Книга о рыцарском ордене icon

Книга о рыцарском ордене



НазваниеКнига о рыцарском ордене
страница1/3
Дата конвертации03.06.2012
Размер0.53 Mb.
ТипКнига
  1   2   3

RAMON LULL

LIBRE DE L'ORDE DE CAVALERIA





РАМОН ЛЬЮЛЬ

КНИГА О РЫЦАРСКОМ ОРДЕНЕ





КНИГА О РЫЦАРСКОМ ОРДЕНЕ

Господь, всеблагой и преславный, все сущее в себе заключающий: в милости Твоей и благо-волении берет начало сия книга, повествующая о рыцарском ордене.

ПРОЛОГ


1. Подобно семи планетам,

2. Случилось как-то в одной стране, что не-кий мудрый рыцарь,

3. В лесной чаще, в которой поселился ры-царь, была живописная поляна, которую укра-шало древо, все усыпанное плодами. Неподале-ку от этого древа протекал ясный, сверкающий ручей, питавший влагой поляну и все растущие окрест деревья. Рыцарь имел обыкновение по-сещать ежедневно этот уголок, дабы возносить-ся мыслями и молитвами к Господу, которому он воздавал хвалу за ту неизъяснимую благо-дать, коей был осенен на протяжении всей своей жизни.


4. Как-то ранней весной некий достославный король,

5. Воспользовавшись тем, что оруженосец за-снул, его конь свернул с дороги, углубился в лес и брел по нему по своему усмотрению, пока не оказался у ручья, где рыцарь пребывал в мо-литве. Как только рыцарь увидел оруженосца, он прервал молитву, устроился в тени дерева на живописной поляне и погрузился в чтение кни-ги, которую носил с собой в сутане. Конь стал пить из источника воду, а дремавший доселе оруженосец, почувствовав, что конь остановил-ся, проснулся и увидел перед собой рыцаря, старого годами, длиннобородого, с длинными прядями волос и в рваной одежде; от суровой ас-кезы был он изможден и худ; от непрестанных рыданий поблекли его глаза, да и весь его облик выдавал в нем человека праведной жизни. Ве-лико было их удивление, когда узрели они друг друга, ибо рыцарь долгое время, с тех пор как оставил он свет и расстался с оружием, провел в уединении; а оруженосец дивился тому месту, в котором он очутился.


6. Спешился оруженосец, почтительно при-ветствуя рыцаря, и отвечал ему рыцарь со всей возможной учтивостью, и расположились они на мягкой траве друг против друга.
Догадался рыцарь, что оруженосец, оказывая ему честь, не хочет говорить первым, и сказал:


- Друг мой, каковы ваши планы, откуда вы путь держите и зачем вы сюда прибыли?

- Господин мой, - ответил оруженосец, - пронесся слух, что один достославный король вознамерился устроить великое празднество, дабы во время оного не только самому вступить в рыцарский орден, но посвятить в рыцари и других баронов - своего королевства и запре-дельных стран; потому-то я и направляюсь к его двору, дабы быть посвященным в рыцари. А в этом уединенном месте я оказался благодаря моему коню, который забрел сюда, пока я спал, сморенный многодневной усталостью.


7. Стоило лишь рыцарю услышать о рыцар-стве, как вспомнил он о рыцарском ордене и обо всем том, что связано с рыцарями, вздохнул он и глубоко задумался, памятуя о высокой чести, которая была ему, благодаря его многолетней принадлежности к рыцарству, дарована. И спросил оруженосец рыцаря, погрузившегося в воспоминания, о чем задумался он. Рыцарь от-ветил:

- Сын мой, я думаю о рыцарском ордене и о высоком предназначении рыцаря, призванного поддерживать славу рыцарства.


8. Оруженосец попросил рыцаря поведать ему о рыцарском ордене и о назначении челове-ка сохранять и приумножать славу, дарованную ему Господом.-

9. Выслушав упреки и порицания рыцаря оруженосцу, вознамерившемуся стать рыцарем, оруженосец сказал рыцарю:

- Господин мой, если бы вы сочли возмож-ным просветить меня в устоях рыцарства, по-лагаю, что я вполне способен был бы их усво-ить и следовать рыцарским обычаям и установ-лениям.

- Друг мой, - сказал ему рыцарь, - обы-чаи и установления рыцарства заключены в этой книге, которую я время от времени перечи-тываю, дабы не забывать о милости и благорас-положении, которыми Господь меня одарил, ибо ко славе и процветанию рыцарского ордена я приложил немало сил; и если рыцарь всем, что ни есть в нем, обязан рыцарству, то и сам он должен быть готов пожертвовать всем ради ры-царства.

10. Рыцарь протянул книгу оруженосцу; и, прочитав ее, тот понял, что рыцарь - это один из тысячи, избранный, которому предначертан наиблагороднейший удел; осознал он устои и обычаи рыцарства и, поразмыслив немного, сказал:

- Хвала Создателю за то, что привел он ме-ня вовремя в это место, где открыли мне глаза на рыцарство, к которому я столь долго стре-мился, не ведая ни благородства его установле-ний, ни славы, которой Господь одарил всех тех, кто принадлежит к рыцарскому ордену.


11. «Дорогой друг, - сказал рыцарь, - дни мои сочтены, недолго мне осталось жить; и если книга эта предназначена для того, чтобы вновь утвердились на земле благочестие, верность и устои, которые должны воцариться, дабы мог рыцарь поддерживать свой орден, возьми, сын мой, эту книгу ко двору, к которому ты направ-ляешься, и просвети с ее помощью всех тех, кто вознамерился стать рыцарем; храни ее хоро-шенько, ибо теперь ты ее обладатель, если толь-ко тебе дорот рыцарский орден. А когда ты уже будешь посвящен в рыцари, заверни в наши края и поведай мне о тех, кто, став рыцарями, не подчинился рыцарскому уставу».

12. Рыцарь благословил оруженосца, и ору-женосец взял книгу, сердечно попрощался с ры-царем и, сев на коня, п веселом расположении духа отправился на празднество. Прибыв ко двору, он поведал о книге, показав ее благоче-стивому королю и всем его приближенным, и добился того, что всякий, кто мечтал быть по-священным в рыцари, мог переписать книгу, дабы каждый раз, перечитывая ее, вспоминать о рыцарском ордене.


Часть I

^ О ПРЕДНАЗНАЧЕНИИ РЫЦАРСТВА

1. Иссякли в мире милосердие, преданность, справедливость и правда;

2. В мире, в котором не оставалось места ми-лосердию, попранной оказалась справедли-вость, и тогда она была вынуждена для восста-новления своего достоинства прибегнуть к помо-щи страха; ради этого весь народ был поделен на тысячи, а из каждой тысячи был избран и выделен один,

3. Среди животных было выбрано животное самое красивое, самое быстрое и самое вынос-ливое, наиболее приспособленное к тому, чтобы служить человеку; а коль скоро конь - самое благородное из всех животных, способное как нельзя лучше служить человеку, то его и реши-ли предоставить человеку, выбранному среди других людей, и назвали этого человека рыца-рем.

4. Едва лишь наиблагороднейший человек был обеспечен наиблагороднейшим животным, возникла необходимость снабдить его достойны-ми доспехами, пригодными для сражений и способными предохранить от ран и от смерти; и та-кие доспехи были найдены и вручены рыцарю.


5. Следовательно, кто вознамерился стать рыцарем, должен задуматься и поразмыслить над высоким предназначением рыцарства; же-лательно, чтобы душевное благородство и над-лежащее воспитание были в согласии с предна-значением рыцарства, иначе рыцарь вступит в вопиющее противоречие с рыцарским орденом и его принципами. Ибо не следует рыцарскому ордену пятнать свое доброе имя, пополняясь врагами и людьми, жизненные принципы кото-рых ему враждебны.


6. Между любовью и трепетом царит согла-сие, равно как царит оно и между враждой и пренебрежением; поэтому люди, отдавая долж-ное душевному благородству, изысканности ма-нер и той высокой чести, которой рыцарь был удостоин, будучи избран и наделен конем и до-спехами, станут любить его и трепетать перед ним; и тогда вместе с любовью вернутся в мир милосердие и доброжелательность, а вместе с трепетом вернутся прайда и справедливость.


7. Мужчина, наделенный от природы более глубоким и обширным умом, чем женщина, и превосходя ее силой, может быть лучше женщи-ны; ибо если бы он уступал ей в этом, получа-лось бы, что доброта и мощь не имеют ничего общего с великодушием и добрыми делами. От-сюда следует, что мужчине не только в большей степени, чем женщине, предначертано быть доб-рым и великодушным, но он более, чем женщи-на, предрасположен и к вероломству; ибо не будь так, не был бы он достоин больших высот в великодушии и не проявлял бы большей душев-ной щедрости, чем женщина.


8. Хорошенько задумайся, оруженосец, что тебя ждет на поприще рыцарства; ибо если ты станешь рыцарем, то свяжешь себя и славой, и служением, сопряженными с друзьями рыцар-ства; чем выше твои добродетели, тем безуслов-нее твой высокий долг' перед Богом и людьми; если же ты поступаешь вероломно, то стано-вишься смертным врагом рыцарства, чуждым его принципам и его славе.


9. Столь высоки достоинства рыцарского ор-дена, что не только вступают в него наиблаго-роднейшие люди, обладающие наиблагородней-шими конями и наиблагороднейшим оружием, но стало само собой разумеющимся, что люди, принадлежащие к рыцарскому ордену, стано-вятся сеньорами. И если быть господином столь почетно, а рабом столь прискорбно, то можешь себе представить, сколь унизительно для твоих добропорядочных подданных или соратников сознавать, что ты, принадлежа к рыцарскому ордену, был подлым и низким; ибо твоя низость выдавала бы в тебе скорее подданного и недо-стоин ты был бы принадлежать к отмеченным благородством рыцарям.10. Быть избранным, иметь коня, доспехи и быть господином еще недостаточно для того, чтобы претендовать на высокую честь принад-лежности к рыцарству, ибо рыцарь нуждается также в оруженосце и стремянном, которые за-ботились бы о нем и о его конях. Необходимо также, чтобы кто-то пахал, перекапывал землю и выпалывал сорняки, дабы давала она плоды, которыми питаются рыцарь и его кони; следует ему также ездить верхом, вести жизнь сеньора и находить усладу в том, что приносит тяготы и заботы его подданным.


11. Доктриной и учением вооружены клири-ки, дабы с готовностью и со знанием дела лю-бить, познавать и славить Господа и его творе-ние, просвещать истинным учением народ и давать ему пример любви и прославления Гос-пода; а поскольку миссия эта требует знаний и подготовки, они обучаются в школах. Тем са-мым ясно, что как клирики, отличаясь целомуд-ренной, достойной подражания жизнью и боль-шими познаниями, призваны своим орденом к тому, чтобы склонять людей к благочестию и добродетельной жизни, так и рыцари, оправды-вая свое предназначение душевным благород-ством и мощью своей длани, принадлежат к ор-дену, призванному к тому, чтобы держать лю-дей в страхе, дабы не осмеливались они совершать преступления друг против друга.

12. Наука и школа рыцарства предписывают рыцарю позаботиться о том, чтобы сын его в юном возрасте был обучен верховой езде, ибо, не овладей он этим искусством в юности, в ста-рости он им уже не овладеет. Необходимо также, чтобы сын рыцаря, будучи оруженосцем, при-учился ухаживать за конем; желательно также, чтобы сын рыцаря, прежде чем стать господи-ном, побывал в подчиненных и привык прислу-живать господину, ибо как же иначе, став рыца-рем, узнал бы он, в чем заключается достоин-ство сеньора. Поэтому следует рыцарю отдать своего сына в услужение к другому рыцарю, дабы научился он прислуживать за столом и в по-ходе,13. Подобно тому, как желающий стать плот-ником должен поступить в подмастерья к плот-нику, а желающий стать сапожником поступить в подмастерья к сапожнику, тот, кто искренне помышляет о рыцарском ордене, должен посту-пить в услужение к рыцарю; ибо если бы оруже-носец, вознамерившийся стать рыцарем, осваи-вал бы науку рыцарства у кого бы то ни было, но только не у рыцаря, это было бы столь же не-суразно, как если бы плотник обучал тонкостям своего ремесла того, кто готовится стать сапож-ником.


14. Так же как у судейских, лекарей и кли-риков есть ученые книги и посещают они лек-ции и обучаются своим наукам, и в рыцарском ордене было бы недостаточно лишь на практике обучать оруженосца заботиться о коне, служить своему господину, ратоборствовать вместе с ним и прочее, но желательно было бы обучать ры-царской науке в специальных школах, и чтобы наука эта была описана в книгах, и чтобы она преподавалась, подобно иным наукам, и чтобы сыновья рыцарей сначала обучались бы азам рыцарской науки в школах, а затем станови-лись оруженосцами и следовали за рыцарями в их походах.

15. Если не будет недостатка в клириках и в рыцарях, все будет в порядке и с остальными людьми; ибо благодаря клирикам они проника-ются благочестием и любовью к Господу, а бла-годаря рыцарям остерегаются совершать преступления друг против друга. Отсюда следует, что если клирики, совершенствуясь в споем де-ле, посещают школы, где в их распоряжении имеются учителя и науки, и если столько наук изложено в письменном виде, вопиющей неспра-ведливостью по отношению к рыцарской науке является тот факт, что она не удостоена до сих пор чести быть оформленной в виде доктрины для преподавания в школах,


Часть II

^ ОБ ОБЯЗАННОСТЯХ РЫЦАРЯ


1. Обязанности рыцаря вытекают из тех це-лей и задач, которые перед рыцарским орденом поставлены. Отсюда следует, что если рыцарь не выполняет возложенных на него обязанно-стей, то он вступает в вопиющее противоречие как с орденом, так и с его предназначением, о котором выше шла речь; ввиду помянутого про-тиворечия он не является истинным рыцарем, хотя бы он и носил это имя; подобный рыцарь достоин большего презрения, нежели ткач или трубочник, выполняющие свои обязанности.


2. Рыцарь обязан поддерживать и защищать - святую католическую веру, ради которой Бог Отец послал своего Сына воплотиться через Пресвятую Деву Марию, Владычицу, и воссла-вить веру, приняв многие унижения, страдания и мученическую смерть. Отсюда следует, что, подобно тому как Господь Бог возложил на кли-риков обязанность поддерживать святую веру Священным писанием и послушничеством, до-нося ее до неверных с таким пылом, чтобы те были готовы умереть за нее, Вседержитель обя-зал рыцарей силой оружия покорять и подав-лять неверных, неустанно пытающихся разру-шить Святую Церковь. Вот почему Господь и на этом и на том свете воздает долгкное рыцарям за то. что ревностно отстаивают они дело Божье и веру, которой мы все спасемся.


3. Рыцарь, верующий, но пренебрегающий обрядами, не имеет ничего общего с теми, кто крепок в вере, и подобен он тем, кого Господь наделил разумом, но кто ведет себя по своему разумению

5. Служение ордену заключается не только в том, чтобы быть преданными своему ордену, но и в том, чтобы быть преданными всем дру-гим орденам. Поэтому преданность своему ор-дену и пренебрежение к чужому несовместимы с истинным служением, ибо по замыслу Все-вышнего, ордена находятся в согласии друг с другом. Отсюда следует, что как монах чужд своему ордену, если свой орден ему дорог, а чужой - нет, так и рыцарь чужд своему ор-дену, если свой орден ему дорог, а чужой не-навистен и отвратителен. Ибо егли бы ры-царь, выполняй установления своего ордена, отторгал и уничтожал другой орден, получа-лось бы, что Господь и орден противны друг другу, что невозможно.

6. Обязанности рыцаря настолько благород-ны, что все рыцари должны были бы быть владе-тельными сеньорами; беда лишь, что на всех ры-царей владений не хватит. Подобно Творцу, ко-торый всему является господином, император должен быть рыцарем и господином для всех ры-царей; однако один он всеми рыцарями управ-лять не имеет возможности, поэтому, помогать ему управлять рыцарским орденом должны мо-нархи, которые, также, будучи рыцарями, усту-пали бы ему по положению. Вассалами же мо-нарха должны быть графы, кондоры, инфансоны

7. Явным умалением величия, мудрости и власти Господа Бога, которому одному лишь да-но править и владеть всем сущим, было бы на-деление какого-либо рыцаря правом по собст-венной воле управлять всеми людьми, обитаю-щими на нашей земле, ибо будь это так, величие, власть и мудрость Господа Бога не бы-ли бы столь безусловными. Вот почему Господь распорядился так, чтобы человечеством управ-ляло немалое число рыцарей. Отсюда следует, что монарх или король, назначающие прокура-торами, викариями и судьями людей, не имею-щих чести быть рыцарями, наносят ущерб ры-царству, ибо у рыцаря, благодаря его предназна-чению, больше оснований, чем у кого бы то ни было править людьми; ведь не секрет, что люди питают к нему, благодаря его высоким обязан-ностям, большее уважение, нежели к тем, кто этой чести не удостоен. Он наделен душевным благородством, свойственным ему как предста-вителю своего ордена, а благодаря душевному благородству он меньше других предрасполо-жен к злобе, к низким и подлым поступкам.

8. Обязанностью рыцаря являются поддерж-ка и защита его природного господина, коль скоро ни монарх, ни король, ни иной высокород-ный барон не мог бы лишь собственными сила-ми вершить справедливость среди вверенного ему народа. Отсюда следует, что, откажись весь народ или кто-то в отдельности выполнять рас-поряжения своего монарха или короля, рыцарь обязан встать на защиту своего господина,

9. Рыцари обязаны отстаивать справедливость, ибо если судьи призваны устанавливать справедливость, то рыцари призваны справедливость отстаивать. В том же случае, если рыцарь будет до такой степени в ладах с науками, что овладеет знаниями, необходимыми для судьи, этому рыцарю следовало бы стать судьей; ибо тот, кто способен отстаивать спра-ведливость, лучше других может ее и устанав-ливать; тем самым рыцарь вполне достоин быть судьей.


10. Рыцарь должен ездить верхом, участво-вать в турнирах, биться на копьях, носить до-спехи, всегда быть готовым к поединкам, пиро-вать с равными себе, владеть мечом, охотиться на оленей, медведей, кабанов, львов, а также уметь многое другое в том же роде, что входит в обязанности рыцарей; ибо все это способствует тому, что рыцари привыкают к ратным делам и приучаются отстаивать рыцарские установле-ния. Другими словами, пренебрегать тем, что позволяет рыцарю как нельзя лучше выполнять свои обязанности, означает пренебрегать ры-царским орденом.

11. Отсюда следует, что как все вышепере-численные занятия свойственны телу рыцаря, и душе рыцаря свойственны справедливость, мудрость, милосердие, преданность, искренность, смирение, отвага, надежда, опыт и не подобные этим добродетели. Таким образом, рыцарь, который с готовностью заниматься тем, что присуще рыцарскому ордену и отношение к его телу, но уклоняется от добродетелей, столь же присущих рыцарскому вздену, но свойственных душе рыцаря, вражде-бен рыцарскому ордену, ибо в противном случае получалось бы, что тело и рыцарство чужды душе и ее достоинствам, а это противно истине.

12. Рыцари обязаны поддерживать владения и угодья, ибо из-за страха перед рыцарями чернь не решается наносить им урон, равно как не решаются монархи и вельможи из-за страха перед рыцарями идти войной друг против дру-га. Однако подлый рыцарь, который отказывает в помощи своему истинному, природному госпо-дину, когда тот в ней нуждается, не достоин зва-ния рыцаря и подобен вере без дел, а значит, безверию, которое противно вере. Иными слова-ми, если бы мы признали, что поступки подоб-ного рыцаря соответствуют рыцарскому ордену и его установлениям, получалось бы, что ры-царство и его орден находятся в противоречии с тем рыцарем, который, не жалея жизни, отстаи-вает справедливость, а также защищает и под-держивает своего господина.

13. Нет таких обязанностей, которые, будучи вмененными, не могли бы быть отменены; ибо в противном случае все сотворенное, будучи не-подвластным исчезновению и разрушению, уподоблялось бы Богу, который не был создан и не может быть уничтожен. Отсюда следует, что поскольку рыцарские обязанности были опреде-лены и предписаны Богом, а поддерживается рыцарский орден теми, кто ему предан и кто в него входит, то подлый рыцарь, выходящий из рыцарского ордена, разуверившись в нем, тем самым разрушает в себе самом рыцарствен-ность.


14. Монарх или король, разрушающий в себе самом рыцарские установления, не только в се-бе самом разрушает свое рыцарское призвание, но и в тех рыцарях, которые ему подчинены и которые, следуя дурному примеру их господи-на, а также дабы угодить ему и походить на не-го, совершают поступки, противные природе рыцарства и ею ордена. Поэтому подлые вель-можи не только сами оказываются противны природе рыцарского ордена, но и вассалов сво-их от нею отторгают, разрушая в них рыцар-ский дух. Отсюда следует, что если и одного ры-царя может отторгнуть от рыцарского ордена только очень низкий и подлый человек, то что же говорить о том, кто отторгнет от рыцарского ордена многих рыцарей!

15. О, сколь велика сила духа у того рыцаря, который побеждает и покоряет многих подлых рыцарей! Каковым рыцарем и является монарх или высокородный барон, столь преданный ры-царскому ордену, что, несмотря на неустанные советы злодеев, выдающих себя за рыцарей, опуститься до вероломства, предательства и об-мана и тем нанести непоправимый урон своей рыцарственности, побеждает и рассеивает всех заклятых врагов рыцарства, полагаясь лишь на свое душевное благородство да на поддержку, которую оказывают ему рыцарство и его орден.


16. Если бы рыцарство заключалось скорее в физической силе, чем в силе духа, получа-лось бы, что рыцарский орден имеет отношение прежде всего к телу, а не к духу; однако из это-го следовало бы, что тело благороднее духа. Отсюда явствует, что, коль скоро душевное благородство не может быть поколеблено ни од-ним человеком, ни всеми людьми, вместе взя-тыми, а тело может быть сломлено и покорено другим телом, подлый рыцарь, бегущий с поля битвы и оставляющий на нем своего господина, спасая скорее свое полное сил тело, чем жал-кую, подлую душонку, не отвечает установле-ниям рыцарства и не является верным слугой славному рыцарскому ордену, который зиждет-ся на душевном благородстве.

17. Если бы рыцарскому ордену соответство-вало скорее меньшее душевное благородство, чем большее, то тщедушие и низость скорее от-вечали бы рыцарству, чем доблесть и сила духа; будь это так, тщедушие и низость определяли бы жизненные принципы рыцаря, a отвага и си-ла, духа противоречили бы установлениям ры-царского ордена. А коль скоро это не так, то ес-ли ты, рыцарь, всей душой предан рыцарству, ты должен приучить себя к тому, что, чем менее у тебя осталось товарищей, оружия и провиан-та, тем крепче должны быть твоя отвага и твоя надежда, дабы осилить противников рыцарства. А если погибнешь ты, защищая рыцарство, значит, оно для тебя заключало то, что действи-тельно стоит любить, чем стоит дорожить и чему стоит служить; ибо именно в благородстве духа рыцарство находит свое пристанище. И никто так не любит, не славит рыцарства и так им не проникается, как тот, кто умирает за честь и за рыцарский орден.


18. Ничему так не соответствуют рыцарство и доблесть, как мудрости и здравомыслию; и противном случае в согласии с ними были бы глупость и невежество. Будь так, мудрость и здравомыслие, коль скоро они противоположны глупости и невежеству, были бы противны при-роде рыцарского ордена, что невозможно; ввиду этой невозможности ты, рыцарь, любовь которо-го к рыцарскому ордену безгранична, должен знать, что как рыцарство, благодаря твоему ду-шевному благородству, наделяет тебя добле-стью и отвагой, дабы славил ты рыцарство, так и рыцарский орден должен внушить тебе лю-бовь к мудрости и здравомыслию, незаменимым для того, кто прославляет рыцарский орден вопреки разброду и ничтожеству мыслей возна-мерившихся восславить рыцарство при помощи глупости и скудоумия.

19. Рыцари обязаны служить опорой вдовам, сиротам и убогим; ибо, как и вообще по природе. вещей старшие должны помогать младшим и защищать их, рыцарский орден, по природе своей великий, прославленный и могущественный, должен служить поддержкой и опорой тем, кому отказано в достоинстве и могуществе. Отсюда следует, что если насиловать вдов, нуждающих-ся в помощи, или лишать наследства сирот, нуждающихся в попечителе, или грабить и разо-рять людей убогих и немощных, нуждающихся в покровителе, отвечает установлениям рыцар-ского ордена, то подлость, обман, жестокость и предательство не противоречат рыцарскому благородству и чести рыцарства. А если это так, то такой рыцарь и его орден противны при-роде и принципам рыцарского ордена.


20. Если ремесленнику Господь дал глаза для того, чтобы он мог видеть и работать, то грешнику он дал глаза затем, чтобы он мог оплакивать свои грехи; точно так же рыцарю сердце дано для того, чтобы его душевное благо-родство имело в нем свое пристанище, достойно-му и могущественному рыцарю сердце дано для того, чтобы нашлось в нем место для сострада-ния и сочувствия, для помощи и опеки, чтобы обратил он свой взор на тех, кто с надеждой и со слезами на глазах смотрит на рыцарей, ожидая от них помощи, защиты и внимания к своим за-ботам. Тем самым рыцарь, чьи глаза не замеча-ют убогих, а сердце глухо к их заботам, истин-ным рыцарем не является и чужд рыцарскому ордену; ибо рыцарство по своей сути настолько благородно и величественно, что отторгает оно от ордена и от его благодеяний тех, чьи взоры тусклы, а сердца черствы.



21. Если бы предназначение рыцарства, столь всеми превозносимое, состояло в том, что-бы грабить и разорять бедных и убогих, соблаз-нять и насиловать вдов и других женщин, на-сколько же достойнее и благороднее было бы опекать и защищать сирот, вдов и убогих! Отсю-да следует, что если бы мы признали подлость и лицемерие присущими рыцарскому ордену, столь всеми превозносимому, а обман, предательство и жестокость - теми качествами, кото-рыми слава рыцарства и обеспечивается, на-сколько же достойнее рыцарства был бы тот ор-ден, слава которого зиждилась бы на преданно-сти, благодеянии, великодушии и милосердии!


22. Рыцарь обязан иметь замок и коня, дабы мог он охранять дороги и защищать крестьян. Рыцарь обязан иметь села и города, дабы отста-ивать справедливость среди вверенных ему жи-телей и дабы собирать в одном месте плотников, кузнецов, сапожников, булочников, торговцев и людей иных профессий, занимающихся в этом мире своим делом, каждое из которых по-свое-му отвечает нуждам человека. Отсюда следует, что рыцари, именно для того, чтобы оказаться способными выполнять свои обязанности, обес-печены и замками, и селами, и городами; между тем, если бы обязанности рыцаря заключались в том, чтобы разрушать села, замки и города, сжигать и рубить леса и посевы, резать скот и грабить на дорогах, то изменой рыцарству было бы строить и создавать замки, крепости, села и города, защищать крестьян, содержать стороже-вые башни для охраны дорог и многое в этом же роде; тем самым получалось бы, что цели, кото-рые ставили перед собой при создании рыцар-ства, совпадали бы с изменой рыцарству и с его полной противоположностью.


23. Рыцари должны преследовать изменни-ков, воров и грабителей; ибо подобно топору, который был создан для того, чтобы им рубили деревья, рыцарь призван истреблять дурных людей. Отсюда следует, что если сам рыцарь является грабителем, вором и изменником, а грабители и воры должны истребляться и пле-няться рыцарями, то рыцарь, являющийся во-ром, изменником и грабителем, дабы отвечать своему предназначению, должен не кого-либо другого, а самого себя убить или пленить; в том же случае, если бы он, со всей строгостью со-блюдая свои рыцарские обязанности по отноше-нию к другим, отказался со всей строгостью от-нестись к самому себе, то и предназначение ры-царского ордена скорее бы распространялось на других людей, а не на него самого. В то же вре-мя коль скоро абсолютно неестественно, чтобы кто-либо сам себя убивал, то рыцаря, оказавше-гося вором, изменником и грабителем, должен убить и уничтожить другой рыцарь. Рыцарь же, который укрывает и поддерживает рыцаря, оказавшегося изменником, грабителем и вором, не отвечает своему предназначению; ибо если бы он в этом случае ему отвечал, то, убивая и истребляя воров и изменников, не являющихся рыцарями, он действовал бы вопреки своему предназначению.

24. Если болит у тебя, рыцарь, одна рука, то в другой твоей руке эта боль отдается куда ост-рее, чем во мне или в любом другом человеке; точно так же порок и ущербность рыцаря, ока-завшегося изменником, вором и грабителем, ты, будучи рыцарем, принимаешь ближе к сердцу, чем я, рыцарем не являющийся. Отсю-да следует, что если твоя боль ближе тебе, чем моя, почему же снисходителен ты к рыцарю, уронившему достоинство рыцарства, и при этом беспощаден к простым людям, совершившим ошибки?


25. Рыцарь-вор совершает куда большее пре-ступление против высокого достоинства рыцар-ства, когда лишает его чести и имени, чем тогда, когда ворует деньги и другие ценности; ибо ли-шить чести - это значит нанести урон и запят-нать то, что достойно высших похвал и поче-стей. А поскольку цена чести и доброй славы выше, чем цена денег, золота и серебра, то, запятнав рыцарство, наносят куда больший урон, чем украв деньги и другие ценности, для рыцарства посторонние. В противном слу-чае получалось бы, что либо цена человека ниже, чем цена денег и других вещей, либо что украсть одну монету преступнее, чем украсть много денег.


26. Если бы изменник, убивший своего госпо-дина, соблазнивший его жену и сдавший без боя его замок, считался бы рыцарем, то как назы-вался бы тот, кто умер бы, спасая честь и жизнь своего господина? И если господин расхвалива-ет своего рыцаря-изменника, какие еще пре-ступления тот должен совершить, дабы быть осужденным и наказанным? И если господин не заботится о чести рыцарского ордена, не опол-чаясь против своего рыцаря-изменника, как еще ее поддержать? И если господин не пресле-дует изменника, может ли он вообще преследо-вать кого-либо, и господин ли он вообще, хотя бы своим людям?


27. Если рыцарь стремится обвинить измен-ника и уничтожить его. а рыцарь- изменник стремится скрыться и уничтожить верного ры-царя, в чем заключаются тогда устремления рыцарства? И если рыцарь-изменник со своей низменной душой тщится одержать победу над великодушным рыцарем, сражающимся за правду, что именно он тщится превозмочь и по-бороть? Если же поборник рыцарства и правды окажется побежденным, за какой грех он будет нести расплату и куда при этом канет высокая рыцарская честь?


28. Если бы воровство входило в обязанности рыцаря, благодеяние оказывалось бы против-ным природе рыцарского ордена; если же бла-годеяние входило бы в чьи-то обязанности, сколько достоинства было бы в том человеке, в обязанности которого входило бы благодеяние? Если одаривать награбленным соответствует рыцарской чести, чему отвечало бы стремление возвращать? И если рыцарь должен овладеть тем, чти Богом было даровано другому, чем же тогда рыцарь не должен овладевать?


29. Плохо разбирается в доверии тот, кто го-лодному волку доверит своих овец, и кто дове-рит красавицу жену молодому рыцарю-измен-нику, и кто доверит свой укрепленный замок рыцарю алчному и вороватому. И если этот че-ловек плохо разбирается в доверия, как отно-ситься к тому, кто знает, как, что и кому стоит доверять, кто умеет возвращать и хранить то, что ему доверили?


30. Видели ли вы когда-нибудь рыцаря, ко-торый не хотел бы отвоевать свой замок. Видели ли вы когда-нибудь рыцаря, который не пытал-ся бы укрыть свою жену от рыцаря-изменника? Видели ли вы когда-нибудь рыцаря-вора, кото-рый воровал бы иначе, чем украдкой? Если же вы таких рыцарей не встречали, так это потому, что их поведение не соответствует установлени-ям рыцарского ордена.


31. Рыцарь обязан иметь сверкающие доспе-хи и ухоженного коня; если же забота о доспе-хах и коне не входит в обязанности рыцаря, то в его обязанности входит и то, что есть, и то, чего нет. Если же это так, то обязанности рыцаря од-новременно и существуют и не существуют; в то же время, поскольку быть и не быть суть про-тивоположны, а лишаться брони чуждо рыцарству, то чем бы являлось тогда рыцарство без доспехов и почему бы тогда рыцарь носил это имя?


32. Заповедью нам предписано не лжесвиде-тельствовать; отсюда следует, что, если бы даю-щий ложные показания не противоречил рыцар-скому ордену, Господь, давший нам заповеди, и рыцарство были бы противоположны друг дру-гу; если же это так, то что есть рыцарская честь и в чем заключаются обязанности рыцаря? Если же есть между Господом и рыцарством соответ-ствие, то лжесвидетельство чуждо природе тех, кто является поборниками рыцарства. Если же давать клятву и божиться и свидетельствовать истину было бы чуждо природе рыцаря, то в чем бы тогда заключалось рыцарство?


33. Если между справедливостью и.сласто-любием нет противоречия, то рыцарство, соот-ветствующее справедливости, соответствовало бы и сластолюбию; а если бы между рыцар-ством и сластолюбием было бы соответствие, то целомудрие, противоположное сластолюбию, оказалось бы чуждым природе рыцарской чес-ти; если бы это было так, получалось бы, что рыцари стремятся восславить рыцарство, дабы утвердить сластолюбие. Если же справедливость и сластолюбие чужды друг другу и рыцарство существует для отстаивания справедливости, то в этом случае между сластолюбивым рыцарем и рыцарством нет ничего общего; если же это так, то грех сластолюбия должен быть неприемле-мым для рыцарства; и если бы грех сластолю-бия был наказуем так, как он того заслуживает, впавших в него следовало бы изгонять из ры-царского ордена с еще большей непримиримо-стью, чем из любого другого.


34. Если бы справедливость и смирение бы-ли чужды друг другу, рыцарство, которое в ла-ду со справедливостью, было бы противополож-но смирению и соответствовало бы гордыне. Однако если бы спесивый рыцарь отстаивал рыцарские устои, иным рыцарством оказыва-лось бы то, которое некогда было основано на справедливости и видело свою задачу в защите людей смиренных от спесивых и неправых. Будь это так, новоявленные рыцари не могли бы принадлежать к тому же самому ордену, к которому принадлежали другие, им предшест-вовавшие. Если бы нынешние рыцари соблюда-ли установления и выполняли те же обязанно-сти, что и их предшественники, не было бы ни-зости и гордыни в этих рыцарях, которые ка-жутся нам спесивыми и неправыми. Однако если то, что кажется низостью и гордыней, на самом деле ничто, где же и в чем же тогда сми-рение и справедливость?


35. Если бы справедливость и миролюбие бы-ли бы чужды друг другу, рыцарство, которое в ладу со справедливостью, было бы противопо-ложно миролюбию; если бы это было так, те ны-нешние рыцари, которые чураются мира и жаж-дут войн и связанных с ними бедствий, были бы рыцарями, а те, которые умиротворяют людей и избегают бедствий войны, были бы чужды ры-царству. И если те нынешние рыцари, которые творят жестокости и беззакония, сеют зло и свя-занные с войной бедствия, выполняют обязан-ности рыцарства, то хотел бы я знать, кем же тогда являются рыцари справедливые и миролюбивые по природе своей, умиротворяющие людей силой закона и силой оружия? Ибо, как и ранее, предназначение рыцарства заключается в том, чтобы умиротворять людей силой оружия; между тем если нынешние воинственные и неправые рыцари не принадлежат рыцарскому ордену и не выполняют его установлений, где же тогда рыцарство, да и сколько тех рыцарей, и каковы эти рыцари, входящие в орден?


36. Многообразны те пути и возможности, следуя которым рыцарь может выполнять возложенные на него рыцарством обязанности; однако ввиду того, что нам еще предстоит о многом поведать, излагаем их здесь в сжатой мане-ре, главным же образом потому, что, выполняя просьбу одного весьма учтивого оруженосца, преданного и чистосердечного, посвятившего немало времени изучению рыцарских устоев, мы составили эту книгу в самом кратком виде, ибо и само посвящение в рыцари должно быть весьма недолгим.

  1   2   3




Похожие:

Книга о рыцарском ордене iconКнига о рыцарском ордене
Господь, всеблагой и преславный, все сущее в себе заключающий: в милости Твоей и благо-волении берет начало сия книга, повествующая...
Книга о рыцарском ордене iconДокументы
1. /01 - Бытие.txt
2. /02 - Исход.txt
Книга о рыцарском ордене iconДокументы
1. /001 - Бытие.txt
2. /002 - Исход.txt
Книга о рыцарском ордене iconДокументы
1. /Книга Памяти/КНИГА-0.doc
2. /Книга Памяти/КНИГА-6.doc
Книга о рыцарском ордене iconДокументы
1. /Книга Тьмы - Первая книга - Библии Проклятых.txt
Книга о рыцарском ордене iconДокументы
1. /Книга Лжи - Вторая книга - Библии Проклятых.txt
Книга о рыцарском ордене iconСвятитель Григорий Нисский 1 о надписании псалмов 1 Оглавление 1 книга (О целях написания Псалмов) 1 книга (О различных надписаниях и о порядке псалмов сообразном с восхождением души) 15 книга
Книга (О различных надписаниях и о порядке псалмов сообразном с восхождением души) 15
Книга о рыцарском ордене iconНазвание произведения: Книга Огненных Страниц
От автора: Не совсем книга скорее сборище кратких зарисовок,мыслей,взгялдов не толлько моих
Книга о рыцарском ордене iconКнига восьмая
Каждая последующая книга В. Мегре является продолжением предыдущей. В серии «Звенящие кедры России» вышли следующие книги
Книга о рыцарском ордене iconМеждународный Центр Рерихов, 1995 144 с книга
Книга историка и писателя Л. В. Шапошниковой посвящена малоисследованной проблеме: влиянию сил Космоса на судьбы народов
Разместите кнопку на своём сайте:
Документы


База данных защищена авторским правом ©podelise.ru 2000-2014
При копировании материала обязательно указание активной ссылки открытой для индексации.
обратиться к администрации
Документы

Разработка сайта — Веб студия Адаманов