1998 1  Что такое философия? Статья первая icon

1998 1  Что такое философия? Статья первая



Название1998 1  Что такое философия? Статья первая
страница3/12
Дата конвертации28.08.2012
Размер2.38 Mb.
ТипСтатья
1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   12

^ 3. Кант и Гегель о категориях


После Аристотеля в истории философии специальное внима­ние разработке целостного учения о категориях уделили Кант и Гегель, выдвинувшие разные модели идеалистической интер­претации природы категорий.

У Канта рассмотрение природы категории проводится в кон­тексте общего решения исходных проблем теории познания, в частности проблемы соотношения чувственного, опытного знания и знания рационального, логического. Представители эмпиризма (Ф. Бэкон, Д. Локк), рассматривая процесс познания как простой, непосредственный, зеркально-мертвый акт, полагали, что все зна­ние о мире представляет собой продукт чувственного созерцания. Рациональное же знание, фиксируемое в понятиях и категориях, понималось в связи с этим как прямое и непосредственное обобще­ние и сокращение чувственного знания, т.е. как некая форма реа­лизации последнего.

Если эмпирики не видели качественного скачка в познании от чувственного к рациональному, от ощущений к понятиям, то ра­ционалисты (Декарт, Лейбниц) абсолютизировали этот скачок, подчерки­вали активную логическую функцию категорий, которые они рас­сматривали в качестве врожденных теоретических идей, не имею­щих никакой связи с чувственным познанием.

Кант делает попытку решить рассматриваемую проблему. При этом он исходит из правильной посылки: “Рассудок ничего не мо­жет созерцать, а чувства ничего не могут мыслить. Только из сое­динения их может возникнуть знание”20. Но такого рода тезис мало что говорит по существу решения указанной проблемы; в нем толь­ко определяется направление решения, но само решение еще не дается. Для последнего необходимо было раскрыть конкретный механизм соединения чувственного и рационального.

Для осмысления этого механизма Кант выдвинул идею об априорном характере категорий рассудка, об априорном знании. Согласно Канту "хотя всякое наше познание и начинается с опыта, отсюда вовсе не следует, ÷òî оно целиком происходит из опы­та"21.

Следуя за Юмом, Кант считает, что путем индуктивного об­общения накопленных данных опыта, имеющего дело с бесконеч­ным множеством единичного и случайного, невозможно получить знание, обладающее характером всеобщности и необходимости (например, суждение о том, что "все тела тяжелы"). Однако в науке такое знание — реальный факт, подтверждаемый развитием матема­тики, теоретического естествознания и метафизики (философии).

Выход Кант находит в признании изначального существова­ния в сознании человека неких абсолютно пустых, бессодержатель­ных и чистых мыслительных форм, обладающих природой всеобщ­ности и необходимости, а именно — категорий. Согласно Канту, их столько, сколько типов суждений рассудка, т.е. двенадцать.
При этом он подразделяет их на четыре группы: количества (единство, множество, цельность), качества (реальность, отрицание, ограни­чение), отношения (субстанция и акциденция, причина и следствие, взаимодействие) и модальности (возможность и невозможность, существование и несуществование, необходимость и случайность). Признание бессодержательности категорий у Канта логично выте­кает из отрицания им каких-либо отношений категорий с внеш­ним миром ("вещью в себе"). Такое понимание природы категорий напоминает концепцию врожденных идей, хотя сам Кант был про­тивником этой концепции, называя ее "философией лентяев".

Однако в процессе анализа функций категорий в познании Кант делает попытку найти единство между априорными катего­риями и чувственным опытом. Категории, по Канту, есть "условия возможности опыта", априорно применимые ко всем предметам опыта. Знание же получается в результате подведения данных чувственного созерцания под априорные категории рассудка, "предписывающие законы явлениям, стало быть, и природе как совокупности всех явлений"22. Поскольку категории обладают характером всеобщности и необходимости, то они в процессе позна­вательной деятельности играют роль средств интеллектуального синтеза всякого знания.

Тот факт, ÷òî в трактовке Кантом природы категорий послед­ние предстали в качестве лишенных всякого содержания априорных форм человеческого рассудка, есть прямое свидетельство субъ­ективно-идеалистического и агностического решения основного вопроса философии в процессе анализа сущности категорий. Час­тично это можно объяснить чрезмерным увлечением Канта логи­ческой стороной исследуемой проблемы, а также тем, что он так и не сумел раскрыть диалектику связи между чувственным и рацио­нальным познанием, поскольку не видел реальной основы этой связи — общественной практики. Априоризм Канта представляет собой не что иное, как заостренную интерпретацию абсолютного противопоставления чувственного и рационального, которое (противопоставление) по существу стало своеобразной гносеологи­ческой антиномией в его системе философии.

Рациональное объяснение кантовского понимания природы категорий можно дать, если учесть тот факт, что у него субъектом познания выступал взятый вне общественно-исторического процес­са отдельный индивид с его познавательными и психологическими способностями. Само же познание мира представлялось не как основывающееся на общественной практике отражение реальной действительности, а как реализация функционирования указанных способностей. Индивидуальное сознание, таким образом, бралось вне связи с общественным бытием и общественным сознанием, а категории выступали лишь априорными формами индивидуально­го человеческого рассудка.

Поскольку же отдельно взятая личность в процессе своего раз­вития категориальную структуру мышления приобретает в ходе освоения культуры общества, а не создает ее каждый раз заново, то на этой почве и могла появиться иллюзия об изначальной принад­лежности категорий сознанию человека; эмпирическим фактом выступало то, что, как только индивид приобретал способность мыслить, тут же он начинал на соответствующем уровне поль­зоваться теми или иными категориями. Но если для индивида на каком-то этапе его развития категории (как и вся общественная культура) могут представать как нечто изначально данное, то для общества в целом они являются продуктом длительного историче­ского развития, результатом обобщения познания и практики.

Вместе с тем логический анализ категорий позволил Канту прийти к некоторым весьма продуктивным выводам относительно природы, статуса и функций категорий в процессе познания. В наше время, когда в научном познании заметно возросло значение теоретических построений, глубоким прозрением представляется мысль Канта об органической связи категорий и теоретического знания. Основная задача Канта состояла в том, чтобы объяснить и обосновать возможность теоретического знания, т.е. в конечном итоге возможность самой науки, которая не ограничивается кон­статацией и описанием конкретных явлений, а стремится вскрыть общие и существенные характеристики бытия в форме законов. И такое обоснование он связывал с фактом наличия в сознании чело­века категорий, которые и обеспечивают характер всеобщности и необходимости теоретического мышления, служат средством синте­за, организации и упорядочения чувственного материала. Заслуга Канта в том, что он видел в категориях непременное логическое условие конституирования теоретического знания. Вне сознательно осуществляемого оперирования категориями невозможно теорети­ческое мышление. Об этом, в частности, свидетельствует тот выяв­ленный научной методологией факт, что теория относительности Эйнштейна начиналась с преобразования установленного класси­ческой наукой содержания таких всеобщих категорий, как пространство и время.

В учении Канта о природе категорий нашла также отражение глубокая идея о том, что знание есть не простое механически-зеркальное копирование вещей, а продукт активной деятельности субъекта. Наличие категорий в сознании субъекта представляет собой своеобразную интеллектуальную платформу, которая позво­ляет подходить к объекту познания с определенной меркой, кон­тролировать и обрабатывать чувственный материал, создавать целостное представление о мире явлений. Категории у Канта — это мощные орудия интеллектуального действия, в которых находит выражение гносеологическая автономия субъекта познания.

Однако категориальную активность мышления Кант рассмат­ривает лишь только как спонтанную активность человеческого сознания, присущую самой природе последнею. Именно поэтому таблицу категорий, включающую в себя категории количества, качества, отношения и модальности, он строит согласно имею­щимся во всех возможных суждениях логическим функциям рассуд­ка. При этом рассудок полностью исчерпывается этими функция­ми, ò.е. в его активности и заключена его природа.

В философии Гегеля эта идея Канта находит дальнейшее раз­витие на пути тотальной субстанциализации мышления. Идеали­стически понятая активность мышления у Гегеля конкретизируется прежде всего в двух исходных принципах его абсолютного идеализма: тождестве мышления и бытия и способности духа к движе­нию и развитию, которые и определили особенности гегелевского понимания природы категорий.

Подобно Канту, Гегель свое учение о категориях вплетает в ткань гносеологических проблем. Однако в отличие от Канта про­цесс познания он понимает не как игру логических и психологиче­ских сил взятого в качестве субъекта познания абстрактного и изолированного индивида, а как внеличностный процесс саморазви­тия мирового духа, реализующийся во всем многообразии опреде­лений бытия. У Гегеля поэтому гносеология совпадает с онтологи­ей, причем так, что последняя сводится к первой.

В "Феноменологии духа", рассматривая отношение сознания к предмету, противостоящему сознанию извне как предмет познания, Гегель приходит к выводу, что предмет познаваем, поскольку его сущность носит духовный характер. Сознание, таким образом, открывает в предмете свою собственную сущность и благодаря этому поднимается до самосознания, т.е. делает самого себя пред­метом мышления. Изначально данное различие между объек­тивным и субъективным преобразуется Гегелем в различие, су­ществующее лишь в мышлении, в результате чего бытие оказывает­ся тождественным сознанию, так что бытие можно рассматривать как чистое понятие в самом себе, а чистое понятие — как истинное понятие. Объекты мышления оказываются лишь определениями самого мышления, поэтому оно есть одновременно и объект и субъ­ект.

Объективную реальность внешнего мира ("вещь в себе", по Канту) Гегель понимает не как саму по себе существующую сущ­ность, а как "опредмеченное" или "отчужденное" мышление. Мир по своей природе и закономерной необходимости разумен, идеален. Различие же между мышлением и бытием у Гегеля выступает лишь как результат процесса самопознания абсолютной идеи, которая в бытии объективизирует и опредмечивает свою сущность, так что бытие оказывается не чем иным, как одним из способов и одной из форм ее реализации. Поэтому мышление как субстанциальная сущность существует не вне мира, а в нем самом, составляя его внутреннее содержание и проявляясь во всем многообразии явле­ний действительности. Это проявление и в то же время самопозна­ние реализуется посредством непрерывного развития абсолютной идеи, раскрывающей в ходе этого развития все богатство своего внутреннего содержания.

Органическими моментами, ступенями и определениями по­следнего и выступают у Гегеля категории, являющиеся по своей природе некими чистыми понятиями, царством чистых мыслей Бога до сотворения мира и конечного духа, т.е. человека. В силу же того, что абсолютная идея представляет собой тождество бытия и мышления, категориям имманентно присуще соответствующее он­тологическое содержание, что принципиально отличает концепцию Гегеля от представлений Канта о природе категорий и является весьма ценным достижением гегелевской философии. Излагая в "Науке логики" систему категорий, Гегель раскрывает содержание последних и в плане конкретных определений бытия. Будучи по своей природе предельными абстракциями, категории, согласно Гегелю, находятся в самой действительности, составляют душу, внутреннюю сущность всех существующих предметов.

В исходную логическую структуру познающего разума Гегель включает категорию бытия (качество, количество, мера), сущности (основание, явление, действительность) и понятия (субъект, объект, абсолютная идея).

Характеризуя логический аспект категорий, Гегель отмечал, что они в качестве абстрактных понятий используются даже в обычном мышлении (например, "нечто", "единое", "причина и действие", "внутреннее и внешнее" и др.). Но в этом случае катего­рии отягощаются содержанием живого созерцания и теряют свою чистоту, а их истинный смысл затушевывается. Поэтому хотя обычному мышлению категории хорошо знакомы, однако их на­стоящее содержание для него остается непознанным. Чтобы рас­крыть это содержание, необходимо очистить категории от налета чувственных представлений. Этим и занимается научное мышле­ние, которое применяет логические категории сознательно.

Здесь Гегель верно схватывает различие функционирования категорий на уровне обыденного и систематизированного созна­ния. Однако необходимо добавить, что категории отягощены чув­ственными представлениями не только в процессе оперирования ими в рамках обыденного мышления, но никогда полностью не освобождаются от эмпирических моментов и в процессе опериро­вания ими на уровне теоретического мышления. Категории в этом смысле не обладают абсолютной интеллектуальной чистотой, не­коей теоретической стерильностью в силу того, что их источник коренится в процедуре обобщения и идеализации чувственно-эмпирического материала, в осуществляющемся в материально-практической деятельности общества отражении всеобщих форм и связей реального мира.

Содержательность — это лишь одно измерение природы кате­горий в учении Гегеля. Другим не менее существенным моментом их природы выступает у него внутренняя связь кате­горий, реализуемая в процессе их развития. Абсолютная идея у Гегеля предстает в своем существовании как система органически связанных категорий. Взаимосвязь и субординированность катего­рий в философии Гегеля непосредственно обусловлены признанием их содержательности. Все они есть "образы", разные формы выра­жения и определения одного и того же, а именно — абсолютной идеи. Развитие же содержания последней фиксируется в переходах, изменениях и субординации категорий.

В абстрактной форме Гегель стремится раскрыть процесс воз­никновения каждой категории, описать содержание, приобретае­мое ею в процессе собственного развития, выявить механизм со­держательного перехода одной категории в другую и прежде всего превращения и отождествления противоположных категорий, та­ких, как качество и количество, конечное и бесконечное, необходи­мость и случайность и др. Главный труд Гегеля "Наука логики" представляет собой не что иное, как богатейшую экспозицию раз­вития и взаимопревращения категорий. Целью своей "Логики" Гегель считал "изображение царства мысли философски, т. е. в его собственной имманентной деятельности, или, что то же самое, в его необходимом развитии”23.

Связь и развитие категорий у Гегеля имеют внутреннюю структурную организацию, определяемую единством абстрактного и конкретного, а также совпадением исторического и логического. Направление развития и характер субординации категорий в логике Гегеля обусловлены процессом восхождения мышления от абстрактного к конкретному. Место каждой категории в системе других категорий у Гегеля определяется мерой выражения в ней содержания абсолютного духа и ее ролью в определении последнего как единства многообразного. Поэтому процесс возникновения категорий в философии Геге­ля оказывается совершенно оторванным от движения познания от чувственного к абстрактно-рациональному и представляет собой чисто логическую процедуру выведения последующих категорий из предыдущих. Иначе говоря, существование отдельно взятой кате­гории предполагается наличием системы категорий, и наоборот. Поскольку при этом условии оказывается, что такая система со­держит все необходимое для развертывания собственных компо­нентов, т.е. является для самой себя основанием, то чрезвычайно обостряется вопрос о том, с чего следует начинать такого рода систему. Последняя, по существу, предстала у Гегеля как сам себя реализующий логический процесс. А для такого процесса началом могло быть только одно — имеющиеся в нем противоречия.

Изложение системы категорий в "Науке логики" Гегель начи­нает с самого абстрактного понятия — понятия чистого бытия, со­держание которого сводится к переходу от бытия к ничто, т.е. представляет собой некое абстрактное противоречие, а затем по ходу последовательного рассмотрения учений о бытии, сущности и понятии он вводит в оборот все более и более конкретные, содержательные категории. Наиболее опосредованной и самой богатой определениями категорией гегелевской логики выступает катего­рия абсолютной идеи, содержащая единство объективной и субъек­тивной, практической и теоретической идеи, идеи жизни и идеи познания. Система категорий Гегеля, таким образом, начинается и заканчивается противоречием.

Логический строй и упорядоченность категорий Гегель вместе с тем стремится объяснить и обосновать ходом истории развития философской мысли. Начало системы логики и порядок последова­тельной смены логических категорий он сопоставляет с началом и сменой этапов исторического развития философии. Систему кате­горий своей логики Гегель представлял своеобразным сколком с истории развития человеческого познания. Такое подход к пони­манию природы категорий был, несомненно, огромным достижени­ем диалектического метода Гегеля.


^ 4. Проблема категорий в марксистской философии


В марксистской философии произошло как бы возрождение позиции Аристотеля, но на новой базе и с учетом достижений классической немецкой философии (Кант, Гегель). В ходе создания своего учения о категориях Маркс и Энгельс стремились, с одной стороны, суммировать позитивные результаты соответствующих философских исследований, проведенных мыслителями ïpoøëîãî, ñ другой стороны, опирались на собственный анализ обобщенных данных истории развития чело­веческого познания и практики социального прогресса. По этому пути шли и их многочисленные последователи (Г.В. Плеханов, В.И. Ленин и др.).

В основу марксистского понимания природы категорий были положены принципы объективности, отражения, практики, разви­тия, противоречивости, единства абстрактного и конкретного, исторического и логического, единства диалектики, логики и тео­рии познания. Эти принципы являются исходными и руководя­щими идеями в процессе изложения материала данного параграфа.

В марксистской философии категории рассматриваются не в качестве предшествующего природе и истории (как у Гегеля) или априорных форм человеческого мышления (как у Канта); они есть своеобразные формы отражения реальной действительности, спо­собы духовного освоения бытия. По отношению к внешнему миру категории выступают в качестве вторичного, в качестве элементов развивающегося сознания человека, познающего внешний мир и самого себя.

Природа категорий противоречива. Представляя собой особые идеальные образования, способы интеллектуальной дея­тельности, возникающие в голове человека в процессе познания окружающего мира, категории по своему содержанию объективны. Но это не значит, что категории (как считал Аристотель) есть не­кие существенные стороны самого реального мира. Их объектив­ность заключается не в том, что они находятся в одном ряду с ма­териальными вещами, а в том, что в них заключена истина об этом мире. Объективность категорий понимается лишь в смысле объек­тивной истинности их содержания. Субъективность же их заключе­на в самом способе их существования как форм идеального отра­жения в сознании человека сущностных характеристик материаль­ного мира.

Противоречивость природы категорий обусловлена тем, что они служат средством реализации отношения субъекта к объекту познания, выступают некими идеальными посредниками и в то же время формами выражения процесса перевода в ходе практической деятельности объективного в субъективное и наоборот. Сложность этого процесса служила почвой для идеалистических интерпрета­ций действительной природы категорий. Главный исток такого рода интерпретаций заключался в абсолютизации логико-гносеологических особенностей категорий.

Однако категории, хотя и существуют лишь в мышлении в форме соответствующих абстракций, понятий и выражают специ­фические особенности процесса познания, связанные с приемами и методами взаимодействия субъекта познания с объективной реаль­ностью, вместе с тем обладают неискоренимым онтологическим содержанием, которое невозможно свести к указанным гносеологи­ческим особенностям категорий.

Предметной областью, отражающейся в содержании катего­рий, являются не отдельно взятые вещи с их своеобразными свойствами, а такая внутренняя связь вещей, которая определяет мир в качестве целого. В категориях отражаются всеобщие формы и связи развития мира от неживого к живому, а от последнего к социальному, т.е. человеку, обладающему сознанием. Так, катего­рии качества и количества служат для мысленной фиксации не столько свойств конкретных вещей, сколько тех связей, которые развертываются в процессе развития вещей. В самом деле, все вещи — качества, от метеорита до человека, так что рассматриваемая категория ничего не дает нам в плане выявления специфики от­дельно взятых предметов. Все они для нас в рамках философии в аспекте категории качества (как и количества) оказываются оди­наковыми. Действительное значение этих категорий в познании заключается в том, что через них удается схватить в мысли одну из существенных связей, определяющих характер развития всей ре­альной действительности. И связь эта фиксирована в принципе взаимоперехода количественных и качественных изменений, кото­рый позволяет осмыслить переход от одного качества к другому, например от неживого к живому, от материального к идеальному.

Всеобщность категорий как форм мышления коренится не в том, что в них отражается некий общий признак, который потому и общий, что отделен и противопоставлен специфическим частным признакам, а в том, что посредством категорий человеческая мысль схватывает всеобщие способы реализации внутреннего единства элементов мира как целого. А это значит, что всеобщность катего­рий как бы виртуально содержит в себе и все многообразие осо­бенного и единичного, что и лежит в основе их огромной эвристи­ческой силы è что во всей полноте проявляется лишь в процессе конкретного использования категорий в практической и теорети­ческой деятельности, т.е. тогда, когда они непосредственно сопо­ставляются с реальной действительностью. Можно сказать, что содержание категорий находится и как бы не находится в границах их логического бытия, ибо вся полнота этого содержания обнару­живается лишь тогда, когда категории включаются в живой про­цесс практического и духовного освоения бесконечного многообра­зия реального мира.

В категориях, представляющих собой самое опосредованное знание, человеческое мышление "в последней степени абстракции" (Маркс) отходит от материального мира; но это такой предельный отход мысли, когда противоположности материального и идеального перестают нахо­диться в рамках процесса познания в состоянии изолированной замкнутости и обнаруживают внутреннюю связь и единство. Кате­гории представляют собой своеобразную теоретическую форму разрешения противоречия между субъектом и объектом познания.

Возможность отражения в категориях всеобщих форм и связей процесса развития реальной действительности коренится в предметно-практической деятельности общества. Простым созерцанием не выявишь всеобщее, бесконечное, закономерное в объективном мире. Именно в практике, имеющей не только “достоинство все­общности, но и непосредственной действительности”, надо искать ключ к объяснению таких черт категорий, как всеобщность и необ­ходимость. Материалистическое понимание природы категорий было следствием осознания определяющей роли практики как в познании, так и в жизни общества.

Практика как материальная деятельность, направленная на преобразование природы, социальных отношений и самоизменение человека, как "переход объекта в субъект" (Маркс) представляет собой непосредственное продолжение и высшее выражение актив­ности, развития мира. Она есть универсальный способ выявления в объективной реальности всеобщих закономерных связей развития, а затем их перевода в план идеального существования. В процессе практики, с помощью которой не только происходит сопоставле­ние вещей согласно их внутренним связям, выявляемым в ходе раз­рушения и созидания человеком определенных форм объектов, но и реализуется соотношение бытия и мышления, человек как бы вы­шелушивает из бесконечной массы разнообразных предметов все­общие закономерности развития мира, определения которых затем отливаются в таких формах мышления, как категории.

Внешний мир при этом предстает перед человеком не сам по себе, а в процессе изменения его в практически-трудовой деятель­ности; он как бы "расплавляется" в последней, словно руда в огне доменной печи, чтобы стало возможно извлечь соответствующий экстракт, т.е. сущность вещей. Вследствие этого практика, будучи способом общественного преобразования материальной действи­тельности, вместе с тем является непосредственной основой форми­рования и развития мышления во всем его содержании и различных формах. "Существеннейшей и ближайшей основой человеческого мышления, — отмечал Энгельс, — является как раз изменение приро­ды человеком, а не одна природа как таковая, и разум человека развивался соответственно тому, как человек научался изменять природу”24.

Практически преобразуя внешний мир, человек преобразует и самого себя. Практика в социальном аспекте предстает в виде со­вокупности отношений человека к природе, а также отношений к самому себе и другим людям. Содержание и развитие категорий обусловливается не только развитием форм материального произ­водства, но и строем и характером развертывающихся между людьми общественных отношений. В одном из писем Энгельсу Маркс, приводя тот факт, что общее означает у германцев не что иное, как общинную землю, а частное — выделившуюся из этой об­щинной земли частную собственность, подчеркнул в противовес Гегелю, что “логические категории все же прямо вытекают из "наших отношений”25.

Одним из важных методологических следствий, вытекающих из признания в качестве непосредственной основы категориально­го содержания человеческого мышления предметно-практической деятельности общества, является положение о том, что категории представляют собой не просто форму фиксации результатов отра­жения реальной действительности, но вместе с тем сам этот процесс отражения, определенную деятельность и активную познаватель­ную силу. Категории есть идеальное выражение и аккумуляция способов практической деятельности. В них вместе с переводом всеобщих характеристик развития внешнего мира в план идеально­го бытия происходит интериоризация универсальных программ и форм практического преобразования действительности в соответ­ствующей структуре мышления.

С введением принципа практики в анализ общей природы ка­тегорий было достигнуто не только последовательное материалистическое понимание их природы, но и раскрыта внутренняя диа­лектика категорий, а также соотношение последней с диалектикой объективного мира. Стало ясно, что категории не являются некими врожденными формами мышления человека, а есть идеальное воспроизведение на основе практики существенных и закономерных связей бытия. Категории, как и познание в целом, могут возник­нуть и функционировать лишь в процессе развертывания практи­ческого преобразования человеком внешнего мира. Поскольку же практика находится в постоянном развитии, в постоянном разви­тии находятся и категории. В практике же выявляется истинность категорий, т.е. их соответствие реальному миру. Категории пред­ставляют собой не безжизненные кости скелета, а живой процесс находящейся в творческом поиске человеческой мысли.

В концентрированном виде развитие категорий выражается в изменении их содержания. К расширению и качественным сдвигам категориального содержания человеческого мышления приводит прогресс познания и практического преобразования реального мира. В связи с этим происходит своеобразное углубление и уплот­нение идейного богатства уже существующих категорий, а также включение в состав категориального аппарата мышления новых категорий, существенно раздвигающих рамки духовного освоения универсальных характеристик бытия.

Поскольку "философия есть современная ей эпоха, постигну­тая в мышлении" (Гегель), то введение новых категорий в структу­ру функционирующего мышления происходит лишь в связи с таки­ми фундаментальными достижениями научного познания, которые для своего осмысления нуждаются в принципиально новых всеобщих логических формах. В каждой вновь появившейся философ­ской категории фиксируется не существовавший ранее способ ду­ховного освоения бытия, поэтому включение в состав категориаль­ного аппарата представляет собой не простое количественное уве­личение элементов последнего, а определенный сдвиг в су­ществующем общем строе мышления.

Если появление новых философских категорий не столь частое событие, то обогащение содержания существующих категорий представляет собой постоянный процесс, базирующийся на фило­софском обобщении достижений познания и общественной прак­тики. В силу предельной общности категорий, выражающейся в том, что ни одной из них невозможно указать род в виде более общего понятия (к ним неприложим закон обратного отношения объема и содержания понятия), логическая форма последних отли­чается чрезвычайной устойчивостью; она как бы рассчитана на охват бесконечного содержания. Именно поэтому многие катего­рии, функционирующие в мышлении современного человечества, широко использовались уже в античности. Однако по содержанию одни и те же категории в том и другом случае разительно отлича­ются. Например, если сравнить категорию причины, проанализированную Аристотелем, с тем, как она понималась в XVII-XVIII вв. в свете лапласовского детерминизма и как она понимается теперь с учетом достижений современной науки, то можно легко обнару­жить значительное обогащение содержания этой категории.

Однако сущность развития категориального содержания мышления не сводится к уплотнению и приращению все новых и новых пластов знания о всеобщем. Его действительный механизм заключается в разрешении внутренних противоречий рассматри­ваемого содержания, а именно — соотношения общего и единично­го, объективного и субъективного, онтологического и гносеологи­ческого, абстрактного и конкретного, исторического и логическо­го, формы и содержания категорий.

Раскрыть диалектику категорий — это значит прежде всего проследить, как на уровне категориального знания возникают и затем в каких формах на том или ином этапе познания и практиче­ского преобразования мира разрешаются указанные противоречия. Разрешение внутренних противоречий категориального уровня знания является скрытой подоплекой решения трудностей теорети­ческого мышления, в какой бы области конкретного знания оно ни функционировало.

Одним èç выражений противоречия абстрактного и конкрет­ного в диалектике категорий выступает то, что их содержание не может быть реализовано вне развертывающихся между ними свя­зей. Последние представляют собой не нечто внешне положенное относительно содержательной сферы каждой отдельно взятой ка­тегории, но само их содержание, взятое только в форме системных соотношений категорий. Системность категорий заключена в их собственной природе.

Выступая способами логического синтеза знаний, категории уже в силу этого не могут не находиться в определенной связи друг с другом. Главное же заключается в том, что не только в катего­риях, но и в связях между ними отражается материальное единство мира. Мир един в своем многообразии и многообразен в своем единстве. В категориях и их взаимосвязях схватывается и тот и другой момент бытия.

Анализ категорий не может не быть вместе с тем анализом их взаимных отношений и связей. Поэтому проблема систематизации категорий — одна из центральных тем всякого более или менее це­лостного учения о них. Как процедура познания систематизация предполагает, с одной стороны, выявление и фиксацию наличного состава категорий как элементов единой системы, с другой (и это главное), — раскрытие структурных связей такой системы, анализ субординации ее элементов.

Вплоть до Гегеля формой систематизации выступала класси­фикация категорий, посредством которой последние на базе вы­бранных общих признаков подразделялись на ряд относительно замкнутых групп. При этом не только не выявлялись отношения между такими группами, но зачастую и между категориями внутри самих групп. Такого рода классификация категорий была создана, в частности, Кантом. За основу своей таблицы категорий он берет четыре вида суждений (количества, качества, отношения и модаль­ности), выявленные формальной логикой. И хотя в выделяемых им группах каждая третья категория предстает в виде некоего синтеза двух предыдущих (например, категория цельности в группе коли­чества выступает определенным соединением категорий множества и единства; цельность есть множество, рассматриваемое как един­ство), в целом в учении Канта о категориях вопрос об их проис­хождении, внутренних соотношениях и взаимопереходах остался открытым.

Напротив, у Гегеля категории предстают не в виде конгломе­рата понятий, разделенных на классы на основании сходства и различия выбранных признаков, а в виде системы понятий, нахо­дящихся в глубокой внутренней связи. Системная субординация категорий у него строится на основе анализа процесса необходи­мого возникновения и развития категорий и их превращения друг в друга. Каждая категория в системе Гегеля рассматривается в соот­ношении с ее собственной противоположностью, в процессе разви­тия и превращения в другие категории посредством разрешения внутренних противоречий.

Однако многие соотношения и переходы элементов предло­женной Гегелем системы категорий выглядят надуманными и ис­кусственными. Поскольку же его система категорий воспроизвела, по мнению Гегеля, содержание абсолютной идеи целиком и пол­ностью, то она предстала в качестве абсолютно замкнутой и раз навсегда завершенной, т.е. coâåðøåííî исключающей всякую воз­можность обогащения собственного содержания и роста количе­ственного состава категорий. В этом отношении Гегель повторил вывод Канта о том, что количество категорий строго ограничено и раз навсегда дано, так что ничего уже не прибавишь и не убавишь от их наличного состава.

Несмотря на указанные недостатки, предложенная Гегелем в "Науке логики" система философских категорий до сих пор остается непревзойденной. Ни Маркс, ни Энгельс не создали труда, подобного "Науке логики" Гегеля. В советское время отечественные философы разработали несколько моделей систематизации категорий, но ни одна из них не получила общего признания. Вопрос создания целостной системы философских кате­горий до сих пор остается открытым.

Однако поскольку содержание категорий философии можно раскрыть лишь через выявление их внутренних связей, постольку без систематизации категорий задача определения последних ока­зывается беспочвенной, больше того, в принципе неразрешимой. Диалектика соотношения философских категорий примерно та же, что и элементарных частиц. Последние нельзя разложить по ящич­кам и изучать каждую из них изолированно. Как установлено со­временной физикой, свойства любой из частиц определяются всеми остальными и, по сути дела, каждая из них является своеобразной “композицией" всех остальных. Так же обстоит дело с философ­скими категориями. Каждая из них несет отпечаток всех других. Изучать категории можно лишь в процессе построения и функцио­нирования их системы. Вырванные из контекста такой системы, категории утрачивают свой подлинный смысл и определенность.

1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   12



Похожие:

1998 1  Что такое философия? Статья первая iconТезисы о социальной философии что такое социальная философия?
Социальная философия – это философия общества как объекта и философия общества как субъекта
1998 1  Что такое философия? Статья первая iconЧто такое философия?  Краткий очерк истории философии  Философская картина
Философия: Учебник. 4-е изд., с исправлениями и дополнениями — М., 2009. — с. 664
1998 1  Что такое философия? Статья первая iconДокументы
1. /Делез и Гваттари Что такое философия.doc
1998 1  Что такое философия? Статья первая iconЭкзаменационные вопросы по философии 2001
Что такое философия? Проблемы и специфика философского зна­ния. Структура и функции философии
1998 1  Что такое философия? Статья первая iconЛюди и бультерьеры
Он еще не знал, что такое звук и что такое свет, но он отчетливо ощущал единственный, неповторимый запах матери
1998 1  Что такое философия? Статья первая iconЧетырнадцатая перси и Мягколап
Он лежал, вглядываясь в танец пылинок в солнечном луче, проникающем сквозь щель в пологе кровати, и смаковал ощущение того, что сегодня...
1998 1  Что такое философия? Статья первая iconДокументы
1. /Теория Вероятности/Лекции/TV1.DOC
2. /Теория...

1998 1  Что такое философия? Статья первая iconАттестация назначена на четверг 10 июня в 16: 15 на Миусах. Номер аудитории нужно уточнить в деканате
Что такое часть речи и что такое член предложения? Каково соотношение этих понятий?
1998 1  Что такое философия? Статья первая iconШвеции судебное решение от 18 декабря 1984 г. (статья 50)
Заявители считали, что нарушено их право на защиту собственности (статья 1 Протокола №1 к Конвенции), право на справедливое судебное...
1998 1  Что такое философия? Статья первая iconЧто такое Рождество? Что такое Рождество?
Пастухи сразу же отправились в город Вифлеем и нашли в хлеву Деву Марию, её мужа плотника Иосифа, и Младенца, лежащего в яслях
Разместите кнопку на своём сайте:
Документы


База данных защищена авторским правом ©podelise.ru 2000-2014
При копировании материала обязательно указание активной ссылки открытой для индексации.
обратиться к администрации
Документы

Разработка сайта — Веб студия Адаманов