Человек, который умел летать icon

Человек, который умел летать



НазваниеЧеловек, который умел летать
Дата конвертации28.08.2012
Размер81.6 Kb.
ТипДокументы

ЧЕЛОВЕК, КОТОРЫЙ УМЕЛ ЛЕТАТЬ

Томшик шел по дороге, что близ больницы на Виноградах. Он совершал свой ежедневный моцион, ибо очень заботился о здо­ровье и вообще был ярый спортсмен — не пропускал ни одного футбольного матча. Шел он быстро и легко. На землю уже спу­стились весенние сумерки, навстречу Томшику попадались лишь случайные прохожие да изредка влюбленные парочки. «Надо бы купить шагомер,— думал он,— и проверять, сколько шагов я делаю в день». Томшику вдруг вспомнился сон, который ему снился уже три ночи подряд: он идет по улице, дорогу ему преградила жен­щина с младенцем в коляске. Томшик слегка отталкивается левой ногой, взмывает над землей метра на три, перелетает через жен­щину с коляской и плавно опускается на тротуар. Во сне он ни­сколечко не удивился: такой взлет ему показался естественным и очень приятным; странно было лишь то, что до сих пор никто этого не попробовал. А ведь как просто: стоит только слегка повращать ногами, словно едешь на велосипеде, и вот уже снова возносишься в воздух, паришь на высоте второго этажа и легко опускаешься на землю. Оттолкнешься ногой и опять летишь, совсем легко, как на гигантских шагах. Можно даже не касаться земли, а просто по­вращать ногами — лететь дальше. Томшик даже громко засмеялся во сне: как это, мол, так, почему никто до сих пор не додумался летать? «Ведь только оттолкнешься ногой, и готово дело... Это же легче и проще, чем ходить,— думал он во сне.— Надо будет завтра попробовать».

Три ночи снился ему этот приятный сон. Чувствуешь себя та­ким легким... Да, отлично было бы, если бы можно было летать так просто: слегка оттолкнешься ногой и... Томшик оглянулся. Ни­кого кругом. Томшик так, скорее шутки ради, разбежался и от­толкнулся левой ногой, словно прыгая через лужу... и вдруг воз­несся на три-четыре метра и невысокой дугой пролетел над зем­лей. Он даже не удивился: это и в самом деле оказалось совсем просто и лишь приятно волновало, как катание на карусели. Том­шик чуть не закричал в мальчишеском восторге. Пролетев метров тридцать, он уже приблизился было к земле, но увидел, что опус­кается в самую грязь. Тогда он заболтал ногами, как делал во сне, и в самом деле опять взлетел повыше, пролетел еще метров пят­надцать и легко опустился за спиной какого-то прохожего, шагав­шего из Страшнице. Тот подозрительно оглянулся, ему явно не

понравилось, что рядом с ним появился человек, шагов которого

он не слыхал. Томшик обогнал его с самым непринужденным видом, хотя в душе немного побаивался, как бы, сделав слиш-

ком энергичный шаг, не оторваться от земли и не взлететь

опять.

«Надо это хорошенько проверить»,— сказал он себе и по той же пустынной дороге направился домой. Но, как назло, ему то и дело попадались прохожие — то влюбленные парочки, то железно­дорожники. Тогда он свернул на пустырь, где годами была город­ская свалка.
Уже совсем стемнело, но Томшик не хотел отклады­вать пробы, опасаясь, что до завтра разучится летать. Он оттолк­нулся очень робко, взлетел на какой-нибудь метр и довольно тя­жело опустился на землю. Во второй раз он помогал себе руками, словно плавая, пролетел добрых восемьдесят метров, даже сделал полукруг и сел на землю легко, как стрекоза. Томшик хотел было попробовать еще раз, но тут на него упал сноп света и грубый голос спросил: «Вы что тут делаете?»

Это был полицейский патруль.

Томшик страшно смутился и забормотал, что он тут «не­много упражняется».

— Проваливайте упражняться куда-нибудь подальше! — гаркнул полицейский.— Здесь нельзя!

Томшик, правда, не понял, почему здесь нельзя, а в другом месте можно, но так как он был дисциплинированный гражданин, то пожелал полицейскому покойной ночи и поспешно удалился, опасаясь только одного — как бы, упаси боже, опять не взлететь. Попадешь, чего доброго, под подозрение полиции. Только около Государственного института здравоохранения он снова подпрыг­нул, легко перемахнул через ограду и, помахивая руками, про­летел над институтским садом и спланировал на Коронном проспекте, прямехонько перед какой-то служанкой с кувшин­чиком пива. Та взвизгнула и пустилась наутек. Томшик прикинул, сколько он пролетел: метров двести. Отлично для начала!

В последующие дни он усердно тренировался, разумеется, только ночью и в уединенных местах, чаще всего близ еврейского кладбища за Ольшанами. Он пробовал разные приемы, например, излет с разбегу и крутой подъем с места. Без труда, действуя толь­ко ногами, он поднимался на высоту до ста метров, но выше не рискнул. Потом он принялся осваивать разные виды спуска — плавное приземление и замедленное падение,— все зависело от ого, как работаешь руками. Томшик овладевал переменой скоро-сти и направления, пробовал летать против ветра, летать с грузом, парить на разных высотах и так далее. Дело шло как по маслу, и он все больше удивлялся, почему же люди до сих пор не доду­мались летать. Видно, лишь потому, что никто не пробовал оттолк­нуться ногой и взлететь.

Однажды Томшик продержался в воздухе целых семнадцать минут, но под конец налетел на телеграфные провода и поспешил

спуститься. Как-то ночью, тренируясь на Русском проспекте, он с высоты четырех метров заметил под собой двух полицейских Томшик тотчас же свернул в сторону садов, окружавших особ­няки. Ночную тишину прорезали пронзительные полицейские свистки. Через несколько минут Томшик уже пешком вернулся к тому месту и увидел, что шестеро полицейских с фонариками об­шаривают палисадники, ища вора, который «у них на глазах пере-лезал через ограду».

Только теперь Томшик сообразил, что умение летать сулит невиданные возможности, но никак не мог придумать, каким обра- зом использовать их. Однажды ночью он соблазнился открытым окном в четвертом этаже дома на площади Святого Иржи. Легко оттолкнувшись от земли, Томшик достиг окна и уселся на подо­коннике, не зная, что делать дальше. Из комнаты доносился храп крепко спящего человека. Томшик влез в комнату. Красть он не собирался и потому стоял, объятый смутной неловкостью, которую мы обычно испытываем, случайно оказавшись в чужом жилье. Потом вздохнул и полез обратно в окно. Но надо же оставить хоть какой-нибудь след, какое-нибудь свидетельство своего спортив­ного достижения! Томшик извлек из кармана клочок бумаги и написал на нем карандашом: «Был здесь! Мститель Икс!» Он положил записку на ночной столик и тихо спустился по воз­духу вниз. Дома выяснилось, что клочок бумаги был конвертом с его адресом и фамилией. Но у Томшика уже не хватило смелости вернуться. Несколько дней он прождал сыщиков из по­лиции, но, как ни странно, никаких осложнений не после­довало.

Наконец Томшику стало уже невтерпеж: полеты остаются для него лишь тайным развлечением, которому он предается в одиночестве, а ему хотелось сделать их достоянием гласности. Но как? Ведь летать так просто: оттолкнешься ногой, слегка взмах­нешь руками, и лети себе, как птичка... Может быть, это станет новым видом спорта. Или, например, вполне возможно разгрузить уличное движение, если люди начнут передвигаться по воздуху. Можно будет обойтись без лифтов. И вообще возможности громад­ные. Представление о них было у Томшика, правда, самое смут­ное, но в конце концов все образуется. Каждое великое открытие сперва казалось безделкой.

У Томшика был сосед по дому, этакий упитанный молодой человек по фамилии Войта. Он работал в газете, кажется, был ре­портером спортивного отдела. И вот однажды Томшик зашел к этому Войте и, немного помявшись, объявил, что может показать соседу кое-что интересное. Секретничал он ужасно, так что Войта подумал: «Ну и ну!» — но все же дал себя уговорить, и около девяти вечера они вместе отправились к еврейскому кладбищу.

— Теперь глядите, господин репортер,— сказал Томшик, от­толкнулся ногой от земли и взлетел на высоту примерно пяти метров. Там он начал выделывать всякие выкрутасы, спускался

до земли, снова поднимался, махая руками, и даже провисел в воздухе полных восемь секунд.

Войта стал страшно серьезен и попытался выяснить, как это Томшику удается. Тот терпеливо объяснял: надо только оттолк­нуться ногой, и готово. Нет, господин Войта, это совсем не спи­ритическое явление, и здесь нет никакой сверхъестественной силы, не требуется напряжения мышц и воли. Подпрыгнешь и летишь...

— Да вы попробуйте сами, господин репортер,— уговаривал
Томшик, но Войта только качал головой; нет, задумчиво сказал
он, здесь не обходится без какого-то фокуса. Но я докопаюсь,
в чем там дело. А пока, мол, господин Томшик, это не демонстри-­
руйте больше никому.

На другой день Томшик летел перед Войтой с пятикилограм­мовыми гантелями в руках. Это оказалось потруднее, и он достиг всего лишь трех метров высоты, но Войта был доволен. После третьего раза репортер сказал:

— Слушайте, господин Томшик, не хочу пугать вас, но дело
очень серьезное. Этакие полеты без всякого аппарата могут иметь
важнейшее значение, например, оборонное, понятно? Этим должны
заняться специалисты. Надо продемонстрировать ваши полеты
экспертам, господин Томшик. Я все устрою.

* * *

И вот в один прекрасный день Томшик в трусиках предстал перед четырьмя экспертами во дворе Государственного института физической культуры. Он страшно стеснялся своей наготы, вол­новался и дрожал от холода, но Войта был неумолим: надо, мол, непременно в трусиках, чтобы было видно, как работают мышцы. Один из экспертов, толстый и лысый, оказался преподавателем физкультуры в университете. Вид у него был совершенно непри­ступный и на лице написано, что, мол, с научной точки зрения все это чушь и ерунда. Он нетерпеливо поглядывал на часы и что-то ворчал.

— Ну-с, господин Томшик,— не без волнения сказал Войта,—
Для начала давайте с разбегу.

Томшик испуганно рванулся вперед.

— Погодите,— остановил его профессор.— У вас совершенно
неправильный старт. Центр тяжести надо перенести на левую
йогу. Понятно? Повторите!

Томшик вернулся и попытался перенести центр тяжести на левую ногу.

— А руки, руки! — поучал эксперт.— Вы же не знаете, куда
их деть! Держите их так, чтобы они не мешали расправить
Рудную клетку. И потом, при разбеге вы задержали дыха­
ие, этого нельзя. Дышать надо медленно и глубоко. Ну-ка, еще
раз!

Томшик растерялся. Теперь он и в самом деле не знал, куда

деть руки и как дышать. Он смущенно топтался на месте, стараясь сообразить, где у него центр тяжести.

— Вперед! — крикнул Войта.

Томшик неуверенно замахал руками и побежал. Едва он от­толкнулся от земли, как тренер сказал:

— Плохо! Отставить!

Томшик хотел остановиться, но уже не мог. Он вяло оттолк­нулся левой ногой, взлетел на полметра и, повинуясь тренеру тотчас же опустился на землю и остался стоять.

— Совсем плохо! — воскликнул профессор.— А приседание
где? Падать надо на носки и пружинить приседанием на корточ­
ки. А руки выбросить вперед, понятно? Чтобы передать им инер­
цию падения,— это вполне естественное движение. Погодите,--
продолжал он,— я вам покажу, как надо прыгать. Смотрите на
меня внимательно.— Он скинул пиджак и стал на старт.— Обра­
тите внимание" вся тяжесть тела на левую ногу. Нога полусогну­
та, и тело подалось вперед. Локти отвести назад и тем самым раз­
вернуть грудную клетку. Делайте, как я!

Томшик повиновался. В жизни он не принимал такой неудоб­ной позы.

— Надо будет вам поупражняться,— заметил профессор.—
А теперь смотрите! Оттолкнуться — и бег вперед! — Он устремил­
ся вперед, пробежал шесть шагов, оттолкнулся, прыгнул, красиво
взмахнул руками и элегантно упал на корточки, выставив руки
вперед.— Вот как это делается! — сказал он, подтянув брюки.—
Повторите!

Подавленный Томшик вопросительно взглянул на Войту. Обя­зательно нужно так?

— Ну-ка, еще раз! — сказал тот, и Томшик скрючился в пред-­
писанную позу.— Вперед!

Томшик перепутал и выбежал не с той ноги. «Может быть, это не важно. Главное, выбросить руки, как он велел, и сделать приседание,— испуганно думал он на бегу и чуть не забыл под­прыгнуть. Но вот он быстро оттолкнулся от земли...— Только бы приземлиться с приседанием»,— мелькнуло у него. Томшик под­прыгнул на полметра и упал, пролетев метра полтора. Потом он торопливо присел па корточки и выбросил руки вперед.

— Но ведь вы не летели, господин Томшик! — воскликнул
Войта.— Пожалуйста, повторите!

Томшик снова разбежался и прыгнул всего па метр сорок, но зато опустился па носки, с приседанием, и вовремя выбросил руки. Он был весь в поту, и сердце у него бешено колотилось. «Боже, отвязались бы они от меня»,— думал он.

Потом он прыгал еще два раза, от дальнейших попыток шлось отказаться.

* * *

С того дня Томшик больше не умел летать.




Похожие:

Человек, который умел летать iconДокументы
1. /Игорь Акимов, Виктор Клименко - О мальчике, который умел летать, или путь к свободе.doc
Человек, который умел летать iconПосле прочтения пятой книги 1 Предатель в Ордене Феникса
В воздухе Гарри чувствовал себя просто великолепно легко и непринужденно. Единственное, что он, как оказалось, хорошо умел делать,...
Человек, который умел летать icon«человек XXI века» (Концепция развития школы №415)
Человек XXI века – это человек, который с детских лет не просто воспринимает стандарты человеческого поведения, но и активно, сознательно...
Человек, который умел летать icon«спасибо»
«Спаси Бог» того человека, который намеренно или из вежливости сделал тебя чуточку счастливее. И сегодня я хочу сказать спасибо тому...
Человек, который умел летать iconЯсная поляна
И потому может случиться, что человек, который видит смутно и у которого окошечко неясно, может перейти сам по своей воле к окошечку...
Человек, который умел летать iconКнига Есфири книга есфири
Во второй год царствования Ассуира великого в один из дней месяца Адара Нисана, который есть Дистрос, Ксантикос3, сон видел Мардохей...
Человек, который умел летать iconЧурилин вольдемар Викторович, капитан на судах Мурмансельди. В начале 1970-х годов руководимый им экипаж срт-р «Капитан Корольков»
Бмрт «А. Гмырев» в 1982-м. Под его началом ходил штурманом будущий капитан И. В. Гриднев, который так отзывался о характере Чурилина:...
Человек, который умел летать iconТы умеешь летать

Человек, который умел летать iconСоттаева Галина Юсуповна
Человек, который трудится не жалея себя, отдавая частицу своей души другим людям, развивая и обогащая свой профессионализм
Человек, который умел летать iconБейся там, где стоишь! (Слово о Геннадии Шичко)
В свое время Гоголь сказал: Пушкин – это русский человек, который явится миру через двести лет
Разместите кнопку на своём сайте:
Документы


База данных защищена авторским правом ©podelise.ru 2000-2014
При копировании материала обязательно указание активной ссылки открытой для индексации.
обратиться к администрации
Документы

Разработка сайта — Веб студия Адаманов