Семеро певцов и одна певица Альбом из двух пластинок назывался несколько торжественно «Нам де­сять лет» icon

Семеро певцов и одна певица Альбом из двух пластинок назывался несколько торжественно «Нам де­сять лет»



НазваниеСемеро певцов и одна певица Альбом из двух пластинок назывался несколько торжественно «Нам де­сять лет»
Дата конвертации05.07.2012
Размер106.18 Kb.
ТипДокументы



Семеро певцов и одна певица


Альбом из двух пластинок назывался несколько торжественно «Нам де­сять лет». Двумя долгоиграющими дисками, на которых записано более два­дцати песен, подвел итоги десятилетия жизни вокально-инструментальный ан­самбль «Орэра».

«Орэра» — непереводимый на русский язык возглас, вплетающийся во мно­гие грузинские народные песни. «Орэра» на сцене — семеро молодых певцов, танцоров, музыкантов — мастеров на все руки, влюбленных в народные мело­дии, вкладывающих в них всю душу.

Зрители с восхищением следят за ними. В колоритных грузинских костю­мах, обняв друг друга за плечи, тесным полукругом стоят они и поют а сарреИа народную песню, поют на одном дыхании, поражая необычной слитностью зву­чания, тончайшей нюансировкой и вместе с тем той безыскусностью, которая отличает подлинное искусство.

А затем, рассыпавшись по сцене, ансамбль преображается: в руках у каж­дого появляются инструменты — трещотки, маракасы, трубы. Откуда-то из­влекаются широкополые мексиканские сомбреро. Звучат малые барабаны, и «Орэра» начинает народную «Мексиканскую сюиту» — испанские напевы сме­няются темпераментным танцем.

Юноши из Мексики раскланиваются и широким жестом приглашают на сцену свою великолепную солистку, склоняясь перед ней. Нани Брегвадзе начи­нает выступление с песни В. Азарашвили «Страна воспоминаний», которую она поет на грузинском и русском языках, а затем — дуэтом с Робертом Бардзи-машвили «Мне снился сон» А. Бояджиева. Публика не отпускает певицу. Она садится к роялю и под собственный аккомпанемент исполняет «Калитку» и «Пой, звени, моя гитара». Аплодисменты не стихают до тех пор, пока Бардзи-машвили не поднимает руку и говорит залу:

— Большое спасибо! Нани Брегвадзе еще будет выступать сегодня.

И концерт продолжается...

Роберт Бардзимашвили — организатор и руководитель ансамбля. Любовь к песне натолкнула его еще в годы учения в Тбилисском институте иностран­ных языков на идею создать вокально-инструментальный квартет. Сокурсники идею поддержали, и ансамбль, в репертуаре которого были грузинские и зару­бежные песни, вскоре завоевал успех у студентов. Будущие лингвисты не помы­шляли о певческой карьере, когда их стали приглашать для выступлений по те­левидению. Но вскоре, буквально накануне выпускных экзаменов, они неожидан­но получили предложение Грузинской филармонии стать профессиональным




Ансамбль «Орэра»

коллективом. Это предложение решило их судьбу. С 1961 года «Орэра» и ве­дет счет своим летам.

Сегодня в ансамбле три старожила: помимо Роберта, выпускники того же института Зураб Яшвили и Теймураз Давитая. Все они поют и играют: Роберт — на электрооргане и гитаре, Зураб — на электрооргане и гармонике, Теймураз — на гитаре.
Позднее к ним присоединился талантливый артист, певец и ударник Вахтанг (или, как его чаще зовут, Буба) Кикабидзе, известный зрителям и по многим кинофильмам: «Я — следователь», «Совсем пропащий», «Мелодии Ве-рийского квартала», «Мимино», «Не горюй». За исполнение главной роли в по­следнем Кикабидзе получил приз на Колумбийском международном фестива­ле. Комедийный и драматический талант Бубы нашел в «Орэра» широкое при­менение.

Гено Надирашвили (труба и контрабас) и Теймураз Мегвинетухуцеси (ро­яль и ионика) пришли в ансамбль, получив высшее музыкальное образование. Из самодеятельности с дипломом инженера вступил в коллектив Александр Манджгаладзе, солирующий на саксофоне и флейте. С приходом Нани Брег-вадзе формирование «Орэра» закончилось.




Нани Брегвадзе

«Орэра» не был началом творческого пути певицы, ставшей сегодня одной из крупнейших звезд эстрады, но именно в этом коллективе определилось ее творческое своеобразие, расцвел талант.

...Когда Нани Брегвадзе, учащаяся музыкального техникума по классу фортепиано, приехала в Москву на VI Всемирный фестиваль молодежи с эстрад­ным оркестром Грузинского политехнического института, она считала, что в ее репертуаре была только одна песня. Называлась она «Потушила я свечу». Мог­ла называться и по-другому. Существо в ином. Это был рассказ о самом важном в жизни, о сокровенных чувствах, поведать которые можно только близкому человеку.

Никогда Нани так не волновалась, как перед той премьерой. За кулиса­ми Центрального театра Советской Армии, где проходил концерт, не могла най­ти себе места, проклиная себя, что взялась не за свое дело. Сдерживая дрожь в руках, подошла к микрофону и начала песню так тихо, что испугалась — не услышат. Но зал замер, и Нани, позабыв все страхи, рассказала ему о любви, о том необъяснимом состоянии, когда человек ждет встречи с любимым, и ничего дру­гого, кроме этой встречи, для него не существует.

Песню приняли. Нани вызывали, кричали бис. Но она больше ничего не пе­ла. Ни разу, ни на одном из многочисленных фестивальных концертов. Не пото­му, что больше не было песен, отрепетированных с оркестром, а потому, что все остальные казались не своими, не обязательными.

— «Свои» — значит важные для меня, — поясняет Нани, — с которыми могу идти к зрителю и знаю: стыдно не будет. Мне говорят иногда друзья и зна­комые: «Почему поешь мало новых песен?» А я им: «Потому, что не хочу, чтобы


вы меня когда-нибудь спросили: «Почему поешь мало хороших песен?» Иног­да пишут, что хорошую песню так же трудно найти, как друга. Может быть, это преувеличение, но я всегда мучаюсь, когда ищу новые песни, — хоро­ших среди них мало, но ведь и настоящих, близких друзей у человека не так уж много.

  • И все же: вот вам показали песню. Что главное в ней для вас — музыка или слова?

  • Слова без музыки — слова, музыка без слов — песня без слов. Значит, главное — песня, в которой музыка и слова не существуют друг без друга.

Грузинская эстрадная песня очень молода. До войны ее фактически не бы­ло. Первые успешные шаги она сделала в конце 40-х годов — песни Торадзе, Габичвадзе, Цабадзе и других наших композиторов быстро завоевали попу­лярность. Но, к сожалению, сегодня и среди грузинских песен встречаются стандартные и по музыке и по тексту. От таких приходится отказываться. Не пою я и песен в стиле «бит». Я не против модных ритмов. Но если в песне ритму подчинено все, мне с ней просто нечего делать. Зато какой праздник, когда встре­чаешься с песней, которая становится «твоею». Я пою ее с удовольствием, могу петь всюду и всем — родным, товарищам по «Орэра», друзьям...

  • А как вы работаете над песней? — спрашиваю Нани.

  • Только не пишите, что я стремлюсь «проникнуть в душу произведения». Все наоборот: песни и романсы должны проникнуть в меня. Я могу неделями хо­дить, бормоча слова, напевая мелодию, садиться к роялю, но сплав авторов и ис­полнителя так и не возникнет.

Нани Брегвадзе, лауреат Всемирного фестиваля молодежи, народная ар­тистка Советского Союза, не училась петь. Занимаясь в музыкальном технику­ме у педагога Н. Багратиони-Месхи и в консерватории у профессора Гаянэ Мачутадзе, она готовилась к профессии пианистки. И вот когда уже ожидалась аспирантура, Нани ушла на эстраду, стала певицей.

— Меня часто спрашивают, как это случилось. Такие решения не даются легко. С детства я росла, окруженная музыкой. Мама моя, Ольга Александров­ на, прекрасно играла на рояле и пела, отец, Георгий Ефремович — по образова­нию инженер — закончил и театральную студию, снимался в кино, а в нашем семейном квартете он получил право на «второй голос». И наконец, четвертый участник домашнего ансамбля — моя тетя Кэто Микеладзе, солистка Грузин­ ского народного хора, в восемнадцать лет награжденная орденом «Знак Почета» (позже она выступала с эстрадным оркестром Грузии).

Мы пели народные песни, старинные романсы. А когда по вечерам у родите­лей собирались друзья, наш квартет вырастал до хора, и тут уж песня не смолка­ла часами. Это было пение для себя и для каждого, пение для души, такое же ес­тественное, как дыхание. Без него я не представляла себе жизни, но как о про­фессии и не думала о нем. Я мечтала быть пианисткой: с увлечением играла Скрябина, Рахманинова, Аренского — это мои любимые композиторы, завоева­ла первое место на конкурсе, который проводился среди учащихся — выпускни­ков техникума.

Но первые же выступления с самодеятельным студенческим оркестром, где меня уговорили петь, принесли мне совершенно новые ощущения. Я поня­ла, что песня звучит совсем по-иному, когда ее поешь для людей, она как бы рож­дается заново. Тот, кто выступает на сцене, поймет, о чем я говорю. Какое-то особое чувство слушателей, связи с ними. Я не знаю, как объяснить, но без не-


го нет творчества. Эти ощущения, которые я узнала, запев с эстрады, и застави­ли меня сделать окончательный выбор.

...Кстати, может быть, поэтому я так не люблю выступать по телевидению. Когда транслируется концерт из зрительного зала, я — за. Тут мне камера не ме­шает. Но когда приглашают на телестудию, долго устанавливают свет, а затем пускают фонограмму, под которую тебе нужно раскрывать рот, тут уж нет ника­кого творчества, и певец, по-моему, превращается в марионетку...

Что же касается рояля, он остался моим любимым инструментом и пер­вым помощником. В «Отраде» или «Калитке», например, рояль дает мне пол­ную свободу трактовать романс бесконечно по-разному.

В одной из статей Нани Брегвадзе назвали «прямой наследницей прослав­ленных эстрадных певиц Кэто Джапаридзе и Тамары Церетели». Приятный комплимент, но, как это часто бывает с комплиментами, не очень точный. Впро­чем, повод для его возникновения дала сама Нани Брегвадзе, не раз восхища­лась она искусством этих замечательных и очень разных певиц. Ни ту ни другую ей не довелось слышать с эстрады, и знакомство с ними произошло благодаря старым граммофонным записям.

— Меня действительно восхищает мастерство, с которым Церетели пе­ла старинные цыганские таборные песни и стилизованные «под цыган» романсы, та одухотворенность, которой наполняла Джапаридзе романсы ее аккомпа­ниатора Бабова. Но подражать этим певицам, сказавшим свое слово, мне ни­когда не приходило в голову. Зачем это нужно? Я вообще против подражания, против «тиражирования» одной и той же песни разными исполнителями.

Нани Брегвадзе нашла в искусстве свой путь. Главная сфера ее испол­нительских интересов — современная грузинская эстрадная песня, связанная с национальным народным творчеством. Певица, обладающая низким вырази­тельным голосом, хорошо знает свои возможности. Она сознательно ограничи­ла свой репертуар лирикой. Но знакомство с песнями, которые исполняет Нани Брегвадзе, свидетельствует, насколько широким может быть такое ограниче­ние. Лирика — это и песни о той любви, что приносит радость и заставляет грустить; лирика — это и искрометная «Хевсурская баллада» В. Азарашвили — М. Поцхишвили, и история кокетливой азербайджанской девушки в произве­дении «Песня — моя радость» тех же авторов; лирика — это почти философ­ский монолог «Искусство», написанный Г. Цабадзе; лирика — это песни на сти­хи Галактиона Табидзе, песни о любви к родной Грузии, ее горам и зеленым до­линам; лирика — это, наконец, и романс, обретающий в творчестве Брегвадзе новое рождение, — не случайно же певица сольные концерты, идущие в сопро­вождении талантливой пианистки Медеи Гонглиашвили, почти полностью стро­ит на романсовой «старине» начала века, звучащей у нее необычайно свежо и целомудренно.

Сначала романсов было немного: два-три, не больше. Но после того, как друзья с Грузинского телевидения попросили Нани выступить в передаче, по­священной корифеям цыганского пения (передачу эту вскоре повторили в Мо­скве по первой программе), певицу буквально засыпали письмами с восторжен­ными откликами и многочисленными просьбами исполнить тот или иной ро­манс.

Несколько лет Брегвадзе готовилась к концерту, в котором впервые реши­лась выйти к зрителю без привычного сопровождения «Орэра». В программу на два больших отделения она включила несколько современных песен грузин-


ских и русских композиторов, но главное место в ней заняли романсы, многие из которых когда-то пела Тамара Церетели, — к ним Нани обратилась, выпол­няя те самые просьбы поклонников цыганского жанра.

Первый такой концерт состоялся в Москве в Театре эстрады в 1980 году. И уже тогда явственно проявились лучшие черты Нани Брегвадзе-певицы: большая культура исполнения, стирающая грани между серьезным и так назы­ваемым легким жанрами, глубокая эмоциональность, но не обнаженная, а как бы сдерживаемая певицей, лишь изредка позволяющей себе всплески чувств, уме­ние соблюсти знаменитую, спасительную дистанцию между исполнительницей и лирической героиней романса.

Сегодня, как и в далеких 20-х годах, романс в устах Брегвадзе звучит свое­образным протестом, но не против «монотонно-серых будней», а против явле­ний злободневных — упрощения человеческих чувств, низведения взаимоотно­шений между мужчиной и женщиной до уровня партнерства, забвения пре­красных качеств души человека.

«Сейчас много и часто говорят о бездуховности. Она, по-моему, является следствием излишнего рационализма, — заметила как-то певица. — В роман­се, таком, казалось бы, несложном музыкальном произведении, заложены внут­ренние пружины, которые поднимают человека над сухой действительностью и холодной расчетливостью. Романс всегда за теплоту, за глубину общения друг с другом, за человеческое внимание, сердечность. Романсом я стремлюсь про­будить в слушателях «души прекрасные порывы»1.

Все, что поет актриса, пронизано ощущением полноты жизни. Иначе, навер­ное, и быть не может. В одной из своих любимых песен Брегвадзе утверждает:

Когда поднимается ветер, и тучи Вдруг заволокут небосвод, Я не теряю надежды, ибо знаю. Что солнце — мой друг!

...В 1953 году, когда в Центральном Доме работников искусств отмечали тридцатилетие творческой деятельности Тамары Церетели, на сцену вышли два артиста — один солист Большого театра, другой — опереточный комик. Оба — страстные поклонники цыганского романса вообще, и искусства Тамары Семе­новны в частности. Иван Семенович Козловский и Григорий Маркович Ярон (это были они) под аплодисменты зала запели дуэтом на мотив из «Цыганско­го барона» Штрауса:

Я приветствовать рад Вас — царицу эстрад!..

Десять лет спустя Церетели, услышав в концерте Нани, спевшую не­сколько песен, вручила ей, как эстафету, ноты романса «Вернись», на которых с грузинской щедростью написала слова, оказавшиеся пророческими: «Нани Брегвадзе — царице эстрады».




Похожие:

Семеро певцов и одна певица Альбом из двух пластинок назывался несколько торжественно «Нам де­сять лет» iconПредставляем вашему вниманию очередные выставочные рейтинги российских далматинов. В этом году нам пришлось несколько изменить правила начисления баллов. Причин для этого несколько
В этом году нам пришлось несколько изменить правила начисления баллов. Причин для этого несколько. Во-первых, ркф изменила правила...
Семеро певцов и одна певица Альбом из двух пластинок назывался несколько торжественно «Нам де­сять лет» iconПредставляем вашему вниманию очередные выставочные рейтинги российских далматинов. В этом году нам пришлось несколько изменить правила начисления баллов. Причин для этого несколько
В этом году нам пришлось несколько изменить правила начисления баллов. Причин для этого несколько. Во-первых, ркф изменила правила...
Семеро певцов и одна певица Альбом из двух пластинок назывался несколько торжественно «Нам де­сять лет» iconДокументы
1. /Аккорды/(аккорды) альбом 45.doc
2. /Аккорды/Бонус...

Семеро певцов и одна певица Альбом из двух пластинок назывался несколько торжественно «Нам де­сять лет» iconДокументы
1. /03 - Акустический альбом (1999)/01 - Кукла колдуна.txt
2. /03...

Семеро певцов и одна певица Альбом из двух пластинок назывался несколько торжественно «Нам де­сять лет» iconЯрослава Пулинович Кукла-Фикус-Магазин. Комедия в двух действиях. Действующие лица: Аглая Федоровна – 48 лет, Ольга – 35 лет, Марина – 35 лет, Яна – 19 лет, Андрей – 20 лет,
При покупке трех бутылок водки, вы получаете четвертую на опохмел, при покупке четырех кусков мыла «Хозяйственное», вы получаете...
Семеро певцов и одна певица Альбом из двух пластинок назывался несколько торжественно «Нам де­сять лет» iconКак нам обустроить журнал
Преамбула. Уже больше двух лет в сети интернет публикуется журнал выпускников филологического факультета Омгпу «Бузовик». Настала...
Семеро певцов и одна певица Альбом из двух пластинок назывался несколько торжественно «Нам де­сять лет» iconОднако ходят слухи о вашем родстве. А ну-ка, опровергни!
Несколько лет назад на тюменском эстрадном небосклоне загорелась еще одна «звезда». Это был Алексей Чумаков, только что прибывший...
Семеро певцов и одна певица Альбом из двух пластинок назывался несколько торжественно «Нам де­сять лет» iconЗачем нам это надо
Мы хотим дать человеку свободу выбора. Он должен сам выбирать, сколько лет ему жить в материальном мире. Мы не думаем, что противоречим...
Семеро певцов и одна певица Альбом из двух пластинок назывался несколько торжественно «Нам де­сять лет» iconОдна любовь была нам дана

Семеро певцов и одна певица Альбом из двух пластинок назывался несколько торжественно «Нам де­сять лет» iconСемь парней и одна девушка
Курманай Омарова. Мало кто знает, что до большой сцены она работала на «Актюбрентгене» и пела в художественной самодеятельности завода....
Разместите кнопку на своём сайте:
Документы


База данных защищена авторским правом ©podelise.ru 2000-2014
При копировании материала обязательно указание активной ссылки открытой для индексации.
обратиться к администрации
Документы

Разработка сайта — Веб студия Адаманов