Институт усовершенствования учителей icon

Институт усовершенствования учителей



НазваниеИнститут усовершенствования учителей
Дата конвертации25.06.2012
Размер208.94 Kb.
ТипДокументы

Из бумаг Н.А. Лялина, преданных мне, ZТ, как-то давно его родственниками. Слегка мною, ZT, отредактировано. -


ИНСТИТУТ УСОВЕРШЕНСТВОВАНИЯ УЧИТЕЛЕЙ

Ленинград,

25-го ноября 1949 года.


Т. КОНОПЛЁВ ГРИГОРИЙ ЯКОВЛЕВИЧ (203 школа Ленинграда) – Должен, прежде всего, сказать, что я директор школы только с 26-го августа, так что говорить о каком-нибудь опыте работы в этой школе нельзя. Я и до войны долго работал директором школы для трудновоспитуемых, а затем и массовой средней школы. Но я люблю Макаренко и стараюсь всегда не забывать о нём в практике своей работы.


Мне в течение 8-ми лет пришлось работать в школе так называемых трудновоспитуемых. Я вспоминаю большой период, года три, когда мы все – и директор, и каждый учитель – бились и нам не удавалось ничего сделать, не удавалось потому, что организация работы школы была такова, что трудно было ожидать результатов: не было специального помещения, не было специального оборудования, не было педагогического коллектива. Только через три года сложился коллектив. Отсеялись те, кто побоялся трудностей, остались те, кто хотел работать, кто этих трудностей не боялся. Это был 1934-й год. Нам посчастливилось получить новое помещение, новое оборудование. Это увлекло и педагогический коллектив, и учащихся. 1934-й год был годом перелома в школе, когда учащиеся почувствовали, что о них заботятся, что у них теперь отличное помещение, что у них есть хорошее оборудование.


Какую мысль Макаренко мы хотели использовать? Макаренко очень часто говорил о том, какое огромное значение в воспитательной работе имеют все моменты эстетического воспитания. Он даже военизацию использует как такой момент, который украшает распорядок режима.


Был тот же педагогический коллектив, который работал два года до этого, но, когда стали работать не только в условиях, обеспечивающих педагогический процесс, но и в красивой обстановке, было совершенно другое.


Мы получили особняк, с белой мраморной лестницей, с зеркальными окнами, с зимним садом, фонтанами и т. д., т. е. такое окружение, которое нельзя было не полюбить, и это сразу же позволило нам добиться резкого перелома. Дети полюбили школу, стали её беречь, и с ними стало легче разговаривать; потом появился актив, создали учком, который мог уже быть опорой для педагогического коллектива.


И мы сразу почувствовали очень большое облегчение и сделали следующий шаг.


Макаренко говорил, что надо опираться на коллектив, что надо доверять ребятам. В условиях такой школы, какая была у меня, это был чрезвычайно острый вопрос – всё построить на доверии. Но, пользуясь опытом Макаренко, мы всё же построили нашу работу таким образом, что весь распорядок дня осуществлялся с помощью самих учащихся. В последние годы мы работали уже настолько легко, что я не ощущал разницы в работе обычной массовой школы и этой.



--


Когда я встретился с затруднениями в воспитательной работе и дисциплине и пробовал в первые дни апеллировать только к учителям, то у меня не выходило, а когда я поставил вопросы воспитания перед комитетом комсомола, перед учкомом, то сразу почувствовал совершенно иное отношение учащихся.


Сейчас мы так составляем распорядок дня и весь режим в школе, что целиком возлагаем это на ученический коллектив. Берем от 7 по 10 классы, и они на каждую неделю получают наряд на дежурства. В понедельник собираем сбор учащихся и объявляем, что с этой недели дежурит такой-то класс, такой-то член учкома, который является самым ответственным учащимся перед всем коллективом школы, и все его распоряжения и указания являются совершенно обязательными, как и указания директора школы. Это, во-первых, поднимает авторитет учащихся, они начинают чувствовать себя значительными людьми в школе, и встаёт вопрос о чести класса.


Когда класс слышит, что вся школа поручает им распорядок дня и наблюдение за порядком, он это ценит, бережёт это доверие, он видит, что с ним считаются. И сейчас есть даже соревнование между классами, какой обеспечит лучший порядок в перемену, утром, и при уходе из школы.


Я не скажу, что мы добились уже очень заметных результатов в смысле улучшения дисциплины, но, во всяком случае, хотя мы сейчас говорим о том, что на уроках учителям ещё трудно, что есть учителя, которые с трудом справляются с дисциплиной на уроках, но в отношении распорядка дня, в отношении перемен все говорят, что во время дежурства учащихся дисциплина и порядок лучше, чем во время дежурства учителей.


Это замечательно тем, что, когда дежурили одни учителя, когда дежурные не были поставлены учкомом, а только сам учитель выделял себе в помощь учеников, таких результатов не было.


Приведу эпизод, который говорит о том, что успех обязательно придёт сам, если мы подойдём к решению какой-нибудь задачи с позиций Макаренко.


В школе имеется химический кабинет. Этот кабинет был в таком состоянии, что поставить там преподавание предмета было абсолютно невозможно. Это грязная комната с голыми стенами, отсутствуют оборудование, приборы, химикалии. Новый учитель Иван Васильевич знал, что ни он, ни директор не смогут обеспечить оборудование кабинета, потому что это связано с большими затратами. Он поставил этот вопрос перед учащимися 8-го класса: "Мальчики, вы знаете, что десятый класс должен готовиться на аттестат зрелости, он должен пройти определённый минимум не только демонстраций, но и лабораторных работ, а кабинет в таком состоянии, что этого сделать нельзя. Мы должны своими силами сделать так, чтобы этот очередной выпуск смог бы выполнить все необходимые работы на аттестат зрелости, а кроме того, это будет нужно и вам".


И что же вы думаете? У нас были ученики Трифонов, Левантин, на которых были постоянные жалобы, что это самые грубые ученики, которых все считали дезорганизаторами. И вот они-то после уроков взялись приводить в порядок кабинет. Разобрали шкафы, химикалии, посуду – битую в сторону, целую в шкаф. Они попросили дать им банку краски, три кисточки, швабру и портреты Сталина, Ломоносова, Менделеева. Портреты я им достал, дал краски. И через две недели произошло совершенно неожиданное событие: своими силами ученики отремонтировали химический кабинет: покрасили масляной краской, отремонтировали шкаф, повесили портреты, лозунги, написали таблицу Менделеева. Через две недели кабинет руками учащихся был преобразован под лозунгом: "Сделаем химический кабинет таким, чтобы выпускной класс мог бы выполнить всё необходимое для сдачи экзамена на аттестат зрелости".


После этого один из учеников – Соколов, на которого было очень много жалоб, пришёл ко мне и говорит: "Мы сделали, посмотрите, а потом вы можете рассчитывать на нас, если в школе будет где-нибудь такое же затруднение, как здесь, вы можете располагать нами, у нас целая бригада, и мы с удовольствием выполним".


Что мне помогает сейчас? Наша школа располагает очень хорошим физкультурным залом, имеет хорошего преподавателя физкультуры. Школа болеет за спортивные успехи школы. Но это было в отрыве от всей учебно-воспитательной работы. Совсем недавно произошёл такой случай. Один из лучших спортсменов школы, Лейнер, ученик 10-го класса, будучи облечён правами судьи на районных соревнованиях, позволил себе очень дерзко и неучтиво отнестись к преподавателю физкультуры одной из школ. Это было в отсутствие кого-нибудь из учителей школы. Для меня было ясно, что, если он и не имел взысканий в школе, то его дисциплина за глазами школы, когда он не находится среди большого коллектива товарищей и тем более учителей, такова, что на него положиться нельзя.


Я поставил вопрос очень резко. Я сказал, что, очевидно, его придётся снять из команды баскетбола, в которой он должен был защищать честь школы в городских соревнованиях. Секретарь комитета комсомола, узнав об этом, пришёл ко мне и говорит: "Как же вы собираетесь снять Лейнера из команды? Это значит, что команда потеряет право выступать и мы потеряем право занять одно из первых мест".


Но я не согласился. Я написал приказ, что ученику такому-то за такое отношение к учителю объявляю выговор и отстраняю его от участия в соревновании впредь до принесения публичного извинения. Формулировал я это так, что он подорвал авторитет, запятнал школу. Собрали сбор учащихся, на котором зачитали этот приказ. Он произвёл огромное впечатление. Ребята прямо ахнули. А я провёл беседу в таком плане, что они должны защищать честь школы не только руками и ногами, но и головой, т. е. беречь авторитет, не только путём соревнования в волейбол и баскетбол – конечно, это тоже нужно, но, прежде всего, всем своим поведением, дисциплиной. Мы должны беречь честь школы.


Я воспользовался этим эпизодом, чтобы поговорить вообще о дисциплине. Дело в том, что было очень много нареканий, что мальчики, выходя из школы, ведут себя непристойно, и что это замечают учителя соседней школы.


Макаренко очень рекомендует говорить о морали. Но у нас нет специальных курсов, и учителя только на уроках, в связи с возможностью, могут говорить о моральных нормах, которые приличествуют советскому школьнику, комсомольцу, будущему гражданину Советского Союза. С этой целью мы вводим сейчас в воспитательский час, который проводит в течение недели каждый учитель, специальные этические беседы. Мы провели семинар для учителей, на котором Бушлер поделился, как нужно организовывать такие беседы, и я, в свою очередь, собирая общий сбор учеников, стараюсь использовать его для этой же цели.


Когда мы говорим о дежурствах, о том, как надо дежурить, какой класс лучше обеспечивает порядок и поведение учащихся в школе, я всегда использую это для того, чтобы говорить о нормах поведения учащихся в школе и в общественных местах. И, хотя мы ещё не можем говорить о серьёзном переломе в самосознании учащихся, о том, что у нас есть школьный коллектив, что комитет комсомола становится организацией, которая ведёт всех остальных учащихся, но начало уже есть.


т. СМИРНОВА (123-яшкола Ленинграда) – Я веду ребят с пятого класса, сейчас они в девятом.


Я расскажу неприятный эпизод, который произошёл в моём классе. Но я поступила правильно.


Один из учителей моего класса был чрезвычайно груб с учеником во время урока, необоснованно груб, и его грубость вызвала грубую реплику со стороны ученика. Этот учитель потребовал извинения, объяснения родителей и, прежде всего, обратился ко мне, чтобы я вызвала родителей. Я категорически заявила, что я вызывать родителей не буду, что он сам допустил ошибку, что нельзя так оскорблять ученика, нужно видеть в нём человека. Весь наш коллектив был взбудоражен этой историей, потому что я категорически отказалась вызывать родителей, наказывать ученика, и даже разговаривать по этому поводу. Этому учителю пришлось очень много продумать. Он согласился, что я была права, и сам потом наладил свои взаимоотношения с этим учащимся. Это обязательно надо соблюдать каждому учителю: уважать ученика, видеть в нём человека.


Мы много работали с родителями. И, как это ни странно, нам приходится вмешиваться в семейные дела. Ведь очень многое зависит от того, в каких семейных условиях живёт ученик. Часто замечаешь, что, если с учеником неблагополучно, если он начинает плохо вести себя, плохо учиться, всегда надо искать корни в семейных взаимоотношениях между родителями, между отцом и матерью и между сыном и родителями. И часто даже приходится помогать семье.


Приведу несколько примеров. Мне удалось сохранить, конечно, через педагогический коллектив, одну семью и спасти мальчика от улицы. Отец решил уйти от жены, вёл себя с женой очень некрасиво, а также и с ребёнком. Я побывала у них на квартире, вызвала родителя к директору, и вместе с воспитателем говорили с ним, потом было созвано родительское классное собрание, на которое вызвали и его, и родители очень серьёзно отнеслись к этому вопросу, и в результате нам удалось сохранить эту семью. Мальчик сейчас учится спокойно.


Как правило, на родительских собраниях мы ставим вопрос не только об успеваемости и дисциплине учащихся в школе, но ставим и такие вопросы, как работа ученика дома.


На родительском классном собрании был горячий спор о том, заставлять ли мальчика выполнять домашнюю работу. Некоторые родители говорили: "Не понимаем, почему он плохо учится – мы ему даём все возможности для занятий, ничем его не затрудняем, он даже в магазин не ходит, даже дров не наколет, всё за него делаем". Против этого выступала я и родительский актив, и нам удалось добиться, что родительский коллектив моего класса решил, что мальчик должен и учиться, и выполнять домашнюю работу, и нести общественную работу в классе.


Поклассных отчётных собраний бывает два в четверти. Одно собрание бывает отчётное – отчёт о работе класса за четверть, а второе, на котором мы ставим чисто педагогические вопросы. На таких собраниях мы разрешаем целый ряд вопросов, в частности, об общественной работе мальчиков в школе, о домашней работе в семье.


Как мы смотрим на общественную работу ученика? Мы считаем, что ученик не только является учеником, который учится, но он непременно должен выполнять какое-то общественное поручение. На каждом родительском собрании я всегда говорю о каждом ученике не только как об ученике, но и о том, как он выполняет свои общественные поручения. У нас каждый ученик в классе имеет общественное поручение, большое или маленькое. По поводу каждого поручения всегда даётся оценка. Родители чрезвычайно серьёзно относятся к этой оценке. Одно время я писала в дневнике о выполнении общественных поручений с характеристикой: "хорошо выполнял", "добросовестно", или "недостаточно хорошо". И когда мы писали в дневниках или записки, что "ваш сын выполнил хорошо", или "отнёсся несерьёзно", очень часто родители приходили в школу, и у нас были разговоры между родителями, мной и учениками.


Сейчас родительский коллектив моего класса и родительский актив класса работают над такими вопросами: о правильных взаимоотношениях в семье, о единых требованиях отца и матери к ребёнку, о режиме школьника дома. Это для нас самый неразрешимый вопрос. Вопрос о режиме школьника в школе для нас ясен – есть расписание, есть план работы, есть программа, но когда ученик остаётся дома, то дело получается очень печальное. Во-первых, родители сами бывают дома очень мало, много работают, и поэтому проследить и помочь в выполнении режима дня после школы они затрудняются. Но всё-таки мы сейчас решаем, как должны вести себя ученики, сколько времени они должны тратить на занятия, где и как они должны отдыхать, в какие дни, сколько времени должны тратить на кружки, когда пойти в театр, в кино. Всё это должно быть сведено к каким-то единым требованиям. Правда, бывают отклонения, но всё-таки этот вопрос очень важный и сейчас очень нужный. Этот же вопрос о режиме дня стоит сейчас и на классных собраниях. Мы об этом говорим сами ученикам, обсуждаем с ними.


Таким образом, все общие вопросы разрешаются классом, и всё, что мы проводим в классе, это всё такая работа, которая должна объединить класс, должна объединить семью, выработать какие-то единые требования и единую линию поведения ребёнка.


Хорошая семья и правильно поставленная работа в школе решают успех воспитания и обучения ребёнка.


Но это только один вид работы. Второй вид работы, очень кропотливая работа – это работа по изучению непосредственно ученика, его интересов. Мы применяли самые разнообразные приёмы вплоть до того, что многие учащиеся просто беседуют со мной. И очень часто ученик раскрывается в такой индивидуальной беседе, иногда в общественной работе, иногда в работе кружка. У нас в десятом классе работает литературный драматический кружок, который очень помогает мне в объединении и создании ученического коллектива.


Иногда я даю в воспитательский час написать сочинение, прошу ответить на тот или другой вопрос, - иногда в виде сочинения, иногда в виде письма. Некоторые пишут открыто, подписываются, иногда не подписываются, часто посылают по почте, некоторые передают прямо мне. Некоторые просят поставить вопрос на обсуждение класса, другие, наоборот, просят не говорить перед классом. Были затронуты такие вопросы: что значит, быть честным, как понимать товарищество, каким должен быть самый лучший товарищ, о дружбе, о помощи, о том, как нужно говорить правду, и почему нужна правда, и всегда ли нужно говорить правду. Самые разнообразные вопросы, которые возникают иногда в течение дня, а иногда в течение многого времени. И это становится предметом обсуждения.


Например, большое обсуждение и большую работу вызвал вопрос о взаимоотношениях с матерью, как нужно относиться к матери и вообще к женщине. Говорили очень откровенно, ответы были самые разнообразные.


Я хочу рассказать об одном ужасном ответе. Семья одного ученика - очень хорошая советская семья: отец – учёный, мать – доцент одного из институтов. Но отец не родной, отчим. Мальчик заявил своей матери: "Ты живёшь очень счастливо, у тебя прекрасный муж, у тебя чудесная дочка, но ведь нужно же тебе иметь какое-то горе. Так вот, имей горе от меня. Я учусь плохо и плохо веду себя". Этот его ответ стал предметом обсуждения класса. Конечно, такого жестокого сына осудили. Правда, я не говорила, кто писал это, не называла имени, но сказала: "Вот один из наших учеников дал такой ответ своей матери". И спросила, как его надо оценить. После этого было много разговоров и это даже вылилось в такую традицию: мы ежегодно проводим вечер, посвящённый матери. Обычно этот вечер совпадает с днём 8-го марта. К этому вечеру мы готовим художественную часть, стараемся всё это красиво оформить. Каждый ученик приглашает свою мать. Каждый должен выступить с отчётом, чтобы показать, что он, ученик, делает приятное своей матери. Многие наши беседы и занятия посвящаются тому, как вообще нужно держать себя с женщиной. Были такие занятия, когда мы репетировали, как разговаривать с девушкой, как разговаривать с матерью, как я должен вести себя с матерью на улице – идти ли с ней рядом, или убежать от неё, или не замечать, что она моя мать. Как нужно держать себя с девушкой. Они ведь уже в девятом классе, у них уже дружба с девушками. Как нужно поздороваться с девушкой, как подойти к ней. Я изображала в лицах всех – и девушку, и маму, и бабушку. Было очень много интересных вопросов. Например: "Если мне нравится девушка, как я должен с ней познакомиться, как подойти, заговорить?" Был очень интересный вопрос, как вести себя с девушкой на вечере, как держать себя с ней в театре. Один мальчик даже спросил: "Если я иду с девушкой, и вдруг встречаю учителя на улице, что я должен сделать?" Было даже комическое предложение – бежать на другую сторону.


Мы написали даже небольшую памятку. Они просили меня рассказывать и записывали, как нужно себя держать. Мы записали так: "Когда идёшь с матерью, должен взять ее под руку". Мы даже писали, с какой стороны идти и брать под руку. "Если видишь, что идёт старушка, которой тяжело идти, ты должен помочь ей".


Дальше пошла углублённая работа над правилами поведения, в частности, над тем, как ученик должен вести себя вне школы. Однажды мы поехали в театр. Я с ними была только одна. Они очень шумной ватагой вышли из школы, дошли до трамвайной остановки, меня посадили в первый вагон, а сами сели во второй на площадку. В театре было то же самое. Они убежали первые, разделись, и ждали меня, когда я приду. Когда кончился спектакль, они сразу же взяли пальто, я взяла после них. Правда, они ждали меня внизу, и мы отправились вместе. На другой день я им сказала, что я страшно обижена ими. Они были очень удивлены. Я изложила им все свои обиды. Они были поражены, они никогда не думали, что вели себя не как следует.


Затем мы пошли на экскурсию на завод "Красная Заря". Видимо, мальчики усвоили себе, как нужно себя вести. Когда мы подошли к заводу, перед заводом была большая снежная гора, на которую надо было подняться, а потом спуститься, чтобы попасть на завод. Я человек тучный, мне подняться тяжело. И вот вижу, что среди мальчиков переполох. Наконец, один подходит и говорит: "Разрешите, Александра Михайловна". Торжественно берёт меня под руку и поднимает на эту горку, и спускает с неё. И у всех вырвался вздох облегчения. Этот мальчик, который помог мне, возвращается на эту гору и скатывается с неё, скатывается передо мной.


На заводе они вели себя безупречно, уступали всем место, открывали двери, если шла женщина. Настолько хорошо себя вели, что меня спросили: "Откуда вы? Из какой школы? Что это за мальчики?"


Затем у нас была беседа о правилах поведения в общежитии. Я говорила, что мне не нравится, когда молодёжь в общественных местах очень громко разговаривает, громко смеётся, как это неприятно, а нужно вести себя так, чтобы больше делать приятное для других, и меньше думать о себе. Я не всегда бываю на всех экскурсиях сама, которые проводятся другими учителями, не всегда бываю в театре, но я всегда прошу сообщить мне, как они себя ведут, и всегда получаю ответ, что они ведут себя безупречно, настолько безупречно, что часто даже спрашивают: "Что это за мальчики. Откуда они пришли?" Это мелочь, но она часто служит предметом обсуждения в классе. Мне кажется, что внешнее поведение детей – это не мелочь, это чрезвычайно серьёзно.


Первую четверть я закончила довольно хорошо по сравнению с предыдущим годом. Сейчас у них составлено общественное мнение. Когда они решают свои классные вопросы, часто собрания проходят довольно бурно, они не стесняются говорить правду, они не боятся обидеть товарища. У нас из 27 человек не успевает только один, имеет неудовлетворительную отметку по немецкому языку. Преподаватель немецкого языка долго болел, пропустил половину первой четверти, а когда вернулся, провёл несколько контрольных работ, и один ученик получил неудовлетворительную оценку. Для класса это не показательно, и для меня это не было показательно, потому что мальчик вообще успевал.


По своим способностям класс довольно средний, но у нас есть положительные качества: во-первых, трудолюбие, во-вторых, они хорошие общественники, и по сравнению с другими они более деликатные, более воспитанные мальчики. Это не только моё мнение, но и мнение всех преподавателей.


Мне пришлось в этом году взять ещё параллельный девятый класс. Там получился целый ряд недоразумений, класс остался без воспитателя. Я взяла его временно, но, по всей видимости, он останется за мной. В этом классе положение гораздо хуже, чем в моём. Я обратилась за помощью к своему классу: "Помогите наладить там работу, дежурства и взаимоотношения". И сейчас я чувствую помощь мальчиков моего воспитательского класса. Они сами приходят туда на классные собрания, выступают. Когда у нас был доклад по астрономии, они пригласили тот класс. Они пригласили в наш литературный драмкружок и учеников параллельного 9-го класса. В приготовлении постановки к празднику принимали участие оба девятые класса. Наши школьные художники оформляли. Родители помогали шить костюмы, так как мальчики шить не умеют, хотя некоторые и пытаются. У нас дружба с соседней женской школой. Мы пригласили девочек 9-го класса, которые приняли участие в постановке.


Эта общая работа объединила оба девятые класса. В первой четверти в 9-а классе плохо выполнялись общественные поручения, плохо проходили дежурства, срывались классные собрания, а вчера мне ученики 9-го класса с гордостью сказали, что они наконец-то добились за дежурство оценки 5, тогда как другие классы получили по четвёрке. Мне кажется, что помощь товарищей из соседнего класса оказала своё действие.


Комсомольская и пионерская работа в нашей школе. У нас очень хороший комсомольский коллектив, у нас неплохая комсомольская организация. Всё, что мы начинаем в школе, начинается с комсомольской и пионерской организаций. Поэтому всё, что намечается, начинается, прежде всего, с комсогруппы. Поэтому я в моём классе не принимаю ни одного решения, не провожу ни одного собрания по серьёзным принципиальным вопросам, не поговорив сначала с комсогруппой или на комсомольском собрании класса, и, если комсомольское собрание класса принимает, только тогда мы переносим этот вопрос на обсуждение всего класса. Этим поднимается авторитет комсомольской организации и она растёт. У нас есть три группы будущих комсомольцев, которые сейчас готовят себя для вступления в комсомол. Авторитет комсомольской организации в школе большой, что очень помогает в работе воспитателя.


Т. ГАЛИЦКИЙ [121 школа]. – Прежде всего, я должен сказать, что я недостаточно хорошо знаю педагогическое наследство Макаренко. И не потому я его не знаю, что я не проявлял желания его знать, а потому, что до ленинградских школ всё-таки не доходят его произведения, которые печатаются в сравнительно небольших количествах. Библиотекарь нашей школы заявил, что все эти произведения распределяются коллектором только по средним школам, а неполным средним школам их не дают. В личной библиотеке я кое-что имею, но до каждого учителя произведения Макаренко не доходят. Я заявляю это вполне ответственно – я говорю о неполной средней школе. (С МЕСТА: Учителя не ходят в магазины, там всё есть). Зато часто хожу я, но в магазине мне отвечают, что эти произведения идут по развёрстке ГорОНО и в продажу не поступают. Лично я имею неопубликованные произведения, статью академика Медынского, имею ряд художественных произведений, подписался на полное собрание сочинений Макаренко, но пока не получил.


(С МЕСТА: Есть в журнале – "Советская педагогика").


Если вам известно, неполная средняя школа "Советскую педагогику" не получает, а следовательно, произведения Макаренко до массового учителя не доходят. Если мы говорим серьёзно о пропаганде педагогического наследства Макаренко, то надо ставить вопрос не о том, чтобы произведения Макаренко были в библиотеке школы или районной, а чтобы они были у учителя, который должен обращаться к ним каждодневно. Тогда мы можем серьёзно говорить о внедрении в нашу практическую работу этого наследия.


Но мало иметь произведения, требуется иметь и литературу, связанную с анализом произведения, требуются комментарии, потому что читать – это одно, а вытащить из произведения то решающее звено, которое надо перенести в массовую школу – это другое. Макаренко работал в несколько иных условиях, чем мы. А я ответственно заявляю, что эта литература до школы не доходит.


Автор говорит, что, если правильно организовать мальчишеский коллектив, то он может творить чудеса. Вполне подписываюсь под этим. Именно, если правильно организовать мальчишеский коллектив, он может творить чудеса.


Я не буду говорить о всех "чудесах", которые творит наш мальчишеский коллектив 121-й школы. Мы имеем очень неплохой фруктовый сад, имеем очень неплохо озеленённую площадку, где проведены большие работы, связанные с посадками; мы имеем очень хорошо работающий школьный радиоузел, сделанный целиком руками ребят. Ребята делали массу работ, причём делали не механически, а решая большие воспитательские задачи, которые ставили, с одной стороны, я, с другой – они сами.


Самое плохое в мальчишеской школе то, что мало порядка и очень много шума. Ребята очень много шумят, кричат, и попытки навести порядок требуют от педагогического коллектива очень большого напряжения и не всегда достигают результатов. Мы решили дать это в руки ребят, причём решили сделать это так, чтобы коллектив почувствовал, что им дана большая работа, что им оказано большое доверие. Мы разработали ряд требований, которые предъявляем ученикам, договорились с советом пионерской дружины, что он возьмёт на себя организацию порядка и тишины в школе. Разработали очень подробно. Прежде всего, договорились создать штаб, выделить посты, которым выдали соответствующие нарукавные знаки. Договорились, что в определённый день, когда пионерская организация берёт на себя эту большую задачу наладить порядок и тишину в школе, она обращается по радио ко всем учащимся школы. Здесь радиоузел имеет очень большое значение, потому что у нас нет помещения, где можно было бы собрать более двух классов. Ребята никогда не чувствуют себя школьным коллективом, а чувствуют себя отдельными классными коллективами. Радио даёт ребятам возможность почувствовать, что они школьный коллектив. Сразу по всем этажам идёт одна и та же передача, обращённая к большому школьному коллективу. Мы договорились втянуть в эту работу как можно больше ребят. Намечено выделять каждый день по 50 человек в эти посты. Договорились, что о результатах их работы будем сообщать всему школьному коллективу первый раз в среду, второй в понедельник не по радио, а каждый член штаба приходит в этаж, справа от него строятся постовые за предыдущую неделю, слева пионеры, которые будут находиться на постах. Он докладывает этажу, какой был порядок, кто нарушил, кто дежурил, как выполнял свои обязанности на предыдущей неделе. Пионеры поворачиваются к той группе, которая должна дежурить, снимают повязку и торжественно передают новым. Такого рода отчёты имеют очень большое значение. Они отчитываются перед коллективом, вместе с повязкой им вручается большая общественная обязанность. И надо сказать, что за это небольшое время в школе восстановился порядок. Я смог в одном этаже совершенно снять учителя с дежурства, во втором этаже тоже. И не только пионеры, которые на постах, соблюдают порядок, но и весь коллектив обрушивается на виновника нарушения этого порядка…


Шум есть, ведь в этаже 300 человек, абсолютной тишины нет, но всё же нет шума, крика, возни.


У нас, как правило, ученики спускаются с лестницы, не держась за перила. Потому что если только разрешить держаться, значит – сел и катись. Я говорю: "Ты молодой, неужели не можешь подняться, не держась за перила?" И сейчас нет почти ни одного нарушения этого правила, а скатывания вообще нет. За этим постовые особенно наблюдают.


Выполняя это правило Макаренко об обращении к коллективу, мы можем делать чудеса.


Труднее это в учебной работе.


В общественно-полезной работе это легче, потому что вы мобилизуете коллектив сравнительно на небольшой отрезок времени, и он видит результаты своей работы. Скажем, посадил яблоню. Он видит, как она расцветает, как школа становится нарядной, когда посадил 120 деревьев, сделал радиоузел, сразу почувствовали его значение.


А в учебной работе труднее, потому что результаты выявляются не так скоро.


Когда мы говорим о детском коллективе, мы должны ответить себе на два вопроса: каковы организационные формы, идущие одна за другой в связи с изменением возраста ученика, так как ученики первого-второго, третьего-четвертого, пятого-шестого, седьмого-восьмого и девятого-десятого классов отличаются, а значит, и организация самого детского коллектива должна отличаться.


Для меня неясна система наказания и поощрения, система, преследующая определённые воспитательные цели.


Мы за последнее время начинаем избегать наказаний как чего-то, что противопоказано педагогически. По-моему, это неверно. Нельзя допускать антипедагогические наказания, но вообще наказание, как метод воспитания воли, должно быть.


Вы, наверное, знаете, что сейчас выпущена книжка, где описывается, как шофёр, который возил Ленина, потерял автомашину, и как Ленин жестоко наказал его. А потом он приходит в кабинет к Ленину, и тот ему говорит: "Раз ты поступил неверно, ты должен был понять ответственность за то, что ты сделал". Я не хочу механически переносить это на ребят, но момент наказания, момент, который укреплял бы волю ребят, воспитывал бы в них определённое упорство в выполнении тех целей и задач, которые перед ними стоят, должен быть. И система наказания и поощрения для мужской школы – очень большой вопрос. И с точки зрения педагогических высказываний Макаренко интересно было бы показать, каковы формы и какое определённое значение имеет система наказания и поощрения.


т. САФРОНОВ – Я пришёл без всякого доклада. Я хотел поделиться своими мыслями, правильными или неправильными, суть дела не в этом. Мне кажется, что мы должны решить основное, что дело не в том, можно или нельзя, а нужно и нельзя.


Мне тоже пришлось работать в колонии почти одновременно с Макаренко, в колонии, где ни о каком порядке и дисциплине, а тем более педагогике, и речи быть не может. Тогда, ещё не зная об учении Макаренко, мы, группа студентов, попавших из Ленинграда, стихийно сами пошли по этому пути, и результаты были исключительно богатые.


Несмотря на все трудности, которые тогда у Антона Семёновича возникли в организации коллектива, а эти трудности были со стороны педагогического Олимпа, который ему создавал трудности, всё-таки коллектив колонии был. Правда, коллектив колонии формируется легче и проще, потому что коллектив колонии строится на производственной основе и на основе производительности труда, причём не каких-нибудь кустарных мастерских, а высокого совершенно производства, использующего современную технику.


Производственный коллектив имеет очень большое отличие. Он допускает разницу возрастов, чего в школе мы не можем допустить. Там есть совершенно особое положение. Раз есть разность возрастов, быстрее вырастает роль командира, а вместе с ней и совет командиров укрепляется, причём это поддерживается насущной потребностью самого коллектива, потому что в колонии моя судьба, как колониста, зависит от судьбы колонии. Это там совершенно ясно ощущается. Удалось получить моей колонии богатый урожай хлопка (это было в Средней Азии), и сразу это почувствовал каждый колонист, потому что мы приобрели огромнейший трактор и целый ряд предметов, как кинопередвижку. И это поддерживает коллектив в условиях колонии.


Есть ли такая зависимость в школе между личными и общественными интересами? Школа – это советское учреждение, воспитывающее людей; её интересует 100 %-ая успеваемость. Вот, к каким идеалам она должна идти. В школу пришли ученики получить знания, эти знания нужны государству и т. д.


Поэтому: "Чем выше качество знаний, моих знаний, тем больше я даю государству".


Это ребята начинают изрекать почти с 6-го класса – маленькие этого не изрекают, их папа-мама пошлют в школу, скажут, что надо учиться, и я учусь. А старшие изрекают такие вещи. Но рядом с такой истиной они вам скажут: а почему я должен учиться на пятёрку, мне достаточно тройки, в вуз я всё равно поступлю, как и отличники, они грамотнее, а я неграмотный, но поступлю всё равно, поэтому нет надобности угнетать себя наукой.


Эта эпикурейская философия особенно развита среди старших классов.


Они рассуждают: я вовсе не хочу губить себя наукой, а наука требует усилий. Я хочу заниматься спортом, плавать, играть в футбол. Так позвольте мне учиться на тройку и заниматься тоже государственным делом, потому что вопросы спорта – это дело государственное.


И он легко променяет учёбу на футбольный мяч, получит двойку и не будет очень сильно страдать.




Похожие:

Институт усовершенствования учителей iconГосударственное образовательное учреждение Тверской областной институт усовершенствования учителей учебно – методический центр курсовая работа программа предпрофильного элективного курса по химии
В связи с этим в «Концепции модернизации российского образования на период до 2010 г.» планируется перевести старшую школу на профильное...
Институт усовершенствования учителей iconПатронова Ирина Александровна
Развитие профессиональной компетентности у слушателей института усовершенствования учителей
Институт усовершенствования учителей iconОрганизация учебного процесса на основе использования опорных конспектов
С методикой работы с опорными конспектами я познакомился на курсах В. Ф. Шаталова в Донецком институте усовершенствования учителей,...
Институт усовершенствования учителей iconЦель проведения конкурса
Организатором конкурса является Липецкий институт развития образования при участии ассоциации учителей физики Липецкой области
Институт усовершенствования учителей iconФилософия Духовная философия + Рационализм. Современные наука и техника Последние научные достижения. + Технические усовершенствования. + «Безумные»
Последние научные достижения. + Технические усовершенствования. + «Безумные» идеи. + Альтернативная наука + Нетрадиционная наука...
Институт усовершенствования учителей iconФилософия Духовная философия + Рационализм. Современные наука и техника Последние научные достижения. + Технические усовершенствования. + «Безумные»
Последние научные достижения. + Технические усовершенствования. + «Безумные» идеи. + Альтернативная наука + Нетрадиционная наука...
Институт усовершенствования учителей iconВыписка из протокола №9 заседания при директоре педагогического
Он познакомил учителей с «Положением о распределении стимулирующей части фот учителей моу «сош г. Бирюча», принятым на заседании...
Институт усовершенствования учителей iconСамое основное на портале "Сеть творческих учителей" Что есть и что будет. Из нашей новостной ленты
Это мероприятие проводится одновременно в Сообществе учителей английского языка, Сообществе творческих учителей немецкого языка и...
Институт усовершенствования учителей iconИнститут философии права
Логинов В. Г., Попков Ю. В., Тюгашев Е. А. Проблемы коренных малочисленных народов Севера: институциональная перспектива. Препринт....
Институт усовершенствования учителей iconНовочеркасский политехнический институт) Шахтинский институт (филиал)
Методические указания рассмотрены и обсуждены на заседании кафедры «Физика и химия» Шахтинского института (филиала) юргту (нпи) и...
Разместите кнопку на своём сайте:
Документы


База данных защищена авторским правом ©podelise.ru 2000-2014
При копировании материала обязательно указание активной ссылки открытой для индексации.
обратиться к администрации
Документы

Разработка сайта — Веб студия Адаманов