юбилея и т. д.; 2) перед выборами в те или иные органы государственной власти с призывом поддержать если не их лично, то кандидата от их партии или блока; 3) после выборов в те или иные органы государственной власти — в связи с либо постигшей если не их лично, то кандидата от их партии или блока удачей или неудачей; 4) с партийными документами, выработанными до и после очередного пленума, съезда, и т. д.; 5) по случаю безвременной кончины... Вот и весь их вклад в повышение уровня сознания трудового народа посредством партийной газеты.

О количестве, объеме, тираже и периодичности журналов левой оппозиции говорить не приходится. Другое дело книги. И что же мы здесь видим, читатель? Прямо сказать удручающую картину. В основном это мелкие мысли, раздутые до 200-400 страниц печатного текста. Оставим в стороне опусы Зюганова с его многочисленным «мне позвонил тот-то», «мне сказал тот-то», «я видел, что...», «я слышал, что...» и прочие, написанные им в жанре «что вижу и слышу, то и пишу», и обратимся к нашумевшей книге Паршина «Почему Россия не Америка», вышедшей в свет в 2000 году. Она была преподнесена левой оппозицией как последнее достижение политико-эконо­мической мысли. В частности, Зюганов, выступая в 2003 году в одной из телепередач «Свобода слова», отозвался о ней как об очень умной книге. На проверку она оказывается очередной беллетристикой, разбавленной двумя положениями, знакомыми любому начинающему политэконому: влияние больших расстояний и холодного климата на себестоимость продукции (товаров и услуг), производимых на территории России. Лейтмотивом книги является мысль о самоубийственности для россиян стремления демократов включить Россию в мировую экономическую систему целиком. При этом ее автор ни словом, ни полусловом не обмолвился о положительном опыте России в бытность Советского Союза, когда ни большие расстояния, ни холодный климат не мешали ей выйти на передовые рубежи мировой экономики. Оно и понятно, ибо он за рынок, а в России того времени верховодил план. Вот и приходится ему сращивать ужа с ежом: «Наш народ и мировой рынок промышленного капитала несовместимы. Либо одно, либо другое»vii. К чему этот суррогатный гибрид! Ну сказал бы прямо: «Наш рынок промышленного капитала и мировой рынок промышленного капитала несовместимы. Либо одно, либо другое». Все ясно и понятно. Настолько ясно и понятно, что дальше некуда. Но именно этого-то он и не хочет.

Возьмем другую книгу, вышедшую в свет в конце 2003 года под громким названием «Идеология партии будущего». Она примечательна тем, что является первой книгой из серии «Дискуссионный клуб КПРФ». Казалось бы, лед тронулся, и левая оппозиция во главе с КРПФ наконец-то приступила к обсуждению животрепещущих вопросов современного коммунистического движения, коих пруд пруди. Взамен этого получаем очередную увесистую порцию антисоветской, антисоциалистической, антикоммунистической пропаганды. То, что раньше антисоветчики и антикоммунисты всех мастей внедряли в сознание трудового народа извне, сегодня осуществляется ими изнутри. Публикацией этой книги КПРФ не столько нанесла удар в спину трудового народа, сколько дала ему пощечину, чтобы не сказать — плюнула ему в лицо.

Автор книги — ярый антисоветчик и антикоммунист Зиновьев, сыгравший немалую роль в уничтожении как Коммунистической партии Советского Союза, так и самого Советского Союза. Он антисоветчик и антикоммунист не только в прошлом, но остается таковым и по сей день. Представляя его читателю, заместитель председателя ЦК КПРФ, т. е. Зюганова, выдает его за «выдающегося русского социолога». В аннотации сказано еще лучше: «выдающийся философ нашего времени». По словам Мельникова, сказанным им на последней странице обложки книги: «Критерием отбора авторов для этой серии являются актуальность темы и высокий исследовательский уровень работ. С этой точки зрения, бесспорно хорошим началом является публикация книги выдающегося русского социолога Александра Зиновьева».

Итак, актуальность темы и высокий исследовательский уровень. Начну с последнего. Отталкиваясь от поговорки «ка­ков поп, таков и приход», есть основание полагать, что в КПРФ неважно обстоит дело с исследовательским уровнем. Не обращая внимание на зиновьевские пассажи, бросающиеся в глаза с первых и до последних строк его работы, вроде «советского коммунистического блока», «коммунистического социального строя» (это в самом начале), «в конце двадцатого столетия был разгромлен реальный советский коммунизм», «с возникновением Советского Союза и других коммунистических стран» (это почти в концеviii; замечу, что книга без единой ссылки на первоисточник никоим образом не может иметь не то что высокий исследовательский уровень, но даже самый заурядный исследовательский уровень. Такого рода работу принято называть халтурой. Словесный понос автора не есть исследование. Исследовать в данном случае означает аргументировать, т. е. приводить в доказательство истинности своих суждений либо брать за основу своих суждений суждения других людей. Этого-то и нет в указанной работе Зиновьева. Вот если бы Зиновьев вместо пересказа того, что сказал Маркс, привел его слова, тогда с ним можно и нужно было бы поговорить. А так ему остается самому себе доказывать и опровергать свои суждения. И было бы правильно, если он это делал не за счет — а тем более не от имени — коммунистической партии.

Теперь что касается актуальности темы. Актуальной считается тема, имеющая большое, а то и вовсе первоочередное значение для настоящего времени. Спрашивается, чем актуальна тема «Идеология партии будущего», чтобы тратить на нее силы и средства? А они были, и немалые, ибо, как пишет Зиновьев во введении, «непосредственной основой для написания этой книги стал цикл лекций «Идеология партии будущего», прочитанный автором по предложению ЦК КПРФ весной 2003 года и организованный комитетом КПРФ Северного административного округа г. Москвы»ix. Стало быть, ЦК КПРФ оказал Зиновьеву большую услугу, предоставив ему, во-первых, трибуну для выступления, во-вторых, снабдив слушателями, в-третьих, напечатав его книгу под знаменем коммунистов. Черт с ним, с помещением и т. д., жалко коммунистов, весной 2003 года прослушавших цикл лекций Зиновьева. Не знаю, сколько там было народу и сколько прочитают его опус, одно могу сказать с полной уверенностью: наиболее подкованные из них напрасно потратили — те же, кто будет читать его опус, напрасно потратят — свое время; менее подкованные лишились (или лишатся после ознакомления с его опусом) своего и без того крошечного коммунистического сознания. Не удивлюсь, если вскоре после этого кое-кто покинул ряды коммунистов и стал антикоммунистом. Естественно, трудно устоять рядовому неискушенному слушателю перед казуистикой махрового антисоветчика и антикоммуниста, к тому же окрашенного КПРФ в красный цвет. Но куда смотрят лидеры КПРФ, слушая подобного рода заявления: «Еще жив марксизм-ленинизм как идеология коммунистических партий. Но он вряд ли снова станет таким значительным социальным феноменом, каким был еще не так давно. Конечно, если произойдут какие-то потрясения в мире и человечество окажется в состоянии, сходном с тем, какое имело место в годы рождения и взлета марксизма, то, возможно, будет возрождение марксизма в качестве идеологии прежнего масштаба. Но вероятность этого ничтожна. Эволюция человечества пошла в таком направлении, что рассчитывать на это бессмысленно. К тому же с точки зрения интеллектуального состояния марксизм не может рассчитывать в двадцать первом веке на успех, какой он имел в прошлом... И он (марксизм. —
  1   2   3   4




Похожие:

Действительный член Академии исторических наук iconДействительный член Академии исторических наук Виктор Кирсанов kirsanov-vn@narod ru
По мере роста общественного сознания прогрессивные мифы переосмысливаются, наполняются новым содержанием, выкристаллизовываются и...
Действительный член Академии исторических наук iconДействительный член Академии исторических наук Виктор Кирсанов kirsanov-vn@narod ru
Более того — и это уже очевидно, — с установлением частной собственности, рынка и других атрибутов капитализма жизнь россиян стала...
Действительный член Академии исторических наук iconДействительный член Академии исторических наук
Ссср, так и самого СССР. В силу названных причин эти люди не столько перестали ухаживать за «виноградником», сколько активно принялись...
Действительный член Академии исторических наук iconДействительный член Академии исторических наук Виктор Кирсанов kirsanov-vn@narod ru
«изменивших» «привычные» представления. Многие из них (если не все) всерьез убеждены в намеренном подлоге, преднамеренном обмане...
Действительный член Академии исторических наук iconДействительный член Академии исторических наук Виктор Кирсанов kirsanov-vn@narod ru
Ссср не предприняло никаких мер по обеспечению обороноспособности страны. В итоге главным виновником пора­жений советских войск в...
Действительный член Академии исторических наук iconДействительный член Академии исторических наук Виктор Кирсанов kirsanov-vn@narod ru
Для них главное показать свое первенство, даже если это противоречит логике. Так, на с. 256 книги Нэвила Уильямса «Полная хронология...
Действительный член Академии исторических наук iconДействительный член Академии исторических наук Виктор Кирсанов kirsanov-vn@narod ru
Для одних Николай II и Столыпин (прозванные в народе «кровавым» и «вешателем» соответственно) и им подобные являются интеллигенцией,...
Действительный член Академии исторических наук iconХаннес Альвен происхождение солнечной системы (фрагмент статьи из сборника "Будущее науки", вып. 12. М.: Знание, 1979, стр. 59)
Стокгольме, член Шведской академии наук, иностранный член ан СССР. В 1970 г за исследования в области магнитогидродинамики X. Альвену...
Действительный член Академии исторических наук iconПредлагаем подробное содержание 7 томов 119-томника
Н. Я. Данилевского подготовлен совместно с кандидатом исторических наук М. А. Емельяновым-Лукьянчиковым). 6) П. А. Вяземский, 7)...
Действительный член Академии исторических наук iconАлкогольно-наркотический
Рецензенты: Бестужев-Лада И. В., доктор исторических наук, профессор, академик Российской Академии образования
Разместите кнопку на своём сайте:
Документы


База данных защищена авторским правом ©podelise.ru 2000-2014
При копировании материала обязательно указание активной ссылки открытой для индексации.
обратиться к администрации
Документы

Разработка сайта — Веб студия Адаманов