А. Барбараш icon

А. Барбараш



НазваниеА. Барбараш
страница1/3
Дата конвертации28.08.2012
Размер0.59 Mb.
ТипДокументы
  1   2   3

А. Барбараш


E-mail: barbarash@farlep.net





Часть 1


Одесса, 2006


Отмечено существование, кроме нашего мира, также неощутимого "нейтринного" мира, многократно превышающего видимый мир по массе. Указаны признаки вечного круговорота материи - спонтанного возникновения из обычного вещества нейтрино и антинейтрино, уходящих в "нейтринный" мир (в том числе, превращения в пустоте "ячеек” Вселенной водорода и гелия в частицы "нейтринного” мира), и противоположного превращения материи в зонах высокой гравитации. Процесс произвольного распада нуклонов атомного ядра с возникновением нейтрино объяснён как результат маловероятного туннелирования от кварка к кварку трёх типов цветовых зарядов, определяющих сильное взаимодействие, и возникновения, вследствие туннелирования, трёх видов нейтральных (по цвету) комбинаций цветовых зарядов с высокой проникающей способностью, совпадающих с понятиями электронного, мюонного и тау-нейтрино. Очень слабое взаимодействие нейтрино с другими частицами объясняется также ничтожной массой покоя нейтрино, возможно, равной кванту массы. По этой же причине, аннигиляция нейтрино и антинейтрино становится возможной только в достаточно сильных гравитационных полях - в ядрах квазаров и спокойных галактик, в меньшей степени - в ядрах звёзд, и ещё менее - в недрах планет. Малая масса нейтрино и слабость удара даже при встречном соударении с фотонами объясняют очень низкую вероятность их взаимодействия - один акт взаимодействия фотона зелёной части спектра с нейтрино (ведущий к передаче от фотона одного минимального кванта действия - постоянной Планка) приходится на 12 минут полёта, и вызывает эффект красного смещения (который создаёт иллюзию расширения Вселенной). При недостаточно точном соударении фотона с нейтрино, квантовый порог не достигается, и соударения как бы вообще не происходят, отчего столкновения фотонов с нейтрино не создают рассеяния света.

Главным антиэнтропийным процессом Вселенной названо рождение нейтрино и антинейтрино, с последующей аннигиляцией их в гравитационных полях. Поддержана мысль И.Д. Новикова о существовании ячеистого нейтринного каркаса Вселенной. Предполагается наличие в "нейтринном" мире трёх фазовых состояний материи - очень массивной "жидкой" фазы, самоорганизующейся в каркас ячеек (чем задаётся расположение скоплений галактик), менее массивной, равномерно распределённой "газообразной" фазы (определяющей космологическое красное смещение), и островов "твёрдой" фазы в гравитационных полях крупных небесных тел. Указаны признаки существования несимметричного энергетического барьера, затрудняющего перетекание "нейтринной” материи в наш мир.
Регистрируемые спутниками мощные всплески гамма-излучений трактованы как эффекты пробоя энергетического барьера в моменты зарождения новых галактик, а распад галактик объяснён их выходом из тела нейтринного каркаса. Отмечена сугубая хаотичность, непредсказуемость процессов прорыва материи через энергетический барьер, их доминирование в энергетике Солнца, вызов ими роста объёма Земли, с образованием трещин в земной коре и другими эффектами.

Данная работа - сокращённый фрагмент электронной книги "Код. Жизнь. Вселенная. (Теории и гипотезы)", размещённой на персональном сайте http://barbarashan.narod.ru


Оглавление

А. Барбараш 1

1. Круговорот материи во Вселенной 2

^ 2. Иллюзия расширения Вселенной 20



Идущий – прав. На пик взошедший – прав.

И даже прав сорвавшийся с вершины.

Неправ лишь тот, кто, зная о вершинах,

Стоит и медлит у подножья гор.


Валентин Сидоров


^

1. Круговорот материи во Вселенной


Джеймс Пиблс (один из наиболее заметных приверженцев идеи Большого Взрыва) предложил [Піблс, 2001] рассматривать теорию Большого Взрыва не как объяснение начала Вселенной, а как описание её эволюции. Такой необычный и осторожный подход позволяет подойти к трактовке наблюдаемых явлений по-новому. По его примеру, не станем и мы рассматривать непонятное возникновение Вселенной, первоначально будем считать её вечной, сосредоточимся на её современном состоянии, на наблюдаемых явлениях, и лишь по результатам станем судить о степени стационарности.

* * *

В 1930 году швейцарский физик Вольфганг Паули предсказал, (ради выравнивания баланса энергии при ядерных реакциях) существование особой частицы – нейтрино, очень слабо взаимодействующей с другими частицами. Одно взаимодействие нейтрино с протоном, по теории, должно было приходиться на сотню световых лет полёта нейтрино сквозь вещество.

Для экспериментального обнаружения нейтрино нужно было преодолеть эту трудность. Американские физики Рейнс и Коуэн воспользовались тем, что на расстоянии 10 метров от реактора мощностью в 300 тысяч киловатт каждый квадратный сантиметр пространства должны ежесекундно пронизывать до тысячи миллиардов нейтрино. Они установили рядом с реактором цистерну с веществом, содержащим большое количество водорода. При реакции нейтрино с ядром водорода, т.е. с протоном, должны возникать нейтрон и позитрон. Поскольку позитрон является античастицей электрона, он должен тут же аннигилировать, давая вспышку света. Образовавшийся нейтрон неизбежно вливается в какой-то атом вещества и вызывает ещё одну вспышку света. Такие вспышки, действительно, были зарегистрированы фотоэлектронными умножителями и подтвердили существование нейтрино.

В состав лептонов – элементарных частиц, участвующих в слабых взаимодействиях, входят заряженные (положительно или отрицательно) частицы – электрон, мюон и тау-лептон и соответствующее каждому из них нейтрино – электронное, мюонное и тау-нейтрино, а также их античастицы. Интересно, что во взаимодействиях лептон и соответствующее ему нейтрино всегда участвуют попарно. Электронное, мюонное и тау-нейтрино были экспериментально обнаружены соответственно в 1956, 1962 и 1997 годах.

В последние годы одной из наиболее острых проблем физики элементарных частиц являлся вопрос о существовании у нейтрино массы покоя. Опыты, выполняемые на грани экспериментальных возможностей, приносили то положительные, то отрицательные сообщения о массе покоя нейтрино. В 1980 году группа учёных ИТЭФ (Москва) заявила о существовании массы покоя электронного антинейтрино. Потом их опровергла серия экспериментов в США, Японии и Швейцарии, а также анализ нейтринного сигнала от вспышки сверхновой 1987А. Затем в Японии (в эксперименте Super-Kamiokande) были получены указания на нейтринные осцилляции, что снова говорило о ненулевой массе нейтрино.

Исследования проблем, связанных с нейтрино, ведутся широким фронтом. В 2000 году были завершены эксперименты по регистрации солнечных нейтрино на подземном детекторе MACRO и продолжены исследования на трёх подземных нейтринных детекторах: Super-Kamiokande (SK) (Япония), Баксан (Россия) и Soudan 2 (Канада), на глубоководном детекторе HT200 (Байкал) и подлёдном детекторе AMANDA (Антарктида). Основная статистика нейтринных событий была набрана на детекторах SK, Баксан, MACRO и IMB3 (США, подземный детектор, на котором эксперименты были завершены в 1994 году). Статистика превысила 3000 случаев, расцениваемых как регистрация нейтрино. В последнее время появилась новая информация о существовании у нейтрино, хотя и очень малой, но несомненной массы покоя. Постепенно выясняется, что именно малая масса вела к противоречивости результатов экспериментов. После этого приходится удивляться лишь немыслимо большому количеству нейтрино во Вселенной.

* * *

Сверхмалое „сечение взаимодействия” нейтрино при их встречах с другими частицами до сих пор не получило научного объяснения. В литературе не встречаются даже догадки о природе этого странного, уникального явления. Между тем, особая роль нейтрино во Вселенной привлекает к ним всё большее внимание, требует хотя бы гипотетических ответов на возникающие вопросы. Одной из интригующих загадок, связанных с нейтрино, и относящихся к этому же кругу проблем, является отсутствие признаков аннигиляции перемешанных в космической пустоте (и близких по количествам) нейтрино и антинейтрино. Попытаюсь предположить, в чём же дело.

Нейтрино оказались самыми лёгкими из известных элементарных частиц с массой покоя. Их масса наиболее близка к кванту массы, а возможно, даже равна ей. Нужно думать, именно это и привело к наиболее яркому проявлению в данной группе частиц характерных особенностей квантового мира, обусловило уникальные черты их поведения. При отсутствии внешних силовых полей, их столкновения с другими частицами, как правило, оказываются столь слабыми, что эффект взаимодействия не достигает квантового порога – постоянной Планка – и соударения как бы вообще не происходят. Без внешних полей, пороговый эффект взаимодействия достигается только в редчайших случаях особо точных встречных соударений, когда одновременно выполняются следующие три условия:

– отклонение от строгой параллельности траекторий частиц не превышает кванта угла;

– несовпадение центров частиц в месте встречи не превышает кванта расстояния;

– отклонение фазы колебаний каждой частицы от нуля не превышает кванта времени.

Такая ситуация объясняет, в частности, упомянутый факт отсутствия аннигиляции нейтрино и антинейтрино в просторах космической пустоты. Произведение „сечений взаимодействия” нейтрино и антинейтрино оказывается настолько малым, что при условии квантования, его можно считать строго равным нулю. Зато в ядрах квазаров и обычных галактик, где интенсивные гравитационные поля многократно усиливают соударения частиц (превышая тем самым квантовый порог), наблюдается бурное возникновение вещества и потоков энергии, что может быть объяснено как раз аннигиляцией больших масс нейтрино и антинейтрино. Есть основания полагать, что такие же, но более слабые (в соответствии с меньшей гравитацией) процессы аннигиляции добавляют вещество и энергию ядрам звёзд, планет и даже их крупных спутников (о чём подробнее – в главе 4).

Как ни парадоксально, проникающая способность нейтрино снижается при увеличении его энергии. С другой стороны, по изложенной гипотезе так и должно быть – чем больше энергия столкновения нейтрино с частицами вещества, тем чаще преодолевается квантовый порог и происходит взаимодействие нейтрино с атомами вещества.

* * *

В 1933 г. швейцарский астроном Фриц Цвикки при измерениях скоростей движения галактик в районе созвездия Волос Вероники, обнаружил существование какой-то скрытой массы. Так „в поле зрения” учёных впервые попало невидимое вещество Вселенной. Галактики исследуемого скопления двигались так быстро, что для удержания их в скоплении требовалась масса, примерно вдесятеро превышающая его видимую массу. Так возник „парадокс Цвикки”, подтвердившийся позже при изучении других скоплений галактик.

Дело в том, что существуют два независимых способа определения массы скопления галактик. Один из них основан на хорошо изученной связи между массами звёздных систем и их светимостями. Измеряя светимости, можно довольно точно определить массы галактик и их групп. Другой способ основан на использовании теоремы вириала, по которой кинетическая энергия устойчивой динамической системы равна половине потенциальной энергии тяготеющих масс. Эта теорема была доказана ещё в XIX веке и многократно подтверждена. Например, известно, что в атоме кинетическая энергия каждого электрона равна половине его же потенциальной энергии. Поскольку скорости и радиусы движения галактик можно определить с хорошей точностью, это позволяет определить так называемую „вириальную” массу (по названию теоремы). И вот здесь-то оказалось, что „вириальные” массы превышают массы, определённые по светимости, в десятки и в сотни раз!

Естественно, что проблема не обошла и нашу Галактику. В 1970-е годы выяснилось, что внешние области Млечного Пути, вопреки законам небесной механики, имеют такие же угловые скорости вращения вокруг галактического центра, как и внутренние! Эта аномалия легко объясняется всё тем же предположением о существовании скрытой массы. Если допустить, что Галактика полностью погружена в огромное массивное невидимое „облако” (не оказывающее сопротивления её движению!), то странности её кинематики становятся понятными и закономерными.

„Наблюдения установили, что всякое скопление галактик обладает массой, раз в 5–10 большей суммарной массы всех, содержащихся в нём галактик … Откуда взять недостающее вещество? Астрономия его не находит … Приходится констатировать, что ни астрономы, ни физики не знают сейчас, что составляет бóльшую часть Вселенной.” [Мартынов, 1988] Подобная ситуация сохраняется и сегодня.

Если предположить, что невидимая материя представляет собой совершенно прозрачный, не обнаруживаемый телескопами газ, то при таком количестве он должен был бы, как минимум, тормозить движение небесных тел, как воздух тормозит полёт артиллерийского снаряда. Но невидимая материя (теперь полагают, что она примерно в 20 раз превышает массу материи знакомого нам мира) никак (кроме гравитации) не влияет на движение звёздных систем – нигде во Вселенной не тормозит, не ускоряет и не отклоняет их.

Перед нами не просто невидимая материя! Наука столкнулась с тяготеющей материей, неощутимой и для органов чувств, и для приборов, и вообще для любых материальных тел нашего мира! Проблема скрытой массы Вселенной очень активно изучается учёными всего мира. Достаточно полно осветить здесь эти работы невозможно. Поэтому отметим лишь работу последних лет – обнаружение так называемых „галактик c низкой поверхностной яркостью” [Бозан, 2001]. Они похожи на обычные спиральные галактики, с обычной массой, но почему-то имеют многократно увеличенный диаметр, что снижает их яркость, и затрудняет выявление на фоне обычных галактик. Естественно, что обнаружение не замеченного ранее типа галактик несколько изменяет расчётное количество скрытой массы. Но не намного. Общая ситуация решительных перемен не претерпела.

Исключительно слабо взаимодействуя с обычным веществом, нейтрино могут пронзить свинцовую стену толщиной в миллион километров! Поэтому, с точки зрения физики, огромная масса скрытой материи Вселенной, не тормозящей движение небесных тел, вовсе не является чем-то экстраординарным. Обнаруженные астрономами феномены допускают, но не требуют выявления новых видов материи. Невидимая материя обладает как раз такими свойствами, какие следует ожидать от колоссальных скоплений нейтрино.

Кроме нейтрино, предсказано существование и других элементарных частиц, например, гравитонов, которые, практически, не взаимодействуют с окружающим веществом, соответственно, не воздействуют на органы чувств и крайне трудно регистрируются приборами. Конечно, и они могут являться компонентами скрытой массы (подобно тому, как и среди видимой материи вполне возможно обнаружение новых частиц).

Астрофизикам эти факты известны. „Что касается нейтрино и гравитационных волн, то … взаимодействие этих видов … материи с веществом крайне слабое и поэтому, если бы Вселенная была заполнена нейтрино или гравитационными волнами с плотностью массы … даже больше ρкрит1, то всё равно прямые физические методы не позволили бы их обнаружить … Нейтрино … очень многочисленны во Вселенной … В одном кубическом сантиметре их в среднем более, чем в миллиард раз больше, чем протонов.” [Новиков, 1990]

* * *

Другой проблемой астрофизики является загадочное возникновение вещества и энергии в ядрах галактик. Ещё в 1928 г. английский астроном Джеймс Хопвуд Джинс писал: „Настойчиво заявляет о себе предположение, что центры туманностей2 имеют природу точек сингулярности, в которых в нашу Вселенную вливается вещество из каких-то других, совершенно неизвестных нам пространственных измерений и которые проявляют себя в нашей Вселенной как точки, где происходит непрерывное образование вещества”. [Новиков, 1990]

Центральные области множества галактик сейчас изучены довольно подробно, но это лишь подтвердило первоначальное представление. Обычно в центре галактики имеется сгущение, называемое ядром, а внутри ядер многих галактик наблюдаются более яркие зоны замысловатой формы – керны. Природа ядер резко отличается от природы остальных частей галактик. В них-то и наблюдается активное выделение вещества и энергии.

Большие неожиданности принесло открытие квазаров (квазизвёздных объектов), автором которого явился американец голландского происхождения Мартен Шмидт. Он анализировал загадочный спектр голубой звезды, зарегистрированной под номером 3С 273 (273-я позиция в третьем кембриджском каталоге) и высказал мысль, что непонятный вид спектра объясняется аномально большой величиной красного смещения. Это подтвердилось, и показало, что исследуемый объект находится на расстоянии в несколько миллиардов световых лет от Земли. Выходило, что это вовсе не звезда нашей Галактики, а загадочный объект, находящийся у границ видимой (в 1960-е годы) части Вселенной.

Отсюда следовало, что объект излучает неправдоподобно большое количество энергии, подобное излучению сотни крупнейших галактик! Кроме сверхмощного излучения, объект выбрасывал из себя в разные стороны колоссальные массы вещества со скоростями порядка тысяч километров в секунду, что вызывало расширение спектральных линий. После интенсивных исследований оказалось, что квазары – это очень активные ядра далёких галактик. Иногда, прикрыв яркое ядро, удавалось разглядеть и саму галактику. Полагают, что сегодня в видимой части Вселенной можно насчитать около десяти миллионов квазаров. Распределены они довольно неравномерно, плотнее всего – приблизительно на расстоянии в 2 млрд. световых лет. Но некоторые из них удалены на десятки миллиардов световых лет.

Активность квазаров особенно удивительна потому, что они являются компактными образованиями – их поперечники составляют несколько световых месяцев, максимум – световой год (для сравнения – поперечник нашей галактики Млечный Путь оценивается примерно в 100'000 световых лет). Не только источник вещества, но и источник энергии квазаров непонятен; ясно лишь, что это не термоядерные реакции, поскольку они не могли бы дать такой высокий выход энергии из столь малого объёма.

Активность квазаров проявляется, в частности, в виде истечения газообразного вещества компактными, но очень мощными струями, в двух противоположных направлениях, вероятно, совпадающих с осью вращения квазара. Эти струи принято называть джетами. Длина джетов достигает сотен тысяч световых лет, но иногда они тянутся на мегапарсеки [Мартынов, 1988], что говорит о чрезвычайной активности квазаров много миллионов лет подряд. Длительный выброс такого количества вещества и энергии без одновременного притока их извне не удаётся объяснить никакими известными процессами.

Изучение квазаров и так называемых активных галактик показало, что галактики могут пребывать в двух различных состояниях – в активном и в спокойном, что определяется процессами в ядре галактики, а между крайними уровнями активности наблюдается ряд переходных состояний. Судя по тому, что процент активных галактик очень мал, активная стадия составляет лишь небольшую часть общего времени их существования. Остальное время галактики проводят в относительно спокойном состоянии.

Активные галактики отличаются, прежде всего, исключительно мощным ультрафиолетовым излучением. Для них характерно также интенсивное радиоизлучение нетеплового (вероятно – синхротронного) происхождения. Кроме того, они проявляют признаки мощных взрывных процессов. Сильно расширенные линии спектра говорят о бурных и разнонаправленных движениях вещества. Регистрируется также сверхмощное излучение явно нетеплового происхождения в рентгеновской и инфракрасной областях или в сплошном оптическом спектре. Наблюдаются исключительно высокая светимость ядра и мощное гамма-излучение.

^ Взрывная природа протекающих процессов подтверждается быстрыми вариациями интенсивности излучения и мощными выбросами в пространство огромных масс вещества, излучающих в оптическом и в радиодиапазонах. При этом активность квазара напоминает пожар на складе боеприпасов, когда взрывы долго следуют друг за другом. И оптическое, и радиоизлучение квазаров часто проявляет периодичность, отчего некоторые квазары раньше были известны как переменные звёзды. „Квазары … не являются объектами, совершенно чуждыми нормальным галактикам .., так как существуют объекты, промежуточные по физическим свойствам между теми и другими.” [Мартынов, 1988]

Вариации активности ядер галактик размывают границы между разными группами. Так, давно известная звезда X Comae во время вспышки 1911 г. достигла такой абсолютной звёздной величины, что в этот период являлась квазаром. Её блеск за считанные месяцы менялся на 1–3 единицы звёздной величины, после чего следовали длительные периоды покоя.

Самое примечательное у активных галактик – частые случаи скоротечных изменений активности. ^ Отмечались изменения блеска вдвое за месяц, а иногда даже в течение одного-двух дней. У квазара 3С 446 между осенью 1965 и летом 1966 г. интенсивность излучения выросла в 20 раз. Столь быстрые изменения у объектов размером в один парсек представляются странными и даже невозможными, так как свет проходит парсек за 3,26 года и невозможно представить себе процесс, распространяющийся с более высокой скоростью. Приходится допускать, что быстрые изменения излучения происходят в каких-то небольших образованиях внутри сложной структуры квазара. Но тогда плотность излучения должна достигать ещё более чудовищных (чем при равномерном свечении всего квазара) и совершенно интригующих величин.

Заметим, что активность ядер нормальных галактик (например, таких, как наш Млечный Путь) также заслуживает уважения. В центральной части нашей Галактики вырисовывается область поперечником около 65 световых лет, существенно отличающаяся от всех других областей. По косвенным данным, подавляющая часть её массы сосредоточена в звёздах. Но газовые облака здесь ускоряют движение по мере приближения к центру, что говорит о существовании в самом центре сильно тяготеющего объекта. По новейшим оценкам масса этого объекта составляет примерно 2,6 миллионов солнечных масс. В этой же области находится компактный источник нетеплового радиоизлучения сантиметрового диапазона. В центре его расположено ещё более яркое и очень компактное „радиопятно”, которое могло бы поместиться внутри орбиты Юпитера. Его светимость на единицу объёма чрезвычайно велика – она сравнима со светимостью наиболее мощных источников излучения в нашей Вселенной!

Говоря о возникновении вещества „из Ничего”, отметим, что и ядро нашей Галактики, кроме мощного радиоизлучения, непрерывно выбрасывает газ в количестве 1,5 массы Солнца в год. Даже без учёта огромных затрат энергии, объект с массой в 2,6 миллионов масс Солнца от такого выброса газа должен исчерпаться, грубо говоря, через 1,7 миллиона лет (тогда как Земля существует более 4,5 млрд. лет). А ведь в прошлом ядро нашей Галактики, надо полагать, выбрасывало вещество и энергию несравненно интенсивнее, чем сейчас. Иначе говоря, даже ядро такой спокойной галактики, как наша, проявляет необъяснимую, не согласующуюся с расчётами активность. Ещё менее понятно, откуда берётся баснословное количество вещества и энергии, выбрасываемых квазарами.

Поскольку возникновение материи „из Ничего” плохо стыкуется с наукой, для объяснения процессов в ядрах галактик немецким физиком П. Иорданом была выдвинута гипотеза о том, что во Вселенной существует особый, пока ещё не обнаруженный вид материи, особый вид поля. У нас ещё просто нет инструментов для наблюдения подобного поля. Между тем, его энергия с течением времени постепенно, монотонно переходит в обычные для нас формы в энергию и массу элементарных частиц. Это поле назвали „полем творения”.

Пытаясь найти другое объяснение источника вещества и энергии квазаров, В.А. Амбарцумян выдвинул гипотезу о том, что ядра галактик и квазаров являются местом перехода вещества из дозвёздного существования (в форме недоступных наблюдению сверхплотных тел) в обычные для астрономии формы в виде звёзд или разрежённой межзвёздной среды. [Мартынов, 1988] Произошедший с тех пор значительный прогресс наблюдательной астрономии не принёс каких-либо подтверждений такого варианта гипотезы.

* * *

Существование во Вселенной огромных количеств нейтрино (судя по всему, многократно превышающих наш мир по массе) можно рассматривать как объединение в одном и том же пространстве и времени двух взаимопроникающих миров – видимого и невидимого, нашего и „нейтринного”. Их можно назвать проявленным и непроявленным мирами. Между этими мирами существуют сложные взаимоотношения. С одной стороны, они чужды друг другу, практически не взаимодействуют (если не считать тяготения). Но с другой стороны, они взаимосвязаны – в определённых зонах пространства материя одного мира переходит в другой [Барбараш, 2002а, 2002б].

При таком видении Вселенной протягивается цепочка от нейтрино и невидимого мира к феномену квазаров. Вот что пытались объяснить П. Иордан и В.А. Амбарцумян! Напрашивается вывод, что именно через ядра галактик (прежде всего – квазаров) невидимая „нейтринная” форма материи, обнаруживающая себя „вириальной” массой, врывается в наш мир, превращаясь в потоки знакомого астрономам вещества и в мощные выбросы энергии.

Конечно, переход материи из невидимого мира в наш мир не может быть односторонним. Иначе за миллиарды лет один мир переполнился бы, а другой исчерпался бы. То, что этого не произошло, что ядра галактик продолжают выбрасывать вещество и энергию, говорит о существовании, кроме прямого превращения материи в ядрах галактик из „нейтринной” формы в обычную, также и обратного процесса – массового перехода видимой материи в „нейтринную” форму. При этом не исключено, что „нейтринная” форма материи, кроме нейтрино, включает в себя и другие частицы с высокой проникающей способностью (отчего её название и взято в кавычки). Вероятно, так замыкается вечный круговорот материи.

Собственно, обратный поток и искать не нужно – кроме мощных термоядерных реакций в недрах звёзд, кроме реакторов АЭС, нейтрино рождаются и при других процессах в ядрах атомов. Например, один из нейтронов ядра превращается в протон с выделением электрона и антинейтрино при спонтанном превращении стронция-90 в иттрий-90 (или, скажем, свинца-214 в висмут-214 и т.д.). В другом варианте процессов фосфор-30 превращается в кремний-30 (или, аналогично, натрий-22 в неон-22 и т.п.) при спонтанном превращении одного из протонов ядра в нейтрон с выбрасыванием позитрона и нейтрино.

Поскольку нейтрино рождаются в очень больших количествах при термоядерных реакциях в недрах звёзд, а звёзды представляют собой около 92% вещества нашего мира, то рождение нейтрино в ходе ядерных процессов синтеза и распада является во Вселенной одним из очень интенсивных процессов. На космическую роль этого явления обращали внимание давно. Например, в работе [Васильев, Станюкович, 1969] с характерным подзаголовком „о материи – живой и спящей” писалось: „Если посмотреть шире, в масштабах Вселенной, можно сказать, что в ней идёт непрерывный процесс перетекания материи из вещественного состояния в … поле нейтрино … ”.

Но, несмотря на большую интенсивность генерирования нейтрино звёздами3, некоторые данные заставляют думать, что не меньшее значение имеет другой тип перехода видимой материи в „нейтринное” состояние. О чём речь?

В мире элементарных частиц нет стабильности. Одни частицы спонтанно перерождаются в другие, а те – в третьи и т.д., причём события могут каждый раз случайно выбирать один из нескольких возможных сценариев. Знакомство с такими процессами началось с обнаружения факта рождения пары электрон-позитрон из фотонов. Возможно и обратное превращение электронно-позитронной пары в фотоны. „Дальнейшее развитие физики превратило эту сравнительно частную констатацию порождения и уничтожения электронно-позитронных пар и фотонов в исток нового физического мировоззрения, основанного на понятиях трансмутации частиц.” [Кузнецов, 1983]

В ряде случаев недолговечные частицы продлевают свою жизнь, объединившись с частицами других типов. Так, стабильные, казалось бы, нейтроны атомных ядер, если их освободить от внешних связей, распадаются примерно через 16 минут, превращаясь в протоны, электроны и антинейтрино. Есть и противоположные примеры. В частности, высокостабильный в свободном состоянии протон может закономерно трансмутировать в нейтрон, позитрон и нейтрино, оказавшись в ядре атома, подверженного радиоактивному β+-распаду. Важно подчеркнуть, что нейтрино участвуют во многих подобных трансмутациях. Можно напомнить, что сам факт существования нейтрино впервые был экспериментально подтверждён благодаря реакции распада протонов (ядер атомов водорода) на нейтроны и позитроны под ударами нейтрино. Есть основания предполагать, что при отсутствии внешних источников энергии (например, силовых полей) подобный распад протона под ударом нейтрино способен породить новые нейтрино.
  1   2   3




Похожие:

А. Барбараш iconОглавление
Примечание. Настоящая публикация представляет собой доработанный вариант первой части электронной книги: Барбараш А. Н. „Код. Жизнь....
А. Барбараш iconА. Барбараш
Наука вечна в своём стремлении, неисчерпаема в своём источнике, неизмерима в своём объёме и недостижима в своёй цели.”
А. Барбараш iconА. Барбараш
Но есть группа эукариот с особой организацией транскрипции, заслуживающая отдельного рассмотрения. Речь идёт о транскрибировании...
А. Барбараш iconА. Барбараш
Именно решение проблемы наследственного осуществления информации в процессе индивидуального развития, проблем генетики развития,...
А. Барбараш iconА. Барбараш
Продвижение науки вперёд часто происходит тогда, когда перед нами раскрывается неведомая доселе сторона вещей, что обусловлено не...
А. Барбараш iconА. Барбараш
Как отмечалось выше (см гл. ), каждый коннексон имеет вид трубочки, пронизывающей стенки соседних клеток и связывающей между собой...
А. Барбараш iconА. Барбараш
Рудольф Юлиус Эмануэль Клаузиус, который в 1870 г сформулировал и доказал упоминавшуюся выше теорему вириала, а кроме того, обосновал...
Разместите кнопку на своём сайте:
Документы


База данных защищена авторским правом ©podelise.ru 2000-2014
При копировании материала обязательно указание активной ссылки открытой для индексации.
обратиться к администрации
Документы

Разработка сайта — Веб студия Адаманов